Чудная деревня. Четвертая часть. Последний дракон

Ну да с этим я согласна, столько нового в моей жизни происходит, вроде одни и те же события, а все новой стороной ко мне поворачиваются, я уже и запуталась кто прав, кто виноват. Мне всегда было интересно заниматься целительством, а я все дальше и дальше от своего призвания, а тут такая возможность, позаниматься лечением охотников. Я уже давно приглядывалась к Николаю, но помощь предлагать у нас не принято, только сам человек должен прийти к целителю, почему так не знаю, но вбили в меня это крепко. Но я не стала ломаться, услышав просьбу Николая, соскучилась по работе, да и мне давно было самой интересно, смогу ли я помочь ему, травма застарелая, такие ранения лечатся плохо и долго.

Села на пол в спортзале и жестом показала ему, чтоб он сел рядом. Взяла его обеими руками за ладонь больной руки и стала ее разминать и смотреть, да руку ему почти оторвали и как могли, пришили, проще было отрезать, хирург был хорош, рука живая и с чувствительностью. Мне сложно объяснить, что я вижу, каждая здоровая мышца распадается на тысячи тонюсеньких ниточек, сосуды все окрашены в голубоватый цвет, если воспалены, то в красный цвет, а у Николая синие нити бегут и обрываются, рана смотрится огромной черной кляксой, дальше снова также синеватые здоровые ткани. Как я понимаю, какие нити нужно протащить через черную кляксу и соединить, н знаю, просто вижу и все. Все собрать я не смогу, нитей миллиарды. Но если даже соберу большую часть, то рука будет здоровой, что я и попыталась сделать. Но рана была страшной, даже сейчас смотреть неприятно, конечно шансов мало, но попробовать можно, когда-то для Марины я делала подобное, просто по сравнению с рукой там было совсем мало работы, а здесь нужно потрудиться. Я стала прогонять силу через пораженные нити и связывать, сращивать их, собирать оборванные связи, увлеклась и очнулась от стона Николая. Он был очень бледным, от боли весь взмок, но держался, не кричал, ну да процесс лечения весьма болезнен, и здесь я ничего не изменю. Нужно его всего осмотреть для начала, а то я как-то увлеклась. Кроме руки у Николая еще была куча красных клякс в организме и очень изношенное сердце, как он жив до сих пор, я призадумалась, — сейчас начну лечить ему руку, а он запросто умрет от чего-то другого, от того же сердца запросто, а то и от болевого шока.

Отпустила его руку и сказала, — так, лечить тебя я возьмусь, но это долгий процесс, не рассчитывай, что все пройдет быстро, и нужно тебя еще и в общем, подлечить, сегодня приготовлю тебе первые настойки, и сегодня же начнешь пить, а то у тебя сердце плохое. — Да и еще проблем куча, кроме этого тебе будет больно, здесь я тоже ничем не помогу, мышцы нужно собирать вживую, обезболю, не смогу увидеть, как надо.

Николай затряс головой, — не переживай, перетерплю, и ты не пожалеешь если поможешь мне.

— Н — да, твои слова, да, богу в уши. — Просто в благодарность меня как-то пациентка почти убила, а как ты отблагодаришь, меньше будешь меня бить, пока обучаешь, — с интересом спросила я, поглядывая с лукавинкой на Николая.

— В зале даже не рассчитывай на послабления, — рыкнул Николай, — вполсилы я не учу, а вот в другом может, буду твоей золотой рыбкой, с твоей способностью влипать в неприятности, тебе нужен хороший телохранитель.

Я рассмеялась, но спорить устала, сказала, только что спущусь к нему через пару часов, и чтобы мне его не пришлось искать, пусть тут, где, ни будь, и ждет.

Так вот я стала лечить охотника, и, не смотря на наши такие странные отношения, страх во мне перед ними полностью не исчез, я не понимала их способностей, и как можно в случае опасности от них защититься. Даже сейчас с ними такими больными и хромыми, справится, было нереально, а какими они бывают на пике формы, даже представить страшно. Но если я разберусь, как они устроены, и пойму, как их способности можно обойти, обмануть или стать сильнее их, тогда и страх мой исчезнет. Мало ли как там еще в жизни сложится, если эти охотники будут ко мне лояльны, а где гарантия что у них новый Череп не подрастает, который вдруг развяжет охоту именно на меня.

Дед тем временем на выходные пригласил ближайших к нам соседей семейство Полетаевых, состоящее из папы, мамы и двух взрослых дочерей. Жили они поблизости и часто бывали в доме моих родных, дед их недолюбливал, но решил, что девушки могут стать мне подругами. Меня представили старшим в семье, Антон Петрович, и Валентина Федоровна Полетаевы, были очень неяркими, какими-то похожими, что ли. Глядя на них у меня мелькнула мысль о вырождении старинных семей волшебников, недаром они гоняются за свежей кровью, подыскивая своим чадам женихов и невест. Типичная древняя семья, слабая в магии, но с бесконечными рассказами о великом прошлом родового древа, о великих подвигах предков. Ну да, что остается, если вы ничего не достигли в жизни, только прожигать семейные сбережения да рассказывать о знаменитых родных, чаще привирая, потому что я изучала историю всех великих волшебников в Чудной деревне, а вот этой фамилии там не встречала. Да у нас тоже есть бархатная книга древних семей, и очень толстая, я почти плакала, когда в детстве меня заставляли ее учить. Питирим же говорил, что наша книга самая подробная, и в ней по сей день записываются все волшебники, хоть как-то выделяющиеся из общей массы.

Если старших Полетаевых развлекали дед с бабушкой, то дочери Анжела и Стефания достались мне. Ваня при виде их всех потускнел взглядом, и смылся к себе в комнаты, а мне осталось только ему завидовать, к сожалению, так же поступить я не могла. Сестры были взрослыми девушками, так то симпатичными и очень похожими, обе светловолосые в забавных кудряшках, круглолицые с серыми глазами, выше меня немного, отличались только полнотой. Старшая Ангелина была худой, даже костлявой, а Стефания чуть полноватой, но двигалась она легко, полнота ей шла. Меня они в первые, же пять минут просто заговорили, причем я совсем их не понимала, нет, это не и-за дефектов речи, а и-за слишком разной жизни между нами. Девочки родились с золотой ложкой во рту, как говорят обычно, и они всю свою жизнь развлекались, хорошо ориентировались в моде, в свежих коллекциях, знали всех модных актеров и певцов, и бесконечно обсуждали все это, обращаясь ко мне. Я же не понимала, про что это они говорят, поскольку и телевизор, то забыла, когда смотрела в последний раз. У меня даже сотового телефона нет, уже, сколько времени, ммм точно, телефоном я пользовалась последний раз, живя в доме Андрея, и где он сейчас даже не представляю, а новый мне и в голову не пришло покупать, отвыкла. Не рассказывать же мне им, про своих приемных детей и как я лечу пациентов, ну да мнение предвзятое, не спорю, и позже поняла, что ошиблась. А пока я им просто и душевно улыбалась, кивала, мечтая о том, чтобы они, наконец, просто ушли к себе домой.

Кивала, не слушая и сразу даже не поняла, что Ангелина ко мне обращается, — Говорят у тебя двое малышей, Иван Анатольевич хвастался, что у него уже замечательные правнуки есть. — А почему они не с тобой или это секрет? — Теребила она меня.

Что сказать то, удивленно пожала плечами, — не то чтобы это секрет, они с моими родными в безопасности.

— Ну да, — протянула Ангелина, — семья Дангловых богата и врагов у них много, могут и детей похитить, хотя вроде это как не покону. — Но у их семьи, и враги не простые.

Обсуждать свою семейную жизнь мне не хотелось, но Ангелина не останавливаясь, все продолжала выспрашивать.

