Помоги проекту - поделись книгой:
И тут же все остальные сектора померкли и исчезли, а тот, в который я ткнул, резко увеличился, занимая собою всю окружность, и даже центр со значком рюкзака. В круглом синем поле передо мной появились буквы и цифры.
Класс. Виктор Силлов это, стало быть я, и меня действительно другие стрелки в лучшие дни звали «фаст», то есть быстрый — за то, как шустро я расправлялся с мишенями из практически стокового дробовика. Значит, и все остальное тоже про меня. Вон и уровень мой, о котором я совсем недавно прочитал в подобном же всплывшем сообщении, и специализация, которую я выбрал еще лежа в кровати… Значит и все остальное тоже про меня?
Сила, ловкость, выносливость по два. Два это много или мало? По десяти— или по стобалльной шкале? Непонятно. Меткость на тройку, это уже неплохо, выше, чем предыдущие параметры, так и должно быть, ведь практическая стрельба это все же в первую очередь именно про меткость, и лишь потом про все остальное.
А вот единица удачи это грустно. Обидно даже, я бы сказал. Впрочем, если вдуматься, это тоже правда — только такой неудачник, как я, мог не заметить на соревновании, что последние два заряжаемых из сайдседдла патрона отличаются по весу от остальных, потому что какая-то (я хорошо знал, какая именно) мразь заменила его на другой, с другой картечью, более мелкой, нежели положенная по регламенту, из-за чего меня обвинили в жульничестве и дисквалифицировали с соревнований, аннулировав результат. Но это было бы пол-беды. Настоящая беда была в том, что я не удержался и полез чистить морду своего главному конкуренту, который пожизненно отставал от меня на пару-тройку очков, потому что знал, что это сделал он. У него одного были мотивы, которые, правда, мне нечем было доказать.
И вот это уже обернулось для меня пожизненным черным списком. Смешной парадокс — на соревнованиях по стрельбе нельзя даже подраться.
Я вздохнул и продолжил чтение. Интеллект тоже на двойку, то есть… Какой? Средний? Обычный? Непонятно, но на всякий случай уже обидно. Еще ниже — достижение, о котором я уже тоже успел прочитать… И в конце — опыт. Судя по всему, суммарный опыт, который мне за убийство и за достижение насчитал… кто? Какая-то система? Какой-то алгоритм, калькулятор-переросток?
Я крепко задумался, но быстро махнул рукой — не хватало еще морочиться на этот счет, есть куда более интересные вопросы. Причем махнул в прямом смысле — перед собой, разгоняя воздух.
И окно статуса пропало. Не растворилось, не стало прозрачным, оно просто моментально исчезло и даже свечения в воздухе после себя не оставило.
Что ж, ладно. Я все равно узнал все, что хотел. В этом пункте. Но есть же еще и другие.
Я снова коснулся символа на ладони и «меню» развернулось передо мной снова. На этот раз я коснулся сектора с названием «Способности» и уже знакомым образом передо мной появилось новое окно.
Оно было поделено на четыре равных столбца, но заполнены были только первый и последний. В первом было написано «Огнестрельное оружие», в последнем — «Общие способности». И прямо под этим было написано «Инвентарь» и уже знакомый мне схематичный значок рюкзачка.
В колонке «Огнестрельное оружие» не было ничего. Странная штука. Зачем мне специализация, если она ничего не дает? Или это она ПОКА что ничего не дает?
Я закрыл меню и открыл снова, на сей раз ткнув в самую непонятную кнопку — «Обмен». Меню ответило мне тем, что открыло совершенно пустое окно, на фоне которого через мгновение появилась надпись:
Ну, варп-кристалла у меня и правда нет. Я бы знал, если бы он был. Значит, «обменная площадка», чем бы там она не являлась, пока что мне недоступна. Остался только последний пункт меню, который я пока что не трогал. Последний и, пожалуй, самый интересный.
Я ткнул в значок рюкзака, что, по логике вещей, должно было открыть инвентарь, и вместо уже ставшего привычным и родным круглого окна передо мной появилось квадратное. И не просто квадратное, а, в свою очередь, состоящее из квадратов тоже. Я будто открыл перед собой огромную таблицу, пятнадцать на пятнадцать, каждая ячейка которой представляла собой квадрат со скругленными углами, очерченными голубыми светящимися границами.
И венчали все это великолепие две надписи:
Три килограмма. Да уж, я в карманах побольше ношу. Не разгуляешься особо. Впрочем, судя по всему, это не навсегда, и существуют какие-то возможности увеличить этот максимум, иначе бы не было указано, что это только первый уровень инвентаря. Прогрессия подразумевает какое-то увеличение, а тут что увеличивать? Количество ячеек? Даже сложно себе представить, что можно положить в… пятнадцать на пятнадцать… в более чем двести ячеек так, чтобы оно в сумме вышло на три кило — муравьев, что ли? Нет, тут явно задумано что-то более интересное, что-то более… Юзабельное. Готов биться об заклад, что в будущем можно будет как-то увеличивать максимальный общий вес, а то три килограмма это вообще ни о чем, даже дробовик не спрятать.
Кстати, об этом… Как, собственно, его спрятаться? Да даже и не его, а что-то другое — как спрятать? Как пользоваться этой визуализацией экселевской таблицы?
Я задумчиво обвел взглядом комнату, прикидывая, что бы такое запихнуть внутрь для пробы. Подтянул к себе ногой первое, что попалось на глаза, — брошенный вчера на полу носок, и взял его в руки. Задумчиво посмотрел на него, потом на инвентарь.
Что ж, если тут все остальное делается через касание, то, может, и в этом случае работает тот же принцип?
Я коснулся носком одной из ячеек, но ничего не произошло — он просто провалился сквозь полупрозрачный инвентарь, словно того и не было никогда и я просто ловлю неплохие приходы непонятно от чего.
Тогда я предпринял вторую попытку — коснулся ячейки инвентаря оттопыренным пальцем той же руки, в которой сжимал носок. Тоже никакой реакции.
Ладно… А что, если…
Я отодвинул руку с носком максимально далеко от инвентаря, а ячейки коснулся пальцем другой руки. И только тогда все сработало — носок в руке моментально засветился голубым и растворился в воздухе, а в ячейке инвентаря, которую я трогал пальцем, появилось его изображение. Точно в том же виде, как он выглядел в моей руке, один в один.
Недолго думая, я снова ткнул пальцем в эту же ячейку и между мной и инвентарем возникло голубое сияющее марево, которое за долю секунды приняло форму силуэта носка, а еще через долю — превратилось в сам носок, левитирующий в голубом сиянии. Уже не сомневаясь, я протянул руку, беря его пальцами, и в то же мгновение он обрел форму и материал, сияние погасло и в моей руке оказался… само собой, носок.
Что ж, одним вопросом меньше. Даже двумя — как убирать вещи в инвентарь и как их оттуда доставать. Интересно, а что будет, если убрать туда две одинаковые вещи?
Второй носок я найти не смог, поэтому пришлось встать, дойти до сейфа (инвентарь, не закрываясь, так и летел впереди меня, как приклеенный), и достать из первой попавшейся коробки горсть патронов. Попались короткие «родезийские». Так даже лучше, больше поместится в руке.
Вернувшись на кровать, я принялся экспериментировать с инвентарем, закидывая в него патроны. Два патрона, закинутые один за другим, расположились в соседних ячейках, а когда я ткнул в один, и тут же во второй — соединились в одну, которая помимо прочего обзавелась еще и маленькой цифрой «2» в уголке. Удобно, штабелирование считай.
Я ткнул в новую образовавшуюся пару патронов, желая их достать, и на сей раз передо мной засияло сразу два голубых силуэта, превратившихся в два патрона. Я взял один — и патрон материализовался у меня в руке, а второй так и остался висеть. Я тронул его второй рукой — и он материализовался тоже. Отлично, а как мне теперь достать один патрон, не трогая второй?
Я повторил все операции, но на сей раз взял только один патрон, оставив второй висеть в воздухе. Так как ничего не происходило, я коснулся знака на руке, справедливо предположив, что раз он открывает меню, то и закрывать должен.
Сработало — голубое марево исчезло вместе с инвентарем, и у меня в руке остался один патрон. Тогда я повторил все манипуляции, но на сей раз ничего не брал, а закрыл инвентарь прямо так — и ничего не вывалилось из пустоты на пол, а спокойно вернулось обратно, в чем я убедился, снова его открыв.
Тогда я попробовал запихнуть в инвентарь более габаритную вещь, которая ни за что бы не поместилась у меня в руке. С этим возникли сложности, потому что придумать, что может быть слишком большим для руки, но при этом весить меньше трех кило — та еще задачка, но я успешно ее решил, использовав одеяло.
Оказалось, что достаточно просто касаться интересующего объекта, чтобы его затянуло в инвентарь. Причем когда я положил пару патронов на одеяло, и попытался запихнуть в инвентарь, перенеслось только одеяло — патроны остались лежать на кровати.
Охренительно удобно получается. В инвентарь переносится только то, что ты хочешь туда перенести — если, конечно, оно влезает по весу. То, что по весу не влезает — просто никак не отзывается на попытки поместить в инвентарь, что я попробовал провернуть с телевизором. Он никак не отреагировал, а инвентарь и вовсе сделал вид, что не существует, и палец провалился сквозь ячейку.
Эксперимент с попыткой перенести в инвентарь сразу и одеяло и лежащие на нем патроны увенчался полнейшим успехом — в инвентаре заполнились сразу две ячейки, в одной из которых собрались патроны, а в другую — легло одеяло. Но когда я положил те же самые патроны на телевизор, не перенеслось вообще ничего. Значит, если я захочу перенести целую машину, но не хватит размерности, придется ее разбирать, чтобы перенести хотя бы что-то. Не получится просто захотеть, чтобы в инвентаре оказался один только двигатель или один только бензин из бака. В принципе, логично — как бы я перенес в инвентарь бензин без тары? Впрочем, перенес бы я его, это еще половина беды — как мне потом достать его из инвентаря? То-то и оно. Не в ладошки же я его хватать буду.
Но самое интересное началось, когда я попробовал загрузить в инвентарь сразу четыре патрона и вынуть их оттуда. Оказывается, пока они висят в воздухе в виде голубого свечения, их можно доставать по одному, и, пока не закрыт инвентарь, они так и будут висеть. Это же вообще просто подарок какой-то! Зачем нужны всякие паучеры, зачем сайдседдлы, если ты можешь просто повесить перед собой десяток патронов, выхватывать их из воздуха и загонять в магазин?
От перспектив подобного механизма просто захватило дух. Считай, можно сколько угодно запихать в инвентарь всякой всячины и она не будет нисколько тяготить, как я успел проверить, напихав в инвентарь всякой мелкой всячины, до которой только смог дотянуться до тех пор, пока она не перестала туда лезть. Никаких лишних трех килограммов на теле не ощущалось, а учитывая, что одет я был в одни только трусы, я бы их почувствовал.
Что ж, система, или как там тебя… Спасибо за такой офигенный подгон, ничего не скажешь! Не знаю, что там происходит на улице или даже просто банально за дверью, но мне это уже нравится!
А ведь впереди еще самое интересное! Надо наконец разобраться с теми наградами, которые мне выпали!
Глава 3
Награды послушно дожидались меня на столе, продолжая манить фиолетовым сиянием. Ну, одна продолжала, а вторая и не начинала, она так и оставалась серой и скучной.
С нее-то я и решил начать, ведь сладкое всегда оставляют на потом, после гадкого невкусного супа, правильно? Правильно. Вот и сейчас я взялся за серую коробочку или шкатулочку, даже не знаю как назвать это творение повернутого на трехмерной геометрии шизика, и повертел ее в руках, соображая, как открыть. Логика подсказывала, что знак на моей руке поможет мне и в этом деле, раз уж все это — порождения одной и той же системы, но пока что это не работало. Я держал шкатулку в руках, и знак на моей руке совершенно точно соприкасался с ее поверхностью, но ничего не происходило.
Тогда я хохмы ради попробовал закинуть шкатулку в инвентарь, благо, по ощущениям она была совершенно невесомая, и у меня получилось. Одна из ячеек заполнилась, и доступный вес уменьшился на сто граммов. Убедившись на примере скучной и серой награды, что ничего с ней от попытки перемещения в инвентарь не случилось, она не исчезла, не раскрылась, или еще чего не произошло, я поместил следом за ней и фиолетовую тоже. Она появилась рядом и тоже уменьшила остаток доступного веса на сто граммов. Слишком точное совпадение, чтобы быть просто случайностью. Стало быть, каждая шкатулка независимо от ее тира весит сто граммов.
Что ж, остается надеяться, что награды внутри не на сто граммов, это было бы совсем грустно.
Снова достав серую шкатулку, я попробовал провернуть то же самое, что делал с вещами, когда запихивал их в инвентарь — взял ее в левую руку и отвел максимально далеко от тела. Не сработало. Тогда я шутки ради прочистил горло и торжественно сказал:
— Сезам, откройся!
Если что-то глупое работает, то оно не глупо…
Но я все равно чувствовал себя идиотом, глядя как через стыки плоскостей шкатулки пробивается голубой свет, поглощает ее полностью, и гаснет, оставляя висеть в воздухе несколько предметов, окутанных все тем же голубым сиянием. Точно как с инвентарем, с той лишь разницей, что в этот раз я вещи не выбирал.
Поэтому передо мной то, чего я уж точно не ожидал увидеть. В голубом сиянии на столе появились… продукты. Бутылка кефира, как гласила надпись на этикетке, почему-то всего одна половина батона и авоська картошки. Как будто мой обычный холостяцкий поход в магазин за едой.
Я взял в руки кефир, повертел его в руках, но нигде не смог найти ни наименования производителя, ни даты изготовления, ни штрих-кода. Вообще ничего, только лишь надпись черным «Кефир» на белой этикетке. И белое содержимое внутри.
Открыв бутылку, я понюхал жидкость. Пахло, закономерно, кефиром. Я чуть попробовал на язык, убедился, что на вкус это тоже кефир, и, недолго думая, ухнул в себя половину бутылки. Как раз уже проголодался, а в холодильнике из еды только повешенная мышь.
Батон и картошка тоже оказались без каких-либо опознавательных знаков, но зато и без каких-либо сюрпризов. Батон послушно крошился в руках и одурительно пах свежевыпеченным хлебом, а картошка даже посыпала мне стол землей, когда я поднял авоську, чтобы внимательнее ее рассмотреть.
Батон и остатки кефира я даже смог убрать в инвентарь. И не для того, чтобы сохранить на будущее, а для того, чтобы проверить, что с ними случится завтра. Остаток дня, если что, я и на картошке продержусь.
Настало время гвоздя программы — красивой фиолетовой шкатулки. Насколько я помню по всяким онлайн-играм, фиолетовый означает крутой, круче него только золотой и красный. Вот сейчас и проверим, что там такого крутого в этой шкатулке.
Я коснулся рукой шкатулки и на сей раз мысленно велел ей: «Откройся», и даже почти не удивился, когда шкатулка послушно засветилась фиолетовым, а не голубым, и пропала, оставляя вместо себя на столе целую кучу предметов.
Какая-то светящаяся фиолетовым карточка, кучка патронов неизвестного мне вида, но явно не для дробовика, еще одна карточка, но на сей раз — черная, даже будто бы излучающая черноту, страшно выглядящий черный нож, словно вырванный из кадра боевиков про Рэмбо, многократно сложенный кусок ткани, еще одна черная карта, налобный фонарик, маленький шарик, похожий на жемчужину, только золотой, и какая-то странная пластина из пористого камня в форме кривой звезды и размером примерно в мою ладонь. Все, сразу и в одном месте. Как будто кусочек музея современного искусства, с доставкой на дом.
Собственно, а чего я ожидал? Что тут тоже окажутся продукты, только круче и больше, типа хамона и сыра с плесенью? Хорошо хотя бы, что едва вообще выпадает, уже за это надо сказать спасибо. В принципе, это даже логично, что вся эта система снабжает людей едой — ведь, если везде на улице то же самое, что я видел из окна, то и магазины, очевидно не будут работать. А так как их разграбят в первую очередь, то буквально завтра еды не будет уже нигде. И как питаться в таких условиях? Очевидно — никак. Ну, то есть теперь-то есть как, это хорошие новости.
Взяв оставшиеся продукты в руки, я дошел до холодильника в кухне, попутно переступив через тело зомби, и убедился, что электричество не отключили за то время, что я разбирался в ситуации, и холодильник исправно фурычит. Повесившаяся мышь, правда, куда-то исчезла, но зато теперь ее место торжественно заняли нормальные продукты.
Вернувшись в комнату, я первым делом осмотрел патроны, которые так и остались для меня загадкой — на них не было ни маркировки калибра, ни даже капсюля, словно они вообще не были предназначены для стрельбы из огнестрела. После этого я осмотрел нож, который, кстати, появился почему-то без ножен. В общем-то, понятно, почему, есть же инвентарь. Зачем ножны, если есть инвентарь, правильно? Правильно.
Нож был страшный. Черный, обоюдоострый, причем одна половина заточена под серрейтор и по нему, если присмотреться, бегают всполохи фиолетового пламени, словно там в глубине металла проходит концерт Раммштайн. Опять же — никаких маркировок, никаких надписей. Ничего, что могло бы рассказать, откуда он и что из себя представляет.
Точно так же дела обстояли с жемчужиной и каменной пластиной, только жемчужина была абсолютно инертна, а вот пластина едва заметно вибрировала в руках. Так мелко, что это даже не раздражало.
Все это вместе весило совсем чуть-чуть — когда я закинул все это в инвентарь, счетчик не уменьшился и на полкило. Остались лежать на столе только странные карточки, к изучению которых я и перешел.
Карты светились. И это единственное, что про них можно было сказать. На них не было каких-то надписей или картинок, на них вообще не было ничего. Фиолетовая карта была однородно-фиолетовой, черные — однородно-черными.
Единственное, что можно было с натяжкой назвать "отличительной особенностью" — белую линию, которая шла вдоль границы карты, словно на карте лежала еще одна карта.
На ощупь они словно были сделаны из плотного пластика, и я едва подавил в себе желание попробовать ее порвать или чем-то порезать. Исследовательский дух это хорошо, но вдруг получится? А потом окажется, что эти карты — части какой-нибудь другой карты, например, сокровищ?
Строго говоря, я даже не уверен, что это именно карты, просто они и формой и размером напоминали именно карты, для покера например. Такие же, размером с ладонь и с закругленными краями.
Я решил начать с черных карт, потому что их две, и если я что-то накосячу с одной, всегда останется вторая.
Впрочем, как с ней накосячить, я даже придумать не смог. Просто положил на ладонь со знаком и отдал мысленный приказ «Откройся».
И карта исчезла. Просто растворилась в воздухе, а у меня перед глазами возникла надпись уже привычным системным шрифтом:
Поделиться книгой: