Наследник. Обретение дара

— Саш, ты иди в дом, Мари тебя накормит, — кивнул князь парню.

Проводив парня взглядом, князь, присев на забор лицом к дому, повернул голову ко мне.

— Теперь наша семья официально не владеет ничем. Денег на счету рода, хватит где-то на год, а может, два, если экономить, жизни. И поэтому твоё поступление в академию очень важно. Тебе будут выплачивать стипендию, бесплатная кухня и жильё.

— Я, что должен там жить? — удивлённо произнёс я, облокотившись на забор и смотря на озеро.

Сегодня к вчерашней яхте, добавилось ещё четыре и они дружно плыли в сторону нашего дома.

— Каждый день ты сюда и обратно не наездишься. На выходных можно устроить, что Сашка тебя будет забирать, но не более, — ответил князь, протерев лицо.

— Что ещё мне нужно знать? — произнёс я, не отрывая взгляд от морских судов, стремительно несущихся к нам.

— Пока, ничего, только вот кольцо рода— пожал мужчина плечами и стянув с безымянного пальца серебряное кольцо, вложил в мою ладонь. — Храни его больше жизни. Другой сделать очень сложно.

Слушая князя и кивая его словам, я с удивлением смотрел на тройку вертолётов, поднявшихся над лесом. И к удивлению, они тоже летели в нашу сторону.

— Алексей Иванович, а вас не кажется, что вот эти типы целенаправленно движутся к нам.

— Какие типы? — в недоумение проговорил он.

— На вертолётах и вон на яхтах, — кивнул я в сторону озера.

Князь резко, спрыгнув с забора, повернулся в сторону озера.

— Нет…Нет…не может этого быть! Сергей, беги! — прошептал он, словно не верил своим словам.

Мой незаданный вопрос был прерван прилетевшей со стороны озера ракетой в дом. Князь смог устоять на ногах, словно ничего не произошло, а вот меня попросту перекинуло через небольшой забор.

— Беги! Просто беги отсюда. Я задержу их! — кричал, он. Выпуская несколько огненных шаров в сторону вертолётов.

— Да куда тут бежать?! — вскинулся я, переползая забор снизу.

— В лес! Беги! Найди Оболенского, он поможет. Скажи ему правду! — ещё одна техника вырвавшееся из рук старого князя, взорвала ближайший вертолёт.

— Кто он? — успел крикнуть я.

Перед тем как пулемётная очередь прочертила перед нами дорожку от пуль.

— Император! — бросил князь на меня взгляд, полной боли и обиды.

Это стало последним, что я увидел на лице князя. Перед ним взорвалась очередная ракета, словно влетела в какую-то стену. Его отбросило на несколько метров назад, а меня впечатало в забор и я, рухнув на колени, мотал головой, пытаясь восстановить слух. Меня словно оглушило.

Подняв взгляд, я увидел как по лестнице ведущей на пристань, на парковку врываются около пятидесяти человек и первая пятёрка открыла плотной автоматный огонь по Алексею Ивановичу. Слева, практически надо мной завис вертолёт и открыл пулемётный огонь по Барклай-де-Толли. Пули, заставляли щит, перед старым князем загорается синеватым цветом, после каждого попадания. Но после того как вертолёт начал поддержку пехоты, щит горел просто синим, с каждым новым попаданием бледнея на глазах. Повернувшись в сторону дома, я обомлел. Половины дома просто не существовало. Там были лишь развалины и огонь.

Ублюдки, твари…чтобы вы все сдохли. Сжав руки в кулаках, я в бессильной злости ударил по земле.

И это была моей ошибкой, часть скалы, где лежал я и куда выбегали солдаты, просто откололась и рухнула вниз в воду.

Это, наверное, было красиво со стороны. Когда такая глыба камня с такой высоты падает в воду. Шум, треск, стена воды, взметнувшиеся в небо. Я такое видел по телевизору. Да и то, чаще этого были куски льда, отколовшиеся от льдины.

Упав в воду, я заработав руками и ногами поплыл в сторону от суши. Было плевать, куда, лишь бы подальше от эпицентра, чтобы не затянуло на дно. Думать о тех ребятах, который упали вместе со мной в воду, мне было плевать. Утопли? Туда и дорога. Отплыв на метров двадцать, я перевернулся на спину и посмотрел накалу, где был мой дом.

В воздухе курсировал один вертолёт из трёх, летевших сюда. И я искренне надеялся, что второй тоже разбился. От дома же шёл чёрный коптящий дым. Слышались выстрелы и взрывы. Там, где некогда находилась пристань, ничего не осталось, её уничтожило обвалом. Яхт, рядом тоже не наблюдалось

Ушлёпки…Надеюсь, вы все сдохните.

Повернувшись, я поплыл дальше. До берега было не так уж и много. И мне потребовалось минут пятнадцать.

Взобравшись на берег, я нашёл в себе силы проползти до лесополосы и провалившись на спину, я с облегчением выдохнул.

Получилось, я жив! Похлопав себя руками и убедившись, что и цел и во мне не торчит никакой лишней детали, например, кусок забора. Я подполз к дереву и прислонившись спиной, смотрел на озеро.

По озеру неслось несколько катеров в сторону родового поместья.

Надеюсь, отец и Мари смогут спастись. Хотя нужно быть объективным, хотели бы взять живыми, то не прислали бы боевые вертолёты.

Но мне нужно уходить отсюда. Поднявшись на ноги, я посмотрел последний раз на дымящуюся скалу и поплёлся сквозь лес на запад. Где-то там, пролегает шоссе в сторону Финляндии.

Мне потребовалось несколько часов, чтобы выйти к дороге. Осмотрев себя, я с сожалением вздохнул. Вместо чистой и целой одежды, я теперь был весь в грязи и лохмотьях. Дождавшись, когда в плотном потоке образуется окно, я перебежал на другую сторону и развернувшись лицом к встречным машинам, выставил руку с поднятым большим пальцем. Авось кто-нибудь да сжалится.

Десятки, а может, уже и сотни машин разнообразных и незнакомых моделей проносились мимо. Я прошёл по ощущениям не один километр, когда возле меня остановился сине-белый грузовичок с хромированной бочкой вместо кузова, на которой синими буквами было написано молоко.

Из окна пассажирской двери выглянул парень, лет двенадцати. Может, меньше, а может и старше, пойди разбери нынешнюю молодёжь. Выглядят на тридцать, а в паспорте пятнадцать.

— Дядь, вам куда? — посмотрев меня с ног до головы, улыбнулся он.

— До Питера бы…хотелось, — задумавшись на мгновение, ответил я, подходя к дверям.

— Садитесь! Докинем с ветерком, — хихикнул он.

— Только у меня денег нет, потерял кошелёк, — опустил я глаза.

— Парень, садись уже, помогать людям важнее! — крикнул мужской бас из кабины.

Забравшись внутрь, я уселся у окна. В машине, кроме пацанёнка, оказался мужчина лет сорока, полная копия сына. Только старше.

— Спасибо вам, — повернулся я к мужчине, который включив поворотник и не отрываясь от бокового зеркала, выруливал на дорогу.

— Да брось. Сегодня мы тебе поможем, а завтра ты нам! — хмыкнул он с весельем.

— Мамка у нас всегда так! Животных подберёт и домой несёт. Знаете сколько у нас кошек и собак? В нашей деревне ни у кого столько нет. К нам даже из соседних городов потом едут и берут к себе домой, — принялся рассказывать ребёнок.

Я же на его слова лишь кивал и смотрел в окно. Так, я я и уснул. Слишком много событий на мою тушку.

Разбудили меня уже на въезде в город. Очнувшись оттого, что меня трясут за плечо, я в недоумение смотрел на отца с сыном.

— Приехали! — улыбнулся водитель. Нам дальше, а тебе сюда.

— А, да. Спасибо. Надеюсь, мы ещё увидимся, — пожав им руки, я выпрыгнул из кабины.

— Пока! — крикнул мне ребёнок, через открытое окно, помахав рукой.

Проводив грузовичок взглядом, я осмотрелся. Передо мной висела табличка, с названием города. По правую руку была огромная автозаправка на десять бензоколонок, выполненная в оранжевом кооперативном стиле. Шесть флагов, развевающихся на ветру. По другую сторону дороги стоял пост автоинспекции. Три патрульных машины с включёнными проблесковыми маячками на крыше и пять сотрудников, смотрящих в сторону выезда из города.

Всё это было окружено полями, с подсолнухами.

Пока я стоял и думал, что мне делать дальше и как добраться до поместья Оболенских, я совсем упустил из виду, что происходит у меня за спиной.

— Молодой человек, можно ваши документы? — раздался позади меня голос.

Развернувшись, я упёрся взглядом в широкую грудь, обтянутую в синею форменную рубашку. Машинально сделав шаг назад, я, подняв голову, встретился с подозрительным взглядом сотрудника полиции.

— Документики можно? — повторил он.

— Нету, — покачал я головой.

— А куда дел? — нахмурился он

— Потерял, — произнёс я, опустив голову.

А и правда. На меня вообще документы то есть? Хоть какие-то. Это в сказках про попаданцев, они живут спокойно, покупают квартиры, машины, бизнес создают. А в реальности то, как быть? Документов нет, в записях загса и у паспортистов ты отсутствуешь. А восстановить, то чего не было, затруднительно.

— Ну, поедем в участок, проверим тебя, — хмыкнул он.

— А может, не надо? — с надеждой спросил я.

— Ты себя в зеркале видал? Чёрти кто, — фыркнул он. — А мы сбежавших пациентов из психушки ловим. Может это ты? Нет, братец, едем в участок, тебя там проверят и опознают. Ну или не опознают. Делов-то.

— И правда… — понуро произнёс я, шагая за офицером с погонами капитана. — Позвонить-то дадите хоть?

— А должны? — удивился он, поворачиваясь ко мне.

А вообще, тут должны давать право на звонок? Или это тут не работает.

— Не знаю, но хотелось бы, — пожал я в ответ.

— Тогда дадим, — рассмеялся он и открыв пятую дверь джипа, махнул рукой. — Прошу.

05. Новый дом

Меня посадили в отдельном кабинете с исписанным деревянным столом и двумя скамейками. Бело-зелёные окрашенные бетонные стены, одинокая лампочка и узкое окно под потолком, открытое в режиме проветривания. Вот и вся скудная обстановка.

Напротив меня сидели полицейские и заполняли документы. Я же просто сидел на скамейке, подперев голову руками.

В отделе полиции, мы находились уже двадцать минут, и каких-то подвижек со мной не было вообще.

— А мы кого ждём? — задал я вопрос, после ещё получаса нахождения в этом кабинете.

— Психиатров из больницы, он едет где-то, — ответил один из полицейских, не отрываясь от бумаг.

— Вот оно как…так может, дадите мне позвонить? — почесав голову, уточнил у них.

— Сперва опознание, потом звонок, — отрезал полицейский который меня сюда привёз.

Посидев минуту и подумав о своей судьбе, я сложил руки перед собой.

— А поесть дадите?

Сотрудники, опешившие от этих слов, отложили ручки и посмотрели сперва друг на друга, а потом на меня.

— А пожевать надо будет?

— Нет так нет…чё нервничать-то, — вздохнул я.

— Мы тебя сейчас в подвал спустим

Там и покормят и спать уложат…Могут и другие услуги оказать, если захочешь, — заржал они вдвоём.

— Не, я лучше тут посижу, — отказался я от такого заманчивого предложения.

— И молча, — погрозил мне ручкой офицер.

Показав, что я нем как рыба, я принялся изучать документы, которые они писали. Единственное, что я смог различить, что это были рапорты за день.

Периодически в кабинете заглядывали другие полицейские, кто-то перекидывался парой слов с моими, кто-то недовольно ворчал, что мы заняли место.

Вскоре к нам заглянул взрослый и статный мужчина в очках и синем костюме в серебристую полоску.

— Гена, я приехал!

— О, Матвей, — поднял взгляд полицейский. — Заходи, твои парни в подвале сидят, но мне нужно вот этого посмотреть, — кинул он на меня. — Вроде и похож на твоих беглецов, а вроде и нет.

— Ну-с посмотрим, — кивнул мужчина, проходя в кабинет. Подойдя ко мне и заглянув в моё лицо, он покачал головой. — Нет, это не мой.

Я с облегчением выдохнул и посмотрев на полицейских, спросил.

— Теперь-то я могу позвонить? — спросил я у вставших полицейских.

— Можешь, а кому?

— Мне нужен Князь Владимир Артурович Оболенский.

Дружный хохот заставил заглянуть в кабинет несколько человек.

— Матвей, это точно не твой парень? — утирая слёзы смеха, произнёс полицейский.

— Точно не мой, даже мои не настолько тупые, чтобы самому князю звонить, — покачал головой глава психиатрической больницы.