- Вы разбиваете мое сердце. Мне просто жаль вас.

- Конечно, я в любой момент могу пойти в ресторан. Теперь, если вы согласитесь присоединиться ко мне, мы могли бы восстановить наш прерванный роман.

Кассирша слушала эти слова с неподдельным интересом и не скрывала этого. Барт отвел Мэри в сторону.

- Я действительно имею такое намерение, - сказал он серьезно. - Я хочу видеть вас снова, Мэри.

- Но мне нужно вернуться домой, Барт. Я должна позаботиться об обеде для дяди Вернона. Софи вчера ушла от меня... - Она встретилась с его взглядом. - Слушайте, почему бы вам не поехать со мной? Я могу сделать обед на трех человек.

- У вас постоялец? - Он усмехнулся.

Если прекрасный день можно превратить в еще более прекрасный, именно это и имело место. Настроение Мэри было беззаботным и веселым, когда они ехали в направлении Марлейбоуна.

- Я не могу поверить в то, что она действительно решила уйти, возобновила Мэри тему о Софи. - Я знаю, что она не может отсутствовать бесконечно.

- Речь идет о собственной гордости, как я могу догадываться. Однако имя Софи у меня ассоциируется с мягкостью, доброжелательностью, поэтому я уверен, что она в конце концов вернется и будет все хорошо.

- Я надеюсь на это, - сказала Мэри, почувствовав вдруг веру в то, что с этого момента дела у нее пойдут намного лучше.

Машина приближалась к месту резкого поворота на Марлейбоун-роуд, которое всегда вызывало у Мэри непонятный испуг, поэтому ее нога автоматически коснулась педали тормоза еще до того, как она увидела дорожный знак, требующий от водителей повышенного внимания. Еще через несколько мгновений впереди появился другой знак: "ДО МАРЛЕЙБОУНА 3 МИЛИ".

- Я ненавижу этот поворот, - произнесла Мэри. - Этот отвесный обрыв на другой стороне дороги; они действительно что-то должны сделать, чтобы обезопасить этот участок шоссе.

- Просто-напросто снизить скорость, - сказал Барт.

Она сбросила газ, и машина пошла медленнее. Неясные очертания знака быстро увеличивались в размере и становились более отчетливо различимыми.

Мэри вдруг начала ощущать странную обеспокоенность, а ее руки мгновенно стали влажными.

- Кто-то стоит на шоссе, - прошептала она невнятно.

- Что?

- Перед самым указателем...

Машинально ее нога вместо тормоза надавила на педаль акселератора, и машина резко набрала скорость.

- Эй, потише, потише, - предупредил Барт.

Теперь она видела его совсем отчетливо. Он медленно передвигался к середине шоссе, совершенно игнорируя мчащиеся на него машины. На нем было серое твидовое пальто и шляпа, а из-под пальто выступали несуразно короткие ноги в пижамных брюках; солнечный свет превратил стекла его очков в два ярко светящихся пятна. Руки были подняты до уровня головы, словно он делал ей знак остановиться. Затем она увидела его лицо, и оно было настолько ужасным, что она не могла удержать взгляд; ее руки бросили руль, и она закрыла ими глаза, закричав от страха так сильно, что, казалось, ее крик забил шум работавшего на максимальных оборотах двигателя и пронзительный визг колес, которые, не слушаясь руля, безумно скользили по шоссе, крутили машину в разные стороны и несли ее к самому обрыву, обозначавшему начало зоны небытия...

Мэри все еще продолжала рыдать в истерике, Барт поддерживал ее голову, прижавшись своей щекой к ее щеке.

- Боже мой, - произнесла Мэри. - Ведь я могла убить нас обоих...

- Теперь все в порядке, все неприятности позади. Это было довольно острое ощущение, Мэри. Что это такое вы увидели на шоссе?

- Человек! Разве вы не заметили его? Барт покачал головой.

- Он вышел на проезжую часть, Барт. Прямо перед указателем. Он был в пальто, и, я знаю, это покажется глупым, под пальто была пижама. Мы почти наехали на него.

- Мэри, на шоссе никого не было. Она пристально смотрела на Барта.

- Но я видела его, - прошептала Мэри. - Я видела его совершенно отчетливо!

- О'кей, итак, вы что-то увидели. Но вы же не попытались объехать его, Мэри. Вы просто бросили руль.

- Его лицо, - простонала она. - Я едва могла смотреть на него, Барт. Я должна была спрятать свои глаза, должна!

- А что особенного в этом лице?

- Я даже не знаю. На нем были очки, и я не могла видеть глаз. Кроме того, на стеклах играли солнечные зайчики...

- Мэри, вы должны верить мне. На дороге не было никакого человека. Это галлюцинация.

- О нет. Вы думаете, что я сошла с ума, Барт?

- Конечно, нет. Просто каждый из нас в то или иное время может заметить что-то страшное. Поскольку сегодня очень яркое солнце, возможно, это была всего лишь тень от чего-то.

- Это была не тень, - дрожащим голосом промолвила Мэри. - Я видела его, Барт, действительно видела. Барт взялся за ручку дверцы.

- Хорошо. Давайте поменяемся местами.

-Что?

- Теперь я поведу машину. Только я не хочу ехать к вашему дому, Мэри. Пока. Я поверну машину, и мы снова проедем весь путь.

- Зачем?

- Мы еще раз минем этот крутой поворот, - ответил Барт. - Я хочу, чтобы вы посмотрели на то место опять и убедились, что там никого нет. Возможно, что этот эксперимент ничего не докажет, но я хочу тем не менее попытаться.

- Мы действительно должны это сделать?

- Да, должны.

Они молча поехали в сторону Монткалма. Около мили на юг от указателя Барт съехал на боковую дорогу и развернулся в обратном направлении. Примерно через три-четыре минуты они были на расстоянии, когда отчетливо различались буквы на указателе. Мэри прочитала про себя: "ДО МАРЛЕЙБОУНА 3 МИЛИ".

В этот момент человек, одетый в твидовое пальто, вышел прямо на полосу их движения; панталоны его пижамы немного колыхались от слабого ветра, а стекла очков отражали солнечный свет. Однако Барт не затормозил машину даже в тот момент, когда фигура взмахнула руками. И даже когда его мертвенно-бледное лицо возникло перед лобовым стеклом с таким выражением, что Мэри стремительно закрыла лицо руками и в ужасе закричала.

Она почувствовала, что кто-то качает ее в мягкой колыбели и что-то теплое касалось ее спины.

- Ну-ну, все хорошо, - услышала она голос Барта. - Проглотите, пожалуйста, это.

Она взяла таблетку и положила на язык. Затем она проглотила ее с водой, предложенной Бартом. Глотки были настолько судорожными и частыми, что она закашлялась.

Мэри поняла, что сидит на диванчике в кабинете доктора Хазелтона, а тепло возле ее шеи и спины исходит от поддерживающей ее руки Барта.

- Я потеряла сознание? - прошептала Мэри.

- Это была, конечно, глупая идея - этот эксперимент, - сказал Барт. - Но я должен был выяснить, Мэри.

- Выяснить что? Что я сошла с ума? Вы не видели ничего такого на дороге и на этот раз, не так ли?

- Нет, не видел.

- А я видела. Я видела его опять, Барт, этого же самого человека. Твидовое пальто, шляпа, пижама и... устрашающее лицо.

- А что было, собственно говоря, устрашающего в нем?

- Я не знаю.

- Ну и ну, - сказал он, слабо улыбаясь. - Когда у вас галлюцинации, вы становитесь еще красивее.

Он встал, прошелся по комнате и, не глядя на нее, произнес серьезно:

- Послушайте, Мэри. Необходимо откровенно обсудить это ваше состояние. Мы однажды говорили о возможности проконсультироваться с другого рода специалистами...

- Я была у специалиста этого рода, Барт.

- Что? - спросил он.

- Я... я не хотела вам раньше говорить об этом. Я посещала несколько раз одного человека в Бостоне, доктора Дадли. Он специалист в области гипнотерапии.

Барт медленно приблизился к ней.

- Вы подвергались сеансам гипноза?

- Да.

- Это помогло? Он вводил вас в транс?

- Да, очень легко. Я сразу же стала спать лучше. - Она замолчала ненадолго. - Думаете, что между этими фактами есть какая-то связь? Вы же мне сами однажды сказали, что гипноз может делать чудеса.

