Герой пяти миров

– Я убежал в поля и хотел искалечить себя. Но вдруг появился волшебник. Это был явно не человек. Но и не одно из чудовищ, о которых я читал, как я подумал вначале. Тело у него было явно человеческое или очень похожее, а голова как у ящера. Он предложил помощь в обмен на Сердце Пяти Миров.

– Слышали вы о таком, господин Хо? – Эла криво улыбнулся. – Хотя, конечно, если бы его было так легко получить, в чём была бы моя задача?!

– Сердце Пяти Миров… – задумчиво протянул старик.

Глава 3. Пять Миров

– Сердце Пяти Миров… Никогда не слышал, но всё что ты видишь, это и есть Пять Миров.

Эла непонимающе огляделся. Но тут его взгляд упёрся в небо, где в синей бездне, укрывшись облаками и тенями, парили огромные сферы. Казалось, они располагались хаотично, одни дальше, другие ближе, частично скрываясь за горизонтами и друг за другом.

– Пять Миров… – потрясённо прошептал Эла Дирк. Каждый столь же громадный – а возможно и намного больше – чем его родной мир, где он был ничтожнейшим из смертных в мелком незначительном королевстве.

– Океан, – торжественно обвёл руками вокруг себя старик Хо.

– Песок, – продолжил он, указывая на жёлтый диск у горизонта.

– Лава.

– Лёд.

– Миста.

Эла до рези в глазах всматривался в незнакомые миры. Лава была чёрной с огненными прожилками. Лёд аквамариновым с белёсыми разводами. Всё указывало на то, что миры полностью состоят из ландшафта стихий, давших им своё имя.

И только Миста казалась смешением, буйством красок и огней.

Вдруг Эла, поражённый догадкой, судорожно сглотнул, протягивая руку к старику:

– Погоди-ка! Дедушка Хо! Океан… Ты имеешь ввиду, что… Нет ни клочка суши?

Старик молча и, казалось, устало кивнул. Эла сел и обхватил колени руками. Сердце его билось часто и как-то с перебоями. Он сидел на утлой охапке веток – и весь мир вокруг был океаном!

– Куда это я попал, – нервно пробормотал Эла Дирк.

Он ещё долго трясся и глупо озирался по сторонам, пока солнце выползало в синее глубокое небо.

Островок шатнуло, Эла непроизвольно выставил покалеченную руку, пытаясь удержать равновесие, и острая боль пронзила её сквозь плечо и, казалось, до самого мозга. Это привело мужчину в чувство.

Он ощутил словно некий духовный стержень, что-то неуничтожимое и несгибаемое внутри себя, на что он мог опереться, что повело бы его дальше и дальше. Он подумал, что ради родителей не может сдаться и подвести их.

Только не в этот раз.

– Итак, острова, – сказал он сам себе.

Из его решимости постепенно родились некие фантазии и интерес естествоиспытателя, которые вели его целых десять лет к цели. Он вдруг почувствовал то, что упускал из виду, придавленный осознанием нового мира.

Он чувствовал остров под собой. Не просто как кучу веток. Он ЧУВСТВОВАЛ его. Словно бы проникал мысленным взором внутрь. Словно собственную руку, отмороженную или перетянутую жгутом. Когда она не чужеродна, и даже подчиняется тебе, но как-то не ощущается в полной мере.

Здесь крылась огромная загадка, которая сразу притянула к себе Эла. Он тут же решил расспросить старика подробнее, тем более что он пока просто сидел рядом и ничего особенного не делал.

– Дедушка Хо, – начал Эла, – прошу простить, что ещё займу ваше время… Вы понимаете, в какой ситуации я оказался. Могли бы вы ответить на мои вопросы про это место? За все те неудобства, что я вам доставляю, я отплачу, чем смогу.

– У тебя странные руки, – вдруг сказал старик. – В каких-то маленьких язвах, пятнах.

– А, – усмехнулся Эла Дирк. – За десять лет пришлось собственными руками собирать и изучать многие растения. У некоторых были ядовитые шипы или очень странная пыльца. Вот, многое не прошло до сих пор.

– Спрашивай, сынок, – вдруг мягко улыбнулся старик. – Не волнуйся за нас с Ма.

– Расскажите про острова! – тут же выпалил Эла.

– Да, острова… Хм, с чего же начать?..

Старик достал палочку, похожую на длинную толстую зубочистку, и, закинув в рот, стал задумчиво гонять между зубами, прикусывая и пожёвывая. От палочки распространился перечный аромат.

– Весь наш мир покрыт водой. Океан глубок. Даже не представляю насколько. Пять километров – считай это только мелкий шельф.

Люди рождаются и могут жить лишь на плавучих островах.

У каждого из нас в районе солнечного сплетения находится центр силы – Источник Дан. Пока ты не продвинулся по пути культивирования до определённого уровня, Источник Дан как бы спит. Но культиватор может зажечь его – и тогда появляется Искра Жизни – новый уровень Источника Дан.

Но, даже не зажёгши Искру Жизни, любой в нашем мире, достаточно познав Источник Дан, может вывести из него часть силы Дан. Она смешивается с водой – и Океан рождает новый остров. И призвавший получает связь с островом, даёт ему имя. Эту связь невозможно разорвать извне, без согласия человека.

Остров всегда служит призвавшему его. Выполняет его волю. Призвать остров можно только один раз в жизни.

Старик замолчал, словно подчёркивая важность своих слов. Потом продолжил, пожёвывая прутик:

– Острова для нас – это всё. Надёжный дом. Защитник. Кормилец. Океан отвергает любую сушу. Не признаёт её над собой. Океан – только океан. Мне приходилось видеть скопления водорослей на воде, и слышать истории о густых плавучих лесах, выросших на них. Но это всего лишь плавучие странники – не более. Какими бы огромными и прочными они не казались.

Внезапно старик умолк, подумал и внимательно посмотрел на Дирка.

– Мне грустно говорить такое кому-то вроде тебя, сынок, появившемуся из другого мира – и кто знает, сколько тысяч лиг пути между твоей родиной и моей, да и вообще можно ли пройти это расстояние ногами – мне ужастно грустно такое говорить, но: мой мир – это полный отстой…

Дирк почувствовал, как что-то внутри его солнечного сплетения оборвалось и закрутилось, словно он падал вниз в огромном вихре.

– Если у тебя нет великих дарований, силы, способностей – здесь остаётся только выживать, – закончил дед Хо.

– Но… – Дирк привстал и твёрдо ухватился за грубую ветку острова, – но я уверен: что-то такое у меня есть. При перерождении, я слышал, все получают…

Он осёкся и судорожно сжал кулак.

– Что? – дед Хо пытливо глянул на молодого человека, свалившегося с неба.

– Я не перерождался… – сипло выдавил Дирк. – Я не перерождался… Этот ящер – он послал меня таким, какой я был. Сказал, что делает это из жалости, чтобы меня убивать не пришлось. Или как-то так… Я тогда ещё обрадовался. Вот я идиот! – заорал Дирк. – Ничтожество! Неужели?! Опять?!

– Погоди! – постарался утешить его старик. – Может быть, у тебя что-то есть, особенное!

– Должно быть! – судорожно забормотал Дирк. – Во всех книгах, во всех легендах – всегда тем, кого подбирали Проводники, давали какие-то способности или силы, которые им потом помогали.

Глава 4. Полностью бесполезен!

– Я в детстве слышал много историй о потерянных людях, попавших в другие волшебные миры, – сбивчиво бормотал Дирк. – Так… Как же там было… Им как-то сразу сообщали, ну, не знаю, добрые феи. Они как-то понимали.

От напряжения шею и плечи у Дирка свело болезненной судорогой. Он не ощущал в себе абсолютно ничего нового по сравнению с тем, что было в его родном мире несколько часов назад. Только боль в разбитой руке чуть стихла.

«Спокойно, – приказал себе мысленно Дирк, – без паники. Ты сможешь. Ты обязан. Что-то должно быть. Надо просто перебрать возможные варианты. Сила есть. Успокойся. Здесь не война, ты сидишь на острове. Думай».

– Г-господин Хо, – запинаясь начал Дирк, – что насчёт той силы, которая вызывает острова?

– Хорошо, начнём с самого начала, – ответил старик. – Ты должен чувствовать свой Источник Дан – вот тут, в самом солнечном сплетении.

– Как мне это понять?

– Этот как… хм… вроде и орган, часть тела, а вроде и нет. Такое особое пространство, ты его чувствуешь, как особая полость, но если, например, тебе разрезать ножом в этом место, то там не будет ничего такого.

Дирк замолчал на несколько минут, пытаясь мысленно просканировать себя.

– Ничего, – тревожно сказал он, вминая пальцы руки себе под рёбра, словно это могло помочь, – ничего такого не чувствую.

– Даже самые маленькие дети уже могут ощущать Источник Дан и энергию в нём, – сказала бабушка Ма. – И это жизненно необходимо.

– Есть ли в вашем мире такие, кто не имеет Источника Дан от рождения? – сглатывая пересохшим горлом, спросил Дирк.

– Нет, – твёрдо ответил дед Хо. – Как и сказала Ма, развитие Источника Дан – это не просто навыки или умения, это залог самой жизни.

– Может быть, я просто не ощущаю, но он есть, – Дирк отчаянно не желал сдаваться. – Всё-таки, я не из вашего мира. Или у меня что-то другое, но похожее.

Он начал мысленно шарить по всему телу, пытаясь вообразить этот загадочный орган, пытаясь нащупать ту незнакомую силу, которая дарует в этом мире могущество. Но так и не ощутил ничего, кроме обычного пульса да тупой лопоты в покалеченной руке.

– Дедушка Хо, может быть, вы покажете, как это выглядит? Возможно, я что-то пойму!

Старик кивнул и перебрался к самому краю острова. Он вытянул руку, и вдруг поверхность моря прогнулась перед ней, как от удара твёрдой сферой размером с большую обеденную миску. В воздух поднялись брызки, послышался звонкий шлепок. Дирк тупо смотрел на это. Ранее в своей жизни он встречался с магами, но проявление их искусства было чем-то возвышенным и таинственным, а тут несомненная волшебная сила проявилась настолько обыденно, словно старик вдарил в воду не магией, а сухой палкой, подобранной в лесу.

– Ещё разочек, – взмолился Дирк. – И, может быть… ударьте в меня!

Дед Хо кивнул и поднёс свою древнюю сморщенную ладонь к предплечью парня. Дирк впился взглядом в воздух между ними, пытаясь ощутить это нечто.

Снова послышался шлепок, но тише, а на коже на мгновение появилась вмятина от удара, а затем покраснение. Дирк ощутил этот удар – явственный и непреложный. Его ударили чем-то тёплым, гладким и довольно твёрдым, но отчего-то он представлял себе кусок стекла или дерева, но не металла. Но объяснить себе это ощущение он никак не мог.

Но – что самое важное – больше Дирк не ощутил ничего. Эта силы была выше его понимания.

– Я не мог не получить ничего, – растерянно бормотал Дирк. – Ведь ему же нужно это сердце пяти миров. Поэтому…

– Дети! – вдруг осенило Дирка. – Как учат детей? Самых-самых маленьких.

– Объяснять про Источник Дан им не нужно: все его чувствуют, – подумав, сказал дед Хо. – Тренировки… Можно попробовать.

Дирк поднялся, стараясь пошире расставить ноги. Голова немного кружилась, но в общем он уже пришёл в себя после падения сквозь иномировой портал.

– Я буду показывать движения, а ты повторяй, – дед Хо усмехнулся краешком рта, но мгновенно снова посерьёзнел. Его руки и ноги быстро, но чётко и с задержкой в конечных позициях, начали изгибаться. Взмахи чередовались с приседами и наклонами. Это походило на странную гимнастику, но тут же прослеживалось в большей мере, что тот, кто выполнял весь цикл упражнений, словно совершал совершенно определённую работу: что-то брал, выталкивал, сбрасывал и перекладывал.

Дирк, сосредоточившись до того, что почти прокусил губу, повторял эти движения раз за разом. Старик остановился, когда заметил, что его странный ученик точно запомнил последовательность и правильную технику.

Прошёл час или около того. Дирк взмок от напряжения и концентрации, с которой отдавался этим упражнениям. Он мучительно и отчаянно хотел почувствовать ту непознаваемую силу, которой так важно было овладеть ему – и которой владел каждый в этих мирах, начиная с рождения.

Но время шло, а внутри он не чувствовал ничего, с чем мог бы сранить описанное стариком Хо.

Наконец, Дирк остановился и, вымученно улыбаясь, спросил:

– Дедушка, а сколько надо выполнять эти упражнения?

– Ну, часа-двух в день вполне достаточно. Для детей, я имею ввиду. Некоторые начинают в три года, некоторые в пять.

Губы у Дирка предательски задрожали.

– А сколько надо дней, чтобы что-то проявилось?

– Год или два, у одарённых за три месяца бывает прорыв – так я слышал…

Ноги парня подкосились, и он со стоном рухнул на ветвистый пол. Три месяца! Это в лучшем случае… Эти старики необычайно добры – это он понял сразу. Даже в его мире нищий побирушка, вдруг постучавший в твои двери, не вызвал бы особой радости, а в таком жестоком мире тем более. И уж понятное дело его не будут терпеть в своём доме да ещё и кормить три месяца. А если год или два?!

Дирк обхватил голову руками. На глаза навернулись слёзы. Его просто выкинут в океан, или продадут в рабство, или местным вивисекторам для каких-нибудь опытов.

Дед Хо заметил его состояние и, казалось, понял его мысли.

– А что, Ма, – вдруг сказал он, – научим паренька рыбу ловить и нырять за устрицами и крабами? Да и вообще устал я что-то этих стариков каждое утро вокруг себя видеть! Молодой хоть шуткой повеселит да расскажет про свои страны: видал-то он много ведь.

– Конечно, старый, – улыбнулась сотнями морщинок бабушка Ма. – Я и сама хотела предложить, но ты меня опередил.

Дирк поднял взгляд и потрясённо посмотрел на стариков. Они это серьёзно?!

– Невозможно! – пробормотал он. Затем порывисто подбежал к старикам и бухнулся на колени, сделав несколько поклонов до земли.

– Господин Хо, госпожа Ма! – выпалил он. – Благодарю вас! Пожалуйства, научите меня вашему ремеслу! Я буду работать, сколько хватит моих сил, и я буду упорно тренироваться! Я полностью бесполезный кусок мусора, но благодаря вашей заботе, я верю, что смогу ещё стать человеком!

– Вот и хорошо, – сказал старик Хо, погладив лохматую голову Дирка своей заскорузлой сухой ладонью. – А теперь давай осмотрим твой новый дом!

Глава 5. На новом месте

Дирк встал и перевёл дыхание. В носу всё ещё пощипывало. Но теперь на душе полегчало после добрых слов стариков, он немного расслабил плечи и стал с интересом изучать остров.

– Зовут его Ди Кро, это ты уже знаешь, – улыбаясь, начал старик. – Он хороший остров. Наш помощник.