Почти Целитель 1-2

Казалось бы, легкий выбор: Среднее лечебное заклинание Ваня в списке, вывешенном на стенде в Магической лавке, видел. В том, над которым крупными буквами выведено: все по двести рублей. А зелье на +3 к Первичной Характеристике две тысячи стоит, да еще и действует это зелье на мага лишь однократно. Разница по деньгам в десять раз! Только далеко не все так однозначно. Дело в том, что между заклинанием, подаренным Системой и точно таким же по названию заклинанием, выученным самостоятельно, огромная разница. Подарки или награды от системы и действуют куда эффективнее, и маны потребляют меньше, но самое главное, они масштабируемые, то есть могут развиваться вместе с магом, переходя в конечном итоге на следующую, более высокую ступень. О таком их свойстве и Григорий Элевич на своих семинарах рассказывал, и Ваня в книжках, в библиотеке, о примерах подобных метаморфоз читывал. А Большое лечебное заклинание — это уже конструкт из разряда стратегических. Его ни за какие деньги не купишь. Маг, овладевший таким заклинанием, сразу переходит в когорту сильных мира сего. Жить-то все хотят, а таким заклинанием владеет на всей Земле хорошо если десяток Целителей. Словом, Ваня выбрал улучшение заклинания. Дух он и сам, каким-нибудь образом прокачает.

— Кадет! Потрудитесь встать, когда с вами офицер разговаривает! — Из хлопот с Системой Ивана выдернул противный и пронзительный фальцет жандарма, стоящего перед сидящим на снегу Ваней. — Кто вы такой и что делаете поблизости от места преступления? — Уже тоном потише, но все так же требовательно вопросил он, когда Лудильщиков с трудом поднялся на ноги.

— Учащийся первого курса Летного училища, Иван Лудильщиков, — доложился Иван, чувствуя, как противная слабость постепенно оставляет его тело. — Оказал магическую помощь пострадавшей женщине.

— Какую помощь может оказать учащийся ПЕРВОГО курса ЛЕТНОЙ академии? — Въедливым тоном снова спросил жандарм, выделяя голосом замеченные им несуразности в ответе студента. — И ответьте, наконец, что вы здесь делали, вдали от вашей академии.

— Владею Малым лечебным заклинанием. Направлялся в Магическую лавку на предмет закупки необходимых для учебы материалов.

— Боюсь, что я вынужден вас задержать. До выяснения, так сказать.

И Ивана Лудильщикова под конвоем отвели в жандармское отделение, где и мучили допросами, пока его, совсем уж обессиленного, не вызволил из застенков поздно вечером этого дня куратор Ваниного курса, Вениамин Яковлевич Завгородних. Ни за каким зельем Иван, разумеется, уже не попадал.

Начало учебного дня на следующий день совпало для Ивана с вызовом в кабинет ректора. Оказывается, вчера того немало напрягли по поводу его студента посланцы из жандармского управления. Они вытрясли практически все сведения об Иване, какие только были известны администрации и даже затребовали разрешения на обыск Ваниного места жительства в общежитии. Разумеется, в обыске им было категорически отказано, иначе ректора самого бы не поняли не только студенты, но даже преподаватели. Вот только, семена сомнений, посеянные деятелями в лазоревых мундирах в сознании ректора академии, дали свои ядовитые всходы.

— Проходи, Лудильщиков! Да не стой столбом, присаживайся! — Приветствовал Ивана ректор, когда тот, несмотря на предварительное извещение секретаря для вежливости постучался в дверь ректорского кабинета. — Очень много хлопот доставила мне твоя вчерашняя прогулка в город.

— Я ни в чем не виноват, господин ректор! Просто оказался в неудачное время в неудачном месте. — Твердо отвечал Иван, заранее продумавший свою линию поведения по данному вопросу.

— Ага, ага! — Покивал головой сей достойный начальник. — Только каким образом ты смог лечить, если учишься на летуна. Или у тебя внезапно оказался открытый Класс Целителя?

— Система дала мне какой-то Класс, господин ректор, вот только у нее в этот момент произошел, очевидно, какой-то сбой и вместо названия класса там значатся какие-то закорючки. Но прибавки этот Класс дает в Интеллект и в Дух. Очевидно, что это что-то — магическое. А заклинание Малого лечения я просто выучил. Полезное же. В жизни пригодится.

— Вон оно что! — Протянул ректор задумчиво. В принципе, все сходится. Малое лечение — заклинание первого уровня и любой маг мог ему обучиться. Интересно, что же скрывается за теми закорючками, вдруг, какая редкость?

В конечном итоге Ваню все же отпустили и даже не ругали слишком строго, но напутственное предупреждение все же выдали:

— Постарайся, Иван, чтобы я больше не слышал о тебе иначе как об успешном студенте. А то… сам понимаешь….

Следующий раз поход в город аукнулся Ване, когда он набирал на свой поднос еду во время обеда в столовой. Там его подловила Татьяна. Она отозвала его вместе с подносом в сторонку и выдала:

— Ну и гад же ты, Лудильщиков!

— Ты это о чем? — Недоуменно спросил подругу парень. Он-то думал, что ему снова придется рассказывать о своих вчерашних приключениях.

— Ты почему вчера ко мне в общагу не пришел, когда Пелага к вам в комнату намылилась?

— Так бы меня к тебе и пустили. На входе у вас такая церберша сидит, кого хочешь загрызет. Опять же не одна ты оставалась в комнате. Вы же тоже по трое живете.

— С Дуськой бы я договорилась, но ты же без меня в город пошел!

— А я что, всегда теперь обязан туда с тобой ходить? — Вспылил Иван, нервы которого еще со вчерашнего дня были не в порядке.

Короче, разругались вдрызг на потеху всей академии, ведь из-за столов на них глазело немало народу.

Ну и, последней вишенкой на торте стал вызов Ивана после занятий к будке охранника.

— Лудильщиков, там к тебе пришли! — Крикнул громко в коридоре кто-то из студентов, кого охранник попросил известить Ваню об ожидавшем того на КПП посетителе. Пришлось Ване, чертыхаясь, натягивать верхнюю одежду и топать к выходу с территории академии.

Возле будки охранника Ваню встречал мужчина средних лет, одетый в длинное пальто с каракулевым воротником и каракулевую же папаху. Его глаза на открытом, вызывающем доверие лице, смотрели цепко и как-то изучающе.

— Гауф Теодор Иоганнович, главный врач Царскосельской городской больницы. — Представился он Ивану, протянув руку для рукопожатия. — Скажите, молодой человек, это и вправду вы лечили госпожу Иноземцеву?

— Простите, Теодор….

— Иоганнович, — Еще раз повторил свое отчество пришедший на встречу с Иваном доктор.

— Да, Иоганнович. Я не знаком с госпожой Иноземцевой.

— Это та девушка, которая пострадала вчера во время нападения на карету Московского обер-полицмейстера князя Львова.

— Если речь идет о девушке, раненной убегавшим террористом в грудь из револьвера, то да, ее лечил я.

— Тогда у меня к вам есть важное дело, господин Лудильщиков.

— Весь в внимании. — Ваня изо всех сил пытался произвести приятное впечатление на собеседника. Не хватало, чтобы еще и этот господин отправился к их ректору с жалобой.

— Не согласились бы вы поработать у нас в больнице.

— Боюсь, вы неправильно понимаете мое положение, господин Гауф. Я студент первого курса Летного училища. С утра и до двух часов пополудни мое время полностью занято учебой. У меня нет ни времени, ни возможности работать у вас. Опять же, чтобы лечить, нужны же какие-нибудь документы. — Про документы Ваня знал точно, не зря до Летного училища работал по вечерам добровольцем — санитаром в Сарапуле.

— Документы не проблема, если вы, в самом деле, сможете лечить наших больных на таком же уровне, как в случае с госпожой Иноземцевой.

— Остается проблема с моим свободным временем и разрешением со стороны нашей администрации.

— Хотя бы по два — три часа по вечерам и то уже хорошо. Единственный на все Царское Село Целитель принимает у нас самых тяжелых больных тоже по два часа, да еще и всего два раза в неделю. А практиканты из вашей академии появляются только летом. Да и уровень их лечения… — господин Гауф поморщился, очевидно, вспомнив неприятный случай с практикантами.

— Осталось убедить нашего ректора. А, да, есть же еще одна проблема: по договору с академией я вынужден сдавать каждый день почти всю ману. В случае с девушкой у меня в кармане отыскался накопитель, куда я сбрасывал остающиеся в моем распоряжении крохи маны почти за все время учебы. Теперь этот накопитель пуст.

— Мда! Своих накопителей с маной у меня нет. — Призадумался главврач. — Хотя, постойте, вы говорите, что каждый день сдаете свою ману училищу?… У меня будет, о чем договариваться с вашим ректором. Но предварительно я хотел бы окончательно договориться с вами. Предлагаю вам работу по будням в течение двух или трех часов по вечерам в качестве целителя. Оклад могу предложить… ну, скажем пятьдесят рублей в месяц.

— А я возьму и соглашусь. Только давайте, вместо денег вы мне будете платить новыми заклинаниями. Одно второго уровня или два первого. Так было бы и вам проще и мне выгодней.

— Хм. Думаю, такую оплату я смогу устроить. Господин Штольц, владелец Магической лавки входит в число наиглавнейших городских меценатов. Осталось отпросить вас у руководства и обеспечить маной. Если все у меня с моими планами получится, я навещу вас завтра. — Они еще раз пожали друг другу руки в знак заключения предварительного устного договора о намерениях и разошлись по своим делам.

— Ой! Иван! Я совсем забыл тебе сказать, что Поля вчера просила тебя связаться с Татьяной. Ты вчера так быстро убежал, что она не смогла этого сказать тебе лично. — Поздно спохватился Васька.

— Да все нормально. Мы с Татьяной уже обо всем поговорили. — Не рассказывать же Василию, что с Танькой он разругался. Так Васька обязательно начнет расспрашивать про подробности, а у Вани сейчас голова совсем другим занята.

Иван улегся на свою кровать и принялся вспоминать в подробностях состоявшийся разговор. Хорошо было бы, если все срослось, как надо. Помнится, от целительства в Сарапуле у него Дух хорошо рос, да и очки опыта быстро прибывали. Лишь бы насчет накопителей с маной этот самый Гауф договорился. А еще заклинания новые можно было бы получить. Вдруг там есть что-то получше объявленных на стенде. Ваня сам не заметил, как уснул. И снилось ему, что некий немец, как две капли воды похожий на их сарапульского Шульмейстера выкладывает перед Ваней один за другим листки с описаниями доступных для изучения Ваней заклинаний. А заклинания — одно другого круче. Тут и молния с огненным копьем и целый список лечебных заклинаний. А потом Шульмейстер, хитро улыбнувшись, выложил перед Ваней еще один листок, на котором в заголовке крупными буквами было написано: Полет. Заклинание третьего уровня.

Уровень 9.

Очки опыта\ до следующего уровня:6994\25600

Класс: Целитель; Вторичный Класс: Химеролог.

Основные характеристики:

Сила 15

Ловкость 20 (20)

Выносливость 21

Интеллект 28

Дух 27

Свободные очки Первичных Характеристик 5

Ловкость достигла первого барьера Характеристик, присущего вашей расе.

Дополнительные характеристики: Удача 12; Восприятие 9; Харизма 2; Меткость 4; Скрытность 2.

Навыки: открыть для просмотра

Мана 270\270

Магические конструкты: открыть для просмотра

Заключен двухлетний контракт с Рассейским Летным училищем, согласно которому надлежит ежедневно сдавать на нужды училища 95 % единовременного максимального объема маны (на данный момент 257\270). Срок контракта 2 года. В случае систематического нарушения условий контракта возможна санкция со стороны Системы.

Глава 12

На учебу в то утро Иван шел в сильно приподнятом настроении. Возможно… да что там возможно, обязательно! Сегодня к Ване вновь придет господин Гауф и объявит о том, что он все уладил, со всеми договорился, и Ваня может приступать к работе целителем в их городской больнице.

Время шло и уже перевалило за полдень, а главврач все не появлялся. А потом и занятия закончились. Ваня заторможено плелся с последнего занятия и предавался самым мрачным сомнениям.

— Что, Лудильщиков, ты уже насушил сухарей? — Внезапно спросил его Никита Огарев, настоящий князь и вообще один из самых главных мажоров их курса. Он стоял у окна, как всегда, в окружении двоих своих приятелей и нескольких девчонок из числа будущих медиков.

— Каких сухарей? — Недопонял Ваня.

— Обычных сухарей. Их всегда будущие каторжане сушат. Тобой же охранка заинтересовалась, значит для сухарей, думаю, уже самая пора.

Приятели-прихлебатели дружно рассмеялись на шутку патрона, а девчонки вообще жадно пожирали Ваню глазами. Наверняка, сплетня про Ваньку каторжанина завтра будет самой повторяемой не только среди летунов, но и медиков тоже.

— Знаешь, КНЯЗЬ, — Ваня выделил голосом титул своего недруга. — Я до сего момента думал, что базарные сплетни только бабы распространяют.

— Да ты!… — Огарев никак не мог подобрать подходящие случаю слова, чтобы припечатать ими обнаглевшего простолюдина. — Все, Лудильщиков, ты нарвался. Горько жалеть будешь, что пасть раззявил на дворянина. И никакой Башенин тебя не спасет.

— Ага, буду жалеть. — И Иван индифферентно побрел дальше. На сегодняшний день у него другие проблемы, а угрозы князя…. Пакостить, конечно, попытается, но на что-то серьезное вряд ли решится.

— Слушай, Вань, — пристал к нему Васька, как только они зашли в свою комнату. — У меня к тебе личный вопрос имеется. Можно?

— Валяй! — Разрешил Иван, плюхаясь на свою кровать.

— Совсем интимный вопрос?

— Да рожай уже быстрее! — Что поделаешь, настроение снова ни к черту.

— Что ты такое делаешь, что женщина на небо улетает? Какое-то заклинание специальное?

— Не понял. Это ты о чем? — Ваня даже приподнялся, чтобы видеть соседа, настолько его заинтересовал разговор.

— Твоя Татьяна моей Поле хвасталась, как ты на нее воздействуешь. Моя настолько прониклась, что даже мне поручила тебя расспросить.

— А-а, вон ты про что. Да все просто! Включаешь Ментальную Связь и ощущаешь взаимное удовольствие.

— Погоди, ты что, все это дело под заклинанием делаешь? Ну, ты монстр!

— Это ты сейчас оскорбил или похвалил, что-то я не понял.

— Восхитился. Мы с Пелагеей свою Ментальную Связь только для отправки коротких сообщений используем. Мана слишком быстро расходуется. — Васька, по глазам видно, что расстроился.

Неужели у других настолько низкие показатели Духа? Ваня попытался припомнить, что он слышал о Характеристиках своих знакомых. Вроде, Танька говорила про четверку в Духе. Теперь, после зелья, стало быть, пятерка. Да, не густо. Интересно, как у других ее подружек? Может, спросить? Не! Лучше не стоит. Непонятно с чего, но разговор о личных Характеристиках, Классах и прочих возможностях, предоставляемых Системой, у людей стал очень интимным моментом. Не зря даже Васька, который очень часто запросто плюет на правила, дважды переспросил, прежде чем задать свой вопрос о возможно известном Ване заклинании доведения женщины до экстаза.

Ладно, раз пока главврач не идет приглашать Ваню на работу, стоит потренироваться в изученном ими сегодня на занятии заклинании. Вроде бы, ничего особенного. Ветродуй, обычное воздушное заклинание первого уровня. Только вся соль в том, что для летунов это заклинание может оказаться последним, что отделяет их жизнь от смерти. И это ни разу не метафора. Артефакты воздушного потока, используемые на дирижаблях в качестве основных двигателей, хоть и исключительно редко, но выходят из строя, и тогда единственным, что сможет спасти воздушное судно и довести его до своей причальной мачты, становится воздушный маг с этим вот простейшим заклинанием. А еще в воздушном бою, хотя пока в мире и зафиксированы лишь единицы боевых столкновений дирижаблей между собой, это же самое заклинание обеспечивает дополнительную маневренность. А вожделенное для Вани заклинание Полета, в отличие от Ветродуя, всего лишь служит признаком статуса воздушного мага. Знаком, отличающим истинного воздушного аса, каких мало, от обычной воздушной «серой скотинки».

Так Иван и работал в качестве вентилятора, пока не раздался стук в дверь их комнаты. «Ура! Пришел все-таки господин Гауф!» — пронеслась мысль в голове, пока спешил к двери, чтобы ее открыть. Но на пороге обнаружил всего лишь Сашку Башенина, а вовсе не главврача с разрешением на работу.

— Иван, я пришел к тебе серьезно поговорить! — С порога начал, действительно серьезным тоном, его земляк.

— Проходи! — Отступил в сторону от дверного проема Ваня, пропуская Башенина в свою комнату.

Ваня усадил гостя за стол, сунул ему в руки чашку со свежезаваренным чаем и придвинул поближе тарелку с печенюшками, закупленными Василием накануне у одной из уличных торговок, которые временами приносили продукты своего кулинарного творчества к воротам академии. Сам тоже с чашкой чая уселся напротив.

— Иван, — снова начал свою речь старший Ванин товарищ. — Ты понимаешь, что принародно оскорбив князя Огарева, ты не оставляешь ему никакого выбора?

— Он сам первый начал. — Принялся оправдываться Лудильщиков, которому и самому не нравилась получившаяся ситуация.

— Похоже, ты не понимаешь всех нюансов вашей ссоры. — Принялся разъяснять Башенин. — В высшем обществе, к которому принадлежит Никита, все очень стандартизировано и завуалировано. Любой взмах веером барышни, любой цветок в букете кавалера, несут массу информации. Нас всех этому учат с самого детства. Ты знаешь, что у дворян существуют два повода к дуэли, при которых обычное примирение признается марающим понятие чести? Может, угадаешь, какие?

— Откуда я знаю! — Отозвался Иван, которому вовсе не нравилось, к чему клонил Сашка.

— Всего два повода: сравнить дворянина с простолюдином и усомниться в его мужественности. — Башенин сделал паузу и посмотрел Ване в глаза. — Ты одной своей фразой умудрился пройтись по обоим.

— И что теперь мне делать? — Ване страсть как захотелось вернуться на чуть-чуть в прошлое, чтобы исправить допущенную грубую ошибку.

— А ничего уже сделать нельзя. — Как-то обреченно ответил сын их градоначальника. — Формально, ты можешь прилюдно извиниться перед князем за оскорбление. Проблема в разнице ваших статусов. Он даже на дуэль тебя вызвать не может, пока ты офицерское звание в конце учебы не получишь. При принесении извинения простолюдин должен встать перед аристократом на оба колена, склонив голову. Только тогда вступит в действие другой неписаный закон: ты навсегда потеряешь свою честь. С тобой даже разговаривать для благородных будет считаться недостойным делом. Разумеется, при таком варианте событий, администрации училища не останется другого выбора, кроме как исключить тебя из рядов учащихся. Ты же не пойдешь на такое?

— Ни в коем случае.

— Вот и я о том же. У Никиты осталось два варианта: дожидаться окончания тобой нашего училища, терпя все это время умаление своей чести и предоставляя недругам рода прекрасную возможность унизить род Огаревых еще больше, и тогда уже вызвать тебя на дуэль, или попросту подослать людей, чтобы те втихую разобрались с тобой. И как ты думаешь, что для него будет проще сделать?

Башенин давно ушел, а Ваня все сидел молча, уставившись остановившимся взором в никуда, и раз за разом проигрывал в своем сознании только что состоявшийся разговор.

В этот день господин Гауф так и не появился. Как не появился он и в день следующий. Ване стало понятно, что с надеждами на быструю прокачку можно проститься. Начал примиряться он и с возможными проблемами со стороны рода Огаревых. Только повесил над своей кроватью самодельную мишень, да стал по несколько раз за вечер тренировать свою Меткость при помощи пучка дротиков. Раз уж Система так все устроила, что тренируясь в детской игре, он может странным образом научиться метко стрелять из огнестрельного оружия, нужно этим пользоваться. Может, и в самом деле, придется через год с небольшим сойтись на дуэли с прирожденным аристократом, а у них тренировки Характеристик возведены едва ли не в культ.