Закат Ра

— Сейчас ты рассказал мне о них и… Я боюсь, что как раз с парнями порядок, а вот с тобой что-то не то. Что-то происходит. Ведь на них сон подействовал. Даже на Крайтера! А вот на тебя… Твоя бессонница. Она как жар у больного. Но не сама болезнь, понимаешь? Ты замкнут больше обычного и замыкаешься все плотней. Я же вижу. И… Ничего не могу с этим поделать.

— Диз. Я постоянно думаю. И днем, и ночью, когда вы спите. Днем я думаю как и все вы, а вот ночью… Я словно остаюсь один. Совсем один. И мои мысли больше не связаны с вами. Даже мне они принадлежат отчасти. Они возвращают меня на Вербарию к Айро. Припоминается всякая мелочь, каждая деталь из прошлого предстает как наяву. И я думаю о том, как все исправить. Беспомощность вот что меня злит ночами. Мое бессилие. Если бы я был как Крайтер…

— Крайтер несчастен. Он страдает от того, что больше никогда не сможет стать по-настоящему близким с Разиель. Он ведь больше не… Человек. Он об этом знает. Об этом все знают. Но он держится. Старается быть как все.

— Этого я и не понимаю. Зачем? Ведь он мог бы быть полезнее, будь он самим собой.

Диз пошевелила плечами, мягко высвобождаясь из его объятий, потом взяла его за руку и они, не спеша, пошли в сторону купола.

— Ты ведешь себя так же. Пытаешься уйти от себя, но… Если он делает это специально, то ты — подсознательно. Вы не хотите страданий тем, кого любите.

— Но я все рано не пойму…

— Поймешь. Когда-нибудь.

Правду о Крайтере знали все. И как не знать, если именно он снес купол на новую землю. По этому поводу Древние однажды сказали, что Крайтер несоизмеримо отдалился от природной сущности, став больше Первым, чем вербарианцем. Уже на Земле, когда он выбрался из сферы купола, все убедились, что старина Крайтер ничуть не изменился. Он отринул силу, стал как все, но… Помимо космической мощи, он получил бессмертие. И от этого «дара» просто так отделаться не получалось.

Сейвен же не мог понять, зачем чураться силы, могущей всем помочь, и помочь очень, очень существенно. Отречение Крайтера негласно поддерживал весь купол и только он один, бродивший ночами по краю безумия, почему-то не мог понять. Когда же он озвучивал свои, казалось, неоспоримые доводы, то в ответ слышал лишь снисхождение.

Они вошли под свод купола и как будто вернулись на Вербарию. Знакомая с детства обстановка, знакомая растительность, знакомые люди… Меж собой переселенцы купол так и называли — Вербария. И были не далеки от истины.

Гомон дня остался за дверью светлого лазарета. Мерное жужжание лам, потрескивание какого-то прибора — вот все, что напрягало тишину. Оглушенная троица лежала на койках и не шевелилась. У одного из многочисленных предметных столов поблескивал объективами Енисей.

— Они зпят, — обернулся он к вошедшим. Психобот еще в космосе смастерил репродуктор, так, что теперь мог разговаривать. Пусть и с лязгом. — Зпят как дзети.

— Их можно разбудить? — Диз склонилась над лицом Крайтера.

— Нзет. Их зон, результат микроволновой кантузии. Они зкоро зами прознутзя.

Сейвен тоже навис над Крайтером и бесцеремонно пощелкал пальцами у него под ухом. Тот в ответ скривился, причмокнул губами, но глаза не открыл. Диз укоризненно глянула на Сейвена, качнула головой и выпрямилась.

— Ну, если так, то делать нам тут нечего. Пойдем, перекусим чего?

— Да, сейчас, — Сейвен вытряхнул содержимое кармана на лист бумаги и передал его Енисею. — Вот. Проанализируй, как время будет. Это с места где стояли эти… В общем — те.

Психобот принял сверток, чувствительным щупальцем достал одну иголку и приблизил ее к своему главному объективу.

— Лизтик голоземянного, ззз. Микрозкоп нузжен, реагенты. Я в лабораторию.

И он в развалку направился к выходу.

* * *

Зеленые водоросли стали их основным рационом. «Как иронично. Растительность, от которой вычищали межстенную прослойку, теперь наш основной корм».

— Корм… — Сейвен намотал на вилку буро-зеленый сгусток, вздохнул и отправил его в рот. Вкусом эта еда напоминала вареную тряпку.

— Больше все равно ничего нет, так что не привередничай.

— Буду. До тех пор пока вы меня не услышите.

— Что?

— Да так, ничего.

— Ты ведь о Крайтере опять?

Он сделал вид, что не услышал. «Зачем спрашивать, когда и так ясно?»

Диз отложила вилку и отерла губы салфеткой.

— Мы обязаны оставить его в покое хотя бы за то, что он вытащил нас всех. Забудь эту тему, прошу. Мы должны как-то обходиться без Крайтреа, без его сверхпомощи. Уверена, он отказался от нее не просто так.

Выслушивая Диз, Сейвен кивал, якобы соглашаясь, но вдруг спросил:

— А если те вернутся с намерениями? Крайтер будет запалом от них отмахиваться?

Глаза Диз раздраженно вспыхнули, и она забарабанила пальцами по столешнице.

— Не будем загадывать.

— Значит, ты допускаешь, что Крайтер может вернуться к себе? Ввиду нападения? А ввиду голодной смерти — нет? Пойми же ты, на этой ерунде мы долго не протянем. Мы уже истощены как…

Вдруг раздался характерный щелчок: наверху включили интерком.

— Сейвен здесь? — голос принадлежал Олафу. — Если вернулся, прошу подняться к нам наверх. Да, и всем вербарианцам: вы, наверняка, уже слышали о происшествии в лесу. Просьба, не выдумывать лишнего, а просто сохранять бдительность. Как выясним подробности, известим всех. Спасибо!

— Ну вот, сейчас я и поговорю с начальством, — Сейвен решительно выбрался из-за стола. — Самое время поднять эту тему.

— Подожди. Вместе пойдем.

В кабинете протектора оказался не только Олаф, но еще Дейт Сауро и Дарен. Они сгрудились над столом, а точнее — над картой Земли, расстеленной перед ними. Вошедшая пара отвлекла их внимание.

— О, как вы быстро, — расплылся в приветливой улыбке Олаф. — Располагайтесь!

И они расселась по удобным креслам друг напротив друга.

— Рассказывай, кого вы там встретили в лесу?

Сейвен терпеливо пересказал случившееся и приготовился отвечать на вопросы. Но вопросов, к удивлению, не последовало. Общественность склонила головы и терла лбы. Через минуту или две, Дейт, наконец, сорвал молчание:

— Теперь осталось дождаться, пока проснуться другие. Может они что-то смогут добавить к твоему повествованию.

— Мы видели местный умников, — вступила в разговор Диз. — Эти же по описанию совсем другие. И внешне и внутренне.

— А не могло на Земле появиться два разума? — предположил Дарен.

— Если допустить это, то внешне они должны были походить на нас или на тех, кого мы видели там, в горах, — проговорил Дейт. — Так утверждает Енисей. А он… Он в физиологических адаптациях лучше разбирается. Притом… Мне помнится, как Древние говорили, что на планете зарождается только один разум. Или зарождается только один, или они только один оставляют. Точно не скажу уже.

— Если они не отсюда… — Дарен потер лицо, и устало выдохнул. — Откуда тогда?

— Мне показалось, — медленно заговорил Сейвен, — что они используют энергию биоэфира не так как Диз или Разиель, а, скорее, как Крайтер. Так же быстро и легко. Может, эти создания подобны ему? Вступили в контакт с манипулятором, преобразились и теперь защищают своих.

— Вряд ли, — Олаф скрестил на груди руки и задумчиво уставился в потолок. — В солнечной системе Первый только один и его манипулятор у Крайтера. А раз так, эти товарищи что-то другое. Совсем другое.

— А может, они галлюцинация? — Дарен с усмешкой посмотрел на Сейвена. — И на деле нет никаких пришельцев?

— Нужны показания остальных, — повторился Дейт. — Тогда мы увидим картину целостнее. Вдруг и вправду что-то ускользнуло от взгляда.

В дверь постучали, и в кабинет вошла Лейла.

— Ребята проснулись. И они говорят что-то не то. Ммм не то, о чем говорит Сейвен.

— Как? — не понял Олаф. — В смысле, не то?

— Лучше спуститесь и выслушайте сами.

Через несколько минут вся компания спустилась в лазарет. Очнувшиеся товарищи сидели на своих кушетках в белых хламидах, а Енисей ходил от одного к другому и что-то капал им на языки. После каждой порции пациенты кривились и невкусно причмокивали.

— Ну вот и взе, — Енисей ловко закрутил колпачок и отправил его в технологический кармашек. — Монзжеры, головы не крузжатся? Диз-зориентзации нет? Аппетит-з? Нет? Отлично!

Он обернулся к вошедшим:

— Теперь они вазсжи. А з ними полный порядок.

— Что с вами произошло? — без раскачки метнул главный вопрос Дейт. — Крайтер?

— Ну, шли мы через лесок, искали чего съестного. До этого неплохо так размялись с Сейвеном на полянке. Хе-х… Ну вот. Только начали углубляться в чащу, даже не успели покинуть обхоженную зону, как на нас налетела рогатая бестия. Я видел его мельком… Крупный, очень крупный! Но не хищник. Не знаю. Возможно, мы вторглись на его территорию. Помню здоровые ветвистые рога, мощный лоб, коричневая с белым шерсть… Последнее что помню — удар и яркую вспышку. Дальше я очнулся здесь и Енисей угостил меня какой-то блевотой. А потом Дейт Сауро задал мне вопрос. И я ответил.

— Я видел зверя издали… — Моргот нахмурился, усиленно припоминая случившееся. — Видел отчетливо. Могу описать. Но я не заметил, как он приблизился и атаковал. Он очень быстрый. Таких молниеносных животных мы здесь еще не встречали. Он может быть опасен.

— А меня так и не ранило даже, — Зак похлопал себя по груди для вящей убедительности. — Повезло, наверно. Сейвен, а ты почему не с нами? На дерево запрыгнуть успел?

— Вот так-так… — крякнул Дейт и обернулся к Сейвену. — Слыхал? Как тебе такие пришельцы?

Сейвен почувствовал, как общее внимание сосредоточилось на нем. От недоверчивых взглядов кровь застыла, по спине побежали колючие мурашки, а волосы на затылке приподнялись. «Что это? Почему они ничего не помнят?!»

— Какие пришельцы? — удивленно вытаращился Зак. — Мы что ли?

— Да вы-то как раз и нет, — Дарен многозначительно покосился на Сейвена.

— Так, отставить умничать, — сурово приземлил его Олаф и обратился к больничной компании. — Вы, значит, лежите пока тут. Вас еще Лейла осмотрит и они с Енисеем официальное заключение составят. А мы удалимся кое-что обсудить.

— Эй, я в порядке, — запротестовал было Крайтре, но его резко оборвал Дейт.

— Спокойно! Спокойно… Как только вас осмотрит Лейла, можете одеваться и идти по своим делам. Но не прежде. Сейвен?

* * *

Они вернулись в кабинет протектора, где Сейвен и так всегда чувствовал себя, как не в своей тарелке, а сейчас же, когда его окружили недоверчивые взгляды, оставаться в кабинете и вовсе было мучением. Одна только Диз не душила его взглядом. Она молча смотрела в сторону и, казалось, что-то обдумывала.

— Я считаю, что Сейвена тоже надо обследовать, — равнодушно высказался Дарен. — От бессонницы у него в мозгу что-то свихнулось.

— Ну, это ты перегибаешь, — примирительно возразил Дейт. — Да, Сейвен у нас со странностями… Хм. В хорошем смысле слова, но чтобы так. Это вряд ли.

— Тем не менее, — вступил Олаф. — Чтобы исключить толки, Сейвену не мешало бы пройти обследование на вменяемость. Ты не против?

Сейвен пожал плечами. «Делайте что хотите. Я знаю, что я видел. А верить или нет — ваше дело».

— Сейвен единственный запомнил то, что случилось на самом деле, — вдруг твердо проговорила Диз. — Судите сами: если бы пришельцы имели возможность или желание уничтожить наших, то сделали бы это сразу. Но они предпочли скрыться. И не просто скрыться, а запутать воспоминания всем, кто их видел. Нет ничего сверхъестественного в том, что на отряд мог напасть зверь. Воспоминания об этом как нельзя лучше объяснят инцидент. Если у них злые намерения, то это дает им преимущество — они знают о нас, а мы о них нет. Но, если они думают, что мы не подозреваем об их существовании, в то время, как нам все известно — выигрываем мы. Сейвен, благодаря своей бессоннице, устоял и все запомнил, так что он — наше преимущество.

«Вот так-так». Сейвен невольно улыбнулся. Сейчас рассудительные слова в его поддержку пришлись как нельзя кстати. И тем приятнее было слышать их от Диз.

— Резонно, — развел руками Дарен. — Если все действительно так, то нам надо действовать и как можно скорее.

— А если конкретней? — уточнил Дейт. — У тебя есть предложения?

— Самое первое — возобновить ночные караулы. Меньше выходить их купола, а если и выходить, то под вооруженной охраной и группами по десять человек или больше.

— Это все для защиты. Есть идеи, как найти этих пришельцев? Как узнать о них больше? Сколько их, где их база, насколько серьезно они вооружены… Какие намерения у них в конце концов.

Собрание замолчало, а Сейвен все не мог понять, как до них не дойдет, что решение всего одно и оно до боли очевидно!

— Крайтер. Больше никто не сможет этого сделать.

Они как будто не желали его слышать. Даже в сторону его не смотрели. Сейвена вдруг кольнуло подозрение, а не сон ли это? Уж больно все статично выглядело, как вдруг:

— Да, пожалуй, Сейвен прав. — Дейт обвел всех печальным взглядом. — Как не горестно признавать, но… Это единственный выход.

Tat 6

«Горестно им». Сейвен покинул допрос крайне раздраженным. Не угодило даже то, что остальным досталось принять его точку зрения. «Но как! Того и гляди слезы хлынули бы в три ручья». Он спустился в одиночестве и, не дожидаясь пока створки лифта расступятся пошире, протиснулся в проем и размашисто зашагал в лазарет. «Сейчас выясним, кто тут с катушек слетает».

Палата была пуста. Ослепительно-белую тишину нарушало потрескивание ультрафиолетовой лампы под потолком, да жужжание оставленного на столе вентилятора. Сперва Сейвен растерялся, не обнаружив товарищей на месте, но потом удовлетворенно хмыкнул, представив, каким допросам они бы его подвергли.

— Енисей? — тихо позвал он, впрочем, не ожидая услышать ответа.

— Д-за.

Сейвен обернулся. Лязг донесся из громкоговорителя над входом.

— Меня пригнали на проверку. Начальники сомневаются в моей адекватности.

— Бззт. Дзато я нетз. Сейвен, я зейчасс дзанят. В колючках обнарузжил кое-что интерезззное. Лейла подойдзет?

— Вполне.

— Тогда подзожди.