Помоги проекту - поделись книгой:
Автобусы остановились на краю обширной поляны, дальний конец которой превращался небольшой песчаный пляж. Река Пра в этом месте сильно обмелела и лениво ползла куда-то по своим делам, если, конечно, они у неё были. Пологий берег делал это место идеальным для отдыха, купания и рыбалки. Правда, рассчитывать на какой-то серьёзный улов на мелководье не приходилось. Противоположный берег, напротив, на полтора десятка метров возвышался над рекой, и с него наверняка открывался потрясающий вид.
Территория относилась к туристско-рекреационной, поэтому въезд сюда осуществлялся за деньги, которые шли на благоустройство. Хорошие дороги позволили автобусам подъехать к самому месту стоянки, избавив людей от необходимости топать несколько километров с рюкзаками на плечах.
На расстоянии в полсотни метров друг от друга были установлены системы сбора, упаковки и переработки мусора. По окончанию цикла из них выгружались компактные капсулы нескольких цветов, которые было удобно относить и выбрасывать в стоявшие рядом аналогичного цвета контейнеры. Нерадивых туристов фиксировали камеры, подключённые к системе распознавания лиц, так что мусорить ни у кого не возникало желания.
Островский вспомнил своё детство. Да, всё очень сильно изменилось. Вечными остались только комары, оводы и слепни. Он прихлопнул очередного кровососа и полез в рюкзак за репеллентом.
Невдалеке взревела багги. Нет, взревели. Их было точно с десяток. Люди, ещё толком не успевшие выгрузить из автобусов свои вещи, удивлённо переглянулись, но так и не успели ничего обсудить: на поляну вкатилась группа вооруженных людей в балаклавах. Островский отметил, что в руках у них в основном помповые ружья. Что при существующей дистанции было явным преимуществом.
Боевики спешились и один из них крикнул:
– «ЭкоТер»! Всем лечь на землю!
После чего выстрелил в воздух в подтверждение серьёзности своих намерений.
Рязанская область, Когривед, внешний контур.
– Ястреб – Пересвету! У нас захват! – проорала рация.
– Что? – Пересвет не поверил своим ушам. – Какой ещё захват?!
– Террористы захватили учёных. Мы только на позиции закрепились, я решил проверить обстановку, а они уже были там. Чисто отработали. Их явно кто-то подготовил.
– Сколько их? – спросил Пересвет.
– Судя по количеству багги, человек двадцать, – ответил Ястреб. – Точно сказать не могу. Они отгородились автобусами по периметру и часть людей выставили в окнах. Я сейчас на противоположный берег выдвинусь, с него обзор хороший, а ребята поближе подберутся.
– Убитые уже есть?
– Визуально не наблюдаю.
– Принял. Значит, будут требовать выкуп, – подытожил Пересвет. – Работайте. Я свяжусь с Хлебниковым и доложу ему о случившемся.
Выключив рацию, он ощутил, как по телу расползается волна адреналина, такого знакомого и долгожданного. Как же Пересвет по нему соскучился! Голова была совершенно ясной, но зуд ощущался даже в кончиках пальцев. Наконец-то можно ринуться в бой, услышать свист пуль и выстрелы, почувствовать запах вражеской крови! Его предназначение – защищать, и Пересвет не подведёт тех, кто на него рассчитывает!
Рязанская область, Мещера.
Девятого усадили рядом с остальными. Террористы не знали, что среди заложников есть их сообщник. Безусловно, существовал шанс схватить шальную пулю, но вскрывать шпиона раньше времени было неразумно.
Глядя на действия боевиков, Девятый про себя выругался. Никого не обыскали, просто зафиксировали руки за спиной стяжками. А он ведь составил для них подробную инструкцию! В остальном, правда, террористы её выполнили, так что всё должно пройти гладко. Даже когда Пересвет пришлёт сюда своих бойцов, в чём Девятый не сомневался, взять их штурмом без потерь среди гражданских будет крайне непросто.
– Кто здесь главный? – Вопрос прозвучал от того террориста, что стрелял в воздух. Если Девятый не путал, то его позывным был тридцать седьмой.
– Допустим, я, – подал голос Островский.
Тридцать седьмой протянул ему спутниковый телефон.
– Звони своим. Озвучишь наши требования.
– Руки-то освободи! – Василий повернулся к нему спиной.
Шестьдесят седьмой разрезал стяжку, и Островский взял телефон.
Рязанская область, Когривед.
То, что Хлебников дал всем отдышаться и передохнуть, не значило, что сам Сергей Сергеевич поступил так же. Грибоход уже отремонтировали, и предстояло проверить, как он будет вести себя в условиях воздействия радиации и заряженных частиц. Для этого в Когриведе были все условия, так как здесь давно ставились эксперименты над разными видами грибов. Теперь предстояло проделать то же самое с грибоходом.
Поэтому когда Пересвет вышел на связь, Хлебникову не пришлось выпрыгивать из постели, пытаясь собрать спутанные мысли. Но это не предполагало, что информация его не шокировала. Сергей Сергеевич побледнел и обмяк. Впервые за долгие годы он почувствовал, как у него подскочило давление.
– Откуда они узнали? – пробормотал Хлебников.
– Неважно, – Пересвет говорил уверенно. – Скорее всего, свяжутся именно с вами и будут что-то требовать.
Зазвонил телефон. Сергей Сергеевич дёрнулся и уставился на гаджет, будто забыв, что это такое и как им пользоваться.
– Ответьте! – приказал Пересвет.
Хлебников принял вызов, долго слушал, что ему говорят из трубки, выдавил из себя: «Хорошо» и завершил разговор.
– Они сказали, что мы должны передать им грибоход со всей документацией в обмен на заложников, – сообщил он Пересвету, – иначе…
– Что будет «иначе», – перебил его Пересвет, – и так понятно. Попробуем потянуть время…
– Зачем? – вмешался в разговор Знайка. – Отдайте им меня. Пусть думают, что всё идёт по плану.
– Ты ведь что-то придумал, железка, – сказал Пересвет.
– Да. Вы меня заминируете, и я подорвусь, когда будет самая подходящая ситуация.
– Ты же погибнешь! – всплеснул руками Сергей Сергеевич.
– Я не могу умереть. Я не человек. А заложники могут. Действуем.
Рязанская область, Когривед, внешний контур.
К воротам подъехал старенький пузатый автобус с большим лобовым стеклом. Где террористы взяли такой бензиновый раритет и как его не отловили сотрудники ГИБДД, Пересвет не знал. Он стоял посреди дороги, держа в руке носитель с чертежами. Справа располагался грибоход, начинённый взрывчаткой.
Задняя дверь открылась, и Пересвет понял, почему боевики выбрали именно этот транспорт. На вместительной площадке было оборудовано что-то вроде бронекапсулы из сваренных друг с другом толстых листов металла. Оттуда на него смотрели шесть пар недружелюбных глаз. Пересвет покрутился на месте, показывая, что безоружен, и отдал документацию.
– Ты тоже едешь с нами! – сообщил один из террористов, когда грибоход был загружен в автобус. – Вдруг вы чего выкинуть попробуете! Садись в пассажирскую часть.
Пересвет пожал плечами и уселся на одно из сидений. Автобус тронулся, съехал с дороги на просёлок и углубился в лес.
Уже минут двадцать они тряслись по ухабам, когда сзади послышалась подозрительная возня. Пересвет оглянулся и оцепенел: двое боевиков зачем-то пытались снять верхнюю крышку с грибохода. Что-то щёлкнуло, и она поддалась.
– Тормози! Бомба! – наперебой завопили они.
– Пересвет, уходи! – отчётливо проговорил Знайка.
Водитель нажал на тормоз. Пользуясь этим дополнительным импульсом, Пересвет пронёсся по салону и швырнул своё тело в лобовое стекло. Боль от удара очистила голову, высвободив наружу рефлексы. Он прокатился по земле и прыгнул в одну из неглубоких балок.
Мгновением позже автобус взорвался.
Рязанская область, Мещера.
Пришло сообщение. Тридцать седьмой посмотрел на экран.
– Скоро будут, – сообщил он другим. – Надо готовиться к отходу.
Пользуясь тем, что боевики заняты обсуждением дальнейших планов, Островский, руки которого так и оставались несвязанными, аккуратно приподнял штанину, вытащил нож и, переглянувшись с Лёхой, ногой придвинул к нему оружие. Лёха подхватил нож и, слегка развернувшись, чтобы террористы не видели его со спины, принялся резать стяжку.
Когда раздался взрыв и переполошившиеся террористы вопреки здравому смыслу выбежали из автобусов, вскидывая ружья, Василий понял, что пора атаковать. Он выхватил пистолет и первым же выстрелом разнёс голову Тридцать седьмому. Анюта взвизгнула и уткнулась лицом Лёхе в грудь.
– Лечь на землю! – скомандовал Островский, уложив ещё одного противника.
Последний из охранявших их террористов начал вскидывать оружие. Василий понял, что его надо было убить сначала, потому что сейчас, разворачиваясь в обратную сторону, Островский теряет ту самую долю секунды, на которую он мог опередить противника, выстрелив первым. Подрастерял-таки навыки! Чёрт!
Но прощание с жизнью оказалось преждевременным. Лёха вскочил на ноги и несколькими профессиональными ударами ножа отправил террориста вслед за его товарищами. Тело рухнуло на землю. Без агонии и конвульсий, словно его просто выключили. Василий присвистнул.
– Не знал, что ты служил в спецназе!
– Я тоже, – отозвался Лёха, забирая у трупа ружьё.
На той части поляны, которая была вне видимости заложников, раздались автоматные очереди, а с противоположного берега забухала снайперская винтовка. Подмога!
– Попробую зайти сзади! – бросил Лёха, проскальзывая между автобусами.
Островский направился в противоположную сторону. Выстрел. В укрытие. Выстрел. Попадание. Выстрел. Выстрел. В укрытие. Выстрел. Попадание. Выстрел. В укрытие. Перезарядка. Нет, не растерял навыков, мгновенно втянулся.
Василий не пытался держать в голове всю картину боя, контролируя лишь небольшой участок территории. Этого было достаточно: пусть боевики и были тренированными, но «частники» им оказались им не по зубам.
Вдалеке послышался Лёхин крик: «Уходит! Я за ним!» Затарахтела багги и понеслась куда-то вглубь леса. Островский выглянул из-за автобуса и осмотрелся. Здесь точно всё кончено. Если кто-то ещё жив, то ненадолго. Василий выдохнул. Только сейчас он ощутил, что его немного подтряхивает. Так было всегда после выброса адреналина. Отходил Островский тяжело, и вспоминать это ощущение не хотелось.
Василий подобрал с земли нож и начал резать стяжки на руках бывших заложников.
Рязанская область, Мещера.
Пересвет, прихрамывая, прохаживался по поляне, пожёвывая неприкуренную сигарету. Его левую руку обхватывал ортез, а голова и грудь были утянуты бинтами.
Трупы террористов упаковали в мешки. Следственная группа заканчивала свою работу на месте преступления, но ей ещё предстояло попотеть, опрашивая свидетелей. Учёных уже отвезли обратно. Многим из них долго будут сниться кошмары как отголосок сегодняшнего дня. Хорошо, что обошлось без жертв.
Подошёл Островский. Он отказался ехать со всеми и активно помогал сотрудникам ФСБ восстанавливать картину произошедшего.
– Как самочувствие? – поинтересовался Василий.
– Отлично! – Пересвет поднял вверх большой палец здоровой руки. – Давно так не разминался.
– Я тоже, – поддержал Островский.
– Вы, Василий Евгеньевич, вообще героем себя показали, – похвалил Пересвет. – Пятерых уложили. Надеюсь, парни на вас не в обиде…
Поделиться книгой: