Я прошу тебя – живи!

– Лист я закрепил, – он спустился на пару ступенек и легко спрыгнул, – но есть проблема. Смотрите, постепенно рассыхаются резиновые уплотнители. Не будет их, вылетят шурупы. Надо бы поменять крепежи, – и он протянул ей кружок из резины.

Она молча взяла кругляшку в руки, та была твердая. Она попыталась ее согнуть, и резиновая прокладка в ее руке раскрошилась.

– Хотите, я починю вам навес? – между тем деловито предложил мужчина. – Я вытащу все старые шурупы, лист переверну так, чтобы этот отломанный угол оказался с той стороны под козырьком… не бойтесь, протекать не будет. Крепежи поставлю современные с термошайбами и защитными колпачками. А заодно и плитки на ступенях заменю.

Предложение было очень заманчивое. Она понимала, что рано или поздно навесом придется серьезно заняться, но не доверяла незнакомцу.

– Вы работаете в нашем поселке? У кого? В каком доме? – вместо ответа задала она ему свои вопросы.

– Нет, я здесь не работаю, – в широкой улыбке он обнажил ровные белые зубы, – я здесь живу… у своих друзей. Знаете Сергея и Ольгу из сто пятнадцатого коттеджа?

При этих словах его зрачки вспыхнули ярко-голубым огнем, резко дунул ветер. Она не обратила на это внимания.

Она знала этих соседей, но на всякий случай переспросила, чтобы проверить его.

– У Никоновых?

– Нет, Сергей и Ольга не Никоновы. Их фамилия Нестеровы. У них еще есть золотистый ретривер по кличке Эбби.

– Ах да, точно, я перепутала, – кивнула она и слегка улыбнулась.

– Сергей работает заграницей, а Ольга с детьми и собакой уехали на все лето на море. Мне они доверили свой дом. И если по секрету, – он понизил голос, – я уже с ума схожу от безделья. У меня руки чешутся, поэтому и предлагаю свою помощь, причем абсолютно безвозмездно, то есть даром.

– Вы не работаете?

– Почему не работаю? Работаю. У меня свой бизнес в… – он назвал сибирский регион, – а сюда я привез несколько своих научных изобретений, хочу их запатентовать и наладить массовое производство. К сожалению, процесс согласования и утверждения длительный. Иногда меня вызывают на всякие научные советы и заседания, задают вопросы. Вот и приходится постоянно быть рядом. Ой, извините, я не представился. Меня зовут Микаэл.

И он протянул ей руку. У него были длинные красивые пальцы с ровными аккуратными ногтями.

Она немного подумала, потом протянула в ответ свою и представилась: – Екатерина Алексеевна.

Ее маленькая изящная ладошка скрылась в его большой руке. Рукопожатие оказалось крепким, но аккуратным.

– Екатерина… какое красивое имя, – задумчиво произнес мужчина, задержав ее руку в своей.

На пару секунд она опешила под пристальным взглядом лучистых глаз, но быстро взяла себя в руки и твердым голосом уточнила, – Алексеевна. Меня зовут Екатерина Алексеевна.

Он кивнул.

– Микаэл, – обратилась она к нему, заодно решительно освобождая свою ладонь, – ваше предложение очень заманчиво, но бесплатно мне ничего делать не надо. Скажите, пожалуйста, сколько будет стоить ваша работа?

– Вам надо будет оплатить только стройматериалы. За работу я с вас денег не возьму, но если позволите, обращусь со встречной просьбой.

Женщина молчала и выжидательно смотрела на собеседника.

– Екатерина Алексеевна, – мужчина обезоруживающе улыбнулся, – я абсолютно не умею готовить. Пицца, гамбургеры и супы в пластиковых стаканах мне изрядно надоели. Может быть, вы меня покормите чем-нибудь домашним? Супчиком там… или кашкой?

– А у меня как раз овсяная каша есть, я варила ее утром, – моментально вскинулась женщина, но тут же сникла, – ой, она, наверное, уже остыла.

– Овсяная каша? – шепотом переспросил мужчина и закатил глаза. – М-м-м, моя любимая! Я согласен и на холодную! – бодро заявил он, а потом виновато добавил, – ну, я же лист прикрепил, значит, тарелку каши заработал.

– Конечно, заработал, – весело согласилась женщина и предложила, – пойдемте завтракать в беседку, ступайте за дом, я сейчас.

Через минуту она вышла с заднего крыльца дома, в руках несла скатерть и посуду.

– Каша разогревается, – она постелила на стол скатерть и расставила чашки с блюдцами и тарелки, – что будете пить? Чай, кофе?

– Обыкновенную воду, если можно, – произнес мужчина.

Она снова скрылась в доме и вышла с кастрюлькой и бутылкой минеральной воды.

– Угощайтесь, – маленьким половником женщина положила гостю кашу и придвинула масленку, – вот масло. Сейчас сварю кофе и присоединюсь к вам.

Когда она скрылась в доме, мужчина быстро расправил свое пляжное махровое полотенце, вывалил в него содержимое тарелки, скомкал ткань и отодвинул на край кованой скамейки.

– Вы уже все съели? – удивилась хозяйка, заходя в беседку и ставя на стол кофейник, – может, добавки?

– Нет-нет, Екатерина Алексеевна, – улыбнулся гость, – добавки не надо, хотя каша была очень вкусная. Огромное спасибо, я давно так вкусно не ел.

– На здоровье, – улыбнулась она, присаживаясь за стол.

Мужчина открутил пластмассовую крышечку и налил в свою чашку минеральной воды.

– Дома вкуснее, – констатировал он, сделав глоток воды.

– В Сибири? – уточнила женщина.

– Нет. В Сибири я просто живу и работаю, мой настоящий дом в другом месте, – задумчиво произнес он.

– И где же находится ваш настоящий дом? – спросила она, отпивая кофе.

– Там, где моя семья, – как-то отрешенно ответил он, все так же глядя перед собой.

«Странный какой-то», подумала она, а вслух произнесла, – у вас есть родители, жена, дети? Откуда вы?

Он вздрогнул и посмотрел на нее, – извините, я задумался. Я не женат, родителей у меня нет, откуда я родом, тоже не могу сказать. Меня и моих братьев воспитал Отец. Они и есть моя настоящая семья. К сожалению, мы очень редко видимся, нет времени. Я очень одинок.

«Все ясно, больная тема», она промолчала.

– Екатерина Алексеевна, – вдруг обратился он, – а вы видели, что у вас погнулся желоб водостока? Смотрите, вон, прямо над эркером на втором этаже.

– Видела, Микаэл, – вздохнула она горько, – там зимой сломался кронштейн. А еще барахлит фонарь над входом в дом, засорилась очистная система в бассейне, накрылся фильтр в аквариуме… и еще много-много всего другого.

– Ух ты! У вас есть аквариум? – воскликнул он. – Я обожаю рыбок, у меня в детстве были дискусы и скалярии. А у вас какие?

– Пластмассовые, – грустно ответила она.

– Почему пластмассовые?

– Потому что… с тех пор, как умер мой муж… – начала она, но спазм перехватил горло, и она перешла на шепот, – в моей жизни не осталось ничего живого… все искусственное…

По ее лицу потекли слезы.

– Простите меня, Екатерина Алексеевна, – тихо сказал мужчина, – я не хотел вас расстроить. Примите, пожалуйста, мои соболезнования.

Она промокнула глаза салфеткой и дернула головой, – не извиняйтесь, все нормально, я уже привыкла… точнее, никак не могу привыкнуть к тому, что моего мужа больше нет. А еще дом… вы знаете, он словно почувствовал, что остался без хозяина, и начал капризничать. Буквально через месяц после похорон потекли краны, начали перегорать лампочки, и рыбки… они умерли одна за другой… а я ведь за ними бережно ухаживала. Муж любил рыбок, он завел их еще задолго до…

И снова заплакала.

– Дом не закапризничал, – тихо перебил ее мужчина, – он так выразил свое горе… он плакал вместе с вами…

– Да, наверное, так и есть, – она положила дрожащую руку перед собой на стол, другой вытирала слезы.

– Екатерина Алексеевна, – он накрыл ее руку своей ладонью, – мы с вами одиноки и несчастны, ни у вас, ни у меня никого нет. Давайте держаться вместе. Я помогу вам по хозяйству, отремонтирую водосток, заменю фильтр в аквариуме, налажу очистную систему в бассейне. А вы что-нибудь сделаете для меня. Согласны?

Чем доверительнее звучал его голос, тем брезгливее делалось выражение ее лица. Слезы сразу же высохли. Женщина еще немного помолчала, а затем подняла глаза и уставилась на мужчину.

– Что, не успел обтесаться? Не знаешь, как правильно охмурять богатых вдовушек? – насмешливо произнесла она. – Мальчик, твои научные изобретения придуманы и запатентованы очень давно другими. Альфонсы всегда были, есть и будут. А все потому, что богатые дурочки верят таким мерзавцам, как ты! Как же, несчастный малый в дранной футболке, как такого не пожалеть?!

Огромными глазами он удивленно смотрел на нее.

– Чего уставился? Лапу свою убери! – ледяным голосом приказала она и дернула подбородком в сторону своей руки, накрытой его ладонью.

Ее глаза метнули молнии, он вздрогнул и моментально убрал руку.

– Ты сам-то понимаешь, что ведешь себя омерзительно? Что ты вообще себе позволяешь? Ты что, думаешь, раз я вдова, то одинока и несчастна? Ты решил, что вместе со слезами я выплакала все свои мозги? Что за прикрученный лист я в порыве благодарности брошусь тебе на шею? А потом выйду замуж и переоформлю на тебя все свое имущество?

Мужчина словно застыл.

– А через полгода меня найдут с проломленной головой в ущелье в каких-нибудь Альпах, да? – мрачно усмехнулась она. – Или я утону на Лазурном берегу? Куда ты повезешь меня в свадебное путешествие, а, красавчик? И после моей смерти все достанется тебе, да? Или ты не альфонс, а сектант? Или террорист, вербующий отчаявшихся людей?

– Екатерина Алексеевна, – тихо перебил ее мужчина, – мне нет никакого дела до вашей собственности. Я не террорист и не сектант, и я не охочусь на богатых вдов. Вот, если хотите, можете позвонить моему другу Сергею… ну, вашему соседу, он подтвердит, кто я.

И он протянул ей свой мобильный.

– Позвонить Сергею, да? С твоего мобильного? – прищурила она глаза, – а ты молодец, умный малый! Далеко пойдешь! Позвонить Сергею… якобы соседу, голос которого я не узнаю.

Она взяла со стола свой мобильный.

– Я позвоню, я обязательно позвоню… – приговаривала женщина, пролистывая подушечкой пальца телефонную книжку, – только не какому-то мифическому Сергею, который с тобой в сговоре, а… начальнику нашей охраны… алло… Илья Петрович? Здравствуйте.

Ее голос сразу же изменился, стал более приятным и мелодичным. Мужчина с интересом наблюдал за ней. В его зрачках плясали голубые огоньки.

– Да, это Екатерина Алексеевна из семьдесят девятого… да-да… спасибо, хорошо. Как сами? Ну, замечательно! Илья Петрович, прошу меня простить за то, что побеспокоила в выходной день, но вопрос серьезный. Я тут с утра прогуливалась по нашему поселку и увидела на участке у Нестеровых незнакомого мужчину. Не знаете, кто это?

Она пристально посмотрела мужчине в глаза, он, не мигая смотрел на нее. Из телефонной трубки раздавался громкий голос. Женщина внимательно слушала, не обращая внимания на резкие порывы ветра.

– Да… да, поняла… к соседям приехал друг… откуда, вы говорите? Угу… из Сибири. Зовут… Микаэл… Оля звонила… Что вы сказали? – встрепенулась женщина, – Оля вам позвонила? А почему она не зашла лично, чтобы оформить заявку на гостевой пропуск? Ага, торопилась, скан паспорта и заявления скинула по электронке. Все понятно. Спасибо, Илья Петрович, вы меня успокоили. Да-да, всего доброго!

– Ну, вот видите, – улыбнулся мужчина, – я не проходимец и, поверьте мне, не преступник.

– А это мы сейчас узнаем! – голосом, не предвещающим ничего хорошего, пообещала ему она, продолжая перелистывать контакты.

– Алло, Оленька, это ты? Привет, милая. Это Катя из семьдесят девятого, да-да, Екатерина Алексеевна. Как дела? Как Сережа, как детки? Хорошо? Ну, слава Богу! Олюшка, ты меня прости, дружочек. Я тебе вот по какому вопросу звоню. Проходила мимо вашего участка и увидела незнакомого мужчину. Кто это? Он живет у вас? Охрана в курсе? Ага… поняла… ага… Сережин друг… зовут… Микаэл…

Женщина выключила связь и растеряно уставилась на своего гостя.

– Екатерина Алексеевна, – вежливо обратился тот и протянул ей свой гаджет, – вот телефоны Сергея и Ольги, сравните, пожалуйста, их с номерами в своем мобильном.

При этом его глаза вспыхнули голубым пламенем, порыв ветра взметнул вверх края скатерти. Встревоженно зашелестели цветы около беседки. Женщина не заметила этого, она внимательно смотрела на цифры, номера совпадали.

– ПАспорта у меня с собой, к сожалению, нет, – продолжил мужчина и даже похлопал себя по карманам, – я покажу вам его позже. И если хотите, можем зайти в отделение полиции, сделаем запрос, чтобы идентифицировать мою личность…

– Микаэл… – неуверенно начала она, – я очень сожалею…

– Екатерина Алексеевна, не надо ничего говорить, – тихо произнес он, – я сам виноват, мне не надо было дотрагиваться до вас, мой жест оскорбил вас. Простите, пожалуйста. Поверьте, я не хотел вас обидеть. А футболка… да, она рваная, но самая моя любимая, ношу ее не снимая.

– Да, ну, что вы, Микаэл! – подняла она глаза, – это вы меня простите за все то, что я вам тут наговорила. Я тоже не хотела вас обидеть, но если бы вы знали, сколько в моей жизни появилось поклонников после смерти мужа … – она горько хмыкнула, – в восемнадцать столько не было. А тут в пятьдесят. И все, как один, страстно в меня влюблены. А ведь ни один не позвал жить к себе, ни один! Все… – она сделала паузу и подняла кверху указательный палец, – все планировали перебраться в этот дом! Тьфу ты, было так противно. Сначала я вежливо улыбалась, боялась обидеть, а потом перестала церемониться и стала посылать женихов куда подальше. В выражениях тоже не стеснялась, называла их своими именами. Так что за альфонса не держите зла. С террористом и сектантом тоже переборщила.

– Да, я ни капли не обиделся, – засмеялся он и тряхнул головой, – наоборот, было очень интересно наблюдать за вами. Вы смелая и решительная, а, главное, бдительная. Думаю, что у аферистов шансов нет.

Женщина грустно улыбнулась и кивнула головой, – абсолютно никаких.

– Ну, что, – мужчина глубоко вдохнул и решительно поднялся, – спасибо за угощенье, а теперь пора к делу. Если разрешите, я посмотрю аквариум и бассейн.

Она уже было хотела согласно кивнуть, но вдруг вспомнила свое запущенное хозяйство: пыльные полы и мебель, грязные окна, и поняла, что не может пригласить мужчину в дом. Ей стало стыдно.

«Надо срочно навести чистоту», промелькнула мысль.

Вслух же она произнесла, – Микаэл, извините, я затеяла генеральную уборку, в доме откровенный бардак, не хотелось бы предстать перед гостем грязнулей.

– А-а-а, ну, ладно, тогда в следующий раз, – легко согласился он и взял свое скомканное полотенце, – займемся пока навесом, ступеньками и водостоком. И, кстати, что вы там говорили про фонарь?

Они еще какое-то время походили по участку. Она рассказывала, что в хозяйстве требует ремонта, он внимательно слушал.

Проводив гостя, женщина закрыла за ним калитку и вернулась в дом. Подбоченясь, медленно обошла первый этаж, хозяйским глазом оглядела углы и стены, и решительно взялась за телефон.

– Алло, Леночек, привет, это я, – бодро произнесла она в трубку, – как дела?

– П-привет… – ее звонок явно озадачил подругу, – Кать, это ты?

– Ну, конечно я, кто же еще? – рассмеялась она.

– Катька, – выдохнула подруга, она все еще была явно удивлена, – ушам не верю! Неужели это ты? Ты позвонила, с ума сойти! Слушай, у тебя все в порядке? Ничего не случилось?

– Все в порядке, – удивилась женщина, – а почему ты спрашиваешь?

– Ну, не знаю… ты уже три года никому не звонила…