– В темном подвале, в извилистой яме
Бой топорами, бой топорами
35. КВБТ – ДА.
Да, и ещё видел в интернете видео, как Уазики с надписью КВБТ – ДА, ЛГБТ – НЕТ ударяют автопробегом по попыткам нестандартно-ориентированных людей пройти под радужным флагом.
36.Я САМ ПО СЕБЕ.
Часовой мастер так разволновался, что мне пришлось успокаивать его:
– Я сам по себе, нет у меня никакой крыши. Вы не шумите. Посоветуйте, лучше, как быть?
Часовщик оглянулся по сторонам и почти шёпотом дал мне совет:
– Тебе к Соломону Ивановичу надо. Ещё тот Кулибин. Мастер в четвёртом поколении. В Москве с тебя штаны снимут. Соломон – аккуратный и берет недорго. Найдёшь его точку в Военторге, на проспекте Менделеева.
Я рванул к Соломону Ивановичу:
– Спасибо! Соломон. Военторг. Менделеева.
37.ВОЕНТОРГ.МУДРОСТЬ СОЛОМОНА.
Соломон Иванович оказался шустрым, седым, подвижным старичком лет семидесяти. Он внушал доверие, как добрый доктор Айболит. Соломон Иванович склонился над часами и долго колдовал с механизмом, пока, наконец, с удовлетворением не откинулся на спинку стула, подняв налобную лупу.
– Прекрасный экземпляр! Какой механизм! Такие невозможно сломать. Вы стучали ими по бетону?
38.ВСПОМНИЛ
Да, вспомнил!! Там, у Женька, эти двое спорили и ругались. После того, как выпили. Мой, Борис, который часы подарил, стучал рукой по столу и ругался:
– Мне ты должен! Или напомнить?
– Боря, ты не кипятись. Адвокаты наши и высокий суд в Лондоне разберутся.
А мой не унимался и опять по столу бить:
– Мы замучаемся там пыль глотать! Давай сейчас.
Теперь понятно почему этот очкастый так на моего смотрел. Эх, так и не узнает мой благотворитель, что часики свои сломал. Теперь уже мои…
39.ВИНТИК, ДА ПРУЖИНКА
– Это ж как нужно бить, чтобы повредить такую гармонию. Юноша, юноша, как говорил мой тезка – «Ненависть возбуждает раздоры, но любовь покрывает все грехи».
– Они недавно у меня. Я относился к ним очень аккуратно.
– Откуда они у вас?
– Подарок серьёзных людей.
– Хорошо, что подарок ведь «не доставляют пользы сокровища неправедные». А знаете ли вы…
– Знаю. Серьезные люди просто так ничего не дарят.
– «Долготерпивый лучше храброго», юноша. Вы перебили меня. Я хотел сказать, что «кто ходит не порочно, то будет невредим». А в часиках здесь сущая мелочь – винтик, да пружинка. Малюсенькие такие.
– Вы починить сможете?
Соломон Иванович надел лупу и снова склонился над вскрытыми внутренностями часов:
– Конечно, да.
– Обещаете?
Мои слова заметно расстроили Соломона Ивановича. Он резко вскочил, поднял вверх указательный палец и очень торжественно произнёс:
– Соломонова притча гласит «Обещал – исполни. Лучше не обещать, чем обещать и не исполнять». Оставьте телефончик домашний. Сделаю – позвоню.
Я записал телефон на листочке и протянул его Соломонову тезке:
– Спасибо большое, Соломон Иванович! До свидания!
Соломон Иванович разглядывал в монокуляр телефонный номер:
– «Веселитесь, юноша, в юности твоей». И Вам всего добрейшего.
Я подумал:
– Мудрый все-таки был царь Соломон… Делов-то – винтик да пружинка малюсенькие. Нужно перечитать.
40.СТО КАППЕЛЬ
Впервые за эти несколько дней я остался без часов на руке. От того чувствовал себя слегка неуверенным. Уверенность очень пригодилась бы мне на встрече с Маратом. Мы сидели в популярном холмском ресторанчике. Нужно сказать, что в то время рестораны модно было назвать именами белогвардейцев и забытых антигероев прошлых лет. Рестораны с названиями Деникин и Колчак уже были. Поэтому хозяева нового заведения поступили очень креативно, назвав себя ПИТЕЙНОЕ ЗАВЕДЕНИЕ СТО КАППЕЛЬ. В честь белого генерала Каппеля.
В нем была своя фишка. Немного кощунственная, но те, кто заходил в эту питейку, восхищались креативом основателей и об этом не задумывались. Спиртное здесь не наливали, а капали пипеткой. Порции были ровно 100 капель.
Мы с Маратом, пока обсуждали все нюансы по предстоящей сделке, уже приняли первые по сто капель. Рядом с нами стояли официанты, разодетые в стиле начала 20 века – в рубахах, подпоясанных красными кушаками, и как раз откапывали очередной заказ, считая вслух:
– Четыре.
– Четыре.
Тут зазвонил телефон. Оксана:
– Рома мне позвонил Соломон, какой-то Иванович. Сказал, что все готово и можно забрать часы. Я заберу или ты завтра сам?
Я, конечно, здраво решил, что завтра на самую мою крупную операцию нужно пойти именно с моим талисманом, приносящим удачу:
– Оксан, это на проспекте. Нет, не Космический, Менделеева.
Через несколько секунд снова звонок. Оксана.
– Ты там уже? Да забери. Спасибо, малыш. И Вероничку тоже.
– Шестнадцать.
– Шестнадцать.
Снова телефон. Оксана:
– Ром, мне рассчитаться?
– Да, конечно, дорогая.
– Семнадцать…
– Семнадцать.
– Ром, так я отдаю деньги?
– Да, конечно, как же без них рассчитаться.
Марат мне показалось занервничал и мне пришлось его успокоить:
– Жена. Как говорил Соломон: «Мудрая жена устраивает дом свой».
Вчера прочитал.
Марату слова Соломона понравились:
– Это тост. Давай за жён. Ребята долго капаете.
– Двадцать шесть.
– Двадцать шесть.
Оксана моя – подробный и щепетильный человек. Я не против этого, но шестой звонок меня слегка напряг. Я постарался взять себя в руки и даже не выслушал ее:
– Забирай. Плати-и-и! Мой ответ, конечно, да. Деньги были, есть и будут.
Я положил трубку:
– Так ведь, Марат?
– Да, Роман. Завтра в десять будут?
– Да.
Как раз подоспели наши официанты:
– Сто!