Террамагика. Полёт над бездной

Глава 3. Воссоединение семьи

Она находилась посреди ночного леса, где-то около водоема. Темные макушки высоких сосен размеренно покачивались на ветру, слегка поскрипывая от тоски. Что-то пролетело мимо нее, отчего она нервно дернулась в сторону. Девушка сделала шаг назад, громко хрустнув веткой. В испуге она сразу же отскочила, но напоролась на хлипкую ограду и полетела спиной прямо в воду. Ледяная мгла мигом обдала тело холодом и морозом, мелкие мурашки пробежались по нему неоднократно, заставляя вздрогнуть.

Чувство тревоги не отпускало ни на секунду. Водоем поглощал девушку, утягивая на дно. Вода ни на шутку тянула вниз со всей силой, она давила на нее всем своим весом, умело растопырив ловкие щупальца – девушка ушла под воду с головой, инстинктивно закрывая глаза. Черная бездна поглотила ее целиком.

Когда она открыла глаза, рядом оказались странные люди. Незнакомцы с нескрываемым удивлением глядели на нее. Девушка в свою очередь не могла разглядеть их лиц, они были не ясны, даже туманны. Ее взор мутнел, и она не могла сконцентрироваться ни на людях, ни на местности. Горная гряда и большая вода, темный лес… Чернота и ужасный шум.

Когда девушка моргнула снова, место изменилось. В этот раз она стояла около дерева рядом с тенями. Посреди поляны столпились люди. Многие стучали в барабаны, отстукивая рваный и тревожный ритм. Что-то гудело на фоне и резало уши. Над темной поляной оседал туман, на небе светила красная луна и периодически вспыхивали крупные гроздья звезд. Незнакомцы шептались, переговаривались, кричали, а девушка все стояла в немом одиночестве. Злые лица окружающих не предвещали ничего хорошего. В какой-то момент она резко обернулась и кинулась бежать. Девушка знала, что нужно уносить ноги, но бежать особо было некуда – везде высился лес.

За ней тут же бросились в погоню все те, кто только что смотрел на нее, громко барабанил или говорил. Их тени нагоняли беглянку, стелясь по земле и зловеще шепча. Алое пламя вспыхнуло за ее спиной, желая подкрепиться и ей тоже, утянуть к себе. Девушка бежала вперед, не оборачиваясь. Она чувствовала этот ужас и безысходность. Дорога резко кончалась. Перед ней разверзлась пропасть. Высокая скала глубоко вдавалась в море, потому бежать было некуда. Безысходностью пах даже воздух. А огонь нагонял, подкрадываясь совсем близко.

Девушка не остановилась ни на секунду. Она тяжело сглотнула и оторвала ноги от земли. Ситуация сама за себя диктовала действия. Девушка почувствовала опьяняющее чувство свободы, смешавшееся со страхом. Дух захватило окончательно. Она даже не успела вдохнуть – воздух вышибло из легких окончательно. Она падала…

Олива подскочила на кровати, жадно хватая ртом воздух и пытаясь все-таки вдохнуть. Как и во сне у нее не хватало дыхания. Будто бы она прямо сейчас была в той самой реальности, где все и происходило. Слишком естественным был ее судорожный вдох после того, как она открыла глаза.

Этот проклятый сон снился ей уже неделю. На фоне переживаний об отъезде у Оливы не на шутку разыгралось воображение. Кошмар с каждым днем приобретал новые краски. Девушка могла понемногу разбирать его на части и анализировать. Каждую ночь она разглядывала разные детали, запоминала их, а утром пыталась разобраться, почему это все ей снится. Ее же фантазия играла против хозяйки.

Олива записывала свои сны довольно часто, но этот ужас, который ей снился уже не первый раз, она почему-то решила оставить незаписанным. Все же это кошмар, и весьма неприятный. Самое ужасное, что было в этих снах, это то, что девушка осознавала, что спит, но не могла противостоять происходящему и изменять свой сон как хочется. Она не могла проснуться раньше времени или сделать что-то по-другому: ей не хотелось прыгать в бездну, но она прыгала, не хотелось бежать, но она бежала. Все происходило интуитивно и из раза в раз повторялось.

После привычного уже и весьма стандартного сна девушка окончательно потеряла сонливость и решила, что пора вставать. Олива умылась, оделась и тихо выскользнула на крышу, прихватив с собой кота. Ее мысли снова вернулись к переезду. Опять это чувство страха перед новой жизнью… Страх взросления и туманного будущего.

Время стремительно летело вперед, вот уже пробило девять часов.

Олива, погрузившись в свои мысли слишком глубоко, не услышала, как брат несколько раз позвал ее вниз. Девушка опомнилась только тогда, когда ее плеча коснулась чья-то рука, конечно же это был Дэн. Олива мигом вылетела из своих размышлений.

– Опять сидишь мечтаешь? Что на этот раз? – спросил брат.

– Да так, сны странные снятся… – уклончиво произнесла она, спускаясь на балкон, брат последовал за ней.

– Хах, такое у всех бывает. Мне вот порой такое снится… – протянул Дэн. – Такая бредятина, что…

– Аж ржешь во сне! – закончила за него девушка. Брат улыбнулся, но спорить не стал.

– Нет, ты действительно смеешься, когда спишь, не шучу! Ну или слюни пускаешь, – не удержалась Олива, за что чуть не получила подзатыльник, но ее это не остановило. – Интересно только на кого? Какая из твоих подружек так хороша: Диана? Лида? Мишель, она, да?

Дэн покрутил у виска, услышав догадки сестры, та сощурилась и вдруг округлила глаза от внезапно нахлынувшей мысли.

– Точно, как я раньше не догадалась! Это твой дружок Серёга! Вы же друзья такие, прям не разлей вода. Тем более, что тебе нравятся блондинки, значит и блондинчик сойдет. Ха! – девушка, высказав данную речь, выскользнула через балкон в свою комнату. У нее быстро поднялось настроение, и ей срочно хотелось позлить брата. Их перебранки всегда были весьма увлекательными, а порой даже абсурдными. Главное, чтобы драться не пришлось, а то Дэн меткий, зараза…

– Ах ты ж! – замешкавшийся брат ринулся за ней.

Оливу так понесло, что она уже не могла сдерживаться. А Дэн тем временем пытался догнать младшую сестру, мчавшуюся по лестнице и истерически хохочущую на весь дом.

Это была больная тема Дэна, он был весьма любвеобильным малым – внешность давала свое, к тому же еще и спортсмен, потому он и пользовался спросом у противоположного пола, и признаться, частенько менял девушек. Но его раздражало, когда кто-то пытался влезать в его личную жизнь, тем более тыкать носом в число его бывших, явно перевалившее за тридцать. Его девушки не задерживались надолго, а сам парень каждый раз, уставая от отношений, завязывал с ними банальной фразой «дело не в тебе, а во мне…» и конечно же бросал их. Последнее время ему перестало везти на красавиц, отличающихся интеллектом и чувством юмора, на шею Крылову стали вешаться девушки из разряда «глуповатые». А Дэну было сложно отделаться от них, потому что эти безмозглые курицы ничего не понимали, когда он весьма грубо посылал их. Олива же, заметив его неудачи, не забывала напоминать брату о них, из-за чего парень сильно злился на эту «мелкую мерзавку с развязным языком», как сам и именовал сестру.

Почти преодолев лестницу, Олива вдруг, неудачно поставив ногу на последнюю ступеньку, поскользнулась и кубарем полетела вниз. Дэн, до сих пор испытывая раздражение, сначала обрадовался такому обстоятельству, по потом, увидев, что сестра ударилась, поспешил помочь ей подняться. Он протянул руку, потирающей бок Оливе, та с большим недоверием, приняла ее.

– Все в порядке? – полюбопытствовал парень.

– В этот раз обошлось, спасибо, – буркнула сестра и тут же получила подзатыльник от брата.

– Эй, за что? – сделала удивленное лицо Олива, захлопав глазами.

– За все хорошее! Радуйся, что упала, а то не только бы по голове получила. Достала уже приставать со своими глупыми вопросами. Это только мое дело! – деловито произнес Дэн.

– Вот зараза! Ничем не делишься со мной, а мне может быть интересно, как поживает мой брат, кто у него есть… – надула наигранно губки Олива.

– Тебе-то точно очень надо. Помню, поделился с тобой один раз, всем разболтала, со всеми обсудила… Ты не умеешь хранить секреты! – оскорбился юноша, хмуря брови.

– Вообще-то умею, если взять с меня слово не болтать. Но ты этого не сделал! – заметила Олива, философски поднимая палец вверх.

– Капец! Во всем подвох найдешь, мерзавка! – огрызнулся он.

– Ну не всем же быть такими идеальными, как ты, – оскалилась Олива и потерла ушибленный бок. – Черт, знатно треснулась. Все из-за тебя! – она ткнула в него пальцем и решила уже идти в свою комнату, как во дворе послышался голос их мамы. И брат с сестрой рванули на перегонки из дома.

На пороге дома стояла кудрявая женщина лет сорока, она приветливо улыбнулась при виде своих взрослых, но при этом вечно соревнующихся детей.

– О, вы уже встали и еще даже не подрались? – с улыбкой произнесла она, смотря на запыхавшихся молодых людей.

– Нет, мам, ты что! – пропел Дэн, приобняв сестру за плечи.

– Он просто скинул меня с лестницы, – любезно подсказала Олива, на что брат состроил недоумевающую мину и скрестил руки на груди, отстранившись от нее.

– Не удивлена, – скосила глаза женщина и глянула на наручные часы, сверяя время. – Денис, ты вообще можешь вести себя не как маленький, тебе все же не десять, а на целый десяток больше. Хотя я знаю, что вы оба хороши. Так что забудем об этом. О, вот и они!

Во двор заехал автомобиль, и вскоре из него вышел представительный темноволосый мужчина в темно-синем костюме. Он помахал стоящим на крыльце и открыл заднюю дверь, выпуская заждавшегося ребенка. Это был Люк. Мальчик вылетел из машины и помчался к дому.

– Мама, я так скучал! – закричал малыш, подбегая и обнимая всех по очереди.

К дому подошел мужчина, отец семейства, он поцеловал жену, а потом и детей. И они все вместе удалились в дом, где уже встречал их кот.

Весь день семья провела дома, делясь впечатлениями о своих приключениях. Отец рассказывал о новом испытании реактора, Люк болтал без умолку про клубнику, речку, рыбалку и прочие приключения у бабушки, Дэн говорил о матчах. Олива в основном слушала, порой добавляя свои едкие комментарии. Мама молчала и обнимала соскучившегося Люка.

Вечером все решили устроить посиделки у огня, попеть песни и поиграть в настольные игры. Олива отправилась за гитарой в комнату и прихватила с собой тексты песен. Люк принес настольные игры, а Дэн, расквитавшись с очередной фанаткой, написал фанты.

Крыловы сначала поиграли немного в домино, где выиграл Люк, потом в нарды, где одержала победу мама, сражавшаяся с папой, а после они сели играть в фанты. Началось все с того, что Дэн сыграл на фортепиано пальцами ног под неодобрительные вздохи мамы. Дальше Люку пришлось танцевать танец маленьких лебедей, что выглядело весьма мило для родителей и комично для обхохатывающегося Дэна и его сестры. А после настала очередь Оливы, которая вытянула бумажку с заданием рассказать о своем сегодняшнем сне. Она немного поразмышляла, стоит ли описывать сон таким, какой он есть, ведь их мама умела хорошо разбираться в сновидениях и их толковании, это было ее хобби.

Все ждали ее рассказа. Олива знала, что ее сон наполнен негативными эмоциями, что может не понравится маме, но все же решилась рассказать, может она расшифрует его скрытый смысл? Все же интересно узнать трактовку. Девушка сцепила пальцы в замок и начала повествование.

– Интересные у тебя сны, – произнесла мама с озадаченным выражением лица после окончания рассказа дочери.

– Знаешь, в них много скрытых символов, и важно их правильно растолковать. Но все это однозначно к переменам в твоей жизни, ты чувствуешь, что скоро уедешь, и твоя жизнь изменится, потому боишься. Бурная река во сне – к тому, что твоя новая жизнь захлестнет тебя с головой, надеюсь, ты не забудешь нам звонить? – почему-то с улыбкой проговорила женщина, видимо, она не видела в этом сне ничего ужасного. Оливе хоть и показалось это странным, но вида девушка не подала, да, и мамина трактовка была довольно ясна и логична.

