Виват, Романовы! Часть III

Александр. Это не сугроб. Это иглу. Домик эскимосов. Я специально его поручил построить для нашей встречи. Как и шатёр. Потом всё разрушают, и нет никаких следов, что мы тут были… здорово, правда?

Наполеон. Да уж, с вами не соскучишься…

Заходят внутрь. Внутри всё изо льда – скамья, стулья, стол.

Наполеон. Так. Я понял, вы специально так придумали, чтобы тут было холодно и нельзя было… ничего делать…

Александр. Я и не собираюсь тут ничего делать с вами. (Строго.) Только убить могу, если вы начнёте распускать руки. Здесь вокруг в таких же сугробах – мои люди везде.

Наполеон. Зачем вы тогда согласились на встречу? Вы же понимаете, что я вас не на политический форум пригласил. Я предложил вам встретиться в ресторане в Париже, но вы почему-то выбрали Альпы и горы.

Александр. Меня могут узнать. Это недопустимо. Мне нельзя так встречаться с вами.

Наполеон. Что значит «нельзя»? Вы император! Вам всё можно! Тем более я слышал о ваших реформах… в России теперь свобода, и всё можно всем.

Александр. Всем… кроме меня.

Наполеон. Почему?

Александр. Потому что я император. Я должен быть примером для всех, а

я… (Смущённо.) Ну, не очень… пока… В заговоре участвовал, сражение с вами проиграл под Аустерлицем… из-за вас, между прочим! А реформы пишет Сперанский. А его нашёл отец. А к отцу его привёл и нашёл Куракин… а я ему просто дал свободу их писать.

Наполеон. Ну простите! (Задумчиво.) А вы скромности большой человек… И самокритичности. Вас послушать – так все вокруг лучше вас.

Александр. Я бы сказал иначе: я ничем не лучше других. Просто так сложились обстоятельства, что я император.

Наполеон внимательно на него смотрит. Обходит кругом.

Наполеон. Вы очень загадочны… вы не похожи на тех правителей, что я раньше встречал.

Александр. Да, полагаю, они не посещают маскарады в женских платьях..

Наполеон (махнув рукой). Они и не такое делают. Но я о другом… В вас есть что-то такое… загадочное. Что хочется разгадать… постичь…

Александр (сокрушённо). Я вас понимаю. Я сам пытаюсь это самое в себе постичь… уже очень давно.

Наполеон (подходя ближе). Алекс… мне же так можно вас называть?

Александр. Смотря как мне теперь можно называть вас.

Наполеон (задумавшись). У меня много прозвищ и имён… можете звать меня… ну, скажем, Поль…

Александр. Исключено. Так звали моего отца на французский манер. Мне матушка рассказывала. Она знает его имя на всех языках…

Наполеон. Марьфёдорна – это что, фантастическая женщина… и вы, кстати, на неё похожи.

Александр. Итак, мне пора…

Идёт к выходу. Наполеон идёт за ним. Хватает за руку.

Наполеон. Куда вы? Вы же только пришли!

Александр. Что вам от меня надо? (Выдёргивает руку.) Вы и так получили непозволительно много по этому договору!

Наполеон. Но вы же тоже получили… я только просил вас не помогать этой гадкой Пруссии… я вам предложил свою дружбу! (В надежде.) Мы же можем с вами дружить?

Александр (с сомнением). Даже не знаю… не уверен. У меня с друзьями как-то не очень складывается… Все они сначала такие хорошие, а потом… потом они хорошие, а я плохой… потому что делаю, как хочется мне, а не как хотят они…

Наполеон. Да, делаешь всё для них, делаешь а они – все идиоты… (Вздыхает.)

Александр выходит из иглу и начинает спускаться с горы. Наполеон бежит за ним.

Наполеон. Я сюда пришёл один, без охраны. Доверившись вам… а вы уходите!

Александр. Ну а что тут делать? Тут только снег и горы… а то, что без охраны – это вы зря.

Наполеон. Хотите, я к вам в Россию приеду?

Александр (испуганно). Ни в коем случае! Не пересекайте границ!

Спускается дальше. Наполеон начинает спускаться за ним. Проваливается в снег по пояс.

Наполеон. Эй, помогите!

Александр (оборачиваясь). Вот видите… а вы в Россию хотите… у нас все дороги такие.

Наполеон. Вы меня бросите здесь, в снегу? Как там, на реке?

Александр. Я не виноват, что вы всё время попадаете в неловкие ситуации…

Идёт, потом возвращается, даёт ему руку и вытаскивает из сугроба.

Наполеон. Вот спасибо! А то я бы тут замёрз один.

Опирается на руку Александра. Делает шаг, спотыкается. Падает, утянув с собой Александра. Скатываются с горы вниз.

Александр (лёжа на спине). Если вы это специально сделали… то прошу вас немедленно с меня слезть!

Наполеон (лёжа на нём). Не специально… но очень кстати.

Продолжает лежать. Александр недовольно пихает его, переворачивает и придавливает собой.

Александр. Вот так! Россия не будет под Францией. Никогда! Никто не будет на мне лежать…

Наполеон (тихо). Вы могли сейчас просто встать и отсоединиться… но вы явно хотите с Францией более близких отношений.

Александр. Да, я люблю Францию. С детства. Мне близок её дух…

Наполеон (обнимая его). Значит, вы любите меня?

Александр слезает с него, отряхивается.

Александр. Вы корсиканец. Всего хорошего.

Уходит. Наполеон встаёт, отряхивается. Смотрит вслед уходящему Александру.

Наполеон (кричит). Когда я снова вас увижу?

Александр (кричит). Я вам сам напишу место и время!

Сцена 10

Россия. Царское село. Летний кабинет Александра. Александр поливает цветы в горшочках. Время от времени вытаскивает цветок вместе с землей, кладёт туда сложенное письмо, и возвращает растение назад в горшочек. Заходит Граф Пален.

Пален. Ваше Величество!

Александр от неожиданности чуть не роняет горшок.

Александр (недовольно). Граф, вас стучать не учили? И вообще, кто так входит в кабинет к императору? Вы обязаны были просить дозволения, чтобы войти! Тем более что я занят!

Пален смотрит на цветочные горшки.

Пален. Прошу прощения, Ваше Величество. Просто у вас на двери табличка: «Вход свободный»…

Александр. Это кто-то из моих будущих бывших друзей пошутил… (Садится за стол.) Итак… чего надо?

Пален внимательно смотрит на него, присаживается в кресло.

Александр. Я не предлагал вам сесть.

Пален встаёт.

Пален. Ваше Величество, ввиду моего положения при дворе, ввиду террора, который в отношении меня развели члены вашей семьи… я считаю своим долгом просить у вас отставки, чтобы я мог навсегда удалиться к себе в имение.

Александр (удивлённо). Вы хотите отставку?

Пален. Да, и прошу вас меня не отговаривать, я…

Александр. Да я просто думал, вы уже в отставке… хм. Конечно. Уезжайте подальше.

Пален разворачивается, идёт к двери. Потом оборачивается.

Пален (в сердцах). И вам не стыдно?!

Александр. Мне? За что?

Пален. Вы добровольно вступили в заговор, вас никто не заставлял. В заговоре участвовало большое количество людей, но крайним почему-то сделали меня!

Александр встаёт из-за стола, идёт к Палену. Обнимает того за плечи, ведёт к двери. Выводит из кабинета.

Александр. Видите ли, какое дело, Пален… Помнится, я спросил вас, почему указы моего отца искажались в их исполнении другими нечестными людьми, а виноватым во всём оказался он один…

Пален. Вы не спрашивали, но, допустим… Ваш отец был императором России и нёс ответственность за тот порядок и людей, которыми себя окружил.

Александр. Вот… вы не были исполнителем заговора… Но вы взяли на себя ответственность им управлять. Имейте же совесть принять ответственность за его последствия!

Пален внимательно смотрит на него.

Пален. А в вас что-то изменилось… (Задумчиво.) А вы ответственность брать не хотите, стало быть?

Александр (холодно). Я уже её взял. Я принял корону. И эту жизнь… которая мне не нравится.

Спотыкается обо что-то. Смотрит вниз и видит храпящего возле лестницы Платона Зубова.

Александр (страже). Слушайте, ну уберите его куда-то, чтобы не валялся в проходе! Я так шею себе об его ноги сломаю!

Перешагивает через Зубова, ведёт Палена к дверям на улицу. Охрана открывает двери. Александр выводит Палена наружу.

Александр. Ступайте отсюда с Богом. И ради вашей безопасности не попадайтесь на глаза мне и моей семье. Иначе я не отвечаю за вашу жизнь. Вас не любят, Пален. И не потому, что вы заговор устроили.

Пален. А почему же?

Александр. Вы подлец. Но вы считаете это за достоинство.

Пален. Неужели вы готовы были бы… вы бы могли… так же подвергнуть меня насилию? Ведь вы-то не подлец и добрый человек…

Александр. Да, я не могу совершать насилие… (Радостно.) Но мой брат может! У вас вот уже половины зубов нет…

Уходит. Пален смотрит ему вслед. Спускается по ступенькам в сад. В саду гуляет Елизавета Алексеевна. Пален подходит к ней.

Пален. Я совершил страшную ошибку. Что будет, если смешать хитрую беспринципность покойной императрицы, мстительную подозрительность Павла Петровича, извращённые наклонности Петра Фёдоровича и упаковать всё это под оболочкой нежнейшего очарования кротости Марьфёдорны? (В ужасе.) Я привёл к власти чудовище!

Елизавета Алексеевна. Мне вас не жалко!

Пален. А мне вас жалко! Вам грозит судьба Марии-Антуанетты.

Елизавета Алексеевна (встревоженно). О чём вы?

Пален. Александр Павлович всегда являлся страстным поклонником Запада и в особенности – революционной Франции. Однажды он приведёт революцию в Россию. Революция войдёт в Россию, и он откроет ей ворота. И его вместе с вами на этих воротах повесят.

Елизавета Алексеевна. Не говорите ерунды!

Пален. Это уже началось. Он заключил союз с мировым злом. А знаете, что бывает с теми, кто вступает в союз со злом? (Наклоняется к ней.) Они сами становятся злом!