ЧМ-1954: 18 дней, изменившие мир

Капитан: Опытный полузащитник венской "Аустрии", уже немного знакомый вам по квалификации Эрнст Оцвирк по прозвищу "Осси", отличался почти нечеловеческой прыгучестью, практически все свои мячи забивая головой после навесов со стандартов, очень точными длинными передачами, а его способностью удерживать мяч в ногах во время самых невероятных проходов и обводок удивлялись даже бразильцы. В молодежных командах Оцвирк с его ростом в 182 см и мощными ударами играл на позиции центрфорварда, однако бывший центральный полузащитник "Вундертим" Йозеф Смистик, работавший с подростками в клубе "Флоридсдорфер", разглядел в юноше иной талант, поставив его в центр поля, после чего Осси быстро привлек к себе внимание ведущих клубов Австрии. Смистик пытался пристроить его в "Рапид", однако извечный соперник "зелено-белых" "Аустрия" оказалась расторопнее, перехватив талантливого футболиста и отремонтировав взамен стадион "Флоридсдорфера". За девять лет в команде Оцвирк завоевал три чемпионских титула и три Кубка, с 1948 года став также одним из самых ценных игроков австрийской сборной, за которую сыграл 62 матча, забив 6 голов. Полузащитник пользовался любовью болельщиков за элегантную игру, был одинаково полезен в обороне и атаке, никогда не отказывался от встреч с фанатами и охотно раздавал автографы поклонникам, держась при этом очень скромно. Через два года после чемпионата мира в Швейцарии Эрнст на пять сезонов перебрался в итальянскую "Сампдорию", а завершил карьеру в 37 лет в "Аустрии", которую дважды делал чемпионом страны уже в качестве тренера. После каденции в "Кельне" он возглавил "Адмиру", однако тренерская карьера великого полузащитника окончилась трагически: выбежав на поле после победного матча чемпионата он травмировал ахиллово сухожилие, а после неудачной операции начался частичный паралич, постепенно распространившийся на все тело. Оцвирк скончался в возрасте 53 лет, удостоившись мест в символических сборных Австрии и "Аустрии" за всю их историю.

Главный тренер: Наставником австрийцев был Вальтер Науш, бывший полузащитник "Аустрии" и национальной сборной, входивший в основной состав "Вундертим" Майсля, партнер и друг одного из величайших футболистов ХХ века "Бумажного человека" Маттиаса Синделара. Науш был универсальным игроком: играя на левом краю полузащиты он нередко становился частью обороны, а иногда использовался в качестве дополнительного нападающего, успешно справляясь с каждой из этих ролей. Еще в 29 лет, по-прежнему играя за сборную и столичный клуб, Вальтер стал ассистентом главного тренера "Аустрии". Через два года немцы аннексировали Австрию, после чего венскую команду, большую часть правления и игроков которой составляли евреи, временно распустили, проводя так называемую "чистку рядов". Науш пытался протестовать против этих мер, а затем предложил свои услуги в качестве главного тренера клуба в попытке спасти его от развала. Нацисты согласились, поставив условие: Вальтер должен развестить с женой, еврейкой по национальности. В итоге, в ноябре 1938-го супруги бежали в Швейцарию, где после полутора лет без футбола Науш стал играющим тренером цюрихского "Янг Феллоуз", с которым работал восемь лет. Лишь в 1948-м президент Австрийской футбольной ассоциации вернул Вальтера на родину, пригласив его занять пост тренера национальной сборной. Науш тут же взялся за построение мощной команды, пригласив в Das Team целую плеяду талантливых игроков и поставив им быструю атакующую игру. Уже в 1950-м австрийцы в трех суперрезультативных матчах сумели обыграть самих венгров (5:3), югославов (7:2) и датчан (5:1), а также с минимальным счетом одолели итальянцев и шотландцев. В Европе заговорили о возвращении "Вундертим", когда год спустя была повержена Бельгия (8:1), а англичане на "Уэмбли" смогли добиться лишь ничейного результата 2:2. Несмотря на неровную игру и несколько обидных поражений, команда Науша выглядела грозной силой: помимо уже знакомых вам Хаппеля, братьев Кёрнеров, Оцвирка, Пробста и Динста здесь играли трехкратный футболист года в Австрии, быстрый и прыгучий вратарь Вальтер Земан, великолепный универсальный игрок, отрабатывавший по всей длине поля Герхад Ханаппи по прозвищу "Gschropp" ("Карлик") за рост в 169 см и лучший бомбардир в истории "Аустрии" Эрнст Стояспал. После ЧМ-1954 Науш покинул сборную, ненадолго возглавил свой бывший клуб "Аустрию" и ушел из футбола. По странному совпадению, Вальтер, как и Оцвирк, тоже скончался довольно рано, причем его смерть также была связана с игрой, которой они оба посвятили жизнь: у тренера случился сердечный приступ в кафе, когда "Аустрия" проиграла в домашнем матче "Кремсеру" 3:4, от последствий которого Науш ушел из жизни три месяца спустя, в возрасте всего 50 лет.

Суперзвезда: В австрийской сборной тех лет хватало талантливых, не всегда в полной мере оцененных в европейском и мировом масштабе игроков, одного из которых я и выбрал в качестве суперзвезды сборной Науша по простой причине: этот футболист стал бы несомненным усилением абсолютно любой из команд, игравших на мировом первенстве в Швейцарии. Главный тренер австрийцев однажды сказал, комментируя свой план на предстоящую важную игру: "Что же касается Ханаппи, я пока не знаю, где он будет играть, потому что он может играть везде". Герхард, которого растила тетка после ранней смерти его матери, с детства отличался большой склонностью к учебе, успешно совмещая футбол и книжки с тетрадями, и будучи уже известным игроком и звездой национального уровня, продолжал получать архитектурное образование в Техническом университете Вены, который и закончил в 1957-м году, став инженером. А за десять лет до этого, в 18, Ханаппи уже был игроком основного состава столичного клуба "Ваккер", где играл в полузащите, причем настолько хорошо, что в 1950-м стал первым в истории игроком не из "Рапида", получившим награду "Футболист года". В том же году началась настоящая битва между "Ваккером" и "Рапидом" за талантливого 21-летнего игрока, "артиста мяча", как его называли в местной прессе. Все прекрасно понимали, что Герхард давно перерос уровень скоромного клуба из пригорода австрийской столицы, однако "Ваккер" не собирался отдавать свою главную звезду принципиальному, пусть и гораздо более могущественному, сопернику. В итоге, член правления "Рапида" Франц Биндер принял самое неочевидное решение и попросту спрятал футболиста в частном доме венского пригорода Хюттельдорф, где тот провел несколько месяцев, пока шли долгие и трудные переговоры между руководством обоих клубов. В итоге, Ханаппи стал футболистом "зелено-белых", а фанаты "Ваккера" поклялись в "вечной мести" соперникам, из-за чего на протяжении нескольких лет до, во время и после матчей между двумя клубами вспыхивали настоящие беспорядки. За "Рапид" хавбек, трансформировавшийся то в левого защитника, то в опорника, то иногда даже в вингера играл на протяжении 14 сезонов, забив за это время невероятные 114 голов в австрийском чемпионате, хотя номинально не считался игроком атаки, и завоевал семь чемпионских титулов. Несмотря на то, что Герхард почти полгода был фактически без клуба, Вальтер Науш продолжал задействовать его в национальной сборной, за которую игрок дебютировал еще в 19 лет. Через год после ЧМ-1954 Карлик стал капитаном австрийцев, и пребывал в этом почетном звании на протяжении восьми лет. За всю свою карьеру Ханаппи сыграл 93 матча за сборную, забив за нее 12 голов. После завершения футбольной карьеры Герхард полностью посвятил себя архитектуре, работал в отделе городского планирования Вены, открыл свою фирму, а в 1977-м спроектировал и построил домашний стадион для "Рапида", получивший название "Вестштадион" и ставший вторым по вместительности после "Пратера" в австрийской столице. Через три года, после смерти Ханаппи, арена получила его имя, а еще через 12 лет подобной чести удостоился многолетний одноклубник и партнер Герхарда по сборной Эрнст Хаппель. В 2013-м стадион "Герхард Ханаппи" был закрыт и через год его снесли, построив для "Рапида" новую арену "Альянц". Карлика часто приглашали попробовать себя в качестве тренера, но он неизменно отказывался, говоря: "В наше время нас тренировали, чтобы мы забивали как можно больше голов, а сейчас футболистов учат как не пропускать. Наше время мне нравилось больше".

Подготовка: В качестве разминки перед турниром в Швейцарии команда Науша сыграла три товарищеских домашних матча: уже упомянутый выше с венграми, закончившийся поражением с минимальным счетом, со сборной Уэльса, в котором команда Науша победила 2:0 (голы Динста и защитника "Рапида" Пауля Халлы), а также с норвежцами. Сборную Норвегии тренировал Виллибальд Хан, австриец, в свое время (футбольный мир тесен!) деливший раздевалку с Вальтером Наушем в "Аустрии", правда, не слишком долго и не слишком успешно. Вот и в товарищеском матче Хан вчистую проиграл бывшему одноклубнику: Das Team забила 5 безответных голов, два из которых записал на свой счет Эрих Пробст, для которого это был всего лишь второй матч за сборную, а один и вовсе был автоголом. На этой высокой ноте Австрия отправилась в Швейцарию в попытке достичь большего, чем "Вундертим", игравшая в свое время в полуфинале ЧМ-1934.

Я уже неоднократно упоминал это прозвище австрийской сборной, о которой говорила вся футбольная Европа, а также о ее главной звезде, Маттиасе Синделаре. Пришло время ненадолго отвлечься от наших сборных-участниц мирового первенства в Швейцарии и немного поговорить о великой команде и ее великом лидере.

Перерыв третий. Бумажный человек и его команда

Маттиас Синделар, как и многие, начинал свой путь в большой футбол с улиц родного города. Его родители, чешские католики, переехали в Вену из Моравии, отец нашел работу на кирпичном заводе, мать подрабатывала стиркой, так что большую часть времени мальчик был предоставлен сам себе. На улицах индустриального района Фаворитен маленький Маттиас начал отрабатывать свой фирменный дриблинг, за который через много лет получит кличку "Бумажный человек" – поскольку крайне неохотно будет вступать в контакт с игроками обороны соперников, предпочитая аккуратно обводить их. Это было крайне нетипично для футбола 20-х и 30-х годов: тогда играли довольно грубо, не гнушаясь силовых приемов и жесткой контактной борьбы. Синделар, параллельно с обучением профессии слесаря, играл на улицах Вены тряпичным мячом, постоянно тренируясь и совершенствуясь, что, в конце концов, привело его в местную юношескую команду под названием "Герта". За год до этого Синделар потерял отца – тот был убит на итальянском фронте в ходе Первой мировой войны. В "Герте" Маттиас провел три года в молодежной команде и три во взрослой. В 1923-м в возрасте всего двадцати лет футболист получил травму мениска, которая чуть не стала причиной досрочного завершения спортивной карьеры, однако, благодаря блестяще проведенной операции, Синделар смог вернуться на поле. С тех пор он перед играми обязательно перебинтовывал правое колено, что стало его фирменным знаком. Страх нового повреждения повлиял на игровой стиль австрийца, который стал еще более виртуозно избегать любого физического контакта с соперниками с помощью обводок, ускорений, резких смен направления движения, пробросов и жонглирования мячом. Через год после операции Маттиас уже играл за "Аустрию", а через два стал ее главной звездой. Игру молодого игрока нападения (классическим центрфорвардом его назвать было никак нельзя) описывали в восторженных тонах журналисты венских газет, прозвав его "Моцартом австрийского футбола". В свои три первых сезона в "Аустрии" Синделар завоевал три Кубка страны и чемпионский титул. В 1933-м клуб завоевал Кубок Митропы (подобие Кубка чемпионов для стран Центральной Европы), обыграв в финале "Интер" (Синделар стал лучшим бомбардиром турнира), а через три года повторил этот успех – на этот раз австрийцам покорилась пражская "Спарта".

"Синди", как его ласково называли болельщики, обожал венские кофейни, где мог сидеть часами, играя в карты с друзьями и отвечая на приветствия восхищенных его игрой столичных жителей. Фанат "Аустрии" Фриц Польстер вспоминал: "Тогда не было той истерии вокруг футболистов, которая сопровождает каждый их шаг в нынешние времена, это скорее была благоговейная тишина. Мой отец брал меня на встречи с Маттиасом несколько раз. Он был хрупким, тихим мужчиной, который выглядел так, как будто ветер вот-вот сдует его со стула. Глядя на него, вы бы никогда не подумали, что он в одиночку может обыграть всю оборону противника и забить гол. Но он делал это. Просто побыть рядом с ним – это колоссальный опыт".

Если Синделар был звездой на клубном уровне, то в сборной он стал для австрийцев чуть ли не полубогом. В 23 он дебютировал за национальную сборную, забив победный гол в матче против Чехословакии (2:1), а уже в следующей игре, когда австрийцы в пух и прах разнесли сборную Швейцарии (7:1), оформил дубль. Австрийская сборная, ведомая главным тренером Хуго Майслем, в конце 20-х годов считалась одной из сильнейших на континенте, но главная звезда местного клубного футбола, Маттиас Синделар, раз за разом оставался вне состава. Поборник строгой дисциплины Майсль перестал вызывать в сборную Бумажного человека, часто менявшего позиции на поле, не следовавшего четким тренерским указаниям и нередко ломавшего стройные тактические схемы Хуго. Лишь через четыре года ведущие спортивные журналисты, тренеры и главы объединений болельщиков буквально загнали Майсля в угол на собрании в венском кафе "Ринг", убедив его вернуть Синделара в национальную команду. Вскоре после этого паззл сложился, и дисциплинированная, хорошо организованная, трудолюбивая Австрия с помощью невероятного плеймейкера в лице Бумажного человека из сильной европейской сборной превратилась в одну из главных команд мира. Прозвище "Вундертим" австрийцы получили в мае 1931-го, после сенсационной победы над сборной Шотландии со счетом 5:0 (последний из голов забил Синделар), впервые за свою историю обыгранной командой с континента. Хорошо поставленная игра в пас, индивидуальное техническое мастерство, креативность передней линии были фирменными знаками "Вундертим". После шотландцев ей покорилась сборная Германии (11:0 по сумме двух матчей, хет-трик Синделара), Швейцарии (8:1), Италии (2:1, дубль Маттиаса) и Венгрии (8:2, хет-трик Синди). Один из голов Маттиаса в ворота итальянцев стал поистине легендарным: после поданного справа углового футболист перекинул мяч головой через одного защитника, затем, ускользнув от опекуна, через другого, а потом слету вколотил снаряд в противоположный от вратаря угол. Одним из одураченных таким образом игроков сборной Италии был натурализованный аргентинец Луис Монти по прозвищу "Костолом", через два года припомнивший Синделару это унижение.

В декабре 1932-го австрийцам предстоял самый сложный тест: на "Стэмфорд Бридж" их ждал матч против сборной Англии. В упорнейшей борьбе англичанам удалось победить 4:3, но об этой игре говорила потом вся Европа – и Синделар был одним из ее главных героев, забив потрясающий гол в результате индивидуального мастерства. Лондонский "Арсенал" даже предложил за футболиста 40 тысяч фунтов (три миллиона в наше время, огромные деньги, которые никогда не платили за игроков в те времена), но Маттиас отказался покидать Австрию. Газета "The Times" назвала Синделара "одним из величайших игроков мира", "Daily Mail" описала его как "гения", а лучший рефери тех лет, бельгиец Лангенус, за два года до того судивший финал чемпионата мира в Уругвае, сказал, что гол Синди – это "мастер-класс, который ни один игрок в мире не смог бы повторить против такой команды, как Англия".

Уровень популярности Маттиаса в Австрии поднялся до невероятных высот. Даже в те далекие времена, когда было еще далеко до прямых телевизионных трансляций матчей, главную звезду "Аустрии" и "Вундертим" знали в лицо все жители страны. Он участвовал в рекламе молока, шоколада, костюмов, часов, автомобилей, дал свое имя марке футбольных мячей, и даже снялся в игровом фильме “Рокси и ее Чудо-команда”. Его слава вышла далеко за пределы Австрии, однако в жизни Маттиас оставался скромным и отчасти робким человеком, жившим вместе с матерью, и с удовольствием проводящим время на своем маленьком садовом участке. Богатство и жизнь суперзвезды не прельщали форварда, который просто любил футбол и хотел играть за свой клуб и свою страну, однако уже в то время он позаботился о своем будущем, вкладывая все заработанные деньги в бизнес, в частности, владел долями в популярном гастрономе и магазине спортивных товаров.

В 1934-м Австрия отправилась на чемпионат мира в Италию, где была чуть ли не главным фаворитом, несмотря на травмы игроков основного состава. От Синделара ожидали, как минимум, звания лучшего бомбардира состязания. Несмотря на высокие ожидания, в сборной имелись определенные проблемы. В те годы игроки, выступавшие заграницей, не рассматривались тренерским штабом как кандидаты на попадание в состав сборной, а из-за экономических проблем в стране, многие сильные футболисты уехали попытать счастья в другие страны, в частности, во Францию. Помимо этого, игроки сборной были уставшими после долгого сезона, который в Австрии заканчивался позже, чем во многих других странах-участницах чемпионата мира. Наконец, два игрока основного состава "Вундертим", Вальтер Науш и Йоханн Хорват, получили травмы во время матчей квалификации и не смогли помочь команде в финальной стадии турнира. Несмотря на все эти сложности, Австрия дошла до полуфинала, обыграв сборные Франции и Венгрии, но на этой стадии турнира им достались хозяева чемпионата, итальянцы. Это был первый матч в карьере Синделара, когда в футбол вмешалась политика. Я уже упоминал о шведском арбитре Иване Эклинде, симпатизировавшем идеологии итальянского фашизма, который перенес свои симпатии и на футбольное поле. Итальянцы играли очень грубо, не встречая никакого противодействия со стороны судьи. С поля унесли товарища Синделара по сборной Шалля, а сам Маттиас был травмирован "Костоломом" Луисом Монти, поквитавшийся с австрийским нападающим за гол двухлетней давности. Сильный дождь, превративший поле в кашу, не давал команде Майсля продемонстрировать свою технику, и игра завершилась со счетом 1:0 в пользу сборной Италии – единственный гол в этой встрече был забит, как вы помните, с явными нарушениями. Сборная Австрии проиграла также и матч за третье место, в котором не приняли участия травмированные Шалль и Синделар, и вернулась домой под свист недовольных болельщиков на венском вокзале, ожидавших от своей команды гораздо большего. Однако, это еще был всего лишь футбол.

Четыре года спустя танки Гитлера пересекли границу Германии и Австрии, чтобы завершить давно запланированный Аншлюс. После этого история жизни Маттиаса Синделара превратилась в легенду. Убежденный социал-демократ, Синделар не признавал нацизм. В Австрии продолжилась цепочка событий, начавшихся в Германии в 1933-м и приведших в итоге к Холокосту. Игроки и члены тренерского штаба "Аустрии", евреи по национальности, были изгнаны из клуба. Президент был заменен на "истинного арийца", который тут же оборвал всякие связи с еврейским истеблишментом Вены (который многие годы покровительствовал клубу), и развесил портреты Гитлера в зале заседаний и даже раздевалках. Нацисты прекратили финансирование "Аустрии", поскольку не могли простить клубу связи с евреями Вены, а также чтобы ослабить возможного соперника немецких клубов в объединенном чемпионате Третьего Рейха. Футбол, казалось, адаптируется к новым условиям, однако евреи больше не могли принимать участия в каких-либо делах, связанных с любыми видами спорта. "Аустрия" потеряла около половины своих игроков и большую часть тренерского штаба. Тем, кто остался, было запрещено контактировать с бывшими коллегами. Синделар регулярно нарушал эти запреты, продолжая тесно общаться, в частности, с уволенным президентом Микаэлем Шварцем. Тогда на него впервые обратило внимание Гестапо. Несмотря на то, что сборная Австрии квалифицировалась на чемпионат мира 1938 года, Аншлюс означал, что страна стала частью "Великой Германии", и официально исчезла с мировой карты. Лучшие игроки сборной Австрии должны были перейти в сборную Германии и матч "единения", организованный нацистами в апреле 1938 года должен был стать последним для австрийцев. Синделар и его команда были неоднократно предупреждены, что им не стоит забивать сборной Германии, также, как и вообще пытаться победить ее. В течении 69 минут Маттиас делал то, что от него ждали люди в военной форме, вольготно расположившиеся на главной трибуне. Он раз за разом пасовал назад, не позволяя своей команде обострять игру и спасая сборную нацистской Германии от опасности. Но на семидесятой минуте матча Синделар нанес по воротам Германии неотразимый удар с линии штрафной, ошарашив 60 тысяч зрителей, которые ждали от этой встречи не больше, чем дипломатичного счета 0:0. А всего через минуту хороший друг нападающего Сеста забил второй гол Австрии, после чего футболисты станцевали джигу прямо перед трибуной с пораженными нацистами. Das Team исчезла с футбольной карты мира на десять лет, пока бывший игрок "Вундертим" Вальтер Науш не возглавил заново созданную сборную, опять сделав из нее одну из сильнейших европейских национальных команд.

Даже в 35 лет Синделар оставался лучшим футболистом Австрии. Правительство неоднократно приглашало его в сборную Германии, однако нападающий неизменно отказывался, ссылаясь на несуществующую травму или желание уйти из профессионального футбола. Синделар не собирался играть за нацистскую Германию. После войны Зепп Хербергер, который тренировал немцев в 30-е годы и лично приглашал Бумажного человека в свою команду, сказал, что Синделар был "отличным человеком, память о котором должна храниться в сокровищнице мирового футбола". И добавил: "У меня всегда создавалось впечатление, что, ссылаясь на травмы или завершение карьеры, когда мы приглашали его в сборную, он протестовал против политического режима".

Утром 23 января 1939 года Маттиас Синделар был найден мертвым в своей квартире над одной из его любимых кофеен, которую он купил год назад. Рядом с ним лежала Камилла Кастаньола, его девушка, с которой они сошлись за несколько недель до этого, скончавшаяся через несколько часов, так и не придя в сознание. Официальным заключением наскоро проведенного следствия стало отравление угарным газом. Несмотря на это, многие верили, что уход из команды, которую он так любил и превращение его родины в часть нацистской Германии вызвали у Синделара депрессию, с которой он не смог справиться, отчего и покончил жизнь самоубийством вместе со своей девушкой. Третьей версией стала месть невесты Маттиаса Митци, с которой он расстался незадолго до знакомства с Камиллой. Но самое большое количество сторонников в Вене приобрела версия о мести нацистов Синделару за дружбу с евреями и те самые гол и джигу в матче "единения". Адепты подобных предположений обращали внимание всех желающих на то, что полицейское расследование было свернуто буквально через несколько дней, а все бумаги по этому делу неожиданно пропали.

"Некоторые были убеждены, что Синди убили нацисты," – говорил Фриц Польстер. "Другие говорят, что это было самоубийство. Я встречался с этим человеком и видел, как он любит жизнь, поэтому я не верю в суицид". Некоторые исследователи полагали, что у Синделара и его девушки были еврейские корни, что могло послужить причиной убийства или самоубийства, однако впоследствии эти предположения были отвергнуты. "Эти истории – сказки," – утверждал Польстер. "Синди купил кафе, а Камилла – бар. Если бы они были евреями, им бы не позволили это сделать. Евреям запрещалось иметь такую собственность, Синделар купил свою кофейню как раз у одного еврея, и тем самым спас его от разорения, потому что нацисты просто отобрали бы у него заведение".

На похороны Синделара пришло 15.000 человек – и многие были убеждены, что провожают в последний путь невинно убитого человека. Журналист Альфред Польгар писал: "Синделар следовал за городом, чьим ребенком и чьей гордостью он был, до самой смерти. Они настолько неразрывно были связаны друг с другом, что даже были убиты вместе". Кажется горькой иронией, что этот австриец, горячо любивший свою родину и с трудом переживший ее растворение в нацистской Германии, заплатил столь высокую цену – в глазах некоторых – за оскорбление фашизма.

9. Будем знакомы (окончание)

Чехословакия

Средний возраст: 25.7. В заявке сбалансированной и довольно симпатичной, но не слишком опытной сборной Чехословакии (она возродилась после семилетнего перерыва в апреле 1946-го) самым возрастным игроком был 34-летний атакующий полузащитник "Баника" Антон Малатинский, сыгравший за национальную команду 10 матчей, причем последний из них еще в 1951 году (до объединения чехов со словаками игрок выступал за словацкую сборную). Это был креативный плеймекер, умеющий как отдать голевую передачу, так и забить красивый гол, после завершения карьеры возглавивший трнавский "Спартак", в котором провел свои лучшие футбольные годы, и завоевавший с ним три чемпионства и два Кубка страны. Болельщики признали его лучшим игроком "Спартака" Трнава за всю его историю, а домашний стадион команды носит имя Малатинского. Самым молодым игроком заявки оказался 20-летний вингер Казимир Гайдош из клуба "Татран" (Прешов), дебютировавший за сборную лишь через три года после мирового первенства в Швейцарии.

Базовый клуб: Главным поставщиком игроков в национальную сборную оказался знаменитый в 50-х и 60-х пражский клуб "УДА" ("Ústřední dum armady" – "Центральный дом армии"), в 1956-м переименованный в "Дукла", откуда в заявку Чехословакии попал десант из семи довольно опытных футболистов. Остальные пятнадцать распределились между еще девятью командами, из которых выделялся братиславский "Слован" (три игрока).

Капитан: Как ни удивительно, обладателем капитанской повязки в чехословацкой сборной стал один из самых молодых ее игроков, дебютировавший в составе национальной команды всего за двадцать месяцев до старта ЧМ-1954. Ладиславу Новаку, левому защитнику "Дуклы", было всего 22, когда он в составе Чехословакии отправился в Швейцарию, однако его несравненные лидерские качества позволили футболисту стать капитаном сборной уже на своем пятом матче в футболке ЧССР, после чего капитанская повязка оставалась с ним на протяжении 71 матча, что до сих пор является национальным рекордом! Великий Эйсебио, восхищавшийся игрой защитника, называл его лисой за невероятно умную и хитрую игру в обороне. Быстрый, практически никогда не фоливший, с превосходным видением поля и глубоким футбольным интеллектом, Новак на рубеже 50-х и 60-х считался одним из лучших левых защитников Европы, что на собственном опыте могли подтвердить Пеле, Гарринча, Эйсебио, Мур, Пушкаш и множество других великих и просто хороших футболистов, сталкивавшихся с ним на поле. Новак был неотъемлемой частью "Дуклы", выигравшей 8 чемпионских титулов за 13 лет, а также сборной Чехословакии, которую он вместе со своим многолетним партнером по клубу и национальной команде великим Йозефом Масопустом вывел в финал ЧМ-1962. Защитник всю свою карьеру поддерживал идеальную форму, не выкурил ни единой сигареты, не пил пиво (что среди болельщиков и остальных футболистов клуба и сборной считалось чуть ли не кощунством) и долгие годы держал один и тот же вес, 74 кг. Ладислав лишь однажды покинул поле из-за травмы: перед матчем в Кубке чемпионом с "Боруссией Дортмунд", рефери позвал капитана чешского клуба в подтрибунные помещения обсудить какие-то детали предстоящей встречи, из-за чего тот не успел как следует разогреться. Встреча проводилась в очень холодную погоду, и уже через несколько минут после стартового свистка Новак повредил мышцу и не смог продолжать игру. Замены регламентом не предусматривались, "Дукла" почти весь матч провела вдесятером и пропустила четыре безответных мяча. После окончания футбольной карьеры Ладислав стал тренером, работал в Бельгии и Чехословакии, и завоевал чемпионство и два Кубка с "Дуклой".

Главный тренер: Уроженец Будапешта, бывшего тогда частью Австро-Венгерской империи, Карол Борхи начал футбольную карьеру в одном из местных клубов, однако быстро получил серьезную травму, после чего прошел тренерские курсы и в 30-летнем возрасте перебрался в Чехословакию, где работал с несколькими местными клубами. В 1953-м, перед началом отборочного турнира на мировое первенство, "дядя Карчи", как называли его игроки, получил приглашение стать тренером национальной сборной, с которой квалифицировался в Швейцарию, но сразу после неудачного для команды турнира был уволен, возглавив ЧССР, в общей сложности, всего на десять матчей. В дальнейшем Борхи возглавлял "Красную Звезду" (сейчас "Интер") из Братиславы, с которой стал чемпионом страны, а также "Слован" и "Тренчин" (серебряные медали чемпионата в эпоху великой "Дуклы"). Карол прослыл строгим и требовательным наставником, после каждого неудачного паса своих игроков на тренировке громко заявлявшим с сильным акцентом: "Профессиональные футболисты не могут себе позволять подобных передач!". Многие из игроков, тренировавшихся у Борхи, под его давлением получили университетское образование или прошли тренерские курсы, а сам он пользовался репутацией настоящего космополита (из-за венгерского происхождения) и немного занудного, но очень много знающего "футбольного ученого".

Суперзвезда: Еще одним партнером Масопуста и Новака по клубу и сборной был Сватоплук Плускал, опорный полузащитник, который сделал подкаты неотъемлемой частью современного футбола, исполняя их настолько четко и чисто, что крайне редко получал предупреждения за свои действия. Из-за этого товарищи по команде говорили, что у Сваты есть третья бутса – на голове. Масопуст говорил: "Сватоплук был действительно первым футболистов, активно использовавшим подкаты. Причем тренировался он в основном на обычной земле, тренировочных газонов у нас практически не было. Из-за этого кожа на его бедрах напоминала слоновью". Плускал начал играть в футбол на профессиональном уровне еще в 15 лет, незадолго до окончания Второй мировой войны. В 1952-м он оказался в "Дукле", куда его взял тренер Ярослав Вейвода после увиденного им решающего матча, в котором решалась судьба путевки в первую лигу Чехословакии. На последних минутах рефери свистнул одиннадцатиметровый в пользу команды Плускала, но никто не решался взять на себя ответственность и пробить по воротам. Тогда одноклубники вытолкнули вперед худого нескладного блондинистого парня с диким ежиком волос на голове, приговаривая: "Ананас, если ты не забьешь этот мяч, мы выбьем тебе зубы". Парень коротко разбежался и пробил прямо по центру ворот, пока вратарь летел в правый угол. Много позже Сватоплук признавался Вейводе, что целился как раз в правый угол, но промахнулся. "Святая троица" "Дуклы" и сборной Чехословакии – Масопуст, Плускал и Новак – впервые встретились в молодежке национальной команды, и с тех пор не расставались на протяжении долгих лет, став легендами европейского футбола. Новак отвечал за сдерживание атак ведущих игроков противника, Масопуст со своими неверятными слаломами был атакующим мотором, а Плускал перехватывал мячи один за другим, душил атаки соперников в зародыше и первым пасом начинал движение собственной команды к чужой штрафной. "Он всегда полностью выкладывался на поле", – вспоминал Вейвода, – "и уходил с газона в мокрой футболке даже зимой, с валившими от него клубами пара. Он не был большим технарем, не родился великим футболистом, но благодаря его сверхъестественной работе на тренировках и во время матчей стал им. Даже когда нападающий противника, казалось уже убегал от всей команды, длинные ноги Сваты каким-то чудом оказывались прямо у мяча, выталкивая его прямо из-под носа самых техничных форвардов, не касаясь их при этом. Все, кто видел подкаты Плускала, никогда их не забудут". Вейводе вторил Зепп Хербергер: "Вклад этого парня в футбол останется с нами навечно". На праздновании 100-летия футбола англичане пригласили на "Уэмбли" сборную мира, в которую вошли, среди прочих, два выдающихся чехословацких полузащитника, Плускал и Масопуст. Сватоплук провел за сборную ЧССР 56 матчей и завершил карьеру в 37 лет. Он поработал тренером в Чехословакии и на Кипре, а затем выступал в роли футбольного эксперта и писал для спортивных изданий. С Йозефом Масопустом Свата дружил до самой смерти.

Подготовка: После отборочного турнира и поражения от сборной Италии в товарищеском матче в декабре 1953-го (0:3) сборная Чехословакии больше не провела ни одной игры вплоть до начала мирового первенства: несмотря на просьбы Борхи, футбольный комитет страны отказался от нескольких предложений о товарищеских встречах, посоветовав Каролу сосредоточиться на подготовке к соревнованию в тренировочном лагере.

Шотландия

Средний возраст: 27.4. Не слишком сыгранная шотландская сборная, несмотря на наличие в заявке 22 футболистов, отправила в Швейцарию всего 13, оставив остальных в резерве. Самым старшим игроком команды оказался 36-летний инсайд Джордж Хэмилтон (пять матчей за сборную), как вы помните, в последний момент заменивший Бобби Джонстона. Ветеран из "Абердина", за три года до того сделавший хет-трик в ворота бельгийцев, в домашней игре потерпевших поражение с зубодробительным счетом 0:5, сыграл в двух товарищеских матчах перед ЧМ-1954, однако на самом первенстве на поле так и не вышел. Самым молодым игроком заявки, в числе прочих оставшимся дома, был 20-летний Алекс Уилсон, защитник "Портсмута", за всю свою 19-летнюю карьеру всего лишь раз попавший в состав Тартановой армии.

Базовый клуб: Как я уже упоминал, шотландцы стали единственной командой на мировом первенстве, в составе которой оказались игроки не только из национального чемпионата. Поэтому наряду с футболистами из "Куин оф зе Саут", "Эйрдрионианс" и "Рэйт Роверс" в сборную попали представители "Блэкпула", "Лестера", "Бернли". Таким образом, общее число клубов в заявке Шотландии достигло 13, причем если "Селтик", "Хиберниан" и "Партик Тисл" отправили в команду по три игрока, для футболистов "Рейнджерс" места в сборной не нашлось.

Капитан: Как и в случае со сборной Чехословакии, капитанскую повязку в составе шотландцев получил один из самых малоопытных футболистов национальной команды, 29-летний правый защитник "Престон Норт Энд" Вилли Каннингем. Игрок начал свою профессиональную карьеру в "Данфермлине", параллельно работая на местной шахте (обычное дело по тем временам), всего через год и три матча в лиге перебрался в "Эйрдрионианс", откуда еще 93 игры и 9 голов спустя переехал в Англию: клуб "Престон Норт Энд" настолько впечатлился выступлениями защитника в шотландском чемпионате, что выложил за него пять тысяч фунтов (250 тысяч долларов в наше время) – очень приличная сумма за футболиста по тем временам. В составе "лилейно-белых" Вилли отыграл 14 лет, дважды оказавшись на втором месте английского чемпионата и один раз выйдя в финал Кубка страны, где его команда уступила "Вест-Бромвичу". В сборной Каннингем дебютировал за 42 дня до старта ЧМ-1954, сыграл всего в трех матчах и получил звание капитана, несмотря на столь небольшой опыт, благодаря своей способности как следует "заряжать" товарищей на игру короткими, но эмоциональными спичами, нередко пересыпанными солеными шахтерскими словечками и выражениями, наглядно объяснявшими, что и как футболистам следует сделать с соперниками. Всего за сборную защитник сыграл в восьми матчах, уже в 1955-м покинув ее состав. Каннингем завершил карьеру в качестве играющего тренера скромного "Саутпорта" из четвертого дивизиона, после чего навсегда покончил с футболом, посвятив все свое время работе почтальона и семье.

Главный тренер: Одна из старейших футбольных сборных мира, как ни странно, на протяжении всех восьмидесяти с лишним лет своего существования обходилась без главного тренера. Эту роль взял на себя национальный комитет, состоявший из представителей Шотландской футбольной ассоциации (SFA), организации еще более одиозной, чем ее "большой брат" из Англии – чего только стоит решение не ехать на чемпионат мира в 1950-м из-за второго места на Домашнем чемпионате! Лишь в феврале 1954-го во главе сборной встал самый что ни на есть настоящий тренер, правда его короткая карьера в качестве первого в истории наставника национальной команды завершилась настоящим фарсом. Энди Битти, как и многих других талантливых футболистов его поколения, остановила в самом расцвете сил Вторая мировая война, из-за которой защитник "Престон Норт Энд" потерял шесть лет и не смог полностью раскрыть свой игровой потенциал, появившись на поле лишь в 135 матчах лиги и семи играх за национальную сборную. В 34 года Битти возглавил маленький "Барроу", который впервые в своей истории возглавил таблицу регионального чемпионата, затем трансформировал "Стокпорт" из середняков в реальных претендентов на повышение в классе, и в конце концов возглавил "Хаддерсфилд", свалившийся во второй английский дивизион. Летом Энди перетащил в свой новый клуб двух ключевых стокпортских игроков, усилил атаку и всего за год вернул команду в высший эшелон британского футбола, разгромив попутно "Эвертон" 8:2, а еще через сезон поднял "Хаддерсфилд" на третье место в английском чемпионате. Как раз во время этого славного забега "терьеров" Битти и пригласили занять место тренера сборной Шотландии. Каденция получилась крайне короткой: после поражения в последнем матче квалификации от англичан команда Энди провела три товарищеских встречи (о них ниже), а затем стартовала на чемпионате мира с поражения. Тренер, и без того взбешенный поведением SFA, которая, помимо постоянных вмешательств в формирование состава (пестрый набор клубов, из которых вызывались футболисты – инициатива ассоциации) и в тактические схемы (сборная по-прежнему играла в футбол, модный годах в 20-х), запретила везти в Швейцарию всех 22 игроков заявки, зато отправила туда внушительный десант собственных чиновников вместе с их женами, объявил о своей отставке за считанные часы до второго матча команды на мировом первенстве (я намеренно – и довольно заботливо – не называю соперников Тартановой армии – иначе дальше вам будет неинтересно читать). Шотландцы влетели с унизительным счетом 0:7 и отправились домой (чиновники и жены тоже). Карьера Битти в сборной длилась четыре месяца и пять матчей. После этого потрясения Энди решил уйти из футбола и даже открыл свой небольшой бизнес, но любовь к игре пересилила тягу к оседлой семейной жизни, и 4 года спустя тренер вернулся в обойму, поработав с несколькими клубами и – совсем немного – с шотландской сборной, пока окончательно не удалился на покой в 54 года.

Суперзвезда: Главным игроком в заявке шотландцев, по иронии судьбы, был футболист, не сыгравший ни минуты на чемпионате мира в Швейцарии. Роберт Джонстон, которого все называли просто Бобби, родился в футбольной семье в Селкирке: его отец и двоюродный дед были защитниками "Пиблс Роверс" и "Селкирка" соответственно. В 16 лет по их стопам отправился и Бобби, хотя его мать Элизабет отговаривала сына от спортивной карьеры, опасаясь за здоровье мальчика: в 4 года он переболел тяжелой формой дифтерита, из-за которого ему даже пришлось сделать трахеотомию, и пролежал в постели больше двух месяцев. Едва отпраздновав семнадцатилетие, Джонстон оказался игроком "Хиберниан", где поначалу играл лишь за молодежный и резервный составы, получив шанс проявить себя лишь через три года, когда легендарная линия атаки "Хибс", которую болельщики клуба до сих пор помнят под прозвищем "Великолепная пятерка" (Смит, Джонстон, Райлли, Тернбулл, Ормонд) дебютировала в первой команде полным составом. Благодаря этим игрокам "Хиберниан" два года подряд становился чемпионом Шотландии, а в первом в истории Кубке чемпионов дошел до полуфинала, где проиграл "Реймсу". Несмотря на отличное взаимопонимание между футболистами "Великолепной пятерки", они ни разу не вызывались в сборную полным составом, да и по отдельности не стали игроками основы Тартановой армии – лишь один из лучших форвардов шотландского футбола Лори Райлли сыграл за национальную команду больше 20 матчей. Благодаря своей физической силе, великолепному голевому чутью и умению делать точные острые передачи в атаке, Джонстон привлек внимание нескольких английских клубов, самым настойчивым из которых оказался "Манчестер Сити". Бобби стал первым игроком "Пятерки", покинувшим "Хиберниан" и единственным, игравшим в английском чемпионате, когда отправился на юг, сделав свой клуб богаче на 22 тысячи фунтов (около 800 тысяч долларов в наше время). В составе "горожан" Джонстон завоевал Кубок Англии, став первым игроком в истории соревнования, которому удалось забить в двух финалах подряд. За четыре сезона в "Сити" Бобби наколотил 42 мяча, отдав не меньше трех десятков голевых передач, но руководство клуба, к разочарованию болельщиков, приняло решение продать инсайда, посчитав, что он теряет форму. Почти сразу после переезда в Англию 26-летнего футболиста перестали вызывать в национальную команду, за которую он успел провести всего 17 матчей, забив в них десять голов, хотя мог бы стать одной из главных звезд в истории шотландской сборной. После Манчестера Джонстон на два года вернулся в "Хиберниан", а затем вновь уехал в Англию, на этот раз в скромный "Олдэм Атлетик", где воссоединился со своим бывшим одноклубником по "Манчестер Сити" Бертом Листером. Эта парочка стала настоящими легендами клуба, Листер в качестве забивающего и Джонстон в качестве подающего, и поучаствовала в самой крупной победе в истории "Олдэма", когда зимой 1962-го "Атлетик" разгромил "Саутпорт" 11-0. Секретарь клуба Бернард Халфорд вспоминал: "Джонстон изменил наш клуб, вне всяких сомнений. На него шли целые толпы болельщиков, даже когда "Атлетик" скатился в четвертый дивизион. Это был единственный период в моей жизни, когда я регулярно врал. Телефон разрывался в дни матчей: "Бобби играет сегодня?" Он мог сидеть передо мной в офисе с гипсом на лодыжке, но я говорил: "Да, он играет", иначе фанаты просто не пришли бы на матч". В 35 лет Бобби завершил карьеру, оставшись в доброй памяти болельщиков сразу трех клубов.

Подготовка: В рамках подготовки к мировому первенству сборная Шотландии провела три товарищеских матча. Два из них, дома и в гостях, команда Битти играла против норвежцев, выиграв в первом на полупустом "Хэмпден Парк" с минимальным счетом благодаря голу ветерана Джорджа Хэмилтона и сыграв вничью в Осло: на гол атакующего полузащитника Джонни Маккензи из "Партик Тисл" за две минуты до конца ответил нападающий Гари Куре из "Сарпсборга", прославившийся умением забивать ударами с углового – за свою карьеру он сумел записать на свой счет не меньше десятка таких мячей. В последней контрольной игре перед ЧМ-1954 шотландцы одолели финнов 2:1 благодаря голам двух футболистов "Великолепной пятерки" Ормонда и Джонстона.

Англия

Средний возраст: 28.3. Возрастная (лишь половина игроков в заявке была младше 30) сборная родоначальников футбола, полная решимости стереть из памяти болельщиков двойное унижение в Лондоне и Будапеште, заявила на чемпионат мира сразу шестерых футболистов, ни разу не выходивших на поле в составе национальной команды. Правда, трое из них остались в Британии вместе с еще двумя малоопытными игроками, так как англичане привезли в Швейцарию 17 игроков из заявленных 22-х. Самым возрастным из этих семнадцати (а также вообще из всех футболистов мирового первенства) был неувядающий 39-летний Стэнли Мэтьюз по прозвищу "Маг" (36 матчей за сборную), вингер "Блэкпула" и живая легенда "Сток Сити", начавший карьеру за год до прихода нацистов к власти и завершивший ее в год двадцатилетия победы во Второй мировой войне, когда ему самому стукнуло 50. За свою беспрецедентную карьеру самый возрастной футболист в истории английского чемпионата и национальной команды стал первым в истории действующим игроком, получившим рыцарское звание, и первым обладателем "Золотого мяча", дважды став "Футболистом года" в Англии, проведя 700 матчей в Лиге и 54 в сборной, и завоевав Кубок страны с "Блэкпулом" в матче, который позже назвали "финалом Мэтьюза". В прощальной игре сэра Стэнли приняли участие Ди Стефано, Масопуст, Пушкаш и Яшин. Самым молодым игроком заявки Англии оказался оставшийся дома 19-летний Джонни Хейнс, инсайд и будущий капитан "Фулхэма", за который он провел рекордные 658 матчей, забив больше 150 голов. Бобби Мур, сменивший Хейнса на посту капитана сборной, называл его игру совершенством, а Пеле говорил, что никогда не видел лучшего распасовщика, чем Джонни.

Базовый клуб: Лишь две команды отправили в сборную по три футболиста – "Вулверхэмптон" Стэна Каллиса, сильнейший клуб страны в 50-х, а также набиравший обороты "Манчестер Юнайтед" с "малышами" Мэтта Басби. Остальные 16 игроков распределились между 12-ю клубами, причем представители "Фулхэма", "Вест Хэма" и "Челси" даже не поехали в Швейцарию.

Капитан: "Ты такой маленький, что никогда не станешь профессиональным футболистом!". Фрэнк "Майор" Бакли, тренер, заложивший основы великого "Вулверхэмптона" 50-х, тоже иногда ошибался. Мальчик, которого он довел до слез своей фразой, вырос (пусть и остался не слишком высоким), став не просто профессиональным футболистом, но одним из лучших в своем поколении. Билли Райт, с детства болевший за "Арсенал", играл в школьной команде на позиции центрфорварда, когда один из учителей показал ему лаконичное объявление в местной газете. "Вулвз" предлагали талантливым подросткам прийти на просмотр. В назначенный день и час Билли оказался одним из первых во внушительной очереди перед стадионом "Молинью". В 14 лет Райт дебютировал за резервную команду "Вулверхэмптона", а в 15 уже сыграл в первой, став оборонительным полузащитником. После войны футболист принял капитанскую повязку из рук завершившего карьеру Стэна Каллиса, ставшего одним из лучших тренеров в истории английского футбола, и за десять лет эти двое превратили "волков" в сильнейшую команду Британии, завоевав Кубок страны и три чемпионских титула. В сборной Райт дебютировал в 22 года, вскоре стал капитаном команды и выступал в этой роли на протяжении девяноста матчей, поставив рекорд, который побил впоследствии Бобби Мур. За всю свою послевоенную карьеру Билли пропустил всего 31 игру "Вулверхэмптона" и три матча сборной, став первым в мире игроком, сыгравшим в составе национальной команды сто раз. В Англии говорили, что сборной управляют три человека: глава FA Стэнли Роуз, тренер Уолтер Уинтерботтом и капитан Билли Райт, причем, если позиция сэра Стэнли в этой иерархии была незыблемой, вопрос о том, кто на самом деле стоит на втором месте, оставался открытым. Футболист с самых ранних лет был прирожденным лидером своих команд, порядочным, энергичным, никогда не сдающимся, преданным клубу и сборной почти с рыцарской наивностью. Билли не был скоростным игроком, не отличался техникой хорошего распасовщика, но его физическая сила, умение предугадывать действия соперника в атаке, цепкость и умения отбирать мяч в силовой борьбе компенсировали все недостатки. При этом за всю его карьеру футболиста ни разу не удалили с поля. По воспоминаниям сокомандников, никто не умел поддерживать игроков так, как это делал капитан "Вулверхэмптона" и сборной Англии, даже после тяжелейших поражений или упущенных возможностей завоевать титул Билли всегда находил нужные слова, чтобы уныние в раздевалке сменилось надеждой на будущие успехи. Перед ЧМ-1954 Райт переквалифицировался в центрального защитника, и играл на этой позиции еще пять лет до завершения карьеры. Получив рыцарское звание за заслуги перед английским футболом, он стал тренером "Арсенала", но через четыре года ушел с этого поста, получив работу на телевидении. В 65 лет Райт вошел в совет директоров "Вулверхэмптона", где проработал до самой смерти.

Главный тренер: Мы уже успели немного познакомиться с Уолтером Уинтерботтомом, главным тренером английской сборной, которому по-прежнему принадлежат сразу три рекорда: самый молодой специалист, возглавивший команду (33 года), единственный тренер, для которого сборная стала первой командой в карьере, и наибольшее количество матчей (139) англичане также сыграли при Уинтерботтоме, победив в 78 из них. Учитель по образованию, Уолтер совмещал преподавательскую деятельность с футболом, и в 23 года после нескольких любительских клубов попал в состав "Манчестер Юнайтед", где в первом же сезоне отыграл в 23 играх на позиции центрального полузащитника, впечатлив тренерский штаб своей неуступчивостью в единоборствах и не бросив при этом основную работу. Казалось, футболиста ждет блестящая карьера, однако у него диагностировали заболевание позвоночника, болезнь Бехтерева, после чего с карьерой профессионального игрока пришлось распрощаться. Но Уинтерботтом еще во время первого сезона в "МЮ" поступил в колледж Карнеги, где изучал физическое воспитание, а по окончанию учебы тут же стал лектором в нем же. Во время войны, помимо службы в британских ВВС Уолтер читал лекции для будущих тренеров, и они проходили с таким успехом, что в 1946-м сэр Стэнли Роуз предложил Английской футбольной ассоциации взять молодого специалиста на пост директора FA по подготовке тренеров, а также выдвинул предложение сделать Уинтерботтома первым в истории главным тренером сборной страны (до этого, как и в случае с Шотландией, национальной командой управлял комитет из чиновников ассоциации). Так началась 16-летняя карьера Уолтера на посту наставника сборной Англии. За это долгое время он собрал немало как хвалебных, так и гневных высказываний в свой адрес (иногда справедливых, иногда не очень). К примеру, претензии к выбору игроков в национальную команду следовало бы адресовать совсем другим людям: тренер не имел к нему никакого отношения, взяв на себя лишь технические и тактические обязанности, а подбором футболистов занималась комиссия из FA. Но за тактику, да и за многое другое ему все равно "прилетало". В своей "Глобальной истории футбола" Дэвид Голдблатт предполагает, что из-за неспособности извлечь уроков после поражений от венгров у тренера отсутствовало понимание тактики и было ограничено общение с игроками. Уильям Бейкер в книге "Спорт в западном мире" обвиняет Уолтера в том, что из-за своего высокого происхождения он никак не мог качественно инструктировать, а тем более вдохновлять футболистов-выходцев из рабочего класса, а журналист Брайан Гленвилль и вовсе заявил: "Я отлично ладил с Уолтером Уинтерботтомом, но тренером он был гнилым". При этом "гнилой" Уинтерботтом выиграл 13 Домашних чемпионатов из 16, в которых участвовала его сборная, четыре раза отобрался в финальную часть ЧМ и дважды довел свою команду до четвертьфиналов мировых первенств. Он продолжал вести курсы для молодых тренеров под эгидой ассоциации, а также создал сборную Англии В для того, чтобы дать шанс проявить себя молодым игрокам. Мало того, Уолтер отвечал и за публикацию ежегодного бюллетеня FA, сначала для тренерского состава, а затем и для игроков, включая брошюры для молодежи. Он написал первое английское учебное пособие для тренеров и выпустил еще три книги о тактике, тренировках и общем понимании футбола. Сам Уинтерботтом считал, что главной его работой является подготовка новых тренеров, а не пост наставника национальной сборной, и постепенно расширил свои курсы, в которых стали принимать участие лидеры молодежных команд, судьи, учителя физкультуры и профессиональные футболисты. Выпусниками Уолтера стали, в частности, будущие тренеры сборной Англии Рон Гринвуд и сам сэр Бобби Робсон. После ухода из национальной команды Уинтерботтом для начала убедил чиновников позволить своему сменщику Альфу Рэмзи самому подбирать себе футболистов (через четыре года тот выиграет чемпионат мира), а потом, по слухам, попытался занять пост главы FA после ухода Роуза, но проиграл Денису Фоллоусу. Он ушел из ассоциации, став директором Центрального комитета физического воспитания, а затем Спортивного совета, отвечавшего за финансирование спорта в стране. Благодаря Уолтеру, эта организация отвоевала себе солидное финансирование даже несмотря на экономический кризис в Англии и вложила огромные средства в поддержку молодых спортсменов. Параллельно Уинтерботтом входил в группу технических исследований ФИФА на пяти чемпионатах мира, исследовал плюсы и минусы искусственного покрытия на футбольных полях, работал советником английского правительства, помогая британским производителям спортивного оборудования наладить контакты с иностранными фирмами. Одним словом, если у Уолтера Уинтерботтома-тренера и были слабые места, за которые его можно критиковать или недолюбливать, их с лихвой перекрывает бурная деятельность Уолтера Уинтерботтома-футбольного функционера.

Суперзвезда: Футбольная история, точно также как история человечества, не слишком любит сослагательных наклонений. Рассуждения, вроде "эх, если бы не тот промах", "ах, если бы не тот фол", "ох, если бы не этот судья", принято называть "в пользу бедных" – ни к чему, кроме бесплодных мечтаний о том, "что было бы, если бы…" они обычно не приводят. Но я все же позволю себе помечать. В заявке сборной Англии на ЧМ-1954 хватало кандидатов на роль суперзвезды. Это и уже знакомые вам Стэнли Мэтьюз с Билли Райтом, и невероятный игрок атаки из "Престон Норт Энд" Том Финни, дважды "Футболист года" (76 матчей за сборную и 30 голов), запечатленный на одной из самых знаменитых фотографий в истории английского футбола, известной как "The Splash", которую превратили в статую в Престоне, и один из лучших британских форвардов в послевоенные годы "Венский лев" Нэт Лофтхаус (33 игры и 30 мячей за национальную команду). Однако сегодня я расскажу о другом футболисте, который перед началом мирового первенства к своим 22 годам успел сыграть за сборную в трех матчах, отличившись дважды, а также наколотил уже 48 (!) мячей в Лиге, став одним из самых дорогих игроков того времени, когда "Манчестер Юнайтед" Мэтта Басби купил его из "Барнсли" за 30 тысяч фунтов в апреле 1953-го (29.999, если быть точным: Басби не хотел, чтобы на 21-летнего форварда давил ярлык в кругленькую сумму, поэтому он дал один фунт из собственного кошелька даме, сервировавшей чайный столик во время переговоров), опередив "Вулверхэмптон". Томас Тейлор, которого все называли просто Томми, родился в небольшом городке Южного Йоркшира, и уже с четырнадцати лет начал работать на шахтах, играя в местной команде, собранной угольной компанией. Скауты "Барнсли" обратили внимание на талантливого футболиста два года спустя, и пригласили его в команду, за которую он дебютировал уже в 17, играя параллельно в резервном составе. В первом своем полноценном сезоне в Лиге нападающий забил 28 голов за свои старый и новый клубы, причем отметился дублем в первом же матче за "Манчестер Юнайтед". С тех пор эта планка не опускалась ниже 20, а в первом для английских команд розыгрыше Кубка чемпионов форвард сравнял количество сыгранных матчей и забитых голов: их было по восемь. Томми не был самым высоким игроком своего клуба, но благодаря мощному телосложению, отлично натренированным ногам и природной прыгучести почти всегда выигрывал борьбу за верховые мячи, забивая огромное количество мячей головой. С "малышами Басби" (такое прозвище получила молодая, дерзкая и суперталантливая молодежь манкунианцев, введенная в первый состав тренером команды) в "МЮ" Тейлор завоевал два чемпионских титула и два Суперкубка за два сезона, после чего тренер отклонил предложение "Интера" о трансфере форварда, сделавшего бы его самым дорогим игроком мира (итальянцы под предводительством великого Эленио Эрреры готовы были выложить около 2.5 миллионов долларов в пересчете на современные деньги – сумасшедшая сумма за футболиста в то время), а к февралю 1958-го, несмотря на несколько обидных поражений, "Юнайтед" по-прежнему оставался на верхних строчках таблицы, хотя догнать неудержимый "Вулверхэмптон" Каллиса было уже практически нереально. Зато в Кубке чемпионов в том сезоне "Манчестер" обеспечил себе место в полуфинале, справившись с неуступчивой "Црвеной звездой", Тейлор отметился тремя голами в пяти играх. Как раз после ответного матча в Белграде команда, за пять дней до того обыгравшая "Арсенал" (5:4, дубль Тейлора) в одном из лучших матчей в истории британского футбола, возвращалась в Англию через Мюнхен, где через две недели должна была сыграть в матче Кубка против "Шеффилд Уэнсдей". В сборной Томми дебютировал через месяц после своего перехода в "МЮ", а уже три года спустя стал неотъемлемой частью команды, вытесняя из состава самого Нэта Лофтхауса, наколотив 16 голов в 19 матчах, включая дубли в ворота югославов, французов и бразильцев, и хет-трики в матчах против Ирландии и Дании. Будущее, казалось, готовит 26-летнему Тейлору, находящемуся на пике формы и только что обручившемуся со своей девушкой Кэрол, еще множество матчей, голов и титулов в составе одного из сильнейших на тот момент клубов Европы и в футболке национальной команды. Все это перечеркнула авиакатастрофа 6 февраля 1958 года в Мюнхене, когда самолет Airspeed AS.57 Ambassador, в котором находились игроки "Манчестер Юнайтед" не смог взлететь, пробил ограждение и ударился о стену дома, сразу загоревшись. Погибли 23 человека, в том числе восемь футболистов (среди них и Томми Тейлор), еще два игрока получили травмы и не смогли продолжать карьеру, а их тренер Мэтт Басби провел в больнице два месяца. Футбольная история не терпит сослагательное наклонение. Но совсем несложно себе представить, каких высот мог бы достигнуть Томми Тейлор, так и не успевший стать настоящей суперзвездой, его "МЮ" и английская сборная, в составе которой в последнем матче перед авиакатастрофой играли трое "малышей Басби", уничтожившие Францию 4:0. "Что было бы, если бы…" Из трех игроков манкунианцев, вызванных на ЧМ-1954, в Мюнхене погибли двое: Томми Тейлор и основной защитник сборной и клуба Роджер Берн.

Подготовка: Мы уже успели поговорить о двух матчах, сыгранных сборной Англии в качестве подготовки перед мировым первенством, причем о втором довольно подробно (хотя сами англичане предпочли бы о нем забыть) – он завершился со счетом 1:7. Но и за неделю до этого команда Уинтерботтома потерпела поражение, правда не с такими ужасающими цифрами на табло: как вы помните, Югославия обыграла Англию с минимальным счетом. Не самый впечатляющий результат.

Швейцария

Средний возраст: 26.7. Довольно опытная сборная хозяев мирового первенства, несмотря на относительно невысокий уровень внутреннего чемпионата, считалась крепкой и неуступчивой командой, способной показывать неплохие результаты. Самым возрастным игроком в заявке швейцарцев был 35-летний оборонительный полузащитник Оливер Эггиманн, пятикратный обладатель Кубка страны в составе трех разных клубов, сыгравший до того в 39 матчах за национальную сборную. Самым молодым (и единственным футболистом, моложе 23-х) был талантливый полузащитник Норберт Эшман, дебют которого состоялся как раз на чемпионате мира, после чего 20-летний футболист отправился во французский "Ред Стар", где провел довольно плодотворный сезон, отметившись двенадцатью забитыми мячами. Вернувшись в Швейцарию, Эшман стал лучшим бомбардиром Кубка Ярмарок-1955/56 в составе "Лозанны", поиграл в "Серветте", и вновь переехал в французский чемпионат, где выступал за "Олимпик" и "Стад Франсе". В конце карьеры, которая продолжалась 20 лет, Норберт сменил еще пять швейцарских клубов, став играющим тренером в двух последних, "Локарно" и "Матиньи-Спор", после чего окончательно ушел из футбола. За сборную Эшман сыграл в 15 матчах, забив три мяча.

Базовый клуб: Двадцать два футболиста заявки швейцарской команды распределились между семью клубами, причем "Янг Бойз" и давно существующий в любительском статусе "Ла-Шо-де-Фон", завоевавший в 1954-м и золотые медали чемпионата страны, и Кубок, представляли по пять игроков, "Лозанну" четыре, "Грассхоппер" и "Серветт" по три, а "Кьяссо" (здесь завершал свою карьеру великий Дзамбротта) и ставший чемпионом в 1953-м "Базель" всего по одному. "Цюрих", переживавший не лучшие времена перед "золотой эрой" 60-х и 70-х в сборной представлен не был.

Капитан: Роже Боке, защитник, в течение пятнадцати лет игравший за "Лозанну", начал футбольную карьеру в год начала Второй мировой войны. Пока Европу сотрясали залпы орудий, чемпионат Швейцарии, сохранявшей нейтралитет, продолжался, как ни в чем не бывало. "Лозанна" завоевала чемпионство в сезоне-1943/44, опередив "Серветт" на шесть очков, и в том же сезоне оформила "дубль", обыграв в финале Кубка "Базель" 3:0. Боке был одним из бессменных игроков стартового состава команды, иногда выступая в роли оборонительного полузащитника и забивая со стандартов. В качестве штатного пенальтиста клуба, Роже забил 40 голов в чемпионате. В сборной он дебютировал в 22 года, и за 11 лет сыграл за Швейцарию в 48 матчах, добившись победы над англичанами в товарищеском матче 1947 года, и благодаря своей вдохновенной игре в обороне сдержал грозную атаку бразильцев на ЧМ-1950: та игра завершилась со счетом 2:2, дубль за швейцарцев оформил нападающий Жак Фаттон. Незадолго до начала мирового первенства Боке стал капитаном национальной сборной, и последний матч в карьере сыграл на домашнем чемпионате мира.

Главный тренер: Одним из самых интересных и талантливых тренеров в Европе середины ХХ века был, без сомнения, австриец Карл Раппан. Он с детства впитал в себя все нюансы так называемого "венского футбола", с его сложными комбинациями, многочисленными точными передачами и легкостью в обращении с мячом, включавшей в себя элементы жонглирования и некоего подобия танца. Главным адептом подобной игры был Маттиас Синделар, с которым Раппану посчастливилось пересекаться в "Вундертим" и которому подражали все австрийские футболисты 20-х и 30-х годов. На клубном уровне Карл, параллельно работая в венской текстильной компании, играл в "Ваккере", "Аустрии" и "Рапиде", в основном на позиции правого полузащитника, но уже в 25 лет понял, что хочет стать тренером и тут же попросил наставника сборной Австрии Хуго Майсля дать ему вводный курс и обучить азам этой профессии. Шанс попробовать себя в новой роли представился очень скоро: всего через год Раппан узнал, что представительство его компании в Швейцарии ищет сотрудника на неполную ставку. Он перевелся в Женеву и стал футболистом "Серветта", руководство которого всего через несколько месяцев назначило австрийца, отошедшего на позицию центрального защитника, играющим тренером команды. Как оказалось, футбольные боссы вытащили из колоды настоящего джокера: "Серветт" выиграл два чемпионата Швейцарии подряд, после чего Раппан решил повесить бутсы на гвоздь и отправился в Берлин на тренерские курсы Отто Нерца, наставника Зеппа Хербергера и первого тренера в истории сборной Германии, занявшего с ней третье место на ЧМ-1934. Получив вдобавок к практическим и теоретические знания, Карл вернулся в Швейцарию, чтобы начать применять их на практике. Полем для экспериментов для молодого австрийца (на момент возвращения ему едва исполнилось 30 лет) стал "Грассхоппер", с которым Раппан за девять лет выиграл пять чемпионских титулов и семь Кубков страны, став одним из самых успешных тренеров в истории швейцарского футбола. Добавив к этому внушительному списку еще один Кубок и одно чемпионство с "Серветтом", Раппан на протяжении 14 лет оставался без трофеев, прервав эту засуху лишь в 1964-м, завоевав Кубок с "Лозанной" и увенчал свою коллекцию титулов чемпионством через год. За свою 37-летнюю тренерскую карьеру Карл четырежды возглавлял швейцарскую сборную, продолжая параллельно работать с клубами. В своей первой игре тренер проиграл австрийцам, за которых все еще играли Вальтер Науш и Маттиас Синделар, со счетом 3:4, зато в отборе к ЧМ-1938 Швейцария обыграла португальцев, затем в товарищеском матче одержала первую в своей истории победу над англичанами и в переигровке после ничьей в одной восьмой мирового первенства переиграла немцев 4:2, правда в четвертьфинале уступила немцам, после чего Раппан ушел из сборной, отказавшись (к счастью для Хербергера) от лестного и денежного предложения возглавить команду Германии. Вернулся он через четыре года, и на этот раз задержался на своем посту гораздо дольше, выведя команду в финальную часть ЧМ-1950, после чего вновь сосредоточился на клубном футболе. Третья каденция Карла началась в 1952-м и продолжалась до окончания домашнего для швейцарцев мирового первенства, а четвертая, когда Раппана уговорили помочь реанимировать сборную и вывести ее на чемпионат мира-1962, оказалась самой провальной: несмотря на выполненную задачу в квалификации, Швейцария проиграла все три игры группового этапа в Чили. В сборной были большие проблемы с составом, травмы преследовали ведущих футболистов, а резерв был слишком неопытен, так что даже тактический гений наставника команды был не в силах помочь. Я не зря заговорил о тактике: именно Раппан стал автором так называемого "тактического переворота века", придумав схему Riegel, которую в русскоязычных источниках почему-то часто называют "болт" или "замок". На самом деле ригель – это подвижная часть обычного шпингалета, та самая, которая ходит вправо-влево, позволяя запирать дверь изнутри. Идея тренера заключалась в уходе от обычных в то время атакующих схем 2-3-5 с пятью форвардами или 3-2-2-3 (WM) с двумя инсайдами под нападением, поскольку в маленькой Швейцарии трудно было найти большое количество высококлассных атакующих игроков. Карл отодвинул свою команду к воротам, выставив перед ними четырех защитников, и ввел позицию "либеро", который мог как выходить в полузащиту, так и оставаться между линией обороны и вратарем. Кроме того, полузащитники также могли отходить назад, встречая атаку противника и отдавая ему центр поля, а также теснили нападающих к флангам, где их встречали крайние защитники. По сути, Раппан стал первым тренером, сознательное перешедшим на игру от обороны. Немецкий историк футбола Дитрих Шульце-Мармелинг писал в своей книге "Стратегии игры": "Раппан превратил футбольный дефицит Швейцарии в эффективное оружие. Он изобрел ригель, потому что швейцарские игроки технически не могли сравниться с иностранцами и не обладали их видением игры. Он использовал их твердость характера, чувство ответственности за результат и высокую дисциплину в угоду команде, даже когда это было в ущерб персональному развитию игрока". Именно из швейцарского ригеля возник, несколько видоизменившись, итальянский катеначчо.

Суперзвезда: Главной надеждой сборной Швейцарии в атаке, помимо великолепных нападающих "Базеля" Йозефа Хюги, "Грассхоппера" Робера Балламана и "Ла-Шо-де-Фон" Шарля Антенена, стал опытный вингер "Серветта" 28-летний Жак Фаттон, которого ласково называли "Джеки". Выходец из французской семьи, футболист дебютировал за "гранатовых" в 1943-м, и уже через два года стал игроком основного состава, образовав результативную связку с креативным полузащитником Люсьеном "Лулу" Пастером, которого прозвали "шеф" за умопомрачительное количество точных передач из центра поля атакующим игрокам. В 1946-м и 1950-м во многом благодаря этой парочке "Серветт" стал чемпионом страны, а в 1949-м дубль Фаттона помог команде завоевать Кубок. Джеки предпочитал играть в нападении слева, откуда он, со своим ростом в 166 см, ускорялся, в несколько движений проскальзывал мимо защитников и сильным ударом с коротким замахом поражал ворота. Коньком Фаттона, помимо скорости, была его физическая выносливость: он вполне мог отбегать 80 минут в привычном темпе, но в концовке матча увеличивал обороты, проносясь рядом с выдохшимися футболистами обороны противника так, как будто только что вышел на поле. Дважды став лучшим бомбардиром чемпионата Швейцарии, Жак уехал во Францию, где провел три сезона в "Лионе", а потом, несмотря на интерес со стороны "Ниццы", "Сент-Этьена" и сильнейшего клуба страны "Реймса", вернулся в "Серветт". Пастер к тому времени уже завершил карьеру, но Фаттон продолжал много забивать, и еще дважды стал чемпионом страны. В сезоне-1961/62, когда Джеки было уже 36 лет, он наколотил 25 голов в 20 играх и в третий раз в своей карьере стал лучшим бомбардиром чемпионата страны. За девять лет в национальной сборной Жак сыграл в 53 матчах, отметившись 29 голами. Карл Раппан называл Фаттона лучшим левым нападающим за всю историю швейцарской команды. Джеки завершил карьеру в 38 лет в ранге лучшего бомбардира в истории чемпионата Швейцарии с 273 забитыми мячами на своем счету.

Подготовка: Я уже рассказывал об апрельском матче, приуроченном к открытию стадиона "Санкт Якоб", в котором команда Раппана потерпела поражение от сборной ФРГ 3:5. Еще две игры в рамках подготовки к домашнему чемпионату мира прошли в мае. В первом из них встретились две команды, напрямую попавшие в финальную часть ЧМ-1954, и действующие чемпионы мира уругвайцы разошлись миром с хозяевами первенства, забив друг другу по три мяча. Через неделю Швейцария сыграла со сборной Нидерландов, и несмотря на пропущенный уже на 11-й минуте гол, сумела не только отыграться, но и забить еще два. Хет-трик оформил Роже Фонлантен, 23-летний нападающий "Грассхоппера", настолько впечатливший Раппана своей игрой, что тот поставил форварда в стартовый состав во всех матчах на чемпионате мира, хотя изначально планировал сделать Фонлантена лишь дублером основных нападающих команды.

Италия

Средний возраст: 26.1. Не слишком опытная итальянская сборная (всего пять игроков заявки сыграли за Azzurri больше десяти матчей и всего один – больше двадцати) отправилась в Швейцарию в ранге двухкратных чемпионов мира, наравне с Уругваем. Самым возрастным футболистом в заявке был 34-летний форвард "Болоньи" Джино Капелло, бывший игрок "Падовы" и "Милана", наколотивший за свою карьеру в относительно немного забивающей Серии А вполне приличные 158 голов за эти три клуба. За сборную нападающий отличился трижды в десяти матчах. Самым молодым в заявке оказался тезка и одноклубник Капелло, 21-летний Джино Пивателли, дождавшийся своего дебюта за сборную лишь через восемь месяцев после окончания ЧМ-1954. Нападающий, которого несколько раз отвергла академия "Интера", попал в "Болонью" из "Вероны", и в течение семи сезонов забивал в среднем по голу за две игры Серии А, а в 1956-м стал лучшим бомбардиром чемпионата Италии с 29 голами в 30 матчах, правда "россоблу" все равно завершили сезон на пятом месте, умудрившись забить на девять мячей больше ставшей чемпионом "Фиорентины", зато получили сомнительное звание четвертой самой пропускающей команды сезона. Карьеру Пивателли завершил в "Милане", став с ним обладателем Скудетто и Кубка чемпионов, но за сборную, несмотря на неплохие бомбардирские показатели, провел всего семь игр, забив два мяча.

Базовый клуб: Главным поставщиком футболистов в сборную стал "Интер" под руководством Альфредо Фони, завоевавший два Скудетто подряд: в заявке итальянцев оказались сразу шесть игроков Nerazzurri. Еще пятеро представляли сильную в те годы "Фиорентину", четверо – "Ювентус", "Милан", "Рома" и "Болонья" ограничились двумя футболистами, а цвета "Сампдории" защищал бывший полузащитник "Юве" Джакомо Мари.

Капитан: Самым опытным (22 матча за сборную) и самым известным игроком сборной Италии был ее капитан, нападающий "Ювентуса" 25-летний Джампьеро Бониперти, один из самых выдающихся людей, так или иначе связанных с кальчо. Начав играть футбол в любительской команде из своего родного городка Баренго, Бониперти полгода провел в другом клубе регионального уровня, "Момо Новарезе", но уже в 16 лет оказался в "Юве". Сам футболист говорил, что, хоть он и являлся официально игроком "Момо", его покровитель доктор Перроне договорился с руководством "Старой синьоры", что скромные 60.000 лир за трансфер нападающего (полторы тысячи долларов в наше время) разделят пополам между обоими его клубами, благодаря чему те смогли купить форму, обувь и сетки для ворот. В первом матче за юношеский состав "Ювентуса" Джампьеро забил семь голов. Всего через два года он дебютировал в первой команде, а еще через два стал лучшим бомбардиром Серии А с 27 голами за сезон, опередив на два мяча легендарного капитана великого "Торино" 40-х (лучшей команды страны и одной из сильнейших в Европе) Валентино Маццолу, после чего тот отправился к руководству своего клуба с требованием немедленно подписать молодого форварда, однако Бониперти ответил отказом, заявив, что до конца карьеры собирается играть за "Ювентус". Несмотря на это, 26 мая 1949 года Джампьеро вышел на поле в гранатовой футболке "Торино" – но это был жест уважения клубу, весь состав которого погиб в авиакатастрофе тремя неделями ранее. Одиннадцать лучших игроков итальянского чемпионата сыграли в товарищеском матче, все доходы от которого пошли родным и близким погибших, с аргентинским "Ривер Плейт". В начале 50-х "Ювентус" завоевал два Скудетто, а Бониперти забил сто голов в Серии А еще до того, как ему исполнилось 24 года, но затем нападающий стал поражать ворота усилившихся соперников намного реже, а "Интер", "Милан" и "Фиорентина" оттеснили туринцев от вершины турнирной таблицы на шесть лет. Возрождение "Юве" началось с упорной работы Умберто Аньелли, который ценой невероятный усилий привел в команду валлийца Джона Чарльза и аргентинца с итальянскими корнями Омара Сивори. Джампьеро, к тому времени отошедший с позиции центрфорварда на позицию атакующего полузащитника дополнил эту линию атаки, получившую прозвище "Trio Magico", и вскоре "Старая синьора" завоевала два Скудетто подряд, став одной из команд с сильнейшим составом в истории Серии А. Бониперти завершил карьеру в 33 года, после пятнадцати сезонов в "Ювентусе", и долгое время удерживал звание лучшего бомбардира клуба в итальянском чемпионате со 178 голами (этот рекорд побил Алессандро Дель Пьеро). В качестве форварда футболист был известен на всю Италию за свою способность создавать голевые шансы из ничего, одинаково эффективно задействуя обе ноги и голову. Отойдя назад в середине 50-х, Бониперти проявил себя как великолепный технарь, заставляя зрителей на трибунах сбивать кожу на ладонях, когда они аплодировали его тактическому интеллекту и невероятному количеству голевых передач для Сивори и Чарльза. За национальную сборную Джампьеро дебютировал в 19 лет, а во второй раз примерил футболку Azzurri лишь через два года, забив свой первый гол за команду. Авиакатастрофа, унесшая жизни 18 футболистов "Иль Гранде Торино", большинство из которых регулярно вызывались в сборную, сильно влияла на выступления Италии на протяжении долгих лет. Двухкратные чемпионы мира провалились на ЧМ-1950, не выйдя из группы, а восемь лет спустя и вовсе не смогли квалифицироваться на мировое первенство. Бониперти, став капитаном команды в 1952-м, провел за сборную 38 матчей, забив за них восемь мячей, но стал при этом единственным в истории итальянской команды футболистом, забивавшим в три разных десятилетия – с 40-х по 60-е. После завершения карьеры Джампьеро стал многолетним президентом "Юве", развив местную академию и привив команде железную дисциплину, а в эру Джованни Трапаттони клуб расцвел, завоевав 16 трофеев, включая Кубок чемпионов. В 90-е Бониперти стал политиком, представляя партию Forza Italia в Европейском парламенте. Он скончался через неделю после старта перенесенного на год Евро-2020, и итальянская сборная почтила память своего легендарного капитана, выйдя на матч с Уэльсом с траурными повязками.

Главный тренер: Лайош Цейзлер родился за семь лет до окончания XIX века в еврейской семье в крошечном городке Хевеш, относившемся тогда к Австро-Венгерской империи. Поздно начав играть в футбол, он пробовал закрепиться в нескольких клубах (в том числе МТК, "Ваце" и немецком "Швехате") на позиции вратаря, но быстро понял, что настоящим его призванием является тренерская карьера. Несостоявшийся футболист начал с должности помощника тренера в польских "Краковии" и "Ютженке", а затем вместе с бывшим капитаном МТК Имре Пожоньи (уже поработавшим с "Краковией" и… "Барселоной") в качестве ассистента Лайош отправился в Лодзь, где встал у руля местного клуба, когда ему не исполнилось и тридцати. Местные болельщики поначалу приняли венгров, не перестававших с сильным акцентом кричать на своих игроков во время матчей, в штыки, но результаты "Лодзя" улучшились, и фанаты сменили гнев на милость. Цейзлер активно работал с молодежью, постоянно привлекая в состав игроков резервных команд, и привнес в "Лодзь" элементы "дунайского футбола" с его быстрыми атаками и техничной игрой в пас, которым научился у великого Джимми Хогана. После трех сезонов в Польше Цейзлер отправился в Италию, где попытался (безуспешно) вывести "Удинезе" из третьего во второй дивизион, поработал с "Фаэнцой", молодежным составом "Лацио", в "Катании" и "Казале", но вынужден был покинуть Апеннины – фашистский режим издал закон, запрещавший официальное трудоустройство людям неитальянского происхождения (в том числе и в спорте). Венгр вернулся в "Лодзь", но надолго там не задержался, перебравшись в Швецию. В 1942-м, после трех коротких каденций в небольших клубах Лайош возглавил "Норчёппинг", не поднимавшийся выше середины турнирной таблицы, где сотворил настоящую сенсацию, быстро сделав свою команду сильнейшей в стране. Он отправил трех своих помощников на поиски молодых талантов в маленьких клубах, которых приглашал на просмотр и устраивал им настоящий физический террор с изнурительными кроссами и многочасовыми отработками простейших элементов (например, 50 раз подряд попасть с двадцати метров в нарисованную на стене точку размером с монету). Лучших Цейзлер немедленно брал в состав команды. Уже через год "Норчёппинг" завоевал первое в своей истории чемпионство и первый Кубок страны, оформив "дубль". Поиск талантов по всей стране продолжался, и в 1944-м в клубе появился 22-летний Гуннар Нордаль, в будущем ставший одним из лучших футболистов мира. Форвард помог Лайошу завоевать второй "дубль" год спустя, а с помощью гениального распасовщика, атакующего полузащитника Нильса Лидхольма, которого тренер переманил из "Слейпнера", "Норчёппинг" стал чемпионом еще дважды. За шесть лет клуб завоевал золотые медали шведского чемпионата пять раз и дважды стал обладателем Кубка страны. В 1946-м команда Цейзлера совершила турне по Англии, где не потерпела ни одного поражения, обыграв "Чарльтон", "Шеффилд" и "Ньюкасл", и разойдясь миром лишь с "Вулверхэмптоном". Два года спустя Нордаль и Лидхольм стали олимпийскими чемпионами в составе сборной Швеции (бомбардирский рекорд Гуннара за национальную команду поражает до сих пор: 43 мяча в 33 играх!), а Лайош покинул "Норчёппинг" в ранге одного из самых титулованных тренеров Европы, чтобы принять новый вызов в "Милане". За ним в стан "россонери" перебрались и Нордаль, ставший первым шведским профессиональным футболистом. с Лидхольмом, образовавшие под руководством Лайоша вместе с присоединившимся к ним Гуннаром Греном легендарное трио "Гре-Но-Ли", наводившее ужас на всю Италию. За четыре сезона эта троица наколотила 205 (!) голов в Серии А, в основном благодаря усилиям Нордаля, который становился лучшим бомбардиром чемпионата пять раз за восемь лет (рекорд), проведенных им в "Милане", с лучшим в истории итальянских клубов голевым ратио (отношении забитых мячей к сыгранным матчам), самым большим количеством хет-триков (17), и до сих пор располагается на третьем месте в списке лучших голеадоров Серии А. Цейзлер выстроил своему клубу острую атакующую игру, основанную на великолепном голевом чутье Нордаля, гениальным передачам Лидхольма и умению завершать атаки вторым темпом Грена, завоевал первое для "Милана" Скудетто за 44 года, но когда команда заняла второе место в следующем сезоне, был уволен, несмотря на протесты игроков и болельщиков. Поработав в "Падове", Лайош возглавил сборную Италии, из которой ушел после ЧМ-1954, затем тренировал "Сампдорию" и "Фиорентину", но лишь с "Бенфикой" (игру которой, по иронии судьбы, также выстроил венгр еврейского происхождения великий Бела Гуттманн) в сезоне-1963/64, после трехлетнего перерыва в карьере, снова пополнил свою трофейную копилку Кубком и чемпионатом страны, попутно поставив клубный рекорд (его команда наколотила 103 гола в 26 играх), после чего навсегда ушел из футбола, сославшись на возраст: Цейзлеру в то время исполнилось уже 70.

Суперзвезда: Главным игроком в заявке сборной Италии был, без сомнения, ее капитан Джампьеро Бониперти, однако в этой рубрике я расскажу о другом футболисте, одном из лучших левых защитников в истории Серии А, Серджо Червато. Крепкий и физически сильный, он еще в 15 лет попадал в состав небольших клубов в районе Венеции, однако быстро разочаровался в полупрофессиональном футболе и отправился в самостоятельное "турне" по стране, записываясь на просмотр в команды, игравшие в высшем эшелоне итальянского футбола. В "Сампдории" Серджо признали инвалидом – у него не было большого пальца на левой руке, потерянного вследствии инцидента на ферме – и отказали в просмотре, зато "Фиорентина" решила рискнуть – и не прогадала. Червато попал в первый состав La Viola в 20 лет и на протяжении десяти сезонов защищал фиолетовые цвета клуба, бывшего в то время одним из сильнейших в Италии. Быстрый и цепкий защитник, Серджо был также неплохим пенальтистом и исполнителем штрафных, только за "Фиорентину" забив больше 30 голов, став вторым после Джачинто Факкетти в списке самых результативных игроков обороны в Серии А. С 19-ю забитыми пенальти Червато остается главным исполнителем одиннадцатиметровых в истории "Фиорентины". В 1956-м он вместе со своим клубом стал чемпионом страны, а год спустя дошел с ним до финала Кубка чемпионов, сыграв во всех матчах, но мадридский "Реал" второй половины 50-х был неудержим, и обыграл итальянскую команду со счетом 2:0. После Скудетто "Фиорентина" с Цейзлером в тренерском штабе три года подряд становилась второй в чемпионате, и в 29 лет Червато решил сменить клуб, перейдя в "Ювентус" с Бониперти, Сивори и Чарльзом, с которым тут же завоевал Скудетто два раз подряд, добавив к этим трофеям Кубок Италии, в финале которого играл против своего бывшего клуба, "Фиорентины". После двух сезонов в "Юве" Серджо перешел в "СПАЛ", где и завершил карьеру в 35 лет после серьезной травмы. За национальную сборную защитник провел 28 матчей, в шести из них выйдя на поле с капитанской повязкой и отметившись четырьмя забитыми голами. Став тренером, он работал ассистентом в "СПАЛ", открыв Италии полузащитника Фабио Капелло, а также в "Пескари", "Трани" и "Эмполи", перейдя затем на должность спортивного обозревателя.

Подготовка: После легкой победы над Египтом в квалификации, Azzurri сыграли лишь в одном товарищеском матче, о котором я уже успел рассказать, победив сборную Франции 3:1.

Бельгия

Средний возраст: 26.3. Бельгийцы поставили своеобразный рекорд, заявив на чемпионат мира сразу восемь игроков, ни разу не выходивших на поле в составе национальной команды, при этом шесть футболистов из заявки сборной и вовсе остались дома, не поехав в Швейцарию. В числе и первых, и вторых был самый возрастной из заявленных игроков 32-летний полузащитник "Олимпика" из Шарлеруа Жозеф (Жо) Баккарт, которому так и не довелось сыграть за сборную Бельгии. Самым молодым оказался форвард "Тонгерена" 21-летний Жозеф (Джеф) Влирс, в отличие от своего тезки поехавший на мировое первенство, но дебютировавший за сборную лишь год спустя. Влирс, сменивший три клуба (и ставший лучшим бомбардиром бельгийского чемпионата в составе "Беерсхота"), по-настоящему раскрыл свой потенциал лишь после перехода в льежский "Стандард" в 27 лет, став оттянутым нападающим и завоевав с командой два чемпионства страны и Кубок.

Базовый клуб: Двадцать два игрока заявки сборной Бельгии были распределены между двенадцатью клубами, главными из которых стали свежий чемпион страны "Андерлехт" (4), "Беерсхот" (4) и "Антверпен" (3). Остальные команды были представлены одним или двумя футболистами.

Капитан и суперзвезда: Очередной (уже третий!) Джозеф в моем рассказе о бельгийской сборной был гораздо опытнее и известнее предыдущих двух. 32-летний Джеф Мерманс к началу мирового первенства в Швейцарии уже сыграл за национальную команду больше сорока матчей, забив в них 26 голов, и по праву носил капитанскую повязку. Начав карьеру в маленьком клубе "Тубантия" из провинции Антверпен, Джозеф уже в 15 лет дебютировал в первой команде и забивал, в среднем, по два мяча за три игры. Когда форварду исполнилось 20, "Антверпен", отказавшийся в свое время принимать Мерманса в свою футбольную академию, предложил "Тубантии" за игрока 100.000 бельгийских франков, однако маленький, но гордый клуб отказался. Впрочем, гордость быстро улетучилась после предложения "Андерлехта", выложившего за нападающего уже 125 тысяч (рекорд для бельгийского футбола), после чего Джеф на пятнадцать сезонов стал игроком "пурпурно-белых". Когда нападающий прибыл в Брюссель, ветераны столичного клуба отказались пускать его в раздевалку. Сам Мерманс вспоминал об этом так: "Один из них даже сказал, посмеиваясь: "Ты говоришь, ты из "Тубантии"? Это же кажется название духового оркестра? Мы тут играем в футбол, а не на трубе!" Но тут очень вовремя подошел тренер Кессис Адамс, быстро расставив все по местам и пригласив меня войти в раздевалку". Джеф с места в карьер принялся штамповать забитые мячи в новой команде, получив говорящее прозвище "Бомбардировщик": первую сотню он разменял после девяноста трех матчей за "Андерлехт", а в 1947-м помог клубу завоевать первое в его истории чемпионство, став к тому же лучшим бомбардиром бельгийского первенства с 39 голами. В сезоне-1949/50 форвард забил 37 мячей, что не только привело "пурпурно-белых" к их третьему комплекту золотых медалей, но и сделало Мерманса главным голеадором Европы. На брюссельцев посыпались предложения от итальянских и испанских клубов, в том числе от "Ромы", "Реала" и "Атлетико", однако Джеф наотрез отказался покидать Бельгию, продолжая играть за "Андерлехт" до 35 лет. За это время он наколотил за свою команду 345 голов, семь раз стал чемпионом страны и трижды завершал сезон в ранге лучшего бомбардира чемпионата. Легенда брюсселького клуба Поль Ван Химст, сменивший Мерманса на посту главного голеадора "Андерлехта", вспоминал: "У него был фантастический удар, и он идеально обращался с мячом. К сожалению, мы не поиграли вместе, поскольку я начал играть за первую команду через полтора года после его ухода, и я даже не знал, что он продолжил карьеру, но я помню, как им восхищались все без исключения молодые игроки". Футбольную карьеру Бомбардир действительно завершил только в 38, три года поиграв за клуб из родного города "Мерксем", которому Джеф помог выйти из третьего во второй дивизион, забивая в среднем по голу в двух матчах. Сейчас стадион команды, переименованной в "SC City Pirates" носит имя великого нападающего. Первый матч за бельгийскую сборную Мерманс сыграл в 23 года, последний – в 34. В этот одиннадцатилетний промежуток уместились 56 матчей (в том числе 28 в качестве капитана), серия из семи игр подряд, в которых Бомбардировщик забивал хотя бы по мячу (один из самых известных матчей этой серии состоялся в ноябре 1950-го, когда Бельгия уничтожила Нидерланды 7:2, а Джеф забил два мяча), два хет-трика, три дубля и 27 голов в общем (шестое место в списке лучших голеадоров в истории команды).

Главный тренер: Шотландец Дугальд Ливингстон, которого в разные годы и в разных командах называли то "Дагги", то "Даг", то "Дуг", начинал свою футбольную карьеру в "Селтике", где провел четыре года на позиции защитника. С первых же матчей футболист зарекомендовал себя сильным, по-футбольному умным и страстным игроком, правда иногда мог совершать грубые ошибки, поддавшись собственным нервам. После чемпионского титула и еще двух не слишком удачных сезонов Дуг отправился в "Эвертон", за который играл пять лет и успел побыть одноклубником легендарного Дикси Дина, одного из главных футболистов Англии ХХ века. Затем Ливингстон поиграл в "Плимуте", "Абердине" и "Транмир Роверс", пока не решил, что пришла пора завершить футбольную карьеру. В 35 лет шотландец отправился в Шеффилд, где на протяжении нескольких лет работал в тренерских штабах обоих главных клубов города, а через четыре года после окончания Второй мировой возглавил свою первую команду, "Спарту" из Роттердама, правда продержался в Нидерландах всего лишь один сезон. Вскоре Дагги поступило предложение возглавить сборную Ирландии, с которой он в первый же год работы обыграл немцев и норвежцев, однако затем пропустил 15 безответных голов в трех матчах с теми же немцами, австрийцами и испанцами. Как я уже упоминал, бельгийские футбольные чиновники сильно огорчились большим количеством пропущенных в квалификации мячей (правда, не очень понятно, чем их в таком случае привлек Ливингстон, тяготевший к игре от атаки и не слишком обращавший внимания на оборону). Как бы то ни было, шотландец прямо в ходе отборочных матчей возглавил сборную Бельгии, которую и вывел на чемпионат мира, по-прежнему много пропуская, но и забивая, как минимум, не меньше. Атакующая линия команды в лице Коппенса, Мерманса и Ануля фактически была одной из сильнейших в Европе, хоть и не считалась звездной, однако в защите у бельгийцев традиционно возникали проблемы. После окончания мирового первенства тренер вернулся в Англию, где занял пост наставника "Ньюкасла" к недоумению игроков и фанатов клуба, поскольку экспрессивный и уповающий на "физику", а не на тактику Ливингстон был новатором и полнейшим антиподом предыдущего тренера "сорок" Джорджа Мартина (после которого командой долгое время управлял совет директоров, обходившийся без всяких наставников). За полгода Дуг привил команде атакующий дух, после чего "Ньюкасл" выиграл Кубок Англии, однако бесконечные ссоры с руководством клуба, желавшим участвовать в принятии всех без исключения тренерских решений (включая выбор состава на игры) заставили шотландца покинуть "Ньюкасл". После каденций в "Фулхэме" и "Честерфилде" (где под его руководством играл будущий чемпион мира и один из лучших вратарей в истории Англии Гордон Бэнкс) Дагги завершил тренерскую карьеру.

Подготовка: Предтурнирная весна у сборной Бельгии выдалась достаточно напряженной: команда Ливнгстона провела четыре товарищеских матча, о двух из которых я уже рассказывал: победа 2:0 над Югославией и боевая ничья 3:3 с Францией. В домашней игре против Португалии бельгийцы так и не смогли распечатать ворота соперника, впрочем, и сборная Сальвадора ду Карму не сумела отличиться. В оставшейся встрече в очередной раз пострадали Нидерланды: "красные дьяволы" забили в их ворота четыре безответных мяча. Матчи между сборными этих двух соседних стран (у них даже есть имя собственное: Derby der Lage Landen, Дерби нижних стран) в первой половине 50-х вообще были фееричней некуда: в 9 играх команды наколотили друг другу 54 (!) гола, причем один из матчей завершился с космическим счетом 7:6 в пользу Бельгии.

Перерыв четвертый. Швейцария: футбол и… туризм

За идеей проведения в маленькой и не слишком футбольной стране одного из главных мировых спортивных турниров стояли, прежде всего, вполне прагматичные и конкретные цели. Швейцарцы прекрасно понимали, что качественный толчок развитию транспортной, туристической и спортивной инфраструктуры в стране может дать проведение различных международных соревнований – и сразу после окончания Второй мировой войны принялись усердно работать в этом направлении. В 1948-м Санкт-Мориц принял Зимние Олимпийские игры, два года спустя в Базеле прошел чемпионат мира по легкой атлетике, после чего Швейцария замахнулась на проведение Олимпиады-1960, предложив в качестве столицы игр Берн, Женеву, Базель или Лозанну. После одобрения заявки на проведение ЧМ-1954 швейцарцы мобилизовали все возможные силы в финансовой (в оргкомитет мирового первенства входил заместитель министра финансов страны), политической (мэры всех городов, принимавших соревнования, также были членами комитета), транспортной (главы SwissAir и Управления железных дорог), туристической (президент швейцарской ассоциации отельеров), радиовещательной (глава центрального швейцарского радио), информационной (президент союза журналистов страны), спортивной и прочих сферах жизни в стране. Средства на строительство и реновацию стадионов выделяли государство, городские власти и частные инвесторы. Например, в Базеле большую часть расходов взяла на себя национальная лотерея Sport-toto, в Женеве арену расширили за счет 500 тысяч франков, выделенных из городского бюджета, а в Цюрихе, жители которого поначалу протестовали против реновации, развернулась настоящая пропаганда предстоящего турнира, после чего горожане сменили гнев на милость и разрешили мэру потратить часть находящихся в его ведении средств на стадион.

За пропаганду отвечали сразу две отдельные секции Организационного комитета, одна из которых контролировала прессу, а вторая занималась многочисленными туристическими агенствами. Первая предприняла конкретные действия на очередном конгрессе, где собирались представители спортивных изданий, устроив пышный прием делегациям из Центральной и Южной Америки (окучивать родных европейцев швейцарцы не переставали на протяжении нескольких лет, а Азия с Африкой особого интереса для них не представляли). Вторая навела контакты с шестнадцатью крупнейшими агенствами в мировых столицах. Объединенными усилиями две секции выпустили информационный и туристический бюллетени о предстоящем соревновании, напечатанные огромным тиражом на четырех языках и распространенный везде, где только можно было его распространить (от информационных агенств до футбольных ассоциаций). Главными целями этого монументального издания были: показать готовность страны к приему множества иностранных гостей в максимально комфортабельных условиях и в очередной раз подчеркнуть привлекательность такого невероятного мирового спортивного события, как чемпионат мира по футболу. Бюллетени сработали настолько хорошо, что еще в январе 1954-го, за полгода до начала турнира, в Бельгии распространились слухи, что в гостиницах Швейцарии не осталось мест на июнь, июль и август. Чтобы представить себе, в каком стиле пропагандисты выдерживали свои издания, вот вам отрывок из статьи Макса Зенгера, главы отдела, отвечавшего за пропаганду:

"Швейцария, земля прекрасных отпусков. Маленькая страна со слишком большими амбициями, скажете вы? Это мнение не может считаться заслуженным, ведь Швейцария – это одна из красивейших стран мира, традиционно привлекающая множество гостей из самых разных уголков света. Нигде больше вы не найдете таких природных красот, собранных на таком небольшом расстоянии друг от друга. Мы, как организаторы чемпионата мира по футболу, даем слово, что наши гости, прибывшие насладиться этим уникальным спортивным событием, получат возможность по достоинству оценить волшебную красоту нашей страны, делающую поездки в Швейцарию столь незабываемыми".

Подобный сиропно-карамельный стиль, как ни странно, работал вполне успешно.

Организационный комитет также много и плодотворно трудился над созданием логистически безупречно выстроенной системы удаленной продажи билетов на матчи, самолеты и поезда, а также бронирования гостиниц для стран-участниц чемпионата мира. То, что сейчас любой человек может сделать за несколько кликов клавишей мышки, в начале пятидесятых было довольно непростой, многоступенчатой процедурой, которую швейцарцы пытались облегчить всеми доступными им способами. Именно Организационный комитет ЧМ-1954 придумал ставшие обыденными в наши дни "олл-инклюзив" спортивные туры, когда болельщик одномоментно мог приобрести пакет услуг, включавший билеты на самолет, номер в гостинице и зарезервированные на стадионе места. Кроме того, швейцарцы специально для развития своей туристической отрасли сделали пятидневный перерыв между играми группового этапа и четвертьфиналами (не учтя, правда, что могут быть дополнительные матчи за выход в плей-офф), чтобы иностранные гости могли успеть покататься по стране, оставив в ней при этом неплохие деньги. Это было гениальное решение, призванное поддержать те регионы и города, где не проводились матчи чемпионата мира. Тут же была разработана специально подобранная и скрупулезно расписанная туристическая программа на эти дни, буклет с которой получал каждый прибывший в страну болельщик. Многие отели, большие и маленькие, получили солидные дотации от своих кантонов и государства.

Пропаганда также не оставляла своим вниманием и местных жителей, многие из которых были не слишком довольны огромными расходами на какие-то там дополнительные сидячие места и крытые трибуны. 250 швейцарских изданий, от маленьких городских газет до популярных журналов публиковали отчеты о тратах на организацию первенства и их обоснованиях, а также об ожидаемой прибыли от мероприятий, так или иначе связанных с предстоящим турниром. Много внимания уделялось физической подготовке и фотографиям футболистов национальной команды, которые на протяжении многих недель свыклись с тем, что каждый их шаг фиксируется репортерами. Кроме того, каждую неделю публиковался развернутый рассказ об очередной сборной, принимавшей участие в ЧМ-1954 с большим количеством статистической, спортивной и даже личной информации. Организаторы неустанно подчеркивали, что время начала матчей (в основном, игры начинались в шесть вечера) выбрано специально для того, чтобы не мешать работе простых швейцарцев, желающих посмотреть или послушать репортаж о той или иной встрече, а может быть и посетить стадион.

Впервые в истории чемпионатов мира футбольным ассоциациям стран-участниц предложили выслать представителей для инспекции отелей, где должны были останавливаться игроки, а также набросать пожелания для меню и времени трапез. Шестнадцать команд разместились в пятнадцати, как правило, небольших городках (лишь англичане с турками и шотландцами делили один на троих Люцерн, да бельгийцы с итальянцами, помимо своих постоянных баз, провели какое-то время в Лугано, где игрался один матч первенства).

Швейцарцы прекрасно справились со своей задачей, совместив развитие местного спорта и инфраструктуры с почти сверхъестественной для тех лет задачей привлечь в страну как можно больше туристов, разместив их в максимально комфортных условиях и предложив болельщикам и их семьям максимально широкий спектр развлечений, помимо футбола. 750 тысяч зрителей посетили 26 матчей мирового первенства, сделав его экономически выгодным как для страны, так и для ФИФА. Швейцария заложила основы для современной организации мировых первенств, впервые в их истории разработав почти идеальную логистику для развития спортивного туризма, которой после этого пользовались многие страны, организовывавшие крупные международные турниры.

Часть II. Эпос

10. Групповой этап

Шестнадцать отобравшихся на чемпионат мира сборных поделили на четыре группы, в каждую из которых попали по две сеянных и две несеянных команды. Напомню, что согласно регламенту, первые играли со вторыми, но не между собой. Таким образом, самая абсурдная ситуация сложилась в группе 2, где дебютанты мирового первенства турки в ранге сеянной команды (помните их рокировочку с Испанией?) сражались с еще одними новичками, южнокорейской сборной. Впрочем, обо всем по порядку. Состав групп (в скобках указаны места сборных в уже знакомом вам мировом рейтинге Эло):

Группа 1: Бразилия (3), Мексика (24), Франция (15), Югославия (6). Бразильцы были несомненными фаворитами на выход в плей-офф, обладая сильным и сбалансированным составом и пылая решимостью реабилитироваться за провал в решающем матче прошлого чемпионата мира. За вторую путевку в четвертьфинал еще могли побороться югославы с французами, пусть первые и выглядели предпочтительней со своей плеядой опытных и мастеровитых футболистов, зато Мексику как реального претендента на попадание в восьмерку сильнейших команд мира никто не рассматривал.

Группа 2: Венгрия (1), Турция (38), ФРГ (5), Южная Корея (26). "Могучие мадьяры" еще до начала соревнования считались главными претендентами на Кубок Жюля Риме, поэтому вопрос об их выходе из группы автоматически превращался в восклицательный знак. Зато ситуация с остальными тремя командами оставалась максимально открытой из-за статуса Турции, ставшей сеянной из-за слепого (во всех смыслах) жребия и недальновидности футбольных чиновников, и потому не игравшей с Венгрией. Южная Корея, получившая относительно высокое место в рейтинге Эло из-за небольшого количества сыгранных командой матчей, априори была слабейшей сборной на турнире, однако предсказать исход очного противостояния турков и немцев было довольно сложно из-за отсутствия должного опыта у обеих команд, тогда как в победе венгров над ФРГ и Южной Кореей никто не сомневался.

Группа 3: Австрия (11), Уругвай (10), Чехословакия (17), Шотландия (8). Действующие чемпионы мира оставались серьезной угрозой для любого соперника, поэтому их выход в четвертьфинал выглядел делом почти решенным. Австрийцы также выглядели гораздо сильнее обеих несеянных команд: Шотландия, несмотря на пиетет, с которым относилась к ней ФИФА, а также невероятно высокое место в мировой табели о рангах, на деле не могла соперничать с сильнейшими командами планеты. Борьбу за второе место в группе могла навязать Уругваю и Австрии лишь Чехословакия, однако и ее шансы на попадание в плей-офф выглядели довольно неубедительными.

Группа 4: Англия (4), Бельгия (14), Италия (9), Швейцария (26). Несмотря на двойное, крупное и очень обидное поражение от Венгрии, английская сборная по-прежнему считалась одной из сильнейших как на турнире, так и в мире, и определенно должна была выиграть свою, довольно ровную группу. Зато три остальные команды вполне могли побороться за вторую путевку в заветную восьмерку, поскольку Швейцарии должны были помочь родные стены и надежная игра от обороны, бельгийцы обладали отличной атакой и вполне могли забить больше, чем пропустить, а Италия, несмотря на довольно слабый состав, была просто обязана поддержать свой статус двухкратных чемпионов мира.

Как несложно заметить, так называемой "группы смерти", которую с упоением ищут на каждом крупном международном турнире болельщики и спортивные журналисты, на ЧМ-1954 не оказалось: несмотря на явных фаворитов на выход в плей-офф в каждой из групп, везде оставались шансы на борьбу, неожиданные результаты и явные чудеса, за которые мы так любим футбол. Итак, пришло время для 26 матчей, навсегда вошедших в историю. Let the battles begin!

Группа 1

В первый день ЧМ-1954 состоялось четыре матча, по два в группе 1 и группе 3, причем все они начинались в одно и то же время. Церемония открытия первенства прошла в Лозанне, где встречались сборные Югославии и Франции (время начала игр – CET, Центральноевропейское, то есть +1 от Гринвича).

Югославия – Франция, 1:0

16 июня 1954, 18:00 СЕТ. Стадион "Олимпик де ла Понтез", Лозанна, 16.000 зрителей.

Лозаннская арена, украшенная флагами 16 участвовавших в чемпионате мира стран, где над затейливо выведенным названием "Stade Olimpique" красовались пять огромных олимпийских колец, была заполнена примерно на треть: вместимость стадионов в Швейцарии в преддверии турнира увеличивали за счет стоячих мест, однако как раз эти секторы в основном пустовали. Собравшихся приветствовал президент страны Рудольф Рюбаттель, давший официальный старт ЧМ-1954. Югославы с французами играли в форме одинаковых цветов: шорты у обеих команд были белыми, но гетры у первых были синими, а футболки красными, а у вторых, соответственно, наоборот. Главным арбитром матча был валлиец Бенджамин (Сэнди) Гриффитс. Пьер Пибаро выбрал на игру мощную и сыгранную атакующую линию с Гловацки и Копой из "Реймса" и Венсаном из "Лилля". Его визави Тирнанич принял решение разбавить опыт молодостью, добавив к уже возрастным и сыгранным Митичу, Бобеку, великолепному нападающему "Сплита" Бернарду Вукасу и Зебецу 21-летнего игрока "Партизана" Милоша Милутиновича. Вместо не игравшего Роже Марша капитаном сборной Франции стал один из лучших защитников континента Робер Жонке.

Матч с первых минут проходил под флагом упорной борьбы в центре поля, жестких стыков и перехватов мяча. Копа и Венсан нанесли по удару, но югославы, в основном действовавшие на контратаках, забили первыми уже на 14-минуте. Автором мяча (между прочим, самого первого гола на ЧМ-1954) стал Милутинович, пробивший в дальний угол мимо вратаря "Меца" Франсуа Реметтер которому ассистировал проводивший отличную игру его одноклубник, крайний защитник Златко Чайковский – Тирнанич отправил его на позицию вингера. Югославия продолжала атаковать, постепенно перехватывая инициативу, и вместо контратакующей игры показывая позиционную. Реметтер, то и дело (невиданное дело в наше время) зачерпывающий взрыхленную грязь, покрывавшую его штрафную площадку, и протирая ей перчатки, чтоб мяч в них не скользил, сделал несколько сейвов, в том числе после опасных ударов Чайковского, Зебеца и Милутиновича. Второй тайм начался с атак сборной Франции: Беара перехватил прострел полузащитника "Сошо" Жан-Жака Марселя, а затем отразил его же удар бисиклетой. После перерыва работы у вратаря югославов сильно прибавилось, но французы никак не могли конвертировать собственные атаки в твердую валюту забитых мячей. Венсан, Гловацки и Копа (которого комментаторы все еще называли Копашевски) безуспешно пытались "пробить" великолепного голкипера. В концовке встречи стыки стали гораздо жестче (теперь пришлось потрудиться Гриффитсу), и в одном из противоборств капитану Les Bleus Жонке даже сломали нос. Игра так и завершилась с минимальным перевесом Югославии, набравшей свои первые два очка на групповом этапе. Французам осталось уповать на осечку Plavi в матче с бразильцами и на собственную победу над Мексикой.

Бразилия – Мексика, 5:0

16 июня 1954, 18:00 СЕТ. Стадион "Стад-де-Шармиль", Женева, 13.000 зрителей.

В Женеве тем временем разгоралась противостояние американских команд. Футболисты сборной Бразилии в их не так давно обновленной (и в наше время ставшей классической) желто-синей форме вышли на поле с флагом Мексики в руках, в знак уважения к сопернику. Зезе Морейра выставил по-настоящему убойную атакующую пятерку в составе Диди, Жулиньо, Балтазара, нападающего "Васко да Гама" Пинги и игрока "Палмейрас" Родригеса по прозвищу "Броненосец". Капитан Жозе Бауэр цементировал центр поля, а в обороне блистали два Сантоса, Нилтон и Джалма. Нападение мексиканцев, за исключением лидера команды Хосе Наранхо, состояло из молодых игроков, в том числе дебютировавшего за сборную 19-летнего Рауля Арельяно. Судил матч швейцарец Раймон Висслинг.

Сразу же после стартового свистка бразильцы ринулись вперед, показывая восхищенным зрителям настоящий мастер-класс южноамериканского футбола с его забеганиями, филигранной обработкой мяча, передачами "с воздуха" и опасными ударами. Мексиканцы, прижатые к воротам, оборонялись героически, стелясь на пути у мяча и пытаясь свалить быстроногих соперников. Первый гол влетел в ближний к вратарю "Атланте" Сальвадору Моте на 24-й минуте, после великолепного удара Балтазара, сыгравшего в стеночку с Пингой под носом у защитника. Всего через семь минут Диди реализовал штрафной, ударом с двадцати метров перебросивший стенку по шикарной дуге. Еще пять минут спустя свой первый гол забил Пинга, выцарапав мяч у отчаянно сопротивлявшихся защитников, а в самой концовке второго тайма, когда игрок обороны мексиканцев в очередной раз попытался прервать атаку Родригеса с левого фланга и буквально лег на пути летящего вдоль ворот мяча, снаряд отскочил прямо в ноги Пинге, хладнокровно оформившему дубль. Во втором тайме, казавшемся уже пустой формальностью, Бразилия несколько сбавила обороты, но сборная Мексики так и не смогла воспользоваться ни одним из своих немногочисленных моментов, а на 69-й минуте и вовсе пропустила пятый гол, ставший вишенкой на южноамериканском торте быстрого и красивого футбола. Жулиньо благодаря своему дриблингу прорвался через оборонительные редуты противника и точным ударом в дальний угол вновь огорчил Моту. Самый красивый мяч поединка поставил точку в разгроме Мексики, и бразильцы отправились готовиться к главному матчу этапа в первой группе.

* * *

Перед играми второго круга, состоявшимися три дня спустя, расклад был неоднозначным. Две команды одержали по одной победе и должны были играть между собой, чтобы выявить лидера группы. Однако во втором матче сеянная и неплохо выглядевшая во встрече с югославами Франция встречалась с несеянной и демотивированной Мексикой, так что в случае поражения одной из лидировавших сборных и собственной победы французы добивались права на дополнительный матч за выход в плей-офф – однако и мексиканцы могли сотворить сенсацию. Зато если лидеры группы играли вничью (регламент, как вы помните, предусматривал дополнительное время даже на групповом этапе, чтобы избежать подобных результатов), шансов у оставшихся двух сборных уже не было.

Франция – Мексика, 3:2

19 июня 1954, 17:10 СЕТ. Стадион "Стад-де-Шармиль", Женева, 20.000 зрителей.

На матч с мексиканцами Пибаро вернул в состав Марше, вручив ему капитанскую повязку, травмированного Жонке заменил уроженец Алжира Абделязиз Бен-Тифур, полузащитник "Труа", но самым неожиданным решением французского тренера стала рокировка в атаке: Леон Гловацки остался на скамейке запасных, а вместо него на поле появился урожденный марокканец Абдеррахман Маджуб, обладатель Кубка Франции в составе "Ниццы". Хосе Антонио Лопес Эрранц оставил в неприкосновенности атаку и полузащиту, ограничившись заменами в обороне: номинальный полузащитник Сатурнино Мартинес из "Некаксы" вышел в стартовом составе вместо защитника Хуана Гомеса ("Атлас"), а уже знакомый вам Антонио Карбахаль занял место в воротах. Главным арбитром встречи стал Мануэль Асенси. Пикантности предстоящей игре добавлял следующий факт: команды до этого противостояли друг другу лишь один раз, и тот матч прошел за 24 года до встречи в Женеве в рамках… ЧМ-1930 в Уругвае. Тогда французы победили 4:1.

Игра с самого ее начала проходила в упорной, но корректной борьбе. На первых минутах много ошибались обе сборные, отдавая неточные передачи и перехватывая мяч друг у друга после двух-трех пасов. Французы пытались растянуть фронт атаки за счет своих быстрых вингеров, и один из подобных набегов увенчался успехом: Жан Венсан буквально прошил оборону мексиканцев, ловко уклонившись от защитников, и пробил под рукой угадавшего направление полета мяча Карбахаля. Франция повела в счете на 19-й минуте, но оппоненты команды Пибаро сдаваться не собирались. Вскоре защитники Les Bleus повалили нападающего Альфредо Торреса метрах в семнадцати от ворот, и Наранхо реализовал назначенный штрафной, пробив в угол мимо стенки, однако Реметтер был наготове. Франция ответила ударами Марселя и Бен-Тифура, но до перерыва счет на табло так и не изменился. Всего через минуту после начала второго тайма вингер "Тулузы" Рене Дерёддр обыграл двоих защитников и довольно слабо отправил мяч в штрафную. Вместо того, чтобы оставить снаряд вполне контролирующему ситуацию Карбахалю, полузащитник "Пуэблы" Карденас попытался вынести мяч за пределы поля, но вместо этого великолепным по силе и исполнению ударом замкнул передачу прямо в собственные ворота. Окрыленные французы провели еще несколько опасных атак, однако Карбахаль был безупречен. Железное правило "не забиваешь ты – забивают тебе" сработало и на этот раз: нападающий "Некаксы" Хосе Ламадрид подхватил мяч после неудачного выноса Реметтера и точно пробил мимо вратаря через девять минут после автогола. Концовка матча получилась по-настоящему огненной. El Tri продолжали проверять на прочность оборону соперников, и 85-й минуте герой квалификации Томас Балькасар сравнял счет после передачи своего капитана Наранхо. Франция бросилась отыгрываться. Почти сразу же Копа пробил с острого угла, но мяч прошел в считанных сантиметрах от штанги. Перед командами замаячила вполне ощутимая перспектива овертайма. За две минуты до конца основного времени после неразберихи в штрафной мексиканцев во время очередной атаки Les Bleus мяч подхватил Венсан и тут же сильно пробил по центру ворот. Защитник "Оро" Нарсисо Лопес бросился под удар и даже сумел отразить его – правда, сделал это рукой. Асенси, буквально отбиваясь от наседавших на него игроков мексиканской сборной, указал на точку. Пенальти реализовал Копа, рискованным ударом вколотивший мяч прямо в "девятку" – без шансов для голкипера. Полиции пришлось утихомиривать разбушевавшихся фанатов Мексики. Матч завершился со счетом 3:2 в пользу сборной Франции, и теперь все зависело от результата параллельной встречи, а она к тому времени еще не завершилась.

Бразилия – Югославия, 1:1

19 июня 1954, 17:00 СЕТ. Стадион "Олимпик де ла Понтез", Лозанна, 21.000 зрителей.

В рамках чемпионатов мира команды встречались уже в третий раз, причем каждая одержала по победе. В товарищеских матчах также наблюдался паритет: на 4:1 в пользу бразильцев в августе 1930-го югославы откликнулись невероятной победой со счетом 8:4 в июне 1934-го (в том матче автором одного из забитых голов стал главный тренер Югославии Александар Тирнанич). Как несложно предугадать, Зезе Морейра не стал ничего менять в своем стартовом составе, положившись на игроков, столь великолепно разгромивших сборную Мексики в первом матче группового этапа. Тирнанич решил дать отдохнуть ветерану Степану Бобеку, получившему в предыдущей игре болезненный удар по голени (вместо него капитанскую повязку получил Митич), и включил в состав нападающего загребского "Динамо" Дионизие Дворнича (через несколько лет, к слову, оказавшегося в швейцарской "Лозанне"). Игру, определявшую лидера группы 1, судил шотландец Чарльз Фолтлесс.

С первых минут матч проходил на высоких скоростях, мяч почти не задерживался в центре поля, и уже в самом начале встречи югославы могли выйти вперед: напожарившие в штрафной защитники бразильской сборной позволили Plavi нанести два удара по воротам, но первый пришелся в полевого игрока, а второй, пусть и из убойной позиции, получился несколько корявым, так что голкипер "Флуминенсе", рекордсмен клуба по количеству сухих матчей Кастильо по прозвищу "Счастливчик" спокойно забрал мяч. Затем пришло время Бразилии, организовавшей несколько атак, но лишь одна из них завершилась довольно слабым ударом в створ ворот. Беара, игравший против все еще яркого солнца, был вынужден надвинуть кепку прямо на глаза, но все равно то и дело утирал слезы. Во время одной из атак югославов Зебец, пытаясь убежать от одноклубника Счастливчика, высоченного Жуана Пиньейро, получил от того мощный толчок и влетел в группу фотографов и операторов, расположившихся за линией ворот, разбив парочку камер. На протяжении первого тайма, несмотря на великолепный дриблинг и высокие скорости атакующих футболистов Seleção, югославы выглядели опаснее, демонстрируя высокий прессинг, надежную игру в обороне с быстрыми перехватами мяча и опасные навесы во вратарскую. Беара сделал отличный сейв после штрафного в исполнении Жулиньо, а Кастильо, которого постоянно прессинговал Милутинович, спас свою команду несколько раз. Через три минуты после начала второго тайма Зебец после передачи Вукаса увернулся от накрывавшего его защитника и сильным ударом из-за пределов штрафной вывел Югославию вперед. Бразильцы тут же получили еще несколько опасных атак, однако к счастью для них, команда Тирнанича слишком торопилась с финальными передачами и ударами по воротам, так что серьезной угрозы вотчине Кастильо удалось избежать. Через несколько минут воодушевление Plavi стихло, и Бразилия начала продавливать соперников. Пинга после неудачного выноса мяча попытался пробить в дальний угол и Беара сыграл ногами, выбив снаряд практически с линии ворот. Через несколько минут вратарь дважды спас свою сборную после сильных ударов Балтазара и Жулиньо, а затем "снял" мяч с головы Диди во время углового, сыграв кулаками, и отразил очередную пушку в исполнении Пинги. Югославы ответили парочкой выпадов силами Митича и Милутиновича, но инициативу явно перехватили их соперники. Наконец, на 69-й минуте Диди на границе штрафной остановил летевший в сторону ворот мяч и нанес неотразимый удар в ближний верхний угол. Владимир Беара был бессилен. В концовке второй сорокапятиминутки Жулиньо попал в перекладину после очередного забега через полполя, а Милутинович не смог переиграть Кастильо, оказавшись с ним один на один в семи метрах от ворот. В итоге, матч перешел в овертайм, в котором подуставшие команды все же сумели организовать по несколько вполне приличных атак, впрочем, так и не завершившихся забитыми мячами. Итог этой потрясающей, быстрой и легкой игры, с множеством опасных моментов и невероятными проявлениями индивидуального мастерства, будь то Жулиньо с его дриблингом, Бошков, цепко сдерживавший атаку бразильцев, Хорват или Бауэр, раз за разом переворачивавших игру в центре поля, был вполне закономерным. 1:1, и Мексика с Францией, не добравшие очков на групповом этапе, отправились по домам. Дезорганизованность (логичнее было бы назвать ее бардаком) в бразильской делегации была на таком уровне, что футболисты попросту не понимали, по каким критериям команды попадают в плей-офф, пытаясь во что бы ни стало обыграть югославов до последней секунды матча. Бразильцам казалось, что ничейный результат оставит их за бортом соревнования – и некоторые игроки даже плакали после матча, искренне считая, что вылетели с турнира. Правда, недоразумение быстро разрешилось. Жеребьевка (разница забитых и пропущенных мячей, как вы помните, чиновников из ФИФА не волновала) справедливо определила в лидеры группы наколотившую больше остальных Бразилию. Plavi и Seleção оказались в четвертьфинале.