Двенадцать Месяцев. Декабрь

Но неожиданно все изменилось.

Очередной удар посоха о землю! Всплеск магии и взлетевший в воздух монстр. Визг ярости, свист ветра, сопровождающий магически «ускоренное» перемещение… Шлеп!

Чудовище приземлилось, распластавшись на снегу, совсем рядом с куполом, укрывшим Анастасию. Некоторое время полежав, приходя в себя, монстр тряхнул своей уродливой головой. Его алый взгляд встретился с взглядом карих глаз девушки.

«О, нет…» – паника судорожным вздохом подступила к горлу. – «Заметил!» – подумала Настенька очевидную вещь, почувствовав, как все тело сковывает от ужаса.

Тварь на мгновение замерла, а потом (как показалось Анастасии) ее пасть растянулась в ехидном оскале, демонстрируя жуткую пасть. Медленно поднявшись, чудовище сделало осторожный шаг в сторону щита. Настя замерла, забыв как дышать, внезапно отчетливо осознав собственную слабость.

В следующий миг порождение тьмы бросилось на преграду, намереваясь, смести ее наскоком. Настя, увидев несущуюся на нее смертоносную тушу, прижав руки к губам, вскрикнула и инстинктивно упала на снег. Но испугалась девушка напрасно…

Шлеп! Купол монстра остановил, отбросив назад.

Тварь, вновь плюхнувшаяся в снег, недовольно рыкнула и повторила попытку. Прозрачная преграда неодолимым барьером вновь встала на ее пути. Но, даже убедившись, что защитный купол не позволяет до нее добраться, девушка не могла расслабиться.

«А вдруг?!»

И каждый раз, наблюдая несущегося на нее монстра, Анастасия сильно бледнела и рефлекторно отползала в противоположную сторону, видя, как чудовище облизывается. Пока не начинала упираться спиной в «стену» купола.

Тварь, сообразив, что ее будущая жертва никуда не денется, пригнула морду вплотную к земле, принюхиваясь и медленно обходя купол по кругу. Настя внутри двигалась синхронно, так же медленно отползая назад и вздрагивая всякий раз, когда чудовище облизывалось.

Вскоре монстру надоела эта игра! Он приподнял лапу и провел когтями по стене купола, высекая голубоватые искры. Этого стало последней каплей – девушка истошно закричала. Очевидно, посчитав это признаком успешности своих действий, враг отвел лапу в сторону, намереваясь ударить когтями с большей силой.

«Возможно, думает пропороть «ткань» магической защиты?..»

Но в следующий миг, не дав монстру осуществить задумку, перед глазами девушки мелькнула смазанная тень. И прежде чем Настя в полной мере осознала, что между чудовищем и куполом встал Страж, тварь была отброшена в сторону.

Странно задергавшись, чудище затихло. А под его брюхом стало расползаться черное пятно. Кощей, обернувшись, бросил на девушку пристальный взгляд, и исчез так же стремительно как появился, вернувшись к противостоящему натиску врагов в одиночку Дмитрию. А Настя потрясенно замера, широко раскрытыми глазами уставившись на то место, где только что стоял Страж. Неожиданно ей вспомнились слова Октября Месяца о том, что Константин очень красив…

«И это очень-очень слабо сказано!»

Теперь Настя могла понять, почему девушки сами сбегали к нему. Высокий, с чуть смуглой кожей, слегка раскосыми черными глазами и стройным да сильным телом воина. Он напомнил ей хищника, в любой момент готового к прыжку. С длинными темными волосами, сейчас забранными в высокий хвост, с маленькой ямочкой на подбородке, на удивление, пухлыми, четко очерченными губами, прямым носом и необычным разрезом глаз, Константин был необычайно красив. А уж его глаза…

Темные как самая безлунная ночь – даже зрачков не разглядеть. Они почему-то напоминали Настеньке два бездонных темных омута. Создалось впечатление, что если долго в них смотреть, то можно потерять душу. Ее просто затянет в эту непроглядную бархатистую тьму.

«Фантастические глаза… Можно голову потерять, едва увидев их», – девушка совершенно выпала из трагичной реальности, зачарованная единственным взглядом Стража.

Тряхнув головой, Анастасия постаралась отогнать наваждение, чтобы хоть немного прийти в себя. Пока она, заново осознавая происходящее, пыталась медленно встать на ноги и отряхнуть налипший снег, Дмитрий и Константин практически расправились с оставшимися тварями. Их с каждой минутой становилось все меньше и меньше. Некоторые были убиты, другие устали и едва стояли на подрагивающих ногах, а те, что сохранили силы, были слишком малочисленны, чтобы одолеть мужчин.

Когда оставшиеся в живых монстры поняли, что им грозит неминуемая погибель, попытались сбежать. Но Декабрь месяц не позволил им эту роскошь. Вновь поднял свой посох, он силой своей магии заставил засветиться навершие.

Мягкое голубоватое сияние окутало все вокруг. А позади Кощея открылся прямо в воздухе черный провал, в который и стало затягивать выживших, и убитых чудовищ. Они громко визжали в попытке уцепиться когтями за снег, но все попытки избежать неминуемой участи были заранее обречены. Через несколько минут на поле никого из врагов не осталось, а пролом между мирами стремительно затянулся. И только черные пятна крови, да изрытый снег, напоминали о том, что здесь произошло.

В тот же миг купол, охранявший Анастасию, исчез. Девушка, осмотревшись по сторонам, сделала пару неуверенных шагов и нерешительно замерла, ожидая, когда мужчины сами к ней подойдут.

– Настенька, – позвал ее Декабрь каким-то «деревянным» скрипящим словно у снежных человечков голосом, подходя ближе. – С тобой все хорошо?

Анастасия подняла взгляд, собираясь ответить ему утвердительно, да так и застыла.

«Батюшки, ну и вид…»

Судорожно всматриваясь в лицо Дмитрия, она пыталась понять, что же это с ним такое приключилось? Глаза, раньше насыщенного голубого цвета, сейчас словно выцвели и покрылись блеклой изморозью. Кожа совершенно побелела. С правой стороны лица от брови, медленно сдвигаясь к щеке и далее – к подбородку, спускалась ледяная корочка вязи.

Настя с каждым его шагом ощущала, как от Месяца исходят все более сильные волны холода лютого. Непроизвольно отступив на шаг, девушка замерла, настороженно вглядываясь в лицо Дмитрия.

– И чего ты ждешь? – неожиданно резко спросил Константин. – Или не видишь, что ему помощь нужна? Ты ведь его спутница, как я понял, вот и помоги ему.

– Я… – Анастасия нерешительно посмотрела на Кощея, да так и не сказала ничего.

Вновь переведя взгляд на Дмитрия, девушка глубоко вздохнула, прикрыв на мгновение глаза, и осторожно подошла к Месяцу. Как бы ей боязно не было в первый раз дар своего клана применять, а Кощей прав: ее прямая обязанность помочь силу могучую высвободить, да в себя прийти.

«Как же бабушка учила?..» – концентрируясь на конкретной задаче, взяла себя в руки Настя.

Сделав еще один маленький шажок и оказавшись рядом с Декабрем, Анастасия приложила одну руку к его щеке, а вторую прижала к груди в том месте, где билось сердце. Вновь закрыв глаза, девушка в деталях вспомнила бабушкины уроки и постаралась расслабиться. Настя погрузилась в собственные ощущения, глубоко и размеренно дыша. Вот она почувствовала, как по телу прокатилась волна озноба.

Холод, что источал Месяц, медленно проникал в ее руки, ледяным жаром пробегая по венам, наполняя каждую клеточку женского тела. От него перехватывало дыхание, сдавливало тяжестью грудь. Настя приоткрыла рот, стараясь вдохнуть хоть немножко живительной силы. И расслабиться, позволив холоду просочиться из ее тела наружу, раствориться в зимнем воздухе леса.

– Выпускай, дурочка, замерзнешь! – через ледяную корку, которая, казалось, сковала все тело Настеньки, донесся строгий голос Кощея.

Анастасия, вздрогнув от неожиданности, резко распахнула глаза и протяжно застонала. Ей никогда не говорили, что это так больно – пропускать через себя силу Месяца. Казалось, что все ее тело наполнили колючие льдинки. Стремясь покинуть «человеческую оболочку», они нещадно ранят ее тело. Девушка старалась расслабиться сильнее, надеясь, что так ей будет легче. Но на место покинувшей ее силы, приходила новая волна ледяного жара. Она проникала через прикосновения к телу Месяца, и все повторялось по новой.

– Тише, милая, потерпи, – ласково уговаривал Константин, стоя чуть в отдалении от них. – В первый раз всегда трудно, дальше легче будет. Чуть-чуть совсем осталось. Еще капельку, и сможешь отдохнуть.

Анастасии пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть от боли, безостановочно терзающей ее измученное тело. Выступившие слезы, скатывались по щекам. Но на одежду и землю падали уже в виде маленьких льдинок, так велика была сейчас сила зимняя в ней. И когда Насте уже казалось, что она больше не выдержит, все резко прекратилось – ушла боль, исчезло ощущение леденящего холода. Пошатнувшись, девушка начала от облегчения оседать на снег. И только сильные руки Декабря не дали ей упасть.

– Настенька, хорошая моя, потерпи немножко, – зашептал Дмитрий, подхватывая ее на руки и крепко прижимая к себе.

Настя, приоткрыв глаза, пристально посмотрела на Дмитрия. Его лицо утратило снежную бледность, ледяная вязь полностью исчезла, а радужка глаз вновь радовала ярким голубым цветом.

«Получилось, – довольно подумала девушка, обессиленно положив голову на плечо Месяца. – Я справилась».

– Константин?..

– Знаю, сейчас открою, – ответил Страж.

Чуть повернув голову, Настя заметила, как Кощей провел рукой в воздухе. И перед ним появилось марево. Больше всего это зрелище напоминало мираж, так как «в его глубине» Анастасия рассмотрела смутные очертания какой-то комнаты. Но любопытства в ней это не пробудило. Сейчас девушка чувствовала себя настолько плохо, что хотелось только одного – оказаться в тепле, и желательно в своей кровати. Когда Дмитрий шагнул в это пространство размытого воздуха, Настя зажмурила глаза, и покрепче прижалась к нему, обхватив руками за шею.

– Добро пожаловать в мой дом, спутница Декабря Месяца, – раздался рядом с ней голос Кощея.

Глава 6

Открыв глаза, Анастасия первым делом осмотрелась вокруг (любопытство женское – не изживаемо, ему даже слабость и головокружение не помеха.) Они находились в большом помещении, сложенном из темного камня. Потолки были настолько высоки, что их очертания терялись в полутьме. Если бы не весело потрескивающий огонь в камине и не белый пушистый ковер на полу, кое-какая мебель да гобелены, развешанные по стенам, комната бы напоминала… склеп.

Больше всего Настю поразило отсутствие окон. Как бы старательно она ни вертела головой, нигде даже намека на них не заметила. Лишь в одной из стен имелась высокая двустворчатая дверь. Мрачное и пугающее место!

«Все же склеп, – вздохнула девушка. – Только немного «облагороженный».

– Укладывай ее на диван, – распорядился тем временем Кощей.

Дмитрий, подойдя к ложу, что стояло прямо напротив камина, бережно опустил на мягкую поверхность свою ношу. Придерживая Настю за спину, помог ей снять шубку и ловко стянул с ног сапожки. Поправив маленькую диванную подушку, Месяц помог прилечь девушке, с беспокойством вглядываясь в ее немного бледное лицо. Он прекрасно помнил, как поначалу тяжело было его прошлым спутницам. Так ведь они и выносливее были, а Настя… совсем худенькая.

Константин, подхватив с кресла плед, передал его другу, с любопытством наблюдая за тем, как Декабрь бережно укутывает им девушку. А напоследок, прежде чем отойти от нее, ласково гладит по голове. Нет, Кощей не сказал бы, что к прошлым своим спутницам Дмитрий относился прохладно. Он всегда был приветлив, добр и временами заботлив (и в спальню свою насильно никого не тащил, они сами с удовольствием являлись), а спутницы его неизменно страдали от неразделенной любви. Все они, без исключения, насколько помнил Константин, желали бы остаться с Месяцем навсегда. Да вот только ни одна так и не смогла затронуть его сердца. А эта…

«Интересно, чем она его взяла? Неужто так хороша в умениях любовных? Или причина в новизне, ведь много зимних сезонов не приходили к Месяцам спутницы?» – цинично подумал мужчина.

Давно утратил Константин веру в женскую искренность и добросердечность.

– Прикажи чаю подать, согреть ее надобно, – отвлек его от размышлений голос друга.

Пока Кощей вызывал слугу своего, Настя смотрела на язычки пламени и с трудом боролась со сном. Он казался сейчас самым желанным и необходимым, да только неуютно ей было уснуть в гостях у Стража, боязно как-то. Хоть и понимала, что не причинит он ей зла, да и Декабрь-Месяц не позволит, а все ж не могла волненье унять, желая как можно дальше оказаться от дома мрачного.

Когда открылась дверь и кто-то вошел и Кощей стал отдавать распоряжения об угощениях, Настя подивилась тому, как практически бесшумно двигается слуга. Лишь какое-то странное постукивание, сопровождавшее пришедшего, доносилось до ее ушей. Показалось оно девушке смутно знакомым. Но, укрытая высокой спинкой дивана, не могла она увидеть вызвавший интерес объект.

«Еще успею рассмотреть, – решила девушка. – Должен же он принести поднос с чаем и поставить его на тот низкий столик, который Дмитрий пододвинул ближе к дивану».

Приготовившись ждать, прикрыла она глаза, прислушиваясь к разговору мужскому.

– Как там оказалось столько падальщиков? – голос Декабря звучал обеспокоенно.

– Сам не знаю, – ответил Кощей. – Когда я почувствовал неладное и перенесся туда – уже целая толпа этих тварей собралась. И ведь не понятно, что они делали в чистом поле? Всегда на кладбищах появляются, а тут…

– Согласен, странно все это, – задумался Месяц и кинул еще один обеспокоенный взгляд на свою спутницу, проверяя, все ли с ней в порядке. – Не только место их появления, но и количество беспокоят меня. Уж слишком много их было. А когда ты прибыл, они куда-то направлялись?

– Да в общем-то нет, – погрузился в воспоминания Страж, стараясь максимально точно вспомнить, что он тогда увидел. – Они по полю кружили, носом снег рыли, словно искали под ним что-то. Так это еще более странно, для такого дела обычно ищейки появлялись. А падальщикам что искать, кроме трупов?

– Не знаю… – начал Дмитрий, да так и застыл, о чем-то крепко задумавшись.

– Что такое? – насторожился Страж, глядя на хмурое лицо друга своего.

– Дело в том, что до того, как к тебе на помощь прийти, мы с Настенькой у Бабы-Яги были, – начал объяснять Дмитрий. – Олеся сказала, что все чаще стали попадаться какие-то уж слишком запуганные души умерших, стремящиеся поскорее оказаться за Гранью. Словно спасались от чего-то. И на расспросы не отвечали, лишь одна душа ребенка сказала, что их с мамой чудовище убило.

– И что? Ты думаешь, это падальщики?

– Нет. Дело в том, что душу ребенка Олеся переправила, а вот матери его не было и так она и не появилась, – сумрачно ответил Декабрь.

– Пожиратель?! – Кощей недоверчиво уставился на друга, пытаясь осмыслить услышанное. – Но… Если бы это был он, душ бы вообще не было, да и тревогу бы забили. Там следы своеобразные на…

Тут Страж бросил косой взгляд на девушку и замолчал, не желая ее пугать.

– Вот то-то и оно, – ответил Декабрь, тоже оглянувшись на Настю. – Поэтому и думаю, что поле то проверить надобно. Не послал ли кто падальщиков следы преступные убрать? Последнюю неделю, как я в силу вступил, хорошо снегом землю укрывал-укутывал, чтобы не замерзла она.

– Но ты сам подумай, что все это странно очень! – возмутился Кощей. – Когда такое было, чтобы пожиратель трупы прятал да души отпускал?

– Сам знаю, – тряхнул головой Месяц. – Да только нет у меня другого объяснения.

– Хорошо, – сдался, наконец, Страж. – Завтра с утра проверю все со слугами своими.

Открывшаяся вновь дверь прервала их разговор. Вошедший слуга чинно поклонился, держа перед собой груженый яствами поднос. Кощей лишь досадливо махнул рукой, показывая, чтоб на стол его ставили.

Расслышав приближение постукивающих шагов, Настя открыла глаза, желая посмотреть на того, кто не побоялся служить Кощею. Да еще и в столь мрачном месте! А разглядев, вмиг подскочила (откуда только силы взялись?) и прижалась к ближайшему крепкому мужскому телу, во все глаза глядя на стоящий перед ней скелет.

– Многое бывало в моей жизни, – послышался насмешливый голос над ее ухом, – но еще никто на меня так не бросался.

Подняв голову и посмотрев в черные глаза Кощея, Настя отчаянно покраснела, осознав, кого так сильно обнимает. Быстро отступив назад и спрятав руки за спину, еле слышно попросила прощения и с опаской посмотрела в сторону. Туда, где находился обладатель «звучной» походки.

А скелет, несомненно наслаждаясь произведенным эффектом, мигнул зелеными огоньками в пустых глазницах, чуть подался в сторону гостьи и плотоядно щелкнул челюстями. Не выдержав такого глумления, Настя, взвизгнув, метнулась за спину Стража.

– Неужели я так тебе полюбился, что все никак отойти не можешь? – расхохотался тот.

– Да прекратите же издеваться! – возмутилась девушка, осторожно выглядывая из-за Кощеевого плеча. – Ой, мамочки, страх-то какой!

Не сдержавшись, Настя вскрикнула, когда скелет склонил голову набок.

– Настенька, милая моя, ну что же ты так? – Дмитрий со смехом отцепил ее руки от плеч Стража и, крепко обнимая, прижал к себе спутницу. – Не бойся его, это всего лишь магический слуга, полностью подвластный Константину. Он не причинит тебе вреда.

А Настя, вцепившись в обнимавшие ее руки Декабря, судорожно вспоминала школьный курс биологии, где говорилось, что скелеты сами по себе ходить не могут!

«Ведь нет покрова из мышц, которые и отвечают за движение тела».

Настороженно следя за тем, как, повинуясь взмаху руки Константина, страшный слуга ставит поднос на стол, а затем, поклонившись, удаляется, поражалась Настя отваге тех девушек, что «охотились» на Стража.

«Это же насколько надо быть бесстрашной или в конец глупой, чтобы захотеть стать женой такого мрачного субъекта? – размышляла девушка, провожая взглядом слугу, пока он не скрылся за дверью. – Нет, такое точно не по мне! И никакая красота тут дело не спасет».

– Все-все, он уже ушел, – сказал Кощей, насмешливо наблюдавший за девушкой.

– Пойдем, я помогу тебе сесть, – Дмитрий чуть отстранился от Насти, но не выпустил полностью из своих рук.

Осторожно придерживая свою спутницу за талию, он провел ее к дивану, помог сесть, а под спину для удобства подложил подушку. Налив в чашку чай, Декабрь присел рядом с Настей, протягивая ей ароматный напиток. Ему почему-то доставляло удовольствие ухаживание за девушкой.

«Хороша… Трогательна до умопомрачения».

Приятно было наблюдать, как она еле заметно вздрагивает, когда их пальцы соприкасаются, как смущенно отводит взгляд, а нежные щеки окрашивает чуть заметный румянец. Она, словно малое дитя, с восхищением во взоре смотрит на то, что ему самому кажется обыденным и естественным. И в то же время ведет себя как-то уж слишком по-взрослому, а сама ведь еще так юна. Настю хотелось холить, лелеять и оберегать. А ведь прошло всего ничего с того момента, как они впервые встретились!

Но, вопреки трепетному отношению Дмитрия к своей спутнице, Месяцу доставляло огромное удовольствие ее смущать. Он прекрасно видел, как девушка реагирует на него, как вспыхивает румянцем и старается сторониться. И понимал причины ее поступков, возможно, лучше самой девушки!

Вот только спешить не хотел, давая Насте время привыкнуть к нему. Он нисколько не сомневался, что она, как и прежние спутницы, окажется в его спальне. Причем придет к нему добровольно. Именно эта мысль и заставляла его сдерживаться, не позволяя давить на девушку.

«Тем слаще будут последствия этого ожидания».

А Настя, даже не представлявшая, о чем сейчас думал Декабрь-Месяц, медленно пила чай, постепенно успокаиваясь после пережитого потрясения.

«Пора бы уже привыкнуть – в настоящую «сказку» попала. Вот только не получается!»

Ей с лихвой хватило бы и падальщиков, которых они повстречали в поле. А тут еще и замок мрачный, слуги страшные… Да и сам хозяин всего этого вызывал у нее необъяснимые опасения. Вроде бы и лицом, и телом красив, поддержал при первом опыте развеивания излишков силы Месяца, ничего плохого пока не сделал, а все же Настя предпочла бы держаться от Стража подальше. Девушке вполне хватало и того сумбура в мыслях и чувствах, что возникал, когда с ней рядом был Дмитрий.

Месяц был настолько пригож собой, что Насте с большим трудом удавалось не поддаться его магнетической притягательности. Приходилось каждый раз напоминать себе, что не желает она повторить судьбу своих предшественниц. Да и нечем ей заинтересовать такого мужчину! Обычная девушка, со светло-русой косой, карими глазами, маленьким носиком, из-за которого в школе ее дразнили «Кнопкой». Таких, как она, много, а он…

Крепко зажмурившись и глубоко вздохнув, постаралась отогнать прочь думы печальные. Поставив полупустую чашку на стол, девушка положила свою ладошку на руку Декабря, привлекая его внимание.