Госпожа Вольтури

– Скорее бы, а то мне надоело прятаться в этом памятнике архитектуры!

– Аро будет его пытать, заставит раскаяться во всех грехах. Только сейчас они могут опередить нас и напасть на клан. Ты должна отсидеться здесь.

– Это я уже поняла. Беги скорее, а то он заподозрит неладное.

Джейн оставила меня наедине с моими мыслями. Я ничего не желала больше сейчас, чем поскорее избавиться от этого страха преследования, уничтожить Люциана и отправиться подальше из этого замка.

Беатриче проводила время в моей комнате. Если бы Аро не позаботился о моей человеческой компании, я бы давно сошла с ума. Едой мы были обеспечены, удобствами тоже. Нам выделили целое крыло с несколькими помещениями, необходимыми для жизнедеятельности, а при входе поставили стражу в виде четырех слуг Вольтури.

– Госпожа, – обратилась моя горничная ко мне, – как так получилось, что мы стали заложницами?

– Ох, Беатриче, вовсе мы не заложницы… – протянула я, подбирая слова для объяснения. – Нас наоборот оберегают, чтобы мы не стали жертвами безжалостных существ.

«Ты лакомый кусочек для ликанов в стремлении отомстить мне!» – вспомнила я слова Аро, сказанные мне на прощание.

– Не беспокойся, – добавила я в целях успокоения, как собеседницы, так и своего собственного, – все это скоро закончится, и мы переедем жить в город.

В комнату почти не проникал свет. Окна были закрыты, а шторы плотно задернуты. Воздух поступал по вентиляционным трубам, спускавшимся в помещение в глубине толстых каменных стен.

Ночью случилось нечто, от чего я целые сутки не могла прийти в себя. Стало тяжело дышать. Беатриче спала на кровати. Мне было не до сна. Полная, зловеще улыбающаяся луна сверкнула белым глазом сквозь плотное сукно штор. Я распахнула настежь окно, чтобы впустить немного свежего воздуха.

В саду было тихо, только ветер раскачивал ветви молодых деревьев. Пустоту звуков прорезало рычание. Я подалась вперед и увидела тень, поднимающуюся по стене вверх. До земли было далеко. Тень, блеснув лукавыми глазами бросилась вперед, прямо на меня.

В комнату, проломив дверь, ворвались слуги Аро. Началась жуткая битва. В окно влезло нечто громадное, что заставляло прикладывать невыносимые усилия наших защитников, только бы не дать ему продвинуться внутрь.

Я разбудила Беатриче и вывела из комнаты. Мы скрылись в соседних покоях, плотно закрыв тяжелую дверь и, задвинув металлический засов. Разъяренная возня не прекращалась. Ночь обещала быть кровавой.

– Кто это? – испуганно лепетала моя горничная.

– Посланник Люциана, – спокойно ответила я, хотя во мне пульсировал адреналин.

Она с испугом посмотрела на меня, пока я зажигала свечу, чтобы видеть во мраке.

– Он пришел за Вами? – уточнила она.

– Да, – подтвердила я ее догадки.

– Зачем Вы ему?

– Я – слабое место Аро и, обладая определенными знаниями, могла бы быть очень полезна Люциану.

– Господи, спаси! – взмолилась моя спутница, сложив руки перед собой.

– Хм, – усмехнулась я, – от кого просишь уберечься? От оборотней или от вампиров? И те, и те порождение тьмы…

– От всех! – прервав молитву, бросила она.

В дверь кто-то ударил сильным кулаком. Я вздрогнула.

– Иоанна, открывайте. Это мы! – раздался голос нашего стража.

Мы отодвинули засов и вышли в коридор, держа в руке свечу.

– Поедем отсюда, – произнес Мигель, один из слуг Аро.

– Но, мы должны оставаться в замке, – возразила я.

– Господин приказал здесь быть до тех пор, пока не появятся ликаны. Теперь они знают место Вашего нахождения. Мы отправляемся в Вольтерру.

– Нельзя было сразу поехать туда?

– Здесь стены крепче, к тому же, Вольтури теперь только собрались там.

Мы сели в машину, и Мигель, выжимая все силы из внедорожника, помчал нас к резиденции клана.

Я выбежала на улицу. Мне хотелось сдохнуть под ближайшей стеной, но бессмертие не могло удовлетворить этого моего желания. Я придумывала тысячи пыток для Люциана, когда настанет время его страданий. Я не видела ни разу в жизни этого существа, но я ненавидела его всем сердцем, и тревога, забравшаяся в мою душу, заставляла меня представлять его казнь, не видя ни его лица, ни его тела, а только слыша его вопль боли и отчаяния.

Да, он потерял любимую, утратив ее вместе со своим нерождённым ребенком, но это не повод причинять зло тем, кто не причастен к ее гибели. Я боялась за Аро. В голове промчалась мысль о том, что он сейчас подвергает себя смертельной опасности. Я твердо решила для себя, что, если с ним что-нибудь случится, я потрачу остаток своей вечности на то, чтобы отомстить главе ликанов за смерть моей любви.

Нас встретила Джейн и быстрым шагом проводила в тронный зал. Здесь было пусто, ни души, а в прочем, даже, если бы здесь были вампиры, то душу можно было бы найти только у меня и Беатриче.

– Где все? – меня откровенно тошнило от этой ночки.

– Аро готовится принять Люциана, – ответила Джейн.

– Готовится принять? – удивилась я. – Не говори, что надевает парадный костюм! Это не смешно!

– Нет, вовсе не так! Он советуется с Маркусом и Кайусом.

– Да, он прав. Это не милые песики, с которыми дружат Каллены. Это монстры! Я видела сейчас одного! Он ворвался в спальню и чуть не сожрал нас!

Я была в панике.

– Иоанна, ты же бессмертная! Как тебя можно сожрать?! – устанавливая законы логики, напомнила Джейн.

– О, Боже! Это мое наказание! Дожив до двадцати лет, я совершенно перестала стареть! Это ужасно!

– Это прекрасно! А самое главное, тебе не пришлось жертвовать чем-либо, чтобы получить вечную жизнь!

– Потрясающе! – фыркнула я

Джейн завела меня в комнату, уставленную мебелью XVIII века, среди которой раздавались напряженные голоса лидеров клана Вольтури.

– Мы не можем просто казнить его! – настойчиво сетовал Кайус.

– Что ты предлагаешь? – вспыхивал Аро.

– Предлагаю не ограничиваться только им! Убивать, так всех! Чтобы больше не было волчьего отродья на земле! Не сегодня, так завтра их потомки задумают нам отомстить!

– Нет. Мы не можем так рисковать! Совершив это, мы нарушим закон!

– Они развязали войну! Мы ничего не нарушаем!

– Мы казним только Люциана! Он – причина всех несчастий! Остальные, оставшись без вожака не станут нападать! Струсят!

– O sancta simplicitas! (лат. «О, святая простота!») Ты так наивен, брат!

– Если хочешь идти против глубокого засилья оборотней в наших краях – флаг тебе в руки! Я не стану рисковать целым кланом ради этой бредовой идеи!

– Поймайте для начала Люциана! – вмешалась я в их спор.

– Иоанна! – воскликнул Аро и направился ко мне.

В его глазах я прочитала искреннее сожаление о том, что произошло в замке. Ему уже доложили. Он все знал, и теперь чувствовал себя виноватым.

– Прости, я должен был это предвидеть, – произнес он.

– Ты же не Элис Каллен, – улыбнулась я.

– Да, ее дар бы нам не помешал… – мечтательно заговорил он.

Ночь повисла над городом, словно летучая мышь, напившаяся крови своей жертвы. Я стояла у открытого окна в башне и смотрела на спящий город. Огни погасли, а люди, ничего не знавшие о происходящих событиях, мирно спали в своих постелях, не ожидая восстания ликанов и атаки вампиров.

Я искренне им завидовала. Они могли вести обычную человеческую жизнь: готовить завтрак своим любимым, забирать детей из школ и детских садов, покупать продукты в ближайшем универмаге, приезжать на выходные целой семьей к родителям за город… Это было так сладко в моих мечтах. Я представляла, как бы могла сложиться моя жизнь, если бы я была смертной, а Аро был живым человеком… Мы бы тоже сейчас где-то видели сны, уснув в спальне собственного дома, обустроенного по нашему вкусу, а на утро, выпив кофе, отправились бы на работу.

– О чем задумалась? – раздался голос Аро.

– О жизни смертных, – ответила я, не поворачиваясь к нему.

– Стоит ли она того, чтобы о ней думать? Для нас это всего лишь расходный материал, средство пропитания…

– Аро, не говори так. Неужели ты бы не хотел стать одним из них и жить, как живут обычные люди?

– Ты хочешь услышать правду? Так я тебе ее открою. Я не хотел бы! Зная, что в мире обитают создания, питающиеся моей кровью и плотью, я мечтал бы умереть, упав на рельсы под скоростной поезд. Зная, какие муки испытывают жертвы вампиров или оборотней, я бы спрыгнул с самого высокого небоскреба, только бы не почувствовать на себе их безжалостные клыки!

– А если бы ты не знал об их существовании?

– Я не хочу говорить об этом! Моя жизнь меня устраивает!

Он вышел из комнаты, оставив меня одну. Тяжесть разлилась по моим венам, и меня окутал сон.

Наперсница зла

– Это было сложно, но мы справились! – зазвенел радостный голос Джейн, когда она вошла в тронный зал.

Аро подошел к ней и о чем-то спросил. Она дала положительный ответ.

Он занял свое привычное место и вгляделся в закрытые двери. Я подошла к нему и встала по левую его руку.

– Что случилось? – поинтересовалась я.

– Сейчас увидишь его! – восторженно и с каким-то детским любопытством бросил он.

– Кого?

– Тшш, – прошипел Кайус в мою сторону.

Феликс, Деметрий, Алек, Мигель и Никос распахнули двери и, натягивая руками цепи, ввели «заключенного» на суд Вольтури.

Я окинула его взглядом.

Это был мужчина лет сорока. Его голова, опущенная на грудь, безвольно моталась из стороны в сторону. Волосы, длинною до плеч, свисали вниз и были мокрыми. Рубашка, хотя я бы сказала нечто, похожее на мешок, было разорвано, а на спине виднелись кровоподтёки.

Феликс отошел от него, схватил ведро с ледяной водой и плеснул на его тело жидкость. Мужчина поднял голову и посмотрел вперед. Его синие глаза заставили меня вздрогнуть. В них таилась бесконечная печаль и ненависть. Я осознала всю серьезность сложившегося положения. Он готов убить. Всех. В эту секунду. Если бы ему дал кто-то подходящий момент, он бы разорвал всех.

– Люциан! – привычно сложив руки, направился к нему Аро. – Ты ничуть не изменился с нашей последней встречи!

Пленник поднялся с колен и, запрокинув голову, избавился от волос, свисавших на его лицо. В его взгляде я увидела презрение ко всем здесь собравшимся.

– Что ж…– остановился глава клана Вольтури, – говорят, разбойничаешь со своей ватагой? Убиваешь моих подданных? Объявил войну вампирам? Мы тебе не Виктор, долго рассуждать не будем и второго шанса не даем.

– Плевать я хотел на ваше мнение! – раздался его голос, пропитанный горьким привкусом прожитых лет.

– Вот как? – имитируя удивление (я хорошо знала этот прием), произнес Аро. – Что ж, смерть тебе будет искуплением за все твои прегрешения…

Он вернулся на свое место, положив ногу на ногу и сложив руки на коленях. Ему было все равно. Он ждал, что Люциан сейчас начнет рассказывать ему истории, от которых кровь застывает в жилах, что он будет раскаиваться, но время шло, а пленник молчал. Губы его пересохли, и я не могла больше смотреть на то, как слуги Аро растянули его руки на цепях. Заложник упал на колени.

Спустившись по трем ступеням вниз, я подошла к столу, на котором стоял ковш с водой, и направилась к мученику. Опустившись на его уровень, я поднесла к его устам посуду с прохладной жидкостью.

– Хочешь отравить меня? – с насмешкой произнес он и отвернулся.

– Зачем мне это? – прикоснувшись к его щеке, обращая его лицо ко мне, удивилась я.

– Наперсница зла! Подстилка Вольтури! – возмутился он.

– Ты ничего обо мне не знаешь! Раб! – взорвалась я и поставила ковш на пол.

Он грустно усмехнулся и посмотрел мне в глаза. В моей груди все сжалось в комок. Я видела ненависть ко мне, презрение к моему существу… Он испепелял мою душу одним только взглядом. Я бы рассыпалась в прах, если бы не мое проклятое бессмертие.

– Не утруждай себя, моя милая, – окликнул меня Аро, остановив мою душевную гибель.

Я повернулась к главе клана, а он улыбнулся мне своей привычной гримасой, в которой я прослеживала желание мести.

– Феликс, – обратился он к своему слуге, – принеси меч.

Громоздкая фигура одного из вампиров удалилась, в то время как я бросилась в сторону Аро.