Помоги проекту - поделись книгой:
- Это нечестно, Лисанна, - выдохнул Рошар, притягивая мои пальчики к губам. – Я помогу устроиться в Аурейе всем аоршцам до шестнадцати лет, - повернулся к Барнасу, нехотя выпуская мою руку. - Мое слово!
Староста натурально расцвел от новостей. Едва не приплясывая, закончил экскурсию по лагерю, как раз вернулись несколько аоршцев с полными корзинами. Уставшие, но довольные. На драконов смотрели уважительно, без страха.
Нас с Рошаром заметили, конечно. Я уже успела отвыкнуть от реакции на себя поселенцев, а вот Рошара, по-моему, ничего не смущало. Лотр благосклонно принимал низкие поклоны и подобострастный тон, и некую боязливость в отношении к себе.
Обед разделили с поселенцами – тушу крупного горного зверя, зажаренную целиком на вертеле над костром. Еще для всех желающих сварили большой чан похлебки с овощами и крупой. Не хватало только свежего хлеба, но чего нет, того нет. Пересмотрела все собранное аоршцами, попросила сложить в тюки для переноса. Заберу все. Очень обрадовалась грибам-паразитам, причем и собраны и высушены они оказались как раз так, как нужно, не испорчены, начну работу, пожалуй, с них.
Рошар не расспрашивал особо ни о чем, но посматривал так, что было понятно, объяснений хочет.
Сегодня еще предстояло обменяться энергией с тремя диаракхорнами, поэтому уже поздним вечером, забрав все собранное, вернулись в Аоршские горы.
Диаракхорны на Рошара посматривали с опаской, те, кто не прошел слияния, с агрессией, вызовом. Только Рауторорк искренне заинтересовался чужаком. Обнюхал, осмотрел. В какой-то момент заметила, что Рошар дернулся от неожиданности, переводя ошарашенный взгляд на дракона, но я была занята с другими диаракхорнами, потому не прислушивалась и причину не поняла.
Сегодня мне предстояло обменяться энергией с тремя самочками. Молодыми, недоверчивыми, но полностью послушными воле Рауторорка. Мне же остается только доверять выбору вожака стаи. Рошар, не отрываясь, смотрел, как я касаюсь раздвоенного языка, как на глазах меняется взгляд ящеров, становясь более осмысленным, как каждая из самочек почтительно склоняет голову, пройдя обмен.
Уже в конце, когда пора бы и возвращаться, внутреннее чутье, какое-то необъяснимое ощущение вдруг потянуло меня в сторону. Не стала противиться. Поднялась и пошла, пока не оказалась на краю скального выступа. Закрыла глаза, прислушиваясь. Рошар подошел со спины, остановился в шаге от меня.
- Что-то случилось? – осторожно поинтересовался лотр.
- Не знаю, - ответила честно, не переставая прислушиваться. И тут меня еще сильнее потянуло куда-то вниз. Не задумываясь, выпустила энергетические крылья, обернулась, чтобы подмигнуть Рошару. – Я скоро вернусь, - сообщила, прежде чем шагнуть в пропасть.
Глава 37
Давно стемнело, но света от моих крыльев оказалось достаточно, чтобы рассмотреть, куда я спускаюсь. Лететь вот так, во тьму, в неизвестность, опускаться в буквальном смысле в пропасть было… жутковато. Но что-то меня звало, и я не могла, не хотела противиться этому чувству. Опыта полетов хватало лишь на то, чтобы медленно спускаться вниз. Крылья слушались превосходно, тут скорее собственная неуверенность могла помешать. Но я старалась не думать о том, какое расстояние подо мной, просто спускалась все ниже и ниже.
- Адали! – в голове раздался встревоженный голос Эйшхераша. – Куда ты пропала? Я тебя потерял.
- Я внизу, - сообщила, заметив небольшой выступ, на который и приземлилась, схлопывая крылья.
Странно, что могло меня сюда звать? Ничего нет. Огляделась, зажигая сразу несколько энергетических шариков.
- Это я тебя позвал.
Резко крутанулась вокруг своей оси, но источник звука так и не нашла.
- Адали, ты где? – встревоженный голос в голове. – Я видел тебя вот только что, а теперь не вижу!
- Но я здесь, внизу, - задрала голову, стараясь увидеть Эйшхераша. Подбросила шарики вверх, чтобы они осветили как можно больше.
- Не старайся, - снова мужской голос. – Если хочешь, я остановлю для них время, чтобы не беспокоились.
- Кто ты? – голос дрогнул. – И… где?
- Я здесь, - из темноты ко мне шагнул высокий незнакомец в длинном закрытом кафтане, на голове глубокий капюшон. Одновременно с его появлением все мои шарики погасли. Вместе с тем, фигура незнакомца будто слегка засияла, разгоняя мрак, но не давая рассмотреть его, как бы мне ни хотелось.
- Зачем ты меня звал? – храбрилась, но было не по себе, очень и очень не по себе.
- Тебе не нужно бояться, - незнакомец протянул руку открытой ладонью вверх. На руке было шесть пальцев, моргнула… и их стало пять. – Я могу выглядеть так, как тебе хочется, - спокойно поведал… кто-то. – Могу принять тот облик, который видела твоя мама при нашей встрече.
Вскинулась, вдруг понимая. Почувствовала, что по всему телу появляются крупные мурашки, голос сел. Множество вопросов, терзающих почти всю жизнь, вдруг выветрились из головы, всё стало неважно. Всё, кроме одного.
- Хочу… увидеть тебя… настоящего, - выдавила, напрягая зрение.
- Что ж, это твое право, - спокойно согласился… отец, откидывая капюшон.
На меня смотрели яркие светло-голубые глаза, не просто яркие, светящиеся. Мои крылья так же светятся, стоит их выпустить. Поначалу глаза – все, что я могла видеть. Спустя секунду взгляд чуть расфокусировался, заметила довольно темную кожу, высокий лоб с вертикальными, чуть удаленными друг от друга полосами, начинающимися от переносицы, светящимися тем же светом, что и глаза; широкие скулы, украшенные такими же продольными полосами от губ к вискам, чуть приплюснутый нос, узкие темные губы. Волосы отца развевались, хотя никакого ветра я не ощущала. Пряди, словно состоящие из маленьких голубых молний, будто каждый волосок и был такой молнией. Они искрили голубыми разрядами каждую секунду.
Отец снова протянул мне руку, пальцев было шесть, совершенно черные, опаловые ногти и такие же линии, перечерчивающие ладони, переплетающиеся между собой, двигающиеся, на глазах меняющиеся… Поняла, что все это время почти не дышала. Протянула свою руку и наши ладони встретились. В момент касания почувствовала мощнейший энергетический удар, такой сильный, что вокруг нас разошлась ярчайшая вспышка, а соединенные ладони продолжали светиться.
- Касания много значат не только для смертных, - выдал отец глубоким низким голосом, соединяя наши ладони еще крепче. – Я рад тебя видеть, плоть от плоти моей.
- Я… не знаю, что сказать, - призналась, глядя невероятному существу прямо в глаза, ощущая одновременно и холод и тепло от его касания.
- Ты должна сказать, что принимаешь меня и мою суть, - подсказал отец. – Что принимаешь мою кровь и мою силу.
- Я принимаю тебя и твою суть, - послушно повторила, почти не размыкая губ. - Принимаю твою кровь и твою силу. Готова следовать заветам великих Прародителей, - слова шли из самого сердца, я их не осмысливала, произносила то, что требовала моя душа.
- Услышано! – постановил отец, только сейчас отпуская мою ладонь.
- Зачем… почему сегодня? – запуталась в том, что хочу узнать, но отец, кажется, догадался.
- Любопытство, - пожал он плечами. – Ты попала в Эйргар, мир, что мы покинули много веков назад. Иногда мы наведываемся сюда, приглядываем за своими детьми. Теми самыми, с которыми ты и нянчишься сейчас.
- Диаракхорнами, - не вопрос, я и так знаю.
- Диаракхорнами, - подтвердил отец. – Что бы они тебе не рассказывали, ты не та Адали, что они ждали. Но твое общение с ними уже сыграло нужную роль. Не думал, что признаю это, но, возможно, диаракхорны достойны прощения.
- За что они так сильно наказаны?
- Ты знаешь, - кивнул отец. – Диаракхорны – все до единого наши дети, порождение нашей стихии, нашей энергии и сущности, самые родные и близкие и от того любой их проступок тяжелее вдвойне. Речь, конечно, не об этих диаракхорнах, среди них нет тех, кто был сослан. Это лишь их потомки.
- Дети не должны отвечать за грехи отцов…
- Дети всегда отвечают за грехи отцов, плоть от плоти моей! – громыхнул отец, заставив меня едва ли не подпрыгнуть. – Тебе не стоит бояться меня, дитя, - намного мягче заметил он. – Я доволен тем, что увидел. Ты становишься достойна моего имени, возможно, когда-то ты его получишь. Теперь же тебе стоит вернуться, тот смертный вот-вот прыгнет за тобой в пропасть.
- Что мне делать дальше? – выпалила, видя, что отец собирается уйти.
- Это лишь твой путь, плоть от плоти моей. Твой выбор, твоя дорога. Иногда… я потворствую своему любопытству и приглядываю за тобой, но помни, что выбор ты всегда делаешь сама.
- Мы еще увидимся? Ты расскажешь о себе? – до чего же не хотелось его отпускать! Не сейчас, не так скоро!
- Ты похожа на меня, дитя, - мягкая улыбка озарила лицо отца. Черты его поплыли, расплываясь, принимая образ лотра Архания, которого я считала отцом семь лет. – Все возможно, - сказал отец голосом, который семь лет говорил мне о своей любви, прежде чем вычеркнуть из жизни. – Никто не может знать, куда приведет нас выбранная дорога.
Сказав это, отец снова вернул свое лицо и просто исчез, расплылся в мареве тумана, растворился в воздухе. Тут же меня подхватил воздушный поток, мягко обволакивая, поднимая наверх, туда, где кричал и бился Рошар.
Эйшхераш смог меня почувствовать только тогда, когда воздушный поток опустил меня подле Рошара.
- Адали! – ворвался в голову донельзя взволнованный голос. – Великие Прародители, ты жива! Я тебя слышу!
- Лисанна! – схватил меня в охапку Рошар, а со стороны пещеры я заметила мчащегося Эрохана. – Боги, Лисанна, где ты была?
Подскочивший Эрохан не дал Рошару меня удерживать, вынуждая опуститься на землю и обнять уже его. Спустя несколько секунд поблизости опустился Рошар. А со стороны соседней скалы к нам мчался Рауторорк. Еще заметила не менее двух десятков диаракхорнов, летящих с разных сторон в нашу сторону.
- Лисанна, ты плачешь? – попытался сесть ближе Рошар, бесстрашно тесня Эрохана, взволнованно заглядывая в глаза.
- Все в порядке, - выдохнула, повернув лицо в сторону лотра. – Все в порядке. Просто… я впервые в жизни виделась с отцом.
Глава 38
- Великий Прародитель был здесь? – неверяще переспросил Эйшхераш.
Вокруг нас кружили несколько десяткой диаракхорнов, и я вдруг почувствовала связь с ними со всеми, будто легкая паутинка соединяла их, каждого из них, и меня. Тонкая бирюзовая нить, мерцая и поблескивая, то пропадала, то появлялась снова, но была отчетливо видна. Среди кружащих вокруг ящеров нашлись те, кто не прошел еще обмена энергией, их нити я тоже видела – серые, тусклые. Поманила одного молодого дракона, то и дело косящего на меня огромным рыжим глазом. Дракон без промедления устремился ко мне. Не приземлился – упал рядом. Пригнул шею и покорно ждал своей участи.
- Ты стала давить силой, Адали, - пояснил Эйшхераш. – Контролируй это. Лшэрв боится.
Молча сделала шаг в сторону молодого диаракхорна, тронула шипастую морду, коснулась горячего носа. Дракон робко высунул обжигающий раздвоенный язык, не смея коснуться первым. Этот момент – первые секунды после обмена, самые любимые, ради них я прихожу в стаю, ради них касаюсь драконов. Момент, когда взгляд ящеров меняется, зрачки будто становятся шире, в них появляется понимание, осознанность.
- Адали, - услышала я еще один голос.
- Отец признал, вы можете получить прощение, - повернулась к Эйшхерашу, но сказала вслух, так, чтобы все услышали. – Я не та Адали, что вы ждали, - решила честно признаться. – Но изменения есть, вы и сами это видите. И я вижу. И отец видит тоже.
- Ты – наша Адали, - прозвучал хор голосов, едва не оглушивший меня. Все диаракхорны, бывшие поблизости, так или иначе склонили головы. Даже те, кто был в полете выразили свое уважение.
Поймала обращенный на меня взгляд Рошара. Лотр смотрел на меня с каким-то новым выражением во взгляде. Только благоговения еще и от него мне и не хватало! – успела испугаться я, подходя к мужчине.
- Ты – дочь Бога, - хрипло выдохнул Рошар, стоило мне приблизиться.
- И вчера ею была, - ответила с максимальной легкостью в голосе. – И в тот день, когда ты увез меня из Аорши… Брось, Рошар, тебе этот взгляд не идет! Пора возвращаться. Все эти мешки нужно взять с собой, - кивнула на собранные травы, коренья и прочее. – Рошар, ну отомри уже! – легко стукнула лотра в плечо, а потом поднялась на цыпочки и мимолетно чмокнула его в щеку. – Рошар, ты мне нужен, - взяла лотра за руку. – Твой совет и дружеское участие. Твоя помощь и поддержка. Не благоговение и почитание, нет.
- Теперь я точно не могу ни на что рассчитывать, – коснулся пальцами щеки лотр, в том месте, где секунду назад были мои губы.
- Рошар, ты мой друг, и я очень дорожу этим.
- Да, - кивнул лотр, взгляд которого медленно менялся. Тускнел. – Да.
Обговорила с Эйшхерашом организационные вопросы насчет лагеря сборщиков, потискала напоследок Эрохана, который уже не так болезненно воспринял мой уход, дракончик жался к Эйшхерашу, проводившему все свое время с ним. Рошар подтянул все мешки в одну кучу. Оглядела собранное богатство, примеряясь. Взяла Рошаоа за руку, встав в центре собранных мешков, выпустила крылья, ставшие вдруг тяжелее. Даже сама засмотрелась. Крылья стали больше, а цвет изменился, став более насыщенным, голубых молний пробегало больше. Улыбнулась, махнув ими раз, другой.
- Можно… потрогать? – с робостью, которая ему не идет, спросил Рошар уже, впрочем, протягивая ладонь к крыльям. Дождавшись моего кивка, коснулся. Рука лотра прошла насквозь, думаю, покалывая от маленьких молний. – Они потрясающие, невероятные!
- Чистая энергия, - пояснила я, обволакивая нас обоих. После общения с отцом крылья выросли значительно. Без труда их размера хватило на нас с Рошаром, все мешки тоже оказались внутри. – Закрой глаза, - посоветовала Рошару, а стоило ему послушаться, представила свою лавку.
Вспышка… и вот мы уже стоим посреди зала в груде мешков.
- Это было лучшее приключение за всю мою жизнь, - выдохнул Рошар, медленно моргая. Крылья погасли и мы оказались в полной темноте.
- Рошар, - я все еще держала его руку в своей. – Ты должен меня простить, я чувствую свою вину. Не знаю, как объяснить, только я знаю, что ты не он. Что ты не тот, кто разделит со мной жизнь, не тот, с кем моя душа сольется, став целой. Ты – очень хороший, ты мне дорого, но ты не он.
Рошар посмотрел на меня больным взглядом, кивнул, принимая сказанное и сам, первый отпустил ладонь.
- Мне повезло встретить тебя на своем пути, Лисанна, дочь Бога. И я ни о чем не жалею.
Рошар ушел с обещанием, что непременно вернется завтра, я же решила использовать оставшиеся несколько часов до восхода светила на сон. Энергия бурлила во мне сегодня особенно сильно, но сон все равно необходим.
Крутилась и так и эдак, но все же заснула. А снился мне отец, Арханий, Рошар, Тревор, Барнас… все эти образы так странно переплелись и запутались, что утром я не могла точно вспомнить нить сна, только образы, непонятные, разрозненные, где-то даже пугающие.
На следующий день ко мне пришла Тшани – обортанка, чья дочь едва не погибла, съев дурное мясо. Мия мялась у порога, не решаясь ни войти, ни постучать. Заметила ее случайно, когда пыталась самостоятельно снять защитные щиты с окон. Понаблюдала немного, но так и не поняла, почему женщина мнется на пороге. Тогда решила выйти сама.
- Госпожа! – при виде меня обортанка упала на колени, не просто кланяясь, лбом касаясь земли.
Вокруг моей лавки после представления
- Прошу тебя, поднимайся, - торопливо подошла к мие и потянула ее наверх. – Идем в дом, мне не нравится, когда ты так делаешь.
- Простите меня, госпожа, - обортанка поднялась и теперь поклонилась стоя.
- Ты ведь Тшани́, я правильно помню?
- Все так, госпожа, но вы можете дать мне любое имя. Я теперь ваша, буду служить верой и правдой, буду выполнять все распоряжения и приказы, ни в чем не ослушаюсь, да услышит Великий Посол Пустошей мою клятву!
- Ни в чем не ослушаешься? – прищурилась.
- Ни в чем, госпожа!
- Тогда больше не называй меня госпожой и никогда не кланяйся – вот мое первое распоряжение! Идем в дом, прошу тебя.
Обортанка, явно шокированная моими словами, сначала рванулась было поклониться в очередной раз, но вовремя себя одернула и просто последовала за мной.
- Меня зовут Лисанна, Тшани́, и так ко мне и обращайся впредь. Можешь звать льярой, если хочешь, но по имени мне нравится больше. Как твоя дочь? – я провела мию на кухню и усадила за стол.
- Она здорова, льяра Лисанна. Величайшее чудо вы сотворили, не иначе. Все в пустошах знают, что такие черные пятна, как у моей Хариша́ф, появляются как вестник того, что Великий Посол ждет душу к себе, дабы провести тропой предков.
- Я рада, Тшани́, что сумела помочь твоей дочери, что успела вовремя. Сыновья в порядке? С кем ты их оставила?
- Харишаф за ними присмотрит, льяра. А я пришла служить вам. Скажите, я все выполню!
- На самом деле, Тшани́, - призадумалась, - помощница мне совсем не помешает. Скажи, ты где-то работала раньше?
- На окраске тканей, льяра Лисанна. Бочар Аш прогнал меня, узнав, что моя дочь больна. Я просила лишь несколько дней, дабы проститься с моей Хариша́ф, но он все равно выгнал меня.
- А… сколько ты получала за эту работу?
- Три степра в месяц.
Поделиться книгой: