Заключённыий волк

Я фыркнула от смеха и инстинктивно протянула руку к Роари. Оборотни — стайные животные, и мы тактильны по своей природе, хотя я и не была столь склонной к тактильным ощущениям, как некоторые из моих кузенов. Например, меня вполне устраивала моя собственная кровать, и я не чувствовала необходимости спать в компании стаи. Но мне было свойственно прикасаться и обниматься чаще, чем другим фейри, и иногда было трудно удержаться от того, чтобы не поддаться этим желаниям, даже если они ставили меня на линию огня за то, что я выглядела как одержимая идиотка.

Роари бросил на меня взгляд, но ничего не прокомментировал, на мгновение зацепив мизинцем мой палец, прежде чем снова отпустить меня. Это было достаточно невинно, но мой желудок перевернулся, а сердце подпрыгнуло, словно он только что поцеловал меня, а не провел своими пальцами по моим.

Повзрослей, Розали. Он никогда не был тем самым для тебя!

Я открыла рот, чтобы спросить что-нибудь еще о Пудинге, борясь с гребаным румянцем, но меня спасло то, что Кейн выкрикнул мое имя. Вернее, мой номер.

— Я больше не буду тебя звать, Двенадцать! — прорычал он, когда я приблизилась к нему в толпе и ускользнула от Роари, чтобы присоединиться к Офицеру Bastardo24.

— Да? — сладко спросила я, также мило улыбаясь моему мальчику хористу.

— Когда ты ела в последний раз? — потребовал Кейн.

— До того, как меня поймали. Вчера во время обеда, — ответила я, пожав плечами, что сопровождалось урчанием моего желудка.

Глаза Кейна жестоко загорелись, и я боролась с желанием проклясть его, так как у меня сложилось четкое впечатление, что он собирается испортить мой завтрак.

— Давай лучше займемся твоей работой. Вместо того чтобы есть завтрак, ты можешь помочь его приготовить. Кухня, по-моему, вполне тебе подходит, — прорычал Кейн.

— Но, ах… это лучшая идея? — нерешительно спросил Гастингс. — Отправить Оскура на кухню? Там одни Лунные. Шэдоубрук убьет ее, если…

— Ты боишься Лунного Братства или их лидера, Двенадцать? — потребовал Кейн, его глаза были суровыми.

— Братство — те, кто должен бояться меня, — беззаботно ответила я.

Я не собиралась упираться из-за идеи быть брошенной на растерзание Волкам. Это было точное описание, если я собиралась встретиться лицом к лицу с Итаном Шэдоубруком. Он был лидером Лунного Братства внутри тюрьмы и Альфой их Волчьей стаи. У него была репутация человека, который сначала действует, а потом задает вопросы, и не в последнюю очередь это касалось женщин, с которыми он трахался. Ходили слухи, что в течение первого года заключения в его постели побывало больше половины женщин этой тюрьмы. Помимо того, что он мужчина-шлюха, он был жестоким и кровожадным, а если доверять его фотографиям, которые я видела, то он был еще и чертовски сексуальным.

Лунное Братство и Клан Оскура были врагами столько, сколько себя помнят представители нашего поколения, но если мой кузен Данте смог отступить от правил в их отношении, то и я смогу. И у меня уже был план в отношении Лунного Альфы. Мне нужно было, чтобы он был на моей стороне, если я хотела, чтобы моя идея сработала. Мне требовалось подчинить себе всю тюрьму, что означало объединение нескольких крупнейших банд, дабы обеспечить нам неоспоримую численность.

Я уже укрепила свои связи с Роари, что означало, что и он стал моим союзником. Он руководил одной из самых известных здешних банд, хотя Тени не так бросались в глаза своей властью, как остальные банды. Но его последователи были верны до мозга костей, а в деликатности нет ничего плохого. Членов его банды невозможно сосчитать. Я сама еще ни одного не видела, но знала, что мы все равно окружены ими. Они дали бы о себе знать, если бы возникла необходимость.

Так что я уже продвигалась к объединению банд. И хотя идея объединить Лунных и Оскура звучала безумно, я навела справки о других лидерах здешних банд и ни капли им не доверяла. Они были коварными убийцами, которые с такой же легкостью перережут тебе горло, как и будут придерживаться любой заключенной сделки. Итан был Волком, как и я. Если бы я смогла привлечь его на животном уровне, наша связь была бы нерушимой. Мне оставалось только надеяться, что я смогу преодолеть главную проблему — то, что мы заклятые соперники.

Кейн схватил меня за руку и потащил сквозь толпу, выкрикивая предупреждения, чтобы все расступились и пропустили нас. Гастингс боролся, чтобы не отстать, и наконец мы добрались до моста, который вел из блока камер.

Кейн провел меня по нему, прежде чем всем остальным разрешили выйти, и направился к небольшому лифту, стоявшему в центре серого коридора снаружи. Он нажал кнопку вызова, активировал его с помощью магии и втолкнул меня внутрь, когда лифт прибыл.

Я обернулась к дверям как раз вовремя, чтобы увидеть, как заключенные исчезли на огромной лестнице напротив нас и начали подниматься.

Лифт быстро поднимался, и я стала ждать, чтобы узнать, какую новую игру приготовил для меня мой командир.

Двери раздвинулись на втором уровне, и мы раньше всех оказались в столовой. На мгновение я оглядела незнакомое помещение, пытаясь сориентироваться. Кейн протащил меня между рядами металлических столов с сиденьями, в то время как запах отбеливателя обрушился на мой нос, не дав мне шанса все это воспринять.

Он направился в дальний конец огромного помещения и прошел через двойные двери, где воздух наполнял запах овсянки, а около двадцати мужчин и женщин работали над приготовлением пищи.

— Свежее мясо! — воскликнул Кейн, привлекая внимание всей комнаты, полной Лунного Братства. Я еще не заметила Итана, но он должен был быть где-то поблизости. — Присмотри за ней для меня, Шэдоубрук. У меня сейчас свой завтрак.

Я оглянулась на Кейна, когда он выходил из комнаты, его глаза сверкали злобой. Гастингс, казалось, был склонен протестовать против того, чтобы оставлять меня здесь, и я мило улыбнулась ему. Бедный маленький мальчик хорист, уже беспокоится обо мне?

Однако у него явно не хватило духу дважды выступить против Кейна, поэтому он отступил с извиняющейся улыбкой, и двери снова захлопнулись за ними, оставив меня на милость моих смертельных врагов. Не то чтобы они знали об этом, конечно.

В своем стремлении оставить меня здесь Кейн забыл сообщить им, что я — Оскура. А то, чего они не знали, не могло причинить мне вреда.

Я пренебрежительно посмотрела на ближайших фейри, а затем уверенно зашагала на кухню, с волосами, ниспадающими по позвоночнику.

— Можешь начинать резать лук для обеда, — приказала девушка, указывая мне на ведро, полное лука.

Я пробежалась взглядом по символам, пришитым к ее нагрудному карману. Кентавр, водный Элемент, не имеет значения.

— Нет, — ответила я, пренебрежительно махнув рукой.

Она сердито зашипела, но я продолжала идти.

Кухня была огромной, длинные металлические рабочие поверхности занимали всю площадь, духовки и плиты занимали одну стену, а дверь, ведущая в кладовую, находилась в дальнем углу.

Я еще раз осмотрела комнату, изучая фейри, не обращая внимания на любопытные взгляды. Моя аура была достаточно мощной, чтобы заставить их колебаться, вместо того чтобы наброситься на меня, и я могла рассчитывать еще на минуту или около того, прежде чем кто-нибудь из них не возьмется за свои яйца и не попытается приструнить меня во второй раз.

Итана не было видно, поэтому я направилась к единственному месту, где он мог спрятаться.

Дверь в кладовку открылась достаточно легко, и я шагнула в тускло освещенное помещение, не потрудившись постучать.

Раздалось глубокое рычание, и огромная девушка шагнула вперед, преграждая мне путь.

— Убирайся отсюда, щенок, — прорычала она. — Пока мне не пришлось что-нибудь сломать.

Я с интересом рассматривала Бету Итана, ее дреды были убраны в пучок, а мрачные черты лица выражали «не связывайся со мной».

Она, безусловно, обладала доминирующим характером, и я могла сказать, что она Оборотень, даже не глядя на символ на ее груди, но я сомневалась, что она доставит мне много проблем, если мне придется вынудить ее отступить. Но, как всегда говорила тетя Бьянка, с медом приобретаешь больше друзей, чем с лимоном.

— Я просто надеялась, что смогу захватить яблоко или что-нибудь еще, — невинно сказала я. — Я не ела с тех пор, как меня арестовали, и я проголодалась.

Бета разомкнула губы, собираясь устроить мне разнос, но другой голос заговорил раньше, чем она успела.

— У меня найдется кое-что, что ты сможешь обхватить губами, любимая, — позвал парень. — Оставь нас наедине, Харпер.

Харпер раздраженно смотрела на меня еще мгновение, прежде чем выйти на кухню и закрыть за собой дверь кладовки.

Я сделала еще несколько шагов в комнату, пока не обогнула огромный морозильник, и с интересом осмотрела обширную кладовую, обнаружив, наконец, то, что искала.

Итан Шэдоубрук сидел на том, что выглядело как куча картофеля в задней части широкого пространства, и я двинулась к нему, пока мои глаза привыкали к тусклому свету.

Я чувствовала его взгляд, скользящий по мне, и моя внутренняя Волчица подняла голову, словно уловила запах чего-то действительно достойного ее внимания.

Мое сердце забилось быстрее, когда я предстала перед ним. Я окинула взглядом белую майку, в которую он был одет, его комбинезон был завязан на талии, открывая взору руки с замысловатыми татуировками, покрывающими его мощные руки.

Он наклонился вперед, опираясь локтями на колени, оценивая меня так же внимательно, как и я его, отчего несколько картофелин каскадом посыпались на пол у моих ног. Его темно-русые волосы были откинуты с лица, подчеркивая сильные линии челюсти и скул, а его пронзительно-голубые глаза поймали меня в свою ловушку и заманили к себе.

Я чувствовала, как сила наших внутренних Волков поднимается на поверхность нашей кожи, оценивая друг друга, и я медленно выдохнула, когда адреналин хлынул в мои конечности. Он был не просто большой шишкой, созданной для позерства, он был настоящим Альфой, тем, кто мог бросить мне настоящий вызов, тем, из-за кого я могла попасть в беду.

— Ох, ну и ну, до чего же у тебя большие глаза, — поддразнил он, продолжая держать меня в плену своего взгляда.

— Я думала, у тебя есть что-нибудь поесть для меня? — спросила я, борясь с желанием придвинуться к нему ближе.

Это было то, чего он хотел, — завлечь меня, как всех остальных девушек, которых он трахал и бросал. Но это было не про меня. Я ни за кем не бегала.

— Встань на колени, и я дам тебе это.

Я рассмеялась, перекинув волосы через плечо и повернувшись к нему спиной. Это было чертовски трудно сделать, но я не собиралась кланяться этому Альфе. И я готова была поспорить, что обычно никто не поворачивается к нему спиной; я уж определенно не могла вспомнить, когда это случалось со мной в последний раз. Это была одна из самых оскорбительных вещей, которые фейри мог сделать по отношению к другому фейри, это говорило о том, что ты не видишь в них угрозы, и я была чертовски уверена, что ему эта идея не понравится.

Я направилась прочь от него, устремив свой взгляд на ящик с яблоками, когда звук осыпающейся картошки наполнил комнату и возвестил о том, что Итан поднялся на ноги.

Я продолжала идти, чувствуя, как он приближается ко мне, и схватила яблоко с ящика как раз перед тем, как он поймал меня и развернул. Его руки опустились по обе стороны от меня, ухватившись за край ящика и заключив меня в клетку.

Он издал рык, прильнув ко мне вплотную, и по моему позвоночнику пробежала дрожь.

— Как тебя зовут? — потребовал он.

— Имя может обладать большой силой, — ответила я. — Возможно, тебе стоит называть меня просто Двенадцать.

— И, возможно, тебе стоит кланяться правителю этого места, — ледяным тоном сказал он.

— О? И кто же это?

— Я. Я здесь номер один, — самоуверенно ответил он, как человек, который действительно в это верит, и я не могла отрицать, что его высокомерная бравада меня заводит.

— Я ни перед кем не преклоняюсь, — ровно ответила я, отказываясь раскрывать свои карты, пока он врывался в мое личное пространство, прижимаясь бедрами к моим.

— Не думаю, что ты поняла, — мрачно сказал Итан, поднимая комбинезон, который болтался у него на поясе, и расправляя так, чтобы я могла видеть цифру один, гордо вырисовывавшуюся рядом с его символом Оборотня и знаком водного Элемента.

— Вот это да, — вздохнула я, и его губы дернулись. — Я не подозревала, что ты водный Элементаль. Значит, тебе нравится промокать?

Он разразился мрачным смехом, и мне пришлось прикусить губу, чтобы не прижаться к нему, так как мои мышцы напряглись от этого звука. Я думала, что сблизиться с Лунным Альфой будет сложно, но это оказалось не так. Сложнее было держаться подальше.

— Этот остроумный рот доставит тебе неприятности, — прорычал Итан.

— Это обещание? — я надкусила яблоко, и он глубоко вдохнул, наклонившись ко мне, зарывшись носом в мои волосы.

— Ты хочешь, чтобы это было так?

Мой внутренний Волк завыл «да», она уже задыхалась от потребности настолько, что мои пальцы задрожали, пока я держала яблоко, но я заставила себя сдержаться. Если он хочет меня, он сможет добиться меня.

— Я еще не решила.

Я откусила еще один кусочек от яблока, и Итан наклонился вперед, тоже откусывая. Я резко вдохнула, когда его руки переместились с ящика позади меня, обхватили мою талию, и он крепко прижал меня к себе.

— Вынужден не согласиться, — он вырвал яблоко из моей руки и отбросил в сторону. — Назови мне свое имя, — потребовал он, словно ему просто необходимо было его знать.

Волчица внутри меня скреблась под кожей, желая вырваться наружу и продемонстрировать себя ему. Она хотела бросить ему вызов, сразиться с ним, заставить его прогнуться под ее желание, и мне было трудно сдерживать ее. В этом незнакомце было что-то такое, что влекло меня, как песня самих звезд. Я не была уверена, судьба это или феромоны, но мое тело жаждало узнать это.

— Заслужи это, — осмелилась я, и его пронзительные голубые глаза сверкнули вызовом.

Он схватил мой подбородок и притянул меня ближе, его губы коснулись моих на мимолётную секунду, прежде чем я отвернулась, и он поцеловал меня в щёку. Итан зарычал, пробежавшись ртом по моей шее, и я задохнулась от удовольствия, проникающего под кожу от прикосновения его губ к моей плоти.

Его руки добрались до моего комбинезона, и он спустил его с моих плеч таким непринужденным движением, что у него должно было быть слишком много практики в этом. Я зарычала при мысли об этом, моя Волчица не хотела, чтобы он приближался к другим женщинам, несмотря на то, что я буквально только что познакомилась с ним.

Я позволила ему стянуть с себя комбинезон, материал упал с моих плеч и каскадом спустился по моим бедрам, оседая вокруг ног.

Итан зарычал, когда его руки прошлись по моим голым бедрам, а затем он переместил их вверх под майку, его мозолистые пальцы прошлись по упругим мышцам моего живота.

Движения его рук по моей коже сопровождались наслаждением, и только через мгновение я поняла, что тоже прикасаюсь к нему: мои руки обхватили его крепкие бицепсы, исследуя каждый изгиб его огромных рук.

Я могла бы попытаться продолжать играть с ним, но мы оба знали, к чему все идет, и танцевать вокруг этого было бессмысленно. Я поймала его подбородок в свой захват, когда его рот добрался до моей ключицы, и дернула вверх, чтобы поцеловать его так, как мне хотелось.

Итан голодно рычал, целуя меня, его язык проникал между моих губ в твердом требовании, которому я поддалась без всякого протеста. На вкус он был как мед и грех. Я не должна была целовать его вот так. И уж тем более я не должна была собираться делать с ним что-либо еще. Он был рожден, чтобы стать моим врагом, но он также был и равным мне. Я чувствовала это в глубине своей души. Волки тратят свою жизнь на поиски пары, способной сравняться с ними, и я уже почти перестала надеяться найти другого представителя своего вида, способного принять вызов, но теперь он был передо мной. Мужчина с татуировкой на руке, клеймящей его как того, с кем я никогда не смогу быть. Тот, кто поклялся бороться против моей семьи до самого конца. И все же он был тем, кто заставлял меня чувствовать то, что, как я уже начала верить, я никогда не смогу почувствовать с другим представителем моего рода.

Когда я пришла сюда, я надеялась обмануть его, очаровать, может быть, немного ослепить, когда у меня появится доступ к моей магии… или много… пока он не станет достаточно податливым, чтобы подчиниться моей воле. Чтобы объединить стаи. Я планировала заставить его преследовать меня полуобещаниями, заставляя его страстно желать меня при полном отсутствии шансов, что я действительно выполню их. Но я не рассчитывала на это. Я даже не допускала мысли, что он может оказаться достаточно сильным Волком, чтобы сравниться со мной, бросить мне вызов и заставить меня работать, чтобы привязать его к себе, а не просто свалиться к моим ногам, как это сделал бы член стаи более низкого ранга.

Я скинула ботинки и носки, перешагивая через комбинезон, и его хватка на мне усилилась.

Я не хотела этого, но теперь, когда все началось, мне казалось, что у меня будет больше шансов убедить ветер не дуть, чем пытаться остановить наше сближение.

Итан отстранился от меня и снял свою майку, открыв мне больше своего тела и заставив меня зарычать от потребности, когда я снова придвинулась к нему, целуя его и проводя руками по его груди. Он обхватил мою задницу под ужасными трусиками, притянув меня к себе, чтобы я почувствовала, насколько он тверд.

Он зацепил большими пальцами мои трусики и нагнулся, чтобы стянуть их с меня, его пальцы пробежали по всей длине моих ног, когда он помог мне освободиться от них и оказался на коленях передо мной.

Он посмотрел мне в глаза с таким жаром в своем взгляде, что мне до боли захотелось его, и мне пришлось бороться, чтобы не задыхаться от желания.

— Как тебя зовут? — потребовал он, словно ему нужно было знать, и я рассмеялась, стаскивая с себя белую майку, чтобы завершить начатое им дело, и стягивая вслед бесформенный бюстгальтер, так что я стояла перед ним совершенно голая.

— Я думала, что ты должен был заработать его? — поддразнила я, запустив руки в его идеально уложенные волосы и путая их, ничуть не заботясь об этом.

Итан ухмыльнулся мне, внезапно встал и обхватил заднюю часть моих бедер, усаживая меня на закрытый ящик рядом с яблоками.

Он снова опустился на колени, раздвигая мои бедра, поймал мою лодыжку в свой захват и прижался к ней ртом. Он жадно смотрел на меня, медленно продвигаясь вверх по моей ноге, облизывая и целуя, прокладывая себе путь к моему центру и сводя меня с ума от потребности.

Я выгнула спину дугой, ухватившись за край ящика, так как предвкушение сводило меня с ума, а он не спешил переходить к делу.

Когда его рот приземлился на меня, я закричала, умоляя его дать мне все и вся, когда он начал водить языком по идеальному месту на вершине моих бедер.

Я снова застонала, двигая бедрами в ритме с его ртом, от чего у меня перехватило дыхание, и я уже чувствовала, как сжимаюсь.

Итан удовлетворенно зарычал, когда я застонала, и он провел рукой по моему бедру, вводя два пальца в меня, чувствуя, как я приближаюсь к забвению.

Моя внутренняя Волчица все еще болела, умоляя о большем, о том, чтобы я доминировала над ним и контролировала его, и я запустила руки в его волосы, пытаясь дать ей то, чего она хотела. Я подалась бедрами навстречу его движениям, и мои пальцы ног подогнулись, когда я почувствовала, как мои мышцы напряглись в предвкушении.

Он голодно рычал, снова лаская меня языком, а его пальцы двигались в идеальном ритме.

Я чуть не завыла, когда моя кульминация прорвалась через меня, и я привалилась спиной к крышке ящика, задыхаясь, отпустив свою хватку на волосах Итана, и он вытащил свои пальцы из меня с довольной ухмылкой на лице.