Забытый чародей. Лабиринт воспоминаний

- Погода-то наладилась, - протянула Жозефина-Симона. - Как быстро.

И правда. Я и не заметила резких перемен, контуженная магическим происшествием. Туч почти не осталось. Лишь пара рваных клочьев, да и те уносил прочь тёплый ветер. Солнечные лучи пробивались вниз, подсушивая мокрый асфальт.

- Наконец-то, - обрадовалась я.

Возвращение лета - хороший знак.

 

****

Ольгин телефон объявил о собственной недоступности. Мобильник Глеба Вениаминовича тоже, хотя сыщик заверял, что круглосуточно на связи. Я перелистала записную книжку в мобилке в поисках номера Алексея Даниловича. Но, посмотрев на его имя несколько секунд, передумала звонить. Два первых абонента, получив смс-ки о пропущенном звонке, обязательно свяжутся. Дома среди знакомых вещей и хмурых родственников мысли о потусторонних вещах перестали казаться срочными. Я занялась лечением питомицы и домашними делами, не думая ни о сегодняшнем происшествии, ни о завтрашнем рабочем дне.

Однако спокойного и среднестатистического вечера не получилось.

- Ты такой же бесхребетный гад, как папаша! - раздался с кухни Яськин ультразвук.

- А ты зануда! Не удивительно, что никто замуж не берет! - припечатал Ярик.

Уронив ворох белья, не донеся до стиральной машины, я ринулась на звук разборок, не понимая, что за новый катаклизм приключился. Близнецы и раньше ругались, но прежде на личности не переходили и по больным местам не ударяли. Вбежав на кухню, я застала брата и сестру, стоящих напротив друг друга с порозовевшими щеками. Ох, хорошо, что маман ушла по магазинам, чтобы развеяться!

- Что происходит? - грозно потребовала я ответа.

- У него спроси! - огрызнулась Яська.

- Я тебя спрашиваю. Говори!

Сестрёнка сердито засопела и посмотрела на близнеца с отвращением.

- Он рад, что отец возвращается. Подружиться хочет!

По моей голове словно обухом долбанули. Со всей дури.

- Стоп, - я повернулась к Ярику. - Ты же был против.

- Был, - братец сложил руки на груди. - Теперь передумал. Это нормальное желание - познакомиться с родителем.

- С родителем?! - зашипела Яська. - Он нам никто! И звать его никак!

- Тебе, может, и никто! - лицо Ярика перекосилось. - А я без мужского влияния вырос. С четырьмя женщинами. Полоумными на все головы! Мне нужен отец!

- Вот, значит, как?! Полоумными?! - сестренка пошла в наступление, но я её оттолкнула и припечатала, яростно глядя брату в глаза:

- Вообще-то у твоего отца есть другой сын! Тот, которого он не бросает и воспитывает!

Ярик смерил меня злым взглядом и покинул поле боя. Не только кухню, но и квартиру. Мы с ошарашенной сестрёнкой услышали, как хлопнула входная дверь. Так, что посуда над мойкой задрожала.

- Весь в папочку, - процедила Ярослава. - Проще сбежать.

Братец не объявлялся до позднего вечера. Я слышала, как он вернулся, когда остальные спали, а я сидела у себя за ноутбуком, переписываясь в соцсети со знакомыми из других городов. Ярик не рискнул наведываться на кухню и подъедать запасы, осторожно пробрался в зал и свалился спать.

Мне тоже следовало отправляться на боковую. Понедельник предстоял нервный. Прежде чем выключить ноутбук, я пробежала глазами местный новостной топ. Ничего глобального в городе, по-прежнему, не случилось. В рейтинге умудрилась остаться информация о празднике в зоопарке в честь именин белого медвежонка.

Стоп!

Я протёрла глаза и перечитала строчку. Там действительно значился отпрыск северных мишек. Странно. Почему же мне запомнилось, что выбирать имя планируют тигрёнку?

Часть 3

Утром братец удрал из дома без завтрака. Я последовала его примеру, только кофе наспех глотнула. Слишком уж хмурыми выглядели маман с Ярославой, в гробовом молчании сидевшие на кухне. Присоединяться к ним не было ни малейшего желания. Родительница не знала о перемене мнения дражайшего сыночка, но её настроение опустилось ниже плинтуса. Сестрёнка разрывалась между желанием сдать близнеца и страхом за собственное здоровье.

Глаз Жозефины-Симоны выглядел значительно лучше. На радостях нахалка попыталась отвертеться от целебных процедур, но я мастерски поставила её на место, пообещав подарить Устинову за непослушание. Кошь смирилась, стойко выдержала все «экзекуции», зато потом, пока я наводила марафет и одевалась, ворчала, не переставая. Припоминала и вчерашнюю поездку под дождём, и попытку похищения её драгоценной особы невидимкой.

- Никакого толку от твоих магов! - высказала она с досадой. - Могли бы и перезвонить. Вот так они нас с тобой ценят.

Признаться, меня саму удивляло молчание Ольги и Глеба Вениаминовича. Сами же просили обращаться, если произойдёт что-то из ряда вон. По дороге до метро я вновь набрала обоих. Сотовый сыщика, по-прежнему, находился вне зоны доступа. Телефон дочери чародея отозвался длинными гудками, но ответа не последовало. Я обиделась. Что за игнор? Должны же понимать, что не просто так звоню!

...На работе встретила катастрофа. Моя персональная. Глобальная. Друг за другом позвонили три клиента - сообщить, что недовольны новыми вариантами статей. Велели всё переделать с нуля. Один так громко плевался в трубку, что оборачивались все, кто находился в комнате. Замредактора Галина вызвала меня на разбор полётов. Но что я могла сделать? Только развести руками. Это был не закон подлости, а форменное издевательство небес!

- Статьи не плохие, - заверила я в оправдание.

- Не плохие, - кивнула Галина сосредоточенно. - Но моё мнение заказчикам не указ. Два текста придется перенести на следующий номер. Один попытаемся добить в этот. Передам его Ивушкиной.

- Но...

- Здесь нужен свежий взгляд. А у тебя материал о детсаде. Марш работать! Чтоб к вечеру текст был у меня.

Пришлось подчиниться. Но процесс не желал ладиться. Материал получался однобоким: с мнением родителей пострадавшего мальчика, да скучными комментариями многодетной активистки и заслуженной воспитательницы на пенсии. После пары дюжин звонков одна сотрудница проштрафившегося садика согласилась пообщаться на условиях анонимности. Но потом испугалась своих слов и велела не включать комментарий в статью.

Я села обедать лишь в четвертом часу, не отходя от рабочего места, чтобы не раздражать отсутствием Галину, которая и так каждые пятнадцать минут заглядывала к нам в комнату. Попыталась отвлечься и открыла сайт театра, обещавшего в конце сезона новую мистическую постановку. Надо сходить. Наверняка, спектакль получится нетривиальный. Однако...

- Ничего не понимаю, - пробормотала я, найдя анонс о премьере. Ни о какой мистике там не упоминалось близко. Зрителей зазывали на умопомрачительную и искрометную комедию по рассказам Зощенко.

Я озадаченно потёрло ноющий лоб. В пятницу вечером, читая новости о спектакле и зоопарке, я была в состоянии, мягко говоря, пришибленном. Но чтоб так ошибиться!

Увы, это оказался не последний сюрприз. Через полчаса объявился Лёша Абрамов - корр, пришедший в редакцию после побега внештатницы Алсу из-за офисного призрака. За короткий срок он успешно влился в наши ряды, словно проработал тут всю жизнь.

- Мне заметку поручили в номер об аварийном доме, - сообщил он скучающим тоном. - У тебя ведь есть контакты жильцов?

Лёшка не любил отрабатывать рутину. Зато, если в городе происходило ЧП, рвался на место происшествия, как отличница к доске.

- Есть, - я открыла записную книжку, снова мысленно порадовавшись за горожан, наконец-то добившихся переселения.

- Не понимаю, зачем о них опять писать, - Лёшка взлохматил мощной пятерней рыжеватые вихры. - Дело всё равно с мертвой точки не сдвигается. Митингуют-митингуют, а воз и ныне там.

Я изумленно уставилась на коллегу. Как тот самый баран из поговорки.

- Их же переселяют.

- С чего ты взяла? О переезде пока и речи нет.

Едва Лёшка ускакал звонить жильцам, я полезла в интернет - искать пятничные сообщения об аварийном доме. Наткнулась на скудные «информашки» об очередном неудачном митинге и вытаращила глаза. Жильцов никто никуда не переселял и не собирался обсуждать варианты. Голова пошла кругом. Ладно зоопарк или анонс о премьере. Путаница со зверьем и жанром спектакля странная, но не фатальная. Однако глюк с домом - явный перебор.

Может, в пятницу ошибся кто-то из коллег, а теперь неправильный вариант статьи убрали? Хорошее объяснение. Безопасное…

...К концу рабочего дня настроение пробило не только плинтус, но и все слои мироздания.

- Текст так себе, беззубо получилось, - объявила Галина, ознакомившись с материалом о детском саде. - Завтра с утра попробуй добить. Не получится, поставим так, но это будет серьезный косяк. Твой косяк.

Домой я уходила, напоминая одну из туч, досаждавших горожанам на прошлой неделе. Не помогали ни тёплый ветер, игриво перебирающий волосы, ни солнце, лениво уползающее за высотные дома. Я топала до метро пешком, яростно стуча каблуками, будто забивала грозди в асфальт. Внутри копошилось раздражение, голову не желали покидать мрачные мысли. Глаза щипало от обиды на вселенную, подкидывающую катаклизм за катаклизмом. И на магов заодно - за неучтивое молчание.

Я достала из сумки телефон, чтобы ещё раз набрать Ольгу и высказать всё, что думаю об обитателях «Забытого чародея». Если, конечно, магичка не прекратит неуместный игнор. В трубке вновь раздались длинные гудки, на языке завертелась парочка отличных ругательств. Как вдруг...

- Слушаю, - мягко проговорил незнакомый голос. Мужской голос!

- Э-э-э-э, - растерялась я. - Мне нужна Ольга.

- Кто? - удивились на другом конце. - Нет у нас таких.

- Но... но... - я остановилась посреди улицы. - Но это её номер - Ольги Устиновой.

- Вы ошиблись, девушка! - объявили жестко и сбросили звонок.

Я ошалело уставилась в экран телефона. Может, нажала не на ту строчку? Но нет. Это точно номер дочери чародея. Тот самый, на который за последние месяцы я звонила не раз. Я повторно надавила на кнопку вызова.

- Девушка, я же сказал, что вы ошиблись! - рявкнул неизвестный мужчина. - Уточните номер и больше сюда не звоните!

В голове завертелось слишком много предположений сразу. Ольгу похитили, всех чародеев и их человеческих помощников истребили. И вообще, сейчас со мной говорил сам тёмный маг Вольдемар Литвинов, одержавший победу над старым врагом!

Нервничая всё сильнее, я набрала Глеба Вениаминовича, но вновь не дождалась ответа. Нашла номер Алексея Даниловича. Вопреки всем обидам, сейчас меня бы обрадовал голос Устинова - живого и невредимого. Но его мобильный, как и у сыщика, на контакт не пойти не соизволил. Я стояла на узком тротуаре и, мешая другим пешеходам, лихорадочно придумывала план. Что лучше: поехать в волшебный магазин или домой к Глебу Вениаминовичу?

Но с выбором направления не срослось. Запиликал мобильный, высветив номер мамы.

- Яна, приезжай! - заголосила родительница в трубку. - Твоя кошка сбежала!

Удивительно, что я не упала - прямо на грязный асфальт. Новость звучала сногсшибательно. Ну дела! С чего бы Жозефине-Симоне драпать из квартиры, где ей вольготно живется? Не вчерашняя же невидимка её умыкнула, в самом деле?

...Всё дражайшее семейство обнаружилось во дворе: перекошенный братец, причитающая маман и всхлипывающая сестрёнка. Ходили вдоль подъездов и в три голоса звали пропавшую кошь. Но тщетно. Пятнистой морды нигде не наблюдалось.

- Клякса! Клякса! - орал хриплым басом Ярик. - Тьфу ты, пропасть! Не могли нормальную кличку животинке придумать? Кля-а-акса!

- Это всё ты виновата! - напустилась маман на Яську.

- Откуда я знала, что она вниз ломанется!

- Надо было хватать!

- Ага! Схватишь её!

Через ругань и взаимные упрёки я исхитрилась выяснить, что Жозефина-Симона вела себя странно с самого прихода Ярика домой в районе обеда. Мяукала под дверью и скреблась, просясь на выход. К маминому появлению кошь бесновалась и носилась по квартире. Не успокоили даже деликатесы: колбаска и куриное филе. А потом пришла Яська и...

- Нечего было дверь широко открывать! - припечатала родительница.

- Не через щель же мне просачиваться!

- Поговори у меня!

- Я не виновата, что подъезд открыт!

Пресловутый закон подлости сработал безотказно. Соседи с девятого этажа вывозили старую мебель на дачу и подперли входную дверь дощечкой, чтобы каждый раз не пользоваться ключом от домофона. Жозефине-Симоне не составило труда удрать в неизвестном направлении.

Мы проторчали на улице до темноты, но зараза-питомица не объявилась. Я не знала, что думать. С одной стороны, кошь сделала ноги по собственной инициативе. С другой, на повестке дня стояло вчерашнее странное происшествие и зловещая тишина от магов. Вдруг Жозефину-Симону прочь из квартиры погнала чья-то магическая сила? Та же самая, что навредила обитателям «Забытого чародея»?

 

****

Ночью я почти не спала. В свете ночника прислушивалась к привычным звукам. Вдруг дома затаился кто-то злой и опасный? Воображение разыгралось, и начали мерещиться уродливые тени, выглядывающие из-за шкафа. Несколько раз я призывала на помощь магическую сущность, но крылатая фигура не отзывалась. То ли играла в молчанку из вредности, то ли тоже растворилась в небытие.

Утром, разглядывая помятое лицо в зеркале, я решила забить на работу и озаботиться насущными проблемами. Наврала с три короба Галине в трубку и выслушала недовольное фырканье. Мама и близнецы, прибитые последними происшествиями, деликатно помалкивали и ходили мимо меня на цыпочках. Только Ярослава проводила задумчивым взглядом, заметив, как я запихиваю в сумку перцовый баллончик. Орудие плюшевое против черных магов, но всё лучше, чем выступать с голыми руками.

До нужной улицы в центральной части города я добиралась окольными путями. Редакция находилась в том же районе, что и «Забытый чародей». Не дай небо, заметят коллеги из окна общественного или личного транспорта. Объясняй потом начальству, почему вся больная и отравившаяся слоняюсь непонятно где, а не лежу дома в постели. Галина, узнав об обмане, больше ни в жизнь отгул не даст.

Чем ближе я подходила к волшебному магазину, тем сильнее стучало сердце. Вдруг обнаружу погром и бездыханные тела, как три с половиной года назад в нашей с Антоном квартире? В благоприятный исход вылазки верилось с трудом. Не могли же чародей, его дочь и сыщик испариться одновременно? Да ещё мою Жозефину-Симону прихватить!

Вот и знакомое неприметное серое здание. Справа парикмахерская, слева кафе. А посередине...

Я остановилась, как вкопанная. Между парикмахерской и кафе больше не было дополнительного входа. В висках застучало, руки и ноги похолодели. Может, я просто перестала «видеть» дверь в волшебный магазин? Как большинство людей, которые проходят мимо, не потрудившись обернуться? Пошатываясь, я подошла ближе. Даже стену потрогала и постучала по ней для верности. Тщетно. Два входа располагались впритык друг к другу. Ни намека на ещё одно помещение!

Ну, дела!

Дрожащей рукой я вытащила телефон и набрала номер еще одного помощника Алексея Даниловича - Вани Ларинцева с разноцветными глазами. Мы не общались с начала марта. Отношения подпортила история с офисным призраком. Я выбрала невмешательство, позволив погибшей девушке отомстить убийце, но юноша из рода телохранителей не смог принять моего решения. Спасение чужих жизней, пусть и никчемных, у него в крови.

- Алло, - ответил знакомый голос.

- Ваня, - выдохнула я с облегчением. - Это Яна. Нам надо...

- Кто? - спросили недоуменно.

- Яна. Яна Светлова.

На том конце повисла пауза. Моё имя собеседнику ничего не говорило.

- А, вы от Олега! - объявил парень. - Сожалению, но группа набрана. Позвоните в следующем месяце. В июле, наверняка, будут места. В сезон отпусков.

- Я... я...

- Простите, - прервал мои заикания Ваня. - Тренировка начинается. Звоните в июле.