– Ну а другие символы – лица в масках, тут сложнее. Возможно, тени из прошлого, может кто-то из одноклассников поступит с тобой в один вуз? Хотя нет, вряд ли. Огонь к неожиданностям, возможно даже к внезапной влюбленности… – проговорила женщина в задумчивости. Дэн сразу же изобразил максимально глупое выражение лица, стрельнув глазами в сестру, которая тут же показала брату кукиш.

– Ну а обрыв и прыжок… Тебе хотелось прыгнуть или нет? – переспросила мама.

– Не уверена. Скорее нет, чем да. Меня пугала эта обстановка, но не было другого выхода, вот я и прыгнула. – ответила Олива, зыркнув на развеселившегося брата, начавшего корчить глупые рожи. Вот же дурак! И как его вообще можно пускать в приличное общество? Ведет себя хуже Люка!

– Тут два варианта: либо это призыв к активным действиям, либо предупреждение об осторожности. Какой занятный сон, много знаков, очень много! – она замолчала, но вскоре продолжила, увидев озадаченное лицо дочери. – Олива, все это к лучшему, к твоей хорошей учебе и адаптации в университете, я почти уверена! Мы все будем очень переживать за тебя. Не бойся, я хоть и толкую сны забавы ради, но не всегда верю в них, я же ученый, а не шарлатан какой!

– Дорогая, у Оливы же отличное воображение, потому ей и снится порой чепуха. Это просто кошмар! Доча, не бери в голову, мама права, все будет хорошо, – поддержал девушку отец, беря за руку маму.

– Да-а, у кого-то бардак в голове. Не будь трусихой! Я не трушу, когда летаю на матчи, хотя знаю, что это очень ответственное дело. Вот и ты не трусь! – встрял Дэн, наконец, окончив свой кружок пантомимы. Олива усмехнулась. Она-то знала, чего по-настоящему боялся брат в полетах. Явно не ответственности.

– Оливка, я так рад, что ты не улетела на прошлой неделе. Я бы уже скучал, но хорошо, что ты с нами сейчас. Не улетай так быстро, – залепетал Люк, соскакивая с мамы и прижимаясь к сестре.

– Не буду, время еще есть. Успею надоесть тебе, братец, – приобняла Люка Олива.

– Надоели со своими соплями, давайте что ли споем что-нибудь веселое, а то еще немного и все заплачут! – высказался Дэн, беря гитару и передавая сестре. – Спой ту, которая еще про ведьм, в твоем стиле, сумасшедшем.

– Сам ты сумасшедший! Подпевать будешь? – спросила Олива, хотя прекрасно знала ответ.

– Обижаешь, я же давно слова знаю! Дай вообще сам сыграю, хоть это и девчачья песня.

– Нет, я сама, потом сыграешь, – и Олива заиграла. Она взяла несколько аккордов, потом подключила голос, и полилась прекрасная веселая песня.

Надо сказать, что у нее были неплохие музыкальные данные, впрочем, как и у всей семьи Крыловых. Мама и Дэн играли на фортепиано, отец когда-то давно на саксофоне, Олива на гитаре, а Люк прекрасно пел. Дэн, кстати, часто прибегал к музыке, дабы очаровать свою очередную пассию, и у него это всегда получалось. Он неплохо играл на гитаре, но виртуозом был в фортепиано, классика была для него как дважды два.

Когда песня закончилась, Дэн сел за фортепиано, сыграл пару симфоний, а после запел довольно мелодичную песню своим чистым голосом.

Когда он допел, стала снова играть Олива. Девушка пела, всматриваясь в неспокойное пламя камина, наблюдала за оттенками красного. Пламя отражалось в ее глазах, оно завораживало, и ей так хотелось подойти к нему поближе, но она не могла, в руках была гитара. Языки пламени жадно облизывали решетку, игрались, плясали свой танец в бешенном ритме. Поленья они не щадили, те горели ярко, трещали громко и звонко. Искр было почти не видно, но Олива очень хотела их увидеть, потому и глядела так старательно на огненные языки. В какой-то момент она перестала петь и тут же отвела взгляд от огня.

Родители поняли, что уже сильно засиделись и пошли укладываться спать, захватив с собой Люка. Дэн остался в гостиной смотреть какой-то ужастик и позвал с собой сестру, но та, бросив вскользь, что ненавидит ужасы, ушла спать.

Уже засыпая, Олива думала про толкование сна мамой. Может она права, и все, что произойдет будет к лучшему? «Осталось только дождаться этих перемен» подумала девушка и зарылась в одеяло. Если бы она только знала, как эти перемены близки.

Глава 4. Зеркальное озеро

Утром пораньше семья начала собираться в поездку. Оказывается, отец успел позвонить вечером другу, и теперь дом у озера был на выходные в их распоряжении. Крыловы могли спокойно ехать отдыхать в лес подальше от городской суеты. Хоть семья и жила в своем доме, будничная рутина порядком надоела всем, и конечно же им хотелось сменить обстановку. Мама впопыхах складывала вещи Люка, старший Крылов занялся едой. Дети сложили свое самое необходимое и оставили рюкзаки внизу.

Олива отправилась будить Дэна, который после ночных просмотров фильмов, никогда не мог сам проснуться, каждый раз приходилось будить его долго и настойчиво. Олива, решив разбудить брата оригинально, вытащила из морозилки лёд. Они с Дэном в детстве часто прикалывались друг над другом, вот она и решила продолжать эту традицию, все же пока что они живут вместе. Нечего упускать возможность!

Девушка отогнула одеяло и, оттянув футболку брата, закинула ему на спину парочку кубиков льда. Дэн подскочил как ужаленный и сразу же начал вопить, потому как лёд закатился ему в штаны и стал таять там. Олива тем временем быстро смылась из его комнаты, дабы не заработать по шее от злого брата. Зато девушка была уверена, что ее миссия с быстрым пробуждением Дэна успешна, и оттого улыбалась во все тридцать два зуба.

Через пять минут злой, как черт, брат спустился в гостиную уже одетым. Он не сказал ни слова. И судя по его весьма заговорщицкому виду, он уже готовил самые изощренные способы мести сестре. Дэн не стал бы проявлять слабость и жаловаться родителям – не маленький все-таки уже. Но и простить наглую сестрицу не мог. Олива решила держаться на стороже, мало ли что ему в голову взбредет.

Когда со сборами было покончено, семья села в машину. Дорога заняла около четырех часов. Все это время родители болтали между собой, Люк спал, а старшие дети слушали музыку. К концу поездки Дэну позвонила очередная подружка, и он с ней долго объяснялся. Поняв, что разговор не получится закончить просто так, Дэн крепко выругался, за что получил неодобрительное покачивание головой от мамы.

Олива всю дорогу ехала, думая о друзьях. Она понимала, что по окончании школы, они практически перестали общаться. Меньше пересекаясь и имея мало общего, они стали редко видеться, хотя сейчас и вовсе могли общаться лишь через интернет. Олива не могла похвастаться большим количеством друзей, она предпочитала общаться лишь с теми, кто ее понимал. А таких людей в мире было немного. Подруг у нее было всего две, да и еще один друг из театральной школы. Олива общалась и с другими знакомыми, но никогда не подпускала их к себе очень близко. Она понимала, что, доверившись и открывшись людям, нередко можно потом пожалеть, получив от них удар в спину. Не раз в жизни она с этим сталкивалась, и каждый раз очень болезненно все ситуации переживала.

Подруги Оливы были всегда девушками весьма целеустремленными и успешными в учебе. Аня и Лена всегда прилежно учились, занимались музыкой и имели весьма неплохую репутацию отличниц. Но в то же время они были обыкновенными девчонками, которые всегда хотели найти приключения. И их главным приключением стала сама Олива. Девушка с буйным характером, далеко не кротким нравом, настоящая фантазерка и авантюристка, страстью которой всегда был театр. Девочки познакомились в старшей школе, когда Олива подралась с одноклассником, обидевшем новеньких. Аня и Лена были весьма признательны Оливе, но та лишь отмахнулась, сославшись на ежедневные тренировки по выживанию с братом. Не зря же она столько пакостит Дэну и получает от него, чтобы не дать отпор обидчикам? Конечно же нет! Она умеет постоять за себя и близких. Так их дружба и завязалась. Пусть Оливе до старшей школы и не везло на подруг, но тут она обрела сразу же двух, и ей это безумно нравилось. Сейчас девчонки поступили в самые крутые университеты страны. Олива же избрала для себя другой путь. Она решила стать взрослой самостоятельно. Решилась покинуть родную страну, город и дом, чтобы найти себя в жизни. Она выбрала путь актрисы по своей самой заветной мечте.

Девушке всегда нравились возможности актеров. Ведь актеры могут проживать столько жизней на сцене, такой спектр эмоций испытывать, столько всего узнавать. Каждый день – новый образ. Ты можешь примерять на себя жизнь простого крестьянина при крепостном праве, и чувствовать себя уже через мгновение императрицей, величаво выступающей в своем шикарном наряде; или вживаться в роль ужасной стервы, женщины-тирана, которая потеряла в жизни все и теперь ведет себя как последняя тварь. Новый день для актера действительно похож на новую жизнь. И только тебе решать, как ты ее проживешь, сможет ли твой герой справиться с проблемами, перебороть себя, решиться на неожиданный и безбашенный поступок, сможет ли он выжить в этом непростом надуманном мире. И только скрывшись в кулисах, сойдя со сцены и полностью избавившись от реквизита, ты можешь чувствовать себя собой. И это самое прекрасное чувство. Тебе больше не нужно быть кем-то особенным, чувствовать другого человека и его героя, не нужно анализировать своего партнера, кривить губы в усмешке. Ты можешь быть таким, каким тебе заблагорассудится. И Оливе это очень нравилось. Ей нравился театр, она им жила, дышала и не представляла, как быть без него.

Человеком, который также не мог представить свою жизнь без сцены, был ее лучший друг. Человек, с которым они были знакомы с самого основания театрального кружка в доме искусств. Саша, лучший друг Оливы, был до такой же степени фанатом театра, как и сама девушка. Вместе они часто выступали, их представления были самыми лучшими. У этих двоих голова варила за весь коллектив. Вместе со своей труппой они часто ездили по разным городам и давали спектакли, мюзиклы и многое другое. Ребята очень любили свое дело и ни за что на свете его ни на чтобы не променяли. Но окончив школу, им пришлось все же встать перед выбором своей дальнейшей судьбы. У Оливы все сложилось как она и хотела – она поступила в заветный вуз. А вот у Саши все пошло несколько не по плану, и парень впал в депрессию.

Из глубоких мыслей Оливы вывело резкое торможение, она и не заметила, как они добрались до озера. Все вышли из машины, Олива последовала за ними. Окружал их прекрасный сосновый лес, слегка дул ветерок с озера. Он заигрывал с волосами девушки и заставлял их танцевать, крутя кудри в разные стороны. Девушка осмотрелась по сторонам – везде стеной лес, с одной стороны озеро. Чудесно. Безлюдно. Волшебно…

Олива прогулочным шагом подошла к самому берегу, прошлась по мосткам и замерла от увиденного. Прозрачная гладь озера серебрилась словно зеркало, по нему пробегала едва заметная дрожь от дуновения ветра. Шелестели камыши, вдали взлетала стайка уток, чуть ближе цвели кувшинки. Некоторые из них, еще туго стянутые в бутоны на толстых стебельках, колыхались при едва заметных порывах ветра. В небе плыли невесомые облака, они неторопливо переплывали озеро по небу. Солнце еще стояло высоко над горизонтом, но уже перекатилось за зенит. Небо имело интересный, близкий к прозрачно голубому, оттенок, и не могло не притягивать взгляд. Вода блестела, отливая солнечные лучи и создавая длинные дорожки, расходившиеся рябью.

В воду упал ловко запущенный Люком камень. Звук моментально прервал созерцание Оливы. Оказывается, родители уже занялись заселением, Дэн помогал с вещами. Олива вернулась к ним. Вскоре семья села обедать тем, что было взято из дома, а на ужин сговорились сварить кашу на огне. После обеда мужчины занялись костром, маме позвонила подруга, и она ушла в дом ловить сеть, а Олива с Люком решили прогуляться по берегу.

Они шли по широкой тропинке вдоль озера. Дорога петляла меж деревьев и круто заворачивала иногда вбок. Олива восхищенно оглядывалась по сторонам. Не зря папа давно говорил про это чудесное место. Оказывается, он был здесь еще ребенком. И по его словам, в этой глуши мало что изменилось с тех пор. В этом краю не чувствовалось присутствие человека, его вмешательство. Здесь было тихо и спокойно, природа не была испорчена суетой и человеческой бесчеловечностью.

Все жило, дышало, наслаждалось жизнью. Везде порхали пестрые бабочки, птицы запевали свои любимые мелодии, на дорогах росли цветы, всюду высилась трава и аккуратные кустарнички. Деревья качались в своем ритме, задаваемом ветром, иногда поскрипывали, словно говорили друг с другом. Их ветки при наклоне сильнее задевали соседние кроны.

Олива заметила белку, ловко перепрыгивающую с сосны на сосну. Эта рыжая пушистая красавица ловко перебирала лапками и цеплялась за выступы на коре деревьев, она довольно быстро смогла преодолеть несколько сосен и вскоре скрылась за кронами деревьев.

Девушка вступила на мостки, которые вели через влажную, прибрежную часть леса на мост. Сделав пару шагов, она поняла, что дерево еще сырое после дождя, да и к тому же прогнившее, а сам мост издалека не выглядит крепким. Олива остановилась, отчего Люк уставился на нее.

– Почему мы туда не идем? – спросил он, пытаясь обогнуть сестру, загородившую проход.

– Знаешь, тут как-то скользко. Давай лучше чуть позже сходим, когда подсохнут доски, – предложила сестра брату, поворачивая назад.

– Олива, ну давай пойдем… Неужели ты боишься поскользнуться? Ты же сама говорила, что бесстрашная, – капризно начал упрашивать девушку Люк.

– Я боюсь не за себя, а за тебя, – философски заметила Олива. Она уже хотела было повернуть назад, как раздался насмешливый голос старшего брата за ее спиной. Как же он не вовремя…

– Что за сыр бор, а меня рядом нет? – сзади появился Дэн.

– Тут мокро и скользко, потому мы идем назад! – с намеком ответила Олива, посмотрев брату в глаза и ища его одобрение. Но тот решил сделать все с точностью наоборот.

– Пф, нашла чем останавливать! Настоящие пацаны не боятся падать, да, Люк? – Дэн расценил это как игру и даже подмигнул брату. Видимо, ему хотелось позлить сестру, а возможно, он просто мстил за бодрый утренний подъем.

– Дэн, ты совсем свихнулся со своими понтами? Не разрешай идти Люку, а сам можешь делать что угодно! – не выдержала Олива и, круто развернувшись на носках, сделала пару шагов, как Дэн схватил ее за руку.

– Сестричка, так может пройдемся вместе? Ты, да я, да мы с тобою? – пропел парень слащавым голоском, на что Олива хлопнула его по руке, брат хватку не разжал.

– Вот ещё! – отрезала девушка, но Дэн вдруг резко схватил ее и закинул себе на плечо, держа за ноги, чтобы та не брыкалась. Олива все равно начала сопротивляться и бить его по спине.

– Пусти, гад! – она попыталась ударить его сильнее, но он пресек ее попытку, перехватив руку.

– Тише, успокойся, мы просто проверим мост на прочность, – Дэн оскалился, Олива этого не видела, но все равно шибанула брата по спине.

Брат нес ее перевернутой, а она в это же время пыталась пнуть его или хотя бы укусить. Люк плелся за ними, и тихо смеялся, наблюдая за возмущающейся сестрой.

– Ай, зараза, перестань кусаться! У меня останутся следы! – Дэн поставил девушку на середину моста и потер укушенный сестрой бок. – Дикарка!

– Вот, смотри, ничего и не произошло. Никто никуда не упал. Угомонись. Мост прочный, я спрашивал у отца. Люк, иди сюда, тут красивый вид, – позвал Дэн.

Олива все еще злилась, но постепенно остыла и не стала спорить дальше, с неким опасением она все же взялась за ограду моста и подняла глаза на озеро.

Мост соединял два берега в самом узком месте слияния двух озер, вид с него открывался просто потрясающий. С одной стороны было озеро, на котором остановилась семья, на другой стороне раскинулся водоем побольше, посередине которого находился остров. На острове росли высокие березы, их макушки ритмично качались на ветру. Озёра со всех сторон обрамляли камыши. Под мостом журчала вода под действием небольшого течения. В глубине виднелось множество длинных зеленых водорослей, переплетавшихся друг с другом. Кое-где росли кувшинки, плескались мелкие рыбешки, играясь с солнечными лучами. Птицы летали над озером стаями и обязательно обнаруживали себя громкими криками.

Крыловы как завороженные смотрели на красоту мира, в котором они оказались.