ЧМ-1954: 18 дней, изменившие мир

Местом проведения первого турнира был выбран Уругвай, на тот момент сильнейшая футбольная нация мира, завоевавшая золотые медали на Олимпиаде-1928. Южноамериканцы обязались оплатить странам-участницам турнира все расходы на длительное путешествие, однако даже несмотря на этот широкий жест европейские сборные не горели желанием тащиться на другой край света за каким-то непонятным трофеем. О регулярных трансатлантических перелетах тогда можно было только мечтать, а путешествие морем в оба конца плюс сам турнир означали, что футболисты были оторваны от своих стран на протяжении трех месяцев! Жюль Риме лично объездил все европейские страны, сборные которых получили приглашения на турнир. В итоге, из Европы на ЧМ-1930 отправились Франция, Бельгия, Румыния и Югославия. Первые три сборных плыли на лайнере "Конте Верде", и сам Жюль Риме находился на этом корабле. В его багаже лежал трофей, созданный французом Абелем Лафлером и получивший название "Победа". Кубок весил 4 килограмма, был изготовлен из серебра со слоем позолоты и представлял собой богиню Нику, держащую восьмиугольную чашу. В Монтевидео также вовсю готовились к проведению турнира. Специально к чемпионату был построен стадион "Эстадио Сентенарио2 – крупнейший в мире за пределами Британии. Автором проекта был Хуан Скассо, будущий мэр уругвайской столицы и президент "Пеньяроля". Первыми чемпионами мира стали хозяева первенства. Турнир оказался довольно успешным, и сразу после его завершения ФИФА во главе с Жюлем Риме принялась за подготовку к следующему чемпионату мира. Президента организации критиковали за то, что он, казалось, закрыл глаза на политизацию состязания, когда ЧМ-1934 прошел в фашистской Италии, а ее глава Бенито Муссолини с удовольствием использовал популярность соревнования для пропаганды фашизма. Несмотря на то, что мир погрузился в хаос во время и после Второй мировой войны, ФИФА не прекратила свое существование, и Жюль Риме гордился, что его организация и его чемпионат мира продолжают объединять человечество посредством спорта, в то время как политическая попытка добиться такого же единства – Лига Наций – провалилась. Даже к образованию ООН Риме отнесся скептически, уверенный, что спорт свяжет все государства гораздо крепче, чем какая бы то ни было политическая организация.

Француз оставался президентом ФИФА 33 года, передав этот пост своему многолетнему заместителю Рудольфу Селдрейерсу после финала ЧМ-1954. За эти годы количество членов организации увеличилось с 13 до 85, английская футбольная ассоциация, наконец, помирилась с Риме, а чемпионат мира превратился в действительно большой престижный международный турнир. Жюль Риме всегда утверждал, что футбол должен быть всеобъемлющим и многонациональным. Он верил, что благодаря спорту у человечества появится возможность стать лучше, честнее, добрее. Девиз французской Республики – "Свобода, Равенство, Братство" – он перенес на футбольное поле, стремясь к соблюдениям правил честной игры и взаимоуважению даже между непримиримыми соперниками. Трофей, вручаемый чемпионам мира, до 1970 года носил имя Кубок Жюля Риме. В последние месяцы жизни француза номинировали на Нобелевскую премию мира, чем он очень гордился. В 1998-м министр спорта Франции Мари-Жорж Бюффе открыла в родной деревне Жюля мемориал, посвященный его памяти. Идейный вдохновитель чемпионата мира по футболу скончался в 1956-м, но его влияние на мировой футбол невозможно переоценить. Жюль Риме остается самым влиятельным футбольным администратором ХХ-го века, и сложно себе представить, что кто-то сможет переплюнуть его в веке XXI-м.

Хотя футбол никогда не был предсказуемым.

11. Четвертьфиналы

В четырех матчах на этой стадии турнира, как и на всех прочих, не обошлось без сенсаций, умопомрачительного количества забитых мячей (26 (!), по 6.5 гола на игру в среднем), судейских скандалов, рекордов и великолепного, действительно лучшего в мире футбола. Две встречи из четырех вошли в историю под именами собственными (одна из них завершилась грандиозным побоищем, во второй поставили три рекорда, два из которых не побиты до сих пор), одна предвосхитила финал, став настоящим чудом, а еще одна стала настоящим мастер-классом сверхопытных футболистов двух команд. Заинтригованы? Поехали.

Жаркая битва в Лозанне

Австрия – Швейцария

26 июня 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Олимпик де ла Понтез", Лозанна, 34.000 зрителей.

По малоприятному стечению обстоятельств июньская суббота, на которую выпали сразу два четвертьфинальных матча, стала самым жарким днем лета. Столбики термометров в Лозанне поднялись до аномальных 38 (некоторые источники говорят о сорока) градусов в тени, и солнце продолжало палить даже в пять часов вечера, когда должен был стартовать один из самых интересных матчей всего турнира, где игравшая от обороны Швейцария встречалась с суператакующей Австрией. Помимо невыносимой жары, дыхание затруднялось из-за повысившейся влажности (81%): город, расположенный на берегу самого большого озера Альп, окутали испарения. Карл Раппан, футболисты которого получили передышку лишь в три неполных дня (австрийцы отдыхали пять), решил не вносить изменения в состав, обыгравший Италию. Вместо этого тренер пошел на риск, попросив своих игроков массово подключаться к атакам уже с первых минут, использовать длинные передачи с навесами и забыть про систему "ригель", оставляя на оборонительных рубежах одного-двух полевых игроков. Боке и Эггиман вместе с Казали должны были бежать вперед вслед за пятеркой атакующих игроков, подавляя техничных и быстрых австрийцев массовостью подобных набегов. Правда, аномальная жара в планы Раппана никак не входила. Ни о чем не подозревавший Науш также оставил в неприкосновенности стартовый состав, громивший Бельгию, проведя лишь подробный инструктаж по взламыванию оборонительных редутов швейцарцев, главная роль в котором отводилась Оцвирку, признанному дирижеру австрийских атак, а также ударам с дальней дистанции, призванным нейтрализовать ригель Раппана.

Выполнявшие тренерскую установку дисциплинированные швейцарцы ринулись в атаку сразу после стартового свистка Чарли Фолтлесса, однако до поры до времени игра оставалась более или менее равной: мяч, не задерживаясь в центре поля, курсировал между двумя штрафными, а команды обменялись двумя-тремя полуопасными моментами. Наконец, на 16-й минуте плотину прорвало, и начался настоящий голевой водопад. Сначала Балламан невероятным по силе ударом с 18 метров пробил под перекладину, не оставив шансов голкиперу Шмиду. Австрийцы разыграли мяч в центре поля и почти доставили его в штрафную соперников, но швейцарцы двумя длинными и точными передачами доставили снаряд Хюги, который на одиннадцатиметровой отметке разобрался с Эрнстом Хаппелем и забил второй гол команды Раппана. Шмид, растянувшийся в полушпагате, снова был бессилен, а стадион ликовал. Обескураженная Австрия попыталась было ответить опасным навесом Роберта Кёрнера, но мяч с головы его адресата сняли, а через минуту табло с огромными часами и надписью OMEGA уже показывало 3:0: Хюги оформил дубль после передачи Антенена с фланга. Швейцария забила три мяча за четыре минуты, после чего казалось, что песенка австрийцев на ЧМ-1954, начинавшаяся на мажорных нотах, будет допета в глубоком миноре. Однако команда Науша не собиралась сдаваться. Кёрнер с Вагнером затеяли перепасовку у штрафной Парлье, и начавшие выдыхаться от быстрого бега вкупе с адской жарой защитники швейцарской сборной не успевали за быстрыми и точными передачами наследников "Вундертим". Тройная стеночка завершилась голом Вагнера. Всего через минуту великолепный дальний удар нанес Альфред Кёрнер, и неберущийся мяч влетел в ворота Парлье рикошетом от штанги. Еще 60 секунд – и голом в "девятку" Вагнер сравнял счет в этом невероятном матче, длившемуся к тому моменту всего 27 минут (!), причем Австрии для того, чтобы забить три мяча, понадобилось на минуту меньше, чем в Швейцарии. Науш позже признавался, что "один только Бог мог сказать в тот момент, чем закончится эта игра, а я, как и весь стадион, оставался в полном неведении". После нескольких сумбурных атак с обеих сторон австрийцы вышли вперед силами Оцвирка, нанесшего точный дальний удар в нижний левый угол ворот Парлье, которому не хватило буквально миллиметров, чтобы дотянуться до мяча. На 34-й минуте Роберт Кёрнер ассистировал брату Альфреду, конвертировавшему его точный навес в пятый гол австрийцев, буквально затолкав мяч в ворота в борьбе с Парлье. Незадолго до конца первого тайма длиннейшая передача с центра поля нашла Балламана в штрафной Австрии и нападающий сократил отставание в счете, великолепным чипом перебросив Хаппеля и Шмида. 5:4, ДЕВЯТЬ голов за 24 минуты – рекорд, какого история чемпионатов мира еще не видела, да и не увидит, по крайней мере, в последовавшие за этим 67 лет. Счет мог бы быть еще (хотя куда уж еще!) крупнее: голкипер сборной Австрии с огромным трудом потащил дальний удар Хюги, едва не упустив мяч на линии ворот, а Стояспал, которого борцовским приемом свалил в собственной штрафной Боке, заработал пенальти – и Альфред Кёрнер не попал по воротам.

Команды отправились на заслуженный перерыв, в попытке хотя бы на четверть часа укрыться от изнуряющей жары. В обеих раздевалках, где футболистов обливали водой со льдом, суетились медики. Шмид, еще по ходу первого тайма то и дело хватавшийся за голову, показывал все признаки теплового удара (именно им позже объяснялись некоторыми первые три мяча швейцарцев). Гораздо хуже себя чувствовал капитан хозяев первенства Роже Боке: он спросил у товарищей, закончилась ли игра, и с каким счетом они выиграли. Замены регламентом не предусматривались, и плохое самочувствие одного из ключевых футболистов швейцарцев могло привести к катастрофе. Тем не менее Раппан, который мог бы перестроить свою команду, не сменил капитана с его критичной для общей игры сборной ролью в центре поля на кого-то из игроков атаки (в сборной Швейцарии оборонительного полузащитника, как, к слову, и вратаря умели играть все), попросту сунув ноги Боке в ведро с ледяной водой и положив ему на голову пакет со льдом. Во втором тайме скорости снизились, хотя атакующая игра никуда не пропала. Обменявшись несколькими неточными ударами по воротам, команды попытались выстраивать позиционные атаки, одна из которых завершилась голом Вагнера, оформившего хет-трик и вновь увеличившего преимущество команды Науша до двух мячей. Однако семь минут спустя швейцарцы вновь напомнили о себе: дальний удар Хюги попал сначала в голову Хаппеля, а потом прямо в руки голкипера Шмида, который не сумел спасти свои ворота. В течение пятнадцати минут обе сборные активно атаковали, но мяч, в отличие от первого тайма, в ворота уже не шел. Австрийцы исполнили два штрафных с неплохих точек, оба раза попав в стенку, парочку сейвов сделал Парлье, снявший свою насквозь промокшую кепку, а швейцарцы ответили несколькими неточными ударами в исполнении Хюги и Фаттона. На 76-й минуте свое имя в список авторов забитых мячей вписал Пробст, перекинув бросившегося к мячу Парлье. В концовке матча футболисты уже едва не падали от изнеможения, то и дело подбегая к бровке поля, где их обливали водой из специально заготовленных в перерыве бутылок. Австрийцы могли забить еще парочку мячей, но чудеса героизма продемонстрировал Нёри, буквально выдиравший снаряд из ног техничных форвардов. После финального свистка игроки повалились на газон и с поля их на руках уносили фанаты. Австрия с космической победой 7:5 вышла в полуфинал, а хозяева соревнования были вынуждены наблюдать его по телевизору. Hitzeschlacht von Lausanne (Жаркая битва в Лозанне), как ее окрестили газеты, по-прежнему остается самой результативной игрой в истории чемпионатов мира (то же гордое звание носит ее первый тайм), первым матчем на мировых первенствах, где команда сделала камбэк, проигрывая с разницей в три мяча, и третьим, в котором футболисты обеих команд отметились хет-триками.

Базельский мастер-класс

Уругвай – Англия

26 июня 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Санкт Якоб", Базель, 34.000 зрителей.

До одной четвертой мирового первенства команды встречались между собой только один раз: во время уже упоминавшегося южноамериканского турне британцев в мае 1953 года, когда Артур Эллис отработал на матчах Англии с Аргентиной (0:0), Чили (2:1) и Уругваем (1:2). На последнюю игру едва ли не половина команды Уинтерботтома выходила с большим трудом: европейцы подхватили желудочную инфекцию и лишь большим усилием воли заставляли себя сдерживать натиск действующих чемпионов мира. На голы Аббади и Мигеса одним мячом ответил Томми Тейлор на 89-й минуте. Год спустя команды встречались уже на стадии четвертьфиналов мирового первенства, пребывая в ранге едва ли не самых возрастных и опытных сборных на турнире. Уругвайская сборная по-прежнему оставалась в своем неизменном составе: Хуансито не сделал ни одной замены, справедливо рассудив, что после девяти забитых голов с цифрой 0 в графе голов пропущенных, и с почти недельным отдыхом, даже ветераны вроде 36-летних Масполи и Варелы вполне справятся с очередным соперником. Зато у англичан несколько видоизменилась линия атаки: Мэтьюз и Лофтхаус вернулись на поле, усадив на скамейку запасных Тейлора и Маллена, Уилшоу при этом остался в составе. Средний возраст команды Уинтерботтома превысил 29 лет – рекорд для послевоенных лет. Рассудить противостояние родоначальников футбола и действующих обладателей Кубка Риме доверили молодому австрийцу Штайнеру.

В Базеле, в отличие от Лозанны, температура хоть и была несколько выше обычной, однако футболисты могли играть в относительно комфортных условиях. Планом главного тренера уругвайской сборной было ошеломить противников многочисленными быстрыми атаками с первых же секунд матча, в попытках забить быстрый гол. La Celeste справились с поставленной задачей вполне успешно, хотя… Судите сами. На 5-й минуте Борхес прорвался в штрафную по своему флангу, отдал диагональную передачу назад и остался почти на линии ворот. Аббади, находившийся в районе одиннадцатиметровой отметки, пяткой прокинул мяч в сторону… Борхеса, рванувшего за этим пасом со своего места (которое, как несложно догадаться, было за линией обороны англичан) и забившего в итоге первый гол уругвайцев. Ни Штайнер, ни растерявшаяся сборная Англии не отреагировали на явный офсайд вингера. Впрочем, британцы довольно быстро опомнились, подстроившись под ритм игры южноамериканцев, обороняясь и атакуя гораздо аккуратнее, чем в самом начале игры. Через 11 минут Лофтхаус подхватил передачу ловко ушедшего от подката Уилшоу и точным ударом в нижний правый угол сравнял счет. Уругвайцев подобное развитие событий ничуть не смутило, и они вновь бросились в атаку. После стычки Бирна и Аббати на границе между пенальти и штрафным команда Хуансито заработала право пробить последний – но ни этот удар, ни добивание забитого мяча в ее копилку не принесли. Британцы ответили опасными ударами Лофтхауса и Уилшоу с тем же результатом. За шесть минут до конца первого тайма Обдулио Варела сильно пробил метров с двадцати трех, угодив под левую штангу (красивый прыжок слишком далеко вышедшего из ворот Меррика ничего не изменил) и став самым возрастным голеадором ЧМ-1954. После перерыва уругвайцы появились на поле настолько заряженными, что им хватило лишь одной минуты для их третьего мяча: Скьяффино вновь показал, за что "Милан" расстался с рекордной суммой, и огорчил команду Уинтерботтома, ворвавшись в штрафную по правому флангу и неотразимо пробив мимо Меррика. Несмотря на великолепную игру неувядающего Стенли Мэтьюза, раз за разом обыгрывавшего то полузащитника "Насьоналя" Луиса Круза, то Борхеса на своем фланге, англичане никак не могли сократить отставание в счете, пока в образовавшейся после навеса и неудачного выноса мяча суматохе во вратарской Масполи Том Финни каким-то чудом все же не забил второй гол своей сборной. Мэтьюз продолжал радовать болельщиков Англии своими финтами и дважды чуть было не сравнял счет, попав в штангу и во вратаря, но Уругвай все же выглядел (да и на деле был) посильнее. Несмотря на далеко не самое худшее выступление английской команды (по сути, игравшей свой лучший матч на турнире), La Celeste показывали потрясающий футбол, с идеально выверенными передачами, частыми сменами игровых позиций (спортивные журналисты даже писали, что никак не могли определить схему, по которой играла команда) и убийственно точными ударами. Во втором тайме матч постепенно перешел из категории "контактный" в категорию "жесткий": обе команды самозабвенно обменивались жесткими подкатами, не брезговали крайне опасными стыками, и когда Лофтхаус с Крусом в очередной раз сцепились в борьбе за мяч, причем последний получил от британца болезненный тычок в грудь, на поле выбежал разгневанный фанат (как следует подогретый жарой, накалом матча и местными напитками для взрослых), намеревавшийся как следует втащить любому, кто окажется на его пути – но Штайнеру при помощи полицейских удалось навести порядок на поле. За двенадцать минут до окончания встречи Амбройс точным ударом похоронил надежды англичан на полуфинал, хотя победа и далась уругвайцам слишком дорогой ценой: откровенно прихрамывал Аббади, морщился, потирая колено, Варела, держался за левый бок защитник Андраде. Англичане попытались было навалиться на ворота Масполи, однако ни Бродис, ни Мэтьюз (признанный, несмотря на поражение его команды, лучшим игроком матча), ни Финни так и не смогли хотя бы сократить разницу в счете. 4:2, и Уругвай оказался в числе четырех лучших команд планеты, потеряв из-за травм двух ключевых игроков.

Женевское чудо

ФРГ – Югославия

27 июня 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Стад-де-Шармиль", Женева, 17,000 зрителей.

Даже самые рьяные болельщики немецкой сборной сомневались, что дружина Зеппа Хербергера сможет одолеть опытных югославов, сыгравших вничью с самими бразильцами. Успех в матче за выход в плей-офф с откровенно слабой Турцией никого не обманывал: сборная Югославии представлялась болельщикам, да и самим футболистам ФРГ грозным и крайне непростым соперником. Обладатели серебряных медалей двух последних Олимпиад, к тому же, получили возможность как следует отдохнуть перед четвертьфинальным матчем: на это у них было восемь дней, тогда как немцы ограничились тремя. Тирнанич провел лишь одну замену в стартовом составе, выходившем на поле в игре с Бразилией, вернув в команду Бобека, вновь надевшего капитанскую повязку, и оставив в резерве Дворнича. Его визави решил довериться Кольмайеру в обороне, Либрих занял свое новообретенное место в центре поля, а Хельмут Ран, заявивший тренеру, что забивал Беаре в каждом матче, когда футболисты встречались на газоне, отправился на правый фланг атаки. Бауэр, Либрих и Клодт не играли, а остальные позиции заняли те же игроки, что разматывали турков в Цюрихе. Хербергер сделал ставку на баланс между опытными и дисциплинированными футболистами (Морлок, Вальтер, Турек) и взрывной молодежью (Эккель, Ран). У последнего вообще была репутация завзятого гуляки, выпивохи и совершеннейшего раздолбая вне поля, однако Зепп посчитал, что его невероятная скорость и технические навыки помогут взломать мощную оборону югославов. Перед матчем Тирнанич призывал своих игроков не рассыпаться по полю и не вступать в индивидуальные единоборства, накрывая атакующих футболистов Германии большими силами и выдавливая их со своей половины поля, жестко действуя в прессинге. Тактикой Хербергера должны были стать быстрые атаки по флангам силами Шефера и Рана с навесами в штрафную в расчете на великолепно игравшего головой Морлока или передачами на атакующих вторым темпом братьев Вальтеров. Как выяснилось позже, оба тренера сделали правильный выбор, однако повезло лишь одному из них.

Команды уже успели сыграть между собой пять матчей, несмотря не то, что впервые встретились лишь за пятнадцать лет до мирового первенства в Швейцарии. Югославы сумели обыграть соперников дважды, в активе немцев было на одну победу больше. Но интересней всего другое: четвертьфинал чемпионата мира 1954 года стал первой из шести (!) игр в рамках главного футбольного турнира планеты, упорно сводившего друг с другом Югославию и Германию, причем три раза на протяжении трех турниров подряд команды играли между собой именно в одной четвертой: после Швейцарии за противостоянием немцев с югославами наблюдала Швеция в 1958-м и Чили в 1962-м. В еще трех случаях сборные встречались на групповых этапах чемпионата мира, а один раз сыграли в полуфинале домашнего для Югославии Евро в 1976-м – тогда вышедший на замену Дитер Мюллер сделал хет-трик, а ФРГ вышла в финал, завершившийся бессмертным победным пенальти великого чехословакского полузащитника Антонина Паненки.

С первых же секунд после стартового свистка Иштвана Жолта югославы приступили к массированной осаде ворот Турека, однако до по-настоящему опасных ударов дело не доходило. На девятой минуте команде Хербергера удалось организовать что-то вроде атаки, в ходе которой Шефер, поборовшись со Станковичем на границе штрафной, ухитрился вынудить того сделать "свечку". Мяч приземлился точно на голову Морлоку, попытавшемуся тут же вернуть снаряд напарнику, опекаемому Ивицей Хорватом. Под давлением Шефера югославский защитник сделал попытку выбить мяч за пределы поля, и Беара уныло поплелся доставать круглого из сетки ворот. Автогол Хорвата стал результатом всего лишь второй полноценной атаки сборной Хербергера за десять минут матча – невиданно низкий показатель для тех времен, когда игра шла в основном от ворот до ворот, а о насыщенном центре поля и тактическом удержании мяча вдали от штрафных площадок никто и не помышлял. Преимущество Югославии было настолько очевидным, что ответный гол, казалось, должен был последовать за неудавшимся выносом Ивицы в течение считанных минут. Хербергер с волнением следил за действиями своей команды, покрикивая на игроков, не успевавших вовремя возвращаться в оборону или накрывать бесчисленные атаки югославов. Тирнанич, напротив, флегматично двигал челюстями, жуя жвачку, даже когда его игроки мазали из самых выгодных позиций. К середине первого тайма мяч вообще перестал пересекать центральную линию: игра велась только на половине сборной ФРГ, а Либрих, Кольмайер и Эккель словно заводные игрушки то прыгали, подчищая верховые мячи, то стелились в подкатах, обезмячивая Милутиновича, Бобека и Зебеца. Турек изредка отражал удары югославских нападающих, большинство из которых, впрочем, приходились "в молоко", пару раз защитники отбивали мяч с линии ворот. До окончания первой сорокапятиминутки дважды вступил в игру и Беара, которых спас свои ворота от атак Шефера и Рана. К перерыву беспрестанно атаковавшие югославы настолько вымотались, что два раза не попали в пустой створ после неудачных выходов Турека. То, что за весь первый тайм мяч так и не залетел в казавшиеся заколдованными ворота сборной ФРГ, выглядело каким-то дьявольским невезением – или, наоборот, невероятной удачей, в зависимости от того, какую команду поддерживали болельщики.

На второй тайм немцы возвращались на поле с крайне мрачными и сосредоточенными лицами, понимая, что их едва ли ждет легкая прогулка. Едва игра возобновилась, Турек тут же был вынужден приняться за работу, выхватив мяч из ног набегавшего на ворота Бобека и отбив сильный удар Милутиновича. После одного из прыжков вратарь неудачно приземлился на газон, ушибив бок, после чего на поле оказались врачи. Ощупав ребра ветерана немецкой сборной, медики не обнаружили переломов, и Турек вернулся в ворота. Угловые, штрафные, навесы, забеги по флангам – мертвая хватка югославской атаки начала разжиматься лишь за четверть часа до окончания встречи. Балканские футболисты очень устали (пока Бобек пробивал очередной штрафной, рядом с ним на корточках отдыхал вымотавшийся Митич), а бесплодность их многочисленных попыток затолкать мяч в ворота голкипера ФРГ (совершившего, к слову, шестнадцать (!) сейвов) сильно подточила их моральный дух. Почувствовав, что им дали передышку, немцы дисциплинированно рванули вперед. Ран, которому Хербергер с бровки уже несколько раз напомнил об обещании забить Беаре, прорвался в штрафную югославов и зарядил в штангу, а всего через несколько минут легко пробил из-под инертного Хорвата, так и не решившегося атаковать вингера, по изящной дуге в дальний от Беары угол. Сборная ФРГ сделала счет в матче, который по всем раскладам должна была с треском провалить, 2:0, и сумела удержать его до самого финального свистка Жолта. Восхищенные болельщики уносили с поля немецких игроков на собственных плечах. Были позабыты 8:3 от венгров, разгромные статьи и тот самый пресловутый пружинящий шнур. Команда Хербергера вышла в полуфинал, мгновенно получив статус настоящих героев мирового первенства. К слову, уже после окончания турнира, и тренер, и его футболисты в один голос утверждали, что матч с Югославией стал для них самым сложным на соревновании, а победа в нем стала ничем иным, как чудом. Наиболее емко это выразил Шефер, заявивший, что Германия победила 2:0 в матче, который должна была проиграть со счетом 0:5. Великолепная сборная Югославии вновь покинула престижный футбольный турнир, оставшись без главной награды. Статус самой невезучей из сильнейших сборных мира югославы подтвердили уже через два года, в третий раз подряд завоевав серебряные медали Олимпиады.

Битва в Берне

Венгрия – Бразилия

27 июня 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Ванкдорф", Берн, 40.000 зрителей.

Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что главным и самым ожидаемым четвертьфинальным матчем на ЧМ-1954 было противостояние Венгрии и Бразилии. Этот ажиотаж привел к существенному расхождению в числах: разные источники утверждают, что воочию навсегда вошедший в историю под названием "Битва в Берне" матч видели от сорока до шестидесяти тысяч человек (при номинальной вместимости "Ванкдорфа" в 64 тысячи – вполне реальное количество). Между собой должны были играть не просто фавориты, в лице так называемого финалиста предыдущего мирового первенства и, по факту, самая сильная команда планеты: после поражения сборной Англии от уругвайцев команда Шебеша должна была отстоять честь европейского футбола и продемонстрировать его преимущество над футболом южноамериканским. Мало того, в дело вмешивалась и политика, ведь коммунисты венгры вполне могли доказать преимущество коммунизма над истовым католицизмом капиталистов бразильцев. Правда, тренер бразильцев Зезе Морейра решил не искать легких путей, и откровенно начудил со стартовым составом. Специалист оставил в неприкосновенности вратаря, защитников и игроков центра поля, однако в атаке из великолепной пятерки, разрывавшей сборную Мексики, остались лишь Жулиньо с Диди. Опытных (и отлично отдохнувших за неделю без матчей) Балтазара (28 лет, один гол на турнире), Пингу (30 лет, два гола на турнире) и Родригеса (28 лет) сменили откровенно зеленые Умберто из "Палмейрас" (20), Мауриньо из "Сан-Паулу" (21) и Индио из "Фламенго" (23). Таким довольно странным образом Зезе выразил свое недовольство атакой, не сумевшей забить югославам больше одного мяча (то, что это была одна из лучших сборных на турнире и то, что те же самые нападающие наколотили пять голов Мексике, тренера не смущало). Шебешу, в свою очередь, также пришлось внести изменения в набор атакующих игроков, однако никаких воспитательных целей он не преследовал: просто Пушкаш так и не восстановился после зверского подката Либриха. Так свой шанс дебютировать на турнире получил брат Йожефа Тота, левый вингер "Уйпешта" Михай. Остальные футболисты, выходившие на умопомрачительный матч со сборной ФРГ, остались в стартовом составе Венгрии. Капитанской повязкой завладел Йожеф Божик. Еще одной изюминкой предстоящего матча, судить который назначили Артура Эллиса (впоследствии британец признавался, что игра стала одной из тяжелейших в его карьере), стала история встреч двух команд. Сборные, несмотря на их неоднократное участие в чемпионатах мира, впервые за свою историю играли между собой – и сразу на уровне одной четвертой мирового первенства.

Жара, при которой играли австрийцы со швейцарцами, сменилась дождичком, как следует намочившим поле и сделавшим его не слишком пригодным для быстрой и техничной игры, которой славились обе команды. На первой же минуте отличный момент запорол Жулиньо, оказавшийся на линии штрафной и пробивший мимо ворот. Игра была настолько интенсивной, что, когда Диди в падении зацепил шорты Тота, разорвав их по шву, тот продолжал бегать с болтающимся лоскутом, выставляя на всеобщее обозрение собственное исподнее, еще добрых минут пять, пока его не заставили переодеться. Впрочем, еще до того венгры умудрились выйти вперед: защитник Пиньейро завозился с мячом в штрафной, заполненной игроками соперника, после чего футболисты Шебеша пробили по воротам три раза подряд. Дважды Кастильо делал сейвы после попыток Хидегкути и Цибора открыть счет, но от второго удара Нандора спасти ворота бразильцев не удалось ни ему, ни двум защитникам, оказавшимся между штангами. Подпрыгнувший над летевшим в ворота мячом Йожеф Тот по-прежнему придерживал грозившие свалиться шорты. Венгры продолжали атаковать и лишь благодаря героизму Кастильо и Джалмы Сантоса не забили свой второй мяч после посеявшего панику в бразильских рядах углового. Впрочем, всего через минуту они добились своего: длинный навес Хидегкути нашел Кочиша, убежавшего от защитников в желтых футболках. Нападающий в очередной раз оправдал свое прозвище, перекинув великолепным ударом головой вратаря бразильцев. Шла восьмая минута матча, а игровых событий в этот небольшой отрезок времени уместилось уже на добрый тайм. Как это часто бывало у футболистов Шебеша, после парочки быстрых голов они немного сбавили обороты, все еще продолжая атаковать, но позволяя при этом играть и сопернику. Жулиньо едва не воспользовался этим послаблением, после сольного прохода и возни в штрафной между двумя венгерскими защитниками пробив по воротам, однако Грошич спас свою команду. На 18-й минуте игра впервые приняла характер битвы, хотя до настоящего побоища было еще далеко. Индио на бешеной скорости ворвался в штрафную, и Бузански так сильно врезался в него сзади, что бедолага полетел в грязь, кое-где украшенную поникшей травой, вниз головой, несколько раз перевернулся и едва не потерял сознание. Эллис не колеблясь показал на одиннадцатиметровую отметку и Джалма, деловито отобрав мяч у Грошича, отправился пробивать пенальти. После длинного разбега Сантос неотразимо пробил низом в дальний угол, сократив отставание в счете. Венгры чуть было не отыгрались через каких-то пару минут, и теперь уже Нилтон Сантос вынес мяч с линии ворот. Матч перешел в целую серию взаимных быстрых атак, причем игроки, то и дело оскальзываясь и теряя мяч на размокшем газоне, постепенно перестали сдерживаться, действуя довольно грубо. Крайне активного на правом фланге Йожефа Тота сносили подкатами не меньше пяти раз, и ни один из игроков атакующей пятерки команды Морейры не избежал шипов Бузански, Лантоша и Лоранта, не стеснявшихся останавливать дриблинг соперников самыми примитивными – и крайне действенными – средствами. Когда Мауриньо неподалеку от собственной штрафной сильно толкнул Кочиша, свалив его с ног, венгр погрозил вингеру пальцем, укоризненно покачав головой и оглянувшись на Эллиса. Арбитр индифферентно пожал плечами. Незадолго до окончания первого тайма Тот в попытке дотянуться до уходящего мяча повредил подколенное сухожилие, и, прохромав несколько минут, покинул поле. Больше на турнире нападающий так и не сыграл.

Второй тайм также начался с серии быстрых атак в исполнении обеих команд, причем оборона на двух концах поля действовала одинаково жестко. Михай Тот чудом не оторвал ногу подбиравшемуся к штрафной Жулиньо, правда "семерка" бразильцев тут же отыгрался, с силой наступив на пятку Хидегкути. Михай вместе с Цибором оказались главной атакующей силой Венгрии в эти минуты, организовав несколько опасных моментов, однако на высоте был Джалма Сантос. Бразильцы ответили ударами Индио и Жулиньо. На 60-й минуте откровенно психанул Пиньейро: молодой защитник "Флуминенсе" под давлением Кочиша решил подтолкнуть мяч по направлению к своему голкиперу… рукой. Эллис, не забывавший, что судит он вовсе не гандбол, назначил одиннадцатиметровый, который реализовал один из штатных пенальтистов команды Шебеша, защитник "Вёрёш Лобого" Михай Лантош. Бразилия, вновь отстававшая от венгров на два мяча, попыталась организовать быструю атаку, в ходе которой нервы у игроков обеих команд сдали окончательно. Индио влетел сзади в Хидегкути (в наше время это была бы прямая красная карточка), свалив его на газон, Нилтон Сантос симулировал повреждение, а когда грубо сфолили на Джалме, которому понадобилась помочь врачей, на поле выбежала группка фотографов, пытавшихся снять страдания бразильца крупным планом, после чего Эллису понадобилась помощь жандармов, чтобы очистить газон и успокоить возмущенных игроков обеих сборных. Первое ему удалось, второе – не очень. Несмотря на суматоху и крайне нервную игру двух команд, Seleção снова удалось сократить отставание в счете. Жулиньо великолепным по исполнению ударом практически с границы штрафной огорчил Грошича, и противостояние двух из трех самых техничных сборных ЧМ-1954 накалилось еще больше – хотя, казалось, больше уже некуда. Улучив момент, когда английский арбитр смотрел в другую сторону, Индио пихнул Цибора в спину, отчего тот растянулся на мокром газоне, а потом старательно разводил руками, якобы не понимая, что случилось с вингером. Возмущенный Йожеф Божик, напрасно доказывавший рефери, что бразилец умышленно толкнул его сокомандника, начал нервничать все больше, что и вылилось в итоге в безобразную сцену, когда капитан венгров подрался с Нилтоном Сантосом. В итоге, Эллис удалил обоих, выведя игроков с поля собственноручно, крепко, почти по-отечески приобняв их за плечи. Страсти при этом так и не улеглись. Уставшие от бесконечных атак противников бразильцы фолили все грубее. Пиньейро уронил Тота и Кочиша, Бранданзиньо потоптался на Хидегкути, но жестче всех оказался Умберто, от души въехавший в ноги Дьюле Лоранту. Пока тот корчился на газоне от боли, Эллис удалил футболиста Морейры, однако, как только Умберто покинул поле, Лорант встал и побежал на свою позицию без малейших признаков повреждения: фокус, ставший впоследствии чуть ли не визитной карточкой сборной Бразилии, перенявшей у венгров не только игровую схему, но и околофутбольные уловки. В последние одиннадцать минут матча на поле осталось всего по 9 футболистов в каждой из команд. Южноамериканцы устроили настоящий навал на ворота Грошича, а когда венграм удавалось достичь их штрафной, оборонялись очень жестко, если не грубо. Правда, на 88-й минуте навес Цибора нашел никем не опекаемого Кочиша у самой линии вратарской – а "Золотая голова" подобных промахов соперникам не прощал, оформив дубль. 4:2, и победа, как и место в полуфинале, ускользнули от бразильцев со скоростью несущегося на всех парах к штрафной Пушкаша (не травмированного). После финального свистка Эллиса Дьюла Грошич сделал колесо, Шебеш выскочил к Божику с букетом цветов, а потом на поле начался настоящий ад.

Раскисший газон мгновенно заполнился крайне агрессивно настроенными людьми: бразильскими болельщиками, фотографами, журналистами и даже представителями официальной делегации Seleção. Вместе с футболистами своей сборной они наседали на венгров, которые поспешили ретироваться. Драка началась еще у выхода с поля в подтрибунные помещения: Мауриньо, вместо того, чтобы пожать протянутую Кочишем руку, съездил ему по лицу. Высокий и мощный нападающий в долгу не остался, легко сбив противника с ног, и Бернское побоище началось. В тоннеле, ведущем в раздевалки, Шебеш получил удар бутылкой по голове, Морейра отбивался бутсой, Пушкаш бросил сифоном в Пиньейру, после чего и сам получил кулаком по лицу. Разъяренные бразильцы перебили все лампочки, и дальнейшие боевые действия происходили в темноте, прорезаемой лишь лучами жандармских фонариков и отборной бранью на португальском и венгерском. В раздевалках дерущиеся бросали друг в друга обувь, бутылки, пытались выломать вешалки и оторвать от пола скамейки (со швейцарской надежностью привинченные крепко-накрепко). Ранения получили двое полицейских и пятеро болельщиков, Шебешу пришлось накладывать швы, остальные отделались ссадинами и синяками.

В четвертьфинальном матче между Венгрией и Бразилией Эллис зафиксировал 42 фола, назначил два пенальти и удалил четырех футболистов (рекорд чемпионатов мира, продержавшийся до противостояния Хорватии с Австралией в 2006-м). Арбитр вспоминал об этой игре с содроганием: "Я думал, это будет величайшая игра из всех, что я видел. Не знаю, причастны ли к этому политика и религия, но игроки вели себя, как животные. Это был кошмар. Я думал только о том, что это должно поскорее закончиться". Ему вторили спортивные журналисты, отмечавшие крайне жесткий, часто переходящий в жестокий характер матча, нарочито грубые единоборства и полное бездействие футбольных чиновников, часть из которых и вовсе приняла участие в послематчевой драке. Бразильские газеты назвали Эллиса "председателем компартии Британии" и обвинили его в потворствовании грязным коммунякам-венграм, отметив героизм собственных футболистов, венгерская пресса инцидент проигнорировала. Как несложно догадаться, никаких последствий для драчунов зафиксировано не было. Ни ФИФА, ни местные футбольные федерации (Божик заявил Эллису, что в Венгрии народных героев не трогают) не наложили на удаленных за драку футболистов никаких санкций. Организаторы чемпионата мира призвали на помощь армию, и уже на следующем матче венгров на стадионе появились солдаты, следившие за порядком. Сборная Венгрии отменила южноамериканское турне, в которое собиралась отправиться после турнира, а бразильцы поехали домой, чтобы в очередной раз сделать работу над ошибками в преддверии ЧМ-1958 – на этот раз уже набело. В следующий раз соперники по четвертьфиналу сыграли между собой только через 12 лет, на мировом первенстве в Англии – и венгры, бледная тень грозной Золотой команды, сенсационно победили действующих чемпионов мира со счетом 3:1.

Перерыв шестой. Битва в Сантьяго

"Битва в Берне" стала самой жесткой игрой на ЧМ-1954, однако история чемпионатов мира знавала матчи и погрубее. Самым уродливым из них, без сомнения, стал грязный бой между сборными Италии и Чили на мировом первенстве 1962 года, получивший прозвище "Битва в Сантьяго". Отвлечемся ненадолго от пасторальной Швейцарии, где осталось сыграть всего четыре матча, и заглянем в недалекое будущее, где чилийцы принимали восьмой чемпионат мира, вошедший в историю как самый брутальный среди всех подобных турниров.

Незадолго до старта первенства чилийская газета "Clarin" огласила турнир "больше мировой войной, чем мировым чемпионатом". Восемь матчей, сыгранных в первые два дня соревнований, доказали справедливость этого утверждения и собрали богатый урожай не совсем футбольных событий: 4 удаления, 3 (!) сломанных ноги, развороченное колено и несколько сломанных ребер. Игра между Аргентиной и Болгарией, которая была выиграна южноамериканцами, описывалась прессой, как "хватания, тычки, пинки и любые другие грязные трюки". После матча, в котором испанский рефери Хуан Гардесабаль назначил 69 (!) штрафных (в среднем, по одному в каждые 78 секунд), болгарин Тодор Диев показал журналистам свой свернутый на сторону нос и ноги, все в ранах и кровоподтеках, и сказал, что аргентинцы вели себя "как чертовы боксеры". В игре сборной СССР против сборной Югославии, в столкновении с Мухамедом Муйичем, получил перелом ноги Эдуард Дубинский, при этом Муйич не получил даже предупреждения, а после игры ФИФА не удосужилась вынести игроку никакого наказания. Лишь федерация футбола Югославии приняла решение отстранить футболиста от дальнейших выступлений за сборную до конца года за необоснованную жестокость. Судьба Дубинского сложилась трагично: он перенес несколько операций, сумел вернуться в профессиональный футбол, но скончался в 1969 из-за саркомы, развившейся вследствии травмы. Ему было всего 34 года.

"Плачевно, что ФИФА не до конца выполняют собственные законы и постановления," – писала "Daily Express". "Они игнорируют свое же утверждение, что любое проявление насилия будет караться незамедлительно. Из-за того, что этого не происходит, ситуация с жестокостью на футбольном поле ухудшается с каждым матчем". Италия сыграла довольно жестко в первом матче группового этапа (0:0 со сборной ФРГ), но три дня спустя им предстояло гораздо более сложное противостояние: выступать против хозяев турнира с фанатичной поддержкой местных зрителей. Сборная Чили также не хотела ударить в грязь лицом: как писали спортивные журналисты, освещавшие ЧМ-1962, местные фанаты просто сходили с ума во время матчей своей национальной команды, и футболистам в случае проигрыша пришлось бы иметь дело с разъяренной толпой в 50-60 тысяч оголтелых фанатов. Ситуацию подогрели саркастические статьи в итальянских "La Nazione" и "Corriere Della Sera", которые незадолго до начала турнира называли идею проведения чемпионата мира в Южной Америке "чистейшим безумием", и описывали столицу Чили, Сантьяго, как "город, где такси встречаются реже, чем верные мужья, телеграмма стоит как автомобиль, письмо в соседний дом идет пять недель", а население Чили можно охарактеризовать четырьмя словами: недоедание, неграмотность, алкоголизм и нищета. Возмущенные подобной характеристикой чилийцы поклялись отомстить, и в результате многие журналисты были вынуждены покинуть страну, а ни в чем не повинный аргентинский репортер, ошибочно принятый за итальянца, был жестоко избит в одном из баров, после чего долго лечился. ФИФА, волнуясь за потенциальную угрозу срыва матча, а также пойдя на поводу у итальянской футбольной ассоциации, которая пожаловалась на возможные послабления сборной Чили со стороны испаноязычного арбитра, назначенного на эту встречу, сменила рефери. На игру был вызван опытный английский судья Кен Астон, стаж которого к тому времени составлял уже 26 лет. К слову, именно благодаря ему впоследствии были введены желтые и красные карточки, таблички с именами игроков при выходе на замену и яркие желто-красные флажки помощников судей. Итальянцы не были слишком обрадованы этой рокировкой – Астон уже работал на матче сборной Чили на этом чемпионате – но воздержались от апелляций.

С самой первой минуты матча чилийцы начали вести агрессивную борьбу: они толкались, плевались, провоцировали соперников, но как только итальянцы пытались отвечать, они тут же нарывались на предупреждения. Первый фол был свистнут через 12 секунд после начала матча, первое удаление произошло через четыре минуты. Джорджо Феррини, удаленный за атаку чилийского футболиста Онорино Ланда, отказался покидать поле, и матч прервался на 10 минут, пока итальянца не увели с поля полицейские. Игроки быстро забыли о футболе и лишь пытались навредить соперникам. Лионель Санчес, сын профессионального боксера, сломал нос капитану итальянской сборной Умберто Маскио хуком слева, а затем ударил вингера Марио Давида, который схлопотал удаление за ответные действия. При этом, Санчес заработал штрафной, с которого Джеми Рамирес открыл счет на 73 минуте (итальянцы уже играли вдевятером), а Хорхе Того удвоил преимущество чилийцев на последней минуте матча. "Инцидент произошел за моей спиной," – объяснял Астон свое поведение в случае со сломанным носом Маскио. "Если рефери или лайнсмен ничего не увидели – ничего не может быть сделано. Я уверен, что в данном случае лайнсмен все видел, но он ничего не сказал мне". Человек, который был помощником Кена на ближайшей бровке, скорее всего получил эту работу не благодаря своим умениям, а лишь из-за своей уникальной истории. Это был Лео Гольдштейн, переживший Холокост благодаря футболу: по дороге в газовую камеру один из нацистов-охранников спросил, кто может отсудить футбольный матч. Лео откликнулся, пережил войну, эмигрировал в Америку и продолжил карьеру рефери. "Я был вынужден работать с этими мексиканцем и американцем, которые, скажем так, не совсем подходили по уровню для чемпионата мира," – рассказывал Астон. "В итоге, я остался фактически один против 22 игроков".

"Мы не раздавали тумаки, мы только получали их. Мы, итальянцы, были жертвами, а не агрессорами," – много лет спустя говорил Давид. – "Санчес сломал нос Маскио, и рефери ничего не сказал, но зато удалил Феррини, который пытался ответить Санчесу, при этом даже не коснувшись его. Потом их голкипер отдал мяч Санчесу и тот сел на него, зажав между ногами. Чтобы выбить мяч мне пришлось немного задеть и чилийца тоже, после чего он вскочил и ударил меня, а судья сделал вид, что ничего не заметил. Затем я споткнулся о выставленную ногу Санчеса и схватился за его плечо, и тут рефери внезапно прозрел и удалил меня. Я стоял у входа в тоннель и смотрел игру до конца, и я уверяю вас, что даже вдевятером мы боролись до конца". Решение арбитра удалить Давида действительно выглядело, мягко говоря, спорным. По всеобщему мнению, в этот момент рефери окончательно потерял контроль над и без того уже неуправляемой игрой. Футболисты больше дрались между собой, чем играли, английский арбитр никак не мог навести порядок на поле, а толпа на стадионе бесновалась, выкрикивая угрозы в адрес игроков сборной Италии. Лишь усиленные армейскими подразделениями отряды полиции, оцепившие поле по периметру, не дали битве перерасти в бойню с несомненными жертвами. Атмосфера была накалена настолько, что итальянских болельщиков пришлось вывести с трибун еще до окончания игры: им угрожала вполне реальная опасность не добраться до своих отелей живыми. Астон утверждал, что несмотря на откровенный хаос, воцарившийся на поле, он просто старался довести матч до конца. Арбитр боялся досрочно прекратить встречу, поскольку в таком случае никто не смог бы поручиться за безопасность футболистов Италии. Несмотря на многочисленные остановки и задержки, Кен не компенсировал ни одной минуты игрового времени, так что по факту команды играли – если бесконечную массовую драку можно назвать игрой – от силы минут семьдесят вместо девяноста.

Последствия кошмарного матча оказались не менее кошмарными: две нации возненавидели друг друга. Итальянцы в Чили мгновенно стали персонами нон-грата, их выгоняли из баров, ресторанов, даже из супермаркетов, а тренировочный лагерь команды охраняли вооруженные войска. Хорхе Пика, член чилийской футбольной ассоциации, подлил масла в огонь, утверждая, что итальянцы были под воздействием сильнодействующих средств: "Они выходили на поле только с одной целью: побольнее ранить чилийских игроков, это было похоже на родео. Честно говоря, я думаю, что они были под какими-то препаратами. Теперь я вижу необходимость проведения лабораторных анализов после матчей". Итальянцы, в свою очередь, подали официальную жалобу на действия Астона в матче, в которой чилийцы были названы "людоедами", а к посольству Чили в Риме, после попытки взлома главных ворот, пришлось вывести армейское подразделение для защиты дипломатов. Критика действий Кена Астона в Италии начала принимать экстремальные формы: поступали предложения запретить Астону въезд в страну, принести публичные извинения и даже покаяться перед папой в Ватикане. "Я помню, что один журналист назвал его невменяемым английским паразитом, и я полностью с ним согласен," – говорил Давид. Бывший рефери и почетный президент немецкой футбольной ассоциации Пеко Баувенс сказал, что никогда не видел такого слабого английского судьи. На фоне непрекращающейся жестокости на полях чемпионата мира, Кен Астон и другой рефери, шотландец Боб Дэвидсон, работавший на первом матче сборной Италии, встретились с тогдашним президентом ФИФА, нашим старым знакомым сэром Стэнли Роузом. "Все судьи, видевшие беспрецедентную агрессию, с которой футболисты вышли на поле в том матче в Сантьяго, передают Роузу, что они не преодолевали эти тысячи миль для того, чтобы сталкиваться с подобными вещами", – заявил Дэвидсон. Роуз выслушал судей и обещал, что ФИФА незамедлительно займется искоренением жестокости на футбольных полях, и дело это будет взято под его личный контроль. Боб и Кен вышли из конференц-зала, уверенные в успехе своей миссии, однако затем стало известно, что ФИФА отстранило Феррини всего на один матч, а Давид и Санчес вообще не понесли наказания. Представители всех 16 команд, игравших в финальной стадии чемпионата мира, были приглашены в гостиницу "Каррера" в Сантьяго, где Роуз объявил об усиленной работе над улучшением ситуации и попросил донести его слова до всех участников ЧМ-1962. Но на деле работа, проводимая ФИФА, далеко не сразу принесла свои плоды, а многие считали ее просто смехотворной. Четыре года спустя Пеле, который получил повреждение во втором матче группового этапа в Чили, снова получил жестокую травму на ЧМ-1966. "Я слышал это не раз, и я по-прежнему верю тому, что сэр Стэнли Роуз дал указание судьям не слишком строго относиться к “мужественной” игре европейских сборных", – несколько предвзято жаловался Пеле в своих мемуарах. "В результате они делали все возможное, чтобы причинить мне физическую боль".

Логичным финалом самого грубого в истории чемпионата мира стала история с Гарринчей и уругвайским судьей Морено, о которой я уже рассказывал выше.

12. Полуфиналы

Обе игры, выявлявшие финалистов ЧМ-1954, проходили в один и тот же день, 30 июня. Специалисты от футбола, как и простые болельщики, страстно хотели увидеть в финале очередное противостояние южноамериканской и европейской команд, уповая на матч между Венгрией и Уругваем, однако жребий свел эти сборные уже на стадии полуфиналов, определив попутно в соперники ФРГ австрийцев. Команде Хербергера откровенно повезло: вымотанная после изнурительной игры на сорокаградусной жаре Австрия, пропустившая к тому же пять мячей от скромных швейцарцев, действительно казалась самым удобным противником из всей великолепной четверки. Обе команды играли в быстрый атакующий футбол, что обещало зрителям крайне интересный матч. Выступления венгров и уругвайцев на протяжении всего турнира, а также потери ключевых игроков у обеих сборных, делали результат их противоборства абсолютно непредсказуемым. В общем, обе полуфинальные игры должны были стать настоящим украшением соревнования.

Немецкий разгром

ФРГ – Австрия

30 июня 1954, 18:00 СЕТ. Стадион "Санкт Якоб", Базель, 58.000 зрителей.

Сборная Германии, прошедшая на турнире путь от фанатской ненависти до безоговорочного признания, готовилась к игре с австрийцами скорее морально, чем физически или тактически. Хербергеру пришлось провести со своими игроками не одну беседу, чтобы немного сбить их самоуверенный шапкозакидательский настрой: после победы над Югославией футболисты примерили на себя статус фаворитов и очень не хотели с ним расставаться. Зеппу пришлось им напомнить о катастрофе в игре с венграми и о том, что команда Науша успела забить 13 мячей в трех матчах, пусть и пропустила пять. Тренер убрал с правого фланга обороны Лабанда, поставив на эту позицию Позипаля, рокировка которого с Либрихом, который должен был сдерживать креативные поползновения Оцвирка, казалась наставнику как нельзя более оправданной. Морлок успел оправиться от небольшой травмы, полученной в игре с югославами, так что больше никаких изменений в своем составе Зепп не сделал. Перед Наушем стояла куда более сложная задача: после убийственно сложного матча в Лозанне ему надо было бы менять, как минимум, половину состава, однако подобной привилегии тренер сборной Австрии попросту не имел, располагая ограниченным количеством игроков, способных на равных сражаться с набравшими ход немцами. Вратарь Шмид по-прежнему страдал от последствий солнечного удара, поэтому в рамку ворот Вальтер отправил опытного, но не до конца восстановившегося после травмы Земана, а Леопольд Баршанд из "Винера" уступил свое место атакующему полузащитнику Вальтеру Шлегеру. В качестве установки на матч Науш пожелал своим игрокам забить быстрый гол, сдерживать быстрые фланги ФРГ и обороняться максимально массово (хотя в его составе номинальными защитниками были лишь Хаппель да Ханаппи). Хербергер уповал на общее превосходство его команды в скорости и уже продемонстрированное игроками Германии умение добиваться результата в самой непростой игровой ситуации на поле.

Команды вышли на поле (футболисты ФРГ были в зеленых футболках с белыми шортами, чтобы контрастировать с обычно традиционной для обеих команд бело-черной формой, в которую на этот раз облачились только австрийцы) в сопровождении духового оркестра, сыгравшего гимны двух стран. "Погода Фрица Вальтера" откровенно радовала немецкую сборную: небо было обложено тучами, моросил дождь, а на газоне блестели лужи. Арбитр встречи Винченцо Орландини дал стартовый свисток и один из худших матчей в истории сборной Австрии начался. ФРГ быстро оказалась в роли доминирующей команды, проведя парочку опасных атак, в ходе одной из которых Земан неловко отбил мяч перед собой, и лишь быстрая реакция Хаппеля не позволила этой ошибке стать результативной. Австрия ответила ударом Вагнера и попытками навязать соперникам борьбу на их половине поля, однако преимущество одной из команд выглядело практически подавляющим – хоть и не конвертировалось до поры до времени в голы. К середине первого тайма казалось, что ситуация на мокром газоне немного выровнялась: команда Науша нанесла опасный удар силами Роберта Кёрнера (мяч прошел в сантиметрах от перекладины), а Вагнер несколько раз успешно прошел вцепившегося в него Либриха, чтобы завершить атаки своей сборной – правда, не слишком удачно. Кёрнер вновь неплохо пробил после розыгрыша углового, однако на этот раз не сплоховал Турек. Наконец, когда болельщикам казалось, что игра окончательно стала практически равной, Фриц Вальтер ускользнул на правом фланге от опеки защитника, сделал точную передачу на Шефера, а тот без помех расстрелял ворота Земана метров с семи. В конце первой сорокапятиминутки у австрийцев был шанс сравнять счет: Либрих свалил Вагнера на самой линии штрафной, но Оцвирк не воспользовался этой возможностью, слабо пробив прямо в руки вратарю. В перерыве немецкие футболисты отдали должное изобретению Ади Дасслера, одного из основателей компании Adidas, который придумал бутсы со сменными шипами для разных типов погоды. Навинтив на свои подошвы более длинные шипы, игроки Хергбергера получили преимущество: теперь их обувь меньше скользила на мокром газоне, и позволяла делать рывки и ускоряться за счет лучшей, чем у австрийцев, сцепки с раскисшим полем.

Уже через две минуты после возобновления игры Фриц Вальтер, подававший угловой с левого фланга, нашел в штрафной сборной Австрии Морлока, выпрыгнувшего между Оцвирком и Коллером и переправившего мяч в ворота Земана, беспомощно проводившего снаряд взглядом. Австрийцы вновь попытались отыграться, уповая на постепенное выравнивание собственной игры, как в первом тайме, однако сборная ФРГ грамотно оборонялась: Вагнера, оказавшегося в штрафной Турека с мячом после длинной передачи Оцвирка, накрыли сразу четыре немецких футболиста. Впрочем, двукратное преимущество команды Хербергера продержалось недолго: Турек сумел выбить мяч из ног рвавшегося к воротам Стояспала, однако лишь для того, чтобы Пробст, набегавший вторым темпом, сократил отставание Австрии в счете. Теперь, когда Германия вела с разницей всего в один мяч, любители футбола, заполнившие почти до отказа базельский стадион "Санкт Якоб", могли надеяться на быструю открытую игру с множеством атак в исполнении обеих команд. Примерно так и получилось, правда матч продолжался, по общепринятому выражению, в одну калитку. Всего через три минуты после забитого австрийцами мяча Ханаппи со всего маху влетел в надвигавшегося на ворота его команды Шефера, едва не закопав его в мокрый газон, и вполне ожидаемо стал виновником назначенного арбитром пенальти. Фриц Вальтер сильным ударом в нижний угол сделал счет 3:1. Играть оставалось еще больше получаса, так что команда Науша вполне могла бы попытаться изменить расклад в свою пользу, однако немцев и, в частности, их капитана, было попросту не удержать. На 61-й минуте Земану, только что неуклюже выбившему мяч за линию поля, пришлось испытать малоприятное ощущение дежавю: Фриц Вальтер вновь подал угловой, вновь нашел своей передачей голову сокомандника – на этот раз собственного брата Оттмара – и вновь голкипер полез доставать мяч из сетки своих ворот. Еще три минуты спустя капитан ФРГ, проводивший свой лучший матч на турнире, точной передачей отправил Рана на свидание с Земаном – однако австрийский вратарь не слишком обрадовался подобному тет-а-тету, свалив быстроногого соперника, которого умудрился ухватить рукой за бутсу во время прыжка. Орландини пришлось опять указывать на точку. Фриц Вальтер пробил в противоположный угол – и великолепный прыжок Земана не помог австрийцам, пропустившим третий мяч за десять минут. После того, как счет стал 5:1, сборная Хербергера позволила Австрии немного поиграть, однако ни одна из атак обескураженных игроков, во втором матче подряд пропустивших целых пять мячей, не могла считаться по-настоящему опасной. А за минуту до конца второго тайма Германия забила свой шестой гол – как ни странно, без участия Фрица Вальтера, приложившегося до того ко всем пяти мячам немцев. За него отработали Шефер с Оттмаром: первый навесил с правого края штрафной, второй спокойно переправил мяч в сетку ворот, куда за секунду до этого уже влетел потерявший равновесие Земан.

Игра завершилась с крайне неожиданным для многих болельщиков счетом 6:1, и пока немецкие газеты восхваляли воодушевление и безукоризненную отлаженность игрового механизма сборной ФРГ, в Австрии главными виновниками кошмарного разгрома назвали голкипера Земана (хотя чего можно было ожидать от не долечившего травму футболиста?) и защитника Хаппеля, которым объявили настоящую обструкцию, из-за чего те даже боялись возвращаться домой и были вынуждены скрываться от встречавших сборную на вокзале Вены разгневанных болельщиков. Вальтеру Наушу и его команде предстоял еще матч за третье место, тогда как сборную ФРГ в финале поджидал крайне грозный (а других на этой стадии ЧМ-1954 и не водилось) соперник.

Игра века

Венгрия – Уругвай

30 июня 1954, 18:00 СЕТ. Стадион "Олимпик де ла Понтез", Лозанна, 47.000 зрителей.

Невероятная игра, которую сотни тысяч любителей футбола хотели бы увидеть в качестве финала мирового первенства, проводилась с максимально усиленными мерами по обеспечению безопасности как зрителей, так и самих футболистов. Встревоженные событиями в Берне швейцарцы не могли себе позволить еще раз подпортить свою репутацию, так что поле оцепили усиленные армейскими подразделениями отряды полиции. Впрочем, забегая вперед, стоит отметить: борьба в этом полуфинальном матче, получившем прозвище "Игра века", стала яркой, но корректной. Хуансито испытывал серьезные проблемы с составом: великолепный матч с Англией оставил его без трех игроков, получивших травмы различной степени тяжести. Защитник Андраде сумел восстановиться к игре с венграми, однако Аббади и Варела (последний, стоивший доброй половины команды, заработал трещину в кости) никак не могли помочь своей сборной в ее главном матче на первенстве. Капитанская повязка в итоге перешла к Мартинесу, Варелу заменил полузащитник "Насьоналя" Нестор Карбальо, а в атаке тренер провел сразу две рокировки: помимо Рафаэля Сауто, одноклубника Карбальо, на поле появился Хуан Хохберг из "Пеньяроля". И если выход последнего выглядел вполне оправданным, то отсутствие в составе Оскара Мигеса (три гола в трех матчах) так и осталось загадкой. Шебешу также было, над чем поломать голову: Пушкаш все еще залечивал повреждение, нанесенное Либрихом, один из братьев Тотов также страдал от надрыва сухожилия. В итоге, на поле появились Ласло Будаи из "Гонведа" и Петер Палоташ из "Вёрёш Лобого", присоединившиеся в атаке к неизменным Кочишу, Хидегкути и Цибору. В обороне и полузащите тренеру сборной Венгрии замен делать не пришлось. Команды встречались между собой впервые в своей истории, и если мадьяры, уверенные в своих силах, были готовы играть с любым соперником, то с уругвайцами сыграли злую шутку не только спортивные газеты, в один голос ставившие венгров на позицию фаворита встречи, но и их собственные футбольные чиновники, повторявшие игрокам, как же невероятна сильна и опасна дружина Шебеша. На действующих чемпионов мира оказывалось невероятное психологическое давление, такое же, как и перед решающим матчем прошлого мирового первенства, однако если тогда у La Celeste был Обдулио Варела, который помог своим футболистам справиться с невольным пиететом перед бразильцами, сейчас такого лидера у команды не было. Судить игру, в которой на поле выходили две сильнейшие сборные турнира (Уругвай, пока не потерпевший ни одного поражения на чемпионатах мира и Венгрия, не проигрывавшая 30 матчей подряд) доверили валлийцу Бенджамину Гриффитсу.

Поле в Лозанне, на котором всего четыре дня назад изнывали от страшной жары австрийцы и швейцарцы, теперь было мокрым от несильного, но продолжительного дождя. Несмотря на погодные условия, скользкий газон и потяжелевший мяч, команды с первых секунд на радость болельщикам включили режим максимальной техничности и скорости. Индивидуальному мастерству уругвайцев противостояли короткие и точные передачи венгров, показывавших выверенную командную игру. Постепенно мадьяры буквально осадили штрафную соперников, но удар Хидегкути с острого угла пришелся чуть выше ворот, а Кочиш попал прямо во вратаря Масполи. Наконец, на 12-й минуте встречи количество перешло в качество: Хидегкути навесил в район границы штрафной уругвайцев, Кочиш в касание переправил мяч головой вперед, а Цибор ускользнул от опеки и покатил мяч в дальний от Масполи угол. Уругвайцы едва было не ответили через пару минут, но Скьяффино, вылетая на рандеву с Грошичем, совсем чуть-чуть не дотянулся до мяча. Быстрый гол завел обе команды, и они задвигались еще быстрее, атакуя и обороняясь практически без передышки. Мяч курсировал между обеими штрафными площадками с космической скоростью. На двадцатой минуте встречи сильнейший удар Кочиша отправил в нокаут одного из фотографов, расположившихся за воротами уругвайского голкипера, а Лантош, пробивая штрафной с двадцати метров, попал в стенку. На своей стороне поля Грошич потащил два великолепных удара в исполнении Борхеса и Хохберга и двумя своевременными выходами прервал опасные атаки соперников. Вратарь сборной Венгрии вообще проводил отличный первый тайм, и во многом лишь благодаря ему уругвайцы не сумели сравнять счет. Масполи тоже пришлось поработать: венгры заработали немало угловых, завершившихся борьбой в штрафной с участием голкипера, а удар Кочиша головой с близкого расстояния заставил вратаря сделать один из шикарнейших сейвов всего турнира. Предсказать, кто выйдет победителем из этой быстрой, идущей на встречных курсах, красивой игры было крайне сложно.

После перерыва скорости не снизились, однако уже на 47-й минуте встречи зрители увидели второй гол венгров. Будаи в борьбе с Сантамарией на фланге зажег "свечку", мяч на излете направился к дальней штанге, где Масполи попытался опередить Хидегкути, но тщетно: Нандор классным нырком отправил снаряд головой в ворота. В четвертый раз подряд (!) на ЧМ-1954 сборная Венгрии повела в счете 2:0. Забить великолепно игравшим венграм хотя бы два мяча, не пропустив при этом ни одного, да еще и без командного стержня в центре поля в лице Варелы – задача, стоявшая теперь перед уругвайцами, выглядела откровенно непосильной. Но не зря будущий соперник победителя "Игры века" по финалу соревнования Зепп Хербергер замечал, что мяч – круглый, а игра длится 90 минут. La Celeste не сдавались, раз за разом организовывая быстрые атаки, рискуя при этом нарваться на ответный выпад своего грозного соперника, однако ни та, ни другая команда никак не могла поразить ворота противника – хотя шансов у них было в избытке, от удара Борхеса в сантиметрах от перекладины до попавшего в крестовину мяча после выстрела Цибора. В течение получаса команды обменивались прекрасными по исполнению атаками, пока на 75-й минуте матча Амброис не вывел на ударную позицию Хохберга, оказавшегося на комфортном расстоянии от обоих венгерских защитников. Нападающий отправил мяч в сетку мимо Грошича впритирку со штангой и сократил отставание своей команды в счете. Венгрия тут же провела целую серию опасных атак, причем в ходе одной из них мяч с линии штрафной выносили защитники, однако ответить забитым мячом так и не смогла, после чего сама дважды чуть не пропустила: в обоих случаях на выходе ошибся Грошич, и лишь Бузански и Лорант, отбивавшие удары уругвайцев на самом последнем рубеже, не дали тем сравнять счет. В последние десять минут второго тайма легкие повреждения получили Андраде и Кочиш, однако оба, воспользовавшись помощью медиков, вернулись на поле. Скьяффино, терроризировавший оборону венгров на протяжении всего матча, добился своего на 86-й минуте: великолепной передачей из-под накрывавшего его Лоранта игрок вывел Хохберга на ударную позицию. Грошич бросился в ноги сопернику и даже зацепил мяч, но удержать его так и не смог. Хохберг, выждав доли секунды, в касание пробил по еще катившемуся снаряду мимо Бузански и Лантоша, вставших на линии ворот, и оформил дубль, установив на табло паритет. Вся оборона Венгрии в полном составе схватилась за головы, пока выскочившие на поле фотографы старались запечатлеть радость уругвайцев и неподдельное горе их соперников, от которых всего за четыре минуты до конца матча ускользнула казавшаяся такой близкой победа. Шебеш, в капюшоне, закрывавшем его от дождя и с пластырем, закрывавшим швы на лице, сидел мрачнее тучи. Стадион, напротив, ревел от восторга, предвкушая овертайм, а, значит, еще полчаса напряженной и красивой игры от двух невероятных команд. Праздновавший забитый гол Хохберг неожиданно согнулся пополам и упал на газон. Подбежавший к нему Гриффитс немедленно позвал на помощь врачей. Оказалось, от переполнивших его эмоций нападающий потерял сознание. Уругвайца отнесли на кромку поля, где откачали с помощью нашатыря и спирта (не вовнутрь, просто растерли ему грудь), но на поле футболист вернулся уже в дополнительное время.

В начале овертайма La Celeste едва не вышли вперед впервые в этом сумасшедшем по накалу матче. Скьяффино, включивший фирменный дриблинг, прошел двух защитников и точно пробил по воротам вне досягаемости Грошича, однако мяч, и без того катившийся не слишком быстро, притормозила грязью, в которую превратился газон во вратарской, и Лантош успел догнать снаряд, выбив его подальше от своих ворот. Когда удар Борхеса угодил в штангу, казалось, что уругвайцам удастся дожать грозных мадьяров, но Скьяффино тут же получил повреждение в жестком стыке с Грошичем и заметно поубавил в скорости, а венгры, наоборот, ускорились. Шебеш кричал: "Заставьте мяч двигаться как можно больше и как можно быстрее!" Его футболисты заставляли. На 109-й минуте встречи подопечные Хуансито дрогнули: Будаи навесил со своего правого фланга, а Шандор "Золотая Голова" Кочиш выпрыгнул выше Сантамарии, точно пробив мимо Масполи и оформив свой десятый (!) гол на турнире. До одиннадцатого ему пришлось ждать всего семь минут. Точно в такой же (пусть и зеркальной) ситуации нападающий получил навес с фланга, и забил головой, не обращая внимания на малозначительную помеху в лице все тех же Сантамарии и Масполи. Финальный свисток Гриффитса потонул в овациях, которые благодарные за незабываемое зрелище болельщики устроили футболистам обеих команд. Те, в отличие от памятного матча, состоявшегося в Берне четырьмя днями ранее, покидали поле в куда более дружеских чувствах, обнимаясь, поздравляя и благодаря друг друга за потрясающую борьбу, подарившую любителям футбола один из лучших матчей в истории мировых чемпионатов. Цибор заявил, что их соперники – это лучшие игроки, против которых он когда-либо сражался на поле, Грошич сказал, что чемпионат мира могли бы выиграть только венгры или уругвайцы, а Шебеш и вовсе утверждал, что никогда не видел футбольного матча настолько высокого уровня. "Игра века", ставшая настоящим украшением ЧМ-1954, отправила сборную Уругвая в Цюрих, где она встречалась с Австрией в матче за бронзу соревнования, а венгерскую команду – в Берн. Там, на стадионе "Ванкдорф" должен был состояться финал грандиозного первенства, определявший, кому достанется вожделенный Кубок Жюля Риме.

13. Невероятная кульминация невероятного турнира

После великолепных полуфинальных сражений на ЧМ-1954 в Швейцарии осталось сыграть всего два матча. Австрийцы должны были выяснить судьбу бронзовых медалей первенства в игре, которая безусловно меркла перед сиянием грядущего финала, где сборные ФРГ и Венгрии сходились в противостоянии, уже заранее объявленном экзальтированной спортивной прессой главной игрой ХХ столетия. В других обстоятельствах матч за третье место между двумя суператакующими командами мог стать одним из самых ожидаемых на соревновании, однако в случае с чемпионатом мира в Швейцарии интереснейшее противостояние, где вновь мерялись мускулами представители Европы и Южной Америки, осталось почти незамеченным. Что ж, исправим эту несправедливость прямо сейчас.

Аперитив перед основным блюдом

Австрия – Уругвай

3 июля 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Хардтурм", Цюрих, 32.000 зрителей.

Обе команды, игравшие в мало что решавшем матче накануне гран-финала и встречавшиеся между собой впервые, подошли к этому противостоянию крайне разочарованными. Австрийцы, во второй раз в своей истории попавшие в четверку сильнейших сборных мира (на ЧМ-1934, как вы помните, "Вундертим" проиграла в полуфинале хозяевам турнира итальянцам), все еще не могли опомниться от унизительных 1:6 от немцев, с которыми еще совсем недавно команда Науша играла вполне на равных. Еще обиднее было уругвайцам: потеря двух ключевых игроков из-за травм и планомерное нагнетание страха перед венграми силами их же собственной делегации обошлись действующим чемпионам мира слишком дорого. Хуансито оставил в неприкосновенности игроков обороны и центра поля, однако в атаке к Хохбергу, Борхесу и сильно вымотанному, но, в отличие от даже не тренировавшихся сокомандников горящему желанием играть Скьяффино присоединились поправившийся Аббади и 19-летний форвард "Насьоналя" Омар Мендес, заменившие Соуто и Амброиса. Если Уругвай выходил на поле лишь по необходимости, отбывая номер без огня в глазах, Австрия все же была мотивирована. Во-первых, команде Науша хотелось чуточку пригасить разгоревшееся ярче некуда пламя гнева своих болельщиков, крайне раздосадованных крупным поражением от принципиального соперника. Во-вторых, австрийцы могли улучшить достижение своих легендарных вундертимовских предшественников, завершивших чемпионат мира за двадцать лет до этого на четвертом месте (пикантно, что матч за бронзу ЧМ-1934 "Вундертим" тогда проиграла как раз немцам). Теперь же Австрия должна была обыгрывать сильнейших уругвайцев – правда, изрядно демотивированных, уставших после тяжелейшего 120-минутного противостояния с венграми и потрепанных травмами. В ворота Das Team вернулся Шмид, пришедший в себя после теплового удара, Альфреда Кёрнера заменил Динст, а в оборону вернулся Баршанд. Матч за третье место на мировом первенстве в Швейцарии стал сотым в истории ЧМ, и судить его доверили местному арбитру Раймону Висслингу.

Перед началом встречи футболистов на "Хардтурме", где после нескольких дождливых дней вновь сияло летнее солнце, поприветствовал Жюль Риме. С первых же минут стало ясно, что австрийцы, игравшие в красных футболках, настроены крайне серьезно: атаки уругвайской сборной пресекались едва ли не в зародыше, после чего команда Науша большими силами отправлялась на штурм штрафной Масполи. По сравнению с предыдущими матчами Австрия заметно прибавила в скорости, что было особенно заметно на фоне несколько вялых игроков La Celeste, нередко опаздывавших накрывать быстрые и точные передачи соперников. На 16-й минуте Мартинес грубо сфолил на ворвавшемся в его штрафную Динсте, и Висслинг без колебаний назначил пенальти, который уверенно реализовал Стояспал. Пропущенный гол и великолепный сейв Масполи после опаснейшего удара Пробста оживил команду Хуансито, и Хохберг уже восемь минут спустя дальним ударом метров с 23-х сравнял счет, вернув интригу в борьбу за бронзу турнира. Однако Австрия продолжала атаковать, пусть и без баснословно опасных моментов. Во время одной из этих атак снова пострадал Динст: выпрыгнувшему в попытках дотянуться до мяча форварду прямо в голову прилетел кулак прыгнувшего с той же целью Масполи, который, естественно, пытался выбить мяч, а не отправить соперника в нокаут. Голова выдержала, и Динст вернулся в игру.

Во втором тайме команда Науша также выглядела куда опасней противников. Вагнер ухитрился пробить из-под опекавшего его Борхеса, Динст в борьбе с Масполи подправил мяч, летевший прямо в ворота, и лишь подкат Андраде спас уругвайцев от второго пропущенного мяча. Его коллеги по обороне, Сантамария и Мартинез также работали, не покладая ног, регулярно обезмячивая Вагнера, Динста, Стояспала, Кёрнера, тогда как у их коллег на противоположном конце поля было заметно меньше работы. Впрочем, Шмиду все же пришлось сделать парочку впечатляющих сейвов после ударов Борхеса и Хохберга, а в ходе одной из атак уже лежавший на газоне голкипер получил сильный удар по голове от Мендеса, решившего, что вратарь не успел зафиксировать мяч, но случайно зарядившего Шмиду по затылку. После врачебной помощи – приложенного к голове льда, ничего более – голкипер смог продолжить матч. За полчаса до окончания встречи Роберт Кёрнер пробил со своего правого фланга по воротам, а Круз в попытке выбить мяч аккуратно положил его прямо в "девятку". Масполи, никак не ожидавший такого подарочка, прыгнул с большим опозданием. Австрийцы вполне закономерно вышли вперед, однако на этот раз сил отыгрываться у Уругвая явно не было. На 79-й минуте эффектную точку в матче поставил Оцвирк, забивший дальним ударом третий гол Австрии. После финального свистка Риме вручил австрийцам их заслуженные бронзовые медали, а спортивная пресса ехидно подметила, что все призовые места на ЧМ-1954 достались европейским сборным, добавив увесистый половник дегтя в и без того полную бочку разочарования Уругвая и Бразилии. Правда, уже тем же вечером о противостоянии Das Team и La Celeste больше никто не говорил: мысли всех любителей футбола были обращены к Берну, где на стадионе "Ванкдорф" должен был состояться главный матч первенства.

Чудо в Берне

Венгрия – ФРГ

4 июля 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Ванкдорф", Берн, 62.500 зрителей.

Подготовка

"Самая неожиданная развязка в истории чемпионатов мира", "самый известный финал ЧМ", "матч, переродивший нацию", "главный футбольный камбэк" (нужное подчеркнуть) – в общем, как ни назови игру между венграми и немцами почти семидесятилетней давности, только ради нее одной стоило проводить мировое первенство в Швейцарии. За этот огромный отрезок времени бесчисленное количество статей, документальных фильмов, научных исследований, несколько диссертаций, парочка мультиков, рассказ, повесть, игровое кино и даже мюзикл (!) со всех возможных сторон описали, изучили, разложили по полочкам и разобрали на атомы феномен "Чуда в Берне", матча, ставшего определяющим в истории европейского и мирового футбола во второй половине ХХ века. Что ж, теперь наша очередь погрузиться в это море фактов, домыслов, историй, гипотез и выводов. Отдать швартовы!

Чтобы понять значение противостояния сборных Венгрии и ФРГ в финале главного футбольного турнира планеты (его итог – это отдельная песня), стоит немного коснуться истории и (да-да, уж простите) политики с экономикой. Федеративная Республика Германия была образована на территории американской (объединившейся с британской) и французской зон оккупации в мае 1949-го после девятимесячной упорной работы парламентского совета во главе с Конрадом Аденауэром. Полностью разрушенная в ходе войны инфраструктура, инфляция, многочисленные выплаты странам-победителям, территориальные потери и моральный дух самих немцев, опустившийся ниже пресловутого плинтуса, закономерно давали понять, что стране явно было не до футбола: доходило до того, что многие клубы нередко играли за продукты. ФРГ вступила в ФИФА в статусе если не футбольных карликов, то уж точно сборной-середнячка без особых перспектив. Через полгода в оккупационной зоне под управлением СССР возникло еще одно образование, Германская Демократическая Республика, после чего поделенная на две части страна принялась за строительство капиталистического будущего на западе и коммунистического – на востоке (Саар и Берлин оставались в особом статусе). В том же 1949-м лидер венгерских коммунистов Матьяш Ракоши объявил о создании Венгерской Народной Республики, зачистив политический небосклон страны от каких бы то ни было оппонентов социалистическому строю. Параллельно все спортивные структуры государства основательно перетряхнули таким образом, чтобы любыми путями достигать результата – особенно на международной арене. Восточный блок, исповедовавший идеи всемирного коммунизма и противостоявший западным странам, всеми возможными способами стремился доказать преимущества выбранного им государственного устройства – и одной из великолепных возможностей для этого стала арена финала главного мирового футбольного турнира, где коммунистическая Венгрия должна была раздавить капиталистическую ФРГ, тем более, что на групповом этапе первые уже уничтожали вторых со счетом 8:3. Противостояние сборных двух стран естественным образом выходило далеко за рамки футбольного поля: в Берне сталкивались две главные идеологии планеты, восемь лет назад вступившие в первую фазу Холодной войны.

Несмотря на это, подготовка команд к турниру, как и их времяпрепровождение во время мирового первенства, были во многом схожи. Именно с 1954-го и по сей день немцы известны своим скрупулезным подходом к размещению своей сборной на международных турнирах. Тогда Хербергер, по совету одного из членов тренерского штаба Альберта Синга, родственники которого владели отелем в городке Шпиц, решил остановиться именно в этой гостинице, полностью отгородив своих игроков от внешнего мира. Представители прессы, жены и друзья игроков могли общаться с ними только в определенные часы и в определенных местах. Им строжайше запрещалось задавать вопросы кому-либо из членов тренерского штаба, а также наблюдать за тренировками команды. Методика Хербергера, получившая позже название "дух Шпица", предполагала налаживание самой тесной связи между игроками. Третий этаж гостиницы заняли футболисты, тренеры, врачи и массажисты, на втором жили функционеры и остальные участники немецкой делегации. Тренер расселил футболистов так, чтобы, скажем, опытный и хладнокровный Фриц Вальтер оказывал влияние на горячего Хельмута Рана, а Либрих и Позипаль, поменявшиеся в ходе турнира игровыми позициями, могли обмениваться опытом. Кроме того, Зепп поощрял любые занятия, которые могли сплотить игроков. Футболисты собирались вечерами за карточными играми, ездили в совместные экскурсии, катались на лодках, сидели в шезлонгах в большом саду и проводили столько времени вместе, что, в конце концов, действительно сплотились вне поля. Каждый из игроков по настоянию тренера прошел многочасовую психологическую подготовку, включавшую многочасовые индивидуальные беседы, призванные избавить немцев от заведомого страха перед любым соперником. Биограф Хербергера Фридеберт Беккер писал: "Зепп относился к своим игрокам с отеческой строгостью, постепенно и незаметно для самого футболиста трансформируя его эго в желание как можно больше отдать команде". В вотчине Густава Шебеша действовали практически те же порядки, усугубленные идеологическими ограничениями. В их гостинице действовал комендантский час, к нарушителям которого применялись самые суровые меры (Закариаш, проведший часть ночи перед финалом с горничной и застуканный одним из членов тренерского штаба, в сборную больше не вызывался). Венграм запрещалось гулять по одиночке, контактировать с прессой без представителей их делегации и принимать какие-либо подарки (от еды до памятных сувениров) от местных жителей и болельщиков. Тренер лично проверял вес каждого из своих футболистов, раздал длиннейший список запрещенных блюд и однажды запустил найденной им в номере Лоранта бутылкой пива в стену, едва не разбив голову стоявшему неподалеку Грошичу. Шебеш отличался фанатичным вниманием к деталям подготовки к каждому матчу, и изобрел так называемые "фальшивые тренировки", когда перед глазами ни о чем не подозревавших журналистов или представителей оргкомитета соревнования футболисты послушно отрабатывали упражнения и тактические смены позиций, не имевшие ничего общего с планом их тренера на предстоящую игру. Как только посторонние удалялись, игроки начинали работать по-настоящему. Кроме того, Венгрия была единственной (!) командой на турнире, футболисты которой разогревались перед игрой.

Утром в день матча Хербергер отправился в Берн вместе с Ади Дасслером, чтобы проверить высоту газона и подобрать оптимальные для этого поля шипы для бутс. По дороге машина с тренером и основателем одного из крупнейших мировых спортивных брендов попала в небольшую аварию. Никто (кроме автомобиля с его разбитым ветровым стеклом) не пострадал, и Зепп счел этот инцидент хорошим предзнаменованием. Еще один повод для оптимизма появился за несколько часов до начала игры. Накануне финала венгерский журналист спросил у Хербергера, есть ли у его команды шансы на победу в матче с сильнейшим противником. Тренер ответил, что его игрокам может сильно помочь дождливая погода. Репортер лишь усмехнулся, взглянув на безоблачное небо. На следующее утро солнце, как ни в чем не бывало, светило с небосклона, лишь кое-где усеянного редкими безобидными облачками, но к полудню, когда игроки выезжали из Шпица, начал накрапывать мелкий дождик. Морлок и Хербергер радостно обратились к Фрицу Вальтеру: "Фридрих, это твоя погода!" "Я не против," – отозвался капитан. После обеда дождь уже был проливным.

Во время подготовки к матчу Шебеш сильно сомневался, стоит ли не залечившему травму Ференцу Пушкашу (у форварда, помимо ушибов, была трещина в одной из костей стопы) выходить на поле. Сам капитан венгров, несмотря на продолжавшие его мучать боли, настаивал, что должен помочь своей команде в финале. "Я уже забивал этим парням в группе, шеф, и готов забить еще", – говорил он. Тренеру пришлось уступить, правда Пушкашу перед выходом на поле сделали укол сильного болеутоляющего средства. В остальном состав его сборной оставался по-настоящему боевым: Грошич, Бузански, Лантош, Божик, Лорант и Закариаш отвечали за оборону и центр поля, а в атаке к Ференцу ожидаемо присоединились Цибор, Хидегкути и Кочиш. Густав до последнего не знал, кого поставить на позицию правого вингера, разрываясь между Михаем Тотом и Ласло Будаи, но в итоге остановил свой выбор на первом. Правда, он зачем-то поставил его на левый фланг, отправив обычно игравшего там Цибора на правый. Венгрия обычно придерживалась схемы 3-2-5, иногда перестраиваясь на 4-2-4, при этом футболисты центра поля и центра атаки постоянно менялись позициями, запутывая любого соперника. Зная об этом, Хербергер попросил своих игроков возвращаться в оборону при каждой возможности, а также назначил ответственных за персональную опеку: Кольмайер сдерживал Тота, Позипаль – Цибора, Эккель – Хидегкути, Май – Кочиша, которым немцев накануне стращали уругвайские футболисты. Либриху достался Пушкаш: Зепп считал, что капитан Венгрии, до сих пор не оправившийся от травмы, будет действовать скованно при таком опекуне. Ран, Морлок, братья Вальтеры и Шефер должны были включать прессинг при любой потере мяча. Тренерский штаб также уповал на усталость венгров, отыгравших два тяжелейших матча подряд против Бразилии и Уругвая, причем последний продлился до 120 минут.

Ход матча

Плотно упакованный "Ванкдорф" окружала толпа не сумевших попасть внутрь болельщиков вкупе с внушительным отрядом полицейских. Автобус с немецкой сборной сумел въехать на территорию стадиона, после чего ряды любителей футбола сомкнулись настолько плотно, что следовавший вслед за командой Хербергера автобус венгров вынужден был припарковаться снаружи, после чего мадьяры под предводительством Шебеша пробирались к "Ванкдорфу" прямо через толпу. Тренеру Венгрии едва не прилетело прикладом в голову, когда Густав, эмоционально объяснявший полицейскому, что он ведет за собой главных участников намечавшегося на стадионе шоу, потерял терпение и оттолкнул стража закона. Из-за сильного дождя запланированную предматчевую церемонию сократили до простых рукопожатий Жюля Риме и других сопровождавших его почтенных господ с футболистами, к радости собравшихся 62 с половиной тысяч болельщиков (30 тысяч из которых приехали из ФРГ поболеть за свою сборную), после чего английский арбитр Уильям Линг, благодаря своей работе на финале ЧМ-1954 до сих пор остающийся одним из самых ненавидимых людей в Венгрии, дал стартовый свисток – на семь минут раньше назначенного времени, в 16:53. Матч, ставший одной из главных сенсаций в истории мирового футбола, начался.

Одним из символов финала турнира в Швейцарии – естественно, для германоязычных любителей футбола – стал радиокомментатор Херберт Циммерманн, чей вдохновенный и эмоциональный пересказ игровых событий слушали около 50 миллионов (!!) болельщиков. После матча комментарий Циммерманна растащили на цитаты и даже издавали отдельно на граммпластинках. "Германия в финале чемпионата мира по футболу – это огромная сенсация, это настоящее футбольное чудо!" – прокричал репортер перед началом игры. Футболисты обеих команд с первых же секунд задвигались с такой скоростью, что могло показаться, будто зрители вместо обычного матча наблюдают за голограммной трансляцией в чуть ускоренной перемотке. Первый опасный момент на свой счет записали немцы: Макс Морлок пробил головой под перекладину, но Грошич сделал сейв, переведя мяч на угловой. Правда, вскоре венгры взяли игру в свои руки. На шестой минуте Хидегкути оказался один на один с Туреком, успевшим выбить мяч из ног нападающего, однако Либрих, подхвативший передачу своего вратаря, ошибся с пасом. Божик в касание воспользовался подарком полузащитника, Кочиш, оказавшись без опеки, пробил прямо в подставившего спину Эккеля, мяч рикошетом отскочил к Пушкашу, и форвард без помех расстрелял ворота Турека. "Произошло то, чего мы опасались," – убитым голосом прокомментировал Циммерманн. Всего через две минуты Кольмайер под прессингом Кочиша отдал неудобную короткую передачу Туреку, нырнувшему за мячом и плохо его зафиксировавшему. Подскочивший Цибор легко обезмячил незадачливого голкипера и спокойно забил в пустые ворота. Уже на восьмой минуте финала ЧМ-1954 венгры в пятый раз подряд на турнире (рекорд, который вряд ли будет кем-то побит) повели 2:0. Казалось, назревает катастрофа, подобная пресловутым 8:3 на групповом этапе. Однако сказались "дух Шпица" – немецкая сборная не "посыпалась", а рванула вперед – и подробнейшие указания Хербергера, еще во время захватывающего поединка с англичанами на "Уэмбли" обратившего внимание на слабое место венгерской команды. Божик, номинально отвечавший за правый фланг обороны, всегда больше тяготел к атаке, поэтому его чаще всего подстраховывали другие защитники или игроки центра поля. Зепп выставил на этот фланг быстроногого Рана. Улучив момент, когда Йожеф был впереди, а направо никто отойти не успел, Фриц Вальтер отдал передачу Рану, который довольно неуклюже пасанул в штрафную. Ошиблись сразу два защитника венгров и Морлок в подкате успел дотянуться до мяча, опередив Грошича и Лоранта. "Гол! Ран! Слава Богу, всего 2:1, это должно придать нам смелости!" – отреагировал Циммерманн. Пропустившая на десятой минуте команда Шебеша явно растерялась (без шапкозакидательства в стане сборной, уже забивавшей восемь мячей в ворота ФРГ, перед финалом не обошлось). На 12-й минуте в игру вступил Либрих, выбив мяч из ног Пушкаша в своей штрафной, попутно свалив капитана на мокрый газон. Команды обменялись еще несколькими опасными атаками, пока подопечные Хербергера не заработали угловой, разыгранный настолько мастерски, что его нередко называли "лучшим камбэком в истории чемпионатов мира". Фриц Вальтер с левого угла аккуратно перекинул группу игроков в центре штрафной, и Хельмут Ран, выскочивший на пустое пространство со скоростью чертика из коробочки, забил между двумя игроками, перекрывавшими ворота. Многократно отрепетированная на тренировках наработка прошла не без участия главного арбитра встречи Уильяма Линга: Шефер, выпрыгнувший в попытке дотянуться до мяча, явно придержал взмывшего рядом с ним в воздух Грошича, из-за чего тот саданул кулаком по воздуху вхолостую. Пятьдесят лет спустя легендарный нападающий признавался, что действительно облокотился в тот момент на голкипера, и взятие ворот по всем футбольным правилам должно было быть отменено из-за фола на вратаре. Но Линг посчитал иначе.

Счет в матче был уже 2:2, при этом не прошло и двадцати минут. Когда венгерские футболисты возвращались к центру поля, чтобы разыграть мяч, обычно невозмутимый Шебеш выкрикнул своему капитану: "Ференц, что, черт возьми, происходит?" Тот лишь пожал плечами, но уже через пару минут Цибор едва не вывел свою команду вперед, прорвавшись к воротам справа. Немцев выручил лишь выскочивший на мяч Турек. Вскоре вратарь вновь спас сборную Хербергера, когда Хидегкути после скидки Кочиша остался один на один с голкипером, но пробил прямо в него. После очередного сейва немецкого вратаря Циммерманн закричал: "Турек, ты своего рода дьявол! Турек, ты бог футбола!". После этого комментатору пришлось приносить извинения церкви. На 27-й минуте Хидегкути зарядил в штангу, по разу промахнулись Пушкаш и Цибор, удар Кочиша накрыл Позипаль. За десять минут до конца первого тайма вперед едва не вышли немцы, однако великолепный удар Морлока потащил Грошич, а добивание пришлось мимо ворот. На 36-й минуте Либрих снес Кочиша в собственной штрафной, но пенальти сборная Венгрии не получила: Линг во второй раз за игру принял крайне спорное решение, повлиявшее на ее конечный исход. Сразу после этого Шандор пробил головой в штангу, а еще через минуту едва не огорчил венгров Ран. Стадион, наблюдавший за этой атакующей феерией в исполнении двух команд, просто бесновался от восторга.

В перерыве Шебеш попросил Тота и Цибора вернуться на свои фланги и дал Закариашу указание присматривать за Хельмутом Раном, которого посчитал самым опасным игроком немецкой сборной на поле. "Вы можете их додавить. Выходите и делайте это". Хербергер похвалил своих футболистов. "Парни, то, что вы делали в первом тайме – это здорово. Продолжайте сражаться за каждый миллиметр поля". Затем футболисты сборной ФРГ под руководством Ади Дасслера сменили шипы на своих бутсах на более длинные, тут же получив небольшое преимущество перед соперниками, то и дело оскальзывавшимися на промокшем насквозь поле.

Если после сравнивания немцами счета Венгрия до конца первой сорокапятиминутки организовала у ворот героически сражавшегося Турека с десяток опаснейших голевых моментов – и мяч только чудом не залетел в ворота, то с самого начала второго тайма в вотчине голкипера ФРГ начался, по выражению Фрица Вальтера, настоящий ад. Команда Шебеша создавала себе шансы забить не реже раза в минуту: удар Цибора потащил голкипер, Пушкаш пробил точно в Турека, атаку Тота накрыли защитники, Божик зарядил сантиметров на пять выше ворот, Либрих вновь нейтрализовал капитана Венгрии за секунду до мощной пушки в "девятку", Кольмайер выбил мяч из-под ног Хидегкути после навеса Цибора – и все это в течение каких-то шести минут! На 54-й минуте во время одной только атаки Позипаль и Кольмайер вынесли мяч с линии ворот, а еще 3 (!) удара были заблокированы почти в полном составе отошедшими в свою штрафную футболистами команды Хербергера, пока Хидегкути не пробил головой мимо ворот. На 57-й минуте Кочиш после навеса Тота попал в перекладину, на 60-й Пушкаш, вконец задерганный Либрихом, промазал из выгодной позиции. Немцы отвечали редкими и не слишком опасными атаками, записав на свой счет парочку слабых ударов в створ, с которыми справился бы и вратарь классом гораздо ниже Дьюлы Грошича. Переломным моментом во втором тайме стала очередная атака сборной Венгрии, когда после невероятного паса пяткой Кочиша по воротам пробил Пушкаш, но Турек успел среагировать, выставив ногу в полушпагате. Команда Шебеша, кажется, впервые столкнулась с ситуацией, когда мяч так упорно не желал идти ворота. Количество созданных ей голевых шансов и ударов по воротам зашкаливало за все мыслимые и немыслимые пределы, штанги и перекладины не по одному разу почувствовали на себе силу ударов "Могучих мадьяров", а Турек за один неполный матч сделал больше сейвов, чем за весь турнир. Даже с находящимся в далеко не лучших кондициях Пушкашем, уставшие после 120 тяжелейших минут матча с Уругваем, венгры выглядели гораздо сильнее своих соперников. Футбол не терпит условных наклонений, но даже если сильно проредить нереализованные командой Шебеша моменты, сборная ФРГ должна была пропускать 5-6 голов. После атаки, завершившейся одним из самых ярких сейвов на турнире, венгры занервничали, стали чаще ошибаться, и немцы тут же воспользовались слабиной соперников, понемногу отодвинув грозную атакующую пятерку от своих ворот. На 73-й минуте Ран едва не вывел свою сборную вперед, опасно пробив после углового, однако отлично сыграл Грошич. Вскоре венгры попытались вернуть себе инициативу, отправив в прорыв к воротам Цибора – и вновь Турек вовремя среагировал, обезмячив вингера на выходе. Циммерманн кричал: "Тони, Тони, ты сделан из золота, его в тебе гораздо больше, чем в Кубке Жюля Риме!" Кульминация наступила на 84-й минуте. Хельмут Ран, к которому отскочил мяч после отбитого навеса в штрафную, с помощью пары финтов нейтрализовал бросившихся к нему защитников и неотразимо пробил в дальний угол из-под троих игроков венгерской сборной. Грошич не смог дотянуться до мяча. Сложно представить себе, что творилось в тот момент на трибунах "Ванкдорфа". Сборная ФРГ, середняк европейского футбола, вышла вперед в матче с непобедимой на протяжении трех лет командой Венгрии, да еще и в финале чемпионата мира. Неудивительно, что третий гол немцев журналисты тут же окрестили "чудом в Берне", а после это название стало именем собственным всей финальной игры.

Команда Шебеша со всех ног бросилась отыгрываться. Всего через две минуты после пропущенного мяча случился самый спорный момент финала ЧМ-1954. Кочиш вывел на ударную позицию Пушкаша, убежавшего от Либриха, и травмированный капитан венгров забил третий мяч своей команды, сравняв счет. Когда футболисты уже были в центре поля (подбежавший к ним Грошич заметил, что при счете 3:3 придется переигрывать матч), Уильям Линг сигнализировал об офсайде во время прорыва великого форварда. Сам Пушкаш много лет спустя вспоминал: "Я забил за четыре минуты до конца матча, и Линг указал на центр поля, подтвердив забитый мяч, но когда мы подошли к центральному кругу, то есть, прошло уже много времени, валлийский лайнсмен [это был Гриффитс[ поднял флажок, и Линг согласился с ним". Сохранившаяся видеосъемка практически не дает представления о том, в какой позиции был Пушкаш и игроки немецкой обороны в сам момент паса, однако свидетели (в их числе был находившийся на скамейке запасных игрок сборной ФРГ Альфред Пфафф) утверждали, что никакого офсайда, когда венгры сравнивали счет, не было и впомине. На последней минуте встречи Цибор, оказавшийся на рандеву с Туреком, безуспешно попытался пробить голкипера – но упустил и этот шанс. Финальный свисток возвестил сенсационную, невероятную, никем неожиданную победу сборной ФРГ со счетом 3:2. Главная сенсация в истории чемпионатов мира состоялась. Фриц Вальтер получил Кубок Жюля Риме из рук президента ФИФА, а немцы, по меткому выражению некоторых историков, стали немцами.

Причины победы и немножечко наркотиков

Сверхъестественная победа Германии в финале ЧМ-1954, помимо вполне реальных последствий, породила множество легенд, часть из которых впоследствии оказались правдивыми. Как бы то не было, причин для поражения "Золотой команды" в самой главной игре в ее истории на поверку было предостаточно. В нижеприведенном списке я отобрал основные из них (естественно, опустив при этом шикарную командную игру сборной ФРГ, претензий к которой нет и быть не могло):

• Отдых. На протяжении всего турнира сборная Венгрии располагалась в отеле городка Золотурн. Из-за того, что в полуфинальном матче против Уругвая команды вынужденно играли не 90, а 120 минут, футболисты пропустили поезд из Лозанны (частные автобусы для сборных, повторюсь, были нонсенсом), и организаторы были вынуждены искать такси (!) и просто сочувствующих частников (!!), которые прибыли в Золотурн уже под утро. А накануне финала городские власти (симпатизировавшие, как многие считали, немецкой сборной) организовали на главной площади огромную шумную ярмарку, на которой гуляли до трех часов ночи, нарушая покой венгерских игроков. Сборная Германии тем временем прекрасно отдохнула в тихом озерном городке Шпиц.

• Шпион. Помощник Зеппа Хербергера Альберт Зинг зарегистрировался в том же отеле, где остановилась сборная Венгрии, и внимательно наблюдал за подготовкой команды к матчу, анализируя увиденное вместе с тренером ФРГ по ночам. В итоге, помимо прочих установок, Хербергер поручил Хорсту Эккелю персонально опекать Хидегкути, курсировавшего между линиями, а Хансу Шеферу сдерживать подключения Божика к атакам – оба этих тактических хода сработали.

• Погодные условия и бутсы adidas. Я уже рассказывал о "погоде Фрица Вальтера": в дождь переболевший малярией капитан ФРГ играл гораздо лучше. Кроме того, под потоками воды поле "Ванкдорфа" мгновенно превратилось в грязное болото, в котором вязли быстрые техничные венгры. А немецких футболистов экипировали детищем Адольфа Дасслера – бутсами со сменными шипами для разных типов погоды, которые не давали им скользить на мокром газоне.

• Травма Пушкаша. Равнозначной замены Ференцу (когда он находился в обычной для себя превосходной форме) ни в венгерской, ни в какой-либо другой команде мира в те годы не существовало. Подкат Либриха вывел капитана венгров из строя на две игры, но и в третьей Пушкаш "был Пушкашем процентов на 40", по словам его тренера. Футболист отыграл довольно неплохо и создал четыре голевых момента, однако часто проигрывал немецким защитникам в скорости и мог бы действовать еще опасней.

• Ошибки Шебеша. Вся Венгрия после матча обвиняла тренера в том, что он вывел на поле травмированного Пушкаша, однако вопросы вызывали и фланговые игроки: Густав предпочел опытному Будаи (отлично действовавшему, в том числе, и в обороне) левого вингера Михая Тота (4 игры за сборную), да еще и поставил его на правый фланг. Если универсал Цибор мог играть где угодно, для Тота это было большим испытанием. Впоследствии Шебеш оправдывал свой выбор тем, что Будаи был вымотан после матча с уругвайцами, а Пушкаш, капитан и душа команды, даже травмированный был на голову выше любого другого форварда.

• Уильям Линг. Английский арбитр не отменил гол Хельмута Рана, забитый после явного фола, зато не засчитал мяч Пушкаша, сославшись на спорный офсайд. Шебеш во всеуслышание обозвал рефери свиньей, и едва избежал санкций ФИФА. К слову, анализ видеозаписей, фото и радиорепортажей, который провело немецкое телевидение в 2004-м доказал: гол венгра был отменен несправедливо.

• Гений Хербергера. Главный тренер сборной ФРГ замучал своих футболистов бесконечным изучением противника. Игроки постоянно смотрели видео с игр венгров, назубок знали сильные и слабые стороны каждого (!) из футболистов Шебеша и могли на память перечислить все схемы и составы, с которыми сборная Венгрии выходила на поле в последние два года. Сам Зепп утверждал, что ни одна из команд в Швейцарии не была в лучшей форме и не была лучше подготовлена к любому из пятнадцати соперников, чем сборная ФРГ.

• Удача. Многие любители футбола знают: какой бы сильной не была команда, иногда на поле ей нужен здоровый и банальный фарт. Венгры пробили по воротам двадцать семь (!) раз, забив при этом дважды (факт исполнительского мастерства команды, наколотившей за 5 матчей ЧМ 27 голов – 5.4 за игру в среднем – отрицать было бы просто глупо), немцам для их трех забитых мячей хватило всего восьми ударов.

Еще одной причиной победы сборной ФРГ многими до сих пор принято считать допинг. В годы Второй мировой нацисты широко применяли стимуляторы, основанные на наркотических веществах. На исследования свойств подобных стимуляторов выделялись огромные деньги, а в Германии и за ее пределами работали несколько крупных лабораторий, занимавшихся исключительно подобными исследованиями. В послевоенные годы эти разработки, как оказалось, никуда не делись. Даже в 70-х и 80-х в Бундеслиге практиковали употребление допинга (об этом писал в своей книге «Свисток» вратарь «Кельна» Тони Шумахер), что уж говорить о 50-х, когда даже не помышляли о каких-либо проверках! Всего через несколько дней после финала Ференц Пушкаш публично обвинил игроков немецкой сборной в применении допинга (злопамятные представители ФРГ запретили нападающему въезд на территорию страны, из-за чего тот пропустил финал Кубка Чемпионов-1959 в Штутгарте). Несмотря на то, что слова венгерского нападающего можно было принять за обычные жалобы проигравшей стороны, под ними, как ни странно, были основания. В ходе обследования, которое прошли игроки Хербергера в октябре 1954-го выяснилось, что у большинства из них была повреждена печень. Подобный диагноз посчитали следствием желтухи: официальный отчет Немецкого Футбольного союза в ноябре того же года утверждал, что футболисты заразились друг от друга из-за "тесного сосуществования команды". На самом деле, множество свидетелей (включая владельцев "Ванкдорфа", обнаруживших пустые ампулы в мусорке раздевалки команды Хербергера) утверждали, что видели, как футболистам сборной ФРГ делали какие-то уколы. Поскольку одноразовыми шприцами врачи сборной тогда не пользовались, массовое заражение желтухой вполне можно было объяснить не продезинфицированной как следует иглой многоразового шприца. Во время масштабного расследования в 2004-м Оттмар Вальтер и Хорст Эккель признались, что перед матчем им делали какие-то уколы (до того все игроки упорно отрицали этот факт), а врач команды Франц Луген сказал, что по просьбе Хербергера делал футболистам инъекции витамина С. Журналисты обратились в Лейпцигский университет, и в его заключении, озвученном историком спорта Эриком Эггерсом утверждалось, что игрокам (возможно, без их ведома) вводили первитин (метамфетамин) – тот самый стимулятор, который получали солдаты во время Второй мировой войны. Так это или нет, подвердить или опровергнуть было невозможно: допинг-контроль ФИФА ввела только в 1966-м.

14. Судьба финалистов

Финальный матч чемпионата мира 1954 года, помимо сенсационного результата, может похвастаться беспрецедентным влиянием на судьбу нескольких стран и целых поколений их жителей. Не верите? Судите сами.

Побежденные

Если в Германии результат финала ЧМ-1954 назвали "Чудом в Берне", то в Венгрии он стал известен как "Бернский Кошмар". В ночь после поражения на улицы венгерских городов вышли тысячи человек, и Дьюла Грошич после говорил, что именно тот матч "посеял семена Венгерской революции 1956 года. Люди выходили на улицы и, прикрываясь футболом, протестовали против режима". Игроки до того неприкосновенной "Золотой команды", гордости нации, за два часа стали чуть ли не врагами народа. Широко обсуждались "Мерседесы", которыми обзавелись некоторые футболисты – якобы те их получили в качестве взятки за поражение. Главным виновником фиаско объявили "Черную пантеру", вратаря сборной Дьюлу Грошича (шепотом пеняли и Шебешу – за то, что тот поставил травмированного Пушкаша в состав, но вслух главного тренера команды, занимавшего сразу несколько номенклатурных постов, ругать побаивались). "За несколько километров до Будапешта нам пришлось сойти с поезда," – вспоминал Грошич. "Нас отвезли в тренировочный лагерь, и запретили покидать его до конца дня. Вечером к нам пришли высокие гости: Ракоши, министры внутренних и военных дел, какие-то чины из венгерской Штази". Матьяш Ракоши, Первый секретарь ЦК Венгерской Партии Трудящихся по прозвищу "лучший ученик Сталина", отвечал за советизацию Венгрии, а после смерти отца народов, перестав быть главой правительства, фактически оставался главным человеком в стране, несмотря на усилившиеся позиции его соперника по партии Имре Надя. Ракоши произнес перед футболистами прочувствованную речь, в которой сообщил, что второе место – тоже, в общем-то хороший результат, а также призвал всех присутствующих не бояться наказания за проигранный финал. Даже пятьдесят лет спустя Грошич признавался, что иногда у него в ушах отдается уверенный голос Матьяша. "Когда я услышал эту фразу, я понял, что она означает прямо противоположное. Я знал, что случится что-то плохое". Голкипер оказался прав. Через четыре месяца вратаря, занявшего 18-е место в списке лучших киперов ХХ века, арестовали по обвинению в шпионаже, а впоследствии против его воли сослали в провинциальную "Татабанью".

"Золотая команда" под руководством Шебеша не проигрывала еще два года. За это время венгры уничтожили Румынию (5:1), Норвегию (5:0), Швецию (7:3, хет-трик Кочиша), Данию (6:0), Финляндию (9:1), но в первой половине 1956 года умудрились проиграть Турции, Чехословакии и Бельгии. Шебеш уступил пост главного тренера сборной уже знакомому вам Букови в июле. Последней игрой "могучих мадьяров" с Грошичем, Божиком, Хидегкути, Цибором, Кочишем и Пушкашем в составе стал октябрьский товарищеский матч против австрийцев, обыгранных в гостях со счетом 2:0. Через неделю грянуло Венгерское восстание, когда на улицы Будапешта вышло больше 200 тысяч человек, ратовавших за десталинизацию, возвращение смещенного Имре Надя, вывод советских войск и смену курса экономики, когда большая часть бюджета уходила на лихорадочно перестраивающуюся промышленность. Против демонстрантов Советский союз отправил танки. Очевидными итогами противостояния, длившегося 15 дней, стали три тысячи убитых и двадцать тысяч раненых венгров, небольшие политические послабление и внушительный контингент братских советских войск на территории Венгрии, неочевидными – распад великой сборной страны.

Футболистов сборной от греха подальше вывезли в Вену, где они с ужасом наблюдали за происходящим в стране. В это время "Гонвед" как раз должен был играть ответный матч Кубка чемпионов (первый завершился поражением 2:3) против "Атлетика" из Бильбао, который было решено провести на брюссельском "Эйзеле". Команда сыграла вничью 3:3, вылетела из турнира, и, вопреки настойчивым просьбам Венгерской футбольной федерации (к которым присоединился и Шебеш), отправилась в длительное турне, прихватив с собой семьи и не игравшего в еврокубках Грошича, а также футболистов "Вёреш Лобого" Кочиша и Лантоша. После прибыльной в материальном плане поездки пути футболистов "Золотой команды" разошлись навсегда. Патриот-Божик и Грошич (который побоялся подписать контракт с "Фламенго") вернулись в Венгрию, получив обещанные дисквалификации на несколько месяцев, тренер "Гонведа" Бела Гуттманн остался в Бразилии, подарив той схему 4-2-4 и обеспечив победы на двух чемпионатах мира, а атакующая тройка, перед которой дрожал весь мир, Цибор, Пушкаш и Кочиш, отправилась играть на Запад. История "Могучих мадьяров" подошла к концу.

Вратарь Дьюла Грошич вернулся в сборную Венгрии, сыграв на не слишком удачных для мадьяров чемпионатах мира 1958-го и 1962 годов. В Чили голкипер остался последним игроком из состава, выходившего на поле "Ванкдорфа", чтобы помериться силами с командой Хербергера. В том же году он завершил карьеру, после того как министерство спорта Венгрии отказало ему в трансфере в "Ференцварош". 46 лет спустя клуб, узнавший о трудном финансовом положении суперзвезды венгерского футбола, подписал с 82-летним игроком бессрочный контракт. Грошич ввел мяч в игру во время товарищеского матча с "Шеффилдом" и был заменен под стоячую овацию стадиона. Он скончался в июне 2014-го.

Правый защитник Енё Бузански до конца карьеры оставался в клубе "Дорог", но за сборную Венгрии после 1956-го больше не выступал. Переквалифицировавшись из игрока в тренера, а затем в футбольного функционера, Бузански до конца жизни уверял, что победа в Берне не слишком изменила бы существующее положение вещей для Венгрии и ее жителей. "Время доказало, что матчем, вознесшим нас на вершины мирового футбола, стала игра на "Уэмбли" с ее счетом 6:3", – говорил Енё в одном из последнем интервью. – "Ее назвали "Матчем века", и все, что англичане делали на протяжении 90 лет, мы разрушили за 90 минут. Влияние того матча было непревзойденным. В 1998-м меня, Пушкаша, Хидегкути и Грошича пригласил к себе на частную вечеринку один миллиардер из Торонто. Там он произнес речь, в которой сказал, что был в тот день на "Уэмбли", причем непосредственно на поле. Мы переглядывались, не понимая, кто это такой, и тогда он добавил: я был боллбоем. Он отправил за нами частный самолет, чтобы отпраздновать 35-ю годовщину того матча вместе с футболистами Венгрии, команды, которая разгромила сборную его страны дважды за полгода". Бузански скончался в январе 2015-го в 89 лет, пребывая в статусе последнего из оставшихся в живых членов "Золотой команды".

Центральный защитник Дьюла Лорант завершил карьеру в сборной за год до Венгерского восстания, и отказался бежать заграницу вместе с другими игроками "Гонведа", испугавшись последствий для его семьи, несмотря на то, что прожил жизнь, больше напоминавшую приключения персонажа шпионского романа. После Второй мировой войны, став чемпионом Румынии в составе "Арада", Лорант бежал в Венгрию на поезде, где его спрятали игроки "Уйпешта". Всего через два года, став игроком "Вашаша", Лорант, вдохновленный примером Кубалы, попытался перебраться на запад, был пойман на границе, уволен из клуба и посажен в тюрьму на несколько месяцев. После отсидки Дьюла работал на заводе, откуда, подключив все свои связи, его вытащил Пушкаш, втолковавший Шебешу, что лучшего защитника "Гонведу" не найти. После завершения карьеры Лорант стал тренером, и, не желая больше бегать от властей, упорно добивался разрешения на легальный выезд из страны. Получив его в 1964-м, Дьюла отправился в… ФРГ, где стал довольно известен после работы с "Кайзерслаутерном", "Кельном", "Баварией" и "Шальке". С греческим ПАОК Лорант завоевал первый в истории клуба чемпионский титул, но во время второй своей каденции в команде перенес сердечный приступ прямо во время игры с "Олимпиакосом" и ушел из жизни в 58 лет.

Левый защитник Михай Лантош, автор двух голов на ЧМ-1954, ушел из национальной команды через два года после первенства, в 28 лет. Несмотря на невысокую скорость и довольно средний дриблинг, Лантош был незаменим в "Золотой команде", великолепно исполняя навесы, длинные забросы, а также пробивая штрафные и пенальти. После завершения футбольной карьеры Михай не слишком успешно поработал тренером и скончался в 1989-м. Десять лет спустя МТК назвал клубный спортивный комплекс в честь одного из самых известных своих игроков.