Это ограбление, господин Ким

– Да понял я, – молодой человек боком стал обходить Кэтрин, боясь повернуться к ней спиной, но, когда угроза миновала, он громко добавил: – Я, кстати, Гук. Но друзья зовут меня Шустрым.

– Почему Шустрый?

– Ношусь со скоростью света, – парень дружелюбно подмигнул и собирался уже уйти, но вдруг замер.

– Я Кэтрин.

На лице молодого человека блеснула улыбка.

– Рад знакомству.

«Шустрый»

Вы знаете, что такое идеальная жизнь? Гук знал это не понаслышке. Его детство протекало, как в телесериале про идеальную семью. Любящие родители, домашний питомец – дог, которого ему подарили на двенадцатый день рождения. Избалованный мальчик, получавший все, что только захочет. Но несмотря на излишнюю опеку и привитые пареньку все тонкости роскошной жизни, он не потерял своей простоты. Он был прозрачен в общении с людьми и лишен двуличия, неся ответственность за свои поступки, не перекидывая оплошности на других. Но даже если ты добр и честен, твоя жизнь может измениться по одному щелку судьбы.

– Раз тебе уже шестнадцать, и ты сдал экзамен по вождению на отлично, мы с мамой подумали, что пора бы тебе обзавестись собственной машиной, – на лице отца сверкала широкая улыбка, будто в его голове мелькали моменты из его прошлого.

– Серьезно?

Широко раскрыв глаза, боясь даже моргнуть – вдруг автомобиль вот-вот исчезнет в воздухе – Гук провел пальцами по капоту старенькой Chevrolet Impala.

– Садись. Прокатись с друзьями, – одобряюще продолжил отец, подталкивая сына в сторону водительской дверцы.

Но прежде чем сесть, Гук резко развернулся, заключая его в крепкие объятия:

– Спасибо… Я даже не могу найти слов.

– Не нужно слов. Просто проведи свой праздник на всю катушку! Или как у вас там говорят… – мужчина тяжело потер переносицу.

С легкой улыбкой Гук сел в машину. Пальцы заскользили по рулю, «разглядывая» дефекты, оставленные бывшим владельцем. Парень задумался. Какая же богатая история у каждой детали авто. Сколько повидала эта старушка за свою жизнь, сколько сменила владельцев?

– Я буду тебя беречь.

Парень нажал на педаль газа, медленно побредя по дороге, соблюдая скоростной режим в жилом квартале. Найти, с кем провести вечер, было не проблемой. Гук был душою компании. Весельчак, который поддержит любой разговор и умело переведет в шутку возникший скандал, смягчив обстановку. Свернув на проселочную дорогу, ведущую в сторону заброшенного дома, где обычно собиралась местная молодежь, Гук с дрифтом притормозил, привлекая взгляды окружающих. Тут же послышались одобряющие возгласы, толпа стала окружать машину, разглядывая ее, словно экспонат в музее.

Время понеслось со скоростью света, когда друзья стали без остановки подливать в стакан Гука алкоголь. И ведь у каждого находился свой тост. Кто хотел выпить с ним за его здоровье, кто за новую машину, а кто его идеальных родителей, которыми мог похвастаться далеко не каждый. Разум буквально стал плыть в помутнении рассудка. Гук сел в машину, набирая номер отца. Он не мог сесть в таком состоянии за руль, да и оставаться там совсем ему не хотелось. Но раз за разом, набирая номер отца, никто не брал трубку. Спустя какое-то время все же послышалось короткое «Алло».

– Пап, прости меня. Что-то я перебрал. Не заберешь меня?

– Извините, это не ваш отец. Я детектив местного полицейского участка. Мне очень жаль…

Гук больше не слышал, что говорил ему офицер. Мозг в один момент стал трезв и решителен. Парень выжал газ, несясь в сторону дома. Гук не обращал внимания на стрелку спидометра – всего через тройку минут он уже сворачивал на свою улицу. Эту картину он вряд ли когда-то забудет. Скорая, несколько полицейских машин, двор оцеплен яркой желтой лентой, а из дома выносят что-то в черном мешке. Выйдя из машины, Гук, точно в коматозе, побрел в сторону дома, снося на своем пути желтую ленту.

– Эй, парень! – выкрикнул один из полицейских, хватая Гука за руку. – Сюда нельзя.

– Это мой дом.

В ответ мужчина лишь тяжело проглотил слюну, отведя взгляд вниз. Он явно пытался найти подходящие слова, но его раздумья прервал другой полицейский, вышедший из дома.

– Собака тоже застрелена!

На глазах Гука блеснули слезы, но, крепко стиснув челюсти, он смог удержать их и тихо произнести:

– Что случилось?

– Это было ограбление, парень… Мне жаль.

Быстро развернувшись, Гук со всех ног побежал к машине.

– Парень, стой! – продолжал кричать полицейский ему вслед, но машина все равно с визгом ринулась вперед, моментально набирая скорость. – Диспетчерская, – щелкнув рацию на груди, сказал мужчина, – красная «Импала» выехала на главную дорогу в сторону участка. За рулем ребенок в нетрезвом виде, еще и в состоянии аффекта.

Несясь по пустой автостраде, Гук не убирал ногу с педали газа, пока яркие мигалки и звук сирены не заставили его очнуться. Глаза на секунду переметнулись в зеркало заднего вида, а нога тут же сместилась на соседнюю педаль, плавно сворачивая на обочину.

Полицейские явно не планировали церемониться с Гуком – в секунду парня выволокли его из машины, с силой прижав его голову к капоту.

– Совсем уже страх потеряли! – закричал молодой сержант, защелкивая наручники на запястьях паренька. – Двести тридцать! Да на такой скорости как ты в аварию-то не попал?

Мужчина вдруг замер, разглядывая останавливающуюся рядом машину, и, увидев номера, вовсе позабыл про Гука, отпустив его руки. Повернув голову на неизвестный автомобиль, парень увидел, как из него вылезает седоватый мужчина средних лет одетый во все черное, под стать машине.

– С… сэр… – уверенный тон сержанта тут же исчез в неизвестном направлении. Его голос дрожал, а глаза бегали от точки к точке, не находя за что зацепиться.

– За что ты этого? – однотонно спросил мужчина в черном.

– Ехал на скорости за двести, Сэр, – словно рассказывая доклад вышестоящему, продолжил полицейский, собрав свой страх в кулак.

– Шустрый паренек, – мужчина обошел сержанта, бережно, будто это был его сын, после чего поднял с капота Гука. – Откуда ты?

– У меня больше нет дома.

Мужчина задумчиво приподнял подбородок, не сводя взгляд с парня, и тихо добавил:

– Меня зовут Фрэнк. Интересует работа?

Глава 14

«Жестокая правда»

Ви сидел в своём кабинете, выгнав всех из здания, включая охрану и гостей. В помещении осталась лишь секретарша, которая дожидалась приезда полиции в своей приёмной. Смешанные чувства терзали душу. Молодой человек отлично понимал и принимал факт, что его любимая ограбила его сейф, но также он отказывался верить, что это все просто так. Мозг отчаянно пытался найти оправдание действиям Кэтрин. Но как тяжело разобраться в правде, когда не знаешь и половины. В голове скользнули воспоминания о ранении девушки. Что если её шантажировали, пытали, может, её заставили? Но как найти её? Ведь без Кэт секрет так и останется секретом.

Дверь слегка приоткрылась, и на пороге появилась секретарша.

– Простите, Господин Ким. Приехала полиция, они хотят с вами поговорить, – девушка говорила практически шёпотом, словно опасаясь чего-то.

– Скажи, чтобы уезжали. У меня нет претензий, – даже не взглянув в сторону секретаря, обронил парень, сглатывая образовавшийся ком.

– Что?! – неожиданно выкрикнула девушка. – Но, Сэр, они украли практически десять миллионов. Это половина от всей суммы. Если ваш отец узнает…

Ви повернул голову, просверлив девушку гневным взглядом:

– Вы видите тут моего отца?

– Нет, Господин Ким, – поежившись на месте, ответила секретарша.

– Свободна.

Дважды повторять не пришлось, девушка тут же выскочила из кабинета. Ви же снова погрузился в терзающие его мысли.

Шустрый отвёз девушек в свой дом. Это было место на окраине, в тёмном, мрачном районе города. Но этот район казался опасным лишь с виду, скорее, он был заброшенный, и много домов заняли для временного убежища бездомные жители города. Эти люди были безобидны и очень радушны, но так уж пошло в наше время, что у многих другое мнение на их счёт.

Кэт сидела на пошарпанном диванчике при свете зажжённой свечи. Остальная обстановка комнаты была не видна из-за тёмного времени суток. Свет компания решила не зажигать, чтобы не привлекать лишнего внимания. Лиса и Шустрый перекладывали деньги из мешка в чемодан, когда парень заметил, как на щеках Кэтрин блеснули слезы. Они просто капали, без единого звука.

– Ты чего грустишь? Мы скоро избавимся от Фрэнка, – тихо начала Лиса, ласково накрывая руку Кэтрин своей, – ты разве не счастлива?

– Счастлива? Конечно, счастлива! Я так счастлива! Счастлива! – слезы новым потоком обрушились на девушку, перекрывая полностью видимость. Вскочив на ноги, она практически затанцевала на месте и стала вскрикивать: – Конечно, я счастлива! Дьявол, я так счастлива!

Лиса схватила Кэтрин за шею, приживая к себе, но та ее тут же оттолкнула, вытирая со щек слезы.

– Кэт, ты в порядке? – тихо спросил Гук.

– Да, – прошептала девушка, – я пройдусь…

Кэтрин медленно побрела в сторону улицы, где бушевала погода. Сильный ливень сопровождала яркая молния под раскаты грома. В такую погоду и собаку на улицу не выгонишь, но Кэт так хотелось остаться одной.

– Не уходи далеко, – обеспокоенно начала Лиса, – нас, наверное, уже ищут.

– Я буду поблизости.

Кэтрин шагнула на улицу. Дождь словно очищал, мгновенно смывая с лица слезы. Гром оглушил, выбивая из головы практически все мысли, точнее все, кроме как о Ви. Девушка не могла простить саму себя. Как надеяться, что он простит её? Будет ли шанс все объяснить ему? И, главное, поймёт ли он её мотивы?

Кэтрин подняла взгляд в небо, тихо шепча:

– Прости меня, любимый, – казалось, Ви услышит её, он ответит.

И хоть он её не слышал, его душу терзала боль. Молодой человек подошел к окну в своём кабинете, вглядываясь в чёрное небо, и тихо прошептал:

– Где же ты, любимая?

Разряд сильной молнии осветил улицу, позволив заметить возле дома Шустрого черную машину, которая терялась в темноте. Медленно двигаясь в сторону двора по вязкой, мокрой земле, Кэт замерла, пытаясь увидеть хотя бы водителя, но было тихо. Делая шаг за шагом, девушка достала складной нож из кармана и тихо зашла в дом. Лисы и Шустрого было невидно. Лишь один силуэт выделяла догорающая свеча в центре комнаты. Не пришлось и гадать, чтобы узнать этого человека.

– Фрэнк, – затаив дыхание, произнесла Кэтрин, как почувствовала сильный удар по голове, моментально заставивший девушку потерять сознание.

– Эй, малышка, – мерзкий мужской голос выводил Кэтрин из темноты, – пора просыпаться, – этот голос был словно противный будильник, который хотелось разбить о стену.

В голове стоял шум… Тело пробивал озноб.

– Где я?

Но стоило приоткрыть глаза, как в лицо прилетел мощный удар грязным ботинком.

– Дома, дорогая.

Девушка лежала посередине кабинета Фрэнка, где неоднократно сама лично избивала должников по приказу босса. Мрачная комната, сделанная в тёмных красных оттенках, сводила с ума во время пыток, но Кэт привыкла к этой атмосфере. Двое вооружённых охранников стояли по бокам комнаты, держась за свои пистолеты. Фрэнк подошёл к столу, подкуривая зажатую в зубах сигару. Сплюнув кровь, чтобы освободить рот, Кэтрин тихо заговорила:

– Фрэнк, в чем дело? Мы ведь нашли деньги.

– Вы опоздали, теперь должны проценты, – горделиво ответил мужчина.

– На два часа? Ты спятил, ублюдок? – стоило Кэт попытаться подняться на колени, как в лицо прилетел новый удар, снова поваливший девушку на пол.

– Знаешь, ты была более мила, когда пришла и просила у меня работу. Я дал её тебе, чтобы ты могла оплатить лечение своей сестры, но ты никогда не ценила мою благосклонность, – на последнем слове Фрэнк вновь замахнулся ногой, ударяя девушку в живот, и снова, и снова…

Кэтрин получала удар за ударом, пока не осознала, что уже не в силах подняться на ноги. Тело онемело, перестав слушаться. Глаза заплыли кровью, а во рту чувствовался лишь металлический привкус, напоминающий железо. Девушка крепко зажмурила глаза, пытаясь сдержать слезы, когда увидела очередной замах ноги, но вдруг Фрэнка прервал стук в дверь.

– Кто?! – недовольно из-за того, что его прервали, крикнул мужчина.

В комнату вошёл неизвестный:

– Простите, Сэр. К вам пришёл сын, он просит Вас о встрече.

– Пусть зайдёт, – уже спокойно ответил Фрэнк.

Лишь слух позволял Кэтрин не терять связь с реальностью. Она слышала приближающиеся к двери шаги, слышала клацанье ключей, но вскоре послышался и голос:

– Отец.

Глаза не открывались до конца, видимость была практически нулевой, но его голос она не могла перепутать ни с чьим. До мозга лишь докричалось сердце: «Ви…».

Молодой человек замер, глядя на бездыханное тело на полу. В горле образовался ком, сердце вовсе забыло, как биться: «Кэтрин…»

Фрэнк нагло улыбнулся, увидев сына: для него все, что происходит, было в порядке вещей. Его явно не заботила психика своего ребенка. Родительский инстинкт у него отсутствовал напрочь. И, судя по его реакции, ему неоднократно приходилось это делать перед Ви. Только вот сейчас, сам того не подозревая, он избивал ту, ради которой парень был готов сам лечь под твердый удар ноги.

– Не обращай внимания, сынок, – начал Фрэнк, указав на Кэт, как на мешок мусора, – избавляюсь от хлама.

Ви онемел. Он смотрел на девушку, не узнавая ее из-за подтеков крови, которые заполонили всю нежную кожу. Ее лицо было обезображено ссадинами и быстро появившимися синяками.

– Ты была хорошим подручным, но в итоге стала таким же балластом, как твоя сестра, – склонившись над Кэтрин, с усмешкой проговорил босс.

Прилив злости, заполонивший хрупкое тело, дал возможность девушке встать на колени, чтобы встретиться с взглядом Фрэнка наравне.

– Не приплетай память о моей сестре, – пошатываясь на месте, начала Кэт, – она ушла из жизни лучше, чем уйдем все мы.

– Правда? – Фрэнк задумчиво опустил глаза в пол, но тут же поднял хладнокровный взгляд, в котором не было ни единой частички человечности. – Твоя сестра мешала тебе работать. Пришлось избавиться от нее, как от собаки.