Юлия Бронникова
Роман с Востоком
Во внутреннем оформлении использованы фотографии: bfk, saiko3p, Lenar Musin, frantic00, givaga, muratart, osonmez2 / Shutterstock.com
Используется по лицензии от Shutterstock.com
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020
Предисловие
Вы когда-нибудь задумывались о судьбе? Что вам уготовано в этом мире? Какой была ваша прошлая жизнь и почему вас так тянет в определенные места? Новые страны, города… Вы же никогда там не были! Вам незнакомы эти места, но ваша душа желает именно этого: бросить все и уехать.
Город, в котором вы живете, кажется вам чужим. А все далекое и непостижимое манит так сильно, что кажется: не сделаешь сейчас шаг, значит, спрячешь душу в клетке.
Я всегда верила в судьбу и предназначение, но никогда не думала, что со мной может произойти что-то настолько невероятное. Началась вся эта история пару лет назад. Жизнь была непростой: много боли, обид, потерь. И будто все это я проходила для того, чтобы оказаться сейчас здесь, в чужой стране. Хотя как я могу называть ее чужой? Она родная. Моя. Возможно, одну из жизней я проживала именно здесь. Когда думаю об этом, не могу сдерживать слезы, а в голове всплывают слайды из прошлого. Но история, написанная мной, реальна, как и я сама. Три страны, десятки городов. Строки моей книги пропитаны сумасшедшей страстью кармических отношений. Слышали о таких? Обычно такие отношения за гранью нашего разума и понимания в целом. Но если вы чего-то не знаете, это не значит, что этого нет. А сколько историй я узнала, когда я начинала писать свой роман! Девчонки с горящими глазами рассказывали о своей восточной любви: у каждой свои шрамы, своя боль и печаль. И счастье у каждой на вкус свое. Но объединяет всех нас лишь одно слово. Восток. Сводящий с ума. Манящий. Загадка этого мира. Сколько сердец ты украл? Какой властью над судьбами ты наделен? Ты ранишь и исцеляешь, уничтожаешь и возрождаешь. Скажи, как? Как удается тебе быть таким многогранным? Как ты можешь вести такие жестокие игры, но при этом оставаться лучшим лекарем в мире? Твоя красота завораживает и сводит с ума. Тысяча и одна ночь. Запах кальянов и благовоний в ночи. Мир специй, фруктов и изысканных сладостей. Мир потрясающих мечетей. Мир разрушенных цивилизаций. Мир с большой историей. Мир, наделенный властью. Мой восток. Моя история. И главы моей жизни.
Глава первая
Смерть, что принесла возрождение
Мне было двадцать два года, и я ждала дочь. На третьем месяце беременности я попала в больницу на сохранение. Соседка по палате была настолько увлечена каким-то сериалом, что мы толком даже не познакомились. Первое время я была погружена в свои мысли и даже не интересовалась – что это она такое смотрит? Когда угроза прерывания беременности миновала, я смогла выдохнуть и посмотреть по сторонам. В больнице всегда скучно, а серые палаты и больничные стены давят на психику. Воздух спертый. Запах страданий. На дворе февраль. За окнами суровая метель, и лишь чашка свежезаваренного чая согревает немного сердце. В руках конфетки. А-ха-ха, и это в отделении эндокринологии, куда я попала из-за диабета и угрозы прерывания как раз таки из-за него! Но я всегда любила сладкое. Сколько себя помню. Теперь знаю причину: суррогат любви. Получение эндорфинов любым способом, например, шоколадным. Заполнение сердечной пустоты тоннами сахара, облаченными в красивую обертку.
Подхожу к соседке, которая поглощена просмотром сериала. Заглядываю в экран. Вид картинки завораживает с первых секунд. Девушки словно сошли с обложки журнала о средневековой моде. Корсеты, пышные юбки. На головах короны. Восточная музыка. Зал, где все будто залито золотом. Драгоценные камни. Сахарные угощения: шербет и лукум. Слышу, что фильм с переводом. На заднем фоне речь будто татарская, но не она. Вдруг на экране появляется мужчина. Все тут же встают и кланяются. Слышу имя – Султан Хан Хазрэтрели. Мужчина невероятной красоты. От него исходит сила, я чувствую это даже через экран. Магическая сила притяжения. Глаза горят, лицо волевое. И тут в сердце будто толчок. По телу мурашки. Меня начинает трясти и будто перекрывает кислород.
«Это «Великолепный век», ты слышала о нем?» Я вздрагиваю. Голос соседки по палате выводит меня из оцепенения. Нет, не слышала, мне кажется, что я сейчас задохнусь. Я выбегаю из палаты в туалет, где меня выворачивает наизнанку. Я тогда свалила все на беременность и дурацкий токсикоз. Подумала, что переела конфет. Сейчас пишу эти строки и понимаю, как тогда моя душа выворачивалась наружу и корчилась от боли, чувствуя СВОЕ, но понимая, что мы в другом месте и в другом времени. Не знаю, казалось бы, как глупо. Просто сериал. Я даже не понимала, о чем речь, просто глаза увидели фрагмент. Но этого было достаточно для начала игры. В этот момент судьба взяла бразды правления. В этот момент запустился мощнейший процесс возвращения души на родину. Процесс отработки кармической связи. С этой самой секунды в этой самой больничной палате началось мое возрождение. Если попробовать передать смысл буквально, то тогда в туалете, обнимая фаянсового друга, я умерла. Умерла на секунды. А затем, когда тошнота и рвота резко прекратились, я возродилась. А у судьбы уже были прописаны следующие шаги. Она взяла мою душу за руку и повела за собой, а физическая я и не подозревала, что ждет меня впереди. С той самой минуты я начала смотреть этот сериал. С третьего месяца беременности и практически до рождения моей дочери. Каждый день по несколько часов я проводила в компании своего компьютера и сериала, который сейчас считается великим в турецком кинематографе. Тогда-то я узнала, кто такой Султан Сулейман, что за чертовка по имени Хюррем, склонившая перед собой империю и покорившую самого Султана. Узнала, какой всепоглощающей и великой бывает любовь. Ночами я грезила о Турции: мне снились турецкие мужчины, и я утопала в их страсти. Я просыпалась в холодном поту, а на глазах были слезы. Я была одержима. И я медленно сходила с ума. В очередную ночь, когда я осталась дома в одиночестве, брошенная мужем, который предпочитал компанию бутылки пива и друзей вместо беременной меня, я дала себе клятву посетить Турцию. А именно – великий Стамбул. Посетить места съемок сериала и посмотреть дворцы и мечети. Увидеть могилы Хюррем и Султана. Я не верила в то, что мечта исполнится. Тогда в это сложно было поверить: у меня не было финансов, я была беременна, и впереди меня ждал декрет, но я просто пообещала себе, что это произойдет. Когда обещание было дано, а срок беременности подходил к концу, я вдруг перестала грезить. Одержимость ушла. Сны пропали. А сериал на компьютере отправился в папку «просмотреть позже».
Родилась дочь. Прекрасная девочка с ликом ангела. Так и назвали – Ангелина. Ангел, растопивший мое черствое сердце. Маленький человечек пришел в мир для того, чтобы показать мне его. С той самой секунды я была больше не одна. Бог забрал всю мою семью, но в двадцать три он подарил мне дочь.
Роды были сложные. Все та же рвота и выворачивание наизнанку. Сколько раз моя душа проходила трансформацию, не знаю. Но вот уже второй раз я проходила смерть-возрождение, и каждый раз за моей спиной будто плели кружево, которое превращалось в крылья.
Семейная жизнь не сложилась. Разошлись, когда ангелу было десять месяцев. Безболезненно. Для меня точно. А я и не должна была страдать, ведь моя душа уже тогда знала, каким путем мы идем к своему счастью.
Что было после расставания? Было много трудностей, из которых я выходила с высоко поднятой головой. Но это сюжет для абсолютно другой книги, поэтому продолжу. Я нашла себя в творчестве: я стала писать. Пишу, а мурашки от головы до пяток: чувствую, как вхожу в поток, а после порой читаю написанное мной и думаю: это писала точно я?!
Но давайте вернемся к истории о пути души в место счастья.
Наступил новый 2018 год. Я тогда занималась массажем и работала на себя. Дочка жила с мамой бывшего мужа. А я все время посвящала своему хобби, при этом зарабатывая неплохие деньги.
И все думала, как могу отблагодарить маму (ведь она действительно была мне как мама, и называла я ее именно так). Она сделала много добра для меня, она действительно в какой-то момент смогла дать мне тепло матери, которой у меня не было. Тогда в голову пришла одна идея – отвезти ее на море. Ей 45, и моря она не видела. Кроме Уфы, нигде и никогда не была. Цель была поставлена. Я стала направлять все силы на ее реализацию. Начала поиск клиентов на массаж и стала откладывать деньги. Самое удивительное, что все происходило как по взмаху волшебной палочки. И снова я не была удивлена: когда душа отправляет запрос высшим силам и желание истинное, оно исполняется легко. Я шла по своему пути, и поэтому двери для реализации были открыты. Наступил март. Сумма была собрана, и осталось определиться с местом, куда отправимся. О мечтах посетить Турцию было давно забыто. Обещание покрылось слоем пыли и отправилось на полку с названием «Забвение». Но подсознание все помнило, а душа знала, куда меня вести.
Было принято решение ехать на побережье Черного моря, и я забронировала отель в Анапе. Начала поиск билетов на самолет. Но цены соответствовали полету в космос. Тогда я стала рассматривать поезд, но почему-то все откладывала покупку билетов. В один прекрасный день, усиленно работая над телом клиентки, я решила, что нам не повредит музыкальный фон, и включила первую попавшуюся аудиозапись. Ей оказалась песня певца Таркана. И тут моя душа вновь запела и затанцевала. Включила список треков, и тут понеслось. Будто мурашки поползли по моему телу. Удивительно, как это бывает. Всего лишь один трек, один певец, и это будто знак свыше: решение лететь в солнечную Турцию принимается молниеносно.
А вот маме решение не понравилось. Она была в состоянии шока. Сколько вопросов я тогда услышала. Сколько паники я увидела. Тогда я впервые поняла, что значит для человека выход из зоны комфорта, что бывает, когда ты пытаешься вывести человека из привычных условий его жизни. В общем, она наотрез отказалась ехать. Но меня было не сломить. Не знаю, какие аргументы на нее тогда подействовали, но я ее уговорила. И мы отправились делать заграничные паспорта. Это, кстати, было причиной номер один, почему мама сопротивлялась. Она думала, что этот процесс сложный и нудный, но, на наше удивление (и, похоже, сотрудников паспортного стола тоже), все прошло очень быстро и легко. Хотя, конечно же, сейчас, по прошествии лет, я абсолютно не удивлена этому. Затем я отправилась за поиском лучших путевок. За ту сумму, которая была на моих руках, мы выбрали хороший отель в поселке Кестель, что находился под Аланией. Это был уютный четырехзвездочный отель с детской анимацией. Система «все включено» и свой собственный пляж. На дворе апрель. До отъезда оставалось пара месяцев, и моя душа трепетала от предвкушения…
Глава вторая
Мечты сбываются,
или Как я рыдала в турецком хамаме
Третье июня. Аэропорт города Уфы. В руках заветные билеты на чартерный рейс Уфа – Анталия. Рядом свекровь. Немного нервничает. Дочка занята в детской игровой зоне. В моих руках чашка любимого какао, и я уплетаю свой чизкейк. В голове проносятся мысли: вот уже через несколько часов я окажусь в солнечной Турции, где вдохну запах соленого моря и услышу шум прибоя. Море ласково обнимет меня. Я объемся турецких сладостей и попробую самый знаменитый гранатовый чай. Буду нежиться под турецким солнышком и наслаждаться горным пейзажем, буду с трепетом встречать рассветы и с благодарностью провожать закаты, и обязательно возьму прогулку на яхте. И, конечно же, схожу на свидание с турецким мужчиной.
Голос из колонок объявляет о начале посадки на наш рейс. Возле выхода уже толпится народ. Я никогда не понимала, зачем они это делают. Не понимаю и до сих пор. Это что, пережитки прошлого из СССР, где люди стояли в очереди за колбасой? Вроде у всех билеты, у всех свои места. Но нет, очередь начинает выстраиваться за час, и все чего-то ждут. Хотя, наверное, это предвкушение. Желание скорее оказаться в отпуске на море. Там, где нет забот и где время теряет свою власть. Там, где солнце и море, где веселье и беззаботная жизнь. А ждать тяжело и утомительно. Хочется закрыть глаза – и раз – ты уже на месте.
Мы в самолете. Десятки возбужденных голосов. Все в предвкушении. Кто-то, возможно, копил целый год, чтобы отправиться к морю со всей семьей. Для кого-то Турция – второй дом. Для кого-то как поездка к себе на дачу. У нас раздельные места. Дочка со свекровью через два кресла от меня. Мое место у окна. Обожаю это место и те виды, которые можно наблюдать из иллюминатора самолета. Сердце учащенно бьется, а дух захватывает, будто я на аттракционе «Американские горки». Душа словно падает вниз в предвкушении, ведь она-то все знала уже тогда. Взлет. Четыре часа в пути. Пролетали Черное море. То побережье, куда мне будет суждено попасть чуть позже. Полет прошел отлично: нас вкусно кормили, и удалось даже вздремнуть.
Посадка. Традиционные аплодисменты, как только шасси касаются взлетной полосы. Позже я часто буду летать турецкими авиалиниями на внутренних рейсах Турции, и, поверьте, в ладоши хлопают только у нас в России. Почему? Вопрос риторический, но ответ, думаю, знает каждый читатель.
Таможенный контроль. Я расплываюсь в улыбке. А как иначе? Вы вообще видели мужчин, которые работают в аэропорту Анталии? После семи лет токсичных отношений и тяжелого развода я будто в раю. Они улыбаются. Их глаза светятся. От них так вкусно пахнет парфюмом, и я, кажется, таю, как мороженое в кофе глясе.
Выходим из аэропорта. Господи, мне казалось, что я сейчас кинусь на землю и буду ее целовать. Я как путник, что шел по пустыне несколько месяцев и нашел источник с водой. Мне казалось, что я увидела родину, которую не видела много лет. Как солдат, что вернулся с войны в родные края. Сумасшедшая? Не знаю. Вопрос вновь риторический. Но я была невменяема. Мне казалось, что мой мозг одурманен опиатами. Мне действительно хотелось припасть к земле и кричать Господу, как я благодарна за этот миг.
Нас сажают в трансфер, и мы узнаем, что до Алании добираться пару часов. Можно было бы поспать, ведь на дворе уже глубокая ночь, но сна нет. Верчу головой как заведенная и пытаюсь разглядеть в темноте красоты турецкого мира. Но мне слабо удается это сделать, так как ночи в Турции очень темные. Стоянка. Что-то наподобие турецкого базара: играет турецкая музыка, слышу местную речь, повсюду торговцы сладостями и дондурмой (это турецкое мороженое). Нам предлагают купить сразу туристические сим-карты, разменять деньги, посетить уборную и отведать ту самую дондурму. С нами в автобусе гид, который рассказывает об отелях, о правилах проживания, о видах услуг и экскурсиях и прочих деталях нашего отдыха. Под конец поездки уже клонит в сон. Волнение, перелет и эмоции дают о себе знать. Глаза закрываются. Тело теряет чувствительность, и я проваливаюсь в сон. Это был очень странный сон. Будто я выхожу из самолета, а у трапа стоит человек, лицо которого я никак не могу разглядеть. Он скрывает его большой соломенной шляпой. Я спускаюсь с трапа, а он протягивает мне руку. Его рука покрыта волосами, густыми и черными. Я отдергиваю руку, будто мне неприятно, но тут сзади меня толкает другой пассажир, и я падаю в объятия этого незнакомца. Мне становится горячо и нечем дышать. Он сжимает мою талию, и мне будто перекрывают кислород. Я начинаю задыхаться. Но в этот момент он берет мое лицо и страстно целует в губы. Через этот поцелуй он будто вдыхает мне тонны воздуха. Мое сердце начинает колотиться, и я снова могу дышать. Мои глаза закрыты, но, когда я их открываю, незнакомца больше нет рядом. У трапа самолета пусто. Кругом тоже тишина. Я стою одна посреди какого-то поля. Только я и самолет. Я вздрагиваю от этой пустоты и просыпаюсь.
В автобусе остались только мы. Оказывается, наш отель крайний в пункте назначения и ехать нам осталось пару минут. На часах три ночи. Мы вымотанные, но счастливые, что добрались. На ресепшене приветливый мужчина-турок дает нам анкеты для заполнения. Берет наши паспорта и оформляет номера. Кто-то в России мне дал один совет: чтобы номера были хорошими, надо дать взятку. Кто-то привозит гостинцы, кто-то дает доллары. Я привезла гостинцы из России, но на них как-то слабо отреагировали. «Блин, надо было все-таки доллары давать!» – проносится в моей голове. Но номер нам дали неплохой, и я осталась довольна. Мы почти сразу же погрузились в царство Морфея, но очень быстро я проснулась от громкого пения и незнакомого мне звука. Это потом я узнала, что в пять утра уже совершается намаз и утренняя молитва. И в Турции из всех мечетей по громкоговорителю разносится молитва. А тогда я чуть с кровати не свалилась от неожиданности и удивления. Но я была влюблена в эти мотивы с первой секунды. Пробирало до мурашек. Такое чувство, что стоишь под ледяным водопадом и с тебя смываются все грехи и грязь, налипшая годами.
Окончательно проснувшись, мы собрались и пошли на завтрак. Большой и светлый холл отеля. Народу еще немного. Начало сезона, туристы не спешат к морю. Завтрак в Турции особенный: не встретишь тут бутербродов и традиционных русских каш. Чаще всего это овощи, маслины и оливки, хлопья или мюсли различных видов. Фруктовые тарелки. Десерты. Свежеиспеченные булочки. В Турции это симиты и мягкий нежный хлеб. Различные виды колбас и сыров. Впоследствии я побываю во многих городах Турции. В самых разных отелях. И все завтраки буду вспоминать с теплом и любовью.
Мы вышли к морю. И это была любовь с первого взгляда. Это было мое второе знакомство с морем. Впервые я увидела его, когда мне было шестнадцать. Это был Крым. Черное море. Турецкое побережье тоже омывается Черным морем, и носит оно красивое название Karadeniz. Помню, как тогда бабушка собирала мне деньги на эту путевку. Но странно, я не помню своих эмоций. Не помню своих чувств тогда. Будто и не было этой поездки вовсе. Не могу даже описать свои эмоции и чувства. Не могу вспомнить красивых мест, что я там посетила. Память пуста. Сейчас же все по-другому. Разбуди меня ночью – я вспомню о своих чувствах в тот день. Я расскажу каждую деталь. Каждую мелочь. Окунусь в момент. И проживу ту секунду заново. Сейчас я была на Средиземном море. И на турецком оно называется Akdeniz. Оно разительно отличалось от Черного моря. Это как лед и пламя. Как черное и белое. Хотя здесь само их название говорит за себя. Средиземное море было чистым и прозрачным, как слеза младенца. Ты стоишь, а под гладью воды ты видишь свои ноги и плавающих рыбок возле них. Ты видишь буквально каждый камень, каждую песчинку, расположенные на дне. Цвет моря как на самых красивых фото, что я так часто перелистывала в интернете и вздыхала с завистью. Оно нежнейше-бирюзового цвета с переливами от более светлого до глубокого синего. Характер переменчивый. Я часто видела море спокойным и умиротворенным, но также видела, как оно было страстным и полным эмоций. Эмоции море выражало бушующими волнами, после которых на песке оставалась морская пена, которая показывала нам, насколько море сегодня эмоциональное. Я люблю тебя, море, любым. Ты как мое отражение. Отражение моих чувств и моего характера. Дико кипящей страсти или, наоборот, полного штиля, когда я умиротворена и спокойна. Ты мой лучший друг, море: сколько моих слез ты увидело и сколько выслушало тайн. Ты ведь никому не расскажешь. Ты мой самый тихий и молчаливый друг. Мой целитель. Соль разъедает раны. В народе есть такое выражение: не сыпь мне соль на рану. Но твоя морская соль, наоборот, лечит раны, как самый искусный доктор. Мне двадцать восемь, я второй раз в жизни увидела море, и в тот день оно забрало мое сердце навсегда. А душа тихо пела свою песню, ведь она уже все, чертовка, знала. Знала, что будет дальше и куда нас ведет судьба.
На отдых нам было отведено совсем мало времени. Путевка включала в себя всего шесть полных дней. Не могу сейчас вспомнить, почему были такие сроки и чем я руководствовалась в выборе количества дней, но это было очень грустно. Я не понимала, как вообще можно расстаться с морем и улететь из Турции.
На второй день отдыха у меня был запланирован хамам. Думаю, многие знают, что так называется турецкая баня. Хамам на тот момент у меня ассоциировался с сериалом «Великолепный век», где наложниц готовили к ночи с Султаном. Сейчас самые популярные хамамы в Турции для туристов такие названия и носят: «королевский хамам» или «хамам самого султана».
Меня забрал автобус от нашего турагентства, помимо меня, там было еще шесть человек. Двое мужчин, одна семейная пара и две подруги. Все русскоговорящие и приехали на отдых из России. До места добрались быстро. Хамам находился буквально в пятнадцати минутах езды от отеля. Тот вид я помню до сих пор: тропинка, ведущая к турецкой бане, была окружена живописной зеленью. Буквально каждый сантиметр был заполнен цветущими кустами и пальмами. Во дворе располагались два фонтана, а возле них медленно и чинно прогуливались павлины. Я не могла оторвать взгляд от этого пейзажа. Мне казалось, что еще секунда – и я ослепну от восторга от данного зрелища. Пели птицы и душу наполняли своим благостным пением. Этот звук до сих пор у меня в ушах. Сам хамам был расписан живописными узорами, все было в позолоте, а на высоких потолках были причудливые рисунки на сводах. На ресепшене нас встретила русскоговорящая девушка и рассказала о правилах и процедурах, которые нас ожидали сегодня, после проводила в комнату для того, чтобы мы смогли переодеться.
Затем нас отправили в парилку и показали, где находится бассейн для купания после парилки. После предстояло посетить эвкалиптовую комнату. Не могу вспомнить, как она называлась, но до сих пор будто чувствую тот волшебный аромат. Очень полезная процедура, направленная на лечение и восстановление дыхательных путей. Затем по плану были грязевые ванны. Долгое время в рамке у меня стояло фото из этой комнаты. Я счастливая, в темно-синем купальнике и вся перемазанная глиной. Для тела это был рай: его сначала распарили, затем положили в грязевые ванны. Но самое волнующее и незабываемое следовало потом. Нас провели в большой просторный зал, где была зона для проведения водных процедур. Именно это место чаще всего можно было наблюдать в моем любимом сериале, где прекрасные наложницы омывали себя из деревянных тазов водой с мылом. Ко мне подошел молодой человек, естественно, турок. Это был парень лет двадцати. Он взбил в тазу мыльную пену, с помощью которой после начал делать мне массаж. Он нежно касался каждого сантиметра моего тела, не пропуская ни одного его участка. Пена была мягкой, и я в ней утопала. Мое тело получило массаж от макушки до кончика пальцев. Сказать честно, что я испытала? Это книга откровений, а значит, никаких ужимок и стеснений. Тогда я испытала состояние, близкое к оргазму. Во время того как с меня смывали мыльную пену, поливая мне на голову теплую воду, которая потом растекалась по всему телу, унося с собой остатки мыла, мне казалось, все то, что накоплено с годами, выходит через каждую пору в моем теле. А затем смывается водой. Весь энергомусор. Все боли и страдания. Массажист попросил меня подняться и после нежно закутал в махровое полотенце. Он взял меня за руку и повел в большой зал. Господи, я чувствовала себя не то что наложницей, которую ведут к султану, а самой султаншей, которая вот-вот войдет в покои султана и проведет незабываемую ночь в его объятиях. В зале располагались большие диваны, на которых все отдыхали после ванной комнаты.
Нам предложили сделать маски для лица, таким образом завершив все процедуры этого дня. Маска была из природной глины с приятным ароматом. Я прилегла на подушки, заполнявшие всю площадь дивана, и прикрыла глаза. Электрические разряды по всему телу буквально проходили сквозь меня. Я не могла прийти в себя, а в моей голове, кажется, не было ничего. Впервые в жизни пустота и никаких мыслей. Здесь и сейчас. Только момент. Мне даже на секунду показалось, что, кроме меня, никого в зале нет, будто отворяется дверь и входит мой султан, с любовью и нежностью обнимает меня, вдыхает мой запах и говорит слова любви. Я тогда даже представить не могла, насколько пророческим было это видение и что же ждет меня впереди.
Нас пригласили в комнату массажа. Это как вишенка на торте. Как заключительный штрих для полного очищения. Мне попался массажист-мужчина. Это был турок в возрасте, но его глаза сохранили молодость и ясность. Они так лучезарно светились, что я сразу почувствовала, насколько сильной энергетикой обладает этот человек. Только я никак не могу вспомнить его имя. Удивительно, я помню каждую деталь того дня, но его имя напрочь вылетело из головы. Самое интересное, когда я ехала в Турцию, я слышала много мнений о турецком массаже: мол, не ходи, тебе в трусы залезут, всю затискают, и грудь «полапают», и прочие подобные ужасы. Если честно, когда легла на кушетку, подумала: это какие же вы массажи посещали, что к вам было подобное отношение? Я сразу знала и чувствовала, что в этом месте даже близко такого не будет.
На массаже как клиент я была в последний раз на практике, когда сама училась на массажиста. Это были неловкие движения студентов, от которых, так сказать, удовольствия и тем более пользы было маловато. А потом как-то не до массажа было: работа круглыми сутками, и все как-то не до себя. Но с первой секунды этого массажа я отключилась. В хорошем смысле этого слова. Я забыла, кто я, где я и что со мной происходит. Тридцать минут в отключке и полном забвении. Я пришла в себя, только когда он сказал, что я могу вставать, так как сеанс окончен.
Я медленно брела по лабиринтам хамама, чтобы добраться до раздевалки. Я была в полной прострации и не понимала ничего. Чувство будто шел мой дух, но никак не физическое тело. Возможно, читатель подумает сейчас: почему эта девчонка так отреагировала на посещение какой-то там турецкой бани? И это ваше право. Вы можете недоумевать. Но я попробую объяснить. Каким было мое детство, через что я прошла после тяжелого развода, оставшись с грудным ребенком на руках, о том, как выживала все двадцать восемь лет – об этом я пишу отдельную книгу. Но если сказать в двух словах, дабы попытаться ответить на ваше недоумение, почему здесь, в султанском хамаме в солнечной Турции, я испытала такое очищение души, то знайте, что ничего подобного я не испытывала никогда в жизни. Я не видела ничего слаще морковки, кажется, так говорят о людях, неизбалованных роскошью и прелестями жизни. Этот день для меня был событием, которое впоследствии перевернул всю мою жизнь. Ведь именно в тот момент я осознала, как я хочу жить, и научилась благодарить Господа за каждое мгновение.
Спустя какое-то время я все-таки дошла до раздевалки. Присела на скамью и меня прорвало: я больше не смогла сдерживаться. Мне кажется, мои рыдания раздавались эхом по залам и комнатам. Я захлебывалась от слез, у меня был приступ истерики. Я думала, вся грязь вышла в той комнате вместе с той самой мыльной пеной, но мне лишь показалось. Потому что сейчас из меня буквально выходило все зловоние и нагноение моей души. Я размазывала соленые слезы по лицу, которые почему-то жутко щипали лицо. На какое-то мгновение я подумала, что из глаз течет соляная кислота. Я даже подбежала к зеркалу, чтобы проверить, но с лицом было все в порядке. Когда я пришла в чувства и смогла остановить рыдания, я переоделась и вышла из раздевалки. Затем я направилась в холл, где мне предложили гранатовый чай. А еще мне принесли книгу отзывов и попросили написать о своих чувствах. Удивительно, но почему-то из всех сидящих в холле подошли ко мне одной. Я начала выводить хвалебные строки, и меня накрыло второй раз. Слезы стекали на бумагу, и все написанное синей рукой. Тут я увидела ту женщину, которая нас встречала, когда мы переступили порог сауны. И была она вместе с тем массажистом, который отправил меня на тридцать минут в небытие. Я подбежала к ним и схватила женщину за руку. Глаза мои горели, по лицу были размазаны слезы вперемешку с соплями – картинка, конечно, так себе. Боюсь представить, что она подумала в первые секунды о сумасшедшей туристке. Я начала что-то невнятно бурчать про массаж. Хотя подразумевала я лишь слова благодарности. Она смотрела на меня как на невменяемую и пыталась выяснить, что я хочу и что случилось на массаже. Скандалы с туристами у них явно не приветствуются, а выглядела я так, будто меня изнасиловали в кабинете массажа. Но я собралась, выдохнула и рассказала все, что со мной произошло. И попросила перевести массажисту мои слова вселенской благодарности и признательности к его труду и сильным рукам. Тогда она лучезарно улыбнулась и, повернувшись к этому волшебнику, перевела то, что я сказала. Он подошел и обнял меня. Тепло так, по-отечески. Господи, подумала я тогда, умоляю, прекратите, у меня уже нет слез, чтобы рыдать. Этот момент останется в моей памяти навсегда. Как кадр из фотоаппарата, который запечатлел этот момент на долгие годы. Потом оказалось, что эта женщина была женой этого массажиста, и ей было безумно приятно слышать то, что я говорю. Она тоже меня обняла. Крепко так, с любовью. И именно тогда я почувствовала, как люди умеют быть добрыми и как умеют делиться своим теплом. Я дописала отзыв в книге, допила чай и медленно пошла к автобусу. На улице я снова замерла на мгновение, чтобы полюбоваться на павлинов и запечатлеть эту красоту. Мой мозг с того дня вообще работал в режиме фотоаппарата: он, кажется, снимал каждый момент моей жизни, за каждый из которых я благодарила Господа ночами.
Глава третья
Ложка дегтя в бочке с медом,
или Глава о том, как судьба привела меня к продавцу турецких сладостей
Мой отдых в Турции продолжался. И был он сладок, как огромная бочка с медом. Но не обошлось и без ложки дегтя. И этой ложкой тогда оказалось поведение свекрови. Началось все с того, что она дорвалась до выпивки, которая была в отеле в неограниченном количестве. Выбирая систему «все включено», я забыла, что у нее алкоголь – это слабое место и она может злоупотребить. И все бы ничего, я, возможно, могла бы нормально принять эту ситуацию, ведь ничего плохого в этом нет, ну отдыхает человек. У нас большинство россиян так развлекаются в Турции. Но тогда сработало мое бессознательное: страх моего детства, страх алкоголя. Сколько раз я видела в таком состоянии свою мать. Сколько раз я была подвержена вспышкам агрессии с ее стороны. Сколько боли я тогда испытывала – одному лишь Богу известно. И вот сейчас, увидев свекровь пьяной, я испытала приступ паники и страха. Мне было ужасно дискомфортно, и это вызывало приступ ярости. Все началось с того, что на третий день мы отправились на прогулку на яхте. Конечно, все как я и планировала. На дворе солнечное утро. Температура – тридцать два градуса. Палящее солнце. Открытое море. Мы воспользовались средствами для загара и наслаждаемся отдыхом. Красивые пейзажи и завораживающие виды. Купание в открытом море. Танцы, музыка и детская анимация. И все было бы прекрасно, если бы не бесплатное пиво на корабле. Свекровь напилась. Нет, вела она себя, в принципе, адекватно, но, как я уже объяснила, я не могла с собой ничего поделать, понимая, что она под действием алкоголя. В итоге между нами произошел сильный скандал. До конца прогулки мы не разговаривали, а она продолжала пить стакан за стаканом.
Было около пяти часов вечера, когда мы сошли с корабля. Свекровь начала жаловаться на сильную головную боль, и ее стоны продолжались все время, пока мы добирались до отеля. Я лишь бурчала в ответ, что нужно меньше пить. Позже разразится сильный скандал в номере отеля, и мы не будем общаться до конца отдыха в Турции. И она права была тогда, сказав, что она взрослая женщина и я не имею права ей указывать, что делать, и тем более диктовать, как жить. Но я, во-первых, переживала за нее и состояние ее здоровья, а во-вторых, таким образом проявлялась моя внутренняя защита.
Мы вернулись в отель. Если вы думаете, что свекровь осталась отдыхать в номере, то вы ошибаетесь. Как оказалось, когда она покупала в магазине защиту от солнца, она не придала значение величине степени и выбрала SPF 20. Теперь представьте: открытое море, палящее солнца в течение всего дня, и защита SPF 20. Представляете степень ее ожогов?! Так вот, она пошла за болеутоляющим в бар. И пила водку весь вечер. Так ей становилось легче. Я наблюдала эту картину весь вечер и слушала о том, как ей хорошо с алкоголем. Дочка радостно плескалась в бассейне, и проблемы взрослых ее мало волновали.
Обстановка с каждым днем накалялась. Дочка буквально чувствовала эту атмосферу и начинала капризничать. Мне хотелось убежать. Мой отдых превратился в какое-то испытание. Ноющая свекровь с ожогами и сильным отеком из-за сильной алкогольной интоксикации и вечно капризный ребенок. Ссоры. Упреки и обиды. Затем сильный скандал, о котором я упоминала выше, и игра в молчанку практически до самого отъезда. Хотя пару слов она все-таки произнесла: мы были на пляже, и я попросила ее полететь с дочкой в Россию, когда закончится срок пребывания по путевке, так как я хотела продлить свой отдых и остаться еще немного в Турции. На это я услышала, что никто никого не заберет, так как свекрови нужен отдых после такого отдыха. Затем были слова обвинения в мой адрес. Она сказала, что это я виновата в ее состоянии, что это я устроила ей такой отдых и она проклинает тот день, когда оказалась здесь. В тот момент я чуть не упала с лежака, на котором загорала. И в тот самый момент я приняла решение не делать добрых поступков и каких-то действий, если тебя об этом не просят. Ну и тем более, если сделал, не ждать благодарностей.
Так и жили оставшиеся дни в молчании и полной ненависти друг к другу. Мой отдых был испорчен. И сейчас я признаю, что в этом моя вина. Ведь все, что происходит вокруг, – это итог наших мыслей и поступков. Я сама создала ситуации и события, которые происходили тогда. Но, возможно, все шло так, как надо, и это были просто проделки судьбы.
Оставался последний день нашего пребывания в Алании. И нужно было приобрести подарки для близких. Так как свекровь еще в первый день говорила об этом, я, конечно, пообещала, что помогу ей в этом. Нам нужно было для этого ехать в торговый центр Alaniym. Ах, сколько у меня там судьбоносных встреч и событий будет в дальнейшем! Поистине магическое место. Место переплетения судеб.
До центра нужно было ехать примерно тридцать пять минут. И без меня свекровь не справилась бы. Сначала я хотела встать в позу. Сказать: мол, с чего это я, человек, испортивший вам здоровье, и человек, что привез вас в ад, по вашим словам, должна вдруг помогать? Но вдруг будто толчок какой-то, я что-то почувствовала, потому неожиданно смягчилась и сказала, что ближе к вечеру мы отправимся в этот центр.
Добрались до магазина довольно быстро. «Аланиум» считался самым крупным центром в Алании, и сотни туристов приезжали туда на шопинг. Здесь были такие известные магазины, как Kotton, Waikiki, Migros. Одежду в этих магазинах можно было купить качественную и по доступным ценам. В торговом центре три этажа. На третьем зона фуд-корта и детская игровая зона. На первом этаже расположены магазины с косметикой, «Мигрос» и магазин сладостей FSTK, подаривший мне роковую встречу, с которой началась самая жаркая пора в моей жизни. Эта встреча – как точка невозврата. Все то, что случилось после нее, было кармически предрешено. И с этого самого момента уже ничего не будет случайностью или простым совпадением. Но обо всем по порядку. Перелистывай страницы, мой дорогой читатель, и приготовься удивляться, как порой бывает интересна и непредсказуема наша судьба.
Всем известно, насколько вкусны сладости Востока, поэтому мы и пришли именно в этот магазин за подарками. Здесь были не только сладости, но и много орехов, сухофруктов, приправ, видов чая, потрясающей пахлавы и прочих угощений Востока. Прилавки ломились от разнообразия продукции на любой вкус и кошелек. Здесь угощали ароматным гранатовым чаем и вкусным рахат-лукумом. Дочка радостно бегала по магазину и жевала очередное угощение. В Турции любят детей. Боготворят. А наша красавица всегда была в центре внимания: блондиночка с голубыми глазами, пухляка и улыбака. Турки от нее млели и трепали за щечки. Сейчас она была королевой в самом центре внимания. Ее осыпали сладостями и наливали гранатовый чай. Свекровь бродила вдоль прилавков и набирала угощения. Я замерла возле прилавка с кусочками разнообразного лукума и думала о чем-то своем. Каких вкусов здесь только не было. Вот красные кусочки в кокосовой стружке, а это гранатовые с орехами. Вот лукум, обсыпанный сахарной пудрой. Есть яблочный и мятный. Даже с лепестками роз есть. Еще немного, и у меня будет гастрономический оргазм. Обожаю сладкое. Этот магазин – рай для сладкоежки, но враг для моего диабета.
«Не желаете попробовать?» Мужской голос вывел меня из моего маленького транса. Я обернулась и увидела его. Это был молодой парень лет девятнадцати. Черноволосый, с яркими зелеными глазами и ослепительной улыбкой. Я смотрела на него снизу вверх, так как он был довольно высокого роста. Я сглотнула слюну и попыталась произнести, что хочу попробовать весь лукум, который здесь есть. Он дал мне стакан с гранатовым чаем и стал угощать сладостями. После угощения началась беседа с вопросами: «А что ты здесь делаешь? А когда домой? А давай встретимся вечером?», и все в таком духе. Затем он взял у меня номер телефона и сказал, что напишет, когда закончится рабочий день. Меня позвала мама и сказала, что покупки окончены. Мы вышли из магазина, а я не переставала думать о нем. Его глаза не выходили из моей головы. И я была уверена, что несмотря на то, что он так молод, сегодняшний последний мой вечер здесь мы проведем вместе.
Я с трепетом ждала от него сообщение. Он написал ближе к одиннадцати ночи и сказал, что скоро выходит с работы. Мой самолет был в шесть утра. Автобус забирал нас из отеля в два часа ночи, поэтому мы просто не успели встретиться. Мой телефон разрывался от его сообщений, он очень сожалел о том, что встреча не состоялась. Но на то снова была воля высших сил. А почему – вы поймете дальше. Кстати, как выяснилось в переписке, он работал в этом магазине только второй день. И если бы мы пошли за подарками в первый день нашего отдыха, как тогда предлагала свекровь, а не в последний, как предложила я, то я бы не встретилась с ним. И вот тогда я уже начала догадываться, что это большой план, написанный кем-то свыше. И он действительно начал набирать обороты.
В самолете мое сердце разрывалось от тоски. Больше всего на свете я не хотела возвращаться домой. Я еле сдерживала слезы и старалась проспать всю дорогу, чтобы избавиться от этих мыслей. Дочка тоже крепко проспала весь полет. Утомилась малышка. Вот кто по-настоящему насладился отдыхом. Она всегда учит меня, как нужно радоваться каждому моменту жизни, не зацикливаясь на неудачах. Со свекровью мы по-прежнему не говорили. Магазин был исключением, где мы обменялись несколькими фразами.
В пустой дом я заходила с дикой болью в сердце. Уфа встретила нас холодной погодой и дождем. Серое небо, серый и унылый город, который может вызвать разве что чувство полной апатии и тоски. Я будто увидела его другими глазами. Будто это чужое. Я не родилась здесь. Меня не должно быть тут. Я тогда свернулась калачиком на диване и прорыдала всю ночь. «Акклиматизация», – говорили мне. «Все пройдет», – говорили мне. А я была в состоянии, близком к самоубийству. Я серьезно. Так хреново мне еще не было, даже учитывая последние трудные годы. Но я не из тех, кто сдается. Поэтому собрав волю в кулак, я приступила к работе. А в голове лишь одна цель: вернуться в Турцию. Вернуться к Сонеру. Тому самому мальчишке, покорившему мое сердце в магазине сладостей.
Глава четвертая
«Дура, остановись!»,
или Как двое сумасшедших отправились в Аланию исполнять мечты
Прошло полтора месяца, как я вернулась из Турции. Я полностью погрузилась в работу, ведь было лето, а это сезон массажа. Девчонки собираются в отпуска, все одеваются в платья и короткие шорты и поэтому приводят свое тело в порядок. Я была хорошим массажистом. В эту работу я вкладывала душу и полностью отдавала себя. Мне нравилось то, чем я занимаюсь, и я давала волю творчеству на своей работе. Всегда чувствовала себя скульптором, который из глины лепит шедевры. И мои работы действительно были шедеврами. Сотни положительных отзывов и сарафанное радио работало без остановки. А Сонер писал каждый день. Мы запланировали мой приезд в Аланию на вторую середину августа, и я начала усиленную подготовку.
Первое, что я решила сделать, – это продать квартиру и переехать в Турцию. Тогда я вообще слабо соображала. Мой мозг был отключен, а я будто зомбирована. Хотя мне казалось, что я принимаю чертовски правильное решение.
Через Инстаграм я нашла риелтора. И мы начали процесс. Я параллельно работала и показывала покупателям квартиру. К слову, их и не было практически. Сейчас, когда в голове сложился пазл, я знаю, что тогда было не время и меня оберегали свыше, давая мне знаки. Продав квартиру тогда, я натворила бы таких глупостей, что даже страшно подумать. Но этого не произошло, и все шло как нужно. Покупателей, как я и сказала, почти не было. Риелтор была медлительной и нерасторопной, и поэтому дело не двигалось. Зато клиентов было много. Поток девчонок с утра и до позднего вечера. На счету уже была приличная сумма и я могла вновь отправиться в Турцию. В этот раз решила без помощи турагентства. Сама. Помогал, конечно, Сонер, который занимался поисками квартиры в Алании. Я хотела арендовать жилье на пару месяцев, чтобы составить более полное мнение о Турции.
Тогда я получила очень интересный знак, который заставил меня отменить договор о продаже квартиры и разорвать контракт с риелтором. Несколько моих клиенток, а именно три, придя ко мне на массаж, рассказывали одну и ту же историю. Уточню, что это разные люди, они не знают друг друга, но с каждой из них произошла похожая история, которой они делились со мной во время сеанса массажа. И рассказывали они следующее:
«Ты прикинь, я сегодня попала в аварию. Стою на светофоре, никого не трогаю, и тут бац, резкий толчок и стук сзади. Понимаю, что все, приплыли. Кто-то очень страстно поцеловал зад моей машинки. Выхожу из машины и вижу, как какой-то олень в меня въехал. Блин, ну как так? Нет, ты представляешь, я просто стояла на светофоре».
Три человека, три одинаковых ситуации, три рассказа слово в слово. А вы бы посчитали это знаком? Я, да. И знак этот я расшифровала тогда следующим образом: машина – это моя жизнь. Авария – ситуация, которая в данный момент что-то разрушает. Тот олень за рулем – это, конечно, я. Я и есть тот олень, что сам себе въезжает в зад. А если точнее, то продажа квартиры сейчас – это авария. И, совершив этот поступок, я останусь, грубо говоря, «без своей задницы». Я верю в такие вещи. Тогда я в них верила еще острее и воспринимала каждую ситуацию как знак. И я остановила сделку. Денег у меня уже хватало, и я приобрела билеты в один конец до Анталии. Поездка была запланирована на семнадцатое августа. Билет был куплен. Сонер сказал, что нашел квартиру. И я собиралась отметить день рождения дочери и отправиться в приключение.
А сейчас расскажу о том, как я отправилась в эту поездку не одна. Моей спутницей была такая же сумасшедшая и рискованная девчонка по имени Анастасия. Впервые я познакомилась с ней на массаже. Пришла она ко мне через Инстаграм. Веселая, открытая и искренняя. Девочка с севера – я так ее называла. Всегда опаздывала на сеанс, а когда приходила, просила налить чай или поесть. Поначалу бесила жутко. Думала, вот хамка-то. А потом поняла, что так задевало меня в ней: она могла открыто говорить о своих желаниях и потребностях, а я так не умела. Она потом многому меня научит. Моя Настенька. Мой огонечек. Моя путеводная звезда. Она тогда прошла курс массажа и вернулась на север. Так как наше знакомство на тот момент было лишь в рамках «клиент – массажист», то я и забыла о ней, если честно. Спустя полгода получаю от нее сообщение в социальных сетях. Мол, привет, я в Уфе и хочу на массаж. Это было за несколько дней до даты моего отлета в Аланию. Я отвечаю ей, что есть свободное время и я буду ей рада. Заходит. С порога обнимает меня и говорит, что очень скучала. Я немного даже шокирована. Ложится на массажный стол. Вижу, что в ней чего-то будто не хватает. Потом понимаю, что огонек будто в ней потух. Спрашивать как-то неудобно. Но начинает рассказывать сама. Говорит, что уволилась с работы. Что дальше пока не знает, что будет делать, а сейчас планирует съездить на отдых и развеяться. Потом хочет сорваться с севера и искать себя. Не знаю, что тогда мной двигало, но интуиция вновь подсказала, что делать. Говорю ей, поехали со мной. Сама не верю в то, что человек согласится. Тут гляжу, а она уже билеты смотрит. Вот это мой человек – подумала я тогда. Мы и про массаж забыли. Эмоции. Уходит и говорит, что вечером даст ответ. Проходит полчаса, как она ушла, и мне приходит сообщение: «Я взяла билеты на соседний рейс». Вы только представьте, насколько это легкий на подъем человек! Я в предвкушении. Думаю, зажжем не по-детски. Дочка в этот раз должна была остаться со своим папой. К слову, Настька ни разу не была за границей, знает меня лишь как своего массажиста и приняла решение буквально за час.
Вечером звонит мне вся в слезах. Мол, родители запугали. Сказали, что ее продадут в рабство. Что она идиотка и куда она лезет. Спрашивали, кто я такая и откуда меня знает. Я отправила им фотографии документов и билетов, дабы их успокоить. Через сутки улетать уже. Разница наших рейсов пятнадцать минут. Успокоились, отпустили.
День отлета. Аэропорт. Настька и Настька. Счастливые и радостные. Все время хохочем в голос. Люди в аэропорту оборачиваются на нас. Две сумасшедших. Нашли друг друга, как говорится. Она улетает. А мой рейс задерживают аж на три часа. Паника. До Насти не дозвониться. Она в самолете. Забегая вперед, скажу, что у нас обеих не работали симки в Турции. Я в панике пишу Сонеру и отправляю ее фото. Говорю, найди ее. Сообщаю, какой у нее рейс.
Сонер из магазина сладостей. Возвращалась ведь по большей части из-за него. Пообщались тогда всего лишь минут пятнадцать, а голову снесло, будто любовь навеки. Сейчас вспоминаю все, и даже смешно. Что за глупышка в Турции вместо меня была? Сонер сказал, что нашел жилье. Семьсот долларов стоит, двухкомнатная квартира в большом доме с личным бассейном во дворе. Я ему верила тогда. Ослеплена будто была. Первая моя турецкая ошибка. Урок на всю жизнь: мальчик для курортных утех и обыкновенный альфонс. Хотите правду? Такой, скорее всего, был у каждой, кто едет за приключениями в Турцию. Но обо всем по порядку.
Он узнал Настю по фото, когда она выходила из аэропорта. Встретились. Я еще была в аэропорту Уфы, когда он отправил мне их совместное фото. Мы как раз готовились к взлету. Лечу к ним. Сердце такие пляски в груди устраивает, что прямо ух и ох. Мысли тогда были, что точно останусь в Алании. Если и вернусь, то только за дочкой. Аэропорт Анталии. Спустилась по трапу самолета. Открытое поле, нас ждет автобус до аэропорта. Этот воздух пьянит. Влажный, горячий и веет морем. Прохожу паспортный контроль. Нравится мне эта процедура. Потому что турки с тебя глаз не сводят. С ума они сходят по русским красавицам. Кокетничают, заигрывают. Ну а нам внимание всегда приятно. Выхожу из аэропорта и вижу их. Сонер, Настя и друг Сонера. Вымотанные. Уставшие и сонные. Тут мне Сонер говорит, что жилье освободится лишь через пару дней и он отвезет нас к своим турецким подругам. Побудем там пару дней, а затем сможем заселиться в свой дом. Я, конечно, немного в шоке. Но решаю ему довериться. В конце концов, и выбора-то у нас нет. Но внутри начинает странно подскребывать. «Что-то здесь не так», – шепчет мне моя интуиция. Но я сваливаю все на усталость и следую за своим парнем. Дорога от Анталии до Алании занимает, как и тогда, около трех часов. Немного дремлем. Бессонная ночь дает о себе знать. Сонер целует мои руки. Обнимает. Порой смущается и краснеет. Забавный такой молодой турчонок. Ему девятнадцать, мне двадцать восемь. Дура, что ты делаешь, остановись. Но не тут-то было.
Алания. Нас привели в уютный дом. Знакомят с хозяйкой квартиры. Зовут Мелек. Девушка молодая и очень красивая. Кудрявые волосы будто осыпаны золотом. Говорит только на турецком. Мы вообще не понимаем. Ни слова. Телефоны нерабочие, и переводчика нет. Объясняемся жестами. Смешно тогда это все было. Мы с Настей уставшие. Приняли душ и переоделись. Затем отправились на разведку в торговый центр, где работал Сонер. День пролетел незаметно. Оформили сим-карты. Ели турецкие сладости, которыми он нас угощал. Дурачились на фуд-корте и прогуливались по городу. А вечером не смогли открыть квартиру. Сидели возле бассейна с Настькой и ждали хозяев квартиры. Помню кошку, которая ела лукум и пила воду из бассейна. Я ее так и прозвала – хлористая кошка. Сонер вернулся с работы. Смогли открыть дверь. Все устали. Слишком много эмоций. Он говорит, что здесь нам нужно остаться еще на пару дней. И потом он отведет нас в ту квартиру, которую планировали снимать весь период поездки. Если бы я знала, какая паутина лжи плелась в тот момент, я бы, наверное, утопила его в этом самом бассейне с хлоркой. Но тогда я лишь улыбалась. Целовалась с ним под звездами и была невероятной влюбленной дурочкой.
Глава пятая
До встречи с тобой,
или Сказ о том, как порой бывает жестока Турция
Наши романтические прогулки продолжались еще пару дней. Жили мы у Мелек, и наша компания пополнилась. Это были веселые и классные девчонки. Все турчанки, все из Анкары. Гулия, Мелисса, Хазира. Если вы когда-нибудь услышите, что девушки-турчанки озлобленные и противные, то, пожалуйста, не верьте слухам. Это самые искренние, открытые и позитивные девушки. Да, они очень эмоциональные, но они очень честны в своих эмоциях. Если счастье, то на полную, если радость, то от души, и если ненависть, то и здесь на все сто процентов. В Турции такие люди, и они так живут. И когда ты едешь в чужую страну, ты должен понимать, что это люди с другим менталитетом и другим воспитанием. И тут выбор за тобой: принимать или не принимать. Любить Турцию всем сердцем или играть в любовь ради того, чтобы пожить под солнцем. Наши соседки учили нас турецкому языку. А Хазира всегда варила кофе и гадала на кофейной гуще. Так и проводили вечера на кухне, за уютной беседой и свежесваренным кофе. Мелек много курила, причем прямо в квартире. В Турции вообще народ очень много курит, будь то кальян или сигареты. Раньше курили даже в общественном транспорте, и лишь недавно вышел закон о запрете. В Турцию я влюбилась отчасти за гостеприимство народа и умение дружить и приходить на помощь.
Сонер работал с утра до ночи, и мы практически не виделись. Утром удавалось сходить на море, а вечером была традиционная прогулка под звездами. Так и прошло пару дней. На четвертый день мы отправились в клуб всей большой и дружной компанией. До сих пор помню то большое такси-микроавтобус и наши пляски и песни внутри него. Так и ехали до самого клуба. В клубе немного потанцевали, послушали музыку и затем по набережной пошли пешком. По дороге уплетали вареную кукурузу, которая щедро была приправлена солью, и вели разговоры ни о чем.
Воздух морской ночью особенный. Не сравнится ни с чем другим. Насыщенный и яркий. Ночью море чистится. Запах неприятный порой, но не противный. Шумит прибой. Волны бьются о каменистый берег. И терпеливо море ждет утра. Ждет встречи с туристами, которым оно всегда радо.
Сонер сказал, что мы всем очень понравились. Говорит, даже не похожи на русских, слишком всегда счастливые и позитивные. Так и сказали, что русские у них ассоциируются с печальными и грустными лицами или даже со злостью. Не удивлена их словам, бывает, и сама задавалась вопросом, отчего в России люди такие озлобленные. Сонер предлагает остаться у Мелек, говорит, что это ее идея. Идея вызывает восторг. Я очень рада такой компании. К тому же в голове срабатывает калькулятор, и я понимаю, что, возможно, получится сэкономить на проживании. По моим расчетам, комната явно будет стоить дешевле нежели целая квартира, которую мы должны были снимать за семьсот долларов. Но Сонер все мои ожидания нарушил. Он назвал точно такую же сумму, что и за целый дом. Я посмотрела на него вопросительным взглядом. Удивление. Переспрашиваю, серьезно ли он сейчас или шутки такие. Как сумма может быть равной, ведь условия абсолютно разные. Говорит, что это цена Мелек. Отправляю его поговорить с ней и прийти к разумному соглашению. Долго беседуют. Возвращается. Говорит, удалось скинуть сто долларов и Мелек согласна на шестьсот. До сих пор думаю, что он там ей так долго рассказывал, когда создавал иллюзию разговора о жилье. Я соглашаюсь. Думаю, какая разница, и так платить семьсот, а так – шестьсот. Но с Мелек и девчонками хотелось жить больше. Сонер протягивает руку и просит отдать ему деньги. Снова удивление. Спрашиваю, почему тебе, а не лично владелице. Краснеет и жмется, говорит, ну я же вроде как твой парень, типа, я сам заплачу за тебя. Говорит, мол, уже сказал Мелек, что деньги его. Ну хорошо, пожимаю плечами и отдаю ему деньги. Хочет почувствовать себя героем. Да ради бога, от меня не убудет. Я сейчас пишу эти строки и будто вижу со стороны, насколько глупая я была, и не понимаю, чем же я так одурманена была. Нет, все-таки женские гормоны напрочь отключают здравый рассудок. Но тогда даже капельки сомнения в искренности этого смазливого мальчишки не было. В кошельке осталось сто долларов и двести лир. Правда, еще была кредитная карта на экстренный, так сказать, случай. Но мне все равно интересно: и как я планировала жить в Турции? Хотя и молодец, что не планировала и не парилась по этому поводу. Тогда впервые я доверилась вселенной и каким-то магическим силам, они и повели меня по нужному пути.
Я пересказала Насте наш разговор с Сонером. Сказала, что останемся у Мелек. Настя тогда сразу отметила, что история какая-то мутная, но если я ему доверяю, то она тем более не будет переживать. Так и решили. Счастливые и радостные, рухнули в кровать, где проспали до полудня следующего дня.
Больше времени мы с Настей проводили вдвоем. Сонера я почти не видела. И, что самое странное, не очень-то и хотелось. Во мне говорили странные противоречивые чувства, и интуиция будто начала просыпаться. Начала чувствовать что-то такое тонкое и едва уловимое. В один из дней по дороге на пляж мы знакомимся с Фархатом. Этот человек был вдвое старше нас. После он стал нам как отец, как ангел-хранитель. Опора и поддержка во всех ситуациях. Он работал экскурсоводом и предлагал туристам Алании потрясающие туры и экскурсии. Также их фирма занималась продажей элитного и нового жилья. Так я начала присматривать дом в Алании. От его же фирмы мы поехали на джип-сафари в горы Алании и провели с Настей незабываемый день. Кстати, очень классный совет для разрядки эмоций и выплеску негативной энергии: отправляйтесь поближе к природе, в лес или горы, и орите там, пока не охрипнете. Результат колоссальный, я вам гарантирую: вернетесь другим человеком. Я тогда очень мощно очистила энергетику. И тогда-то все началось.
Вечером Сонер похвастался мне новеньким айфоном. Уточнил, что это ему брат из Бишкека прислал. Какое странное совпадение, не правда ли? Время близилось к ночи, и мы сидели на кухне с Мелек и Настей. Пили чай и ели шоколадную пасту. В Турции шоколад невероятно вкусный. Советую попробовать. Вдруг зашел спонтанный разговор о нашем отъезде. Настя решила узнать, когда же мы уезжаем. И сколько вообще мы имеем право оставаться в этом доме. Я сказала, что раз у нас оплачен месяц, то, наверное, месяц и можем. Но почему-то решила уточнить у Мелек. Что меня тогда к этому подвело, ответить не смогу. Но все тогда следовало определенной чередой событий и вело меня к нему…
Я повернулась к Мелек и написала в переводчике вопрос. Мелек удивленно пожала плечами и произнесла, что это зависит лишь от нашего желания. Вы, говорит, желанные гости здесь и можете находиться сколько вам удобно. Тут уже удивились мы. Как так? А как же арендная плата и разве мы можем находиться больше оплаченного месяца? Тут снова будто толчок в спину, невидимая сила шепчет: «Напиши о сумме за дом». Понимаю, что с Мелек мы лично и не беседовали и я не знаю деталей. Пишу в переводчике: «Мы отдали шестьсот долларов, какие у нас условия?» Глаза Мелек округлились. Судорожно достает калькулятор. Переводит доллары в лиры. Затем обратно. Пишет в переводчике: «Сколько точно вы отдали? Вы путаете сумму». Я повторила. Она вновь бросает взгляд на калькулятор. И тут вспышка. Озарение. Я понимаю, какая же я лохушка. И что меня просто обвели вокруг пальца, как наивную школьницу на первом свидании. Позже я узнала, что Сонер соврал и о возрасте, ему не было и восемнадцати лет. Тут снова не просто толчок в спину, а самый настоящий удар. До меня доходит, что нужно позвонить Фархату и дать трубку Мелек. Ведь он говорит на двух языках сразу. Он сможет объяснить нам, что вообще происходит.
Разговор Фархата и Мелек занял минут десять. Мелек бурно выражала свои эмоции и порой переходила на крик. Затем она передала трубку нам, и мы узнали правду. Узнали, что сумма аренды составляет сто долларов. Именно такую сумму назвала Мелек Сонеру. Но даже эти сто долларов она еще не получала, и, следовательно, вся сумма находилась у Сонера. Все шестьсот долларов. Для Турции это приличная сумма. Хватит ее на новенький айфон? Вполне, если немного добавить. У меня слезы потекли градом. Обида начала душить. Я работала несколько месяцев, чтобы накопить нужную сумму. Я не видела свою дочь, потому что вставала к столу в восемь утра и в одиннадцать отползала от него. Я почти не спала. Я грезила этой поездкой. А меня предали. Я стала жертвой альфонса и ушлого турчонка. Я взяла телефон и дрожащими руками стала набирать номер, который принадлежал Сонеру. Меня трясло. Сердце хватала невидимая рука и причиняла жуткую боль. Глаза застилала пелена гнева и ненависти.
Настя вовремя тогда сказала мне, чтобы я остыла. Якобы я его спугну, лучше бы дождаться вечера, а там уже лично поговорим. Но с моим характером это не так просто, я не слышала и не хотела никого слушать. Я была в дикой ярости. Я была готова уничтожить все вокруг, когда набирала его номер. Как только он взял трубку, он сразу спросил, что мы там наговорили Мелек, и сказал, что мы тупицы и все не так поняли. Оказывается, она связалась с ним по SMS, и он уже был в курсе. Он начал оправдываться, но был прерван мной на полуслове. Я сказала: если он, сволочь, сейчас не принесет мне деньги, я сообщу его дяде о том, что произошло, и положила трубку. Сонер, видимо, в силу своего возраста был очень глуп. Он прекрасно знал, что я знаю его родственников и где он работает. Конечно, деньги я отдавала добровольно, и в полиции мне вряд ли бы помогли, но вот скандал русская девушка могла устроить знатный. По голосу Сонера я поняла, насколько он напуган. И приехал он буквально через полчаса. Приехал даже не один, а с другом. Я, конечно, пошла с Настей. Я вообще тогда была в неадекватном состоянии и боялась натворить глупостей. А Настя боялась, что этот турецкий мачо вновь задурит мне голову. Сонер дрожал, как лист осенний на ветру. Друг стоял в стороне и, по-моему, вообще не понимал, что происходит. Он плохо говорил по-русски, поэтому суть нашего разговора едва улавливал. Сонер повторил раз десять, что все сейчас объяснит. Я повторяла лишь фразу: «Верни мои деньги, иначе пожалеешь, что вообще со мной связался». В итоге я услышала следующее: деньги никто у меня не воровал и не собирался. Просто у его друга Ясына были проблемы и срочно нужны были деньги. Просить деньги у меня было стыдно, и они придумали легенду с домом, а как уладили бы проблему, вернули всю сумму.
Мальчик, ты вообще слышишь какой ты бред несешь? Серьезно. Я должна в это сейчас поверить? Я усмехнулась по поводу его новенького айфона. Он начал клясться, что это подарок брата. Верить его клятвам было бы странно, все мы понимали, откуда этот айфон. Он достал ровно половину суммы и вернул их мне. Остальное, сказал, отдаст завтра вечером. Я кивнула. Больше всего я хотела уйти прямо сейчас и не видеть этой наглой рожи. А еще хорошенько отмыться в душе. Встать под горячую воду и смыть с себя это налипшее дерьмо. Мне было мерзко. Внутренняя дрожь. Когда я уже собиралась уходить, Сонер взял меня за руку. Вы думаете, он хотел извиниться? А разве такие люди вообще могут признать свою вину? Нет. Держитесь крепче и готовьтесь это услышать. Он сказал мне, что из этой суммы вычтет все расходы: дорогу от аэропорта, все наши обеды в торговом центре, поход в клуб и прочее. Реакцию мою представляете? Я хотела задушить его и хорошенько плюнуть в лицо. Но в ответ я дико расхохоталась. Это была истерика. Мне двадцать восемь, как я в это влипла? Я повелась на такое сокровище. Чем я думала? Чего ждала? Все-таки гормоны – страшная вещь. А у меня они еще и бурлили, как у подростка. В ответ на эти слова я произнесла страшные вещи (никогда бы не позволила сказать о себе в таком контексте, но тогда это было в истерическом припадке смеха). Я посмотрела ему в глаза и спросила: «А ты знаешь, сколько стоят мои услуги? Прогулки под луной, постель? Я сейчас посчитаю, и ты мне еще останешься должен, мразь!» Да, это была не я. Это был мой гнев. Но я это произнесла. Он онемел. Я развернулась, сказав напоследок, что жду остаток всей суммы до завтрашнего вечера. И, рыдая, направилась к дому. Деньги он вернул на следующий день, всю сумму в лирах. Естественно, без всяких там «вычетов».
Мне уже было все равно. Я поняла, что прошла урок. В Турции не разочаровалась. Он – не вся Турция. Он – еще не весь Восток. Самое обидное, что все продолжили с ним общаться. Даже Настя, и это обижало больше всего. Он был частым гостем в доме. А во мне кипела обида, и я всегда уходила из дома. Я все умею прощать, но тогда было слишком больно и мерзко.
Пока я еще была с Сонером, в меня влюбился официант из ресторана, в котором мы с Настей ужинали. Сейчас, когда я официально была свободной, я позволила отношениям развиваться. Звали его Ямач. Он был очень милым и обходительным парнем. Катались на мотоцикле. Всегда кормил свежими фруктами, за которыми ходил на базар. Заботился обо мне. Ему двадцать два. Студент. Коренной житель Турции, родом из небольшого городка Gazipasha. Семья очень интеллигентная. Сразу же сказал: «Забери дочку, и давай жить вместе. Я буду о вас заботиться». После всего произошедшего со мной было трудно поверить мужчине, но я ему верила. Он действительно был хорошим парнем. Но, к сожалению, я не испытывала к нему никаких чувств. И, видимо, хорошие парни на тот момент меня совсем не волновали. Он с меня пылинки сдувает, на руках носит, а мне все равно. Смотрю на него и думаю: откуда ж ты такой? Ласковый турецкий мальчик. Потом даже привыкла к нему. И у меня стала появляться симпатия. Он познакомил меня со своим дядей, который продавал недвижимость. Она не была элитной, как у Фархата в компании, но это было хорошее и доступное жилье. Стали искать варианты. Эпизод с деньгами забылся, а Сонера я и не видела больше. Мне было спокойно, и все шло своим чередом.
До того самого момента, как я встретила тебя, Вартолу. До того дня, как ты разделил мою жизнь на до и после. До того самого момента, когда в моем сердце нас стало двое. Я и ты. Мужчина, что свел меня с ума. Мужчина, который научил быть истинной женщиной. Показал мир. Научил любить и доверять. Благодаря тебе рождается книга. Роман длиною в год. Ты научил просить о помощи и быть слабой.