— Все только и говорят о вашем разводе, понять не могу почему, Андрей такой красавчик, за ним столько девушек бегало, хотя обычно в наших семьях наоборот.

Софья вмешалась в разговор, — Ангелинка, ну что лезешь, мало ли что у них произошло, это не наше дело и Елене этот разговор неприятен.

И добавила, обращаясь ко мне, — Ты на нее не сердись, ей Андрей нравился сильно, хотя я ей сразу сказала, что шансов у нее нет, эта семья очень расчетлива, им невеста нужна была с даром, а мы то, так… — Просто их семья даже по нашим меркам закрыта, вот нам и любопытно.

Кивнула головой, что я не в обиде, — мне и правда не хочется говорить на эту тему.

— А, правда, что дети, обои, у тебя приемные, — не удержалась снова Ангелина, — знаю, что не совсем тактично, но столько слухов ходит, а мы давно с твоими родными знакомы, вот и спрашиваю.

Она, смотрела на меня с таким детским любопытством, что я рассмеялась. Вспомнила, что по всем документам Кир мой собственный ребенок, и отказываться именно теперь, будет даже глупо, да и Лиза тоже официально Данглова. Да, как еще Андрей отреагирует на Лизу, я то не думала об этом, но ответила Ангелине.

— Нет, они обои мои родные, а про приемных детей я тоже байку слышала, бывшая любовница Андрея постаралась.

— Когда вы только успели, двоих то родить, если вместе почти не жили, — снова влезла Ангелина.

— Ты что со свечкой стояла, — толкнула сестру София, — ревнует она и завидует, не слушай ее. — Тем более, о детях вообще не принято говорить в семьях, пока не вырастут.

Тут раздался шум, приехал наш с Ваней дядя, Кирилл Иванович, и я, наблюдая, как он входит, поняла, почему его так не любит мой брат. Кирилл Иванович оказался бледной копией деда, очень бледной. Даже как-то глазу зацепится не за что, таким бесцветным он показался мне, но хоть сестер от меня отвлек ненадолго. Он, поздоровался с гостями, и голос у него такой же тихий шелестящий, без жизни, отметила я машинально.

Затем он подошел ко мне, представился, поцеловал холодными губами в лоб, вручил огромный букет цветов, — добро пожаловать в семью Елена.

И тут же, как-то испуганно отошел, сел в дальний угол, не обращая внимания на гостей, беспокойно поглядывая, то в мою сторону, то с опаской поглядывая на потолок, как будто тот вот, вот обвалится. Ваня был прав наш дядя чего — то сильно боялся и страх его напрямую касался этого дома и нас. Я растеряно осталась с огромным букетом, не зная, куда его воткнуть, на мое счастье горничная быстро забрала его у меня и установила в огромной вазе в гостиной. С опаской посмотрела в сторону сестер, продолжать болтать с ними о моем личном, не хотелось, а о чем мне спрашивать их, тоже не понимала. Хорошо хоть, неловкая пауза продлилась недолго, Бабушка позвала нас всех в гостиную на чаепитие. Бабушкина кухарка Настасья Павловна, пекла потрясающие торты и пирожные, это была визитная карточка нашей семьи. Когда были гости, Настасья Павловна, каждый раз выставляла невероятных размеров торт, и каждый раз по новому рецепту. И гости всегда особенно ждали приглашения в столовую. Ваня мне рассказывал об этом не раз, и теперь я и сама в этом убедилась.

Только все расселись за стол, разбившись на две группы. Старшие Полетаевы и мои дед с бабушкой, и дядя уселись во главе стола, обсуждая каких-то общих знакомых. Мы с Ваней и сестры Ангелина со Стефанией чуть поодаль от них.

Ангелина, кивнув в сторону родных с ехидцей произнесла, — у нас тут такая скука, зимой то мы в Москве, там хоть какие-то развлечения, понимаю, что мы раздражаем тебя любопытством, но про тебя мы столько историй слышали и все такие невероятные, а мы все — таки соседи. — Не узнаем, хоть что- то про тебя спать плохо будем, — и засмеялась. — Нет, хочется же знать, что про тебя правда, а что выдумка, а ты молчишь как бука, и нас сильнее мучится, заставляешь.

Гмм, — я чуть не поперхнулась, — мне бы еще кто рассказал, что вы про меня слышали.

Ангелина засмеялась, — оооо, а я как-то про это даже и не подумала. — Нет ничего такого, просто мы тебя представляли, ну как Лару Крофт, что ли.

Знать бы еще кто это и как она эта Лара выглядит, и я попыталась сменить тему разговора.

— А, что вас заставляет проводить время летом здесь, — удивилась я, проигнорировав часть вопросов, — чем вы занимаетесь?

Ангелина закатила глаза, — Стефка провинилась и вот мы это лето дома сидим, да наши похождения против твоих совсем неинтересны.

Стефания засмеялась, — не только я болталась по злачным местам, нам обеим прилетело, забыла.

Ангелина толкнула Стефанию кулаком в бок, — не обращай внимания на нас, времяубивание это наше все. — Мы тут даже завидовать тебе стали, ты то постоянно занята, на тренировки ходишь, бегаешь по утрам. — Родичи держат нас дома, чтоб мы ничего не отмочили и мечтают выдать замуж и сбыть с рук. — А нормальных женихов как всегда не хватает. — Я вот мечтала Андрея окрутить несколько лет назад, и почти получилось, а ты мне все испортила, вот мы и напросились на тебя посмотреть.

Стефания засмеялась, посмотрев на мое удивленное лицо, — Ангелина бесится просто, Андрей на нее и не смотрел, я думала, что его вообще женить не возможно, он ведь от всех попыток захомутать его, бегал как черт от ладана. — Ты ведь уже поняла, что девочек хоть и намного меньше рождается в семьях волшебников, но и выбора то, тоже, из женихов, особого нет. — Часто парни такие же бесталанные к магии и жизни, как и мы с Ангелиной, вот и болтаемся по жизни, мечтая поймать на крючок, такого парня как Данглов Андрей, а там, в замужестве может быть еще хуже. — Только маги такого уровня как Андрей, спутниц могут себе позволить выбирать, не кидаясь на таких красоток как мы, — произнесла Стефания с усмешкой.

Ну, об этом я примерно уже догадывалась, еще живя с Андреем. Ангелина раздраженно посмотрела на сестру, которая посмеивалась над ней.

— А, что ты, такое натворила, что вас закрыли на лето в деревне, — поинтересовалась я, пытаясь разговорить их, меня уже обсудили достаточно, нужно и про них что ни будь узнать.

Я ожидала глядя на них услышать, что-то, в роде, истории о наркотиках или разбитой дорогой машине, учитывая, что слышала обычно о развлечениях золотой молодежи.

— Стефка увидела в клубе ведьму, которая кинула просто так на незнакомую девушку проклятье, ну и вступилась, дар то у нее крохотный, но посильнее ведьминского, — засмеялась Ангелина. — А ведьма там не одна была, и налетела коршуном на Стефку, думала, — счас накажет наглую девку, она ведь даже не поняла, кто мы, — засмеялась Ангелина. — Ну, я тоже подключилась, и мы отметелили этих тварей, а родители то за нас за нарушение режима секретности и взъелись, закрыли нас здесь, пока все уляжется.

Софья тоже рассмеялась, — не знаю, как ты Елена, но наши столичные ведьмы — это что-то, считают себя круче вареных яиц, вот мы их и побили.

Я представила эту картину и тоже рассмеялась, — здорово, мне приходилось сталкиваться с ведьмами, тоже их терпеть не могу, но не так как вы, у меня все было скушнее, хотя…

Я вспомнила зимний лес, Кира за спиной и ведьму Стешку, которая мечтала меня порвать в клочья. У меня даже мурашки по коже побежали, как давно это было. Только хотела спросить их, что же там за режим секретности такой, и с чем его едят, но…

Но тут дверь отворилась, и в столовую важно вошел охотник и все тут же на него уставились. И тут действительно получилось, как в поговорке, — вспомни черта, и он явиться. Охотник, склонившись что — то зашептал и довольно эмоционально, деду на ухо, при этом бросив взгляд на меня. Про черта я вспомнила не зря, оказалось, что Андрей, решил лично нанести визит в наш дом.

Дед растерялся на секунду, посмотрел на меня, быстро встал и-за стола, подошел ко мне и сказал, — Елена к нам приехал Андрей Далгнов, он просит о встрече с тобой. — Нам все равно, придется, с ним поговорить, почему бы и не сейчас, может, пройдем пока в гостиную.

Я растерялась и испугалась, что скрывать, в доме родных до этой минуты чувствовала себя в безопасности, а тут как-то все накатило до темноты в глазах, но я молча кивнула деду. Да еще сестры Полетаевы уставились на меня с восторгом, еще бы пришли на скучное чаепитие, а тут такой гость и может даже скандальный, учитывая наш развод. Хотя, если подумать, мне очень интересно как теперь выглядит Андрей, я ведь вытащила его без сознания и еще не видела, как правильно — то сказать, здоровым, в сознании. Смог ли он полностью восстановится, может с памятью у него проблемы, вот он и забыл про развод. Тьфу ты, какая гадость лезет в голову. Даже переживала, смог ли он полностью выздороветь, хотя по его поступкам уверенна, что травмы головы для него, далеко не редкость.

Пока я размышляла, стоя столбом, Дед принял решение, — он поговорит с тобой в моем присутствии, хорошо Елена, тебе не, о чем беспокоится.

Мне пришлось снова кивнуть в знак согласия, причины выставить его я не нашла, и мы извинившись вышли. Вроде как так не принято, но гости тоже дружно потянулись за нами, видимо наплевав на приличия, не захотели упустить такой шанс на интересное событие. Сестры быстро сели на кресла с удобным видом на всю комнату, радостно загалдели между собой, предвкушая интересное представление, да и старшие Полетаевы как-то оживились, удивились и с ожиданием повернулись к двери. Дядя же наоборот сник, и даже стал еще незаметней как-то, скукожился, и ушел в тень, да что же с ним не так.

Когда Андрей вошел в комнату, его встретили, любопытными взглядами и перешептываниями. Выглядел он великолепно, в строгом темном костюме, белоснежной рубашке, легкой, походкой вошел в гостиную, он не растерялся, а даже приосанился, увидев столько людей, смотрящих на него с интересом и ожиданием. Небрежно поклонившись всем, он извинился, что не рассчитывал застать здесь столько красивых дам, и по движению его руки, внесли в комнату два огромных букета. Бабушка подала знак, и горничная ловко поставила букеты в вазы.

Андрей поздоровался со всеми, представился каждому, даже пошутил с девушками, вот умеет он себя хорошо и комфортно чувствовать в любой ситуации, как рыба в воде.

Посмотрев на меня, он слегка поклонился и спросил, — могу ли я с вами Елена, поговорить наедине, — это важно.

Я кивнула ему головой, но с дивана не встала, глянула на него равнодушно, что делать в такой ситуации я не знала, только обрадовалась про себя, что больше его боялась, а вот смотрю на него, и никаких эмоций он у меня не вызывает.

Выглядел Андрей уверенным в себе, потеребил знакомым до жути жестом запонку на рубашке, и я сразу вспомнила то время, когда мы только познакомились, но что- то все — таки изменилось в нем, взгляд стал более жестким, на лбу пролегла морщина какой — то невысказанной горечи и боли, что странно. Смотрел он на меня, как будто увидел впервые, слегка удивленно, даже восторженно, а затем неожиданно красиво склонил колено.

— Спасибо, что не бросила в беде, у тебя были все основания так поступить со мной, мы ведь еще не виделись, как ты вытащила меня.

Отшатнулась я неосознанно, а Андрей, увидев это нахмурился.

— Бояться меня не нужно, тем более тебе, — произнес он, даже как-то сердито, но очень тихо.

— Не устраивай цирк, — прошипела я, — зачем ты здесь.

— Нам нужно поговорить, — произнес он снова так же, не вставая с колен, — да и просто я хотел убедиться, что с тобой все в порядке.

Ангелина, со Стефанией открыв от восторга рты, стали перешептываться, мне стало неприятно, они наслаждались таким необычным зрелищем.

Дед тут же встал, извинился перед гостями, подхватил меня под руку и пригласил Андрея пройти к нему в кабинет. Андрей с легкой усмешкой оглядел присутствующих, жадно смотрящих на него, и встал с колен, невозмутимо отряхнув брюки, поклонился всем слегка.

— Простите Иван Анатольевич, что я приехал без приглашения в ваш дом, мы с вами незнакомы, а мои просьбы видимо до вас не дошли, вот я и рискнул, — очень вежливо и смиренно Андрей обратился к моему Деду.

Дед хмыкнул, но промолчал, до кабинета мы все шли молча.

— Хочу поблагодарить тебя за свое спасение, — сказал Андрей, входя в кабинет и усаживаясь напротив меня за стол, — знаешь, я о многом передумал, оказавшись там непонятно где.

Он не сводил с меня взгляда, Дед также молча сел как обычно и теперь с интересом слушал наш разговор.

— Я уже осознавал себя, когда ты пришла, и мне было очень страшно, умереть так, в том виде и в том месте, — Андрей запнулся, говорить ему было тяжело, понимаю, что там ты могла бы меня просто бросить, и никто бы об этом не узнал.

Я отмахнулась, — Тоже не хочу ничего вспоминать, давай все это забудем, ты здоров, и я рада этому, но… — Зачем ты пришел сюда, — спокойно продолжила я разговор, — ведь я попросила Алекса передать тебе, что больше не хочу тебя видеть, и про Кира даже слышать ничего не хочу, малыш останется со мной.

— Ну, он не с тобой сейчас, — потянул медленно Андрей и встал, — и ты торопишь события, я помню все свои обещания, но рвать все не стоит, тем более, сейчас.

Прошелся по кабинету и сел снова напротив меня, внимательно разглядывая, как я выгляжу, оценивающе так. Я спокойно сидела, тоже смотрела на него, ожидая, что он скажет. Нервозность ушла, чего-то он добивается, ясно, что он удивлен и ожидал от меня другой реакции, и сейчас тянет время.

— По твоей вине, мне пришлось его оставить, — парировала я спокойно, — но ему лучше с моими родными, чем с Габриэлем, и ты это знаешь.

— Просто хотел поблагодарить тебя, и сказать, что больше тебе ничего не угрожает, я смог разобраться с твоими проблемами, да они все, у тебя возникли, только по моей вине, признаю, и это больше не повториться, обещаю. — И еще хочу предупредить тебя, — сказал он после минутной паузы. — Так получилось, что я был все это время с тобой и чувствовал тебя, хотя сам и говорить не мог. — Сам бы я с этой ситуацией не справился, но я, так получилось, знал, что ты думаешь и чем занимаешься, пришлось даже третьим побывать, — тихо сказал он, намекая на то время, когда он был связан со мной нитью силы.

Я мило покраснела, но оправдываться не стала, жила, как могла, и Валерий был мне нужен.

— Но хочу добавить, на тебе ошейник и куда он ведет мне непонятно, черная нить привязана к тебе прочно, тот, кто это сделал, рядом с тобой, и мне показалось, что он совсем не дружествен к тебе. — Я пытался отследить, кто на другом конце, но мне не удалось, а это значит, пасет тебя маг сильней меня.

Мда, а ведь еще Валерий говорил, что чувствует черную нить, но я отмахнулась, а потом считала, что это метка от Андрея, — вспомнила я, похолодев от неприятного предчувствия. Да и когда русалки совсем недавно мне снова напомнили мне об ошейнике, а я снова подумала на Андрея, ведь больше в окружении меня не было темных магов.

— Это то, что я хотел тебе сказать до основного разговора, — произнес Андрей, — а теперь о главном, что касается только нашей с тобой семьи, от которой ты хочешь отказаться.

Я удивленно развела руками, — Андрей, прости, я не ослышалась, но ты собирался жениться, на Белинде, когда я была жива, не так ли, и я не устраивала тебе скандалов или разборок, не понимаю, чего ты сейчас хочешь. — Во мне нет ревности или желания тебе насолить, еще до твоей «смерти» считала себя свободной, и мы уже это обсуждали, чего ж повторятся.

Андрей, улыбнулся насмешливо и продолжил, — я не договорил, и это обсудим позже, а сейчас решим другие вопросы. — Хоть и неожиданно, я оказался еще отцом Лизы, я не против удочерения и уже оформил все документы на девочку, — продолжил он. — Вернее сказать, твой знакомец Астахов смог оформить ее сразу как рожденную в законном браке и об этом милая мы тоже должны поговорить.

Ну да, ну да мы же тогда считали его мертвым, и я решила, что так будет проще и затянула веревку на своей шее, Андрей знал меня хорошо, что я не буду кричать нигде, что Лиза приемный ребенок.

— Этот вопрос решаем, — пожала я плечами, — понимаю, поступила не очень красиво, повесила на мертвеца чужого ребенка, но мне тогда казалось это хорошим выходом, можно малышку переоформить на меня, это недолго сделать.

— Не нужно, — мягко произнес Андрей, — я не буду отказываться от такого подарка, ты поступила правильно, даже если бы я тогда был рядом, тоже не сказал бы тебе ни слова, даже рад твоему поступку. — Это не ирония, Елена, она прелесть, и мне нравится твой поступок. — Так вот, — продолжил Андрей, глядя на меня как удав, не мигая, — немного о другом поговорим. — Признаюсь, что не совсем красиво поступил с тобой, в самом начале, когда мы только встретились, обманул, надеялся, что со временем все утрясется и это будет нашей забавной историей семьи.

Андрей засмеялся, — Елена, прости, но я не могу подарить свободу. — Но я никогда не буду вспоминать о твоих шалостях в Алексеевке.

Он меня шантажирует, надо же, и это в наше то время, теперь засмеялась я, — а что ты будешь делать, если я ничего не захочу забывать и просто вернусь обратно, в Алексеевку. — Понимаю вам всем неловко, но я могу и жить там, не оглядываясь на древние семьи, и ваши правила поведения и приличий, мне то, что до них, уж ты — то знаешь точно, что я никогда не рвалась в ваше общество.

Андрей побледнел и сжал кулаки, — я ведь могу решить проблему радикально и пока просто иду тебе на встречу. — Наш брак оформлен законно, штат юристов над ним поработал хорошо и развод я никогда тебе не дам, понимаю, что все это звучит как угроза, но Елена, если ты перестанешь злиться на меня, то поймешь, что я все это делаю во благо. — Я дам тебе время пожить одной с родными, буду навещать тебя, и мы сможем обсудить спокойно наши проблемы, не буду торопить тебя, давить на тебя, при соблюдении и тобой определенных условий. — Елена, не заставляй меня срываться, я могу быть терпеливым и даже забуду все что было, понимаю, что ты считала себя уже свободной, но если подобное повторится…

Я даже отпрянула от ненависти загоревшийся в глазах Андрея. Дед же вдруг стукнул кулаком об стол, привлекая к себе наше внимание.

— Замолчали оба, мне надо подумать, — рыкнул Дед, он, слушая нашу перепалку, вышел из себя. — Ты, посмел в моем доме и в моем присутствии давить на мою внучку, угрожать ей, зная кто я, и мои возможности. — Твоя семья имеет авторитет и власть, но не в нашей стране. — Ты уже опозорил ее своими шашнями с Белиндой, и думаешь, что мы это проглотим и простим.

Андрей растерялся, не привык он к такому обращению, но привстал и уперся взглядом в Деда, — я могу все объяснить и исправить.

— Это в том случае если я признаю ваш брак, — засмеялся Дед, — а не открою на тебя контракт. — Думаешь, что сможешь опозорить ее, скандал может и будет, но никак не повлияет на ее жизнь, и мы от нее не откажемся.

— Нет, — этого и в мыслях не было, — Андрей тут же переменил тон, — я просто хотел, чтобы мы пересмотрели наши отношения, ведь у нас дети, и я признаю все свои ошибки.

Он повернулся ко мне и стал быстро говорить.

— Ты права, я слишком зациклился на мести и потерял семью, у тебя есть причины злиться на меня, но надеюсь, что у меня будет шанс все исправить, и давить на тебя больше не буду. — Просто прошу принимать мои подарки и деньги, как матери моих детей, и сохранить доброжелательные отношения между нашими семьями. — Вражда нам ни к чему, — знаю глупо оправдываться, наворотил я дел, просто пойми, время подумать обо всем у меня было, и теперь я жду того же и от тебя.

Я побледнела, мне хотелось заплакать, ударить его, убить себя, все сразу закрутилось в моей голове. Но тут гнев сменился на ярость, он снова давит на меня, угрожает, а я оказалась жертвой, которая не может дать ему сдачи.

Дед вроде и успокоился, но после слов Андрея снова рявкнул, — сядь щенок и помолчи.

Надо же Андрей молча проглотил оскорбление и молча сел, без спора или угроз, как на него это не похоже. Я понимала, что мне нужно сдержаться, Андрей меня уже спровоцировал на крик. И теперь просто молчала, наблюдая за пикировкой Деда с Андреем.

— Ты обманом женил на себе внучку, изменил ей, в то время, когда она умирала от удара клинка, и — за того что ты не смог ее защитить. — Сядь, — я сказал, — прикрикнул он на порывающегося что — то сказать Андрея, — я вижу это так, и пока ты ничего не смог представить в свое оправдание. — Ты знаешь наши законы и правила, и, тем не менее, их нарушил, поспешил дожать Елену, и даже не подумал, что мы примем ее такой, какая она есть. — Даже если я приму ваш брак, она и дети останутся здесь, ты знаешь это, я хочу услышать это четко.

— Да, — произнес Андрей нехотя, — обещаю, и приму все ваши условия, если мы сможем договориться. — Моя смерть вам не выгодна, вы же понимаете, а я не отступлюсь.

Дед уселся в кресло, поерзал, а я так притихла, не понимала какие законы какие правила, только понимала, что влипла в неприятности.

Дед махнул мне рукой, — успокойся милая, но торопиться, мы не будем пока, он как не странно прав и нужно все обдумать и как-то нам договориться. — Елена, неволить я тебя не буду, обещаю, и мы с тобой поговорим на эту тему позже, обещай мне просто подумать о возможности сохранить ваш брак, только уже на наших условиях. — Просто подумай, милая, хорошо.

Андрей тоже вопросительно посмотрел на меня. Я поняла, что Дед добился пока отсрочки, у меня есть время просто пожить пока спокойно, да и мне самой нужно понять, что за законы и правила, они говорят. Кричать и плакать бесполезно, да и не нужно, тем более я вроде и так сижу дома, и точно не буду себе искать нового парня, от этого бы избавится.

— Я не дам тебе повода для ревности или угроз, но обещай мне, и ты ничего пока не менять, попробуй добиться наших отношений, не силой как ты привык, а добрым словом, если получится. — Ты обязан мне жизнью и не раз, я могу хотя бы на основании этого требовать от тебя свободы, — произнесла я спокойно, хотя все внутри меня клокотало от ярости.

Время мне нужно время, ты ведь все равно влипнешь со своим вздорным характером в неприятности, а спасать я тебя не буду, — думала я глядя в его глаза.