Улан откинул с лица длинную прядь седых волос.

— Мне по праву принадлежит удовольствие видеть вас, Ваше Высочество. Мой брат сказал, что этой чести удостоится тот из нас, кто составит более совершенную карту Тирата, и я не проиграл.

— Ты мог бы проиграть лишь в том случае, если бы твой брат сам взялся за перо, и даже в этом случае ему пришлось бы основательно потрудиться, чтобы победить.

— Вы не должны так говорить, Ваше Высочество. — Старик качнул головой. — Здесь единственное место, где я могу решать, что вы можете и чего не можете делать.

— В Доме Антураси многим приказывают, и они подчиняются.

— Верно, верно.

Старик повернулся и жестом пригласил Правителя войти в двери, затем закрыл их и, шаркая, направился по коридору, который, закручиваясь по спирали, вел наверх, в расположенную на пятом этаже мастерскую. Правитель шел впереди Улана, его правая рука скользила по кованым перилам, помогая взбираться по лестнице. Он вошел в ярко освещенную мастерскую. Хотя он уже бывал здесь множество раз, зрелище по-прежнему впечатляло его.

Лестница выходила на середину круглого зала диаметром в сотню футов. Северный отсек скрывала занавесь, остальное пространство заполняли доски для дублирования карт, чертежные столы, шкафы с большими плоскими ящиками и полками, заполненными свернутыми картами. Сводчатый потолок поддерживали колонны. Через многочисленные высокие окна лился свет. Чтобы уменьшить риск пожара, Княжество обеспечивало мастерскую магическим светом для работы по вечерам, и после заката башню часто окутывало призрачное голубое сияние.

За столами трудились дюжины отпрысков Антураси. Самые юные — правнуки и праправнуки, потомки Улана — приносили бумагу, наполняли чернильницы, затачивали перья и аккуратно припудривали готовые карты. Их братья и сестры чуть постарше чертили копии городских карт и схемы военных укреплений — это помогало им в совершенствовании мастерства, необходимого для выполнения действительно важной работы. Взрослые под руководством Улана работали за самыми большими столами, составляя морские карты невероятной точности. По мере того, как из странствий возвращались путешественники с новыми подробностями, карты исправлялись, чтобы следующий покупатель получил самые подробные сведения, какие только что стали доступны.

Этот упорядоченный хаос был заполнен скрипом перьев по бумаге, чирканьем ножей для заточки; изредка раздавался звон разбившейся чернильницы, и еще реже — в сердцах брошенное проклятие. Антураси работали быстро, аккуратно и тихо — это было единственным способом избежать гнева Киро.

Владения Киро располагались отдельно от общего пространства мастерской, скрытые за синими занавесями от пола до потолка. Правитель Кирон отодвинул занавесь и улыбнулся, направляясь в образовавшийся проход. Вторые занавеси — белого цвета — располагались десятью футами дальше, так что секреты Киро не могли быть раскрыты благодаря случайности. Он удостоверился, что синие занавеси позади плотно задернуты, и отодвинул следующие.

И непроизвольно раскрыл рот в изумлении. На выбеленном участке сводчатой стены была начерчена карта всего известного мира, высотой в двадцать футов и шириной в сорок. Девять Княжеств находились посередине, в соответствии со своим значением. Пустыни Турка соседствовали с ними на севере, на востоке земли Империи ограничивало Восточное море. На карте были изображены провинции и необжитые земли к западу от Девяти, вплоть до восточного побережья далекого Эфрета. Над ним с мельчайшими подробностями были прорисованы легендарные земли Этрузии.

До наступления Времен Черного Льда Империя вела торговлю с народами Этрузии, пользуясь наземным путем; но Катаклизм, разрушивший существовавший мир, уничтожил эту дорогу. Пятьдесят лет тому назад экспедиции Киро удалось проникнуть дальше, чем кому бы то ни было; но далее путь был закрыт. Кирон обсуждал с картографом возможность снова попытаться наладить наземное сообщение; однако успехи в мореплавании сделали это почти ненужным.

Впрочем, большая часть океана оставалась неисследованной, так как корабли, в основном, отправлялись на юго-запад, по хорошо известным маршрутам. Кирон был уверен, что на востоке ждут великие открытия. Для этого был построен и готовился к плаванью «Волк Бури» — величайший и лучший корабль имперского флота.

Правитель нашел, что созерцаемая им карта — зрелище одновременно удивительное и печальное. Подробности мироустройства, подтвержденные Антураси, были выписаны на стене достойнейшим образом. Исследованные земли занимали значительную часть карты, — но все же белых пятен было больше. Даже отдельным участкам Темного моря на карте соответствовали незаполненные места; именно оттуда пираты совершали вылазки, нападая на местные суда. Давнее и страстное желание Киро заполнить эти пустые места на картах побудило его отправить собственного сына Рина в злополучное путешествие. Но даже боль от потери сына не притупила его неутолимую страсть к исследованиям новых земель, и всего лишь пять лет тому назад Кирон отклонил очередное прошение Киро, желавшего отправиться в длительное путешествие.

Правитель оторвал взгляд от карты и увидел то, чего не ожидал. Внуки Киро, Келес и Джорим, стояли рядом со своим дедом, но, кроме них, в помещении находился еще один человек. Правитель нашел это примечательным, поскольку никогда не видел в мастерской людей, не принадлежавших клану Антураси — исключая себя и свою родню. Согласно существовавшему закону, проникновение в мастерскую без специального разрешения считалось тяжким преступлением. Присутствие четвертого человека говорило о его чрезвычайной значимости, а повязка на его глазах — о том, что Киро пока не сошел с ума.

Киро улыбнулся и быстрым шагом направился к Правителю. Высокий и худощавый, с белоснежной копной седых волос, он носил усы и небольшую бородку. Светлые глаза казались почти бесцветными, а зрачки, напротив, были яркими; все вместе придавало его взгляду нечто нечеловеческое. Несмотря на то, что на этой неделе Киро собирался отпраздновать восемьдесят первый день рождения, он двигался с энергией человека вдвое моложе своего возраста. А его звучный голос, казалось, с годами лишь выигрывал.

— Ваше Высочество, вы оказали своим посещением честь Дому Антураси. Вы знакомы с моими внуками, Келесом и Джоримом?

Правитель обменялся с Киро рукопожатием, а затем поприветствовал братьев.

— Я знаком с ними и ценю их не менее чем тебя, дисейкир Антураси. Джорим, полагаю, тебе будет интересно узнать, что у пары пятнистых кошек, которую ты в прошлом году привез из Уммумморара, появилось потомство, девятеро котят. Они — гордость моего заповедника.

Джорим улыбнулся. Более приземистый и коренастый, чем брат, он носил заплетенные в косы длинные волосы и густую бороду — по моде Уммумморара. Несмотря на то, что носил он дорогую и приличествующую обстановке одежду, прическа и борода придавали его облику нечто варварское, что вызывало среди наленирской знати определенные пересуды. Синяк под глазом, разбитая губа и сбитые костяшки пальцев ясно говорили, что Джорим не пренебрегает боевыми навыками, позволявшими ему выживать в диких местах.

До того как Джорим успел что-либо ответить, человек с повязкой на глазах рассмеялся.

— О да, отлично! Кошки, гордость вашего заповедника! Великолепная шутка, Ваше Высочество; превосходная. Она понравится многим на этом Празднестве.

Кирон неодобрительно нахмурился.

— Кто это, и что он здесь делает?

Киро расцвел улыбкой, сбавившей ему бы лет семьдесят, если бы в выражении глаз при этом не угадывалось нечто неистовое.

— Это Джесбор Грист, и у него с собой кое-что примечательное. Я уже приобрел эту вещь, и с ее помощью наше превосходство в мире станет несокрушимым.

Кирон еще больше нахмурился, глядя на то, как Киро подошел к столу и указал на ящичек из красного дерева. Крышка была откинута, и Правитель, подойдя ближе, увидел две стеклянные панели, разделенные деревянной вставкой, которые закрывали нижнее отделение ящичка. Под каждой из панелей были видны часы, показывавшие точное время.

— Как это позволит нам властвовать над миром? — Кирон сложил руки на груди. — Не думаю, чтобы пара часовых механизмов могла остановить легионы Пируста; мне уже прекрасно известно, как быстро они способны передвигаться.

— Вы не понимаете, Ваше Высочество. — Киро стремительно подошел к карте, начерченной на стене. — Наши корабли, Ваше Высочество, ходили в далекие плавания. Мы исследовали континент от земель Девяти до Эфрета, и мы работаем в поте лица, чтобы создавать точные карты. Если сравнить эту карту с той, что была нарисована сто лет назад, разница будет видна сразу.

Он указал на верхнюю часть карты и опустил руку.

— Наши морские карты северных и южных пределов поразительно точны. Почему так? Легко вычислить долготу, Ваше Величество. Всего только и нужно, что измерить направление тени ровно в полдень; после этого любой, мало-мальски обладающий представлением о геометрии, может определить, насколько ниже или выше экватора он находится. Очень просто вычислить расположение судна. С восточным и западным направлениями дело обстоит сложнее. Для долготы есть неизменная и всеми признанная точка отсчета: экватор. Северное направление мы также можем определять по полярной звезде; я уверен, что со временем мы найдем нечто подобное и для юга, предположительно над Ледяными Горами, если они на самом деле существуют. А отсчет расстояний в восточном и западном направлениях произволен.

Кирон покачал головой.

— На всех картах отсчет ведется от Морианда. Если точнее, от Вентокикана.

— На всех наших картах, верно; Дезейрион использует для своих карт в качестве точки отсчета Феларати, а Эрумвирин — Келуван. Но сам по себе выбор начальной точки не так уж важен, поскольку задача состоит в другом: как можно точнее определять расстояния между интересующими нас участками.

Правитель бросил взгляд за спину Киро, на его внуков и на человека с завязанными глазами:

— Но ведь вы проводили измерения. Посылали людей, чтобы определить расстояния в шагах.

Киро резко развернулся, рукава и полы его золотой накидки взметнулись, словно вспыхнув.

— Верно, Ваше Высочество. Но у нас нет людей, которые могли бы ходить по воде, чтобы вымерять расстояния. Мы в состоянии определить, с какой скоростью идет корабль; но нам неизвестны точные скорости и направления морских течений. Все карты, включая и мои, содержат некий парадокс: расстояние от Морианда до Эфрета, определенное по времени пути «туда», будет отличаться от расстояния, определенного по времени обратного пути. Когда-то мы пытались поработать с этими различиями, учесть скорости течений, однако все равно результат получался недостаточно точным. Одна-единственная буря могла сделать совершенно бесполезными все сведения о скорости и направлении течений.

Правитель медленно кивнул.

— Кажется, я понял, в чем суть. Каким образом этот предмет поможет разрешить трудности?

Киро хлопнул в ладоши.

— Джесбор Грист, прошу, объясни, как это работает.

— Ваше Высочество, прежде всего хочу сказать, что это не мое изобретение. Его придумал мой сын. Видите ли, я чиню различные вещи, и мой сын, Боросан, всегда присматривался к моей работе; но он пошел дальше. Он увлекся новым искусством джианри, хотя здесь и нет школы этого мастерства.

Кирон кивнул, затем, вспомнив, что у Джаспера завязаны глаза, прибавил:

— Разумеется.

Джианри было новым магическим искусством — основанным на механике и точных расчетах. К традиции обучения мастерству, позволяющему достичь состояния джейданто, с уважением относились во всех княжествах Девяти, однако лучшие школы находились в Наленире и Эрумвирине, и, таким образом, важнейшие мастера проживали в Наленире. Другие народы начали практиковать джианри, заставляющее работать механические устройства за счет магической энергии — в основном, оставшейся со времен Катаклизма. Неопытный боец, держа в руках меч, наделенный силой джианри, способен мастерски сражаться, по крайней мере, до тех пор, пока хватало магической энергии. Создать сотню таких зачарованных мечей было проще, чем воспитать одного джейсесерра. Среди использовавших подобное оружие почти не было действительно хороших воинов; однако немногие в результате действительно стали Мистиками. В случае продолжительной войны джианри вполне могли одержать верх над мастерами старой школы.

— Так вот, у Боросана возникла мысль об устройстве, позволяющем общаться на большом расстоянии путем переписки. Он уехал, велев мне каждый день ровно в полдень ждать сообщений. Я так и делал, но сообщения не приходили. Боросан расстроился, поскольку получалось, что его прибор работает только в пределах одной комнаты, но не на расстоянии.

— Очаровательно, Мастер Грист. Там, на столе, лежит именно это устройство?

— Нет, Ваше Высочество, конечно же, нет. — Джесбор улыбнулся, сложив руки на поясе. — Видите ли, мой сын понял, что в то время как я пытался получать его сообщения в полдень по столичному времени, он посылал мне их в полдень по местному времени. Поэтому прибор работал, только если его увозили точно на юг или север от столицы. И тогда Боросан изобрел эти часы. Это работа джианри. Они используют таумстон для работы. Боросан сделал два циферблата на случай, если одни часы сломаются или им необходимо будет больше таумстона. Оба выставлены на столичное время. Понимаете, таким образом он мог всегда посылать сообщения в соответствии со временем в Морианде, где бы ни находился.

Правитель на мгновение приоткрыл рот в изумлении. Киро высоко оценил двойные часы, но все их достоинства были ничем в сравнении с возможностями, которые открывал перед своим владельцем другой описанный Джесбором прибор. Если бы у Правителя была возможность мгновенно передавать и получать сведения на большом расстоянии, — к примеру, разговаривать с военнокомандующими прямо на месте боевых действий, — он мог бы управлять обороной и быстро пресекать вторжения.

— Это устройство работает?

— Часы работают безупречно, Ваше Высочество.

— Нет, нет, устройство для передачи сообщений.

Джесбор покачал головой.

— Мой сын пока не довел его до совершенства. И сейчас он путешествует, работая над прибором. Полагаю, он сумел прочесть некоторые из посланий, которые я пытался ему отправить, поскольку в своем последнем сообщении просил передать вам пожелание радостного Празднества.

— Очень мило с его стороны; однако если он где-то в дороге, что здесь делают эти двойные часы?

Мастер улыбнулся.

— О, видите ли, Ваше Высочество, Боросану надоело таскать с собой этот ящик, и он изготовил другой прибор, поменьше. Умещается в кармане или дорожной сумке. У меня талантливый сын.

Чересчур талантливый для того, чтобы уезжать, куда бы то ни было. Правитель посмотрел на Киро.

— Каким образом двойные часы могут вам помочь? — Кирон приложил руку ко лбу и заставил себя сосредоточиться. — Погоди-ка… Если находишься за пределами столицы, достаточно посмотреть на них в полдень по местному времени, и можно определить разницу. Разницу во времени можно перевести в мили.

Киро хлопнул в ладоши, словно бы в восторге, однако во взгляде его чувствовалась напряженность, как будто он был чем-то слегка недоволен.

— Именно, Ваше Высочество, вы верно все описали. С этим прибором мы сможем составить точные морские карты. Сможем исследовать места, прежде недоступные.

Он вновь обернулся к карте и положил руку на ничем не заполненные пространства океана.

— Новые земли скрывают несказанные богатства, я уверен в этом, и они будут нашими. Мне необходимо разрешение, Ваше Высочество, чтобы оснастить «Волка Бури» этими часами и отплыть как можно скорее. Теперь в наших руках сведения, которые позволят кораблям отправляться куда угодно. Мы сможем заселять новые земли, открывать новые виды растений, зверей и неизвестные прежде сокровища. Наш народ станет еще более великим, чем сейчас, а у вас, Ваше Высочество, появится возможность вновь объединить Княжества в Империю и по праву занять Небесный Трон.

Глава пятая

День тридцать шестой Месяца Летучей Мыши года Собаки.

8 Девятый год царствования Верховного Правителя Кирона.

Сто шестьдесят второй год Династии Комира.

Семьсот тридцать шестой год от Катаклизма.

Антурасикан, Морианд.

Наленир.

Келес изо всех сил старался не выказать изумления, и видел, что брату это не удалось. Ему были известны сложности, связанные с определением местонахождения корабля. Следить за временем можно было, используя самые разнообразные приспособления: от песочных часов и свечей с насечками до водяных или пружинных часов. Но все они были недостаточно совершенны, чтобы проводить измерения во время длительных путешествий. Киро долгие годы экспериментировал с различными часами, но, несмотря на то, что Келес и Джорим тщательно ухаживали за ними, каждый раз по возвращении в столицу оказывалось, что разница во времени несопоставима.

Но Келеса поразило, что дед превозносил устройство, созданное джианридином. Джианри появилось недавно, и развито, в основном, за пределами Наленира; здесь сильны были предубеждения против него. Кроме того, Киро не раз говорил, что с помощью джианри создаются вещи, вкладывающие навыки мастерства в неумелые руки, а раз так, то годятся эти вещи лишь для грубой, не требующей особого ума работы. В соответствии с общепринятым мнением, Киро полагал, что лишь беспробудные лентяи могут полагаться на подобные устройства, вместо того, чтобы совершенствовать собственные умения. Он каждый раз отсылал прочь людей, приносивших ему приборы для копирования карт или для составления схем расположения солнца и звезд.

А теперь он расхваливает это устройство. Казалось, что двойные часы — это ответ на их бесчисленные молитвы, но то, что Киро переменил свое мнение, было настолько неожиданным и странным, что у Келеса возникло подозрение, не сошел ли его дед с ума. Будь на месте Киро кто-то другой, Келес бы подумал, что он просто что-то для себя понял и отказался от прежних решительных взглядов, но его дед был не так прост, чтобы это объяснение могло удовлетворить молодого человека.

Правитель улыбнулся.

— Я могу лишь рукоплескать твоей дальновидности, дисейкир Антураси. Разумеется, существование этого прибора должно держаться в тайне. Я могу положиться в этом на тебя, Мастер Грист?

Человек с повязкой на глазах кивнул.

— О да, Ваше Высочество. Мой сын также будет хранить молчание. Я уверен, что он уже почти и позабыл про этот ящичек — теперь, когда у него есть новые карманные часы. Он так их называет — карманные часы.

— Великолепно. — Кирон сложил руки, спрятав их в рукавах своего одеяния. — А где сейчас твой сын? Мне хотелось бы поговорить с ним.

— Я уверен, что он также был бы счастлив побеседовать с вами, Ваше Высочество. Это было бы честью для него. Я знаю наверняка.

— Отлично, передай ему, что я желаю побеседовать с ним как можно скорее. Возможно, сразу после Празднества, но лучше — еще раньше.

— О, Ваше Высочество, если бы я мог исполнить вашу просьбу! Но мой сын сейчас, скорее всего, находится в Солете, а, возможно, и в Долосане.

Бровь Правителя поползла вверх.

— Он в пустынных землях?

— Это необходимо. Именно там можно отыскать таумстон, Ваше Высочество.

— Да, верно. — Правитель посмотрел на Киро. — Могли бы вы проводить Мастера Гриста к воротам? Я хочу побеседовать с ним у себя. После того, как мы перекинемся парой слов.

— Конечно, Ваше Высочество. Джорим, пожалуйста, проводи гостя.

— Да, дед. — Джорим подошел к Джесбору и взял его под руку, после чего они вдвоем скрылись за занавесями.

— Позвольте угостить вас, Ваше Высочество, — Киро указал на стол, где стояли кувшин и стеклянные бокалы. — Келес, налей нам вина.

— Нет, дисейкир, благодарю тебя.

Келес взглянул на деда.

— Наполнить твой бокал, дед?

— Не надо. — Киро поднял подбородок и скрестил руки на пояснице. — О чем вы хотели поговорить, Ваше Высочество?

— Первым делом разреши поздравить тебя с приобретением этих часов и новыми возможностями, которые они предоставляют. Ты, разумеется, понимаешь, что устройство, над которым сейчас работает Боросан Грист… не менее ценно. Его можно использовать в том числе для защиты Наленира от Дезейриона, и в этом отношении подобный прибор был бы бесценен.

Киро серьезно кивнул.

— Я нашел это устройство ценным и для моих целей, Правитель. Келес и Джорим наделены талантом посылать мне мысленные сообщения или передавать изображения. Хотя подобные сведения и не всегда настолько точны, как мне хотелось бы, все же это неоценимая скорость. А с таким прибором я мог бы посылать больше людей для исследования, а заодно проверять точность показаний этих часов.

— Прекрасно. Значит, наши интересы совпадают.

— А именно, Ваше Высочество?

— А именно — позволять Боросану Гристу путешествовать по пустынным землям слишком опасно. Мне понадобится твоя помощь. Необходимо составить карты, чтобы снарядить отряд в пустынные земли. Мы должны отыскать Боросана и привезти в столицу.

— Экспедиция в Пустоши, Ваше Высочество?

— Именно, Мастер Антураси. Мы давно обсуждали эту возможность, пришло время осуществления планов. Разумеется, понадобятся ваши карты, без них вероятность успеха будет ничтожной.

— Мои карты этих мест — лучшие в мире, и, тем не менее, их нельзя назвать превосходными. — Киро потер лоб рукой. — Когда во время Катаклизма необузданная магия вырвалась на свободу, пустынные земли изменились. С тех пор прошли века, и магия почти исчезла, — но все же не окончательно. Там все еще бывают бури — сильные и не очень, и, возможно, они продолжают вносить изменения, о которых мы ничего не знаем. Я составлю карты — разумеется, основанные на моих собственных сведениях — но не могу поклясться, что они будут точными.

Правитель кивнул.