Венчур. Риск ради добычи

Булат на смартфоне набирает текст, прикрепляет к нему видео и снимки забитого пылью воздушного фильтра и отправляет письмо главному конструктору завода.

К броневику не солдатской походкой, улыбаясь, приближается Сафаров.

– Привет защитникам природы!

– Привет браконьерам! – ухмыляется Булат.

– Есть тема для разговора, – понижает голос рядовой.

Испытатели садятся на походные раскладные стулья, Руслан устраивается на подножке бронемашины и непринужденно начинает издалека:

– Антон, Саид говорит, что ты кандидат наук. Так что мы с тобой родственные души: я тоже диссертацию пописываю: «Переводы известных пословиц народов мира на таджикский язык». Я лингвист, изучаю пять языков. После университета все обязаны год отслужить, поэтому мне пришлось преобразиться из мажора в шофера, теперь вынужден скучать на заставе. А вас-то какая нелегкая сюда занесла?

– У нас контракт с заводом бронетехники «Ремдизель», филиалом КамАЗа, – неохотно отвечает Булат.

– Да, знаю, ваши грузовики на «Дакаре» всегда впереди! – хвалится своими познаниями Руслан.

– Точно, – кивает Булат, – команда «Камаз-мастер» побеждала шестнадцать раз.

– Саид сказал, что ты разбил машину команды. Я тоже разбил отцовскую «Ауди» в хлам.

– Хвастать тут нечем…

– После аварии отец психанул и отправил меня сюда, к своему приятелю на перевоспитание. Вот маюсь здесь бестолку. Саид сказал, что вы ребята путевые, и «Тайфун» ваш крутой.

– Опытный образец, – поясняет Булат. – Ваше Минобороны собирается закупить большую партию, но сначала хочет испытать бронемашину в условиях горной местности. Этот броневик с несущим корпусом – лучший в России, а может быть, и во всем мире.

– Я был в Москве два года назад. Круто там у вас, мне понравилось.

– Душанбе – тоже красивый, весь в зелени, ухоженный такой, – делится недавним впечатлением Антон.

– Мне тоже там понравилось, – поддерживает Булат. – Такого роскошного рынка я нигде не видел!

Лингвист снисходительно соглашается и объясняет:

– Жители Душанбе рынки особенно ценят, потому что наша столица зародилась с базара, который устраивали на перекрестке дорог один раз в неделю. На таджикском душанбе – понедельник. Кстати, мой отец доктор исторических наук, увлекается ДНК-генеалогией, которая доказывает, что большинство таджиков и русских имели общего предка, жившего в Восточной Европе примерно шесть тысяч лет назад. Мутация одного из генов Y-хромосомы прослеживается у всех его потомков по мужской линии. У русских, которые обосновались на Русской равнине, и у тех, кто двинул дальше на юго-восток: одни стали таджиками, а другие дошли до Индии.

– Так мы с тобой родня? – щурит насмешливые глаза Антон.

– Далекая… – улыбается Руслан. – А теперь по делу. У байкера, которого мы поймали, было пятнадцать килограммов чистейшего героина. Я переводил допрос – он пуштун.

– Тоже родственник, гаплогруппа R1a, как у нас.

– Верно! – Руслан с удивлением смотрит на Антона. – Ты читал статьи моего отца?

– Слушал на ютубе лекции о происхождении славян одного русского ученого, он сейчас в Америке живет.

– Алексея Клёсова, что ли? Отец с ним переписывался, обсуждал наших предков. У бати есть артефакты, которые указывают на то, что арии, кочующие по Великой степи, первыми приручили лошадь и придумали колесо.

– Самые древние повозки на колесах со спицами обнаружили в захоронениях скифов на юге моего родного Урала, – со знанием дела уточняет гонщик.

– Скифы – это потомки ариев и предки русских. – поясняет сын историка. – В детстве отец брал меня в Куляб на раскопки, он там и познакомился с подполковником Бахромом, а я подружился с его сыном. Археологи тогда установили, что арии поселились там около четырех тысяч лет назад. А у пуштунов и язык, как у нас с вами, относится к индоевропейской языковой семье.

– Таджики и впрямь что-то среднее между индийцами и европейцами, – улыбается Булат.

Руслан, довольный началом беседы, разворачивает лист со статьей из интернета и отдает Антону:

– При обыске байкера я нашел эту распечатку. Наркокурьер признался, что работает на Джафара аль-Катари, главаря местной группировки ИГ и хозяина лабы по производству герыча. Пуштун уверен, что аль-Катари профинансировал теракт на российском авиалайнере.

Дочитав распечатку, Антон передает ее Булату:

– Этот теракт совершен четыре года назад.

– Но пока никого так и не поймали, – уверяет Руслан. – Курьер рассказал, где, когда и на чем поедет этот террорист через два дня. ФСБ платит за него пятьдесят лимонов долларов! Разве не интересно?

Из любопытства Антон достает из кармана смартфон:

– Окей, Гугл… ФСБ… Награда… – На сайте солидной организации он ищет сообщение о вознаграждении.

– Вот что было написано в газете «МК.ру» в ноябре пятнадцатого года. – Булат нашел на планшете статью и читает вслух: – «Это самая крупная сумма в мировой истории за помощь в поимке преступников».

– Наивно ожидать, что за сомнительную инфу можно получить такие деньги, – скептически замечает Антон. Однако, увидев сообщение на сайте ФСБ, удивляется: – Ну, надо же, объявление все еще в силе!

– Нон-фикшн! – восклицает Руслан. – Поэтому не надо делиться инфой ни с кем, а нужно доставить террориста сюда и об этом написать посты в интернете. Тогда ФСБ точно не отвертится, вынуждена будет заплатить. У наркокурьера дочь тринадцати лет. А этот заказчик теракта, старый хрыч, хочет взять ее четвертой женой. Курьер пообещал сделать все, чтобы не допустить позорной свадьбы. Он готов помочь выловить своего хозяина! Нужны два-три броневика и несколько человек.

– Чистая авантюра! – убежден Антон. – Возможно, история со спонсором вообще фейк.

– Полковник и Саид тоже не верят. И я не верил, пока своими глазами не увидел, как плакал этот суровый дядька, когда понял, что не сможет спасти дочь. Да я и сам понимаю, что операция опасная и шансов немного… Но награда-то серьезная!

– Жизнь, пожалуй, дороже.

– Ну, если не желаете развеять скуку, то хоть подскажите, как бы вы спланировали засаду? – не отстает Руслан. – Плиз. Может, другие решатся…

Антон, переглянувшись с Булатом, неохотно соглашается:

– Ладно, если тебе интересны наши фантазии…

Руслан указывает пальцем на два восьмизначных числа в распечатке:

– Курьер выписал геопозицию дороги, по которой через два дня проедет Джафар. Я посмотрел: это сто километров от границы, там сплошные холмы.

Денисов берет у Булата планшет и в Google Maps набирает координаты. На экране появляется карта Афганистана с красным указателем геолокации.

– Если он предводитель, с ним будут и боевики, – Антон переключает карту на изображение со спутника и масштабирует его. – Машины нужно зажать с двух сторон и всех выдавить из них. Без трех броневиков с пулеметами тут не обойтись… Но даже если ты найдешь с десяток отчаянных дураков, как вы пересечете Пяндж?

– Только не дураков, а смельчаков! – поправляет лингвист.

– От смелости до глупости один шаг.

– Ну, если убедить полковника поучаствовать… – вслух раздумывает Руслан, – то он сможет договориться с афганскими погранцами о проведении антигероиновой операции. Попросит их пропустить броневики через границу всего на один день.

– Вот и договаривайся с полковником, – разводит руками Денисов. – Все равно без его приказа ни один «Тигр» не сдвинется с места, а тебе нужно целых три!

– Я дружил с сыном полковника; он умер от передоза два года назад. Бахром еще тогда пообещал отомстить Джафару, сделавшему тот героин. И я знаю, что Бахром строит охотничий домик где-то в горах и ему нужны деньги. Думаю, у него возникнет соблазн покарать убийцу и получить долю от награды… Но я должен прийти к нему уже с детальным планом.

– Я бы спрятал два «Тигра» у дороги за вершинами холмов на расстоянии километра друг от друга… – размышляет Булат. – Когда твои «смельчаки» с одного броневика увидят Джафара, они передадут тем, кто во втором, чтобы они выехали наперерез. После этого первые перекроют отступление, а вторые заставят боевиков сложить оружие в одну из их машин. Дальше надо будет вызвать предводителя на разборку, предъявив, например, претензии к качеству героина, и в подходящий момент затащить его в броневик. Потом подорвать машину с оружием и смыться.

Согласившись с коллегой, Антон добавляет:

– Детали продумаешь со «смельчаками», которые согласятся на эту шальную авантюру. Только не забудьте про овраги.

– В смысле?

– Догадайся сам, раз занимаешься пословицами.

– А, понял! – заулыбался Руслан. – Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Если я все-таки уговорю Бахрома поучаствовать, вы тогда подумаете?

– Нет, не стану! – уверенно отрезает Антон. – Потому что здесь вся сложность не в наступлении, а в отступлении. В Афган во все века было легко зайти, да трудно выйти. Если боевики перекроют дороги, вырваться будет нереально.

– Вход – рубль, – Булат поднимает большой палец. – – Выход – два! – он выпрямляет указательный и средний, просовывает между ними большой, сооружает фигу и показывает ее Руслану. – А на бонус пословица для твоей диссертации, которую втолковывал мне отец: «Прежде чем войти, подумай, как выйти».

– А если Бахром договорится с афганскими военными сопроводить нас?

– Вот тогда и решим, впрягаться или нет, – пожимает плечами Антон.

– Но сначала поделишься версией полковника, – поддерживает коллегу Булат.

– Ну, тогда всё – мне в штаб. Конец рабочего дня, надо отвозить Бахрома домой. Он, кстати, грозился допросить жену и дочерей – хочет понять, кто проболтался про охоту.

Солнце медленно опускается за горы, и они накрывают своей тенью погранотряд. Антон с Булатом вытаскивают из броневика электросамокаты и катят на них к КПП. Оставив позади ворота, сворачивают на тихую улицу приграничного городка. С одной стороны улочки тянутся к солнцу еще зеленые тополя и чинары с выбеленными известью стволами, с другой – деревянные столбы с электропроводкой.

Испытатели проезжают несколько кварталов и подкатывают к невзрачной двухэтажной гостинице «Фортуна». По негласному рейтингу проживающих здесь гостей она тянет примерно на половину звезды. Под вывеской с многообещающим названием висит щит с рекламой: «Лучшие цены в Евразии». Рядом с заведением – въезд во вместительный железный гараж с машинами и велосипедами, куда напарники ставят самокаты на подзарядку.

У стола-стойки сидит немолодая таджичка – «четыре в одном»: швейцар, портье, администратор и охранник. Перед женщиной – монитор с картинками видеокамер: вход в гостиницу, въезд в гараж, коридоры первого и второго этажей. Друзья заходят в буфет и берут по порции ароматного лагмана, по две горячие лепешки и по стакану холодного компота.

Пока Антон ест, Булат подбивает:

– За небольшую долю от такой награды я мог бы купить раллийный КамАЗ и создать свою команду. Ты уговаривал меня продать наш патент, чтобы раздать долги и купить приборы с оборудованием для мастерской. Но без прав на изобретение наша компания бесполезна. А если поймаем этого террориста, нам хватит на все, и патент продавать не придется.

– Замануха, конечно, приличная…

– Давай оценим профит, прежде чем отказываться.

– Да и так понятно: это критически опасно, поэтому нецелесообразно. Вот ты свою жизнь дорого ценишь?

– Я – гонщик.

– То есть не очень дорого?

– Кто-то кайфует от героина, а я от адреналина, – говорит Булат, налегая на лагман. – А ты от чего?

– Я – от жизни… Пытаюсь, во всяком случае.

– После того, как мы начали свое дело и обросли долгами, жизнь нашу не назовешь сладкой.

– Стараюсь радоваться бытию, какое есть.

– Да… решительности в тебе, Антоха, поубавилось… Такая возможность подвернулась жизнь наладить, а ты в кусты…

– Надеюсь, в школе ты проходил «Пиковую даму» Пушкина? Если так, должен помнить слова военного инженера Германна о том, что не резон жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

– Да за такие деньжищи ты смог бы создать полноценное конструкторское бюро! Разве это излишнее?

– А какую реальную инфу мы имеем? – парирует Антон. – Слова наркокурьера? Геопозицию? Будем ставить свою судьбу на географическую карту?

– А если не поставим, так и будем прозябать, – хмурится Булат. – Какой смысл в такой паршивой жизни, если не пытаться ее изменить?

– Любая жизнь – это результат сочетания многих случайностей. Вот если бросить монету, какой смысл в выпадении орла? Лично я сомневаюсь, что у случайности бывает смысл, – пускается в рассуждения Антон с ложкой в руке. – Вот наша планета случайно оказалась у Солнца на правильном расстоянии для температуры, которая держит воду в жидком состоянии. Вода растворила химические вещества, которые стали взаимодействовать с воздухом. В каждой капле могли возникнуть органические молекулы, они усложнялись, стабильные блоки сохранялись и множились. Устойчивые углеводы и аминокислоты случайно сочетались, начался биосинтез. Через миллиард лет такой комбинаторики появилась простейшая РНК-молекула, способная копировать себя. Это уже была первичная жизнь. Копии быстро плодились, началась эволюция. ДНК синтезировалась независимо от чьего-то желания – так вышло благодаря химическим реакциям.

– По-твоему, нам просто повезло с химическими законами?

– Вот именно! А когда бактерии наполнили атмосферу кислородом, появились первые животные.

– Ты же совсем упростил появление жизни.

– А что есть жизнь? – Антон задает риторический вопрос жующему другу. – Способ существования нуклеиновых кислот, склонных к воспроизводству. Когда-то в недрах Земли образовалось твердое внутреннее ядро из раскаленного железа и никеля, которое поддерживало во внешнем ядре циркуляцию потоков жидкого металла, создающих магнитное поле. Сочетание поля, защитившего планету от солнечной радиации, и атмосферы, не пропускающей губительный ультрафиолет, и позволило организмам не только выжить, но и размножиться. В появлении жизни не было умысла, значит, не было и смысла.

– Как зависать в интернете, что ли? И смысла нет, и уходить не хочется… А как же «быть или не быть»? А в чем тогда наше предназначение?

– «Ищите, и обрящете; стучите, и отворят вам…». Но, по-моему, для любой планеты жизнь – как мох для камня.

– Ну, а смерть? Зачем тогда природа придумала ее? – доедая лагман, спрашивает Булат.

– Для эволюции. Чтобы в новых поколениях потомки становились совершеннее предков. Земле около пяти миллиардов лет, а скелетные формы биоты появились всего полмиллиарда лет назад. Тогда зарождение новых животных ускорилось, возникли тысячи видов. А у некоторых развился начальный разум, как самый эффективный механизм выживания. Вот так вследствие череды случайных совпадений и началась эволюция человека. А теперь его деятельность способна спровоцировать на Земле очередное массовое вымирание.

– Будет жаль… В жизни есть свои достижения, победы, радости, прелести… Поэтому она лучше, чем покой, полная тишина и черная пустота.

– Ага, жить оно всегда веселее, – уплетая лагман, соглашается Антон.

– Жить хорошо, когда есть на шо! А если радостей меньше, чем страданий, тогда я согласен: смысла жить нету.

– Судьбу можно изменить, изменив свои цели и приоритеты.

– До тех пор, пока у меня есть цель стать победителем большого ралли-рейда, мне будет интересно жить. А доля от фээсбэшной награды мне сильно помогла бы…

– Вернись на землю, Булат. Сейчас главное – довести до конца испытания и завершить контракт.