Они сердца себе найдут,
Отыщут умные слова
Материки и острова.
Скажи, да разве ты готов
Остаться здесь совсем без слов?
Без слов – не лев ты и не прав,
Без слов – ты просто пуст как шкаф.
Твой ум сухой найдут в шкафу
И занесут тебя в графу.
Но, размножаясь словно моль,
Слова свою сыграют роль.
***
Очаровательная пустота;
Душа пуста, а значит и чиста,
С неё упала ноша хоть на время,
Она готова превратиться в семя
И, в землю пав, готова дать плода;
Потребны только воздух и вода.
Звёзды
Звёзд количество такое,
Что хоть смейся, хоть кричи.
Как настойка на покое,
Сходят в голову лучи.
Жизнь, при всех несовершенствах,
Несравненно хороша.
Бесконечное блаженство
Струйкой льётся из Ковша.
В чёрном омуте, согретом
Из далёких середин,
Я дышу, питаясь светом
Галактических глубин.
Дочери
Это тёмная доля поэта:
Я всегда то ли здесь, то ли где-то.
Это синие ночи без сна,
Это лучшая в мире весна.
Это вечная дума про дочь,
Это вечная синяя ночь.
Облака в первозданном полёте.
Я живу, мы живём, вы живёте.
Я живу на зелёной земле,
Я лечу у весны на крыле.
И когда пролетаю над домом,
Улыбаясь, киваю знакомым.
Карпы
Вот, как в коричневом бальзаме,
Я пребываю в пряном сне,
И карпы с красными глазами
Из прошлой жизни снятся мне.
Москва – орех, и на кварталы
Её поделено ядро,
В ней, сотрясая пьедесталы,
Жужжит подспудное метро.
И в каждой лунке, в каждой ямке,
В подземной полости, в щели -
Невинных спрятаны останки
И затаённые рубли.
И я, простой любитель кладов,
Брожу среди гранитных глыб
И созерцаю дивных гадов,
И наблюдаю хищных рыб.
А за стеклянными дверями,
Где белый кафель и уют,
Украшенные волдырями,
Чумные чудища живут.
Но – чу! в пространстве наважденье,
Волной идёт какой-то гул -
Как будто от водоснабженья
Сантехник вентиль отвернул.
И вот доходит мне до паха
Уже безумия поток,
И горлом, высохшим от страха,
Я жадный делаю глоток
И сразу в тёмное забвенье
Впадаю, как в нечистый пруд…
Но через час или мгновенье -
И сам я здесь и жабры тут.