Смертник из рода Валевских-2

Я посмотрел на Злого Инженера другими глазами — верный раб Крепости постепенно превращался в классического интригана. Имел свои тайны, посвящал в них крайне нежелательно, и делал всё, чтобы тайны оставались тайнами как можно дольше. Хотя по поводу церковников я был согласен полностью. Отец Нор считался достаточно прогрессивным и в чём-то новатором, но даже он всеми лапами держался за укоренившиеся порядки. Узнай он о новых камнях… Злого Инженера трогать не будут, а вот меня разберут на составляющие, лишь бы понять принцип получения. Оно мне надо? Значит, молчим.

На завтрак я почти опоздал, но «почти» не считается. Наспех затолкав в себя еду, я проглотил её почти не жуя, после чего полетел на занятие. Однако общение с красивыми девушками сегодня явно не ограничились одной Урсулой — вместо тёмных тварей меня встретила Тарра Лойд.

— Доброе утро, смертник Макс, — улыбнулась женщина, заставив меня осмотреться. Остальной группы не было, хотя номер аудитории был верен. Чувствуя подвох, я попятился, чем едва не опрокинул отца Нора, внезапно выросшего за моей спиной словно гриб после тёплого дождя.

— Сегодня состоится твой выход в свет, — проинформировал меня церковник. — Тебе подобрали одежду. Одевайся, мы оценим, нужно ли изменять рукава, чтобы скрыть катары.

Один из служителей Света притащил одежду — довольно пышный и нарядный костюм. Другой доставил модные сапоги, пояс со шпагой и даже шляпу. Никогда не был модником, так что понятия не имел, насколько актуален текущий фасон в современных реалиях, но не отметить качество ткани не мог. У жены старшего брата платья были проще, чем мой текущий костюм.

Посмотрев на Тарру, я понял, что преподаватель даже не думает отворачиваться. Наоборот — с интересом смотрела за тем, как я раздеваюсь. Пришлось снимать всё — мне даже новое исподнее принесли. Шёлковое, гладкое, приятное на ощупь и до одури неудобное. Оно забивалось туда, куда забиваться категорически не должно.

— Ему необходим брадобрей, — заявила Тарра Лойд, рассмотрев меня со всех сторон. — Такие редкие усики и неаккуратная бородка будут вызывать лишнее внимание. Вначале смех, а затем раздражение — что такой неряшливый человек забыл на этом мероприятии. По-хорошему его вообще в человеческий вид нужно привести. Сейчас он больше смахивает на крестьянина, внезапно забравшегося в хозяйский наряд. Насколько я поняла, ваша задача заключается в том, чтобы он растворился среди приглашённых?

Я застегнул пояс и посмотрел на своё отражение — граф, не меньше! Спина автоматически выпрямилась, вынуждая меня вспомнить все уроки, касающиеся норм поведения и тому, как правильно себя стоит держать в обществе равных.

— Брадобрей будет после обеда. Вас проинформировали, что нужно сделать?

— Сопровождение, появление, приветствие, три танца, — подтвердила Тарра Лойд. — Вы будете присутствовать на занятии? Нет? В таком случае, прошу нас оставить. Мне выделили всего четыре часа, чтобы разобраться со всеми недочётами.

— Сопровождение? — удивился я, когда мы остались вдвоём.

— Разве ты не знал, что появляться на мероприятии в одиночку — признак дурного тона? Так поступают лишь задиры. Те, кто ищет драки. К таким гостям всегда пристальное внимание, а мы, как ты понимаешь, должны избегать внимания. Поэтому меня попросили сегодня составить тебе компанию. Отправлять на празднование дня рождения дочери посредственного барона целую дочь герцога нельзя. Могут не так понять.

— В таком случае внимания там точно не избежать, — я только сейчас понял, что наставница облачена не в обтягивающий комбинезон, а в пышное нарядное платье.

— Почему? — Тарра настолько картинно похлопала глазами, что у меня в одном месте зачесалось. Женщина была не просто великолепна — она была идеальна!

— Потому что как только вы появитесь на встрече, тут же станете центом всеобщего внимания. Лишь евнухи и полные импотенты смогут устоять перед вашим очарованием.

— Евнухи и импотенты… Право, Макс, вы умеете развеселить даму, — рассмеялась Тарра, отчего моё шёлковое исподнее пришло в движение. Столь чарующих звуков я не слышал в своей жизни никогда. Проклятье! Соберись, Макс! Ты что, женщины никогда не видел? С чего вдруг слюни распустил, словно малолетка?

— Благодарю за комплимент, — девушка смахнула появившуюся слезу и откашлялась, становясь серьёзной. — Но вообще ты прав — одна из моих задач заключается в том, чтобы забрать всё внимание на себя, позволяя тебе заниматься делом. Давай начнём? Прежде всего, нам нужно научиться держаться вместе. Ты должен перестать дрожать, когда я тебя касаюсь. Это важно.

— Перестать? — я нацепил на себя зеркало, замыкая эмоции. Сердце продолжало бешено колотиться, но внешне я оставался спокойным, как отец Нор. — С чего вы решили, что я вообще дрожу?

— Потому что я чувствую твой пульс, — прошептала мне на ушко Тарра таким томным голосом, что я непроизвольно сглотнул. Эта женщина не просто была красива, она прекрасно это понимала и пользовалась своим даром сполна.

— Сердце контролировать ещё не научился, — виновато улыбнулся я.

— Что очень плохо, — Тарра отступила от меня на шаг. — Контроль над эмоциями должен быть не только внешний, но и внутренний. Постарайся успокоиться и давай повторим ещё раз. У тебя минута, чтобы успокоить свой разбушевавшийся организм.

Зеркало не помогало — чары, которыми обладала Тарра, находились за пределами возможностей обычного человека. Я несколько раз глубоко вдохнул и убрал зеркало, оставшись в состоянии боевой медитации. Передо мной не женщина, что является прекраснейшей из всех, кого я знаю. Передо мной опасный противник, способный захватывать разум и пользоваться своими чарами. Почему-то вспомнился Злой Инженер со своим вечно недовольным лицом. Вот кто точно умел держать себя в обществе красивых дам. Почему он может, а я нет? Я что — хуже тёмного? С чего вдруг?

— Пробуем ещё раз? — Тарра сделала шаг вперёд и прикоснулась ко мне рукой. Я поднял на неё отрешённый взгляд, отмечая идеальность кожи. У обычных людей такой не бывает. То тут, то там мелькнёт какая родинка, царапинка, волосинка. Но не здесь — Тарра была идеальной во всём. И именно это помогло мне сохранить спокойствие — передо мной не человек. Так какой смысл дрожать от вожделения не человека?

— Надо же, у тебя начинает получаться, — моё ухо обдал горячий воздух губ преподавателя и весь контроль просто смело. Сердце вновь начало колотиться с чудовищной скоростью, а Тарра заливисто рассмеялась. — Не удержал! Минута на отдых и продолжим! Уверена, ты справишься!

Два часа. Мне потребовалось два часа, чтобы начать ощущать себя рядом с Таррой достаточно уверенно, не заглядывая ей в рот. Дальше всё пошло гораздо легче — танцы, приветствия, походы под ручку, отработали даже момент, когда я должен подойти к толпе, которая обязательно соберётся вокруг моей спутницы, чтобы избавить её от излишнего внимания. Последний час я наслаждался тем, что в моих руках изгибалась идеальная женщина, понимая, что вечером меня ждёт холодный душ, чтобы хоть как-то сбить вспыхнувшую в груди страсть. С момента, как я стал смертником, Тарра оказалась первой женщиной, что просто была рядом и радовалась этому факту. Она не держала дистанцию, как другие преподаватели, не демонстрировала своё презрение к смертнику, как одногруппницы, не задирала высокомерно нос, как Фарди. Она просто была совершенством, позволяя находиться рядом с собой и не требовала ничего взамен.

— Раздевайся, — приказал какой-то церковник, явившись за мной спустя четыре часа. Я вновь заметил, что Тарра даже не думала отворачиваться, но сейчас это меня не смущало. Не стал отворачиваться и я, спокойно сняв всю выданную ранее одежду. Тарра оценивающе прошлась по моему телу и кокетливо улыбнулась. Я натянул на себя форму и осознал, что с текущего момента всё волнение перед моей спутницей осталось позади.

Следующие пару часов прошли для меня тоже весьма насыщенно — мне позволили принять настоящую ванную. С маслами, благовониями, пеной — последний раз такая радость у меня была в прошлой жизни. Пока я наслаждался тёплой водой, пришли мастера по маникюру, превращая мои культяпки во вполне достойные пальцы. Затем была стрижка, бритьё, выглаженная одежда… Всё было настолько высокого уровня, что у меня невольно кольнуло в душе — в нашем баронстве ничего из того, что со мной только что делали, было невозможно. Отец не одобрял таких процедур, считая, что мужчину красит его пот и шрамы, а не бантики и розовая вода.

В качестве транспорта Крепость расщедрились на настоящую карету, запряжённую четвёркой лошадей. Тарра уже сидела, расположившись с грацией настоящей императрицы. Невольно залюбовавшись женщиной, я упустил момент, когда ко мне подошёл отец Нор.

— Сегодня тебе предстоит сложная задача. Служители Света уже находятся на месте, включая отца Двара. Они находятся там инкогнито, с позволения родителей девушки. Тебе выделят комнату для проверки. Куб с собой?

Я продемонстрировал стальную коробку.

— То, что мы делаем, является нарушением закона, но Крепость осознанно идёт на такой шаг. Мы действуем в строгом сотрудничестве со службой безопасности империи. На мероприятии ты будешь предоставлен сам себе. Никто из присутствующих не будет знать о том, что ты смертник, но свои действия ты должен планировать исходя из закона. Первым не нападать, не подстрекать, не проявлять агрессию. За тобой будут следить с особой строгостью. Каждый гость на мероприятии в обязательном порядке должен носить при себе амулет от влияния обращённых. Если ты обнаружишь тварь, нам не придётся сжигать тех, кто попал с ней в одну группу. Детали твоих действия тебе пояснит магистр Тарра Лойд. Вопросы?

— Сколько всего гостей я должен проверить?

— Всех, кто явится на мероприятие. Приглашения отправлены пятидесяти семьям, но не все из них явятся. Бароны Ческонские не входит в круг влиятельных семей, что позволяет нам провести опыт с наименьшими репутационными потерями.

— Обращённого убивать мне или у вас там есть своя бригада?

— Его не нужно убивать. Схватить и доставить в Крепость. У нас есть некоторые методы, как извлечь информацию даже с подконтрольной Скрону твари.

— Что делать с группой, в которой не будет обращённых? Они же рухнут от страха и начнут отползать. Может кого даже удар хватит. Элитка с четвёртого уровня слишком серьёзная тварь, чтобы вот так рисковать.

— Поэтому ты и идёшь к баронам Ческонским. Если эксперимент себя не оправдает и пострадают люди, это будут те, кого мы сможем быстро утихомирить. Что делать с теми, кто начнёт требовать сатисфакции за нанесённое оскорбление… Для того тебя и готовили — ты должен решить эту проблему самостоятельно. Ни церковь, ни империя вмешиваться не будет. Официально нас в этом доме вообще нет.

— Вы там спокойно говорите о том, что рискуете жизнями ни в чём неповинных людей…

— Война с тьмой требует жертв. И Крепость готова эти жертвы предоставить. Как в виде собственных служителей, так и в виде обычных жителей, живущих в Свете. Если у нас появится новый способ выявлять обращённых, пусть даже жертвуя десятком жизней, мы с лёгкостью на это согласимся. Беда, которую может натворить обычный обращённый, если выйдет в центр города и отдаст себя Скрону, будет гораздо больше.

— Господа, не хочу прерывать вашу увлекательную беседу, но опаздывать на мероприятие разрешено лишь высшим сословиям. Виконтам, графам. У нас обычный барон, отправляющийся в гости к другому барону.

— Ещё одно, — отец Нор посмотрел мне в глаза. — Сегодня твоё передвижение никто не будет контролировать. Ты можешь рискнуть и сбежать. Возможно даже успешно. Но знай — церковь Света не успокоится, пока не отыщет тебя, куда бы ты не спрятался. И, как только мы это сделаем, твой путь будет коротким. Костёр. С предателями мы дел не имеем.

— Я понял, отец Нор. Бежать не нужно, а если случайно оказался вне зоны доступа церковников, медленно двигаться в сторону академии, высоко подняв руки. Я не собираюсь сбегать. У меня другие планы и здесь, в академии, я понимаю, как их реализовать.

— Очень на это надеюсь. Сегодня для тебя многое будет решаться, Макс. Ступай, магистр Лойд права — вам нельзя задерживаться.

Всю дорогу я слушал чарующий голос Тарры, объясняющей мне план действий, но, когда мы прибыли на место, сердце предательски пропустило удар. Прошлое всё же не отпустило меня, как бы мне этого не хотелось. Удар я пропустил тогда, когда глашатай кашлянул и во всеуслышанье объявил:

— Барон Максимилиан Валевский со спутницей!

Глава 7

— Валевский? — только что не прокричал я, шёпотом обращаясь к Тарре. — Вы серьёзно?

— Не понимаю твоего удивления. Согласно распоряжению тайной канцелярии империи, использовать имя любого существующего рода невозможно — это негативно скажется на их репутации. Поэтому взяли случайный набор букв. Вряд ли кто-то из присутствующих будет заглядывать в реестр родов империи, чтобы свериться с записями.

— Максимилиан Валевский — это моё имя!

— Макс, ты должен понять важную вещь, — Тарра развернулась ко мне, игнорируя восторженные возгласы. — Максимилиан Валевский — это случайное имя, не имеющее к тебе никакого отношения. Рода Валевских не существует, и тем более не существует Максимилиана, что в этот род входит. На время проведения этого мероприятия тебе выдумали и выдали случайное имя, которое заберут, как только задание будет выполнено. Чем раньше ты с этим смиришься, тем проще всем нам будет.

— Барон, я рада видеть вас на нашем мероприятии! — к нам подошла пожилая пара, вынуждая закончить выяснение отношений. В любом случае я всё выскажу отцу Нору — о таких вещах нужно предупреждать заранее. Бароны Ческонские пытались молодиться, несмотря на то что седины давно покрыли их головы, а морщины на лицах даже не поддавались косметическим разглаживаниям.

— Сударь, сударыня, — я склонил голову, приветствуя хозяев дома. Единственных людей, кто знал, кто я такой и для чего сюда явился. Тем не мене следовало соблюсти протокол, поэтому я закончил фразу: — Для меня стало неожиданностью ваше приглашение, но я принял его с радостью.

— Скорей же пойдёмте, представлю вас внучке, виновнице сегодняшнего торжества, — баронесса Ческонская взяла меня за руку и потащила вглубь зала, где кучковалась толпа моих одногодок. Судя по постоянным взрывам смеха, веселье было в самом разгаре. Все уже находились на «своей волне», так что вклиниться сходу в эту группу не получится. Да и не хотелось, если честно. Девушки поголовно носили пышные нарядные бальные платья, отличающиеся лишь расцветкой и глубиной декольте, парни в плане одежды демонстрировали большее разнообразие. Часть из них оказалась одета едва ли не в точную копию моего костюма, часть носила странную смесь кожи и лат, нарочито демонстрируя свою принадлежность к гвардейцам императора. Подойдя ближе, я увидел клеймо академии на одной кирасе — действующих гвардейцев среди собравшихся не было. Как и не было представителей магической академии. Лицам, что учатся там, не пристало посещать столь мелкие мероприятия.

— Внученька, позволь представить тебе барона Максимилиана Валевского, внука одного моего давнего знакомого, — баронесса доставила меня до «прекрасной» особы. Нет, я ничего плохого не могу сказать про Эльмиру Ческонскую — девушка, две ноги, две руки, пышная грудь, вполне человеческое лицо, но впервые на неё взглянув, я сразу поставил её в конец своего личного списка красавиц. Эльмира встала даже позади принцессы, хотя, как мне раньше казалось, эта позиция будет незыблемой до конца жизни.

— Максимилиан, — мне протянули руку для поцелуя. Голос у Эльмиры был сродни внешности. Вроде вполне обычный, такой же, как у сотен других девушек, но категорически не подходящий под внешний вид. Тем не менее пришлось отыгрывать свою роль до конца, галантно целуя руку в кружевной перчатке.

— Представите нам свою спутницу? — попросила Эльмира, только сейчас заметив рядом со мной Тарру. Наставница выглядела на фоне остальных существом из другого мира.

— Тарра Лойд, сударыня. Прошу любить и жаловать.

— Просто Тарра? — в разговор вклинился один из будущих гвардейцев. — Без титула?

Наставница посмотрела на юношу и подарила ему такую улыбку, что тот непроизвольно сглотнул.

— Просто Тарра, — подтвердил я. — Она является моим преподавателем танцев.

— Всего лишь? Конечно, все бароны таскают с собой по встречам простых преподавателей по танцам, — кто-то из дам отпустил недвусмысленную фразу, мигом развеселившую остальных.

— Если вам интересует, делит ли Тарра Лойд со мной постель, — улыбнулся я, мигом приковав к себе всеобщее внимание. Была затронута щекотливая тема и всем хотелось услышать ответ. — То это не вашего ума дела, господа. Прошу относится к моей спутнице с уважением, не оскорбляя подобными репликами.

— А то что? — всё тот же юноша, что интересовался про статус Тарры и, к тому же, очень похожий на отпустившую сальную фразу девушку. — Барон Далемский, к вашим услугам!

— А то всё, барон. Вообще всё, — как можно дружелюбней улыбнулся я.

— Танцы, господа! Танцы! — виновница торжества всплеснула руками, привлекая к себе внимание. — Барон Далемский, я жду вашего приглашения!

— Мы ещё не договорили, барончик, — бросил мне Далемский и поклонился Эльмире, приглашая её на танец.

— Ты умеешь нравится людям, — улыбнулась Тарра, когда мы присоединились к остальным. Впереди у меня три обязательных танца — против устоявшихся традиций не попрёшь.

— Итак, барон не-помню-как-там-тебя, ты не ответил на мой вопрос, — как только возникла пауза после первого танца, Далемский сразу возник рядом со мной. Его сопровождали двое дружков, таких же будущих гвардейцев, как он сам. Тон, которым ко мне обратился Далемский, уже обязывал меня действовать, требуя сатисфакций. Но действовать я не имел права — несколько невзрачных мужчин у дальней стены, делающих вид, что они совершенно случайно попали на этот праздник жизни, не сводили с меня взгляда. Та самая тайная канцелярия, о которой предупреждал отец Нор, что будет внимательно следить за моим поведением. Раз так, следует сразу обозначить задире границы.

— Боюсь, что удовлетворить ваше любопытство сегодня не в моей власти, барон. Принимая приглашение, я обещал хозяевам этого дома что не стану зачинщиком драк или иных подобных мероприятий. Если вы всё же желаете продолжить наше общение в более приватной обстановке, вам придётся прекратить работать языком и атаковать меня. Только в этом случае моё обещание не будет нарушено, и я с чистой совестью смогу поупражняться с вами в молодецкой забаве. На все же ваши словесные нападки мне придётся лишь горько улыбаться, с опаской думая о будущем нашей империи. Что нас ждёт, если гвардейцы его императорского величества только и умеют, что чесать языком?

Далемский оскалился.

— Ты трус, Валевский! Трус, притащивший на встречу свою подстилку. Я презираю таких, как ты! Атаковать тебя? Ты не достоен такой чести! Таких, как ты, нужно травить собаками. Идёмте, господа. Здесь неприятно пахнет — кто-то обосрался.

— Ты определённо умеешь заводить друзей, — Тарра обняла мою руку, прижавшись своим телом. — Но, хочу сказать, хладнокровия тебе не занимать. Юноши твоего возраста бросились бы выяснять отношения после первых же фраз. Второй танец, барон! Скорей приглашайте даму танцевать, чтобы позабыть этот словесный понос, что изволил излить на нас достопочтенный барон Далемский.

Я услышал недовольное фырканье — оказывается, несколько девушек внимательно прислушивались к каждому нашему слову. Заиграла музыка и огромный зал заполнился кружащимися парами. Не отставали от остальных и мы — я радовался каждому прикосновению к Тарре, напрочь выкинув из головы Далемского и ему подобных оболтусов. Будь моя воля, я бы пересчитал этому уроду все зубы, но разменивать свою жизнь на минутное моральное удовлетворение не собирался.

Вот только Далемский явно не собирался оставлять меня в покое. Найдя «мальчика для битья», что не может ответить, он решил поупражняться в остроумии. Как только закончился второй танец и мы отошли в сторонку, он, в сопровождении своих верных товарищей и неприятной сестры с подругами, вновь предстал перед нами. Судя по доносившемуся до меня запаху, барон уже успел где-то приложиться к спиртному.

— Твоя дама нанесла мне оскорбление, мразь! Она оскорбила меня и заслуживает хорошей порки! Она…

Я даже глаза закрыл, мысленно обратившись к Свету, чтобы тот дал мне сил пережить этот вечер. Отец Нор ошибся, включив меня в одну группу с Фарди. Нужно было найти вот такого вот Далемского, которого даже тронуть пальцем нельзя. Отличная проверка выдержки.

— Барон Далемский желает вылететь из академии и уже завтра отправиться на Стену? — раздался приятный мужской бас. Я открыл глаза, уставившись на своего спасителя. Мужчина пятидесяти лет, одетый в строгий костюм и… всё! Больше о нём ровным счётом ничего сказать было невозможно. Второй Буравчик — всё настолько стандартное, что глазу не за что было зацепиться.

— С кем имею честь разговаривать? Представьтесь! — юноша смерил мужчину недовольным взглядом.

— Слован Усмимский, полковник тайной канцелярии его императорского величества, — представился мужчина и продемонстрировал какой-то жетон. Он возымел действие — Далемский подобрался, как и вся его команда. — Вы выпили, барон. Вы позорите честь доспеха. Ещё несколько слов в адрес любого из гостей этого славного мероприятия, и рапорт о вашем недостойном поведении ляжет на стол ректору академии. Гвардейцы его императорского величества не имеют права вести себя столь вызывающим образом. Я жду извинений в адрес хозяйки этого чудесного мероприятия. Только в этом случае у меня появится возможность закрыть глаза на вопиющее нарушение устава академии. У вас десять секунд.

— Не слушай его, брат! Что делать полковнику тайной канцелярии на этой гнилой вечеринке? — послышался шёпот противной девушки, но сам Далемский явно проникся словами.

— Эльмира Ческонская, приношу вам свои извинения за свою несдержанность, — произнёс Далемский, глядя, почему-то, на меня. — Подобное больше не повторится. Господа, приятного вечера. Уходим!

— Никто никуда сейчас не уйдёт, — Слован сделал жест рукой и возле каждой двери появилось по два человека. Безликому представителю тайной канцелярии и служителю Света.

— Что это значит? — тут же вспылил Далемский. — У вас нет оснований нас задерживать!

— Никто никого задерживать не собирается. Смертник Макс, этот концерт пора заканчивать. И ежу понятно, что ничего путного из затеи Крепости не выйдет. Она изначально была обречена на провал. Ты должен убраться из этого дома. Таким, как ты, не место среди людей.

— Смертник? — ошеломлённый гул прокатился по залу. Слован разом разрушил всю операцию, что готовили церковники.

— Полковник, мне кажется, что мы всё обсудили! — в зале повисла гнетущая тишина, когда появился новый участник встречи. Не сговариваясь, гости отодвинулись к стене, подальше от «красного» служителя Света. Фанатичность церковников ни для кого не являлась секретом, тем более церковников в красных мантиях. Вот только Слована это совершенно не волновало. Он смотрел на отца Двара с той же неприязнью, что и на меня.

— Смертник должен был оставить свою спутницу и скрыться в выделенной ему комнате. Вместо этого он танцует среди живых, считая это нормой. Мы многое обсудили, отец Двар, вы правы, но не это. Из-за действий вашего раба мне пришлось вмешиваться, останавливая операцию. Всё должно было пройти спокойно и без эксцессов, но вы пренебрегли нашими рекомендациями. С чего вы вообще решили, что свободно разгуливающий среди гостей смертник с оружием — отличный способ наладить отношения между нашими департаментами? Если бы он не сдержался и атаковал Далемского? Кого в этом случае винить? Верховного епископа? Никаких проверок сегодня не будет. Я отзываю разрешение и прошу вас покинуть это мероприятие.

— Я настаиваю, что проверка необходима, — отец Двар терял терпение. Мало кто в этой жизни мог говорить главе службы безопасности Крепости «нет» и остаться при этом живым.

— Отец, обернитесь — это же дети! Обычные дети, только отпустившие мамкину юбку. Откуда здесь взяться… тем, кого вы разыскиваете?

— Вы прекрасно знаете, что тьме наплевать на возраст. Если у нас есть возможность…

— Но вы её упустили, позволив смертнику разгуливать с оружием среди обычных жителей. Только из уважения к вашей работе я закрываю глаза на вопиющие нарушения наших договорённостей. Вы нарушили всё, что только можно нарушить. Не стоит злоупотреблять моим терпением, отец Двар. Ступайте со Светом. Здесь вам ловить нечего.

— Мы можем поговорить без свидетелей? — церковник явно не собирался сдаваться.

— Можем. Поручик, выведите смертника на улицу, — приказал Слован и рядом со мной появился очередной безликий мужчина. Кажется, я знаю, где раньше служил Буравчик. Даже интересно, за что можно отправить на смерть сотрудника тайной канцелярии?

— Сударыня, позволите, — я предложил Тарре руку. Преподавательница одарила меня улыбкой, взяла под локоть и под полное безмолвие мы покинули семейство Ческонских. О том, как будет выкручиваться пожилая пара, что представила меня как одного из своих данных знакомых, я уже не думал. Печалило одно — отец Нор меня живьём сожрёт.

— Вашу карету сейчас подадут, — произнёс один из встретивших нас на улице церковников. Я ухмыльнулся — та самая «свобода», о которой говорил отец Нор, оказалась слишком маленькой. Всего лишь замкнутым пространством дома Ческонских.

— Так ты смертник? — голос борона Далемского прозвучал как гром среди ясного неба. Я покосился на своего сопровождающего, но служитель Света отошёл в сторону, не смея вмешиваться в дела мирские.

— Что, когда рядом нет тайной канцелярии, язык в жопу засунул?

— Мальчик, шёл бы ты по своим делам, — голос Тарры наполнился металлом. Я даже не знал, что она умеет так говорить.

— Ой, подстилка смертника заговорила. Это кем надо быть, чтобы трахаться с трупом? Даже не вздумайте смотреть в мою сторону, отец, я прекрасно знаю свои и ваши права. Никто не может запретить мне избавить мир от этой швали! Не нужно было тащить этот труп к Ческонским и представлять как барона Валевского! Вся империя знает, что сделал герцог Одоевский с этими отщепенцами! Он выжег их логово под корень! Тупей шутки, чем являться под видом Валевского, трудно было найти.

Я сохранил невозмутимое выражение лица, хотя внутри всё клокотало — провал операции произошёл не в доме Ческонских. Операция провалилась, когда церковники оставили мне моё имя! У меня даже возникла мимолётная благодарность к пьяному придурку — он подарил мне отличную защиту против недовольства отца Нора. Пусть только церковник попробует спихнуть вину на меня.