Помоги проекту - поделись книгой:
- Мне жаль, девочка, но такова воля Божья.
Питер полностью потерял контроль над собой. Он использовал эту большую тяжелую книгу, чтобы бить свою дочь. Каждый жестокий удар по лицу приводил к брызгам крови. Она выплюнула сломанные зубы, а затем раздался громкий треск. Это ломалась ее челюсть. Венди упала на колени и молча смотрела, как ее муж избивает до полусмерти ее единственного ребенка. Наконец все закончилось, когда Мэгги рухнула, словно мешок с картошкой.
- Вставай, девочка, - лицо и грудь Питера были залиты кровью, а в глазах этого человека горело адское пламя. - Я сказал, вставай!
Она не пошевелилась, и никогда больше не пошевелится. Библия упала на землю с громким стуком. Питер упал на колени, глядя на свою девочку. Он не мог поверить, в то, что сделала с Мэгги. И ее лицо. Он бил по нему до тех пор, пока оно не стало похоже на мясной фарш.
- Нет. О Боже, что я наделал? - он протянул руку, чтобы коснуться волос своей дочери, одновременно отчаянно ища в ее зеленых глазах хоть какие-то признаки жизни.
Но их не было. Питер убил свою пятнадцатилетнюю дочь из-за пары нижнего белья.
Приехали полицейские и арестовали Питера. Этот злобный ублюдок все еще жив, затерян в тюремной системе, где, я надеюсь, память о Мэгги Эмерсон будет преследовать его до конца его жалкой жизни. Некоторое время назад я встретил офицера исправительного учреждения, который работал в тюрьме, где Питер отбывал свой срок. По его словам, Питер с тех пор отвернулся от Господа.
Каждый раз, когда я проезжаю мимо дома Эмерсона, я думаю о Мэгги. Невероятно, что религия мира и любви могла привести к такой трагедии.
"Страна таблеток"
Синди Маршалл была королевой своего трейлерного парка. И как подстать королевской особе из белого отребья, парни тосковали по ней, в то время, как женщины ее ненавидели. Если у вас был супруг, когда вы жили в этом парке, я могу почти гарантировать, что он трахнул ее. Не то чтобы она была какой-то заурядной парковой шлюхой. Нет, если Синди дала тебе шанс, она владела твоей задницей. То есть, до того дня, когда ее высочеству не станет скучно. Тогда пиши пропало. Твою задницу отбросят в сторону для следующего мускулистого торчка. Было известно, что ее маленький моллюск не откроется ни одному мужчине, находящемуся в ее плену, если только королева, с глазами кислородного голодания, не будет снабжена большим количеством "Перкосета"[1]. И дело далеко не в тебе. Эта чертова девчонка была сущим дьяволом.
Кенни Томпсон поймал опиатный взгляд королевы в тот день, когда он ударил Джоуи Фрита по лицу. Жирный ублюдок провел большую часть недели, преследуя Лиэнн Спенсер. Когда он попытался снять с нее штаны без ее согласия, она устроила ему сущий ад. Она как могла отбивалась от этого ублюдка, у нее была его кожа и кровь под ногтями, когда Кенни нашел ее.
Синди обожала крутых парней, но позволь мне сказать тебе, что бедный Кенни понятия не имел о силе этого суккуба. С другой стороны, оглядываясь назад на то лето, я поражен тем, как этот несчастный слизняк зашел так далеко. У парня была выдержка, дай бог каждому. Но, черт меня дери, если этот тип не рухнул с благодати, прямо в кучу собачьего дерьма!
По правде говоря, я не могу не испытывать сочувствия к Кенни. Парень был достаточно приличным, более или менее, но не пойми меня неправильно. Я не оправдываю его за то дерьмовое шоу, которое состоялось. Если бы он предпочел не быть белым рыцарем Лиэнн, я просто не могу не задаться вопросом, втянула бы Синди какого-нибудь другого подонка в свою паутину из дерьма. В течение двух дней Синди и Кенни будут названы собственной белой мусорной версией Бонни и Клайда в Кингс-Крике.
В Хейвудском трейлерном парке началась засуха с таблетками. Кого бы ты ни спрашивал, ни у кого не было обезболивающих. Трейлерный парк без наркотиков подобен эпидемии зомби. Наркоманы шаркают в пыли, и когда напряжение возрастает, они словно животные набрасываются друг на друга. Все были в отчаянии, но не так сильно, как королева Синди.
- Мы собираемся выставить аптеку, - выпалила Синди ошеломленному Кенни.
- Повтори, что ты сказала.
- Ты слышал меня; возьми свой пистолет и оторви свою задницу с дивана, потому что мы собираемся прокатиться по Кингс-Крик, - Синди вскочила на ноги и отчаянно запрыгала вокруг.
Казалось, она только что нашла решение всех своих проблем. Ее поклонник был настроен менее восторженно.
- Ты что, рехнулась?
Синди схватила его за воротник, подтащила поближе к своему рту и прижалась губами к его черепу.
- Слушай, ублюдок, я не принимала таблетки уже три гребаных дня, и если я в ближайшее время не вкинусь, я кого-нибудь убью.
Кенни видел, как нарастают отчаяние и истерия. Всего несколько минут назад он отказывался от опиатов, презирая жизнь, а теперь его принуждали к самоубийству.
- Успокойся, Синди, нам нужна стратегия. Мы не можем просто разгуливать там, размахивая оружием. Разве ты не знаешь, что у Карла Шелби есть помповое ружье. Это не первое его родео. Он опытен в общении с охотниками на таблетки.
- Не называй меня гребаной охотницей на таблетки! - она взвизгнула, ударив его по затылку.
- Я не имею в виду нас, детка. Я имею в виду
- О, ты хочешь что-то сказать?
- Послушай, для начала нам обоим нужно оружие. Нам также нужны маски.
- У нас есть несколько старых хэллоуинских масок в комнате Лори, в шкафу. А Коди одолжит мне свой "Ругер".
- Ну, черт возьми, мы действительно сделаем это. Мы уже вляпались в это дерьмо.
Синди соблазнительно посмотрела на Кенни сверху вниз. Она узнала, что он был влюблен в эти зеленые глаза, и она хорошо использовала их, когда хотела сделать что-то по-своему.
Синяя "Мазда" Кенни въехала на стоянку, и будь я проклят, если это не был счастливый день для этого дуэта. Заведение было пусто, если не считать Карла и какой-то чокнутой женщины-фармацевта. Ковбои надели свои маски на Хэллоуин и зарядили свое огнестрельное оружие.
- Хорошо, детка, ты готова к этому дерьму? - с тревогой спросил Кенни.
- За таблетку я убью любого ублюдка на своем пути.
- Хорошо, сбавь обороты немного. Мы не хотим никого убивать.
- Будь я проклята, если я этого не сделаю, - она выскочила из машины, торопливо направляясь к магазину.
- Она, блядь, сошла с ума.
На какую-то миллисекунду он подумал просто сказать:
В тот момент, когда Синди ворвалась в стеклянные двери, она подняла пистолет и дважды выстрелила в Карла. Толстый хрен упал замертво с дырой в голове и груди. Мозги старика вырвались из задней части черепа тошнотворным туманом.
Фармацевт попыталась сбежать. Кенни прицелился, прежде чем разрядить картечь в грудную клетку женщины. Кенни отстранился. Он замер, уставившись на умирающую женщину. Она протянула окровавленную руку и едва слышно простонала:
- Помогите.
То есть до тех пор, пока Синди не выстрелила ей в правый глаз.
- Господи Иисусе, твою мать! - крикнул Кенни.
Синди схватила его за руку и встряхнула изо всех сил.
- Прекрати, блядь, это. Hам нужно достать таблетки.
Синди потащила ошеломленного Кенни за руку. Свободной рукой она открыла дверь, пробравшись за стол. Синди начала собирать все опиаты, которые смогла найти, загружая бутылки в сумку для продуктов. Кенни чувствовал себя так, словно был на пороге обморока. У него было туннельное зрение, а все звуки были подавлены. Затем он увидел, как Синди подняла пистолет у витрины магазина, прежде чем разрядить оружие. Повернув голову, он увидел офицера Келлера. Бедняга схватился за кровоточащую дыру в горле, прежде чем рухнуть замертво на пол.
- Ублюдок, должно быть, включил какую-то бесшумную сигнализацию.
Кенни наконец вырвался из своего тумана, поняв, что им нужно действовать.
- Нам нужно идти, пока не появились другие.
И они поехали, хохоча от бешеного возбуждения, пока "Мазда" неслась по улице в сторону Хейвудского трейлерного парка. Вернувшись домой, Синди сразу же достала из сумки бутылку "Перкосета", вытряхнула три таблетки по 10мг, прежде чем раздавить их и понюхать порошок через соломинку из McDonald's. Кенни последовал ее примеру, и, посмеиваясь, рухнул на диван.
- Мы, блядь, сделали это.
- Чертовски верно, - Синди почувствовала движение снаружи. Она бросилась к окну, отдергивая занавески. Ко входу в трейлерный парк подъехала машина помощника шерифа. - Срань господня, эта свинья, которую мы убили, должно быть, вызвала подкрепление. Похоже, нам пиздец.
- Я не собираюсь в тюрьму, Синди; я умру под шквалом выстрелов, прежде чем вернусь в это гребаное место.
- Хорошо-хорошо, не кипишуй, - Синди схватила таблетки и пистолет. - Бери свой пистолет и следуй за мной.
Полицейский находился несколькими домами дальше, лицом к передвижному дому Синди. Они воспользовались этой возможностью, чтобы сбежать через парадную дверь. Преступники с дикими глазами пробежали через три участка, прежде чем добрались до леса. Они наблюдали, как двое полицейских вышли с пистолетами наизготовку, пробиваясь через парадную дверь.
- Пойдем.
Наркоманы рысью пробирались через дикую местность, направляясь к реке. Они направлялись на свалку Итана. Оказавшись там, они быстро перелезли через забор и спрятались в старом переоборудованном фургоне. В течение следующих двух часов они нюхали таблетки, обливаясь потом, прежде чем усталость настигла их. Они проспали всю ночь с оружием в руках.
Синди открыла глаза, когда солнечный свет ударил ей в лицо. Что-то, казалось, было не так. Она услышала шум. Это был звук шагов?
- Срань господня, Кенни, вставай, они здесь.
Кенни очнулся ото сна в общей сложности за две секунды до того, как пули начали разрывать фургон. Влюбленные метались, когда из пулевых отверстий хлынула кровь. После нескольких мгновений полнейшей резни все стихло. Боковая дверь скользнула в сторону. Снаружи фургона стояли шесть помощников шерифа. Они осторожно подошли к трупам с остекленевшими глазами, убедившись, что они мертвы.
Так королева Хейвудского трейлерного парка потеряла свой трон.
"Рождение в aду"
Гнилостная вонь заполнила ауру комнаты. С переплетения древних труб медленно капало в переполненные ведра. Древесина разбухла и пропиталось водой, прогибаясь от избытка влаги. Пол был сделан из потрескавшегося и потускневшего бетона. Стены покрыла плесень и грязь, что усугубляло мерзость подвала. Это была отвратительная, всеобъемлющая атмосфера горя.
Девушка закричала.
Конечности напряглись, когда она туго натянула веревки, которые ее связывали. Как рыба, она барахталась и извивалась, обнаженное тело ударилось о старый деревянный стол. Она вскрикнула.
- Начинается!
Он появился из темного угла подвала, выглядя дьявольски в свете раскачивающейся лампы на крюке. На нем была грязная белая майка, заправленная в старые синие джинсы. Мужчина насвистывал тихую мелодию, приближаясь к обнаженной беременной девушке. У основания стола он наклонился и поднял большой кожаный фартук. Надел его.
Она продолжала тужиться и напрягаться, крича, когда пот лился по ее лицу, шее и груди.
- Помоги мне!
- Ш-ш-ш, дыши, милая, - прошептал мужчина, пробегая пальцами по ее мягким волосам.
Он пододвинул металлический табурет и устроился у нее между ног.
- Папа, это так больно, - oна успела выдохнуть, прежде чем раздался новый крик.
Он сдерживал слезы; ему было ненавистно видеть ее мучения.
- Я знаю, милая, я знаю.
Мужчина протянул руку и схватил ее за колено. Она продолжала плакать, когда родовые схватки пронзили все ее тело. Он потянулся к ящику с инструментами, который лежал рядом со столом, немного пошуршал внутри него.
- Так, мне нужно, чтобы ты тужилась, дорогая.
- Папочка...
- Тужься, дорогая. Тебе нужно тужиться.
- Я хочу поехать в больницу.
- Это не вариант, милая. Ты знаешь, что сделают в больнице. Мы сами о себе заботимся, а теперь мне нужно, чтобы ты послушала меня и тужилась.
- О, Боже! – девушка напряглась.
Ее вопли пронзили его барабанные перепонки. Он почувствовал, как его мозг загрохотал внутри черепа. Показалась головка. Улыбка озарила лицо мужчины. Он подставил руки, пока продолжались роды, и позволил ребенку упасть в них.
Младенец закричал. Он замахал своими маленькими ручками и ножками, когда сделал первый вдох. Девушка подняла голову, отчаянно пытаясь разглядеть ребенка.
- Папа, дай мне посмотреть.
Он проигнорировал ее, потянувшись к ящику с инструментами. Вытащил садовые ножницы и перерезал пуповину.
- Это мальчик. Твой первый ребенок - мальчик, - взволнованно сказал он.
Дочь наклонилась и улыбнулась отцу.
- Ты имеешь в виду - наш ребенок.
- Правильно, детка... наш ребенок.
- Ты можешь сделать это, если хочешь, я знаю, какое удовольствие это тебе приносит.
- Нет, детка, ты должна это сделать, - oн покачал головой. - Это твой первенец. С рождением ребенка приходит большая ответственность.
- Мы должны сделать это вместе.
Его не нужно было больше убеждать и, как ребенок в кондитерской, он кивнул.
- Хорошо, - мужчина встал и отнес ребенка к маленькому стальному столику. Он положил его на холодную поверхность и вернулся к дочери, наклонился и начал разрезать веревки. - Удивительно видеть тебя на этом столе. Твоя мать рожала бесчисленное количество раз именно на этом столе, как и твоя сестра. Теперь ты стала женщиной, моя милая маленькая девочка.
Когда путы исчезли, девушка оторвала свое измученное тело от стола. Она нетерпеливо подошла босыми ногами к металлическому столику. Папа был прямо позади, обнимая ее. Она протянула руку назад и потерла его лицо, когда он поцеловал ее в шею. Оба посмотрели на маленького плачущего младенца.
- Он такой красивый, - oна попыталась сдержать слезы.
- Так и есть.
Поделиться книгой: