Одиночество

***

Удивительное явление – деревья и цветы, растущие на крышах зданий. Подросток только сейчас заметил их, выискивая опасность на своем пути. Раньше, шагая по городу с отцом, он не смотрел ввысь, а устремлял взгляд под ноги. Мысли витали в очередной фантазии, развивающейся в воображении. Сейчас же обстоятельства заставляли смотреть во все стороны, и Мартин обнаружил то, о чем раньше не мог даже подумать. Там, откуда приехал парень, подобных вещей не было даже в проекте, а здесь – реальность. Может, когда-нибудь сады разрастутся, и город окажется захвачен природой, он превратится в полукаменные джунгли, и здания станут чем-то вроде заросших пирамид Ацтеков, среди которых бродят существа из мифов и легенд. Вряд ли юноша застанет эти времена, сейчас он беспокоился совсем о другом.

Погода заметно ухудшилась, с некоторых деревьев даже начали опадать листья, застилая улицы красно-желтыми коврами. Некому был убирать их, и не для кого. Зима близко. Это время года в Ванкувере практически никогда не было очень холодным, но по каким-то причинам в этот раз температура падала непростительно быстро, и Мартин даже сквозь плотную куртку чувствовал леденящие быстрые порывы ветра. Они заставляли тело дрожать и затрудняли путешествие по городу, но поступь Мартина все еще была тихой, спокойной, насколько вообще возможно.

Как это обычно происходило – по пути не было замечено никаких существ. Ни единой живой души: ни птиц, ни зверей, ни чудовищ. После истребления самых шумных существ на планете – людей, монстры принялись за прочую живность. Самое страшное заключалось в том, что даже птицы, которые могли спастись в воздухе, оказались беспомощны и были полностью истреблены. Мартин не знал, как твари, которые не умеют летать, смогли достать до них и уничтожить не только живность, но еще и вертолеты с самолетами, спасавшими людей из кошмара. Ни один рейс не покинул город по воздуху, и даже прилетевший из других мест транспорт навсегда оставался лежать разбитым в разных частях в Ванкувера. До сих пор это странное явление оставалось одним из множества нерешенных загадок для выжившего. Он знал только одно – помощи ждать неоткуда.

Во время каждого похода по городу, Мартин чувствовал себя еще более одиноким, чем обычно. Он наблюдал полное отсутствие живых существ вокруг себя: пустые улицы, пустые здания, пустое небо… только редкие кровожадные чудовища населяют эту территорию, и во многих километрах вокруг можно увидеть только их, прочесывающих улицы и крыши. Мозг отказывался признавать такую правду, не хотел верить, что вокруг нет ничего живого, ничего разумного. Этот случай вне стен родной гостиницы стал еще более тяжелым. Столь длинный путь юноша не проходил уже более двух месяцев, которые сопровождали лишь тоска и тишина. Ему даже не было страшно, хотя обычно страх являлся главной помехой. Сейчас было скорее печально, грустно. От одиночества и беспросветного отчаяния хотелось начать выть на луну, подобно дикому волку. Никогда еще не было столь острой необходимости поговорить с кем-то живым, кто сможет ответить своими словами, используя только свои мысли. Так хотелось просто услышать чей-то голос, или хотя бы увидеть синицу, летящую в небе…

Мысли не хотели успокаиваться в голове юного выжившего, как бы он ни старался концентрироваться на своей безопасности. Огромное количество вопросов и еще большее количество разнообразных гипотез поочередно перехватывали внимание на себя, работая вперемешку с сильным чувством печали. Они сменяли друг друга, запутывая разум подростка, заставляя размышлять, анализировать, искать истину, которая была где-то рядом. Однако узнать что-то конкретное парень сможет только тогда, когда осуществит свой план.

Неизвестно, сколько прошло времени, по ощущениям Мартина – час или два, пейзаж начал меняться. Сначала вместо зданий показалось просто длинное поле, заросшее высокой травой, но уже вскоре после этого все занял лес. Подросток шел вдоль дороги, стараясь не приближаться близко к стене из деревьев, за которой не было видно ничего, но могла скрываться страшная опасность. Уши, а не зрение, были сейчас главным оружием выжившего. Мартин прислушивался к любым шорохам и был готов реагировать, но лес отзывался лишь глухой тишиной, он был мертвым. Ни одно живое существо не издавало ни звука. Указательные знаки вдоль дороги показывали, что юноша идет в правильном направлении. К счастью, через несколько минут, лес тоже расступился, уступив место более открытой и надежной местности – автомобильной стоянке. Здесь, как и по всему городу, располагались многочисленные брошенные машины, аккуратно расставленные в линии в строго отведенных местах. Вывеска приветствовала прибывшего радостными словами – “добро пожаловать”, вот только пустой школьный автобус рядом не давал насладиться зрелищем. Он выглядел крайне печально, а для знающего ситуацию человека – ужасно.

Таким образом, на автопилоте, Мартин все же добрался до места назначения. Путь пролегал преимущественно в лесистой местности, рядом с природой. Поход выдался гораздо короче, нежели парень себе воображал, а также прошел очень тихо и спокойно. Складывалось ощущение, что приключение совершил разум, а не тело. “Великий зоопарк Ванкувера” – так гласили большие буквы над входом. Прямо под ними надпись поменьше – “шаг к дикой природе”. Сам вход выполнен в виде небольшого деревянного домика с двумя внушительными проходами, закрытыми решеткой. На стенах этого “домика” располагались зеркальные рисунки просторных лугов, содержащих пару жирафов. Две статуи лежачих львов “охраняли” проход по бокам, а на заднем фоне виднелись развевающиеся на ветру флаги разных стран, которые, по всей видимости, поспособствовали развитию парка.

“Черт, ну почему они решили закрыть вход прямо перед началом апокалипсиса? Вряд ли это прописано в технике безопасности”

Забор окружал всю территорию, как это и было положено, на нем висели разнообразные предупреждающие таблички: “ведется видеосъемка”, “будьте осторожны с дикими зверьми”, “наслаждайтесь визитом” и так далее. За решеткой можно было спокойно разглядеть дорожки, многочисленные деревья, вольеры животных, а также разнообразные ларьки, вывески и дома. Перелезать поверху было весьма опасно. Если сетчатый забор скрипнет с достаточной силой, то подросток рискует уже никогда не оказаться на противоположной стороне ограды. Парень не желал стоять на месте и тратить время на длительные размышления, но решиться на какое-то действие он также не мог.

“И что теперь? Просто стоять и ждать, что проблема решится сама собой? Я должен сделать что-то!”

Замереть в растерянности и глупым взглядом смотреть на низкую ограду – все, что Мартин мог сделать в данный момент.

Непонятный приглушенный стук нарушил мысли подростка, заставил сконцентрировать внимание на источнике. Мартин до смерти стал бояться звуков, он очень привык жить в кромешной тишине, где даже легкий удар ложки о тарелку казался оглушительным звоном. Звуки всегда означали опасность, а этот звук был сильнее, чем все, что мальчик слышал последние два месяца. За металлической решеткой среди дальних деревьев был заметен едва движущийся силуэт. Нечеткий, размытый, плохо уловимый слабым зрением юноши.

“В этом городе не осталось никаких животных. Только одно существо может издавать эти звуки”

Не делая резких движений, парень в ужасе скользнул за ближайший автомобиль, задерживая дыхание и продолжая следить взглядом за непонятным силуэтом. Он все еще не мог разглядеть ничего конкретного, но одно было точно – объект двигался. Звуки только подтверждали, что это живое существо.

“Пожалуйста, боже, только бы я ошибался как прошлый раз. Только бы это был обман зрения, прошу!”

Мартин ждал, что звук будет усиливаться, а силуэт – двигаться в его сторону, но произошло обратное, деревья словно поглотили размытый образ, а неприятное постукивание медленно стихло насовсем. Гробовая тишина вновь повисла в воздухе, но она больше не означала безопасность и спокойствие, а лишь нагоняла страх перед неведанным. Невыносимое ощущение, когда смерть ждет тебя там, куда больше всего стремишься сейчас попасть.

Эмоции начали брать контроль над подростком. Страх проникать на территорию, где бродит чудовище, боролся со страхом развернуться назад и уйти домой с пустыми руками. Слезы непроизвольно потекли из глаз, а неприятное чувство в центре груди лишало всех сил – это был всеми силами подавленный горький рев.

“Я так больше не могу! Я не хочу так жить! Если я поверну обратно, то никогда больше не заставлю себя проделать этот кошмарный путь, снова вернуться сюда. Все будет кончено!”

Пролезть через забор теперь было просто невозможно. Даже самый тихий звук мог привлечь чудовище на столь близком расстоянии, но, к огромной удаче, ограда не уходила под землю, и прокопать маленькую яму под ней было реально.

Еле сдерживая наплыв эмоций, Мартин вышел из укрытия автомобиля без осознания того, что он творит и что вообще вокруг происходит. Ватными ногами он отошел от дороги в сторону земли, упал на колени перед оградой и со всей силы вонзил пальцы в землю, вырывая руками траву и хватая клочья грязи. Неприятное ощущение прошлось по всему телу. Отвращение. Выживший без остановки работал пальцами, хватая все новые и новые горсти грязи, отбрасывая их в сторону. Яма выкапывалась тихо, не громче чем игра в песочнице. Быстро испачкавшись по локоть, парень изо всех сил старался игнорировать внезапно настигший его насморк, от которого нельзя было избавить без шума.

Терпя все неудобства и периодически поднимая глаза вверх, чтобы оценить опасность, Мартин не переставал копать, расширяя и углубляя проход. Мелкие земляные насекомые стали попадаться в его грязные руки, однако не могли замедлить процесс. Мальчик терпеть не мог насекомых. Противные жучки, черви и муравьи были вырваны вместе с землей и выброшены в сторону, яма оказалась похожа на колонию этих гадких созданий. Целая вечность, казалось, ушла на раскопку незначительного прохода, через который Мартин мог с трудом проползти. Он испачкал все тело и набрал в сапоги землю, прежде чем оказался на другой стороне, но все же смог заставить себя перебороть дискомфорт и подняться на ноги.

Не пытаясь отряхнуться от противной грязи, выживший торопливо зашагал по дорожке внутри зоопарка, оглядываясь по сторонам еще чаще, чем раньше. Ему казалось, что если он остановится, то упадет без сил под давлением страха и усталости. Пожинатель людей бродит где-то рядом. Минуя многочисленные ларьки с мелкими сувенирами и железную дорогу для поезда-экскурсовода, парень устремился сразу к пункту назначения – сторожевому дому.

Вольеры простаивали пустыми, клетки были распилены и поломаны. Когда-то самый живой кусочек Ванкувера сейчас был таким же опустелым, как и остальной город. Еще недавно Мартин наслаждался здешней фауной, львы были его самыми любимыми обитателями зоопарка, но даже царь зверей не смог справиться со страшной угрозой и исчез, не оставив ни следа.

“Я прошел уже достаточно далеко, где же может бродить это чудовище? Почему оно не чувствует меня? Неужели я и вправду настолько тихий?”

Необъяснимое чувство спокойствия настигло подростка. Было ли это вызвано отсутствием угрозы, или он просто выпустил весь адреналин, копаясь в земле? Поход по зоопарку среди растений и клеток в абсолютной тишине напоминал Мартину одну игру, в которой требовалось избегать тонкого человека без лица в ночном лесу. Площадь зоопарка оказалась огромна, не зря его зовут великим. Если бы юноша не знал, куда ему точно нужно идти, то потратил бы на поиски целый день, но с этим знанием, поход занял лишь несколько минут. Домик охраны был уже виден. Деревянная дверь, обычно закрытая на замок, в данный момент снесена с петель, она лежала рядом с проемом. Никто не мешал подростку войти внутрь и взять то, что ему было столь необходимо. Единственное опасение вызывал тот факт, что придется зайти в замкнутое помещение с одним выходом, который может стать заблокированным в случае обнаружения.

“Я должен сделать все быстро и как можно скорее уйти. Если тварь вернется…”

Уже знакомая обстановка встретила Мартина у входа, вот только искомое ружье не висело на своем положенном месте, а валялось на полу не очень далеко от входа. Рядом находилась брошенная инструкция и опрокинутая коробочка с усыпляющими дротиками. Спешно осмотрев находку, подросток отметил, что ружье уже заряжено и готово к немедленному использованию.

“Это странно. Так не должно быть”

Понадобилось несколько секунд, дабы Мартин осознал всю картину. Снесенная дверь указывала на то, что чудовище ворвалось внутрь, услышав какие-то звуки, а охранник попытался использовать ружье для защиты, но не успел произвести выстрел.

Не тратя времени, юноша подобрал оружие и коробочку с зарядами. Инструкцию он также прихватил, успев прочесть первое предложение – “Если Вы не ознакомились с оборудованием или не расположены следовать рекомендациям в настоящем руководстве, Вам не следует пользоваться прибором”.

“Ага, конечно, нашелся мне указ”

Было приятно осознавать, что теперь в руках есть хоть какое-то оружие, пусть оно, скорее всего, не поможет в опасной ситуации. Если бы подошвы не были обмотаны бинтами, то выживший уже давно бы выдал свое присутствие громкими и быстрыми шагами, но с ними он мог позволить себе чуть ли не бегом добраться до выхода. Испачканные в грязи руки сжимали новообретенную находку, подкоп был совсем близко, и миссия по праву могла считаться успешной.

Еще немного ускорившись, Мартин приготовился проползти под забором второй раз, когда его нога зацепилась за вторую ногу, и подросток упал лицом на асфальт, роняя оружие и сильно ударяясь головой. Звон в ушах не дал оценить, насколько громким вышло падение, но было ясно, что более чем достаточно. Внезапный страх и прилив адреналина вынудили немедленно вскочить на ноги, подбирая попутно ружье. Лицо сильно болело, тонкая струйка крови начала стекать к ушибленному подбородку. Внезапно для самого себя, парень очень быстро и тихо одним рывком добрался до подкопа и буквально проскочил на другую сторону за считанные секунды, успев перемешать окровавленный лоб с грязью. Особого выхода не было, выживший знал, что очень скоро его настигнет чудовище. Складывалось ощущение, что он слышит его уже прямо сейчас: злобное дыхание, выискивающее добычу, скрежет его ногтей, топот его лап. Воображение играло злую шутку с подростком, а время до страшной и мучительной смерти исчислялось уже далеко не в минутах.

Мартин абсолютно без шума добрался до машины, стоящей среди множества прочих, лег на асфальт и аккуратно перекатился вбок, чтобы оказаться под ней. Единственный шанс спастись – не издавать никаких звуков, когда эти создания окажутся рядом. Не в состоянии заставить себя повернуть голову в сторону зоопарка, Мартин лежал на спине, старался усмирить дыхание, но оно становилось только громче. Сердце колотило как бешенное, пришло осознание того, что скоро наступит смерть. Звуки то и дело раздавались вокруг. Противный скрежет, топот, рев существ, зовущих целую стаю к месту происшествия.

“Что это такое? Они уже здесь, или у меня галлюцинации?”

Не в силах и дальше сдерживать сердцебиение с паникой, парень принял решение. Оголив левую руку, он направил на нее ствол ружья и выстрелил дротиком. Укол был сильным, так как пришелся почти в упор. Он почти сразу вытащил дротик, пока в голове не началось помутнение.

“Если даже они найдут меня, во сне я все равно ничего не почувствую”

С последними мыслями, он закрыл глаза и очень скоро потерял сознание.

Глава 5: Химическая реакция

Чем обычно занимаются школьники на уроках? Пишут, читают, отвечают у доски, некоторые сидят в телефонах или просто плюют в потолок с надеждой, что их не вызовут. Мартин же предпочитал куда более интересные дела – он писал небольшие рассказы, рисовал простенькие комиксы, читал втихомолку книги. Способный от природы и очень эрудированный, юноша все схватывал на лету и получал высшие оценки, даже не углубляясь в предметы. Будь то написание сочинения или решение задачи по физике – Мартин везде разбирался в несколько раз быстрее других и справлялся в два счета с любой преградой, хотя учителя и не одобряли подобный подход. “Если бы он стремился к знаниям, то стал бы лучшим учеником города” – говорили они родителям, но Мартин не хотел быть лучшим, его не привлекали все эти скучные дисциплины. Погружаться с головой в новые фантастические миры и проживать множество удивительных жизней, коих у него никогда не будет, через книги, комиксы, фильмы и игры – вот что всегда увлекало мальчика. Любящие родители понимали это, поэтому были вполне довольны тем фактом, что их ребенок отлично справляется с учебой, не уделяя ей особо много времени, тратя его на досуг.

За несколько дней до болезни, что приковала парня к постели, не давала ходить на уроки и видеться на них со своим единственным другом, Мартин сидел на литературе, увлеченный написанием вольного сочинения на тему, которую выбрал для себя сам, а не на ту, что требовал учитель. История о взаимоотношениях парня и девушки. Он обладал огромной силой и сверхчеловеческими возможностями, она – была обычной студенткой и не выделялась абсолютно ничем, кроме миловидной внешности и искренней доброты. Стремясь скрыть ото всех невероятные способности, парень не мог себе позволить сближаться с объектом своего обожания, но, как это обычно и водится в подобных рассказах – любовь преодолевает все. Получилась типичная супергеройская история, которая вряд ли по достоинству будет оценена пожилой учительницей.

Почти заканчивая исписывать уже десятую страницу, Мартин приступил к сцене, где требовалось описать первый поцелуй парочки, символизирующий победу любви над злыми силами, угрожающими их счастью. И тут возникла проблема, юный фантазер не имел представления, как это сделать, как правильно передать эмоции и подчеркнуть действие, а все потому, что сам он никогда еще в схожей ситуации не оказывался. Ступор затянулся на несколько минут, в течение которых в голове успели быть обработаны и отвергнуты некоторые возможные варианты написания. “Почему я вообще решил выбрать эту тему?” – задал себе вопрос ученик. Ответ совсем прост: впервые в жизни, он испытал совершенно новое чувство. Случилось событие совсем недавно, буквально несколько дней назад. Сначала оно вызвало недоумение, но всего через пару бессонных ночей, парень заметил, что может все время думать только об одном человеке, и он стремился сделать для этого человека только хорошее. Однако страх не позволял раскрыть никому свои истинные мысли, а привычная для подростка уединенность совсем не желала быть им же разрушена. Скрывать чувства, усиливающиеся с каждым днем, становилось все сложнее. В один момент парень понял, что больше не может продолжать подавлять себя, он решил действовать, отстраниться от привычного замкнутого образа жизни и сделать шаг навстречу чему-то новому, зовущему его дни напролет. Полный бабочек в животе и пьяной уверенности, он ждал, что вся жизнь изменится в одночасье, станет гораздо лучше. Эти ожидания были такими прекрасными, а фантазии из них получались самыми яркими.

“Сегодня я сделаю это, сегодня я признаюсь” – с этими мыслями Мартин дописал финальные строки рассказа и поднял взгляд на предмет своего обожания – самая красивая девочка в классе, а по мнению влюбленного дурачка – еще и во всей школе как минимум. Длинные волосы с приятным глазу эффектом волны почти доставали до талии, осанка была прямой, безупречной. Очень стройное телосложение и великолепная фигура, словно выделенная тонкими линиями. Элемент за элементом. Сидя на задней парте, подросток не мог разглядеть лицо возлюбленной, но прекрасно помнил каждую его черту: ни единого изъяна. Гладкое словно шелк и чистое как отражение в хрустальном пруду, оно одновременно отдавало холодом льда и жаром солнца. И всякая эмоция, каждый взгляд, любое движение – все прочно заседало в воспоминаниях Мартина, прокручиваясь без остановки ежесуточно, даже во сне. Одно имя вызывало у парня блаженный трепет – Амелия.

Урок тянулся вечно для витающего в облаках подростка. С нетерпением он ожидал его конца, чтобы взять все силы в кулак и решиться проводить свою мечту до дома, а по пути сделать признание. И, наконец, долгожданный момент настал.

– Прости, но нет, – услышал мальчик ответную фразу.

Будто нож по сердцу, все мечты рухнули в один короткий миг, и мир вокруг предстал в бледно-серых тонах, словно обильная грязь, скрытая облаками и радугой, внезапно выползла наружу. Огромных усилий и смелости стоило Мартину это признание, откровение, что он держал в себе долгими днями и ночами. Теперь парень понял, что иного развития событий не могло быть даже в теории.

– Почему? – вырвался без согласия подростка простой вопрос.

– Я не хочу тебя обидеть, – ответила Амелия, глядя под ноги от смущения. – Но мне сейчас это не нужно. Прости.

И ведь злиться просто невозможно, разве что на самого себя за допущенную глупость. С чего он вообще решил, что это правильный поступок?

– Я не обижаюсь, – с трудом сдерживая горечь в голосе и сохраняя невозмутимый вид, ответил Мартин. – Прости, что побеспокоил тебя, прощай.

С этими словами он просто развернулся и ушел спокойным шагом, не показывая ни единым движением лица свою огромную печаль, удерживая нахлынувший поток негативных эмоций. Пешком дойдя до дома и проследовав в свою комнату, подросток сначала посмотрел на стол, на котором находился компьютер, затем на шкаф с множеством прочитанных книг, а после этого грубо снял со спины тяжелый портфель и, что было силы, швырнул его в стену. Рухнув обессиленный на кровать, он распрощался со всеми мечтами и надеждами, а после не выходил целыми днями из комнаты, пока вообще не подхватил грипп. Мартин остался лежать дома несколько недель, пытаясь любыми способами забыть свое величайшее разочарование.

Лишь спустя время и прочитав некоторые книги, Мартин осознал, что совершил ужасную ошибку и все время действовал неправильно, позволяя эмоциям брать контроль над действиями, ставя объект своего обожания в неловкое положение. Никто не обещал ему сказочные замки и исполнение всех мечтаний, он добровольно совершил проступок, возведя прекрасные фантазии о будущем, которые были просто разрушены реальностью. С тех пор парень не воспринимал любовь как что-то прекрасное и необходимое. Это была просто химическая реакция в организме, свойственная каждому человеку и толкающая его к размножению своего вида. Она не несла в себе ничего волшебного и великого, не наделяла сверхсилами и не давала особенную судьбу, зато, без сомнения, вселяла глупую уверенность. И так было всегда с того момента, однако, складывалось ощущение, что сейчас, в этот самый миг, все немного изменилось, возникло новое чувство на горизонте…

***

Мартин не мог понять, пришел он в себя или нет. Что с открытыми, что с закрытыми глазами, картинка перед ним представала абсолютно одинаковая – черный беспросветный фон. Тело начало постепенно ощущаться, и первое, что отметил выживший – очень сильную усталость. Затем была боль в левой руке, потом – в спине, вызванная долгим лежанием на твердом асфальте, и под конец – жгучая боль от разбитого лица, а также неприятное чувство засохшей на нем крови, смешанной с грязью, изгибающейся при движении бровями.

“Каким же я был идиотом”

Первая мысль, посетившая голову после пробуждения. Не очень приятная. Но в реальности все представало еще хуже: правая рука по-прежнему сжимала ружье, все тело окоченело от холода и еле двигалось, грязь на ладонях и в ботинках засохла, Мартин ощущал себя погребенным заживо, а вокруг царствовали мрак и тишина. Зато он был жив, что уже радовало. Превозмогая все недуги, парень аккуратно выкатился из-под машины и поднялся на ноги. Тело отказывалось слушаться, чувствовалось, что температура повышена, а мозг готов разорваться на части; юноше пришлось опереться рукой о машину, чтобы сразу же не упасть в обморок.

“Сколько я тут пролежал?”

На улице стояла глубокая ночь, но пространство вокруг осталось тем же – машины, вывески, дурацкий забор… глянув на который, Мартин увидел огромную дыру в решетке, явно проделанную силой.

“Они были здесь. Эти чудовища были совсем близко ко мне!”

Опять вернулась тяжелая одышка. Нельзя и дальше оставаться на дороге. Парень не представлял, как далеко ушли создания от последнего громкого источника шума. Сопровождаемый абсолютной тишиной, выживший чуть ли не на ощупь двинулся в сторону дома, крепко держа в руках уже использованное оружие. Жуткие образы выплывали из тьмы и издевались над воображением Мартина, но тот просто списывал их на побочное действие сильного снотворного. Он все еще не мог поверить, что это спасло его от смерти, что усыпляющий дротик сделал его настолько бесшумным. Однако факты говорили за себя – он живой и может попасть домой. Самым страшным испытанием стал поход вдоль леса. Ночью складывалось стойкое ощущение, что кто-то там бродит и готовится выскочить на дорогу за жертвой. Тишина, однако, выдавала правду – парень был в безопасности. Силы быстро покидали юношу, и он не мог даже тратить их остатки на банальный осмотр окрестностей в поисках прежних силуэтов. Тупо глядя в одну точку, Мартин продолжал шагать по дороге, используя крупицы выносливости на то, чтобы не шаркать ботинками. Ноющая боль в ранах, внезапно разыгравшиеся аппетит и жажда, зуд от земли на руках и чудовищная сонливость навалились на него разом, пытаясь сломить. Только отсутствие новых неконтролируемых рассуждений помогло парню не потерять сознание и вернуться в город.

Гостиница уже близко. Час ходьбы пешком окончательно вымотал подростка, добавляя ко всем неприятностям боль в коленях, и все же зайти внутрь безопасного жилища оказалось ему под силу, Мартин смог вздохнуть с долей облегчения. Он снова ощущал себя в безопасности, которую точно не нарушит как минимум целую ближайшую неделю.

Доковыляв до шестого этажа и скинув всю грязную одежду с добычей в кучу курток на полу коридора, подросток первым делом направился в ванную. Не было времени заботиться о банальной экономии воды, поэтому Мартин взял целую бутылку и вылил себе на руки, очищая противную засохшую грязь. Тщательно вымыв ладони, он приступил к лицу, протерев его влажным полотенцем. Было больно, полотенце покраснело от содранных ран, из которых сочилась свежая кровь.

Закончив процедуру, подросток все же осмелился глянуть на себя в зеркале и оценить ущерб: лоб расшиблен, как и правая щека, множество ссадин видны на подбородке и вокруг глаз. Жалкое зрелище.

“Это ж надо было на ровном месте. Ладно, я и раньше особым красавцем не был”

Остатки воды Мартин с жадностью выпил, частично разливая по лицу, не в силах контролировать жажду. Она стекала по длинным волосам и телу, облегчая боль юноши и даря давно забытые ощущения настоящего душа. Закончив процедуру, мальчик вернулся в родную комнату, даже не заботясь о том, чтобы одеться. В здании было уже прохладно без отопления, но заскочив под теплое одеяло, выживший почувствовал небывалый уют, безопасность и комфорт. Как бы странно это ни было, но заснуть сразу парню не удалось, некоторые необдуманные мысли по поводу прошедшего дня заставляли над собой поразмышлять.

“О чем же я вспоминал, пока лежал под той машиной?”

Издав совсем легкий звук, в комнату кто-то вошел. Мартин сразу обернулся на визитера и обнаружил девушку, одетую в одну лишь легкую белую пижаму. Прекрасное тело, распущенные волосы, томный взгляд. Это была Амелия.

– Что ты делаешь? – спросил подросток у Юплера.

– Ты не забыл? Я – проекция твоего подсознания. Твои тайные желания и помыслы, – ответила прекрасная девушка, шагая к кровати. – Я лучше тебя самого знаю, что ты желаешь, чего тебе нужно.

Легкий лунный свет освещал новый образ, но его было достаточно, чтобы разглядеть настолько яркие и подробные формы, черты лица. В груди горел обжигающий огонь, взывая к первобытным инстинктам.

Уже через секунду девушка сидела на краю кровати, теребя пальцами край одежды. Сильное желание не давало Мартину четко мыслить какое-то время, но даже несмотря на самый яркий образ в своей жизни, он сумел включить разум.

– Нет, – парень отвел взгляд. – Ничего не будет.

– Да брось, что тебе мешает? – спросил Юплер хрустальным женским голосом. – Ты же хочешь.

– Во-первых, все мои чувства и желания остались в прошлом, и я очень не хотел их трогать, – ответил Мартин. – Во-вторых, ты не должен являться мне в таких образах, особенно в этом. Никогда.

Юплер чувствовался растерянным и подавленным таким ответом, но он продолжил молчать, тихо сидя на краю.

– И в-третьих, я создал тебя совсем не с этой целью. Это омерзительно, так как ты мой друг и… парень, что ли. Я тебя задумал таким. Прибегая к подобному образу, ты вызываешь у меня отвращение.

– Как пожелаешь, друг, – ответил Юплер и исчез, оставив после себя маленький дымок, прямо как в детских мультиках.

“С чего он решил, что я нуждаюсь в каких-то напоминаниях? В каких-то… выбросах энергии? Глупый Юплер, надеюсь, он больше не станет делать ничего подобного”

Закончив мысль, Мартин повернулся на бок и закрыл глаза, возвращаясь ко сну в гораздо более приятных условиях.

***

Потрепанная инструкция по использованию ружья-транквилизатора совсем развалилась в кармане парня на пути домой, однако все еще осталась читаема. Мартин обнаружил, что уже успел нарушить несколько правил эксплуатации: 1) Не наставлять оружие на людей 2) Не использовать оружие без предварительной технической проверки 3) Не давать в руки и не пользоваться тем, кто не имеет опыта в обращении и не ознакомлен с техникой безопасности. Рука все еще побаливала от прошлого выстрела. Вероятно, не стоило пускать шприц в упор. Подросток множество раз прочитал каждый пункт инструкции, особенно о том, как нужно заряжать оружие и стрелять из него. Теперь для подготовки нового дротика понадобилось бы всего десять секунд, а эффект начинает действовать через пятнадцать после попадания. Это стоило учитывать в плане, ведь время довольно существенное. Оставаться живым и невредимым целых пятнадцать секунд вблизи чудовища довольно проблематично. В остальном же ничего особо сложного парень не нашел, он был уверен, что при необходимости точно сможет воспользоваться ружьем по прямому назначению.

– Мартин, твой ход – отвлек от чтения знакомый голос.

– Да, прости – отложил в сторону инструкцию подросток и глянул на шахматную доску, лежавшую прямо перед ним на кровати.

Юплер сидел напротив и терпеливо ждал соперника. Совсем немного подумав, Мартин передвинул белую шашку и отпустил ее, тем самым подтвердив ход, после чего вновь открыл инструкцию, продолжая чтение.

– Ты уже десятый раз перечитываешь столь тонкую тетрадочку, – заметил Юплер, находясь в виде упитанного кролика, стоящего на задних лапах, у которого была шляпа-цилиндр и монокль на веревочке в глазу. – Думаешь найти еще что-то новое?

– Мне необходимо быть абсолютно уверенным в своих действиях. Нужны гарантии, что я не сглуплю в ответственный момент, – пояснил юноша, облизав палец и переворачивая им страницу. – От этого зависит моя жизнь.

– Бесконечное перечитывание одного и того же текста тебе этих гарантий не даст, – Юплер склонил голову над доской в размышлениях. – Пока не окажешься в том самом “ответственном моменте”, не узнаешь, что произойдет.

– Какой ты оптимистичный. Может, мне просто необходимо все это перечитывать? Может, это меня успокаивает и дает уверенность?

– В таком случае ты глупец, – подвел итог Юплер. – Скажи, твой план ведь не может быть настолько примитивен? Привлечь тварь музыкой и усыпить дротиком? Слишком глупо, рискованно, ненадежно.

– Естественно это не весь план, – заверил мальчик, переворачивая очередную страницу. – Лишь основная часть без запасных вариантов действия.

– Надеюсь, один из запасных вариантов подразумевает под собой умерщвление монстра? Ведь идея с захватом наивна как ребенок, что верит в зубную фею. Что ты вообще ждешь получить от этого создания, если схватишь его? Веселую беседу? Мое сердце этого не выдержит.

– Хватит паясничать! Мне нужно одно чудовище чтобы узнать о них больше, найти слабое место. Возможно, обнаружить способ избавиться от всех тварей раз и навсегда. Да, это было бы неплохо.

– Не сомневаюсь. Однако с трупом работать куда безопаснее. Ходи.

Полный раздумий, Мартин передвинул черную шашку.

Прошла неделя с того дня, как выживший не без труда вернулся из зоопарка в безопасные стены дома. К его огромному облегчению, Юплер больше не предпринимал никаких попыток соблазнения, а прошлое не тревожило по ночам, пробираясь в сновидения. Никакие образы не вызывали у него симпатию или различные желания, чувства. Избавление от влечения помогло сосредоточиться на более важных задачах. Мартин успел совершить лишь одну вылазку за припасами, которая показалась ему ужасно примитивной после всего пережитого на прошлых двух. Организм постепенно приходил в норму, даже не смотря на пройденный кошмар.

Вот только с выполнением третьей части плана парень не торопился, слишком сильны еще оставались воспоминания о случае в зоопарке. Страх снова оказаться в подобной ситуации приковывал к постели, одни лишь мысли об этом вызывали дискомфорт, а порой – неподдельный ужас.

– Потом доиграем, – заявил Мартин и встал с кровати, дурные размышления пробудили слабость.