100 лет тому назад. Часть вторая

Зато деревенские родственники погибшего старосты, спихнув с рук фургон, вздохнули с облегчением. Им же тех лошадей еще и кормить требовалось. Ну, да ничего, зато им очень даже неплохой дом в наследство остался, говорят, на следующей неделе уже переезжать туда будут. Ага! А мне, значит, до следующей недели, пока новые жильцы в том доме не появились, надо выпотрошить заначки покойного Ивана Тимофеевича. Эх, не знала бабка хлопот, купила бабка порося!

На дело я самой ближайшей же ночью отправился. Ну, а чего затягивать-то? Еще и, помимо имевшейся в моем распоряжении сумки, два мешка с собой прихватил. Староста же так и не успел рассказать, что он там, на конюшне и в сеннике запрятал. Хорошо еще, не зарыл, а то, только ночных раскопок мне для полного счастья и не хватало.

Такое большое количество мешков не пригодилось. В одном месте вообще столовое серебро отыскалось. Металл хоть и тяжелый, но занимающий не так уж много места. Правда, сервиз там не один был, с полмешка посуда все же заняла. И вроде как, некоторые предметы сервиза там очень не простые присутствовали. Магией от них несло. Ну, тут, понятное дело, амулеты, позволяющие кофе без огня кипятить или уже готовый кофе долго горячим держать…. Или все же не амулеты, а артефакты то были? Амулеты же подзаряжать нельзя? Не резон такой одноразовый расходник в предмет длительного пользования встраивать. Долго голову над загадкой ломать не стал. Дома, если получится без Дашки остаться, поэкспериментирую, может быть. У меня же, вроде как, зарядник для накопителей в ларе в сенках валяется.

Второй клад, тот, что в сене был закопан, еще менее объемным вышел. Золотые и серебряные украшения, с десяток монет, орден с колющимися лучами, усыпанный мелкими бриллиантиками. Все это я, почти не глядя, прямо как было в узел завязанное, в сумку засунул.

Осталась последняя часть, в самом доме. Ну, не считая еще одного клада, четвертого, который на околице деревни под старой ивой был зарыт. И вот эта, третья часть ухоронок, меня особенно порадовала. Там, в кухне, под полом, банальные деньги оказались. Много! Причем, в новеньких, недавно выпущенных червонцах, на которых черным по бледно розовому обещался размен их на золото по первому требованию. Мой доход с продажи степных лошадей на фоне такого богатства смотрелся вообще бледно! Черт! Да тут на дом в столице, наверное, хватило бы! Одна небольшая проблема только, мне из всего этого всего одна треть принадлежит, остальное я пообещал в Москву, Степаниде доставить.

Разумеется, вот так сразу, я ни в какую Москву не поехал. Зима на дворе, не самое хорошее время для путешествий в наших условиях. Правда, отца о намеченной на теплое время года поездке все же предупредил. Родитель только рукой раздраженно махнул. Смирился, по-видимому, что продолжателя его дела из меня не получится.

Два месяца не прошло, пролетело. Новый 1923 год наступил! Что я там про то, что зимой в деревне делать особо нечего, говорил? В этот раз все не так однозначно оказалось. У нас же скота на подворье в разы прибавилось! И за всеми этими лошадками, да Буренками уход оказался нужен. Кормить, убирать отходы жизнедеятельности, доить, полученное молоко перерабатывать.

Ну, положим, доить, все же на матери, как и раньше, обязанностью повисло. А вот все прочее пришлось и мне постараться. Зато первому полученному сыру мы с отцом радовались, как самому лучшему подарку! И маслу радовались! Это же, считай, живые деньги. Ну, если их, понятное дело, до Рубцово вовремя доставить.

В этот раз я тоже в Рубцово с нашей продукцией поехал. Один ездил, дома тоже работы невпроворот было. В городе, как водится, на обратном пути на почту заглянул. Тут это, типа, такой обычай у сельских жителей был. Приехал в город, поинтересуйся, нет ли какой корреспонденции для односельчан. Почтальона то, чтобы в такие кругаля мотался, в здешних местах отродясь не держали.

— В Большие… Ебуны? — На последнем слове у почтальонши, молоденькой девчонки, что на городской почте с селянами работу вела, проступил яркий румянец. Видать, представила себе чего-то не того. — Есть! Есть письмо! — Объявила она через пару минут, просмотрев невеликую стопку корреспонденции, дожидавшейся своих адресатов.

За полученное в руки письмо пришлось еще дополнительно в журнале расписаться. В стране бумаги не хватает, а тут…! Бюрократия, понимаешь! Впрочем, все мое немного наигранное возмущение, словно водой смыло, едва я на конверте на адрес взглянул. Письмо то мне самому и предназначалось. О кого, понятное дело. Кроме Семена со Степой мне и писать-то на всем белом свете некому. Но, черт возьми, приятно-то как!

Прямо там же, в здании почты, под подозрительными взглядами почтальонши и вскрыл конверт.

— Да я это, я, Александр Жуков, собственной персоной. Мне это письмо от друзей пришло! — Не выдержал просто таки пронзительно недоверчивого женского взгляда.

— Да мне-то что! — Фыркнула девица, отвернувшись.

Хм. А письмо-то необычайно занятным оказалось! Писала, разумеется, Степа. Нет, Семен тоже вполне грамотный и подобное письмо чисто теоретически написать тоже был в состоянии, но вот как-то с трудом в подобное верится. Разве что Степа в конце текста приписала, что ее муж мне привет передает. Вот про приветы — вполне верю, на такое Семен способен!

Так вот, возвращаясь к информации из письма. Степа извещала, что со следующего учебного года в Наркомпросе открываются новые магические курсы для выпускников средней школы. Причем, Класс соискателя решено было не учитывать, только Силу магии, минимальное проходное значение которой было объявлено в двадцать единиц. Если можно было бы закричать в этом донельзя официальном месте, я бы заорал от восторга. То, что доктор прописал!

Домой я спешил изо всех сил. Даже большую часть пути просто рядом с санями пробежал. Ну, чтобы Сивке полегче было. Очень уж хотелось с отцом это известие побыстрее обсудить. Ведь как замечательно все складывалось: мне же учиться нужно было, тут, в деревне, я даже Силу магии уже давно не повышал. А просто новых заклинаний, помимо тех нескольких, что смог из дядиной книжки перенять, взять мне было негде, а мощи известных мне заклинаний не хватало, чтобы тренировками доводить себя до истощения. Точнее хватало, но времени на это требовалось непропорционально много и за валом работ по хозяйству я регулярно манкировал именно своими магическими тренировками. Да даже, если и не манкировал… все же я не терминатор какой-нибудь, хоть и прибыл, как тот робот, тоже из будущего, а обычный человек из мяса и костей. И мне тоже тяжело себя каждый раз заставлять в этом затянувшемся марафоне участвовать, в котором, к тому же, и призы то еще выпадают крайне редко.

А для всей нашей семьи такая моя учеба в столице тоже крайне полезной окажется. За год, или сколько там подобная учеба будет продолжаться (Степанида про сроки так прямо не писала, только не могут подобные курсы совсем уж скоротечными быть), я смогу в городе все обустроить, и родителям с двумя малолетними детьми получится уже приехать не абы как, а на заранее подготовленное место. Если денег хватит, так, глядишь, и дом в Москве им куплю.

До нашей деревни еще километров десять оставалось, когда, подгоняемый чувствами, я вообще вперед Сивки вырвался и рванул со всей прыти, понуждая коня догонять меня. Благо, пустые сани почти ничего не весили. Даже единственное, что в городе в этот раз закупил, кулек шоколадных конфет для Дашки, к себе, в Личный Карман убрал. Результат закономерный: вспотевший, запыхавшийся я остановился на въезде в деревню. Но не от усталости остановился, виртуальный транспарант перед глазами вспыхнул: Выносливость +1. Все же мои чуть ли не каждодневные тренировки до изнеможения еще на один шажочек меня к долголетию приблизили.

Не удержался от соблазна, открыл полную таблицу характеристик, чтобы полюбоваться:

Уровень: 13

Очки опыта: 19007\20000

Класс: Боевой маг. Редкий Класс, позволяющий в процессе тренировок и боевых действий ускоренно развивать все параметры, связанные с повышением боевой эффективности.

Тело: 30

Разум: 26

Сила магии: 39

Свободных очков Характеристик: 4

Дополнительные Характеристики:

Выносливость: 9

Удача: 2

Запас магии смерти: 0,8 у.е.

Получено Редкое достижение: «Юный герой 2» (+2 к Характеристике Тело дополнительно за каждый вновь полученный уровень)

Получено Редкое достижение: «Разрушитель порталов 1». В награду вы получаете Личный Карман, складку пространства, доступ в которую имеете только вы.

Получено Редкое достижение «Давид и Голиаф 2». Вашу победу над столь сильным и неуязвимым противником иначе, как удачей не назовешь, поэтому в награду за достижение вам открывается Дополнительная Характеристика Удача.

Эх! Жалко никаких бандитов и чудовищ на моем жизненном пути пока больше не попадается! Никак до четырнадцатого уровня допрыгнуть не могу. Охота же на обычных зверушек и тем более всякие бытовые хлопоты приносят совсем уж крохи опыта.

По деревенской улице своего коня я в поводу вел. Остывал от бега и мысленно к предстоящему разговору с отцом готовился. Так в себя ушел, что даже не сразу услышал женский голос, что меня окликал:

— Саша! Остановись, пожалуйста, на минутку! — Оглянулся. Машка догоняет. Спешит по плохо утоптанной дорожной колее на разъезжающихся по снегу ногах. — Саша, я спросить тебя хотела, ты на завтрашние посиделки у Усковых придешь?

— Приду, отчего не прийти. Ну, если батя, конечно, какой-нибудь работой внезапно не озадачит.

— Я ждать стану. — И, развернувшись, пошла обратно с самым что ни на есть независимым и неприступным видом.

М-да, вот такие у нас с нею дела. В теплое то время еще было где встречаться время от времени, а зимой — только в таких вот, практически узаконенных для блуда местах. Дома то у обоих куча родственников, а ту же баню еще топить предварительно нужно. Ну, и опять же родственников, желающих помыться, пережидать. Хотя, да, в банях мы с ней тоже по субботам встречались. Иногда. Чтобы слишком уж в глазах окружающих не светиться. Не то, чтобы любовь это, ни с одной стороны это ни разу не так, но тело то своего требует. Вот и встречаемся время от времени… два случайно повстречавшихся одиночества.

Глава 4.

— Эк, ты, сына, как быстро все самостоятельно решил! — Отец аж крякнул, с явственной обидой в голосе, от моего такого неожиданного известия, что в конце лета я из деревни свалю. У него ж хозяйство, планы на его развитие, в конце концов. — Стоит ли так вот торопиться? Не убежит твоя Москва никуда. А мы здесь еще деньжат подкопим.

— Папа, ты не понимаешь, — начал я схода горячиться в попытке доказать обоснованность своего решения, — эти курсы только-только организуются, потому на них всех берут, без ограничений, лишь бы аттестат о среднем образовании был, да Сила магии по своему значению за двадцать единиц выходила. Но вот на что угодно готов спорить, что уже, быть может, в следующем году всякие ограничения для вновь поступающих появятся. Магия — это ж практически оружие! Не может быть, чтобы власти на распространение оружия среди народа ограничений не наложили.

— Ну, какие тут могут быть ограничения? Ладно, если намеченное по плану число хоть каких-то учеников наберут. — Отец скривился недовольно. — Всякие там аристократы, с их фамильными секретами, зельями, да артефактами, почти все из страны сбежали, а кроме них не так уж много людей в Силу магии вообще вкладываются. Да, сильный маг — это, конечно, звучит, но ведь пока он силу не набрал, его соплей перешибить можно. Да и работы для начинающих магов, почитай, толком и нет, в отличие от тех же рабочих и инженеров, которые почитай на каждое производство требуются.

— Поверь мне, ограничения точно будут! Может, только исключительно пролетариев распорядятся принимать. Мало среди них подходящих окажется, какой-нибудь комсомольский призыв придумают или разнарядку от силовых ведомств.... Вариантов много. В одном твердо уверен, это один из последних вагонов, и мне в него обязательно заскочить нужно, чтобы он меня к хорошей жизни доставил.

— Да что ты заладил, вагон, уехать! — Внезапно взорвался отец. — Не держу я тебя, вот, совсем не держу! Считаешь, что нужно ехать, езжай. Ты же человек взрослый, своей головой способен думать. Просто, у меня в хозяйстве проблема с твоим отъездом в полный рост встанет. Не справимся мы с твоей матерью с таким вот хозяйством. Слишком широко размахнулись. Сейчас вон, зима, а и то, уход за скотиной и реализация продукции практически все наше свободное время забирают. Ты вон, и охотиться почти перестал, а я ведь знаю, как ты любишь это дело.

— Этот вопрос я уже и сам прикидывал. Нам нужно здесь сразу два дела сделать: первое, это работников себе в помощь нанять. Тех же Ширяевых, к примеру. Их много, одной семьи тебе как раз на все дела хватит. Если деньги за заработанное не зажимать, нормально доходом делиться, так очень неплохо может выйти….

— Сам же говорил, что вскоре за наем работников будут ссылать в места отдаленные! — Перебил меня отец. Похоже, тоже на эту тему думал и ни до чего не додумался.

— А это, как раз, второй вопрос, который безотлагательно решать придется. Нам нужно будет на всю семью запастись новыми документами с новой, никому не известной фамилией. И сделать это нужно быстро, пока на местах, где подобные документы выписывают, бардак еще в какой-то мере сохраняется. Вон, сравни год нынешний, допустим, с двадцатым или даже двадцать первым. Ведь намного больше порядка стало. А еще через пару-тройку лет вообще гайки закрутят. Не добыть нам левой метрики будет.

— С документами ты хорошо, сына, придумал. — Отец призадумался. — Есть у меня знакомец в Барнауле, на последних сборах в одном взводе были, так он, как раз еще с дореволюционных времен в паспортном столе и работает. Сейчас, правда, его контора как-то по-другому называется, но смысл то один, хоть назови ты документ мандатом каким, а министерство внутренних дел наркоматом. С делами немного раскидаюсь, съезжу.

На том и порешили. И того же Витьку Ширяева, Семенова старшего брата, на время отъезда отца на месте нашего работника наметили опробовать. Зимой ему все равно, делать особенно нечего. Наверняка, рад будет, что работу денежную на это время предложим.

Несколько дней пролетело. На посиделки к Ускову сходил. Весело было. Молодежь же, выдумщики еще те. И Машка мной довольна осталась. Дома мы новую партию масла и сыров выработали. В этот раз с ними отец в город поехал. Он так решил, сразу из Рубцово в Барнаул ехать. И дороги, таким образом, до Барнаула все ж чуток поменьше останется, и перед односельчанами не засветится лишний раз с поездкой: увез и увез сыры. А то, что вместо пары суток отсутствовать будет пару недель,… так кто на это особое внимание обращает. Может, просто от жены загулял мужик.

Ну, а мы с Витькой Ширяевым принялись хозяйствовать. Хотя, какой, с Витькой! Он всех своих младших нагнал, чтобы побыстрее заданные ему обязанности выполнить. Впрочем, то его дело было, он же с ними из части своего заработка расплачиваться собрался.

Ха! На появление снующих по хозяйству младших Ширяевых наша Дарья внезапно очень активно отреагировала. Так-то она по хозяйству тоже работала, конечно, у матери лодыря особо в семье не погоняешь, но как бы из-под палки, любое действие только с отдельного указания начинала, а тут разважничалась, сама, вперед любой команды, начала работу для себя и Глашки, Витькиной младшей сестренки, искать. И вполне это у нее получалось! Тех же кроликов взять, столько пуха с них начесали, что на всю семью варежки и носки можно было связать, да еще бы и осталось про запас. «Хозяюшка растет!» — Это Витька Ширяев про нее сказал, а Дашка внезапно вся зарделась, хоть прикуривай об нее. Доброе слово, оно и кошке приятно, а моя маленькая сестренка такие слова похвалы просто обожает.

Прошли две недели, отец из своей поездки возвратился. Витька Ширяев временный расчет от работы получил. Судя по его довольной физиономии, оплатой он остался вполне доволен. Еще и посулил, мол, в любой момент готов на таких условиях на помощь прийти. А наша Дашка наоборот, сильно расстроилась. У нее подружку внезапно отобрали, которой она уже верховодить почти приноровилась.

Когда мы в доме одни остались, без посторонних глаз, родитель похвастался перед нами с матерью своим «уловом». Тот товарищ из Барнаула помог ему не просто левые документы на чужую фамилию оформить, а сделал, что называется, комплект документов с историей. А просто в их паспортном столе завалялись с давних времен метрики целой семьи, погибшей в гражданскую. Глава семейства, его супруга и сын, четырнадцати лет. Но это тогда, в январе девятнадцатого, неизвестному мне подростку столько было, сейчас бы уже восемнадцать исполнилось. Я, конечно, на самом деле, чуток помоложе буду, но в целом, вполне подхожу. Так что, случись что, быть мне Иваном Елисеевым, сыном Прохора Кузьмича и Дарьи Федоровны Елисеевых, мещан Тобольской губернии, неведомо какими ветрами занесенными в Барнаул, да так там и поселившихся. Про Барнаул, кстати, этот проныра из паспортного стола отдельные справки выписал, нынешним годом датированные. Все честь по чести, захочешь, не подкопаешься.

Очень я всем этим метрикам и документам порадовался. Попадались, знаете ли, в интернете в прошлой жизни документы с отчетами высоких должностных чинов ОГПУ о выявленных беглых кулаках. Властям в конце двадцатых — начале тридцатых годов мало было просто крепких хозяев разорить, чтобы те своим примером не мешали колхозы на селе внедрять, они на бывших кулаков этакое сафари открыли. По всей стране разыскивали несчастных, которые, бросив нажитое, умудрились куда-то на новое место устроиться. Так что, господа чекисты, вот вам бумаги, в которых черным по белому, с соблюдением всех правил старой орфографии, написано, что наша семья вовсе не те дроиды, которых вы ищете.

Со всеми этими документами мы, конечно, перестраховывались. Вряд ли нашу семью в кулаки запишут, если отец через год-два все свое имущество распродаст и в город уедет. Списки же на раскулачивание позже создавать начали, до этого момента все эти люди вполне обычными гражданами страны Советов считались. Но тут, уж, как говорится, лучше перебдеть, чем после локти кусать. Зато, случись что, достать заранее приготовленные новые документы и раствориться на просторах страны куда легче будет, чем впопыхах что-то предпринять стараться.

Про новую наступившую весну и последовавший вместе с потеплением сев много расписывать не буду. Тут, на селе, из года в год все одно и то же. Ну, да, пахал. И Телекинезом своим при этом активно пользовался, чтобы не уставать и ровную глубокую вспашку, без проплешин, получить. Вот магичить над зерном и сеять его отец мне в этом году не позволил. Раз получил сродство к смерти, нет мне доверия. Хотя, знаете, мне кажется, что в этом вопросе он все же не прав был. То же Лечение у меня выходило почти без осложнений. Почти, потому что вначале немного «типа калибровка» сбилась, пришлось чуточку наново подлаживать ощущения от прилагаемых с Лечением усилий.

За золотом в тот Семенов овраг тоже сходил ненадолго. После пахоты же практически месяц промежутка до начала покоса оставался. Работы в хозяйстве и в это время, конечно, с избытком хватает, но тут уж важно было правильно приоритеты расставить. Золото же! По сравнению с обычными сельскохозяйственными продуктами куда большую ценность имеет.

Правда, золотодобыча по сравнению с тем временем, когда золото из болотного и речного грунта мне своей магией Земли Семен помогал разрабатывать, заметно скромнее вышла. Но все же вышла. И Телекинез у меня с прошлого года усилился, так что гораздо большую площадь своего магического захвата создать смог, а самое главное, изменилось качество моего заклинания. Теперь я, пусть плохо, но мог отличать плотность отдельных предметов в моем захвате. Правда, там были еще ограничения по размерам объектов…. Не золотой песок у меня в результате, в качестве добычи, выходил, а этакий золотой гравий. Крупных самородков ни одного не попалось, подозреваю, их в ручье вовсе не было. Ручей же, тащил за собой только то, на что энергии течения воды хватало. А крупняк, очевидно, так и лежит где-нибудь на глубине, из которой этот ручей вытекает.

Итак, золотой гравий… самородки. К концу моего старательского периода аж две горсти их набралось. Вроде, какая малость, но золото же — металл тяжелый. Так что думаю, минимум на пару новых заклинаний от Системы мне бы хватило. Вот только я в сильных размышлениях пребываю: а вообще оно нужно ли? Точнее не так, понятное дело, что новые заклинания магу, они никогда бесполезными не будут. Опять же те, что от Системы получены еще и на дальнейшее развитие способны. Вот разовьется Отмена заклинания в Антимагию, и мне прячущиеся в засаде маги вообще не страшны станут. А если еще и мой Дефлектор в придачу к Антимагии развить в какой-нибудь полноценный передвижной купол? Хотя,… а совместима ли Антимагия с другими заклинаниями вообще? Надо отдельно этим вопросом поинтересоваться, прежде чем ее пытаться получить, а то от Отмены Заклинания, без всякого улучшения, запросто может больше толка оказаться.

Стоп! Опять я о новой магии для себя размечтался, а ведь передо мной первоочередной вопрос стоит не на заклинания средств набрать, а на собственное жилье в столице. Собственно, потому и за золотом отправился. Кстати, не так уж и много в овраге невозделанного русла ручья осталось. Почти полностью его прошел, извлекая самородки. Разве что сам золотой песок еще остался. А болото мы с Семеном еще в прошлом году качественно почистили, там золото даже в виде песка в достаточном количестве набрать проблематично будет. М-да, истощается месторождение.

На обратном пути к дому я подбил каменными шариками трех байбаков. Самая легкая добыча, если особо не торопиться и возле сурчиных нор малость покараулить. И одна из самых вкусных! Парочку домой, матери, на готовку закинул. Больше смысла нет, лето, тепло, мясо уже к завтрашнему дну без тепловой обработки попахивать начнет, да и готовка ненадолго в этом деле поможет. А сурки мне попались крупные, дай бог даже двух в отведенные природой сроки в тушеном виде одолеть всей семьей сумеем.

Так вот, тушку третьего зверька отнес Ширяевым. Все же это семья единственного моего друга, оказать помощь частью добычи, оказавшейся избыточной, нисколько не жалко. Заодно сообщил, что их тайная плантация ценных растений мной прополота, и нет никакой такой экстренной надобности в ближайшие месяц-два, им туда наведываться. Ближе к осени то, понятное дело, они все равно на эту свою делянку отправятся. Еще Семен мне в прошлом году поведал, что сбор сырья для зельеваров с их культур как раз в начале августа производится. Ну, кроме женьшеня, разумеется. Тот еще молодой совсем и на переработку в зелье не годится.

М-да! У отца — способности в магии Друидов, у нашего покойного старосты — контрабанда, Ширяевы вот, втихушку сырье для зельеваров растят…. Интересно, а чем таким, этаким, остальные жители нашей небольшой деревушки занимаются? Глухой, медвежий угол, почти без пригляда со стороны властей, а ведь известно, что в самом темном омуте черти-то как раз и водятся. Кстати, только сейчас внезапно мысль возникла, а как насчет самих зелий? Наверняка ведь, Ширяевы слишком далеко свои травки не возят. И попутный вопрос, а нельзя ли при посредничестве родни моего друга каких-нибудь зелий для собственного развития закупить? Зелий ведь и помимо выпитого мной зелья для повышения Характеристик очень много существует. Подавляющее большинство из них временного действия, конечно, но ведь есть и те, что что-то в организме улучшают на постоянку. Определенно, при ближайшем удобном случае точно задам Сенькиному отцу вопрос по этому поводу. И опять же обратно к моим вовсе не надуманным проблемам возвращаемся: на все нужны деньги!

С покосом разобрались. Лето в этом году немного засушливым выдалось, так что количество сена несколько до прошлогоднего не дотягивало. Но в прошлом году мы его даже с избытком заготовили, пришлось по весне соседям излишек раздавать, значит, в этот раз в аккурат и получится. Про возможные зелья для себя я у Ширяева Старшего поинтересовался. Он пообещал вскоре свой ответ по моему поводу дать. Я, как и намеревался, запросил для себя зелья, оказывающие постоянный эффект. Какой конкретно эффект даже не очень-то и важно. Хотя, нет, вру, тоже важно, конечно! А ну, как предложат какое-нибудь зелье, от которого жабры у человека вырастают. Окажусь навеки к воде прикованным. Так что, каждое вносимое в собственный организм улучшение буду тщательно и всесторонне обдумывать. Ну, если вообще будет что обдумывать. Ширяев пока ответа ведь так и не дал.

И снова страда. В этот раз наши деревенские родственники, оказывается, собственной молотилкой на конной тяге обзавелись. Снова с нами в складчину. Батя половину стоимости им из своей личной кубышки отдал, ни слова не сказав про это нам с матерью. И нет, в Барнаул наши родственники не ездили, чисто своими, деревенскими ресурсами обошлись. Наследники нашего старосты продали сей унаследованный ими агрегат. Что же, я даже где-то рад. Не пришлось спину надсаживать с ручным обмолотом. Хотя, денег, конечно, жалко. При отъезде же с наших прижимистых родственничков вряд ли удастся что-нибудь выбить в счет нашей доли. Ну, да ладно! Сэкономленное время — это тоже деньги! Лишний раз в город с сыром и маслом смотался, отбил часть на молотилку затраченного.

А вот выращенный урожай этого года в город предстоит уже не мне возить. Я в экстренном порядке принялся для отбытия в Москву собираться. Там же курсы по общей магии с пятнадцатого сентября начинаются, а у меня еще заявление с документами не поданы.

Сборы сборами, а до околицы деревни, к развесистой иве я все же сбегал. Я же обещал нашему старосте, что содержимое его ухоронок сестре, в Москву, отвезу. Ага! Как выкопал, так и обратно закопал. Там же целый мешок, ну ладно, большой, литра на три горшочек, фонящих на всю округу амулетов. Или артефактов. Я их как-то не разбирал в поисках накопителя, как раскопал и взглянул, так и понял, что ни черта не пойму и сразу зарыл обратно. А просто связываться не стал в этот раз с фонящими поделками. И так груженный как вол поеду, а ну, как по пути милиционеры въедливые попадутся. Заинтересуются, что же такое, магическое я везу. А у меня в придачу к амулетам с артефактами полные закрома драгоценных металлов. Причем, не только в забитом наглухо Личном Кармане. Нафиг-нафиг! Жадность, она непременно ведет к бедности!

До Рубцово прошагал вместе с отцом. Не просто так, бесцельно прошагал, лошадкой, тянущей одну из телег с зерном управлял. Причем телега была так сильно загружена, что лошадь меня, кабана здорового, уже просто не могла увезти. Обратно родитель вторую лошадь с телегой сможет в поводу вслед за своей собственной вести, так что на работнике в этот раз все же чуть-чуть сэкономили. Ширяевых отец немного попозже нанимать начнет. Опять же пока у них и забот с собственным урожаем хватает.

Ну, вот, ограды Рубцовской мельницы достигли, отцу в очередь, состоящую из прочих телег становиться, а мне пора с ним прощаться, и так с этой проводкой груза чуток задержался, груженые лошади же совсем не отличаются резвостью хода.

Итак, чем я могу похвастаться перед поездкой в столицу? Прежде всего, при здравом размышлении, все же перевел часть добытого золотого припаса в заклинания от Системы. А просто места в Личном Кармане у меня оказалось крайне ограничено. Да что там, в личном пространстве! Снова, как встарь, на тело пояс с драгоценным содержимым приладил, а в достаточно объемную сумку чуть не доверху столовое серебро, добытое из захоронки Ивана Тимофеевича, сложил. И зарядный артефакт сверху до кучи. Если какие-нибудь милиционеры с личным досмотром по пути докопаются, может совсем неладное выйти.

Нет, все же не могу удержаться, не похвастаться, что же такого, ценного, я у Системы смог за золото приобрести! Целых три новых заклинания: Эльфийская Тропа, Мерцание и Омертвление. Как вы можете заметить, первые два относятся к магии Пространства, а последнее — к магии Смерти. А просто расценил, что надо в первую очередь затариваться теми заклинаниями, использование которых для меня наиболее просто и наименее затратно в плане расхода маны.

Эльфийская тропа способна в разы ускорить мой пеший ход вблизи древесной растительности. Для нашей России-матушки, с ее бескрайними лесами и огромными расстояниями — самое оно выходит. И я уже опробовал ее. Очень экономное в плане расхода маны заклинание.

Мерцание же, в отличие от первого заклинания, маны кушает очень даже прилично. Зато и на время делает тело колдующего нематериальным. И физические удары по нему не проходят, и сквозь стены ходить можно и даже в качестве заклинания невидимости тоже можно использовать. Недолго. Потому как про конский расход маны я уже сказал.

А зачем я выбрал Омертвление я и сам не понял. Точнее понял, оно не на мане работает, а на условных единицах магии Смерти. Эффект только от воли колдующего зависит и от количества этих самых условных единиц. Хочешь — в качестве оружия ближнего боя можно использовать, хочешь — для наложения того же тавро на круп лошади. Возможно, для лечения, точнее убийства каких-нибудь бактерий тоже можно использовать, только к тому времени, как эта мысль в голову мне пришла, невеликий запас условных единиц магии Смерти у меня уже закончился. Теперь надо узнавать, откуда их некроманты вообще берут. Нет, чисто теоретически, догадываюсь, что из смерти живых существ получают. Но вот я, например, не одно животное на охоте убил, а тех единичек что-то не получил.

Ха! Весь тот путь, на который обычные путники затрачивают неделю, у меня вышел в одни сутки. Причем, ночь я переночевал вполне комфортно, у дяди Сидора. Только самого дяди Сидора дома не оказалось, меня его супруга, тетя Рая, принимала в гости. Пришлось рассказать ей, что на учебу собрался. Правда, сказал, что в университет, а вовсе не на курсы магов, и город, цель своего будущего путешетвия, назвал Петроград. Я еще хоть не на нелегальном положении, но ни к чему всем окружающим знать, где меня разыскивать следует, и кем я стать планирую.

Вот, переночевал я у родственника, а потом уже и в путь по Эльфийской Тропе двинулся. Очень странные ощущения от передвижения по ней получаются. Словно не идешь, а несешься над землей. Только свиста в ушах не хватает, а так полная иллюзия совсем невысокого полета. К окрестностям Барнаула подошел, на небе первые звезды высыпали. Устал, правда, страшно. Чертова серебряная посуда в сумке все руки оттянула. Но ничего, на скамейках, на вокзале отдохнул. Поезд то до Москвы только уже к самому утру должен был пройти.

Глава 5.

Поезд, на который мне удалось сесть в Барнауле, следовал аж от самого Владивостока, потому все места в купе были уже заняты. Ну, кроме того, на которое собственно мне и продали билет, на верхней полке. Все пассажиры в купе оказались сплошь мужчины в возрасте далеко за сорок. Благообразный в пенсне и с бородкой клинышком, ни дать, ни взять, дореволюционный профессор, как их изображали в советских фильмах. Второй — седой кряжистый мужик в несколько помятом костюме имел очень неприятно цепкий взгляд. По своему опыту из прошлой жизни, его бы я отнес к категории сидельцев со стажем, хотя наколок на теле этого субъекта заметно не было. Но может, просто не те времена, не колют еще зэки на себя купола церквей и профиль Сталина, не знаю. Третий же, в своем военном френче с нарукавными знаками различия, был настоящим полковником, пусть в данный конкретный момент это звание и было советской властью временно упразднено.

Первым делом по правилу младшего по возрасту представился сам, сообщил, что собрался в Москву, на учебу. В ответ услышал поочередные представления от попутчиков. Кстати, с первым пассажиром я угадал почти полностью, пусть не профессором тот оказался, а приват-доцентом медицинской кафедры Читинского университета. Но по знаниям и степени востребованности, это еще посмотреть нужно, кто из них ученее. Приват-доцент, в отличие от штатного профессора, — лицо, приглашенное к преподаванию откуда-то со стороны. За так просто, на такое место никчемного человека преподавать не позовут.

М-да. Это я что-то несколько отвлекся. Тот седой, который мне чем-то не приглянулся, представился просто именем: Анатолий. Про свой род занятий ничего не сказал. Ну, а военный, как и я, ехал на учебу. Высшие командирские курсы. Наверняка после них станет генералом. Точнее, комбригом или комдивом каким-нибудь.

Собственно, на этом представлении все интересное и закончилось. Слишком разношерстная компания подобралась у нас, даже общие темы для разговора подыскать было сложно. Нет, разговоры то в купе велись, но больше непомерные цены на съестное у торговок на станциях обсуждали, дорога через всю страну длинная, с собой продуктов заранее не напасешься.

Ха! Это на внешний вид, люди в нашем купе собрались разные, словно нарочно кто подбирал по принципу наибольшей непохожести, но вот в одном все трое моих попутчиков совпадали: у всех троих при себе имелось оружие. Мой нюх, усилившийся после выпитого зелья, принесенного мне старшим Ширяевым, ясно об этом свидетельствовал. Оружейная смазка пахнет очень уж специфически.Хотя,… мы же чуть ли не по дикому Западу времен его освоения путешествуем. Безопасности совершенно никакой. Не раз бывало, бандиты подобные поезда грабили, поэтому обладание оружием вовсе и не криминал, а напротив, проявление здоровой, продляющей жизнь предусмотрительности. Ну, знаете, в духе восточной мудрости: «Хорошо человеку, у которого есть кинжал, и плохо тому, у кого кинжала в нужную минуту не окажется». Пистолеты — не кинжал, конечно, но выживанию в опасной обстановке тоже немало поспособствовать смогут.

Где-то на подъезде к Екатеринбургу это случилось. Наш паровоз загудел, предвещая скорое прибытие на очередную станцию. Приват-доцент зачем-то полез к своему саквояжу, лежащему с багажом прочих пассажиров в специальном отсеке под его откидной полкой. Только, покопавшись для вида в своем саквояже, ухватился он вовсе не за него, а за солдатский сидор, стоящий там же.

— Никому не двигаться! — Непривычно, словно сталью лязгнул, его враз построжевший голос. — В знак того, что он нисколько не шутит, в правой руке медицинского наставника, остававшейся свободной от поклажи, тускло сверкнул воронением пистолет. Знакомая вещица! Люгер, или по другому Парабеллум LР08, артиллерийская версия. Когда-то у нашего ротного такой же был.

— Доцент, ты же понимаешь, что если ты заберешь мой груз, далеко тебе не уйти! — Седой, поднявший руки перед грудью ладонями вперед, напрасно сотрясал своими словами воздух, глядя, как его котомка начинает удаляться за дверь из нашего купе.

Бах! Выстрел прозвучал неожиданно громко. Очевидно, похититель, взвесив все за и против, решил избавиться от самого заинтересованного в его поимке свидетеля.

— Повторяю! Никому не двигаться! — Ствол пистолета смотрел прямо в лоб дернувшемуся было к оружию военному.

Седой, откинутый пулей, попавшей в его грудь, хрипел, лежа наискосок, на своей нижней полке. Я, между тем оставался как бы несколько в стороне от основного внимания основных участников. Хм. Вмешаться или нет? Достать шарик из своего Личного Кармана — дело буквально одного мгновения. На беззвучный полет сего метательного предмета доцент, оказавшийся разбойником, точно не успеет среагировать. Но вот что воспоследует вслед за этим?

Прежде всего, милиция после такого меня явно попытается задержать. А у меня с собой ценностей не на одну сотню, а может и тысячу червонцев. Значит, никакого героизма, сидим и не рыпаемся. Это не мой груз начал продвижение по вагону в сторону тамбура, не мне его и оборонять.

Военный, освобожденный из-под дула пистолета, наконец, рванул ремешок на своей кобуре. Еще несколько секунд и он, с наганом в руке умчался вслед за доцентом. М-да, напрасно доцент его пощадил, доставит полковник ему еще хлопот. Вагон уже полностью остановился, так что похититель с мешком уже мчался где-то по перрону. Ну, пусть побегают. О! И милицейские свистки уже по всему вокзалу раздаются! Хорошо бы, если бы поймали грабителя, тогда ко мне бы внимание точно нестали проявлять.

Блин! Решил ведь не вмешиваться! Но тут, прямо передо мной, человек, того и гляди, готов богу душу отдать. А, судя по всему, он точно такой же курьер, каким недавно выступал и я. Ладно, попытаюсь помочь соратнику по опасному делу, глядишь, на небесах когда-нибудь зачтется.

Спустившисьсо своей верхней полки, наложил на бедолагу заклинание Лечения. Нет, так-то сначала нужно было пулю достать, но это же не труп пока еще, обезболивающего заклинания я не знаю, а тащить пулю из тела на живую — верный способ угробить его от болевого шока. Так что Лечение — как временный способ, унять кровотечение. А с пулей уже пусть специально обученные люди в больнице разбираются. Самое главное, что я им фронт работ вместе с жизнью пациента сохранил.

О! В коридоре сапоги забухали! Идут соколики. И проводник впереди них мчится. Интересно, где он всю дорогу прятался, ни разу его за все время пути, после посадки, не видел.

— В Москве меня встречать должны, — вдруг проговорил раненый, взирая на меня широко распахнутыми глазами. — Мужик будет в кожанке с красным бантом на груди. Ты расскажи ему, как дело было. Он тебя, студент, отблагодарит обязательно.

Больше седой мужик ничего не сказал. В наше купе ввалились люди в милицейской форме, принялись осматривать место преступления. Недолго осматривали, один из них достал из нагрудного кармана пиджака раненого документы, раскрыл их, замерев на мгновение, после чего дернулся к своему старшему, держа раскрытую книжицу на вытянутой руке.

— Сворачиваемся! — Тут же прореагировал этот милицейский чин на предъявленное удостоверение в красной обложке. — Раненого в больничку, Никитин в сопровождение. Глаз с него не спускать до прибытия товарищей из центра. И уже мне: — где тут вещички того комполка, который с вами ехал? Этот товарищ попросил забрать их.

Показал. Надеюсь, ничего не перепутал. От поклажи остальных двух пассажиров ведь тоже могло что-то остаться. Вон, тот же саквояж, он явно профессорский, точнее доцентский.