Девочка-война

— А вот и не знаешь! Я может это…как его там? Влюбился я!

— Ну точно, — рассмеялась Ленка.

— Я что же влюбиться, по-твоему, не могу? Не человек я что ли?

— Ты мне лапшу на уши-то не вешай. Твое сердце уже давно занято, Демид.

— Вот это поворот! И кем же оно занято, Елена Петровна? — не переставал я очаровательно насиловать свой рот, выдавливая из него улыбку.

— Так персоной твоей татуированной, Демид Матвеевич, — отзеркалила мой тон и позу староста.

— Номер гони, Лен! — вмиг отставил в сторону я шуточки.

— Нет.

Вот же упертая коза!

— Лена, проси, что хочешь, но номер телефона Малиновской мне нужен прямо сейчас.

— Татуировку хочу, — без всякой заминки тут же сделала ставку староста.

Вот же профурсетка продажная! Я от души рассмеялся и кивнул. Ленка была тоже из бюджетников, обычная среднестатистическая девочка, желающая дорогого апгрейда.

— Будет.

— Прям карт-бланш по размеру? — не унималась торговаться староста.

— Господи, женщина! Да! А теперь гони мне номер телефона Агаты.

— Записывай, — вздохнула Ленка обреченно, а потом так очаровательно разулыбалась, что я опять рассмеялся. Девчонки, ну что с них взять?

С чувством выполненного долга и с записанным сотовым номером моей кукляхи я и поперся в аудиторию на новую пару. Рядом опять не сел, даже взгляд влажный на нее не кинул с утра. В общем, вел себя чинно и почти благородно. Хотя было адски тяжело. Ну сами посудите! Девчонка испытывала пределы моего терпения на все лады. Нацепила на себя сегодня черные в облипочку брючки и полупрозрачную белую блузку. Ну за что она так со мной? Ведь даже белье видно, а моя фантазия же ой какая богатая. Я же сразу навоображал, как это самое белье с нее снимаю. Зубами!

Господи, Громов, да угомонись же ты!

Но я все смотрел и насмотреться не мог. Волосы сегодня она убрала в высокую шишку на самой макушке, открывая вид на изящную длинную шею и аккуратные ушные раковины. Вся такая строгая и неприступная. Низ живота предательски потянуло, и я глухо застонал, склоняя голову на скрещенные руки. Черт, надо как-то быстрее с ней решать, не дело это прямо на паре на нее слюной капать.

Решительно достал телефон и нашел недавно записанный номер под именем «Кукляха». Подумал, пожевал губу и принялся печать простое, но такое нужное нам:

«Привет».

Глава 6

POV Демид

Ожидаемо она не ответила. Кинула свой царственный взгляд на экран телефона и вновь уткнулась в тетрадь, дотошно записывая слова лектора. А я вновь принялся строчить ей романтический бред.

«Агата, как ты смотришь на то, чтобы прокатиться сегодня по вечерней Москве? Демид.»

И вновь она только мазнула взглядом по экрану девайся, а потом фыркнула и закинула аппарат в свою сумку. Вот коза! Ладно, все равно я упертый баран тебя дожму. Еще разок пожевал губу, а потом толкнул плечом рядом сидящего Яна.

— На большой перемене не в кафе пойдем, а в столовку, — озвучил я свои мысли.

— Не пойдем, а пойдешь. Мне в койке с отравлением валяться ой-как не хочется.

— Не переигрывай. Пожуешь пирожок с картошкой, с тебя не убудет, — буркнул я.

— Ну, что не сделаешь ради друга. Тем более обед обещает быть занятным. Хоть посмотрим, как тебя Малиновская разматывает, — хмыкнул сидящий рядом Ромка.

— Да она уже почти влюбилась в меня, — отмахнулся я, поигрывая бровями.

— Ага, оно и видно, — и парни подавились смехом, чуть ли не хрюкая в свои толстовки.

Вот же предатели, никакой поддержки!

— Задние парты, что смешного я сказала? — послышался грозный голос лектора и мы мигом притихли, изо всех сил изображая глубокий мыслительный процесс. И только Агата Малиновская кинула на меня свой фирменный неприязненный взгляд и закатила глаза. Ух, какая!

Прозвенел звонок и мы, как и договаривались, двинули в сторону большой столовой. Именно там я надеялся отловить свою злюку. На хвост пыталась вновь упасть неугомонная Карина, но в этот раз что-то недовольно буркнул Рома Маринке Иванченко и вся троица скрылась в закат, напоследок одарив Ветрова емким, но таким правдивым:

— Козел!

Вот это поворот.

— Я чего-то не знаю? — спросил я Рому.

— Все ты там знаешь, дружище, — и прикусил нижнюю губу.

На весь коридор послышался наш дружный ржач. Господи, как же я люблю этих придурков!

Стоило нам только зайти в большую институтскую столовую, как мой взгляд тут же выхватил стройную фигурку моей кукляхи. Рядом вновь увивался белобрысый хмырь и еще пара студентов, но мне на этот факт было откровенно плевать. Когда бы я стеснялся своих порывов? П-ф-ф, да я вообще не знаю, что такое стесняться.

Смеясь и прикалываясь, мы встали в очередь и честно ее отстояли. Очаровательная злюка заметила нас почти сразу и только и делала, что кидала в нашу сторону опасливые взгляды. Правильно боишься, красивая!

— Вот же кошмар какой, — бухтел Ян, — я здесь с первого курса не ел. Надеюсь, что выживу!

— Давай уже, золотая задница, бери пирожок и идем. Времени в обрез, — поторопил я друга, взял себе сэндвич, напиток и уверенно двинул в сторону моей временной зазнобы. Она смотрела на меня как на прокаженного, а я улыбался ей во все свои тридцать два зуба и не мог отвести взгляда.

Мои парни подтянулись тут же и мы, не сговариваясь, просто придвинули к столу моей кукляхи еще один стол. Раз — я уже сижу напротив нее и нагло скалюсь.

— У меня пропал аппетит, — зло цедит она и пытается встать из-за стола, но я только смеюсь и громко говорю всего одно слово.

— Трусиха.

Ой как ее передернуло! Глаза аж жаждой крови налились. Но села обратно и больше, не поднимая на меня головы, принялась технично поглощать свой обед.

— Привет, ребята! — отсалютовал я сидящим рядом с Агатой студентам, — Я — Демид Громов, а это мои друзья — Рома Ветров и Ян Аверин. Будем знакомы.

— Да мы уже в курсе, — нескладным хором пропели друзья моей кукляхи.

И когда успела ими обзавестись? Лучше бы у нее подобной группы поддержки не наблюдалось. Но уж что имеем. Никто больше представляться не собирался, хотя две девахи из новой компании Малиновской поглядывали на нас с явным интересом. Ну еще бы!

— Ну так что, Агата? Ты мне так и не ответила на счет вечерней экскурсии по городу, — я уставился прямо на нее, вылизывая идеальные черты ее лица, но та только молча поглощала еду и не поднимала на меня взгляда. Ромка хмыкнул, Ян заржал, у остальных за столом тоже начали кривится губы в улыбке. Вот же зараза строптивая.

— Молчание — знак согласия, — глубокомысленно изрек я и откусил здоровенный кусок сэндвича.

Четверо приспешников моей кукляхи и два моих друга ждали дальнейшего развития событий, но Агата упорно молчала, а я начинал злится. Какого черта она корчит из себя царицу Египетскую?

— У меня такое ощущение, что я за что-то попал в немилость, а за что и не знаю, — вновь обратился я к девчонке, когда прожевал, но она демонстративно повернулась к белобрысому парню и принялась оживленно с ним переговариваться, не обращая на меня ровным счетом никакого внимания.

— Агата? — еще раз обратился я к девушке, стоило ей только замолкнуть и опять ничего.

Глубокий вздох, шумный выдох и она подняла на меня свои глаза. Господи ты боже мой, какие у нее были глаза! Меня всего аж пробрало от чувственности момента. Я завис, не до конца понимая, что она вообще такое говорит мне.

— Отрицательно.

Одно слово, двенадцать букв. А я туплю как конченный идиот.

— Что? — переспрашиваю я.

— Ответ на твое смс, — а затем встала, и ее дружбаны тут же потянулись вслед за ней.

Пару секунд я исподлобья наблюдал, как они уносят подносы с недоеденной едой и почти люто мечтал надрать ее аппетитный зад.

— Это самое жалкое, что я видел за всю свою жизнь, — выдал Ян и снова заржал.

— Да заткнись ты, — попытался осадить я Аверина, но его было уже не остановить. Он потешался надо мной так заразительно, что даже я не выдержал и принялся улыбаться ему в ответ.

Черт, это был реальный провал. Но я не придавал словам Агаты особого значения. Я наивно полагал, что она просто набивает себе цену и рано или поздно, но обязательно сдаст свои бастионы. Надо просто немного ее в этом направлении подтолкнуть.

— До окончания спора обедаем с ней, — упрямо задвинул я свое решение и встал из-за стола.

Впереди пара и я буду не Демид Громов, если мы не будем сидеть вместе. Хватит ходить вокруг да около, пора брать быка за рога.

Глава 7

POV Демид

На пару в лекционник зашел заранее и распрощавшись с парнями встал у первой парты, вперив взгляд в спину Малиновской. Она околачивалась рядом с преподавателем и самозабвенно отдавалась болтовне. Прошедшая спустя несколько минут рядом со мной Карина только проследила за направлением моего взгляда, фыркнула и двинула дальше. Правильно, я вне зоны доступа.

Так я и стоял, пока не прозвенел звонок. Улыбнулся и приготовился к военным действиям.

— Громов, а вы что стоите? Садитесь, лекция уже началась, — приглашающе ткнула пальцем в сторону парт преподавательница.

— А я свою девушку жду, чтобы вместе сесть, — и кивнул на Агату.

А у той чуть пар из ушей не повалил. Я сказал свои слова громко, так, чтобы все услышали и поняли, что к чему. Ну давай, злюка, твой ход. И она не разочаровала меня.

— Никакой он мне не парень, — зло выплюнула она и прищурилась.

Группа и лектор замерли в ожидании моего ответа, и я не хотел их расстраивать.

— Простите, мы просто поругались. А я, влюбленный идиот, не знаю теперь на какой козе к ней подъехать, — и тут же сделал глаза как у кота из «Шрека».

И ведь сработало. Правда, на всех кроме моей разъяренной фурии, но тормозить я уже не планировал.

— Идите, Агата, не заставляйте молодого человека ждать. Да и группу не задерживайте. Начинаем.

Мстительно сверкая своими обалденными глазищами, она двинула в сторону парт и уселась на самую первую, ну а я уж сразу к ней. Так максимально близко, как позволяли правила приличия, хотя мне и было на них плевать.

— Ну и чего ты сопишь как паровоз, злюка? — не удержался я от вопроса, пока она рывками выкладывала из своей сумки тетрадь и письменные принадлежности.

Она не отвечала мне, а только продолжала демонстрировать мне свою ярость. Господи ты боже мой, ну какая конфета, а!

— Агата, чем я провинился? — да я упертый баран.

— Своим существованием, — сказала, как отрезала и принялась упорно что-то строчить в своей тетради.

Я ее решил пока больше не трогать ее и тоже смиренно углубился в записи. Но какая тут может быть учеба, когда рядом сидит такая аппетитная девочка? Да и время капало, а я не продвинулся ни на шаг. Непорядок так-то!

— Насчет экскурсии не передумала? — спросил я спустя минут двадцать.

— Нет, — ответила она и посмотрела прямо мне в глаза, потом окинула мои руки, сплошь забитые татуировками, пирсинг в носу и ушах, феньки, скривилась и продолжила, — и не передумаю.

Я вздохнул и склонил голову над тетрадью. Ладно, лобовая атака не помогла. Это факт. Пойдем другим путем. Рано или поздно, но я найду к ней подход.

Так и закрутилось. Я каждый день, с утра, на пару приносил ей сладкий презент. То набор макарун ручной работы, то разноцветные донаты, то коробочку Синнабон, то самую большую упаковку Рафаэлло или корзину с шоколадом, но особого эффекта не наблюдалось.

Она даже на меня не смотрела, когда я перед парой ставил на стол рядом с ней свои сладкие подношения и просто делала вид, что меня не существует в этом мире. А по окончании пары просто вставала и уходила, напрочь игнорируя то, что я ей подарил. В итоге макаруны и донаты сожрали Ромка и Ян.

— Господи, Боже ты мой, Демид, ты такой милашка! — закатывая глаза, с полным ртом вещал Ветров, — В следующий раз тащи побольше этой сладкой фигни, твоей Агате плевать, а вот мне очень даже заходит.

Я же только потирал переносицу и судорожно соображал, как еще я могу пробиться под толстый, непробиваемый панцирь этой невыносимой стервы.

Остальные свои подаренные, но не принятые сладости, я начал уносить ей на большую перемену в столовую. Она несколько раз пыталась прятаться от меня, но, к счастью, у нее ничего не получалось. Мы каждый божий день теперь ели вместе, а ее ярые приспешники даже удивляться перестали.

Вот и сегодня я притащил забытые на столе Синнабоны и водрузил их на общий стол. Пусть хоть друзья ее ко мне симпатией проникнутся.

— Налетай народ, а то моя Агата опять не оценила презент, — девчонка фыркнула и отвернулась, а вот ее товарищи такой щепетильностью не отличались и уничтожили пирожные за пару секунд, не обращая внимания на грустные глаза Аверина и Ветрова.

Так и повелось. Я выказывал расположение Агате, а поедали это все какие-то посторонние типы. И я начинал не на шутку злиться и паниковать. Ведь шел уже десятый день моих бесплодных ухаживаний из положенных четырнадцати. А воз и ныне там!

Я писал ей тонны сообщений каждый день, романтический бред, приглашения и признания, но она упорно меня игнорировала. Ни одного ответа, ни одного привета. Не девчонка, а долбанный кремень.

И вот я сижу, смотрю на нее, на то, как за столом сметают, подаренную мной Агате, корзину с шоколадом ручной работы и не понимаю, что еще мне сделать, чтобы до нее достучаться.