Холодные чувства. Вампирский роман

***

Вступив под чёрный свод леса, я перевела дух. Меня встретила тишина. Конечно, если стоять и прислушиваться, то можно услышать множество разных тревожащих звуков: шелест, потрескивание, шорохи, всхлипы, издаваемые неведомыми существами. Стараясь не концентрироваться ни на одном из них, пугающих своей неизвестностью, я двинулась по кромке леса, слабо представляя, как мне его пересечь в темноте, и обреченно думая о перспективе описать приличную дугу по пути в Бон Темпс. Наверное, я передвигалась достаточно шумно ― из кустов вспорхнуло несколько потревоженных мною птиц. Спустя какое-то время я пообвыклась брести в потёмках и довольно бодро следовала по периметру леса; можно сказать, я была довольна собой и мысленно уже представляла, как выхожу к знакомым местам. Я относительно успокоилась и даже успела подумать о капитане-дознавателе: куда же он делся, если его отпустили вампиры не без моего содействия. И что надо бы разузнать, не валяется ли он в больнице. И тут мои планы поломались весьма драматическим образом.

Когда я в приличном темпе поравнялась с зарослями по левую от меня руку, из глубины леса послышался встревоженный крик птицы, и тут, словно волна звуков прокатилась по лесу. Я застыла. Среди птичьего гомона и треска сучьев я услышала кошмарное сопение и похрюкивание: проламываясь сквозь плотные заросли орешника на опушку леса неслось какое-то крупное животное. «Кабан!» ― в панике подумала я. И через секунду бросилась бежать в обратном направлении, но не краем леса, а вглубь, полагая, что на открытой местности от кабанов мне будет не уйти. Не понятно, на что я рассчитывала в гуще леса, если на дерево мне всё равно не забраться!

Какое-то время я бежала наобум, перепрыгивая поваленные стволы и раздирая одежду и конечности о сухие сучья и ветки, меня гнали вперед неумолкающие похрюкивания и порыкивания, которые доносились уже вроде бы с разных сторон. Постепенно ночной переполох снизил свою громкость, и я остановилась, переводя дух.

В радиусе нескольких метров вокруг меня было тихо. Остатки ночной паники были слышны справа. Это теперь был мой единственный пространственный ориентир ― я не представляла, куда успела прибежать и как мне найти отсюда дорогу. Осознание этого факта чуть опять не ввергло меня в панику. Лес был не сильно большой в масштабах тайги, но и в нём прекрасно можно было заблудиться и не найти дорогу обратно. Случаев таких было мало, но они, к сожалению, были.

Пришлось остановиться и задержать дыхание. Вдох-выдох ― чтобы принять верное решение надо быть хотя бы в относительно спокойном состоянии. Дыхательная гимнастика вроде бы слегка помогла, или я хотела так думать. Я выбрала направление, надеясь, что скорый рассвет внесёт поправки в мою ориентировку на местности, и неуверенно двинулась вперед.

И вдруг случилось самое страшное ― темнота впереди знакомым образом завибрировала и мгновением позже в воздухе сконденсировалась темная фигура. Незнакомая. Несомненно, это был вампир. Я в ужасе отшатнулась и, потеряв равновесие, полетела в какие-то кусты.

***

Я пришла в себя снова в незнакомом месте. На секунду мне показалось, что я опять лежу на тахте, только мне странным образом тесно. Через минуту я поняла, что успела где-то ободрать руки и ноги: они противно саднили. Как это произошло, и где эти люди? Стоп! Я начинаю понимать, что я не в комнате с плюшевыми шторами, а в каком-то странном ветхом помещении: через грубо сколоченные доски просвечивало предрассветное небо. Я лежу на какой-то подстилке и руки у меня связаны. Попробовала прокрутить в памяти последние события ― вроде бы я кого-то встретила в ночном лесу. Вампира?

Словно в ответ на мой безмолвный вопрос передо мной возникла фигура Драганы.

– О, Драгана! ― обрадовалась я, ― Наконец-то! Ты нашла меня в лесу? Я так рада…

Драгана почему-то не отреагировала. И даже не посмотрела в мою сторону.

– Эй! ― пришлось мне позвать её. ― Драгана, почему ты молчишь?

Она, наконец, повернула ко мне голову, в её взгляде мне почудилась насмешка.

– Где Борис, Драгана? Он не искал меня?

– Ты разве пропадала? ― холодно поинтересовалась она.

В моей груди всё опять сжалось в холодный комок: что, чёрт возьми, происходит?!

– Конечно, пропадала! Меня похитили и, между прочим, из-за Бориса! Я ждала его помощи!

–На твоём месте я бы не обольщалась, ― Драгана быстро взглянула на меня. ― Вампир никогда не поставит интересы смертного выше интересов вампиров. Мне жаль, если ты надеялась на его помощь.

Я попыталась переварить услышанное, собираясь с мыслями, потому что последняя надежда на спасение таяла на глазах. Я не смогла и не успела ничего больше сказать. Драгана выскользнула из хижины, оставив меня в одиночестве разбившихся надежд. Она, видимо, ушла: кроме щебета просыпающихся птиц ничего не было слышно.

Глава 12. Секс, ложь и видео

После убытия Драганы в неизвестном направлении мною на какое-то время овладела апатия. Поведение подружки Григориуса было настолько для меня неожиданным, что я затруднилась бы его объяснить.

– Драгана! ― воскликнула я, надеясь, что она бродит где-то поблизости. ― Что всё это значит?

Ответа не последовало, и мне самой нужно было искать объяснения тому, что заставило её оставить меня здесь со связанными руками. Может, их можно развязать? Я пошевелила кистями рук, которые уже затекли от неудобного положения. Самой мне было не избавиться от жёсткой верёвки, которой вампирша стянула мне руки за спиной, но можно ведь поискать подсобные режущие предметы. Наверняка, вампиры не бывают такими же внимательными к своим пленникам, какими могут быть люди. Не приводит ли их превосходство к недооценке возможности смертных…

Я принялась рыскать по помещению в поисках подходящих предметов, ибо надеялась, что соорудили его всё-таки люди. Может статься, что вампиры в принципе лишены импульса созидать что-либо… И есть ли тогда чисто вампирские артефакты, ― принялась я размышлять, отвлекая себя от своего незавидного положения. Разгребать скопившийся в хижине в небольшом количестве хлам было очень неудобно с руками, завязанными за спиной. Но мои умозаключения оказались верными ― среди непонятного происхождения деревянных обломков и проржавелых металлических деталей, валявшихся в углу, я обнаружила обломок косы, затупленный, но для моего случая вполне достаточный. Луч оптимизма озарил лачугу. Пять минут пиления веревкой о лезвие и ―вуаля! ― руки развязаны!

Я вылезла из хижины без особых предосторожностей. Чутьё вампира таково, что позволит обнаружить меня, проявляй я хоть какие чудеса осторожности. А если в радиусе многих километров нет вампира, который хочет вас найти, то можете смело двигать в нужном вам направлении. Я так и сделала, определив по солнцу примерно, куда идти. Полчаса ходу по лесу ― и я на опушке. К сожалению, местность не показалась мне сильно знакомой. Но я и не рассчитывала выйти на прямую дорогу до Бон Темпс. Однако, хотя бы приблизительно знать, в какую сторону двигаться ― вправо или влево? Искать направление вдоль леса опасно, здесь вампирам меня легче всего обнаружить. Хотя сегодня и солнечный день, что несколько ограничивает их возможности, но в безлюдных местах они могут пренебречь скрытностью. Положившись на удачу, я двинулась в правую сторону от леса. К небольшой рощице. Смутные сомнения, зародившиеся у меня ещё во время моего первого заточения, и слова Драганы о предпочтениях Бориса мешали мне думать непосредственно о нём и о его возможной роли в произошедшем. Наверное, я боялась думать об этом слишком усердно, чтобы самостоятельно не додуматься до правды. Эта трусливая стратегия уже не единожды играла со мной злую шутку, когда вместо того, чтобы правильно отреагировать на тревожные и разочаровывающие знаки, которые демонстрировали мужчины, в которых я в разное время была влюблена, я изо всех сил старалась отвлечь себя от них, проигнорировать или забыть. Но забыть, как правило, не получалось, и раз за разом в своё время я получала ужасные подтверждения своей тревожной интуиции. «Бросай и беги!» ― должно быть первым правилом в отношениях с партнёром, если как минимум два раза за короткое время вас кольнёт странно нехорошее предчувствие в его адрес.

Я вышла к рощице и за деревьями рассмотрела очертания дома. Кажется, я знаю, куда я вышла. Это тот самый «кордон», который я посетила с Борисом в вечер нашего первого «единения». Это довольно далеко от Бон Темпс, так что пешком мне туда не добраться ― перехватить меня по дороге ничего не стоит. С другой стороны, хозяин домика глядел на нас в тот вечер как-то уж совсем понимающе, неизвестно, как он воспримет моё появление сейчас… Но, может быть, я хотя бы смогу здесь придти в себя после моего затянувшегося побега. Я решительно двинулась к дому и постучала в дверь.

Довольно быстро дверь распахнулась, на пороге показался хозяин и непонимающе уставился на меня. Хотя, вполне возможно, я странно выглядела после ночного путешествия по лесу и падения в колючие заросли.

– Привет, ― прохрипела я, ― Можно войти?

– М-м,. .. да, конечно! ― он отступил вглубь, давая мне проход.

Я зашла и окинула взглядом знакомое помещение.

– Садись, ― он пододвинул мне табурет. ― Тебе надо умыться.

Он налил мне кружку воды и поставил передо мной:

– У меня нет зеркала…

– И не надо, ― я взяла кружку и вышла за порог, где смогла, наконец, смыть пыль и пот с лица.

– Спасибо, ― вернулась я в дом и снова обессилено села у стола.

Дэн поставил на плитку чайник, и пока тот закипал, поставил передо мной пузырёк с йодом и кусок бинта.

– Что случилось с тобой, ― поинтересовался он, внимательно изучая меня.

Я открыла йод и стала размазывать тёмную жидкость по своим многочисленным царапинам. Пара из них на руках и на ноге были довольно глубокими, кровь успела запечься, и я сверху смазывала их йодом, приглушённо шипя от боли.

– Неудачно прошлась по лесу, ― мне не хотелось с ним откровенничать.

– Бегаешь по лесу по ночам? ― Дэн усмехнулся и поставил передо мной чашку чая.

– Не собиралась, но вот пришлось, ― я в свою очередь изучала его. У него были красивые зелёные глаза, длинные темные ресницы, тонкие черты лица, изящные мускулистые руки, ― в общем, внешность мало вяжущаяся с обстановкой. Лесник? Отшельник? Отпускник, выполняющий обязанности лесного смотрителя? Выражение лица Дэна немного контрастировало с его романтическим в целом обликом ― он смотрел жёстко и настороженно, и уголки губ его чаще всего были скептически поджаты. Возможно, его просто раздосадовало моё появление.

Несколькими глотками я выпила горячий чай и почувствовала себя значительно лучше.

– Ты не поможешь мне добраться до Бон Темпс, ― спросила я, стараясь не думать, что он мне откажет.

– Почему ты не позвонишь Борису? ― спросил он сухо.

– Потому что мой телефон разряжен, да и номера Бориса у меня нет, ― призналась я. Я ни разу ему не звонила, он даже не предлагал мне такую возможность. Я сама сейчас удивилась этому обстоятельству.

– Вот как? Он сам приезжает за тобой, когда хочет?

– Да, когда хочет, ― устало ответила я. ― Ты поможешь мне?

Вместо ответа Дэн поднялся с места и отошел к стене комнаты, взял что-то со скамьи и вернулся к столу. Это оказалась небольшая цифровая видеокамера. Он поставил её передо мной и включил экран. Я уставилась на изображение:

– Кино смотреть будем?

– Кино, кино, ― кивнул согласно Дэн, усаживаясь рядом.

На экране возникли две обнаженные фигуры, которые медленно задвигались. Я непонимающе смотрела на экран, где постепенно хаотичные, как мне сначала показалось, движения этих двух людей ― мужчины и женщины, ― не выстроились во что-то узнаваемое, а именно ― я сообразила ― в постельную сцену!

– Зачем это? ― тупо спросила я, поворачиваясь к Дэну, который зашипел от моей недогадливости, и тут только до меня дошло, что на экране я видела себя и Бориса, здесь, на этой постели занимающихся сексом. Я снова обалдело уставилась на экран, нехотя узнавая себя в железной хватке вампира. Зрелище было впечатляющим. Я перевела взгляд на Дэна ― он с отвращением следил за сценой на экране. Экранный Борис в бешеном темпе таранил экранную Марьяну.

– Ты ― извращенец! Зачем, зачем ты это сделал?! ― в возмущении закричала я, вскакивая.

Он поймал меня и силой усадил обратно.

– Ты точно ― больной. Борис убьёт тебя, когда узнает! ― сообщила я ему, задыхаясь от возмущения.

Кажется, на вуайериста это впечатления не произвело.

– Ну, что делать будем? ― спросил он у меня, нажимая на “паузу”.

– В смысле, что делать? Расскажешь Борису, зачем это тебе было нужно! И мне почему-то кажется, что он не придёт в восторг от этого видео!

– Он и не узнает, ― Дэн излучал спокойствие.

– В смысле, не узнает, ― не понимала я его замысел. ― А мне зачем ты это показал?

– Для тебя и снимал. Хотел посмотреть, как тебе понравится саму себя в койке с вампиром увидеть!

– Серьёзно, что ли? ― опешила я.

– Конечно, нет. К тебе у меня предложение. Вижу, что ты не в восторге от фильма. Не расстраивайся: его никто не увидит, если ты кое-что сделаешь для меня.

– А если не сделаю, его увидят?…

– Естественно, многомиллионная аудитория интернета позабавится таким впечатляющим роликом!

– Но ведь тогда и вампиры узнают, что ты их рассекречиваешь, и Борис в том числе…

– Тебе в этом плане будет хуже ― это ты на записи, а не я.

– Так я расскажу… И попрошу Бориса разобраться с тобой! ― снова выкрикнула я.

– Не попросишь! Борис с компанией вовсе не единственные здесь вампиры, не забывай! Твоя безопасность ничем и никем не гарантирована!

– Не понимаю! ― призналась я. ― Зачем я-то тебе понадобилась?

– Всё просто, ― хладнокровно взглянул на меня Дэн. ― Я слежу за действиями Бориса. Он мне доверяет, но не настолько, чтобы я знал обо всех его действиях. Поэтому мне нужен ещё один информатор. И тут он приводит тебя прямо ко мне!

– Но ты же не знал, что мы приедем сюда в этот день! Или у тебя здесь постоянно ведётся запись?!

– Да, камера настроена, я в любой момент могу записать всё, что здесь происходит. Это очень полезно!

– Не сомневаюсь…, ― масштаб этой шпионской личности меня потрясал. ― Но из меня хреновый информатор. Борис вовсе не докладывает мне, куда и зачем он отправляется. (А теперь и вовсе исчез, и вряд ли появится, ― добавила я про себя).

– Тогда тебе придётся поднапрячься и выяснить всё самой! ― жёстко заявил Дэн, ― До тех пор, пока мне будет нужна информация о его действиях и находках, я буду держать запись при себе. Потом мы разочтемся ― отдам тебе карту памяти и копии.

Да, да…всё он мне отдаст! Доверия я к нему не испытывала. Но и вариантов особых не было.

– Ты, выходит, двойной агент? На других вампиров одновременно работаешь? Или…, ― хмыкнула я. ― На ФСБ?

– Почти. Не засоряй свой мозг. Мы договорились: делай своё дело ― оно у тебя, как мы видим, неплохо получается! ― он кивнул на экран.

– Да, договорились, ― встала я с места. Мне хотелось поскорее убраться отсюда. Собраться с мыслями, наконец. Слишком много со вчерашнего утра произошло разных событий.

– Ты отвезёшь меня?

– Да, мэм! ― он встал и убрал камеру. Теперь он вёл себя холодно и учтиво: ― Поехали!

Мы вышли на улицу. Он выкатил из кладовки мотоцикл и взгромоздился на него.

– Садись! ― кивнул он мне. ― Прокачу с ветерком!

Я нехотя села сзади и обхватила его руками.

– Держись крепче, не стесняйся! ― продолжал он действовать мне на нервы, ― Мы с тобой ещё подружимся, ты только вампира своего не бросай!

Он нажал на педаль сцепления, мотоцикл взревел, и мы помчались в сторону Бон Темпс под мягкими лучами августовского солнца.

Глава 13. Ложь и секс

Я чувствовала себя потерянной. Сидя на веранде в старом кресле и поглядывая из окна на дорогу, я рассеянно перебирала в уме события последних двух месяцев и пыталась собрать их в единое целое. Именно в целом, как мне казалось, можно будет увидеть какую-то крупицу смысла в круговерти нежданных событий, закрутившей меня этим летом. Но полностью погрузиться в рассуждения мешало абсолютно нерабочее надтреснутое состояние души. Я чувствовала себя потерянной и обманутой, хотя никто мне ничего не обещал. Теперь стало понятно, что до сих пор я жила в иллюзии своих ожиданий, которые сама же и выстроила за время общения с Борисом и его свитой.

Я думала, что они (Он!) считают меня особенной, если позволили себе раскрыть передо мной свою вампирскую сущность. Но, по правде говоря, я сейчас также мало знала о Борисе, как и после первого дня знакомства. Я не знала ни о том, чем он занимается здесь, в Бон Темпс, ни о его намерениях относительно меня. Его слова и поступки заставили меня поверить в то, что я что-то значу для него. Но, похоже, он только использует меня для своих целей.

Немотивированная, с моей точки зрения, агрессия Драганы, подлый поступок красавца-Дэна, и наконец, молчаливое отсутствие Бориса в эти дни ― всего этого было достаточно, чтобы понять глубину пропасти между моими ожиданиями и неприглядной действительностью. Именно это обстоятельство и ввергало меня сейчас в самую глубокую печаль. О практических последствиях, как, например ― шантаже со стороны Дэна и его непонятных требованиях, можно будет подумать потом. В первую очередь, мне нужно было сжиться с этой обескураживающей мыслью, что я не могу ни на кого положиться.

Пока я так сидела и переживала «момент истины», вторым планом всплыло воспоминание о моем заточении в цыганском доме. Что там они говорили про этого злосчастного дознавателя, что он исчез? Теперь, припомнив разговор с моими тюремщиками, я ощутила сильнейшее беспокойство. Зрелище поверженного тела капитана Копосова в сумеречном лесу в окружении злобных вампиров стояло у меня перед глазами. И после того, как мне (тогда ещё ― нам!) удалось его вызволить из этой жуткой ситуации, он всё-таки пропал?!! Дальше в неизвестности я находиться просто не смогу! Мне вполне достаточно истории с Яковом Нечипюком, из-за которой весь дальнейший сыр-бор разгорелся. И, подумать только, этот Яков сам остановил машину с вампиром и меня туда же позвал! Сам испытал свою судьбу и вышло ему это боком. А как выйдет мне?

Ладно, прежде чем думать о планах по дальнейшим действиям, нужно прояснить волнующий момент. Я ринулась к сумочке, где должна быть визитка Копосова. Только бы найти её! Среди мешанины из денег, бумажек, блистеров с таблетками и прочего хлама я всё-таки сумела обнаружить квадратик визитки Копосова. Отлично! Полдела сделано ― теперь надо позвонит ему в отделение. Если спросят, кто и зачем, ― соврать что-нибудь понейтральнее, вдруг у них любые звонки записывают, как в самой настоящей полиции.

Я набрала номер и прослушала несколько гудков.

– Ало, ― вяло сказал «на том конце провода» женский голос.