Тайна старинного грота

Она попробовала некоторые окна, но они были плотно закрыты. Майк попытался открыть дверь в стене башни, но та была заперта изнутри.

Джек нашёл старую сломанную лестницу, лежащую на земле. Она едва доставала до маленького окна.

– Думаю, окно можно открыть. – Джек прислонил лестницу к стене. – Подержи её, Майк. Эх, ступеньки трухлявые…

Майк держал лестницу, и Джек стал осторожно подниматься по ней.

Одна из ступеней сломалась, когда он наступил на неё, и Джек чуть не упал. Лестница опасно качалась, но Майк крепко держал её.

Джек поднялся на подоконник и попытался открыть окно.

– Тут засов сломан! – сообщил он. – Окно открыть можно, но придётся попотеть. Створка разбухла от дождей! Да её ещё и перекосило…

– А ты её поднимай! – посоветовал Майк. – И расшатывай. Вот так: дернул, подцепил, дернул, приподнял. Нора, помоги держать лестницу. Джек так трясёт окно, что лестница шатается! Он мне сейчас на голову упадёт!

Сверху раздался жалобный скрип створки. Лестница снова качнулась.

– Открылось! – воскликнул Джек. – Расшатал всё-таки.

Он залез в дом через окно.

– А как же мы поднимемся по лестнице? – Нора заметно волновалась.

– Лестницу не трогай, – предупредил Джек, высунувшись из окна. – Эта рухлядь уже разваливается. Я спущусь и открою дверь.

– Правильно, – согласился Майк и положил лестницу на землю, как было.

Джек исчез. Они услышали, как он сбегает вниз по винтовой лестнице внутри башни. Затем – как он отодвигает засов и поворачивает ржавый ключ. Джек тянул дверь внутрь, Майк толкал снаружи. Дверь сперва не поддавалась, а потом распахнулась так внезапно, что Джек сел в пыль, а Майк с грохотом влетел внутрь, как пушечное ядро!

Девочки вошли следом, хихикая.

– Давайте сначала поднимемся на башню, – вставая и отряхиваясь, предложил Джек. – Посмотрите на стены! Не меньше четырёх футов[4] толщиной! В старые времена умели строить – вот уж точно «мой дом – моя крепость»!

Башня и впрямь была очень прочной. Внутри вилась винтовая лестница. В башне было четыре комнаты, одна над другой.

– Они все круглые, – заметил Джек. – Такие же, как наши в башне «Просвета». Слушайте! Из верхней комнаты видно море, будто с высоты птичьего полёта!

Дети прилипли к окну, любуясь морем. Оно мерцало на солнце, точно многоцветный ковёр – пурпурный, синий, золотистый, с крошечными белыми пятнами там, где вода омывала скрытые камни.

– Отсюда очень хорошо видна башня «Просвета», – указал вдаль Майк. – Эти две башни, должно быть, построены именно так, чтобы контрабандисты могли подавать сигналы друг другу. Если бы сегодня кто-то был в нашей башне и смотрел в окно, он бы подал сигнал нам и было бы прекрасно видно.

– Майк! Джек! Вы слышали? – вскрикнула Нора. У неё был очень острый слух.

Ребята остановились, прислушиваясь.

– Нора, а ты про что? – спросил Джек. – Волны шумят вдалеке, да ещё чайки кричат.

– Никакие это не чайки, – возразила Нора. – Это люди.

– Ты ещё скажи – привидения! – рассмеялся Джек. – А что, в заброшенном доме…

– Я серьёзно, давайте уйдём отсюда, – настаивала Нора. – Мне это не нравится. Видите – вон там?

Она указала через одно из окон башни. Оттуда было видно ворота и дорожку к дому.

Ребята посмотрели – и всем стало не по себе.

– Ворота открыты! – воскликнул Майк. – Мы же только что через них лезли! Нора права, здесь люди. Но откуда у них ключи?

– Ясно откуда: хотят купить дом, приехали его осмотреть, – предположила Нора. – А мы хороши… В чужой дом залезли, чужих слив налопались. Давайте уйдём потихоньку, может, не заметят.

Остальные теперь тоже чётко слышали голоса. Джек выглядел встревоженным.

– По-моему, они уже в башне, – сказал он. – Должно быть, вошли через парадный вход и прошли в башню изнутри.

– Они поднимаются по лестнице! – прошептала Пегги приглушённо. – Молчим. Может, не дойдут до самого верха.

Голоса слышались всё ближе и ближе. Один принадлежал мужчине, другой – женщине.

– Эта башня – то самое место, – пробасил мужчина. Выговор у него был необычный, похож на иностранный.

– Никто бы никогда не догадался, – проговорила женщина с каким-то недобрым, нервным смешком.

Незнакомцы вошли в комнату под той, в которой находились ребята, и женщина воскликнула:

– Великолепно! И ни души кругом. Никаких соседей, кроме той маленькой виллы – её называют «Просвет», не так ли? И ещё ферма в четырёх милях отсюда. А ближе – никого. Как раз для нас, Фелипе.

– Да, – согласился мужчина. – Пойдём – мы увидели всё что нужно.

Дети вздохнули с облегчением.

– Ну, я бы хотела осмотреть самую верхнюю комнату, – возразила женщина. – Она ведь нам понадобится, не так ли?

– Ладно, поглядим и верхнюю. Только недолго, будь добра. Время тикает.

Шаги направились вверх по лестнице – всё ближе, ближе. Детям негде было спрятаться. Они стояли и ждали, пока откроется маленькая, но прочная дверь.

Вошла женщина с золотистыми волосами. За ней следовал угрюмый смуглый темноволосый мужчина.

– Это как понимать? – гневно спросила дама вместо приветствия. – Кто вам позволил?..

– Мы не знали, что нельзя. Просто хотели посмотреть сад и башню, – попытался оправдаться Джек. – Мы тут рядом живём, на вилле «Просвет».

Темноволосый мужчина вошёл в комнату и глянул на детей точно на какую-то мерзость.

– На вилле, значит… А по чужим домам шарить – это у вас хобби такое. Слушайте сюда, жульё малолетнее. Дом – наш, мы его покупаем. А вас четверых, если поймаю тут… – Он показал кулак, а потом с силой стукнул им по ладони. – Уяснили? А теперь убирайтесь!

Дети рванули прочь, опрометью сбежали вниз по винтовой лестнице и выскочили наружу, на солнечный свет. Говорить никому не хотелось. Ребята давно не сталкивались с такими людьми. С чужой, непонятной, грубой силой.

– Надо рассказать Димми, – сказала Нора. – У неё теперь такие соседи… Хуже контрабандистов…

Глава четвёртая

А может, это контрабандисты?

Четверо детей выбежали из парадных ворот и не остановились, пока не добрались до «Просвета». Как мило и дружелюбно выглядел дом и какой родной показалась им Димми, которая в саду собирала горох на ужин!

– Димми! – воскликнула Нора, бросаясь к ней. – Старый дом купили! Ещё не купили, но уже почти…

Димми удивилась:

– Для чего? Ну разве что гостиницу там устроят или частную школу. А просто жить там ужасно неудобно.

– Димми, они странные люди! – Джек вкратце рассказал, что произошло. – Как думаете, они вправду нас побьют, если мы пойдём туда снова?

– Очень даже могут. – Димми вернулась в дом с миской гороха. – Если те двое покупают дом, значит, он – частное владение. Ну и пускай сидят в своём владении, как сычи в дупле. Я с ними связываться не стану и вам не советую. Найдём себе компанию поприятнее.

– А по-моему, что-то с ними не так, – сказал Джек. – Ну, покупают люди дом. И сразу же ссорятся с новыми соседями. Чтобы те держались подальше. А зачем? Спорим, они что-то скрывают!

Нора с ним согласилась:

– Мне не нравится Старый дом. И от людей этих мурашки по коже…

– Да ну! – фыркнула мисс Димити. – Может, они решили сдавать комнаты, сделать гостевой дом, как у нас в «Просвете».

– Брр… Хочу помыться. – Майка до сих пор немного трясло. – И хватит уже думать о них, сил нет.

Помыться хотели все ребята, не сговариваясь. Молча сходили за полотенцами. Дети не были неженками, повидали в жизни всякое, но до сих пор не видели такую волчью злобу в глазах взрослого.

Вода смывает не только грязь, но и боль от несправедливой обиды. Пока ребята плескались в тёплой воде, они перестали думать о старом доме и странной паре, которая собиралась его купить. Дети брызгались, кидались пеной, смеялись…

Но, когда они спустились к ужину, хорошее настроение сразу исчезло. А страх вернулся.

Возле дома была припаркована машина, а внутри сидела та самая золотоволосая женщина, которую они видели в Старом доме. Она смотрела на них пристально, без улыбки.

Ребята хотели войти в гостиную, но резко остановились. Он был там – мужчина со злыми глазами, «волк» – так они его мысленно называли. Стоял прямо за дверью гостиной и слушал, что говорит ему Димми.

Джек извинился:

– Мы не знали, что у вас гость.

– Гость уже уходит.

Со стороны Димми это был очень явный намёк, но незнакомец его не понял.

– Идите к себе. Не беспокойтесь, скоро будем ужинать. – Похоже, мисс Димити была встревожена.

Когда дети повернулись, чтобы уйти, они услышали, как мужчина снова заговорил:

– Я просто хочу купить вашу древнюю развалюху – не понимаю, в чём проблема. Я же вам за неё даю больше, чем она стоит!

– Этот дом принадлежал моей семье в течение двухсот лет, – твёрдо сказала Димми. – Правда, я живу здесь только летом, но я люблю «Просвет». Вам, наверное, трудно понять, но моя «древняя развалюха» для меня дороже денег.

– Я могу снять его на год. Считая от сегодняшнего дня, – предложил мужчина.

– Нет, – сказала мисс Димити. – Я сама решаю, когда его сдавать и кому.

– Ладно, хозяйка… Поступайте как знаете. Я думал, вы умнее. Сообразите как-нибудь, что с нами лучше дружить.

– Мы с вами по-разному понимаем слово «дружить», – улыбнулась Димми. – А теперь разрешите вас проводить. Детям пора ужинать.

– Так это ваша орава! – Гость не сдержал злости. – Вот что, дамочка. Держите своих спиногрызов подальше от Старого дома. Соображаете? Мне только воришек малолетних в доме не хватало.

– Они не воришки, – сказала Димми. – Они даже не знали, что в доме завелись… появились хозяева. Всего доброго. – Она указала незваному гостю на дверь.

Мужчина нахмурился, вышел, завёл машину. Его драндулет с рёвом пронёсся, поднимая пыль, по просёлочной дороге.

– А ведь он нарочно купил машину, которая ревёт как сто самолётов. – Майк с отвращением глядел в башенное окно вслед автомобилю. – Будто говорит: только попробуй обгони – протараню! Знаешь, Джек, он такой… Чужой. В нормальную жизнь не вписывается. Ну точно – волк. И почему он хочет купить Старый дом и «Просвет» тоже? И сам похож на преступника, и два дома на отшибе у моря ему зачем-то понадобились. Например, для контрабанды. Что скажешь?

– Сейчас контрабанду больше самолётами возят, – возразил Джек. – Нет, я пока не знаю, что он собирается здесь делать. Но мне бы очень хотелось узнать. Если мистер Фелипе, или как его там, задумал что-то нехорошее, за ним глаз да глаз нужен.

– Будем следить тайком, – взволнованно предложила Нора.

Она и Пегги зашли к мальчишкам; Пегги, вооружившись гребнем, помогала Норе прочесать густые непослушные кудри.

– Мы с этим «волком» ещё намучаемся.

– Похоже на то, – согласился Джек. – Но волков бояться – в лес не ходить.

– Ребята! Вы чай пить не собираетесь? – послышался весёлый голос мисс Димити. – А то все оладушки с вареньем мне достанутся!

– Идём! – закричали дети, бросаясь вниз по винтовой лестнице. – А со сметанкой можно?

Нашлась и сметана. Димми налила молока и подала на стол горячие оладьи, густо намазанные малиновым вареньем.

– Димми, а тот тип, он хоть сказал, кто такой, чем занимается? – спросил Джек.

– Он сказал, что его зовут Фелипе Диас, – ответила Димми и надкусила оладью. – Чем занимается, не упомянул. А наглости-то, наглости… Заявился в «Просвет» точно к себе домой. Думает, раз у него деньги есть, так дом всё равно что уже куплен.