- Нет, - сказал он решительно. - Ничего, что напоминало бы случившееся. Как вы назвали его?

- Доктор Герберт Дадли. Он был бесподобен, Барт, правда.

- Какой его адрес?

Мэри сообщила ему, обеспокоенная выражением его лица.

- Что вы думаете?

- Я ничего не думаю. Я не такой большой специалист в этом вопросе, но я никогда не слышал, чтобы была подобного рода реакция на гипноз. Советую вам на время позабыть обо всем этом и успокоиться. Я скоро вернусь.

Он вышел, а Мэри откинулась назад и закрыла глаза. Мгновение спустя Барт стоял, склонившись над ней, и звал ее по имени. Только это было вовсе не мгновение; судя по изменению света за окном, она поняла, что времени прошло много. А по интонации его голоса и его внешнего вида она догадалась, что Барт узнал какие-то важные новости.

- Что случилось? - спросила, садясь, она.

- Я проверял этого вашего терапевта, Мэри. Просмотрел все справочники, но его не существует.

- Не может этого быть. Я же была в его офисе.

- Я позвонил в офис, но никто не отвечал. Тогда я позвонил управляющему здания. Он слышал имя Дадли, это действительно так. Но Дадли снял обычное жилое помещение с мебелью всего на неделю. Он въехал примерно третьего июля, что совпадает с началом вашего "лечения". Вчера вечером он освободил помещение, Мэри.

- Что это значит, Барт?

- Это значит, что он жулик и шарлатан...

- Но это неправда! Человек помог мне.

- Возможно, что он и помог вам гипнозом, но от этого он не стал доктором. Не каждый гипнотизер имеет сертификат врача.

- Я уверена, что дядя Верной не предполагал... Барт подошел к окну.

- Этого Дадли рекомендовал ваш дядя, не правда ли?

- Да. - Она поднялась и приблизилась к Барту так, чтобы видеть его лицо. - Скажите, что вы скрываете от меня? Пожалуйста.

- Хорошо. Я скажу. На шоссе произошло нечто невероятное, Мэри. Возможно, то, что могло стоить вам жизни. Она прильнула к нему.

- Вам внушили увидеть то, что вы в конечном счете и видели, продолжил Барт. - Это не была обычная галлюцинация. Что-то заставило вас увидеть эту фигуру на шоссе именно в этом месте, с тем чтобы вы, не желая иметь перед собой это отвратительное лицо, закрыли руками глаза. Такой вид галлюцинированной реакции встречается очень редко, Мэри, но он возможен.

- Вы имеете в виду, что он приказал мне увидеть это? Доктор Дадли?

- Да, - решительно ответил Барт. - Можно сказать, что в вас ввели послегипнотическое внушение. Очень вероятно, что если вы снова приблизитесь к этому дорожному знаку, опять увидите эту фигуру.

- Но почему? - запричитала она. - Я не знаю этого человека!

- Правильно, вы не знаете. Но он знает вас, Мэри. Или что-то, связанное с вами. Что-то, из чего следует выгодность вашей смерти.

- Моей смерти?

- Мэри, это была самая настоящая попытка вашего убийства. Вы должны понять это. Вас просто бы нашли на дне обрыва, и никто бы не мог предположить ничего другого, кроме обычного дорожного происшествия.

- Нет, - сказала она, покачивая головой. - То, что вы говорите, Барт, не соответствует действительности. Этого просто не может быть.

- Нет, это так. И мне тяжело говорить вам об этом. Даже одна мысль заставляет закипать мою кровь. Свою собственную племянницу...

- Нет, только не дядя Верной, Барт! Если бы вы знали его...

- Он устроил вам настоящий маскарад, Мэри. Это его профессия. Он появился здесь, в Марлейбоуне, с единственной целью - заполучить деньги вашего отца. Но он встретил вас на своем пути...

- Вы ошибаетесь! - вскрикнула она, отступая от него.

- Разве вы не видите, как он все это задумал? Даже эта ваша бессонница выглядит неестественной. Скорее всего, он добавлял кофеин в вашу пищу, чтобы вы почувствовали необходимость показаться врачам.

Он взял ее руку.