Как твоё имя?

Мы взяли по оружию, аптечке и набору еды, укомплектовали всё в лежащие под креслами камуфляжные рюкзачки, выскочили из амфибии на причал и побежали по пляжу за Джонни.

– Джонни, – всё же настаивала я, – почему нельзя называть тебя Джон?

– Тебе какое дело? Пойдём! – грубо ответил он.

«Мне очень обидно слышать это от парня, которым я восхищаюсь. Но всё же на это имеются какие-то причины, может я случайно влезла во что-то личное. Посмотрим потом…»

Я сделала обиженный вид, но, судя по всему, Джонни было всё равно, он был озадачен более глобальной проблемой.

– Что это такое? – крикнул нам Грай.

Нам было непривычно услышать инициативу диалога от него, так как он создает впечатление человека, который вообще не умеет разговаривать и присутствует просто для массовки.

Грай указал на кусок астероида. Сначала я не поняла, почему он показал именно на него, ведь вокруг и так было достаточно частей этого небесного тела. Но подойдя ближе, мы увидели нечто неожиданное. Из части метеорита были видны приборы, подсвеченные неоновыми трубками зеленого, синего и красного цветов. Прикоснувшись к одному из экранов, Грай определил, что они имеют сенсорную структуру.

Выглядит как обломок самолета.

Дорога домой.

Хлоя

Джонни конечно тоже удивился, но кивнув нам, сказал:

– Мы всё равно ни в чем не разберемся, так что пора двигаться дальше.

В моей голове опять куча мыслей. Тащусь по расколотому асфальту, вокруг пробегают люди, света нигде нет, тускло горят некоторые вывески магазинов. Мимо меня пробежал мальчик лет десяти, толкнул меня плечом, вырвал из рук сумку и скрылся за поворотом. Я хотела побежать за ним, но Джонни сказал, что у нас нет времени и нам нужно идти. Обхожу брошенные авто и вижу местами лежащие мертвые тела – выглядит очень жутко и у меня начинает кружиться голова. Осколки астероида издают повсюду свет.А может это не астероид, судя по тому, что нашёл Грай?

Пройдя весь центр города, и повернув в сектор частных домов, мы направились по улице. Передвигаться по этим улицам было уже спокойнее. Люди проходили мимо и даже не смотрели на нас. Другие выглядывали из окон и закрывали на них роллеты. Дом Джонни был ближе к концу улицы. Когда мы подошли к нему, я увидела, что он узкий и состоит из двух этажей. Мы шли за Джонни, он поднес чип к прибору и дверь, издав щелчок, открылась. Он провел нас на второй этаж. Дом был аккуратным, но было видно, что перед уходом Джонни не заправил кровать и не убрал пару вещей со стула. Мы сели на диван и ждали, пока он лазит в своих шкафах и тумбочках. Потом он взял какой-то пульт, сделал несколько нажатий, и в полу открылось отверстие, из которого показался небольшой сейф. Джонни достал из сейфа два рэйгана.

– Всегда знал, что они пригодятся, – сказал Джонни, и затем запихнул их за пояс.

– Откуда они у тебя? – любопытно спросила я.

– Мой отец был военным, пока он… Ну в общем отец кое-что списал с армейских счетов. Говорил, что пригодится когда-нибудь.

– А где он сейчас? – спросила я.

Раздался грохот и звуки лазерного оружия. Мы подбежали к окну. Во дворе напротив три парня с рэйганами ломились в дом. Из окон дома, люди приоткрывая жалюзи, смотрели на происходящее. Это мародеры, я о них слышала со времен третьей мировой войны. В 2032 была война, которая принесла много разрушений. Но, к счастью, она продлилась всего полгода, а я родилась в 2033, так что я не видела многих военных ужасов.

Как-никак, мы тоже могли подвергнуться нападению этих мародеров.

– Давайте переждем, пока они уйдут, – сказал Грай.

– Да, я бы подождал, если бы внутри был ты, но внутри того дома моя знакомая Миссис Хелен, я ей кое-чем обязан.

– Джонни, стой!

– Не останавливай меня, я всё равно…

– Я иду с тобой, – сказала я, не дав ему договорить.

«Я не понимаю почему я это ляпнула, но Джонни за этот короткий промежуток времени стал каким-то родным, я не чувствовала, что он старше меня и что мы едва знакомы. Наоборот, мне казалось, что мы очень даже хорошо знакомы. Это странно, ведь я вообще-то недоверчивая девушка, а тем более никогда не считалась легкомысленной».

– Ну, лишние руки мне не помешают, – протянув мне рэйган, сказал Джонни.

Рэйган был полностью обтекаемой формы, с сенсорным курком, темно-синяя полоска по всему контуру, очень легкий по весу.

– Только не порань себя и меня, хорошо? – улыбнулся Джонни и кивнул мне, чтобы я шла за ним.

Как только мы открыли дверь на улицу, группа мародеров моментально нас заметила, и один из них направил рейган в мою сторону. Поняв, что он будет стрелять, Джонни потянул меня за собой, но тот мародер выстрелил и попал в меня. Я даже не успела почувствовать боль, я ничего не поняла, только видела синее свечение лазера в свою сторону. Повернув голову к плечу, я увидела, что части плеча просто нет, и бурно сочится кровь. В моих глазах стало тускнеть. И тут я потеряла сознание…

Джонни

Я просто охренел, когда увидел Хлою, лежащую с раненным плечом, из которого струилась кровь. Как меня учил отец, я должен принимать решение за секунду, а потом действовать по обстоятельствам.

Рывком я прыгнул к каменному ограждению, чтобы спрятаться от выстрелов в свою сторону. Выглянув, я услышал звук зарядки рэйгана, и поэтому спрятался обратно. Очень вовремя, так как резкий звук от ошметков камня раздался через полсекунды. Еще чуть-чуть, и меня, вероятно бы, пропалило насквозь. Рядом со мной, в ограждении было отверстие диаметром три дюйма.

– Ребят, я сейчас вас покалечу, вы только не обижайтесь, хорошо? – крикнул я.

– Смотрите какой разговорчивый, мы отрежем твои конечности и запихнем твою отрезанную руку тебе в задницу!

«Я понимаю, что в проигрыше в этой ситуации, но уже придумываю план. Смотрю на лежащую на крыльце Хлою, понимаю, что знаком с ней только пару часов, но чувствую, что уже не смогу жить без неё. К тому же, она вызвалась мне помочь, едва ли зная меня. Я не могу подвести её».

– А вы, видимо, пропускали уроки «о законах в обществе» в школе? – провоцирую их я, – Мародеры подлежат Судебной Гибернации!

«Судебной Гибернации подлежали мародеры, убийцы, насильники, террористы, в общем, опасные для общества люди. Гибернация заключалась в том, что преступнику вкалывали синтетический препарат, который усыплял его на год, и при пробуждении у них была полностью стерта память. Это делали для того, чтобы человек не помнил, за что и зачем его наказали таким образом. Также, чтобы он не был озлоблен на примененные к нему санкции. Такие действия Суд Северного Округа применял, для того, чтобы человек не начинал мстить либо повторять свои ошибки. Преступники, прошедшие Судебную Гибернацию, были чисты как лист, и отправлялись на простые работы обслуживающего класса: оффицианты, сборщики мусора в бедных районах, где не оснащена автоматическая уборка робототехникой, мойщики, чистильщики».

– Сопляк, лучше выйди сюда, и возможно твои руки отрезать не будем!

– Ладно, вот, бросаю оружие, – сказал я, и кинул оружие из-за укрытия на землю.

– А теперь медленно и без рывков иди ко мне, щеночек, – сказал лидер мародеров. То, что он лидер, я понял, как только он заговорил со мной.

Я встал, вышел из-за ограды и подошёл к нему. Пока шел, думал, как мне действовать далее. Меня переполняла ненависть и понимание того, что я безоружен и беспомощен. Я перекручивал мысли в голове, чтобы его друзья взяли, скрутили это бородатое чмо и прострелили ему его тупую башку. В моей голове что-то щелкнуло. Мародеры оцепенели, начали смотреть в никуда, после этого они синхронно взяли его за руки, скрутили, прижали к земле и каждый из них направил на него оружие с желтым свечением и нажал на сенсор в рейгане. Это одно из самых редких оружий, которым пользуются только в правительстве. По силе оно может прострелить стену толщиной в два кирпича и нанести вред человеку за этой стеной. Мозги главного мародера разлетелись метров на двадцать и окропили всё вокруг: дом, заборы, двоих помощников мародеров. Запах жареного мяса резал нос. Мародеры замерли с остепеневшим взглядом и не делали никаких движений, я только видел, как они дышали, и время от времени моргали.

«Сказать, что я был в шоке – ничего не сказать, моя мысль материализовалась. Всё что я приказал им в уме, даже из гнева – сбылось. Тут явно что-то не так. Что происходит? Я начал щипать себя, боль чувствуется. Я не сплю. Вот почему, когда я был в «Саркафаге» и сказал «псевдосолдату» открыть дверь, он меня послушал. Вот почему, когда я сказал громиле отпустить меня, когда я защищал Грая, он от меня отстал. Всё становится яснее, но адреналин в моей крови бурлит и надо действовать, проанализирую это позже».

Мародёры всё так же стоят не двигаясь. Я решил воспользоваться моментом и проверить, что у меня за способность. Я подумал: «поднимите руки вверх», и оба мародера подняли руки. Я даже не знал, как реагировать. Впервые в моей жизни случилось что-то мистическое. Учитывая, что я заядлый атеист и не верю ни во что, для меня это когнитивный диссонанс. В мыслях я приказал им потерять сознание, и они оба упали. Я никогда не убивал, и то, что я сделал с главным мародёром, получилось не специально. Я не знаю, чем я владею, но определенно это нечто сильное.

Пока я стоял и рефлексировал об этом Миссис Хелен вышла из дома и молча обняла меня. Я не обращаю на это внимания, так как мой внутренний мир перевернулся. Но я слишком увлекаюсь мыслями. Беру себя в руки и понимаю, что Хлоя ранена, мне надо её спасать. Прощаюсь с миссис Хелен и бегу к Хлое.

Когда я к ней подошел, я увидел на плече рану от лазера. Часть плеча прожжена и даже видна кость. Я мигом достал из аптечки универсальное лекарство под названием «Панацея». Лекарство стало популярным за последние пару лет, оно предотвращало и реанимировало 99% всех болезней и недугов. «Панацея» была в виде ингалятора, для того, чтобы можно было впрыснуть даже человеку без сознания, и он мог вдохнуть пары этого лекарства. Я поднес «Панацею» к её рту и активировал нажатием. Она очнулась.

Хлоя

Я прихожу в сознание, как будто после долгого сна. Голова гудит, звуки слышны нечетко. На меня смотрит Джонни и шевелит губами, я лежу на чем-то твердом. Плечо жутко жжёт. Я пришла в себя, но всё ещё в шоке. Джонни трясет меня и кричит: «Я рад, что ты очнулась, но нельзя тебя так оставлять, я тебя перевяжу. Ты только держись!» Он взял меня под здоровое плечо и потащил в дом, усадил на диван и полез за аптечкой, кровь все еще сильно шла, я опять начала терять сознание. Он взял бинты и перевязал мне рану. Кровотечение остановилось, но на бинте все еще виднелись красные пятна.

– В таком состоянии тебе никуда нельзя, – сказал Джонни, открывая кран с кипяченой водой. Потом из другого крана со специальной машинкой, которая готовила напитки: чай, кофе, соки, газировки, он плеснул жидкость. В стакане образовался чай. Из шкафа он достал консервированные стейки и протянул мне.

Я чувствую, что боль в плече прошла, но не придала этому значения из-за суматохи. Кушаю стейк и думаю обо всём, что произошло за последних 10 часов. Все молчат, но я этим довольна, потому что пустые разговоры нам ни к чему. Слышно как Грай жует свой стейк и, сёрбая, пьёт чай.

Я решила задать вопрос:

– Джонни, а чем ты обязан Миссис Хелен?

– Когда от меня ушла мать, а отец работал изо дня в день, она мне заменяла их обоих: готовила еду, разговаривала со мной и давала советы.

– Я поняла, молодец, что ей помог.

«Я горжусь им, он такой смелый».

– Грай, ты хоть не обоссался? – подколол его Джонни. – Пока ты отдыхал, эта девчонка пыталась помочь мне.

«Мда, кажется, перехвалила, какой же он самовлюбленный и дерзкий»

– Вообще-то я был на улице, – отмахнулся Грай.

– Мысленно что ли? – опять саркастично ответил Джонни

– Я видел, как они прострелили ему голову своими рейганами!

– Всё-таки из окна выглянул?!

– Нет!

– Ой, всё, смешно выглядишь, когда оправдываешься.

– Вы можете не ссориться хотя бы при мне? – сказала я.

– Ок, больше не будем, но в следующий раз выйдем и поругаемся, чтобы ты не слышала, да, Грай? – ответил Джонни.

– Ага, – показав средний палец сказал Грай.

– Хлоя, давай, ложись спать, вечером выйдем, – сказал Джонни, дал мне темно-синий плед и показал в сторону второго этажа.

Пока шла в кровать, чувствовала, как меня покидают силы. У меня много мыслей в голове, и они слишком перепутаны из-за усталости. Но как только я легла в кровать – моментально уснула.