Мёртвый Поход. До Бункера

– Нет, ты чего, я просто по тебе заметил, ты немного выделяешься, скажем, даже своим, я бы сказал, милым и смешным акцентом. – объяснил я.

– Хух, а я усж тупал, что ти шпион. Хоротшо, что ти не он. Ах, та, я припыл к вам ис Колумпии, как мне сказали по опмену. Я отчень хоротшо обрасчаюсь с орусжием, как

с холотным, так и с огнестрельным. Жифу в России уже гот и не могу исправить этот акцент, по которому меня все уснают.

– Да и его не надо исправлять его или прятать, он классный и делает тебя особенным среди всех нас, так скажем менее заурядным как мы и это хорошо. – ответил я.

– Спасипо за такую потершку, теперь точно не путу так старатся его убрать. – ответил он, выходя из машины, когда мы в очередной раз остановились.

Я тоже решил выйти из машины, чтобы подышать свежим воздухом. Как только я вышел из неё, я увидел большие горы, окружающие меня со всех сторон. Огромные глыбы камня, поросшие мхом – деревьями. Серые глыбы пробивались через зелёные дебри растений и высовывали наружу свои остроконечные углы, которые были похожи на какие-то геометрические фигуры. Дорога длинной нитью тянулась вдоль каньона по которому мы ехали. Мы остановились на каком-то привале для проезжих. с разных сторон с гор стекали маленькие ручьи и при малейших обрывах в скале, падали маленькими водопадами и разбивались о камни. Это всё было настолько красиво, что я не мог смотреть на этой просто так, мне надо было запечатлеть это, поэтому я позвал Катю, чтобы она сфотографировала это на свой фотоаппарат.

– Эй, ребята, чего все такие замученные и вялые? – спросил я, вновь садясь в минивен.

– Да чему тут радоваться вообще, уехали далеко от дома, да и ещё непонятно куда и зачем. – ответила Катя.

– Да, действительно, что такие грустные, как будто умирать едим, всего лишь какая-то очередная экспедиция, как для меня. – поддержала меня Света.

– И тчем ты претлагаешь потнять настроение и тонус нам? – спросил Джони.

– Ну, я тут припас одну заначку. – сказал я, потянувшись к своему рюкзаку. – ну она не большая, но на всех хватит.

– Что за заначка то? – спросила Катя.

И тут я достал из своего портфеля небольшой алюминиевый термос, который я брал для чая. Один из них действительно был для чая, но второй – нет. Вместо чая в нём был налит коньяк, никто, кроме меня не знал этого и когда я достал этот термос, все

были в недоумении.

– Это что, коньяк? – спросила Света.

– Да, он самый. Самый лучший напиток, как по мне, для питья. От него не тошнит и очень легко пьется, а самое главное – мягко. Да и на утро после него голова не болит, как от обычного алкоголя. – спокойно ответил я.

– Ооооо, такое я люблю, самое то для начала хорошего похода. – сказала Катя.

– Что такое коньак? – неловко спросил Джони.

– Коньяк – это крепкий алкогольный напиток, произведенный из определенных сортов винограда по особой технологии. Первый коньяк появился во Франции. Своё название он получил от места происхождения – города Коньяк – Франция. – встал и огласил ответ на вопрос Джони Лёша.

– А полее понятней? – спросил Джони.

– Да на, сам попробуй, это как ваши Виски! – сказал я и дала стакан с коньяком Джони.

Он не сильно горел желанием пробовать его, но его интерес взял верх и он одним залпом выпил целый стакан коньяка. Вы бы видели его выражение лица, это что-то с чем-то. Никогда не видел человека столь обескураженным и одновременно удивленным.

– Ухххх, отчень крепко, мне на самом теле отчень понрафилось, хотелось пы пофторить. – с непонятной веселостью сказал Джон.

– Да, конечно можно, но у нас его мало. – ответил я.

– Теперь надо, чтобы все согрелись. – сказал я и разлил каждому из присутствующих этот прекрасный напиток.

Все мы выпили и он подействовал и стало достаточно тепло. И да, про Лёшу, как вы заметили, он всё также отстаивал свой статус интеллектуала даже в обычных разговорах. На самом деле он очень интеллигентный парень, и это похвально, всегда держать планку хорошего человека – это не плохо всегда, он всегда следовать правилам и никогда не нарушал их. Создаётся впечатление, что он не человек, а какой-то самый настоящий киборг. Не понимаю, кто мог выйти за него замуж? Хм, видимо, он ей очень понравился.

Под этот прекрасный напиток мы не заметили, как пролетело уже 3 часа нашей поездки. Доехали мы до деревни Кубайка. Так как этот минивэн был очень старый, он решил нас подвести и, как раз, когда мы уже остановились у этой деревни и прогулялись по остановке, он просто-напросто не захотел снова заводится. Я почему-то так и думал, что наше приключение не обойдется без каких-либо ситуаций, которые будут тормозить нас. Мы решили пойти и посмотреть, что находится в посёлке. Мы зашли в него, прошли буквально пару улиц и наткнулись на маленький магазин. Это был синий ларёк с надписью “Продукты”, по всей видимости, он был один на всю деревню. Там мы и решили закупиться провиантом на оставшееся время дороги.

– Можно нам 4 булки хлеба, 2 бутылки воды и 10 банок разных паштетов. – сказал я, облокотившись о прилавок.

– Конечно, можно. – сказала продавщица. – А куда это вы собрались? Покупаете столько еды, да и ещё незнакомые лица к тому же, а то в этой деревне уже всех знаю. Да и какие-то непонятные большие рюкзаки у вас за спинами. Небось в экспедицию в этот проклятый бункер отправились, который тут недалеко в горах расположен? А что стало с теми славными ребятами, которые буквально месяца два назад покупали у меня здесь еду? Они что, погибли? А я им говорила, не ходите вы в этот бункер, только зла наживете или ещё что хуже – смерть встретите, и это же самое говорю вам я, не ходите туда! – добавила она.

– Мы не можем рассказать вам об этом больше того, что они и вправду умерли, точнее пропали без вести. Вы не должны этого знать, это конфиденциальная информация! Погодите, вы знаете что-то про бункер в этих горах? Вы можете нам рассказать, чтобы мы представляли, куда мы идем? – ответил ей Леша.

– Да, я знаю про бункер только то, что в деревне говорят будто место какой-то силы, тёмной энергии, материи. Говорят, что там обитаю злые духи, но это говорят местные жители, скорее всего, чтобы дети их туда не ходили, а то он вот, не так уж и далеко находится. А так, из фактов, ну то, что он русский и всё. Наверное, знаю, не больше вашего. – ответила нам продавщица.

– Спасибо, что рассказали это нам. Сколько с нас за еду? – спросили мы.

– 542 рубля с вас, тут всё в достаточном дефиците, поэтому, не удивляйтесь таким ценам. – сказала она, складывая наши покупки в пакет.

– Вот вам деньги, спасибо, до свиданья. – сказала Света.

– Это вам спасибо за покупку, хорошей экспедиции. – ответила вслед нам продавщица.

Мы решили следовать указаниям и идти по карте, которую нам дали ещё в офисе. На ней было помечено то место, куда мы должны были прийти, то есть сам бункер. Мы направились к этому месту по нашему навигатору, который повел нас в какой-то густой и темный сосновый лес. Деревья были очень высокими, они буквально уходили вверх своими кронами, состоящих из крохотных иголочек. Под ногами у нас всегда были камни, поросшие мхом и усыпанные шишками вперемешку с иголками. Сначала мы шли просто по ровному лесу, но в какой-то момент мы начали подниматься вверх, потом опять спускаться и, снова подниматься. На наших часах было 14:00, но почему-то солнце уже начинало уходить за горизонт.

– Так, стоп. Почему так рано темнеет? – в недоумении спросил я.

– Ах, да, мы же забыли перевести время на местное. А это +4 часа к Московскому. Поэтому сейчас и начинает темнеть, так как уже не 14:00, а 18:00. – ответил Лёша.

– Ух, ладно, переводим часы и дальше в путь. – сказала Катя.

Мы перевели часы на местное время. Мы снова обратились к навигатору, на нём было написано, что идти нам оставалось ещё 4 часа. Не знаю, про какой бункер говорила та продавщица, раз она сказала, что он недалеко от деревни, но, возможно она перепутала или это навигатор повёл нас по самому длинному пути, ну да кто его знает, он же машина.

Шли мы по этому лесу достаточно долго, уже около 3 часов и наконец вокруг нас резко начало темнеть, так как времени было уже 21:00. Мы выбились из сил и решили сделать привал. Хоть и прошли большую часть своего пути и понимали, что осталось совсем чуть-чуть и будем на месте, мы настолько устали, что дальше идти уже просто не могли. Я предложил уже своим друзьям разбить лагерь тут, на небольшой поляне, пока ещё не стало сильно темно, но мы увидели маленькие огни вдалеке и, естественно, пошли на них, чтобы узнать, что там. Шли мы около 10 минут и наткнулись на облезлый, ржавый, поросший мхом знак, на котором было написано смазанными от дождя буквами: “Гольянцево”. Это был знак населённого пункта, по всей видимости, с названием “Гольянцево”. Пройдя немного ближе к этим огням, мы увидели маленькую деревню, состоящую из одной единственной главной улицы.

Решив, что тут и можем переночевать, мы решили постучаться во все дома, которые были в этой деревне. Их было немного, примерно 17 дворов. В поисках ночлега, мы не заметили, как вокруг стало совсем темно, ночь спустилась на землю и окутала всю деревню и её жителей, до которых мы так и не достучались. В окнах горели лампы, свечи, какие-то люстры, но, когда мы стучались, они просто гасли, свет просто выключался и нам никто не открывал. Вскоре мы обошли все дома, но в ни одном из них нам не открыли, все лампы и свечи были потушены и мы остались в кромешной темноте. Мы включили свои фонарики и пошли дальше, дойдя до той полянки, от которой пришли, решили разбить лагерь, чтобы уже спокойно встретить завтрашний день и с новыми силами наконец-то дойти до пункта назначения. Наш лагерь располагался недалеко от маленькой речки, журчание которой наполняло нас всех силами и одновременно расслабляло.

Разбив наш палаточный городок, мы решили развести костёр, чтобы погреться перед тем, как лечь спать. Пока мы с Лёшей пошли за хворостом для костра, Джони, Света и Катя начали разбивать палатки. Мы отошли всего на 15 минут, чтобы обойти территорию в поисках сухих веток, но когда мы пришли, палатки уже были поставлены, а Света и джони ходили вокруг них с криками:

– Леша, Максим! Вы где?

– Да тут мы, тут! – отвечали мы.

– Вы куда пропали? Мы думали, что вы заблудились! Почему не отзывались? Зачем вы так делаете? – истерическим голосом спросила Катя.

– Да как так? Никто нас не кричал и не звал, мы пробыли в лесу всего каких-то 10-15 минут. Зачем такую панику наводить, если нас нет всего 10 минут? Если вы не умеете считать время, то это не мои проблемы! – агрессивно ответил я.

– Да что ты такое говоришь? Каких 10 минут? Вас не было 2 часа, вы время видели? Уже 23:13, вы где были всё это время? – с удивлением спросила Света.

– Как 2 часа? Не может такого быть! Мы были там всего 10 минут и пришли обратно, да Лёша? – ответил я.

– Так и есть! – сказал Леша.

– Дак токда посмотрыте на часы, которые у фас на руках! – крикнул Джони.

Мы посмотрели на свои часы и правда, времени было уже 23:13. В наших глазах застыло ужасное удивление. Мы просто не помнили, что мы делали эти два часа? Ну

это же просто не поддается никаким объяснениям. Что вообще с нами произошло? – такие вопросы крутились у меня в голове.

Это никак нельзя объяснить. Я просто не понимаю, что происходит, как будто мы просто пропустили момент времени длиною в два часа. Не знаю, где мы находились всё это время, может быть мы были в другом измерении, в другом мире, если такое вообще возможно. Моя голова просто разрывается от непонимании, но надо срочно взять себя в руки и успокоится.

Немного погодя я всё-таки успокоился, а пока я приходил в себя, мои коллеги пытались развести костёр и, слава богу, у них это получилось. Я лежал у себя в палатке и услышал треск углей. Это меня сразу подбодрило и я решил выйти, чтобы немного погреться и насладится этой что ни наесть настоящей атмосферой экспедиции. Я вышел из палатки. Костёр трещал и создавал вокруг себя круг, состоящий и горячего, сухого воздуха. Я присел и начал наслаждаться всем происходящим вокруг меня, буквально забыв про недавнее событие. Костёр – это то, что меня по-настоящему успокаивает, что заставляет чувствовать себя защищенным, чувствовать себя дома. Тело и вместе с ним уют исходили из самого центра этого чуда, из тех самых чуть трещявшых красных угольков, от которых и шло само пламя. Оно перекидывалось с палки на палку, на каждую хворостинку, которая лежала на этом пепелище, создавая новое пламя, которое было настолько ярким, что в иные моменты слепила меня. Оно слепила меня не столь своей яркостью, сколь красотой, той поистине живой красотой, которая находилась в нём, эти яркие краски оранжевого и красного цвета сливались воедино в пламени, из которых состоит огонь, и завораживали.

– Как это красиво, правда, очень красиво. А вы заметили этот цвет пламени, он очень успокаивает, не так ли? – спросил я.

– Да, он завораживает. Такой яркий и тёплый, словно закутываешься в плед и сидишь с горячим чаем, которого у нас к сожалению нет. – ответила Катя.

– Да как нет? Всё есть, и чай и что покрепче. Вам чего? – спросил я.

– Мы бы чаю и чтобы тёплый, с лимончиком. – сказала Катя.