Помоги проекту - поделись книгой:
Никита, Денис, Семён, Маринка и Анфиса подняли руки.
– А рыбки тоже питомцы? – спросил Артём и вытянул руку.
Михолап отдал пустую миску и задумчиво пошевелил палкой хворост в костре, чтобы лучше горел.
Мы терпеливо ждали, чувствуя, что в трагическом происшествии с ежами, есть какой-то неожиданный поворот.
– В общем, так, ребята, – наконец заговорил лесник. – После того, как я разыскал колышек там, где указал Саша, сразу же по горячим следам поехал в Огневое. Обошёл полсотни дворов – результатов ноль. В палисадниках – сирени да акации. И вдруг – ива! А под ней на земле – стружка! Стучу в ворота, кричу хозяев. Выходят с виду обычные дедок и бабуля. Спрашиваю: «А кто это у вас в палисаднике колышки затачивает и для какой такой надобности?» Оказалось, к старикам из города внук приехал. Чтобы без дела по селу не шатался, дед поручил ему колышков для рассады натесать…
– Ну, всё понятно! – не выдержал Артём.
– И сколько же лет этому внучку-тесальщику? – спросила Илария.
– Двенадцать.
– Такой мелкий?! Откуда такая злобища? – хмуро удивилась Маринка.
– Вот про эту злость я и хотел вам рассказать.
Михолап посвистел тихо, тоненько. Драйв навострил уши и с интересом наклонил голову сначала в одну сторону, потом в другую.
– Вот и у того мальчишки была собака. Гуляли, играли, дружили. Весной на дачу поехали и собаку с собой взяли. А там на участок ежи часто прибегали. Щенок с ними играл. Никто и не думал, что это может быть опасно. А через две недели заболел щенок бешенством. В ветлечебнице пришлось его усыпить. Мальчишка так горевал без любимого друга… До сих пор места себе не находит… Вот я и думаю, какое наказание применить к парню с учётом открывшихся обстоятельств, да и надо ли?
Наступило молчание. Никто больше не рвался выступать с осуждениями. Все были совершенно сбиты с толку.
Первое, что мы услышали, было сказано Иларией:
– Леня, ты за Драйвом хорошо присматривай. Здесь ежи тоже бегают.
– Горькая история. Жаль мальчишку! – призналась Лариса Леонардовна.
– Да, жалко! Но оставить такой поступок вообще без внимания тоже нельзя! – возразил Роман Русланович. – Надо хотя бы услышать от него осознание, раскаяние и извинения. Вам, Максим, услышать.
– А может, у него короткое замыкание на фоне сильного стресса? – покрутил у виска Виталька.
– Тогда его не наказывать, а лечить нужно! – подсказал Алекс. – Водить на занятия к психологу.
– А как он себя вёл, когда вы с ним беседовали? – спросила Маринка. – Выкручивался?
– Нет. Пока свою историю рассказывал, слёзы кулаком по щекам размазывал.
– Ну вот же! Диагноз на лицо! – вскипела Лариса Леонардовна. – У мальчишки нервное потрясение. Стресс! Не надо его наказывать. Перво-наперво необходимо связаться с родителями. Рассказать о случившемся и посоветовать срочно обратиться к психологу. Максим, я сейчас вам свой телефон запишу. Давайте вместе парнишке поможем.
Михолап деловито пошёл следом за нашей классной к палатке.
Девчонки этот факт мимо себя просто так не пропустили: долго следили взглядом, как лесник и Лалила энергично кивали друг другу, о чём-то договариваясь. Затем Маринка торжественно подытожила:
– Всё, испёкся Максим Михолап!
– Слушайте, – вдруг задумалась Алёнка, – если наша Лалила за него замуж выйдет, она тогда Лалими станет? Тоже музыкально.
…Тем временем, Володя и Семён, воспользовавшись паузой, принесли большую крышку от казана, наполненную кусочками завёрнутого в фольгу судака и чёрной печёной картошкой.
– Вот, разбирайте!
– Только не гурьбой! Цивилизованно! – остановил общий порыв физрук. – Сначала – дамы.
Илария рыбу не взяла – только картошку, повертела в руках и удивлённо спросила:
– Её, что, есть можно? Она же грязная!
– Не грязная, а закопчённая, – объяснил физрук, выбирая себе картофелину. – Ты корочку-то снимай, солью посыпай и ешь. Эх! Вкус печеной картошки – это вкус моего пионерского детства, костра, ночных посиделок. Вкус романтики, одним словом!
Все увлечённо шуршали фольгой, перекладывая рыбу в миски, дули на обжигающую картошку. Пальцы и лица были в саже! Мы хохотали, показывая друг на друга.
Теперь у нас оставалась только одна тайна: тайна старого дуба и красных ленточек.
Когда Михолап вернулся, чтобы попрощаться с нами, Анфиса поторопилась с вопросом:
– А почему вы вот этот засохший дуб не выкорчёвываете? Весь лес чистите, а его не трогаете?
Михолап с прищуром вгляделся в очертания дуба, уже теряющиеся в вечерней синеве, и присел снова.
– Три года назад, когда я принял этот участок леса, ко мне целая делегация приезжала. Привели меня сюда и рассказали толи сказку, толи быль, но очень просили им поверить. А история, в общем, такая. Была в Огневом семейная пара: дед Макар и бабушка Марьяна. И прожили они вместе, представляете, 72 года! Редчайшее в жизни явление. А всё, якобы потому, что в юности дали клятву любви и верности возле этого дуба. Ну, тогда-то он был ещё зелёным красавцем. Дали клятву и повязали красные ленточки- скрепы. Так вот, это их дети, внуки и правнуки приходили ко мне делегацией. Просили не рубить священное древо любви.
Михолап поднял вверх указательный палец.
– Во как! Священное древо любви! Я подумал, да пусть стоит! Места много не занимает. Ухода не требует. Опять же – достопримечательность!
Поздним вечером по всему восточному горизонту беззвучно сверкали зарницы – отблески молний далёкой грозы. По этой причине спать мы легли разочарованными – никому не хотелось погоды, подпорченной дождём.
Однако утром, вопреки ожиданиям, нас встретило яркое солнце. И жара! Припекало, будто какое-то рыбье божество в отместку решило зажарить нас так же, как Вовчик вчерашних судаков на раскалённых углях.
Было слышно, как в палатке Маринка, Полина и Аленка недовольно ворчали, рассуждая, что в такой зной надо было бы вообще ходить топлес. Но они, увы и ах, не у себя на даче! В итоге, девчонки появились перед нами в топах на узеньких лямках и в коротких шортах.
– Доброе утро! – сказали они, сдёрнув с верёвки свои полотенца и перекинув их через плечо. – Мы умываться! Роман Русланович, вы с нами?
– Зачем? Вы мне слово дали? – не вдаваясь в подробности вчерашнего дня, спросил физрук.
– Да! – охотно кивнули подружки.
– Тогда какие вопросы? Свободны!
Девчонки, хмыкнув и манерно пожав плечами, спешно удалились.
Через минуту Виталька вдруг тоже засобирался.
– Ты куда? А завтрак? – вопросом остановила его Лариса Леонардовна.
– А что, я тоже ещё не умывался!
– Так ты и вчера не умывался, – напомнила дежурившая на кухне вчера Анфиса.
– Вечером мы печёную картошку ели – перемазались! – с полотенцем на шее, убегая, прокричал Виталька.
Пацаны проводили его долгими понимающими взглядами.
– Бра, я, кажется, знаю, что делать, чтобы Виталька наконец-то победил в Осеннем кроссе, – усмехнулся Никита вслед умчавшемуся другу. – Надо на финише Маринку поставить!
– Ага! И чтобы она его так ручкой подзывала! – плавно двигая пальцами, поддержал идею Денис. – Результат будет космический!
Пацаны, закатившись от смеха, повалились на траву.
И только Роман Русланович с тревогой смотрел на голубое небо, где сейчас происходило быстрое развитие кучевой облачности.
Казалось бы, какой пустяк! Но для бывалого человека это было предвестием опасности: обычно через несколько часов после появления таких облаков начинается гроза.
Не обладая подобными знаниями, мы пребывали в беззаботном настроении, строили планы на день и очень удивились, когда за завтраком физрук на полном серьёзе сообщил:
– Ребята, к нам идёт гроза. Думаю, она разразится после полудня.
Мы недоверчиво посмотрели на солнечное небо.
– С чего она тут возьмётся? – с сомнением спросил Артём. – Вот с этих пуховых белых барашков?
– Вот именно, с них! Это сейчас они белые и пушистые, а через пару часов превратятся в огромные кучево-дождевые облака, а ещё через час прольются на нас ливнем с громом и молниями, – без тени сомнения заверил Роман Русланович.
– Ой, мамочка! Я жутко боюсь молний! – поджалась Илария.
– Ну, молний должны бояться все! – пресёк высокомерные ухмылки физрук. – Почти всегда контакт с ними смертелен. Глупо было бы геройствовать. Поэтому нам придётся временно переменить дислокацию.
– Зачем? Гроза всегда быстро уходит. Отсидимся в палатках! – не придал серьёзного значения всему сказанному Виталька.
– Палатки спасут только от дождя, но не от молний. А здесь для нас слишком много рисков.
– Прямо тут? – простодушно развёл руками Артём.
Роман Русланович внимательно осмотрелся вокруг.
– Прямо тут!
Мы оторвались от каши и удивлённо закрутили головами, как это только что проделал физрук. Ну и где эти опасности? Вроде, всё тип-топ, как в стихотворении: "Травка зеленеет, Солнышко блестит…"
– Вот, смотрите! – повёл рукой физрук. – Первая опасность – сама поляна. Молния в лесу почти никогда не бьет в землю. Зачем? Ведь вокруг много высоких одиноко стоящих деревьев? Исключение – большие поляны. На поляне даже купол палатки – бугор!
Роман Русланович повернулся к Витальке.
– Вот ты сказал – отсидимся в палатках. Как только грозовые тучи пойдут над палатками, их купола будут стремительно накапливать электрический заряд. Наконец наступит момент, когда между очередной тучей и пологом произойдёт разряд – молния.
– Какой ужас! – воскликнула Илария. – А мы же ни в чём не разбираемся! Я бы точно в палатку спряталась!
– Поэтому и рассказываю, чтобы разбирались. Смотрите дальше, – снова привлёк наше внимание физрук. – Земля на полянах у рек имеет повышенную влажность глубинных слоёв. И это сильно притягивает молнию. Вот вам и вторая причина уйти отсюда.
– Но после грозы мы же сюда вернёмся? – спросила Анфиса.
– Конечно! Наш лагерь здесь останется.
– А мы что же, под дождём будем мокнуть? – скривил губы Виталька.
– Нет, мы снимем тент с кухни и все под ним спрячемся.
Физрук развернулся в сторону дуба.
– Есть и другие риски. Старый дуб уже был разбит молнией. Но на поляне он по-прежнему остаётся самым высоким объектом. И новый удар молнии в него очень вероятен. Это три.
– А что нам дуб? Он вон как далеко! – беспечно отмахнулся Артём.
– Ошибаешься. После удара токи молнии расползаются по земле на сотни метров.
– Расползаются? Фу-у-у, как змеи! – сморщила нос Полина. – И ущипнуть могут?
– Ещё как! Поэтому снимите шлёпанцы и переобуйтесь в добротные кроссовки, у них подошва резиновая.
– Могу назвать четвёртую опасность. Очень близко река, – подсказал Семён.
– Верно! Часто бывает, что молния бьет в воду или берег. А мы как раз где?
– На высоком берегу, – ответил за всех Семён.
– Теперь, если всё суммировать, то безопасное место нужно искать подальше от реки, за пределами поляны, под невысокими раскидистыми деревьями. Здесь я такого места не вижу. Поэтому, пока есть время, пойду пройдусь по округе.
И Роман Русланович, прихватив топорик, ушёл по тропинке, ведущей к просеке.
Когда он вернулся, мы с любопытством бросились ему навстречу.
– Что-то вы долго, – разволновалась Лариса Леонардовна и показывая на небо, сказала: – А ведь вы были правы! Посмотрите, тучи из барашков превратились в боевых петухов с гребнями в стиле а-ля Элвис Пресли. Это что-то значит?
В её больших глазах угадывалась тревога за всех нас.
– Вы меня просто восхищаете! – рассмеялся физрук. – Вообще-то, метеорологи называют эти гребни наковальнями. Чувствуете? С такой грубой мужской энергетикой! А вы – гребни в стиле Элвиса Пресли!
Девчонки тут же на цыпочки встали, шеи вытянули и загдегдекали. И ну давай руками, как кисточками, по небу водить – стиляжный чуб певца друг другу показывать.
– И всё же, что эти наковальни значат? – настойчиво повторила свой вопрос Лариса Леонардовна.
Поделиться книгой: