Суждено быть бессмертной

Когда Си Джей с сомнением подняла одну бровь, он добавил: «Я видел взгляды, которые она бросала на тебя. Дама имеет отвратительный характер. Я подозреваю, что все в Сэндфорде знают об этом, и мало кто пойдет ей наперекор. Я должен быть в достаточной безопасности с ней.

Эти слова заставили губы Си Джей дернуться от удовольствия, и она быстро повернулась, чтобы последовать за Симпсоном, чтобы скрыть это от Мака.

Коридор показался перед ними, как только она последовала за Симпсоном из общего офиса. Первая дверь слева вела в большую комнату с кухней и тремя круглыми столами. Дверь справа от нее была помечена как «Мужчины». Следующая дверь справа — «Дамы».

«Вам сюда.» Симпсон кивнул на дверь, а затем просто пошел по коридору к следующей двери слева. Когда он завернул туда, Си Джей предположила, что это должна быть комната для улик, но ее внимание было приковано к металлической двери, которую она теперь могла видеть в конце зала. В ней было очень маленькое стеклянное окошко, через которое она могла видеть решетки. Камеры, поняла она и повернулась, чтобы проскользнуть в дамскую комнату.

Она не удивилась, обнаружив, что это была комнатка для одного человека. Это был небольшой полицейский участок, и, насколько она могла судить, в нем было немного, даже мало, женщин. Единственной, кого она видела до сих пор, была жена капитана, хотя днем мог быть регистратор (секретарь в приемной) или секретарша. Может быть даже одна женщина-офицер. Она предполагала, что в конце концов узнает, так ли это.

Заперев за собой дверь, Си Джей занялась своими делами, вымыла руки, а затем нашла минутку, чтобы проверить электронную почту и сообщения на своем телефоне. Она даже быстро ответила на электронное письмо своего начальника из ОСР, чтобы сообщить ему, как идут дела. Она начала отвечать на другой вопрос от подруги, когда поняла, что просто откладывает возвращение в общий офис до тех пор, пока не будет уверена, что не останется наедине с Маком. Си Джей обнаружила, что ужасно восприимчива к его обаянию, но не хотела думать о себе как о трусихе, и именно такой она и была прямо сейчас.

Остановившись на середине второго письма, она сохранила его в «Черновиках» и убрала телефон. Затем она сделала паузу ровно настолько, чтобы сделать глубокий вдох, а затем вышла из дамской комнаты и направилась обратно по коридору в общий офис.

Си Джей ожидала, что Симпсон и миссис Дюпри вернутся, когда она вернется, но ни один из них не вернулся, хотя миссис Дюпри явно заходила. Мак по-прежнему сидел в кресле за письменным столом, на котором настояла женщина, но теперь на его плечи был накинут толстый шерстяной кардиган, а в руках он держал дымящуюся чашку кофе. Си Джей чувствовала запах виски в нем с десяти шагов. Не похоже, чтобы он уже попробовал эту бурду. Он просто держал чашку перед лицом, позволяя насыщенным парам виски наполнить ноздри, и на его лице было жалкое выражение, когда он вглядывался в жидкость. Однако он обрадовался, когда увидел, что она идет к нему.

— Я думал, ты сбежала через заднюю дверь, чтобы избежать встречи с миссис Дюпри, — тихо поддразнил он, когда она остановилась перед ним.

«Все при деле у Миссис Дюпри, когда на горизонте агент ОСР. Я к этому привыкла», заверила его Си Джей, а затем огляделась, прежде чем спросить: «Где миссис Дюпри и Симпсон?»

«Миссис. Дюпри там, — сказал Мак, кивнув в сторону кабинета, который, как она догадалась, принадлежал капитану. «Что касается Симпсона, я думаю, что он ушел».

«Ушел?» — с тревогой спросила Си Джей.

— Думаю, да, — ответил Мак, пожав плечами. «Он вернулся, вошел в офис, а затем Миссис Дюпри прогнала его, как будто он был ребенком, который не хочет ложиться спать. Она велела ему. . «драпать», кажется, так она сказала.

Си Джей пыталась переварить это, когда он добавил: «Он ушел всего минуту назад. Я удивлен, что вы не встретились в коридоре, когда возвращалась из дамской комнаты.

Си Джей двинулась еще до того, как он закончил говорить, возвращаясь тем же путем, которым она пришла. Симпсон был здесь единственным офицером. Он был единственной защитой Мака от того, кто поджег его дом. Мужчина не мог уйти. Что ж, она предполагала, что он мог, но тогда она осталась бы единственной защитой Мака, и хотя она не возражала бы помочь в крайнем случае, будь она проклята, если ей придется играть роль телохранителя такого человека, как Мейкон Аржено. Он был чертовски красив и обаятелен для ее же блага. Кроме того, она не сможет защитить его. У нее даже не было пистолета, черт возьми!

Коридор, ведущий к задней части здания, сейчас был таким же пустым, как и несколько мгновений назад, когда она вышла из туалета. Си Джей заглядывала в каждую комнату, когда она проносилась мимо, даже открыла двери как в мужскую комнату, так и в комнату улик, чтобы быстро оглядеться, но там не было никаких признаков Симпсона, поэтому она продолжила путь.

Дверь в камеры была самой последней дверью в задней стене, но когда она подошла к ней, то заметила небольшой узкий коридор, ведущий налево, очевидно, к внешней двери. Си Джей немедленно побежала к выходу. Наружная дверь легко открылась, и она вышла, туда, где, очевидно, была стоянка для полицейских машин и любых транспортных средств, которые они конфисковали. Она как раз успела увидеть, как к выезду с парковки катит белый пикап.

Си Джей отпустила дверь и сделала несколько шагов вперед, крича и размахивая руками, пытаясь привлечь внимание Симпсона. Она могла бы поклясться, что мужчина посмотрел на нее, когда остановился на дороге, чтобы посмотреть в обе стороны, но если он и видел ее, он просто проигнорировал ее, выехал на дорогу и уехал.

— Не думаю, что он тебя услышал.

Си Джей повернулась и увидела Мака, стоящего у открытой задней двери полицейского участка. Свитер, висевший на его плечах, исчез, но он все еще держал чашку кофе с добавлением виски. Он держал чашку под носом, как нюхательную соль, а сам был Викторианской мисс, чувствующей слабость. Си Джей никогда не позволит чему-то пропасть зря. Она выхватила чашку из его рук, когда она проходила мимо него обратно в здание.

«Испытываешь жажду?» — сухо спросил Мак, позволив двери с лязгом захлопнуться за ним и последовал за ней.

«Не похоже, что ты хочешь это выпить», — сказала Си Джей, замедляясь, чтобы вопросительно взглянуть на него.

«Я нет.»

Кивнув, Си Джей подняла чашку, чтобы сделать глоток, но остановилась, когда он добавил: «Потому что, я подумал, раз уж кто-то, кажется, пытается меня убить, было бы неплохо иметь ясную голову».

Си Джей опустила чашку, раздражение охватило ее еще до того, как он добавил: «И, поскольку похоже, что ты охраняешь меня, было бы неплохо, если бы ты тоже не пила».

Она резко повернулась к нему, широко раскрыв глаза. «Что?» — спросила она с удивлением, а потом начала качать головой. — Простите, мистер Аржено, но, как я уже говорила, я не буду вас охранять. Вот почему я пыталась остановить офицера Симпсона. Как офицер, контролирующий ваше расследование, он должен был позаботиться о вашей безопасности, прежде чем уйти.

— Но он этого не сделал, — указал Мак, пожав плечами. — Остаешься ты.

«Черт возьми, — воскликнула она с тревогой. — Я не полицейский.

«Но раньше ты была, и ты согласилась помочь сегодня вечером», — заметил он. — Кроме того, больше никого нет. Выгнув бровь, он добавил: «Разве ты можешь обречь бедного беззащитного гражданского на верную смерть? Я имею в виду, как это будет выглядеть?

Си Джей открыла рот, закрыла его, снова открыла, а затем на мгновение сузила глаза на мужчину. Она распознала манипуляцию, когда увидела ее, а Мак даже не пытался скрывать это. У нее возникло ощущение, что он на самом деле не беспокоился о нападении или совсем не сожалел об уходе Симпсона. У нее сложилось отчетливое впечатление, что по какой-то причине он просто хотел быть с ней рядом, и возложение на нее ответственности за его благополучие определенно сделает это. Она вряд ли могла оставить его здесь наедине с миссис Дюпри в качестве его единственной защиты. Кто-то поджег его дом. Если бы он задержался на месте происшествия, как это обычно делают поджигатели, он бы знал, что Мак все еще жив, и мог бы попытаться закончить работу, когда он уйдет отсюда. С другой стороны, если он не покинет полицейский участок, он, вероятно, будет в достаточной безопасности, подумала она. Хитрость заключалась в том, чтобы не дать ему уйти.

— Вы совершенно правы, — вдруг сказала она. «Вы жертва преступления, и, несмотря на то, что я не сотрудник полиции, а раньше была, ваша безопасность должна быть моим главным приоритетом. Я не знаю, о чем я думала».

— Что ж, уже поздно, и, без сомнения, у вас был долгий день, — сказал он сочувственно. — Я уверен, что вы просто не могли ясно мыслить.

Челюсти Си Джей сжались от этих слов, ее раздражение возросло еще на одну ступеньку, даже когда она согласилась. «Да. Тем не менее, это не оправдание для того, чтобы терять приоритеты». Развернувшись, она вышла из узкого коридора. Вместе с Маком она повернула налево и протиснулась через большую металлическую дверь с маленьким окошком, добавив: «Я имею в виду, что если я оставлю тебя здесь и уйду, чтобы просмотреть записи по делу, которое я веду? А что, если что-то случится после того, как я уйду? Боже мой, какую вину я буду испытывать, оставив бедного беззащитного гражданского, а на него снова нападут».

«Ну. .». Она могла слышать сомнение в его голосе еще до того, как он заверил ее: «Я не совсем беззащитен».

«Конечно, — согласилась она, ведя его вдоль ряда камер. Всего их было восемь. По четыре с каждой стороны. В первых четырех находились пассажиры. По ее предположению, обитатели первых камер по обеим сторонам прохода отсыпались от злоупотребления алкоголем, попросту трезвели. Один был похож на бомжа, другой был одет в слегка помятый костюм, но оба они бурно храпели на своих койках и пахли, как пол в дешевом баре.

В следующих двух камерах находились молодые люди в джинсах и футболках. Судя по синякам на их лицах и тому, как они хмуро смотрели друг на друга через проход, Си Джей догадалась, что они участники потасовки на которую вызвали полицейских. Проходя мимо оккупированных камер, Си Джей продолжила: «Вы безоружный гражданский, не обученный самообороне, слабый и неквалифицированный». Она грустно цокнула языком. — Беспомощный, как младенец.

Остановившись у открытой двери первой пустой камеры, она обернулась и увидела, что ее слова заставили его рот недовольно скривиться. Судя по тому, как он нахмурился, сочувствующий взгляд, который она бросила на него, не улучшил его настроения. Ему определенно не нравилась мысль о том, что она видит его слабым и жалеет его, решила она, когда он резко выпрямился, и заверил ее: «Я не беспомощен, как ребенок».

«Конечно, нет», — легко согласилась она, поворачиваясь и заходя в камеру. — Но как гражданский. ". Сделав паузу, она повернулась в сторону, чтобы посмотреть, как он проходит мимо нее, а затем сделала несколько шагов назад к двери камеры, добавив: «Ты как черепаха упавшая на спину. Мягкая дряблая кожа только и ждет, чтобы ее нарезали кубиками.

«Дряблый!» — прокричал он. «Я не дряблый. На самом деле, я не могу быть дряблой. Я состою весь из жил и мускулов и…» Остановившись, когда он достиг койки, прикрепленной к стене в нескольких футах от нее, он развернулся и внезапно дернул свою футболку почти до шеи, сказав: «Смотри! " Он шлепнул рукой твердый живот, который показал, и прорычал: «Я не мягкий и дряблый».

Си Джей пристально смотрела на то, что было обнажено. Она слышала о священных шести кубиках. У Мака этого не было. Для нее это больше походило на восемь кубиков. О Боже! Мужчину можно было принять за мраморную статую. Ее глаза скользнули по его бледному, мускулистому телу, и ей действительно пришлось бороться с желанием обмахнуться, поскольку ее поразило то, что она могла только принять за неожиданный прилив тепла. Вместо того, чтобы обмахиваться рукой, она воспользовалась дверью камеры, захлопнув ее достаточно сильно, чтобы создать легкий ветерок, который обдул ее, когда металлическая дверь с лязгом закрылась.

Мак удивленно моргнул, глядя на нее сквозь решетку, которая теперь была между ними, а затем его взгляд переместился на квадратную металлическую панель, удерживающую замок камеры, в которую она привела его, отвлекая его своими словами. Подняв широко раскрытые глаза к ее лицу, он с изумлением спросил: «Что ты делаешь?»

— Оставляю тебя под защитой, где ты будешь в безопасности, — легко сказала она, дернув дверь камеры, чтобы убедиться, что замок заперт. — Это самое безопасное место для тебя, пока капитан Дюпри не найдет кого-нибудь. Может быть, даже до тех пор, пока не узнает, кто пытался превратить тебя в шашлык. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома».

Повернувшись, Си Джей направилась обратно вдоль камер, улыбка скользнула по ее губам, когда она проигнорировала его крики, чтобы она вернулась и выпустила его.

«Эй! Вернись! Выпусти меня!» — закричал Мак, его взгляд свербел спину Си Джей, пока он смотрел, как она уходит. Поняв, что он делает, он вместо этого перевел взгляд на ее плечи. Именно его взгляд на ее задницу, когда он следовал за ней внутрь, привел его в камеру. Он был так занят, разглядывая ее ноги, задницу и даже ее ковбойские сапоги, что не обратил внимания, куда она его ведет, пока она не отвлекла его этим дряблым черепашьим делом, а затем закрыла между ними дверь камеры. Теперь он застрял в камере. По крайней мере временно. В тот момент, когда кто-нибудь войдет, а кто-то обязательно войдет в конце концов, он возьмет его под свой контроль и заставит выпустить его. Если, конечно, это будет не Си Джей. Ее он не мог контролировать.

— Женщины, да?

Мак взглянул на человека в соседней камере и быстро прочитал его мысли. Его арестовали за пьянство и хулиганство после того, как он подрался в баре с мужчиной из камеры напротив него. Оба мужчины были пьяны, что было досадно. Он мог бы питаться от того, что был в соседней камере, если бы не алкоголь. Небольшой контроль разума и мужчина, протянет руку через решетку, и он мог бы покормиться из запястья. Однако алкоголь сделал кровь мужчины совершенно бесполезной для него. Это просто оставит его еще более истощенным. Ему придется подождать, пока кто-нибудь из офицеров вернется и проверит его, предположил он, и со вздохом уселся на жесткую скамью в своей камере.

Си Джей все еще улыбалась тому, что она сделала, когда шла по коридору к общему офису. На самом деле, только когда она пересекла сам офис, ее улыбка начала исчезать, а шаги замедлились, когда чувство вины начало грызть ее.

Мак Аржено пережил адский день. Он чуть не погиб в пожаре, потерял все, что у него было, и теперь она только что завершила его вечер, заперев его в тюремной камере.

Бедный ублюдок, виновато подумала она. Насколько это было холодно/неприветливо?

Вздохнув, Си Джей потопталась, ее взгляд с тоской переместился на дверь в приемную и выход из участка. Ей хотелось просто уйти, вернуться в гостиницу, заснуть и вообще забыть о мужчине и его проблемах. Но она не могла. Совесть Си Джей не позволит ей оставить его в этой камере. Но как только она выпустит его, ей придется заняться его безопасностью, и ей также не хотелось здесь торчать. Может быть, она могла бы взять его с собой в пансион? Она была почти уверена, что он все равно там окажется. В городе была только одна гостиница, и в настоящее время она закрыта на ремонт. Вот так она и оказалась в ВВ-пансионе». Так что тот, кто в конце концов будет охранять его, должен будет либо отвезти его к себе домой, либо забронировать комнату в пансионе миссис Веспер. С таким же успехом она могла бы сама проводить его туда, снять ему комнату и посидеть в общей зоне, чтобы убедиться, что никто не войдет и не попытается закончить работу, начатую с огнем. По крайней мере, до тех пор, пока один из офицеров капитана Дюпри не освободится и не сможет взять на себя эту заботу.

Надеюсь, это не займет много времени, мрачно подумала Си Джей и повернулась, намереваясь вернуться и выпустить назойливого мужчину из камеры, в которую она его поместила. Но она остановилась, когда миссис Дюпри появилась в дверях кабинета капитана. и властно объявила: «Мой муж, капитан Дюпри, хочет поговорить с вами».

Маленькая женщина сделала объявление, как будто Си Джей должна была «прыгнуть» и взять трубку. Она почти отказалась говорить с мужчиной, но затем передумала, когда ей пришло в голову, что она может свалить Мака на жену капитана.

Резко кивнув, Си Джей сменила направление и направилась к двери кабинета капитана, смутно забавляясь тем, как миссис Дюпри осторожно попятилась, чтобы позволить ей войти.

— Где мистер Аржено? — спросила миссис Дюпри, когда Си-Джей подошла к столу, чтобы снять трубку.

«Я поместила его в одну из камер», — ответила Си Джей, зная, что это расстроит женщину, и наслаждаясь этой затеей.

«Ты что?» — Миссис Дюпри ахнула от ужаса.

Си Джей проигнорировала ее и подняла трубку. В тот момент, когда она произнесла в трубку «капитан», миссис Дюпри выбежала из комнаты, бормоча себе под нос о «наглых сотрудниках ОСР».

— Вы поместили погорельца в камеру? — рявкнул в ответ капитан Дюпри.

«Ну, Симпсон не остался, чтобы позаботиться о его безопасности, и мне казалось, что для этого человека не было ничего безопаснее, чем тюремная камера. Я считаю это защита, — мягко сказала Си Джей, устраиваясь на углу капитанского стола и ухмыляясь, наблюдая, как миссис Дюпри суетится в общем офисе. Она подозревала, что женщина не часто двигалась так быстро.

Прошло мгновение, и она услышала, как тяжело дышит капитан, а затем он откашлялся и сказал: «К сожалению, моя жена отправила Майкла — офицера Симпсона — домой».

— Угу, — сказала Си Джей своим самым незаинтересованным голосом. Она уже знала это.

«Одри относится к моим мужчинам как к членам семьи», — объяснил он, чувствуя себя неловко. «Как к приемным сыновьям. Она беспокоится о них, — несчастно признался он, а затем прорычал: — Проблема в том, что они не хотят ее расстраивать и слушаются, как будто она их проклятая мать.

— Угу, — повторила Си Джей.

«Я пытался позвонить Симпсону после того, как Одри рассказала мне, что она сделала, но я не могу дозвониться до него по мобильному телефону», — мрачно сказал он. «Итак, теперь мы в плачевном положении».

— Мы в положении? — мягко спросила она и услышала протяжный вздох, пронесшийся по телефонной линии.

«Мисс Каммингс, я очень благодарен вам за помощь в тушении пожара сегодня вечером, правда, — торжественно сказал он. «И мне очень не хочется беспокоить вас и просить еще раз о помощи, но я все еще в больнице с Джефферсоном, и все мои люди в настоящее время на выездах». Он сделал паузу и откашлялся, как она подозревала, в надежде, что она прервет тишину с предложением помощи, чтобы ему не пришлось просить об этом, но она держала рот на замке и просто ждала. Этот человек не слишком помогал ей до сих пор. Он использовал все предлоги, чтобы отложить ее допрос, а потом она приехала и обнаружила, что допрос снова откладывается. Она чувствовала, что должна помочь, нравится ей это или нет, но она ожидала от него сотрудничества в ответ. Итак, она ждала.

В конце концов, он вздохнул и сказал: «Я был бы очень признателен, если бы вы могли помочь еще немного. Ничего особенного, — поспешил добавить он. — Но я знаю, что у вас должна быть комната у миссис Веспер, и я подумал, может быть, вы могли бы просто отвезти туда мистера Аргонавта, побыть с ним, пока он не снимет комнату, а затем проводить его в целости и сохранности и побыть с ним, немного. Я обещаю, что самый первый человек, который вернется в участок, отправится прямо туда, чтобы сменить вас, и будет охранять его.

Си Джей не удосужилась исправить неправильно произнесению фамилию Maка; она просто терпеливо ждала, позволяя тишине затягиваться. Она была вознаграждена за свое терпение.

«И, конечно же, взамен я позабочусь о том, чтобы Джефферсон был доступен завтра днем в любое время, когда вы захотите, для нужной вам беседы», — сказал наконец капитан Дюпри с покорностью. «Я приведу его в пансион или куда угодно, чтобы вы могли поговорить с ним».

Си Джей улыбнулась, но сохранила свой тон мягким, когда она сказала: «Одна из комнат для допроса подойдет для этого, или даже ваша комната для совещаний. Он начинает свою следующую смену в 4 часа дня, завтра, поэтому давайте назначим время на 3 часа дня».

— Ладно, — обиженно буркнул капитан Дюпри. — Так что, присмотрите немного за этим господином Аргонавтом? Если вам неудобно везти его в пансион, вы всегда можете подождать с ним в участке. Я просто подумал-"

«Я отвезу мистера Аржено к миссис Веспер», — тут же перебила Си Джей, подчеркнув правильную фамилию. — Как вы и сказали, он, вероятно, все равно там окажется.

«Аржено. Верно. Хорошо, — пробормотал капитан Дюпри. «Спасибо. Я ценю вашу помощь.»

«Нет проблем, капитан», — великодушно сказала Си Джей, а затем, поскольку она чувствовала, что он будет чувствовать себя в долгу перед ней, она спросила: «Почему вы с Джефферсоном в больнице? Он ранен? Или вы?»

Наступила минутная тишина, а затем капитан Дюпри сказал: «А вот и доктор. Я должен идти.»

За словами последовал гудок, сообщающий ей, что он повесил трубку.

Глава 4

Си Джей опустила трубку, покачав головой. Она хорошо справлялась со своей работой, и нежелание капитана отвечать на ее вопросы только укрепило ее решимость выяснить, что же произошло сегодня вечером. Она не стала бы беспокоиться, если бы не то, что дело касалось Джефферсона, и он был тем, кого она должна расследовать. То, что капитан избегает ее вопросов, лишь вызывало у нее подозрения и раздражение. Но она узнает, что произошло. В конце концов. В маленьком городке было трудно хранить секреты.

Встав с угла стола, она вышла из кабинета и обнаружила, что миссис Дюпри освободила Мака и снова пытается усадить его в кресло.

«Пора идти», — объявила Си Джей, прервав болтовню миссис Дюпри.

«Идти?» — с тревогой повторила женщина. — Куда?

Пока она это делала, Мак подбежал к Си Джей, весело спрашивая: «Куда мы направляемся?»

Си Джей заколебалась, но затем проигнорировала его вопрос и спросила миссис Дюпри: «Здесь есть запасное пальто и шляпа, чтобы замаскировать мистера Аржено для прогулки к моей машине? На тот случай, если поджигатель наблюдает за выходом, — добавила она, когда жена капитана продолжала просто смотреть на нее.

Последний комментарий сработал. Глаза миссис Дюпри расширились, ярость тут же погасла, и она развернулась и бросилась в кабинет капитана.

— Мне не нужна маскировка, — пробормотал Мак, пока они смотрели, как дама суетливо исчезает из виду.

«Лучше перестраховаться, чем сожалеть», — просто сказала Си Джей и с облегчением увидела, что жена капитана быстро вернулась. Она несла офицерский мундир и фуражку — возможно, капитанскую, как предположила Си Джей, но она не спрашивала и просто ждала, пока Мак наденет и то, и другое. Когда он закончил, они обе посмотрели на него. Выглядел он, конечно, нелепо. Пиджак был тесноват на плечах, но слишком велик в талии, а клетчатые фланелевые пижамные штаны просто не сочетались с маскарадным пиджаком и фуражкой.

— Нужны штаны, — вдруг сказала миссис Дюпри, снова убегая.

Мак пошевелил плечами в пиджаке и сделал недовольное лицо, но ни один из них не проронил ни слова, ожидая миссис Дюпри. Через мгновение она вернулась, неся на вешалке подходящие к наряду брюки.

«Они будут вам великоваты, но, по крайней мере, они налезут на ваши пижамные штаны», — сказала миссис Дюпри, подходя к Маку и стягивая штаны с вешалки. — Возможно, вам придется их держать.

Мак вздохнул, но принял штаны и натянул их поверх собственной одежды.

— У вас есть зажим или веревка, может галстук? — спросила Си Джей у миссис Дюпри, наблюдая, как Мак сжимает штаны в руке, чтобы они не упали, как только он их натянул.

Жена капитана кивнула и снова поторопилась прочь, на этот раз исчезнув за дверью, ведущей в коридор к кухоньке и камерам. Когда она вернулась, у нее было несколько больших зеленых зажимов, вероятно, от мусорных пакетов.

Си Джей пробормотала: «Спасибо», взяла один и подошла к Маку, чтобы быстро продеть ленту через три петли на брюках, затем зафиксировала и отступила назад, чтобы осмотреть свою работу. Когда Мак отпустил их, а штаны все еще были свободными и чуть не упали, она взяла у женщины еще один зажим и подошла к Маку с другой стороны, чтобы стянуть еще две петли. На этот раз, когда она отступила назад, и он отпустил штаны, они остались на месте.

— Я выгляжу нелепо, — сказал Мак, хмуро глядя на скомканные штаны.

«Пиджак скроет это», заверила его Си Джей, прежде чем добавить: «И на улице темно. Все будет хорошо.

Мак хмыкнул, но позволил пиджаку опуститься, чтобы прикрыть верх штанов, а затем быстро осмотрел себя, прежде чем кивнуть и протянуть ей одну руку в учтивом жесте. «Позвольте?»