Академия хаоса. Когда рушатся стены

Звучало так себе. Простовато. Наверное, Миранда тоже подумала что-то такое, потому что ее глаза сердито вспыхнули сиреневым огнем.

– Не могу же я его бросить после первого же раза, – вспылила она. – Джаф дрался из-за меня с ректором, с Изергастом, он пытается обуздать свою животную сторону, а это очень непросто, он мастер хаоса!

– Я не говорю, что ты должна его бросить, – растерялась я.

– Я переспала с ним, – продолжила Миранда, словно убеждая саму себя. – Я давно этого хотела. Да, я хотела любить и быть любимой, и Джаф может мне это дать. Причем не под каким-то там приворотным чаем или ритуалом…

Она осеклась.

– Значит, ты все же его любишь? – спросила я.

– Мне с ним хорошо, – отрезала Миранда. – На этом и остановимся. Спасибо за заботу, мне и правда стало легче. А теперь давай сменим тему. – Она наколола на вилку следующую оладью. – Что думаешь по поводу письма императора? Кажется, все складывается просто шикарно. Его бренные останки скормили собакам, и никто не будет тебя искать.

– Думаешь?

– Не знаю, – сказала Миранда. – Но сейчас на первый план выйдут выборы нового императора, и велик шанс, что о старом все забудут. Умер, да и ладно. Гуманный, – она фыркнула. – Бьюсь об заклад, это прозвище придумал какой-то некромант.

– А сколько всего наследников у императора?

– Больше пятидесяти точно. Но по итогу выбирать будут из шести. Каждый луч выставит своего представителя.

– И путники? – удивилась я.

– Да нет же, – снисходительно улыбнулась Миранда. – Если бы на трон вдруг стал претендовать путник, то за него бы проголосовали единогласно, ведь путники видят варианты судеб и могут выбрать оптимальный. К сожалению, им на власть начхать. Знаешь, это даже несправедливо, что я ни разу не встречала путника. Айрис могла бы явиться и ко мне, дать какой-нибудь совет…

– Ты ведь сама все лучше всех знаешь.

– Ну, путника я бы выслушала, – ответила она.

– Так кто же будет шестым претендентом на трон? – вернулась я к прежней теме.

– Человек, – сказала Миранда и слизнула джем с вилки. – Но это скорее формальность. За всю историю империи человек садился на трон лишь однажды и правил всего пару месяцев.

– Точно, мы ведь проходили это по истории, – вспомнила я. – Александр Невезучий. Его, кажется, отравили.

– Нет, отравили Великодушного. А Невезучий свалился с лестницы и сломал шею. Маги куда крепче людей. Особенно анимаги. Они и живут куда дольше остальных, и в этом их преимущество перед другими наследниками. Многим нравится стабильность.

– Однако расцвет империи приходился на годы правления некромантов, – вспомнила я. – Довольно забавно. Энергия смерти дает толчок жизни.

– Вполне логично, – ответила Миранда. – Некроманты рациональны и способны отбросить лишние эмоции, чтобы принять оптимальное решение. Обычно.

Она снова задумалась и помрачнела, как будто пыталась принять какое-то оптимальное решение прямо сейчас.

– У меня такое чувство, что ты что-то не договариваешь, – заметила я.

– Да нет, – улыбнулась она. – Все хорошо.

Однако ее напускная беззаботность меня не обманула.

– А где Джаф? – спросила я. – Та погибшая девушка, кажется, была ему знакома?

– Очень близко, как и некоторые другие студентки, – буркнула Миранда, вновь помрачнев. – Кстати, странно, что о смерти Крекина Адалхард не сказал ни слова.

– Ничего странного, – сказал Эммет, падая на стул рядом со мной. – Крекин был из гармоничных и убил Вейру, а потом очень кстати покончил с собой. Но скорее всего его убил кто-то из преподавателей. Я лично ставлю на Рурка.

– Вот это ты подвез сплетен, конечно, – оценила Миранда.

– А еще мы с вами, девчонки, отправляемся в путешествие, – огорошил он.

– У меня вообще-то другие планы, – ответила она.

– Значит, тебе придется их отложить, – отрезал Эммет. – Потому что это приказ ректора.

Он протянул ей листок, исписанный твердым почерком Родерика, и повернулся ко мне.

– Знаешь, Арья, если бы меня из-за тебя казнили, я бы этого никогда тебе не простил. Я слишком молод, чтобы умирать.

– Вот как, – только и смогла я сказать, безотчетно радуясь тому, что он заговорил со мной совсем как прежде. Что бы там ни было между нами, я не хотела терять его дружбу. – Эммет, прости…

– Проехали, – равнодушно бросил он и повернулся к Миранде. – Так что пакуй чемоданы и ставь в известность своего лохматого дружка, что ему придется коротать каникулы в одиночестве. Или ты боишься оставлять его без присмотра?

Ее скулы слегка порозовели от гнева, но Эммет тут же добавил:

– Впрочем, это ему стоит напрячься. Поскольку сопровождать нас будет угадай кто? Даю подсказку: умеет затыкать как никто другой, вечно хамит и, в целом, тот еще отморозок, но тебе такие и нравятся. Не зря же ты целовалась с ним прямо на балу?

– С нами едет мастер Изергаст? – поняла я. – Не Родерик?

– У него какие-то дела, – ответил Эммет, глянув на меня. – Что, он тебе не сказал?

***

Эммет продолжил трещать о предстоящих каникулах, но я погрузилась в собственные мысли, не особо вникая в его болтовню. Миранда передала мне приказ, и когда я прочитала сухие строки, мое сердце трепетало от радостного предвкушения, смешанного со страхом.

Адалхорт. Семейное гнездо Родерика. Его родовой замок на острове, щерящемся серыми пиками скал, где до сих пор водятся морские драконы. Если мы и правда поженимся, то Адалхорт станет и моим домом.

Может, это что-то вроде официального знакомства? Но почему тогда Родерик не едет со мной? Почему отправляет Изергаста, который наверняка будет издеваться и отпускать язвительные шуточки? Впрочем, с нами едут еще и Эммет, и Миранда, и некромант явно уделит куда больше внимания ей.

– Это что, какой-то план по совращению меня Изергастом? – спросила Миранда, хмуря брови.

– Не думаю. Хотя ты можешь совместить приятное с полезным, – ответил Эммет и, понизив голос, добавил: – Мастер Адалхард явно пытается нас защитить. После… ну, ты ведь в курсе, да?

– Угу, – промычала Миранда, отбирая у меня лист с приказом. – Джаф будет в бешенстве.

– Ты не рассказала ему о том, что произошло на балу? – поинтересовался Эммет, стащив у меня оладью.

– Нет, – ответила она. – Это не мой секрет. И у меня нет твоей пошлой привычки трепать языком. Я бы советовала и тебе почаще молчать и побольше думать.

– Ты зануда, – ответил Эммет, приобняв меня за плечо. – Не то что моя сводная сестренка. С ней можно помереть от веселья.

Значит, теперь – так? Брат и сестра? У нас получится? Я с сомнением глянула на Эммета, и глубокая бирюза его глаз тут же потемнела, затягивая в глубину. Он отстранился и, встав, потрепал меня по волосам.

– Пойду за блинами, – объявил он. – А ты, Миранда, с такими порциями растолстеешь, и все тебя разлюбят.

– Это вряд ли, – мрачно ответила она.

– Да, – согласился Эммет. – Никогда не видел толстого некроманта. Но, может, белоголовые сразу хоронят тех, кто не дотягивает до высоких стандартов? Чтобы не позорили луч смерти своим несовершенством.

Он отошел к раздаточному столу и принялся флиртовать с поварихой, а Миранда покосилась на дверь, где появился Джаф. Он сразу направился к нашему столику, сел на стул рядом с Мирандой и, по-хозяйски обняв, поцеловал в висок, а она молча протянула ему приказ ректора.

Джаф пробежал взглядом по строкам, и я невольно отшатнулась, услышав глухое рычание. Его лицо исказилось от злости: желваки выступили на челюсти, глаза вспыхнули звериной яростью. Однако через мгновение он собрался и, положив на стол приказ, спокойно разладил его ладонью, так что я даже восхитилась его выдержкой. Похоже, тренировки с Родериком пошли на пользу.

– Я рассчитывал провести каникулы с тобой, – ровно сказал Джаф. – С какой вообще стати ректор отправляет вас в Адалхорт? Ладно Арнеллу, – кивок в мою сторону. – Или там Изергаста, – это имя он выплюнул с отвращением. – Кривоносый – его друг. Но вы с Эмметом что там забыли?

Он вперился взглядом в вернувшегося с полной тарелкой блинов Эммета, точно в слабое звено.

– Вообще-то Изергасту нос ровно сделали, – зачем-то встряла я. – Совсем незаметно, что был сломан.

– Так может, пора снова его сбить на сторону? – рявкнул Джаф, теряя самообладание, и пристально посмотрел на меня. – Зачем с вами едет Эммет? Ректор не в курсе, что вы сосались в моей ванной?

– В курсе, – с достоинством ответил Эммет. – Но он, видимо, доверяет Арье.

– А ты мне совсем не доверяешь, – ухватилась за поданную зацепку Миранда. – Думаешь, я стану тебе изменять? Перепрыгну из постели в постель? Считаешь меня шлюхой?

На мой взгляд, она слегка переигрывала с демонстрацией обиды, но Джаф повелся: насупился и спрятал ладони, сжавшиеся в кулаки, под стол.

– У него много опыта, он хитрый и изворотливый, – пробубнил Джаф, и даже без имени было понятно, о ком он.

– Это точно, – подтвердил Эммет, явно наслаждаясь сценой, и подкинул дровишек: – На твоем месте, Миранда, я бы не расслаблялся.

– Вот именно, – кивнул Джаф. – Он использует какой-нибудь запрещенный некромантский прием.

– Не использует, – заверила Миранда. – Мастер Изергаст дал мне слово.

– Когда это? Зачем? Я чего-то не знаю? – забросал ее вопросами Джаф. – И я так и не понял, почему вы едете на Адалхорт?

– Подготовка к свадьбе, – брякнул Эммет и снова потрепал меня по волосам. – Арнелла – невеста ректора, вон у нее и фамильный перстень на пальце. Миранда – ее лучшая подруга, Изергаст – друг Адалхарда, а я – почти член семьи.

Мое сердце снова затрепетало, пусть подготовка к свадьбе и была всего лишь выдумкой Эммета. Я познакомлюсь с семьей Родерика. А вдруг я им не понравлюсь?

Джаф молчал и не сводил с Эммета глаз, но тот спокойно выдержал его взгляд.

– А если ты не доверяешь Миранде уже сейчас, в самом начале ваших отношений, то увы, у меня для вас плохие новости, – печально вздохнул он, а я мысленно зааплодировала.

– Все это очень странно, – буркнул Джаф. – Еще и письмо императора… Я ведь сразу понял, что у него начался переход. Мхом несло через весь зал. Но не ожидал, что император станет частью Стены… Надеюсь, до моего посмертия с хаосом разберутся. Так-то оно может и все равно, где стоять, раз уж ты дерево…

Миранда встревоженно глянула на Джафа и осторожно прикоснулась к его предплечью.

– Зачем ты вообще про это думаешь? – спросила я.

– Почему бы не подумать о смерти, – пожал он плечами. – Раз уж она теперь рядом со мной.

Миранда убрала руку, но Джаф перехватил ее ладонь и, развернувшись всем телом, спросил:

– Проведешь этот день со мной?

– Конечно, – ответила она.

***

Миранда с Джафом первыми ушли из-за стола, а я осталась цедить сок в компании Эммета.

– Хочешь, сделаю его слегка забродившим, – предложил Эммет, кивнув на мой стакан.

– Вообще не хочу, – ответила я.

Он пересел на освободившийся стул Миранды. То ли чтобы смотреть мне в глаза, то ли чтобы оказаться чуть дальше.

– Прости, – попросила я еще раз. – Не думала, что ты увяжешься за мной там, на балу.

– Что сказать, я прикипел к тебе намертво, будущая сестренка, – вздохнул Эммет. – Значит, выходишь за мастера Адалхарда?

Он сидел спиной к окну, так что его глаза оказались в тени, и я не могла разобрать их оттенок. Сейчас они казались почти черными.

– Ты против? – поинтересовалась я.

Эммет склонился к тарелке с блинами, и я заметила макушку Джафа, мелькнувшую за окном. Видимо, он повел Миранду к себе.

– Вообще-то да, – ответил Эммет, поднимая голову. – Я против. Думаю, всем нам надо время, чтобы разобраться в ситуации и чувствах. А тебе, Арья, стоит повзрослеть перед тем, как принимать такие судьбоносные решения.

– Как хорошо, что это не твое дело, – фыркнула я.

– Я, как твой будущий старший брат, должен иметь право вето, – заявил он, нахально улыбнувшись.

– Еще чего, – возмутилась я.

– Ты только представь: моя сводная сестра – магичка огня, – мечтательно протянул он. – Единственная в своем роде. Знойная, пылкая, абсолютно безбашенная. Можно выдать тебя замуж за какого-нибудь богатенького дурачка, срубить деньжат…

– В тебе проснулась коммерческая жилка отца? – хмыкнула я. – И отчего сразу за дурачка? Умного подобрать слабо?

– Умный на такое не пойдет.

– Считаешь Адалхарда дураком? – не выдержала я.

Разговор нравился мне все меньше, но, по крайней мере, сейчас Эммет со мной говорил, а я по-прежнему чувствовала за собой вину. Он едва не погиб из-за меня, и я совсем не уверена в том, что все позади. Не зря же Родерик озаботился нашей безопасностью.

– Влюбленный и дурак – по сути, одно и то же, – отрывисто бросил Эммет, а потом посмотрел прямо мне в глаза. – Как считаешь, не поступает ли Адалхард опрометчиво, отправляя нас с тобой на каникулы вместе?

В его глазах бушевал шторм, и на меня дохнуло морской свежестью так явно, будто я стояла на берегу, подставив лицо соленым брызгам.