Помоги проекту - поделись книгой:
Греется в лучах чужая слава,
Все слепые шествуют в канаву,
Невзначай находится управа
После долгих поисков в стогу.
Во дворе нам травки иль отравы,
Мне налево – ты навеки правый.
Кто казнён – у палача в долгу.
Псов прогнать с крыльца и гнать пургу
Про крыльцо златое и барана
У ворот, про немца из тумана,
Соль на ранах – всё идёт по плану -
Про яйцо со сломанной иглой,
Что в стогу потеряна охраной.
Зайцы травку косят на поляне
И кричат "осанна!" иль "долой!" -
Небо кроет матом всех и мглой.
В контр страйке всем достались роли,
И раскручен бренд о божьей воле.
Кто-то о чужом спасенье молит,
А могила прячется в снегу.
И соломка не спасает боле.
Сатана сбирает души в поле,
Я свою роняю на бегу…
Всё – о травке больше ни гугу.
Небо и хлеб
Жить ради неба или ради хлеба -
Храм возводить иль укреплять овин?
А впрочем, уж пора усвоить мне бы -
На сей вопрос ответ всегда один.
Насущный хлеб и небосклон в созвездьях,
Стабильный прок, безумных грёз поток,
Судьбы повестка, плата и возмездье -
Всё улеглось в исчёрканный листок.
В нём, только в нём искать мне пропитанье,
Ловя меж строк свет канувших миров,
Он то с лихвой воздаст за упованья,
То пустотой обдаст, зело суров.
И знал бы кто, как хлеб тот скудный горек,
Замешан на чернилах и тоске,
Затворнице зарвавшихся риторик,
Где небо помещается в руке.
Всего страшней, что белая бумага -
Экран, присяга, скатерть, простыня,
Тень савана, порыв крыла иль флага -
Продукт лишь целлюлозы без меня.
Блуждающему в собственных отсеках,
Как осознать бессильному уму,
Что мне, незримой фаворитке века,
Придётся зреть и есть себя саму.
Ристалищем времён я перед всеми -
Где плуг прошёл, там шарит телескоп.
Царит в душе тюремная богема -
Забитый сноб, изнеженный холоп.
Дорогой в склеп, бессмертью на потребу
Мне выпал жребий – сказочно нелеп! -
В хлебах взрастить своё седьмое небо,
На небе сжать свой самый сладкий хлеб.
Господин
Я не плакала очень давно,
Позабыла отдушину слёз.
Но взамен мне открытье дано -
Знать, кто слёзы с собою унёс.
Кто собрал их слепящую ткань
И прибавил к поборам иным,
Обесцветил прошедшего ткань
И развеял фантазии в дым.
Время, жадный лихой господин
С неизменною плёткой в руках,
В рабстве я у тебя до седин -
Я песок твой, и глина, и прах.
Твой мгновенный и вечный сосуд,
Плод, обитель и жертва огня -
Ты вершишь беззаконье и суд,
И спасаешь, и губишь меня.
Я бессмертья единая плоть,
Непреложность юдоли людской.
Меня в бренность оправил господь,
Чтоб ценить научилась покой,
Чтобы сделала выбор сама,
Чтобы всё начинала с нуля,
Чтоб сходила с пути и с ума
О покое и воле моля.
Время, время, огромный манеж,
Поделиться книгой: