Чужая жизнь

– А почему он, а не ты? –  Сразу пошла в наступление Маша, почувствовав единственную возможную зацепку.

– Я…. –  Маша почувствовала его растерянность. –  Ну, не знаю. Я думал….

– Дим, – Маша набрала в легкие побольше воздуха, чтобы сказать всё, что только что задумала, – я, конечно, понимаю, что Вадим Богданов богатый парень, сын босса, и запонки у него торчат изо всех возможных мест. –  После этих слов Димка истерично хохотнул, – но, неужели, тебе ни разу не приходило в голову, что я прошу у него помощи специально?

Димка почему-то насупился.

– Приходило. –  Пробормотал он. Маша выжидательно молчала. –  Чтобы закадрить его. –  Озвучил свои предположения Димка.

– А если не для этого?

– Тогда для чего?

Казалось, весь мир сосредоточился в этом вопросе, и Димка также терпеливо ждал ответ, как Маша жаждала его озвучить.

– Да всё для того, чтобы ты предложил свою помощь! –  С триумфом закончила Маша.

– Как это? –  Парень хмыкнул и моргнул.

– Дмитрий Рожковский, – Маша старалась придать своему голосу более непринужденный тон. –  Я далеко не глупая девушка и с лёгкостью смогла бы сама пощёлкать эти отчёты как орешки, но я ждала, что ты предложишь мне свою помощь.

– Зачем?

Димка оказался наивнее, чем она думала. Прежняя Катя держала его в чёрном теле и за это ей огромное спасибо.

– Ну, ведь это так приятно, когда твой муж тебе помогает, а ты строишь из себя дуру.

Маша загадочно улыбнулась, а у Димки окончательно съехала крыша.

– Кать, – ещё не придя в себя, произнес он, –  я пойду одеваться?

– Иди, –  разрешила Маша, понимая, что выиграла это сражение.

Выбрать что-нибудь приличное из гардероба Кати было также сложно, как и найти жениха для прежней Маши. Чёрные джинсы она натянула сразу, а вот с верхом оказалось всё гораздо сложнее. Вырезы во всех Катиных блузках оказались не в меру глубокими, немногочисленные футболки сверху до низу были залеплены стразами и крупным аляповатым подростковым принтом. Единственная приличная серая водолазка оказалась с пятнами от кофе.

Ладно. Стразы так стразы, решила Маша, натягивая самую консервативную из всех футболок. Всё же лучше, чем развратные блузки или грязная водолазка. Похоже, настало время кардинально обновить Катин гардероб.

Через полчаса она была уже готова. Димка полностью одетый в чёрные костюмные брюки и светлую рубашку с коротким рукавом ждал ее в прихожей.

– Хорошо выглядишь, – одобрительно кивнул он, внимательно изучив Катину внешность, – а почему не накрасилась?

– Я накрасилась. –  Просто ответила Маша и попыталась улыбнуться, когда Димка, наклонившись, уставился на ее лицо.

– Действительно, накрасилась, – растерянно пробормотал он.

– Это называется –  естественный макияж, – уточнила Маша.

– Понятно, – Димка взял с полочки ключи, – так тебе идет гораздо больше, чем…. –  Он воспроизвёл жест руками, предполагая её вчерашний мейкап.

– Я знаю, – кивнула Маша, наклонившись в поисках подходящей пары обуви, в которой она смогла бы ходить.

Обнаружив в дальнем углу шкафчика пару неплохих балеток, Маша с наслаждением всунула в них ноги. На каблуках она была почти вровень с Димкой, а в балетках едва доходила ему до плеча. Интересно, сколько же сантиметров были вчерашние каблуки?

Димка, если и удивился, что Катя не надела каблуки, промолчал, предпочитая просто наблюдать за женой, которую он не узнавал уже второй день.

Возле подъезда стояла их машина. Едва выйдя из дома, Димка взял Машу за руку, в буквальном смысле этого слова, и подвел к стоявшей на тротуаре «Ауди».

– Прошу. –  Он пикнул сигнализацией и распахнул перед ней дверцу.

В салоне было душно, пахло лимонным освежителем воздуха и сигаретами, лежащими на панели. Димка занял водительское кресло и завел мотор. Маша с неприязнью покосилась на сигареты, которые, судя по всему, курила прежняя Катя, и, под изумленный взгляд мужа, засунула пачку поглубже в перчаточный ящик.

Поездка по городу заняла около получаса. Они сами и его родители жили на окраине города, только с разных его сторон. Маша же в основном вращалась в центре, крайне редко забредая в отдаленные его участки, поэтому дорогу, по которой её везли, знала плохо и просто наслаждалась поездкой, наблюдая за всем, что происходило на улице через лобовое стекло.

– Кать, – Димка повернулся к девушке, когда они остановились на парковке возле пятиэтажного панельного дома, – когда захочешь уйти только скажи.

– Обещаю. –  Маша подняла вверх правую ладонь. Димка улыбнулся, и они пошли к подъезду.

Квартира его родителей находилась на первом этаже, напротив двери в подъезд. Маша даже не ожидала, что будет так волноваться, но, чем ближе они подходили, тем страшней ей становилось. Димка, чувствуя ее испуг, ободряюще улыбнулся и подал руку. Девушка с благодарностью посмотрела на него.

Дверь открыли сразу, видимо, уже их ждали. Немолодой седовласый мужчина, празднично одетый по случаю их визита, посмотрел на обоих и пригласил войти.

– Дима, Катя, вдвоем пришли. –  Он тоже заметно нервничал. –  Очень хорошо. Проходите.

Из полутёмной прихожей молодые люди попали в зал, где на диване сидела женщина, которая, как они вошли, встала. Подошла. Обняла Диму, метнула гневный взгляд на Катю.

– Здравствуй, сынок, ты как?

– Нормально. –  Парень попытался освободиться из её цепких объятий.

– Не заболел? –  Женщина всматривалась в лицо сына, пытаясь рассмотреть на нем следы усталости или болезни. К её удивлению, Дима выглядел бодрым и его глаза радостно блестели.

– Да не заболел, не заболел. –  Он отстранился. –  Всё нормально.

– Ну, а ты? –  Женщина посмотрела на Катю и вдруг поморщилась. Девушка содрогнулась, ошарашенная такой откровенной ненавистью. –  У тебя как дела?

– Хорошо. –  Испуганно пробормотала Маша. –  Здравствуйте. –  Добавила она невпопад. Приветствие женщина пропустила мимо ушей и на вежливые слова Маши не ответила.

– Не знаю, не знаю. –  Она снова повернулась к сыну. –  Вроде, выглядишь неплохо. –  Женщина попыталась потрепать его за щеку, но Димка увернулся. –  Но чует материнское сердце…. –  Она повернулась к Кате и погрозила пальцем. Маша сглотнула колючую слюну.

– Мам, не начинай. –  Димка притянул Катю за руку к себе поближе. Они и раньше не ладили с его матерью, но Катя как-то защищалась. Даже сама спорила с Тамарой Александровной, а сегодня, вдруг, ни с того ни с сего, спасовала. И у Димки сработал естественный рефлекс –  защищать свою женщину от любых нападок матери, которая представлялась сейчас ему ужасной мегерой, в то время как Катя, своим спокойствием и некоторой испуганностью, вызывала лишь умиление и желание оберегать. –  Если не прекратишь, мы уйдем. –  Строго пообещал он.

Тамара Александровна переводила взгляд с одного ребенка на другого. Катя молчала и не перечила сыну, а тот готов был яростно защищать её. «Даже плечи расправил», – пронеслась мысль в голове женщины. И это ту стерву, которая весь год мучила и изводила его? Из-за которой он не спал по ночам, дожидаясь её позднего возвращения с вечеринок? А уж сколько раз ей приходилось видеть его слёзы! Тамара Александровна всей душой ненавидела свою невестку.

– Томочка! –  В разговор вступил отец Димы. –  Накрывай на стол. Дети пришли в кои веки. –  Женщина упрямо поджала губы, но, ничего не возразив, вышла из комнаты. –  Не обращайте на неё внимания. –  Махнул рукой отец. –  Она просто вбила себе в голову, что у вас всё плохо. А у вас ведь всё хорошо? –  Он с надеждой посмотрел на сына.

– У нас всё хорошо, – заверил его Димка и, словно в подтверждении своих слов, положил ладонь на Катино плечо. Помимо собственной воли, сердце Маши затрепетало.

– Ну, и отлично. –  Он кивнул, и было понятно, что с отца этого достаточно. Некоторое время они беседовали на отвлеченные темы. В основном, конечно, говорили отец с сыном, Маша просто сидела рядом с мужем, рассматривая окружающую обстановку и машинально прислушиваясь к разговору.

Наконец, в комнату вошла мать и позвала всех за стол.

– Пойдем. –  Димка посмотрел в красивые глаза Кати. –  Все нормально? –  Он подмигнул, пытаясь разрядить обстановку.

– Всё хорошо. –  Катя мягко улыбнулась, вызвав в мужчине новый прилив нежности. Он едва не набросился на неё с поцелуями. Желание обнять и поцеловать жену, ранее сдерживаемое внешне спокойным Дмитрием, контролировалось теперь с большим трудом.

Он должен быть рассудительнее. Подумаешь, приготовила пару раз, убралась так, что квартира теперь напоминает музей, красится скромней и одевается консервативней. Интересно, какая муха её укусила и насколько её хватит? А может это какой-то хитроумный план? Конечно! Дмитрий едва не хлопнул себя по лбу. И как он раньше не догадался! Таким образом, она просто старается усыпить его бдительность. Но он не позволит больше манипулировать собой и будет внимательно следить за каждым ее шагом.

Димка нахмурил брови. Нельзя поддаваться её обаянию. Один раз он уже сделал подобную ошибку и больше этого не допустит.

За обедом Тамара Александровна устроила им настоящий допрос. Димку она замучила расспросами о работе, на которые тот отвечал с видимой неохотой, а когда настала очередь Кати, то женщина, как ив прошлый раз, поджала губы и заявила.

– А у тебя я даже не знаю, что и спрашивать. Интересоваться домашними делами, думаю, бесполезно, а подробности твоих походов по ночным клубам нас с Александром, – она с нескрываемой гордостью посмотрела на мужа, – не интересуют.

Маша ещё больше растерялась. Такая враждебность со стороны родителей понятна. Катя была заядлой тусовщицей и, вероятно, попортила Рожковским немало нервов. Иначе, с чего бы им так злиться на нее?

– Томочка, – укорительно покачал головой Александр, – ну, зачем ты так. Меня вот сын заверил, что у них с Катей всё хорошо.

– Знаем мы их хорошо, – нахмурилась женщина, – сколько это можно терпеть, Дима? – Она с укором посмотрела на сына. – Ты же мне обещал.

– Так, так поподробней об этом. –  Александр переводил взгляд с жены на сына. –  О чём это вы сговорились за моей спиной?

И тут Тамару Александровну словно прорвало. Она говорила и говорила. Обо всём. Вспоминала случаи, когда Катя оставляла их сына дома в одиночестве, а сама убегала с подругами на дискотеки, когда невестка открыто издевалась над мужем, когда грубила им с отцом.

Со слов Тамары Александровны, их невестка была эгоистичной, наглой, беспринципной особой, не достойной не только быть женой их любимого Димочки, но и находиться в их обществе.

– И мы пришли к решению, – заключила Тамара Александровна, многозначительно взглянув на Димку, – что вам, – женщина перевела взгляд на Катю и обратно на сына, – в настоящий момент, лучше всего развестись. Спокойно. Без шума и крика. Да, да, и не спорьте. Это самый разумный выход из сложившейся ситуации.

Маша не знала, что и возразить. С одной стороны, женщина права. Она заботится и переживает за своего сына. А с другой, едва обретя такого замечательного мужа, Маша боялась его потерять, и поэтому, на развод была не согласна.

Девушка посмотрела на Димку. Он сидел с каменным выражением лица, опустив глаза в тарелку, и молчал. Женщина заметила смущение невестки и полное безучастие сына и победно улыбнулась.

– Катя, ну ты сама признай, что просто не была готова к браку и что вы, откровенно говоря, поспешили.

Маша не знала, что там, в отношении Кати, но за себя могла поручиться, что в двадцать шесть с небольшим лет была полностью готова к семейной жизни, особенно с таким красивым мужчиной, как Дмитрий Рожковский.

И почему Катя настроила против себя всю его родню? Неужели, она действительно не любит своего мужа? Тогда зачем вышла за него?

Тамара Александровна вместе с мужем внимательно наблюдала за реакцией невестки, недоумевая, почему она не возражает и не грубит им. Почему девушка сидит с таким видом, словно у неё выбили почву из-под ног, и готова вот-вот расплакаться.

А Маша, между тем, перебирала в уме все возможные варианты ответов и, не выбрав подходящий, и окончательно запутавшись, пробормотала.

– Все мы совершаем ошибки.

Тамара Александровна победно улыбнулась.

– Конечно, – женщина кивнула, – мы же обычные люди. И я в свое время совершила ошибку. –  Она посмотрела на опустившего глаза сына. –  Дала свое согласие на вашу нелепую свадьбу. Рано вам было ещё жениться. Но Дима так настаивал. –  Она покачала головой. –  Зря мы с отцом тогда согласились.

– Я не о свадьбе. –  Маша покачала головой. –  Я о других ошибках. –  Девушка посмотрела на обоих родителей. –  О тех, что совершила и которые пытаюсь исправлять.

– Поздно уже исправлять. –  Нахмурилась Тамара Александровна. –  Понимаете, дети, мы уже по горло сыты вашим браком. Признайте, что вы просто не подходите друг другу, и разведитесь.

Александр Петрович был решительно не согласен со словами жены, а так как Дима молчал, отец решил взять дело в свои руки.

– Томочка, – он с укоризной покачал головой, – ну, что ты такое говоришь? Зачем решаешь всё за детей. Неужели ты думаешь, что им действительно лучше расстаться?

Женщина была абсолютно уверена, что так будет лучше для всех и в первую очередь для её единственного сына, на которого порой было жалко смотреть.

– Это ведь твоё решение, расстаться с Катей? –  Тамара Александровна посмотрела на Диму.

В любой другой день он, не задумываясь, ответил согласием, но…. Вчера Катя порядком удивила его. Он даже не мог предположить, что жена так вкусно готовит. А как она убралась в квартире! Просто уму непостижимо.

А Катин взгляд утром, когда она поцеловала его. Румянец на щеках, смущение. Димка до сих пор ощущал трепет в душе при одной только мысли об их утренних объятиях.

Нет. Он просто не мог заставить выдавить из себя слова согласия.

– Ну, мам, не начинай, – протянул Димка, поморщившись, – мы к вам в гости пришли, а ты устроила «утро стрелецкой казни».

– Ну, что я говорил, – победно подмигнул Кате Александр Петрович. –  Поняла. Пусть дети сами решают, что им делать, а нам лучше отойти в сторону и не мешать.

Обед прошел в натянуто-милой обстановке. Тамара Александровна молчала, но бросала, то и дело, на Катю неодобрительные взгляды. Димка же наоборот, ни разу не взглянул на девушку. И только когда они уже засобирались домой, подал ей руку и мягко так притянул к себе.

– Пойдём. Мне просто нужно подготовиться к отчёту. – Муж виновато пожал плечами и улыбнулся. – Я утром говорил, что взял кое-какую работу.

– Конечно. –  Маша улыбнулась в ответ, и вежливо попрощавшись с родителями, вышла вслед за ним в подъезд.

Ну, вот сейчас начнется. Димка внутренне сжался от ожидания очередного скандала. Катя не терпела, когда он брал хоть какую-то работу из офиса. Даже сущую ерунду. Если она в тот момент находилась дома, то непременно устраивала истерику, а один раз даже порвала документы и утопила флешку.

Димка шёл впереди и ждал, когда же она начнет возмущаться, но Катя ничего не говорила и только её теплая ладонь лежала в его руке. Не понимая, что происходит и почему жена молчит, он обернулся.

– Что?– Маша подняла на него свои красивые глаза.

– Ничего, – пробормотал Димка, чувствуя себя полным идиотом. –  Просто хотел спросить, не будешь ли ты возражать, что я взял документы домой.

Теперь она точно должна взорваться. Ну, не может Катя спокойно отреагировать на его слова.

– Не буду. И, если позволишь, даже помогу тебе.

У Димки после её слов пропал дар речи. Уж чего-чего, а такого от Екатерины Рожковской он точно не ожидал.

Всю дорогу до дома Катя не проронила ни слова и даже не прикоснулась к сигаретам в бардачке. О чём она думала? Димка терялся в догадках, но не решался спросить.

И тут вдруг у неё в сумочке запиликал телефон. Димка вздрогнул и, мельком взглянув на экран её мобильника, заскрежетал зубами.

Прочитав на экране загадочное слово «пупсик», Маша нажала на клавишу приёма вызова и осторожно произнесла «алло».

– Детка, это твой пупсик звонит.

Голос в трубке явно принадлежал мужчине. Маша нахмурилась. Неужели, это очередной Катин кавалер? Не удивительно, почему Димка побледнел и судорожно сжимает руль, что костяшки пальцев побелели.