Помоги проекту - поделись книгой:
− Ты была такой красивой вчера, милая! — ворковала графиня, прижимая ладонь к щеке. Она выглядела как влюбленная девчонка, рассказывающая о своем парне, который, конечно же, самый добрый, милый и прекрасный.
− Ты произвела вчера на многих неизгладимое впечатление, − согласился с женой граф и посмотрел на Эву с улыбкой. — Нам с Клодом вчера пришлось отгонять мужчин, которые вознамерились просить твоей руки.
Как же это утомительно.
Эва медленно ела кашу с фруктами и едва не кривилась от воспоминаний. Кажется, ее представили дюжине мужчин, которые подходили одни или с друзьями, просили представить графа или Клода, кланялись и целовали ей руку. На самом деле, Эва никогда не думала, что это так трудно. Ни в книгах, ни в фильмах не упоминалось о том, что мужчина с незамужней дамой мог заговорить только если они знакомы или через кого-то. Да и девушка не имела права оставаться наедине с мужчиной, даже если это произошло случайно или они хотели поговорить.
Она сделала глоток простого, черного чая, который был сейчас весьма кстати. После вчерашнего сока и тарталеток, которые Эва ела в перерывах между разговорами и танцами, как никогда хотелось чего-то простого. Подняла вопросительно бровь, когда к ней тихо подошла Лукреция с подносом.
На подносе лежало две стопки писем.
− О! Неужели это… − графиня прикрыла рот руками, неверяще смотря на письма. Граф же выглядел довольным.
− Наша дочь очень красива. Это заметили и остальные.
Так вот, что это были за письма. Промокнув губы салфеткой, Эва взяла одно из писем и покрутила его в руках. Письмо написано мелким, немного кривым почерком и стояло мужское имя. Вздохнув, она положила конверт обратно и взмахнула рукой.
Письма Эва вскрыла, сидя в саду. Она прочитала каждое и едва не скривилась. Дебют прошел даже лучше, чем она предполагала, иначе чем объяснить то, что некоторые мужчины писали ей с предложением брака. Конечно, ей казалось это странным, однако привычно и правильно в реалиях этого мира. К счастью, кроме писем от мужчин, были и приглашения на чаепития.
Чтобы отвлечься от этого, Эва взяла принесенную Лукрецией бумагу, перо, пододвинула чернильницу и задумалась. Написала вверху название романа, который читала в прошлой жизни ради забавы, и чтобы отвлечься от сложной сессии. Нахмурилась, ставя точки одна под другой. Писала напротив них события, которые помнила, аккуратно зачеркивала и ставила стрелки, время от времени смотря на разборчивость почерка и общую эстетику написанного. Все выглядело прилично, поэтому Эва расслабилась и продолжила записывать. Сюжет романа был прост и от того его легко вспомнить. К тому же помнила эту книгу Эва хорошо, потому что читала перед сессией и долго смеялась от той глупости и наивности, которая творилась на страницах.
Отложила перо и вновь посмотрела на написанное. Отчасти, она понимала, почему сразу не вспомнила об этой книге и не сопоставила факты. Мир, описанный в книге, не обладал чем-то выдающимся, а напоминал помесь всего, что было популярно. Процветающая страна, которая находилась в режиме холодной войны с соседствующей. Драконы, которые не имели никакого значения для сюжета. Маги, жили в мире с одним богом, церковь., которая ему поклонялась и Святой, наделенной его силой. Еще тогда Эва не понимала, как магия и религия могла так спокойно существовать друг с другом, ведь история знала много плохих исходов их существование на одной территории. Было непонятно еще и то, чем отличалась святая сила, которой была наделена выбранная Святая, и магия. Даже если Риэль считалась Святой, ее силы никогда в полной мере не описывались.
Кроме Святой Риэль, младшей дочери виконта Вига, которая для аристократов была сродни простолюдинке и сейчас являлась личной служанкой дочери маленького графа, и второго принца Артура, была Адалисия. Дочь графа, у которой были рыжие, словно пламя волосы, громкий голос и совершенно отвратительный характер. Автор мало о ней писал и почти сразу отвел на второй план, из-за чего Эва забыла. Как и о многом другом. Вспомнила лишь благодаря необычному имени. Ситуации.
Откинулась на спинку стула и задумчиво посмотрела на куст красных роз. Была ли в романе Эванжелина? Скорее всего нет. Граф Питтерс не поддерживал второго принца, которую большую часть жизни провел на поле боя. В воспоминаниях Эванжелины она тоже не видела рыжеволосую девушку, да и досталось ей не так много. Наверное, самые яркие, которые не помогали, а лишь добавляли дров в костер вины.
Беспокоилась ли она? Нет. Не так сильно, как следовало бы. Если Эва оказалась здесь, значит с ее телом там что-то произошло. Был ли смысл думать о будущем, о том, чтобы попасть в собственный мир и тело, если ничего там уже не осталось? Рисковать дарованным шансом? Эва пусть и импульсивная трусиха, но дурой, определенно не была. Было ли беспокойство, касательное сюжета? Тоже нет.
Сюжет истории довольно прост и линеен. На балу герцогини Шервуд Риэль и Артур увидят друг друга и сразу влюбятся. Не понимая, что чувствует, Риэль вышла в сад и там встретилась с Артуром, сбежавшем от невесты. Там произошла первая и самая романтичная сцена — танец в окружении цветов, луны и звезд. Эва перечитывала эту сцену несколько раз не потому, что она хорошо была написана, а потому, что это было красиво.
− Эванжелина, − на удивление спокойно позвал Клод и подошел. Он поставил на стол поднос с графином, в котором звенели кубики льда, лимон плавал в зеленом чае. — Позволишь сесть рядом?
− Конечно.
Клод разлил чай по красивым чашечкам и сел напротив нее. Улыбнулся и посмотрел на вскрытые конверты. Будто беспокоился и чувствовал интерес к тому, кто ей написал и что она к этому чувствовала. Неужели считал, что Эва уже выбрала себе жениха и собиралась уехать из поместья? Это даже смешно. Конечно, Эва видела в женитьбе выход. Легкий способ уехать из поместья, от семьи Эванжелины и их ожиданий. Однако будет ли такой брак счастливым? Она не уверена. Хотела ли Эва вообще замуж за местного мужчину? Хороший вопрос, ведь мужчины Иоса отличались от парней в ее мире.
− Я никого не выбрала, − сказала она и улыбнулась невольно, заметив на лице Клода удивление, вперемешку со смущением. — Если тебя это беспокоит, конечно.
Кажется, Клод немного расслабился, чем вызвал у Эвы тихий смех. Любила ли она старшего сына графа? Нет. Она не испытывала ему никаких родственных или теплых чувств, ведь не знала, что он любил, какие книги читал и чего боялся. Испытывала сильное уважение к его поступкам, к тому, что Клод заботился, беспокоился и помогал совершенно незнакомому человеку.
− Твой дебют прошел хорошо. Многие заметили тебя. Развеялись слухи, − сказал Клод, лишь подтверждая то, о чем думала сама Эва. Она не сомневалась, что ее появление опровергло множество слухов, которые наверняка отравляли родственников Эванжелины.
− Мне пришло много приглашений на приемы и чаепития.
Эва махнула рукой в сторону стопки с приглашениями. Она не испытывала сильное желание посещать светские мероприятия, однако чувствовала интерес. В книге, после первого танца на балу, по Иосу быстро распространились слухи о романе второго принца и дочери виконта. Эве хотелось бы узнать, все ли шло так, как в романе. Однако здесь не было социальных сетей, а в газетах о таком не писали.
Сжала ручку чашечки чуть сильнее и тут же расслабилась, чтобы не вызвать беспокойство Клода. Чтобы узнать последние новости, нужно посетить какое-то чаепитие. Аристократические девушки самые настоящие сплетницы. Эва их не осуждала, ведь больше делать аристократке нечего.
− Если хочешь посетить какое-то чаепитие, − заговорил Клод, осторожно прикасаясь к конвертам. Быстро просмотрел имена и положил перед Эвой два из них. − Лучше посети одно из этих. Игнорировать аристократок такой величины не стоит, особенно сейчас, когда все знают, что тебе лучше. К тому же ты с ними когда-то общалась, не так близко, но с ними тебе может быть комфортнее.
Эва посмотрела внимательно на Клода, потом на конверты. Усмехнулась. Как иронично. Клод считал, что комфортнее ей будет с Мелиндой Шервуд и другой леди, которая имела известную фамилию, но совершенно незнакомое для нее имя. В одном он прав: отказывать таких людям очень опасно. Она и так отклоняла все приглашения, списывая это на самочувствие. После бала, когда многие видели ее и разговаривали, врать про здоровье чревато. Никто больше не поверит.
Ей не хотелось никуда идти, однако долг аристократки обязывал. Теперь зная, где она находилась и что можно ожидать, Эве нужно находиться в курсе событий.
Она взяла два письма, покрутила их в руках и вновь прочитала каждое. Вздохнула и отложила их.
− Лукреция, принеси воск и свечи. А также сухоцветы.
Эва не говорила громко, потому что знала, ведь знала, что та обязательно услышит. Клод выглядел заинтересованным, однако не задавал вопросы. Это даже смешно. он настолько хотел быть в курсе всего, что происходило в жизни Эвы, что становилось интересно, какие у них были взаимоотношения раньше.
Как это все утомительно.
Написав ответ и отослав его вместе с Лукрецией, Эва пошла на урок.
Эва пригладила подол платья и посмотрела на карету. На самом деле они ей не нравились, ведь на каждом камне или кочке она дергалась. Машины намного удобнее. однако ни велосипедов, ни машин в этом мире не было, а на лошади благородные леди обычно не ездили.
− С тобой точно все будет в порядке? — обеспокоенно спросила графиня. Она порывалась, делала шаг вперед, но не прикасалась. Эве становилось даже совестно, однако чужие прикосновения воспринимались остро.
− Да. Со мной будет Лукреция и два рыцаря, выбранные… отцом и братом.
На последних словах она споткнулась и с трудом выговорила, что не осталось для графини незамеченным. Она поджала губы и взгляд стал таким жалостливым, что Эва почувствовала себя последним монстром. Но называть незнакомых людей родителями она не могла, как бы не старалась.
Она села в карету и сжала плотно челюсть, когда та дернулась и поехала. Платье дорогое, усыпанное драгоценными камнями, но не такое роскошное, как во время бала. Конечно, ведь Эва ехала не на важное мероприятие, а на простое чаепитие, где будут лишь благородные леди. Хотя, она не уверена, что лучше. Наверное, стоило выбрать более роскошное платье и дорогие украшения, чтобы произвести впечатление. Сейчас она Эванжелина, которой отведено определенное положение в обществе. Если Эва не понравиться остальным, то это можно будет считать величайшим провалом.
Радовало лишь одно, одежда удобная, а место, в которое она ехала, хоть и немного, но знакомое.
Эва не была уверена в своем решении, пока ехала в карете. Даже когда выходила, все еще сомневалась, но все равно шла и улыбнулась, присев в реверансе.
− Спасибо, что пригласили, госпожа Шервуд.
− Я рада, что вы смогли приехать, леди Эванжелина, − ответила Мелинда и посмотрела на нее внимательно. Словно не ожидала от Эвы такого отношения. Однако она быстро взяла себя в руки, улыбнулась и указала рукой в сторону стола в большой оранжерее. — Прошу, проходите.
Поблагодарив, Эва отошла, рассматривая кусты и клумбы. Сад герцогини Шервуд намного богаче и краше, чем в доме Питтерсов. Фруктовые деревья, клумбы с необычными цветами, кустами и бабочками, которые перелетали с одного цветка на другой. Пахло приятно и ненавязчиво, в глазах пестрило от обилия цвета, однако это не раздражало. Эва с удивлением заметила вдалеке даже несколько подсолнухов. Улыбнулась, погладив желтые лепестки, она обернулась и пошла обратно к столу, с чайным сервизом и закусками.
Она остановилась и покосилась на Мелинду Шервуд, которая приветствовала гостей. Симпатичная. Длинные волосы забраны в причудливую прическу на затылке с лентами, красное платье с пышной юбкой, а шею украшала лента с большим гранатом. Эва не слышала, был ли у Мелинды жених, что уже странно. Обычно в семьях такой величины ранние браки в порядке вещей. Герцог Шервуд был третьим после короля по влиятельности в Иосе.
Мелинда Шервуд пригласила на свое чаепитие не так много людей и Эва была единственной дочерью графа. Остальные же имели статус выше нее и это немного напрягало. Неужели они пригласили ее лишь для того, чтобы поиздеваться?
− Бал, который устроила герцогиня, был самым лучшим в этом сезоне! Я так счастлива, что смогла дебютировать на нем, − восторженно сказала незнакомая ей девушка в желтом платье.
Мелинда улыбнулась благодарно и сделала глоток чая и пододвинула к себе тарелочку с кусочком шоколадного торта. Это стало негласным разрешением, после которого остальные стали брать еду. Эва осмотрела закуски и пододвинула к себе кусок торта с фруктами, проигнорировав пирожные, обмазанные заварным кремом.
− Не ожидала, что увижу второго принца так близко. Он такой красивый, − вторая девушка, уже в синем платье, смущенно покраснела. Многие загудели согласно.
− Не стоит забывать, что у второго принца Артура есть невеста, − мягко осадила их Мелинда и спрятала улыбку за чашечкой. — О том, что у них хорошие взаимоотношения говорит хотя бы то, что принц не отходил от леди Адалисии на протяжении всего бала.
Эва едва не выплюнула чай обратно, но с трудом проглоти, чувствуя боль в горле и слезы в глазах. Она не ослышалась? Посмотрела осторожно по сторонам, вслушиваясь в разговор теперь внимательнее и убедилась в том, что ей не послышалось. Артур с Риэль не встретились во время бала герцогини Шервуд и не было между ними никакого танца. Это полностью противоречило сюжету, описанному в романе.
О Риэль вообще не говорили, словно ее не существовало. Было ли это плохо? Эва пока не знала. Она решила не вмешиваться, ведь это все равно не имело смысл. Сюжет будет двигаться даже без участия третьесортного персонажа. К тому же Эва не знала, что будет, когда Риэль с Артуром сыграют свадьбу и наденут короны. Вернется ли она в свой мир или этот мир схлопнется, как страницы книги?
Эва не знала ничего наверняка, поэтому заняла выжидательную позицию. Даже после услышанного, она будет ждать и наблюдать.
Чаепитие леди Мелинды проходило спокойно. Девушки, что вполне закономерно для их возраста, обсуждали портних, драгоценные камни и мужчин. Они много говорили про рыцарей, которым после войны должны подарить титулы, и то, что у них не было невест. Эва супруга себе не искала, платьями не увлекалась, а все украшения ей подбирали графиня с Лукрецией. Да и ментально она была старше остальных на несколько лет точно. Свой пубертат Эва пережила давно и болезненно.
После чаепития все стали гулять по оранжерее и Эва осознала, что, по сути, все леди были знакомы друг с другом. Они собирались кучками, весело разговаривали, пока леди Мелинда ходила от одной компании к другой, не обделяя никого вниманием. Эва же чувствовала себя белой вороной, стоя рядом с персиковым деревом. К ней никто не подходил и разговор не заводил, лишь посматривали с подозрением.
Все же это все было весьма утомительным.
− Леди Эванжелина, − Мелинда старалась говорить тихо, однако ее звонкий голос все равно получался так, что невольно хотелось закрыть уши. Она встала рядом и улыбнулась. — Я очень рада, что вы смогли посетить мое чаепитие. Надеюсь, ваше здоровье восстановилось?
− Спасибо за беспокойство. Мне уже лучше, − вежливо ответила Эва, не желая доставлять проблемы графи с графиней.
Мелинда посмотрела на нее внимательно и долго, потом повернулась к персиковому дереву.
− Вы изменились, − сказала Мелинда, смотря на дерево. — Вы раньше всегда ели пирожные с заварным кремом и ненавидели фрукты в выпечке. Никогда не пили ромашковый чай, считая его кислым. Сегодня вы не притронулись к пирожным, спокойно выпили чай и даже не стали обсуждать драгоценные камни, хотя раньше не упускали возможность рассказать про то, чем занимается ваш отец. Вы много улыбались и смеялись, − на последних словах она повернулась. — Вы будто стали другим человеком, леди Эванжелина.
Не в бровь, а в глаз. Эва смотрела на молодую Мелинду, которая не боялась и говорила о своих наблюдениях, в то время как остальные лишь шептались за спиной или смотрели обеспокоенно. Она невольно улыбнулась. Это было достойно уважения. Хотя, чего можно ожидать от дочери герцога, которой многое прощалось просто за то, какая фамилия стояла за ее именем.
− Смерть никого не красит, леди Мелинда.
Глава 4. Первые трудности
Адалисия проводила время с Артуром — об этом говорили все, кому не лень. Рядом с именем второго принца Артура Эва ни разу не слышала другое имя, которое всегда парой шло с ним в романе. Про Риэль никто не говорил и это странно. Если верить сюжету, то к этому моменту аристократическое общество должно было кипеть от слухов, на Артура наседать королевская семья. Если она правильно помнила, то где-то через несколько дней после у второго принца произошел серьезный разговор с кронпринцем, который закончился ссорой и импульсивным побегом. Тогда Артур на своем коне приехал к озеру и случайно встретил Риэль, которая смывала с рук остатки крови.
В тот момент они поняли, что предназначены друг другу судьбой. Читая это, Эва плевалась и хотела бросить книгу, однако подруга говорила, что дальше будет интереснее.
Кажется, на прогулке у озера из застали, из-за чего по Иосу пошла вторая волна слухов. Адалисии это не понравилось, она обозлилась и встала на путь злодейки, которая всю книгу будет стоять на пути великой любви главных героев.
Ничего из этого пока не происходило.
Эва еще тогда не поняла странную мотивацию Адалисии, которая не скупилась на деньги и покупала дорогие яды, кинжалы и наемных убийц. Граф Варлос почему-то закрывал на это глаза, как и многие аристократы. Как многие читатели, которые принимали все на веру и не задавали закономерных вопросов. Эва тогда тоже не удивлялась. Сейчас же вопросов становилось все больше, ведь она узнавала аристократическое общество изнутри и по каким правилом то жило.
Среди аристократии тихо. Не шептались девушки о запретной любви между принцем и служанкой, не говорили о том, что между принцами пробежала кошка раздора. Не упоминали о пророчестве, которое говорило о скором появлении Святой и странной болезни короля. Скорее всего об этом никто не знал. не должна была знать и Эва, однако она когда-то читала «Первую любовь принца» и помнила все важные для сюжета события.
Странное затишье вызывало вопросы, но не волновало так, как должно было. Наверное, стоило тогда больше обращать внимание на детали, но Эве было не до этого. Она привыкала к аристократии, косым взглядам и двусмысленным речам.
Эва больше не имела права прятаться в поместье. Она не знала, сколько отведено ей времени и что случиться, когда роман закончиться, однако терять шанс не хотела. Форсировать события тоже не видела смысла, ведь там ее никто не ждал. Поэтому она усерднее училась, переступала через себя и посещала картинные выставки и чаепития. Радовались это, наверное, лишь граф с графиней. Скорее всего наивно полагали, что их любимая доченька возвращалась.
Они сильно ошибались. Наверняка Эванжелина давно успокоилась там, куда обычному человеку хода нет или пошла на второй круг жизни, переродившись где-то маленьким ребенком. Странно рассуждать об этом, но и то, что Эва находилась в мире романа, написанного человеком, которого она видела когда-то на экране ноутбука, не входило в рамки нормальности. Был ли вообще смысл ставить что-либо под сомнение, когда она ходила ногами по земле, смотрела на длинные пальцы и каждый раз кривилась, видя непослушные волосы, вместо своих светлых и коротких? Этот вопрос скорее риторический, потому что сама Эва не могла дать точный ответ.
К счастью, она начала потихоньку привыкать.
К тому, что здесь женщины не носили штаны, имели меньше свободы и до женитьбы принадлежали семье. Слышала, как молодые девушки говорили про предстоящую свадьбу, со страхом или предвкушением рассуждали, каким бы мог быть их будущий супруг. Это напоминало те немногие статьи и фильмы, которые Эва смотрела про Индию в прошлой жизни. Общалась с девушками, которым едва исполнилось двенадцать лет, и они уже были вдовами, потому что их супруги погибли на войне.
Страшно.
Эва по сей день опасалась, что граф придет и поставит ее перед фактом, отдаст незнакомому мужчине, под которого придется лечь. Которому нельзя будет перечить. Девушки этого мира отличались о нее и это утомляло. Эва многое не могла себе позволить. Она даже слова свои контролировала, чтобы не сказать что-то лишнее, гасила эмоции и порывы. Люди не поймут, если она вдруг начнет громко смеяться, запрокидывая голову, за шипением прятать ругательства и спокойно обсуждать дела, касающиеся лишь мужчин. Не поймут, если некогда спокойная и улыбчивая Эванжелина в приступе злости закричит, опрокинет чашечку из дорогого сервиза, а потом, остыв, придет с извинением.
− Сестренка Эва, − недовольно протянула Мари и подняла голову. Насупилась, выпятив нижнюю губу. — Ты перестала читать. Я тебе мешаю?
Голос Мари звонкий и вместе с тем обиженный. Эва посмотрела на свою руку, которая замерла, перебирая тонкие пряди, выбившиеся из прически. Улыбнулась, заметив выпяченную губу и слезы в больших глазах.
− Задумалась, − оправдываясь, сказала Эва и перехватила второй рукой книгу удобнее. Продолжила чтение с того места, на котором остановилась, опасаясь понапрасну отвлекаться.
Мари еще какое-то время смотрела с подозрением, но вскоре вновь обняла за пояс и положила голову на колени. Эва вновь не сдержала улыбку. Такая маленькая, непосредственная и теплая. Мари напоминала ей котенка, которого хотелось постоянно обнимать и тискать, о котором хотелось заботиться. Лишь с ней Эва немного опускала себя и улыбалась широко, смеялась и шутила, что обычно леди себе не позволяли. Знала, что Мари не расскажет ни про едкие шуточки, адресованные в адрес некоторых слуг, ни про сарказм, с которым Эва комментировала наряды аристократок. Если бы об этом узнала графиня с графом, то пришли бы в ужас.
Неловко вздрогнула от сильного порыва ветра, от которого зашелестела листва кустов и замолчала. Шум нарастал, будто кто-то приближался. Мурашки шли по коже от прохлады, в ушах свистело от ветра. Первая дождевая капля, упавшая на ее локоть, стала неожиданностью. Эва подняла голову и словила еще несколько капель, но уже губами и грудью.
− Мари…
Она не договорила, захлопнула книгу и взяла за руку удивленную Мари. Служанки вокруг засуетились, подняли неловко над ними платки, чтобы капли не попали на лицо и платья. Эва бежала, чувствуя ноющую боль в подвернутой ноге — бегать по земле в туфлях не лучшая идея.
Когда они скрылись под куполом беседки, начался ливень. Дождь стоял стеной, отлетал мелкой росой к ним и оставался неприглядными лужами на земле. Эва прижимала к себе дрожащую от холода Мари и с удивлением, аккуратно выглядывала. На небе не было ни облака, когда они выходили в сад.
− Госпожа, укройтесь пожалуйста, иначе заболеете.
Промокшая Лукреция протянула им два теплых, сухих пледа и поставила корзинку на пол. Значит, она добежала до поместья, откуда принесла им немного еды и пледы, чтобы они согрелись. Эва слабо улыбнулась, тихо поблагодарив ее.
− К сожалению, мы не сможем выйти отсюда, пока не прекратиться дождь, − опечалено сказала вторая служанка и помогла Мари укрыться. — Дождь слишком сильный и вы не дойдете благополучно. Скоро он должен немного утихнуть.
Вторая служанка говорила с сомнением и косилась в сторону воды, которая стекала с крыши беседки. Эва ее понимала. Обычно такой дождь заканчивался быстро, но оставлял после себя поломанные ветки и лужи. Они благополучно не доберутся до поместья, испортят туфли, непригодные для такой погоды и обязательно испачкают подолы. Если же пойдут сейчас, то наживут еще больше проблем. Ведь Лукреция в руках держала сломанный зонт.
− Сестренка, − прохныкала Мари, прижимаясь к Эве.
Эва посмотрела на нее, заметила слезы, скатившиеся по щекам и села на один из стульев. Взяла Мари под руки и усадила к себе на колени, радуясь, что от жесткий подъюбник в поместье не носила.
− Все будет хорошо, не бойся.
Успокаивающе поглаживая Мари по спине, Эва смотрела на дождь, который не собирался успокаиваться и не понимала. Раньше такого не было. Обычно перед дождем поднимался ветер и становилось темнее. Уже с утра по небу гуляли пушистые облака, наливающиеся свинцом. Сегодня же все произошло резко, словно кто-то нажал на кнопку. Это было странным, но не более.
Через час дождь утих, еще через некоторое время и вовсе прекратился. Эва с Мари и служанками быстро вернулись в поместье, где перепуганная графиня сразу осмотрела их, а Клод сказал, что ванные уже готовы. Отправив Лукрецию отогреваться, Эва сидела в глубокой ванне с лепестками роз и смотрела в окно — чистое небо, солнце светило и ничего не напоминало о дожде.
Опасаясь, что Эва заболеет, граф с графиней и слуги окружили ее заботой и вниманием. Они давали только здоровую пищу, теплый чай с медом и имбирем. Не выпускали из комнаты, семейный доктор поселился в одной из соседних комнат и приходил к ней раза три. Эва сначала не понимала, чего они так всполошились, потом же Клод обронил, что ей стоит беречь себя. Тогда она вспомнила, при каких обстоятельствах оказалась в этом мире и больше ничего не спрашивала.
После лихорадки граф с графиней потеряли дочь.
Спустя неделю Эва вышла из комнаты. за ней все еще присматривали, раз в неделю приезжал доктор, однако граф с графиней не наседали, а Клод отправился в королевский дворец. Как потом поняла Эва, они готовились к награждению.
Поделиться книгой: