То, что скрывается в темных переулках. 1 часть

– Что-то не так с этим парнем, – невесело, как-то нервозно усмехнулся Яст.

– Куда решили прокатиться? – спросил оборотень. Голос был его дружелюбнее, чем вид. От этого мои мышцы сковало в ужасе.

– До темных переулков, – ответила я.

– И что вас там привлекло? – спросила девушка. Ее голос был с противной хрипотцой.

– Тишина и покой, – ответила я, сжав руку Яста. Я чувствовала, как внутри что-то накапливается, и это что-то взорвалось бы, если б хоть один из них сделал в нашу сторону шаг. Но они спокойно сидели.

– Ну да, – кивнул мужчина, – там спокойно. Нам тоже туда.

Я уже хотела спросить, что они там забыли, но боялась, что мне этого лучше не знать. Я просто кивнула, и опустила взгляд обратно в пол. Мужчина больше не смотрел на меня, я это чувствовала. Расслабиться я все ровно не могла, как и Яст рядом.

Темные переулки находятся на севере города. Чтоб добраться туда, нужно было проехать через большую часть города. И мне становилось странно тяжело от мысли, что нам еще долго придется ехать в одном вагоне с этой странной парочкой.

На очередной станции, когда мы были в жилом районе, в вагон прошел еще один оборотень. Вагон моментально был пропитан противным запахом собаки. Яст глянул на меня с пустым взглядом, но в самом зрачке был виден страх. Я перевела взгляд на недавно вошедшего оборотня. Он был полноценный и сидел напротив уже знакомой нам пары.

– Хлоя, – шепнул Яст, – сегодня по случаю не полнолуние?

Я достала телефон и глянула виджет с погодой. "Луна 100%" – полнолуние.

– Блин, мы едем прям на праздник, – вздохнула я, – выходим на первой же станции.

Поезд остановился, и мы с Ястом чуть ли не завопили от счастья и встали со своих мест. В ужасе я поняла, что оборотни тоже поднялись. Все, троя, прошли к выходу, я взяла Яста за руку, и мы сошли с поезда за оборотнями.

– Жалко будет вас убивать, – обернулся через плечо мужчина, с которым я до этого общалась. У него были черные волосы до плеч, он был одет в черную двойку.

– За что нас убивать? – спросила я, сильнее сжимая руку Яста.

– Я не люблю свидетелей, – мужчина слегка скривился с таким видом, словно он признался, что не любит жареную печень.

– Мы еще не стали свидетелями чего-либо, мы можем сесть на поезд и уехать обратно, – я поняла, что прикрываю Яста плечом, а его горячее дрожащее дыхание щекочет мое ухо.

– Боюсь, мы вас уже никуда не отпустим, – покачал головой оборотень.

– Да и рожица у тебя до удивления знакомая, – вздохнула девушка. Она была немного ниже мужчины. Ее серебристые кудрявые волосы были взбиты и перевязаны синей тканью: выглядело как неудачно сделанная ретро-прическа. В джинсах, на ногах зимние замшевые бежевые сапоги на платформе. Темно-синяя туника, усеянная розовыми мелкими цветочками, с синим пояском. Сверху расстёгнутая полушубка бежевого цвета.

– Как зовут? – спросил брюнет.

– Сандра, – я знала, что им лучше не знать моего истинного имени.

– А твоего молодого человека? – спросила девушка.

Другой мужчина стоял дальше всех. Смотрел на нас из-под дымки почти черных глаз. На нем были серые брюки и коричневое пальто. Серый шарф на шее. И черные туфли. Волосы короткие светло-русые стояли ежиком.

– Павел, – ответила я.

– Я точно где-то тебя видела, – девушка продолжала заинтересованно меня рассматривать.

– Мы знаем твое имя, наверное, тебе интересно знать, как зовут нас? – спросил брюнет.

– Нет, – честно ответила я.

Мужчина хохотнул, а блондин где-то позади, растянув губы в усмешке, отвернулся.

– Я Гелла, – ответила девушка.

– Илларион, – крикнул издалека блондин.

– Ну и я Феликс. Гелла моя невеста, прошу ее не обижать.

Интеллигентные оборотни!? Мир сходит с ума!

– Приятно познакомиться, – промолвила я.

– Теперь точно не отпустят, – тихо прошептал на самое ухо Яст.

– Илл, следи за ними, – проговорил Феликс.

Мы поднялись из метрополитена наружу, и я узнала Туманный проспект. Илл шел рядом со мной и Ястом, а я сжимала руку брата. Феликс и Гелла шли перед нами.

Я догадывалась, мы идем в Бабку.

Мы прошли до конца Туманного проспекта молча.

Я перевела взгляд на Яста, тот непонимающе глянул на меня.

– Прости, что втянула тебя, – прошептала я.

– Так вы, правда, где-то виделись? – Яст кинул взгляд на Геллу.

– Я ее не помню, – я покачала головой, – но я знаю, куда мы идем.

– Бабочка? – одними губами проговорил он.

Я кивнула.

– Ну что вы там шепчитесь? – обернулась Гелла. – Больше двух говорят вслух!

Мы промолчали.

– Не мешай любовничкам ворковать, – проговорил Илл, – последний раз в их жизни.

– Сандра, не бойся, – более громко проговорил Яст, – все будет хорошо.

– Да, тебя спасет твой принц, – улыбнулся Илл.

Я сильнее сжала руку Яста.

В конце концов, я увидела сияющую в ночной темноте вывеску бара. Бабочка горела неоновым розовым светом, возле названия неоновым желтым горел образ махаона. Дверь в бар открыл Феликс, Гелла, чмокнув его в губы, проскользнула в бар. За ней прошла и я, впервые отпустив руку Яста. Когда я разжала свои пальцы, я услышала немой стон парня. Мы оба боялись.

В бар прошел за мной Илл. За тем Яст и последним Феликс. Ничего не изменилось с моего последнего прихода сюда. Слишком темно, всего на весь зал пять кроваво-красных светильника. На сцене только было пусто. И вообще в баре было удивительно спокойно и тихо. За барной стойкой к нам лицом сидел уже знакомый мне оборотень: солист запрещенной группы. Сегодня этот рыжий парень с светло-синими глазами был одет в черные брюки и свитер. Рядом с ним сидела его остальная группа. Девушка с длинными синими волосами и черными глазами (полноценная), она была одета в короткое блестящее белое платье. На ногах были туфли на невыносимо длинной шпильке – на них проще убиться, чем ходить. Парень со светло-синими глазами и длинными черными волосами, убранными в хвост, сидел, сложив руки на груди. Одет был в черные брюки и белую рубашку. Рядом с ним сидел его близнец, лицом они были очень похожи. Но у второго близнеца были короткие приглаженные волосы. Одет он был в клетчатые брюки (бежевый, серый, белый) и бежевый пиджак, под которым скрывалась белая рубашка. Еще одна девушка группы сидела дальше всех. Она оказалась окултсангусом. Я поняла это сразу, вдохнув аромат, что висел в зале. Она была нежной блондинкой (могло даже показаться, что она оказалась здесь по случайности) с бледно-синими цвета глазами. Она выглядела, как четверть-вампир. На ней было розовое платье с белыми кружевами, присмотревшись, я поняла, что ей не больше шестнадцати.

Я перевела взгляд в другую сторону зала. Там словно из другого мира стояли пять мужчин. В этот момент мое сердце сжалось. Это были они, они тогда знакомили мое лицо со своими кулаками, а живот – с ногами. Самый главный, что стоял впереди всех, тот самый, что пытался тогда со мной познакомиться, а потом – во время второй встречи – вдарил мне кулаком в нос, обладал достаточно грубой внешностью. Он был кудрявым брюнетом с густой щетиной. На левой щеке был уродующий его еще сильнее кривой шрам. Темно-синие глаза. Он был одет, как и все пятеро в джинсы и майку. Только у каждого майка была разного фасона и цвета. Слева от главы стоял мужчина моложе. Со средней длиной блондинистых волос, что скрывали его голову шапкой. Он был половинкой. По правую сторону от главы стоял самый молодой из них парень. Он был лысый, глаза горели почти черным. Губы были искривлены в усмешке. Узнал меня, гад. Лицо его было треугольное. И позади стояли еще двое мужчин. В темноте зала их было практически не видно.

– Сандра, Павел, – проговорил Феликс, я снова схватила руку Яста, что стоял рядом, – позвольте познакомить вас со своим кланом. Илл и Геллу вы уже знаете, а это, – он глянул на музыкальную группу, – голос моего клана Велор, рядом с ним Милиса, два близнеца Нисон и Донат и моя самая беззащитная девочка Вилора.

– Феликс, зачем? Ты же не планируешь оставить их в живых? – влез глава другого клана.

– Орест, не думаю, что эта парочка мне понадобится, но этого требуют приличия.

– Ты помешен на своих приличиях, убей уже их! – голос Ореста был тверд и даже груб.

– Не волнуйся, все будет, все будет, – пролепетал Феликс.

– Так это ты! – с места соскочил Велор. – Сегодня ты не такая смелая!

– Не стоит, – вздохнул Феликс, – я дам тебе возможность позже разобраться с ней.

– Ты будешь умирать в мучениях, – довольно улыбнулся рыжий.

– Ты забыл про мое существование! – голос Яста казался мне чужим, никогда раньше я не слышала, чтоб его голос был таким стальным. – Сначала придется разобраться со мной!

– Нет проблем! Ты и не вампир толком! – усмехнулся Велор.

– Прекрати, не оскорбляй наших гостей, – голос Феликса показался тверже.

– Может, хотите перекусить? Не умирать же голодными, – пролепетала Гелла, – ну, Милиса, покорми их! Мы пока все обсудим.

– Делать мне больше нечего…, – начала было девушка в белом платье.

– Милиса, – голос Геллы стал тверже, и девушка подчинилась.

Вскоре я и Яст сидели за барной стойкой. Нас оставили одних, сами же оборотни собрались в другой части зала и что-то очень тихо обсуждали.

Я ела вареный картофель и пила водку с человеческой кровью. Яст сидел рядом и есть ничего не хотел. Я ела, еда дает энергию, а вдруг придется долго и быстро бежать. В этом же помогает и человеческая кровь. А водка уменьшала чувство страха.

– Если я выпью твоей крови…, – начал Яст как можно тише.

– Две недели будешь половинкой, – закончила я, и он пододвинул ко мне пустую стопку.

– Тогда у меня будет больше шансов, – шепнул он.

В этот момент я вскинула мозгами. Как бы сейчас оборотни не желали меня убить, кровь Юлия будет регенерировать меня как полноценного вампира. У меня девяносто процентов остаться живой. Что касается Яста, то его шансы на выживание ровны нулю. Если выпьет мою кровь пятьдесят на пятьдесят, смотря, какие травмы получит и сколько крови потеряет. Но пятьдесят процентов лучше нуля, в любом случае.

Я слегка обернулась и увидела, что никто на нас не смотрит. Нам нужна кровь. Я осмотрела свой указательный палец, и положила его в рот. Нужно было укусить, и не просто, а сильно, чтобы кровь могла течь как можно сильнее. Я сжала челюсти, ощущая резкую режущую боль. Я вытащила палец изо рта, но кожа была невредима, если не брать в счет выдавленные белые следы от моих зубов.

Черт! Это сложнее, чем я думала.

Я снова зажала палец между зубами, глубоко вдохнула через нос, и с силой укусила палец. Боль была ослепляющей, что захотелось взвыть, но я подвесила палец над стопкой. Она медленно наполнялась моей кровью. Палец был красный, пульсировал, но я терпела.

К моменту, когда ступка оказалась полной, прокушенный палец зажил. Яст неуверенно взял стопку в руки, в его глазах читался страх перед ядовитой для него кровью. Он знал, насколько болезненными будут ощущения. Медлить он не стал и выпил рюмку залпом. Когда кровь проходила по его пищеводу, он зажал губа кулаком, а его глаза распахнулись. Я знала, какую боль он испытывал. Но он стерпел ее. Ему предстояло выпить еще две.

– Хм, – раздалось позади, – пахнет кровью. Вампирской кровью.

– Прошу прощения, я укололась, – я обернулась к оборотням.

– Будь аккуратней, деточка, – пропел Феликс.

Я глянула на Яста, он ждал следующую стопку. Я прокусила палец снова, пришлось прикладывать такие же усилия снова. Инстинкт самосохранения не давал мне сжать челюсти с их максимальными возможностями, и мне приходилось уговаривать свой собственный мозг снять ограничения с силы челюстных мышц, думая о том, что эта кровь необходима, чтобы Яст мог жить.

И как тогда Юлий делился со мной своей кровь, прокусывая свою кожу? Надо же быть таким сильным, чтобы уметь переступать через систему собственного мозга.

Глубоко вдохнув и сморщившись, я снова прокусила палец. Понимаю, что кровь могли почуять оборотни, а снова врать было бы глупо, я засунула палец в рот Яста. Тот сначала растерянно распахнул глаза, а у меня появилось желание расхохотаться, но я подавила это. Яст стал слегка посасывать мой палец и сглатывать кровь. Я знала и видела по лицу Яста, что это мучительнее, чем выпить залпом рюмку, но по-другому было сейчас никак нельзя. Мой палец заживал удивительно быстро, и Ясту приходилось надкусывать его самому. От его зубов мне было менее больнее, чем, когда я кусала себя сама, но желание вырвать свой палец из его рта все-таки было, но я его игнорировала.

То, что ему хватит, я поняла, когда в глазах что-то вспыхнуло, и у него изменился запах. От него пахло мной. Я вытащила палец, и он на глазах зажил. Я снова взглянула в глаза Яста, теперь они казались темнее.

– Я теперь лучше вижу в темноте, – шепнул он.

– Подействовало, – кивнула я.

9

Я доела картофель и выпила отведенное количество мне крови. Яст сидел рядом с удивительной уверенностью в себе, это читалось в глазах, в положении рук. Мне даже показалось, что он счастлив, ощущая себя сильнее, чем обычно.

Вдруг к нам подплыла синеволосая девушка.

– Все понравилось? – спросила Милиса. Я знала, что это Гелла ее подослала. Сама девушка никогда бы ни стала проявлять такую заботу к тому, кого желала убить.

– Да, спасибо, было очень вкусно, – ответила я, но девушка смотрела мимо меня на Яста:

– В тебе что-то изменилось, – проговорила она.

Парень пожал плечами:

– Каким был, таким и остался.

– Я тоже не вижу изменений, может так падает свет, – я глянула на Милису.

Та вдруг изменилась в лице, казалось, она готова накинуться на меня и разорвать глотку. Ее лицо искривили глубокие морщины.

– Я что, по-твоему, дура? – она зарычала. – Он теперь другой! Я же это чувствую!

– Милиса, – оборвал ее Феликс.

Ее лицо моментально вернулось в спокойное состояние, а в глазах светился покой и даже безразличие.

– Не трогай их, – согласилась Гелла, – с девчонкой разберется Велор. Уж больно ему хочется, а мальчишка мой.