Помоги проекту - поделись книгой:
– Сюда идите! Хотите посмотреть место входа молнии в землю?
Кто бы отказался! Вот так жизнь проживёшь, а ничего подобного не увидишь.
Мы подошли и увидели странную картину: толстого огненного паука. В центре паука была дыра, с выброшенной наружу почерневшей землёй, а от пробоины в разные стороны расходились многочисленные зигзаги лап, которые тоже горели. Пара лап тянулась в сторону дуба.
– Толком и не разгорелось ещё, – пояснил ситуацию физрук. – Эх, леснику бы сообщить. Но пока до него добежишь… Да и не знаем мы, куда бежать. Не спросили, где его избушка.
Роман Русланович, глядя на языки пламени, задумчиво тёр ладонью шею, видимо, принимая трудное решение.
– По инструкции, как руководитель детской группы, я должен немедленно свернуть лагерь и увести вас в другое место, чтобы не подвергать опасности. Потом сообщить об очаге возгорания леснику. Так по инструкции.
– А по совести? – упёрся в физрука взглядом Денис. – Что же, мы вот так всё бросим и уйдём? У меня дед – отставной военный. Как я ему в глаза посмотрю? Скажет, хорош внук – сбежал с поля боя.
Девчонки взглянули на ситуацию с другой стороны.
– Уйдём – потом же нас ещё и обвинят!
– Скажут, что поляна от нашего костра загорелась.
– Ребята, а помните, весной в школу пожарные приходили, просили нас сухую траву не жечь? – подсказал Никита. – Предупреждали, что низкие пожары только кажутся безобидными, а на самом деле опасны, потому что быстро распространяются.
Услышав это, Илария не на шутку заволновалась.
– Быстро распространяются?! А как же старый дуб?
Мы посмотрели на учителя. Почему он не ведёт нас за собой?
Но Роман Русланович всё ещё принимал решение, взвешивая все «за» и «против». Мы понимали, конечно, что характер спасателя звал его в зону огня, но инструкция, ответственность за нас и подпись в документе держали мёртвой хваткой.
– Лариса Леонардовна, вы второй руководитель похода, что скажете?
Она ответила без промедления.
– Сразу признаюсь, что не имею ни малейшего опыта в тушении пожаров. Но если учесть, что толком ещё не разгорелось и площадь огня совсем небольшая… надо хотя бы попробовать. Пока я не вижу большой опасности для ребят. Давайте так: я пригляжу за девочками, а вы с Алексом – за мальчишками, чтобы излишне не геройствовали.
Роман Русланович в одно мгновение переменился, словно тяжёлый груз был снят с его плеч: губы растянулись в улыбке, из глаз ушла напряжённость.
– А вы настоящая боевая подруга. Я ждал именно такого ответа. Ну что же, давайте договоримся, если через час не будет заметных результатов – сворачиваемся и быстро уходим!
Наши руководители ударили по рукам.
– Ура! Пацаны, айда тушить! – бросил клич Денис, за что получил от физрука щелчок по козырьку кепки и ответ: «Не лезь поперек батьки в пекло!»
– А вот девчонки пусть в сторонке посидят! – предложил Виталька. – Они, небось, после грозы ещё не пришли в сознание!
Маринка тут же руки в бока воткнула и завопила, как сирена пожарная:
– Это дискриминация! У нас в стране равенство! И женщины не ограничены в правах!
– Зато эта работа для вас запрещённая! – усмехнулся Виталька. – В России нет женщин-пожарных!
– Много ты знаешь! А вот есть! Анна Шпенова! Девять лет проработала пожарным в Петербурге. Потом родила двух детей и перешла на безопасную работу.
– Так! – замахал руками Роман Русланович. – Быть тебе, Марина, депутатом! Но сейчас на дебаты нет времени. Слушай мою команду! В одну шеренгу становись!
Мы быстро построились, как на уроке физкультуры: сначала – мальчишки, за ними – девчонки, а учитель продолжил:
– Прежде всего, я должен поставить вас в известность, что тушение пожара – дело добровольное. Кто не хочет, может патроны подносить или ведро чая вскипятить. Дело тоже нужное. Есть желающие? Нет. Тогда начинаем тушить этого змея-Горыныча! Только с условием! Беспрекословно исполнять все мои указания. Согласны?
– Согласны! – дружно закричали мы.
– Тогда, Саша, включай камеру!
Вот так команда! Она лишала меня возможности вместе со всеми "погладить льва". Я взбунтовался.
– Как же так? Хочу вместе со всеми… добровольно!
Лариса Леонардовна посмотрела на меня с пониманием и сочувствием.
– Саня, кто же будет самое важное снимать? Документировать?
Но Денис суровым голосом пресёк всякие продолжительные упрашивания.
– Ты дал согласие беспрекословно исполнять все указания? Выполняй уговор!
Роман Русланович дождался моих приготовлений и начал инструктаж.
– Борьба с огнём – не игрушки! Можно заработать серьёзные ожоги и надышаться дымом. Поэтому первое, что мы сделаем, – правильно оденемся.
– Как, опять? – захихикали девчонки. – Перед грозой вы говорили то же самое. Мы же ещё не переодевались!
– Надо девоньки, надо! Волосы тщательно спрятать под бейсболки или банданы, чтобы ни одного волоска нигде не висело. На ноги нужно натянуть мокрые джинсы.
– То есть как, мокрые? – заржали мы.
– То есть, обе штанины в реку окунуть и не выжимать, – ехидно уточнил физрук. – И носы прикрыть влажными полотенцами.
– А чем мы пламя сбивать будем? Мокрыми одеялами? – под общий хохот спросил Виталька.
– Нет, я кое-что другое придумал. Каждый из нас брал в поход бутылку воды. Я просил пустую тару по лесу не разбрасывать, а сложить в один мешок. Где у нас этот мешок?
– На кухне, – уточнила Лариса Леонардовна.
– Шестнадцать бутылок – это примерно двадцать литров воды. Неплохо! Кроме того, ещё есть ведро, казан и котелок. Так что мы огонь заливать будем. Надеюсь, в реке воды хватит. А теперь – бегом в лагерь переодеваться!
Держа в руках наполненные по горлышко бутылки, мы вновь построились перед большим кострищем, всем видом выказывая своё откровенное нетерпение. Но Роман Русланович не обратил на это ни малейшего внимания.
– Пусти вас вот так к огню – вы же в самое пекло полезете! А так пожар не тушат!
– А как? – спросил дотошный до подробностей Артём.
– Как-как? С головой на плечах! Вы, наверно, считаете, что нужно быстрей залить водой всю эту жаровню, – физрук очертил пальцем горящий остров. – А вот и нет! Пусть середина вас вообще не тревожит. Горит сухая трава. Она быстро прогорит и угаснет. А вот пожар надо взять в кольцо, чтобы он не расползался в разные стороны. Поэтому мы будем хорошо проливать только горящую кромку и снаружи. Смотрите как!
Физрук подошёл с ведром к кострищу и, двигаясь вправо, сначала полил край огня, затем, развернувшись в обратном направлении, примыкающую к нему ещё не тронутую огнём полоску.
– Ну, поняли? – спросил физрук, разгибаясь. – Двигаться нужно не вперёд, а вправо-влево, вправо-влево, не переступая за кромку огня.
– А-а-а! – протянул Артём. – Челночный бег!
– Типа того! Теперь смотрите, как пользоваться бутылочным огнетушителем. Ну-ка, Никита, дай мне одну бутылку, я смотрю, ты сразу двумя вооружился. Тут главное что? Над огнём не склоняться и руки в него не совать! Держите дистанцию! Пластиковая бутылка, если на нее нажать, сама выбрасывает струю вперёд, – продемонстрировал физрук. – А сейчас встаём по контуру огня через два метра друг от друга! Эти два метра и есть участок вашей личной границы, и она должна быть на замке, то есть в совершенно мокром состоянии. Вопросы есть?
– Нет! – отчеканили мы.
– Тогда вперёд!
Анфиса и Илария сразу бросились занимать территорию ближе к дубу. Лариса Леонардовна поспешила им на помощь: полила из ведра подступы к дубу, до которых огненный паук в скором времени мог дотянуть свои лапы.
Поливать кромку огня было захватывающе интересно: под струями воды извивающиеся, как змеи, языки пламени угасали в одно мгновение, оставляя на земле чёрные следы обгоревшей до пепла травы. В азарте хотелось подавлять эти огненные полки, не останавливаясь, но вода быстро заканчивалась. Приходилось бежать на реку снова и снова. Это было очень скучное и утомительное занятие.
Только после шести таких ходок, наконец-то, стали видны первые результаты нашего огнеборства: кромка пожара теперь горела не сплошной линией, а островками. Настроения и сил прибавилось. Мы почувствовали, что побеждаем.
Пока девчонки бегали за водой, я зачищал территорию вокруг дуба от сухого мусора, складывая его в кучу подальше. Я рассудил так: где гарантия, что молния не угодит сюда снова? Вот и будет тогда гореть старый дуб в кольце собственной щепы и хвороста, как ведьма у столба средневековой инквизиции.
Собирая очередную охапку, я заметил, как мчась с реки, Маринка вдруг ойкнула и застыла на одной ноге, держа вторую почти на весу, лишь слегка опираясь о землю носком кроссовки.
Первая мысль – бежать ей на помощь. Но тут из-за куста, как шпион из фильма, вынырнул Виталька, и я, положив на сгиб локтя толстый сук, сделал вид, что усердно занимаюсь своим делом.
Проходя мимо Маринки, Виталька спросил с вызовом:
– Ты чего тормознула-то? Встала, понимаешь, посреди дороги. Обходите её!
Маринка скорчила болезненную гримасу:
– Я, кажется, ногу подвернула.
Виталька, ожидая подвоха, недоверчиво шагнул к ней и осторожно обошёл вокруг.
– Прикидываешься, да? – неуклюже поинтересовался он, видимо, совершенно не представляя, как в такой ситуации следует подступиться к девочке.
– Думаешь, я для смеха встала здесь цаплей на одной ноге?
– Вы, девчонки, всегда немного того! Не поймёшь, чего от вас ждать!
– Боишься, значит? – усмехнулась Маринка.– Тогда беги! Ой, сейчас укушу!
– Кусай, если хочешь, – Виталька выставил плечо вперёд, как вовремя прививки.– Я боли вообще не боюсь! А лучше, знаешь, давай бутылку, сбегаю, вылью вместе со моей на твою границу. Мы сейчас там на раз огонь остановим!
Подглядывая за ними краем глаза, я был доволен: ну вот же, может Виталька быть и благодушным, и даже галантным…уж теперь-то наверняка подружатся…
И вдруг, глядя на Маринку, Виталька прыснул коротким дурковатым смешком, несуразно балансируя на одной ноге с двумя бутылками в руках.
– Или ты, как канатоходец в цирке, бутыль для равновесия держишь? Заберу – и свалишься!
– Вот ты опять! Насмехаешься! Сколько можно! – надула губы Маринка.
– Шучу я, шучу! Да, фигово у тебя с ногой получилось, – наконец-то проявил нечто похожее на сочувствие Виталька. И, вроде, ещё что-то хотел сказать, но не знал что? Хотел пожалеть, но не знал как? Даже руку протянул, чтобы ободряюще дотронуться до её плеча…
Но в эту минуту на поляну один за другим начали выбегать ребята, несясь к кострищу подобно безудержному табуну диких мустангов.
Маринка растерянно оглянулась, поставила больную ногу на землю и попыталась на всякий случай сделать несколько шагов в сторону…
Услышав её прерывистый стон, Виталька, не раздумывая, загородил подругу спиной и, разведя руки с бутылками в стороны, громко завопил: "Доктора сюда! Доктора!"
Парализованные сильным удивлением, все тут же сменили бег на ходьбу и осторожно окружили одноклассницу, повторяя один и тот же вопрос: " А что случилось?"
Быстро присев на одно колено, Алекс закатал Маринке джинсовую штанину, вытащил шнурок из кроссовки и, осторожно сняв её, ощупал ногу.
– Рассказывай, как случилось?
– Бежала. Нога на бок подвернулась.
– Наступать можешь?
– Могу, но больно.
Роман Русланович и Лариса Леонардовна присели рядом на корточки.
– Ну, что скажешь?
– Да вроде, обошлось. Связки целы, а то бы кожные покровы побагровели. И припухлость незначительная. Растяжение. В палатку понесём. Виталька, не уходи, поможешь. Сделаю тугую компрессию. Теперь только лежать и ногу повыше. Завтра домой либо на одной ноге поскачет, либо понесём. Такое быстро не проходит.
Алекс и Виталька усадили Марину на сиденье из четырёх соединённых рук. Она, чтобы не упасть, обеими руками обхватила шеи носильщиков.
– Ух, ты! Зыкинско! – простодушно позавидовал Артём. – Чисто Шамаханская царица! Собственные рикши в услужении!
– Би-би-би! "Скорая" отъезжает! – пошутил Алекс, чтобы ребята освободили дорогу.
Я выключил камеру и, подобрав две лежавшие рядом разлившиеся бутылки, побежал на реку.
…Когда от огненного паука оставался лишь тлеющий сизым дымом остров, над нами пронёсся квадрокоптер и закружил над чёрным пепелищем.
Мы радостно замахали ему руками и пустыми бутылками.
Вскоре Михолап лично примчался на своём боевом мопеде.
Поделиться книгой: