Сквозь Тлен

— Уголек, не спеши, — Трёхглаз снова взял инициативу в свои руки, — Если присмотреться можно увидеть как все кости будто соединены тонкой красно нитью. Без нее мы просто рассыплемся и не сможем двигаться. Как обычная кучка костей. У нас без Мертвоцвета сил мало. А вот свободные мертвые, без хозяина, могут даже доспех носить и оружие использовать. Нам немного силы через надгробье поступает особенно если оно родное, но это жалкие крохи. Иногда Господин подпитывает, когда мы ему нужны. Это ты сам скоро почувствуешь. Нас точно поднимут, твой Цветок искать будем. Ты сейчас как магнит, в тебя силу влей и побежишь к своему Мертвоцвету, мы кстати его Душа Мертвых называем.

— Красиво! — вздохнул Уголёк.

— Ы! — поддержал его собрат, по несчастью.

В возникшую паузу снова вклинился бубнёж Повара, которого кстати так и зовут.

— Если натереть сыр на тёрочке, и добавить немного сливок, да запечь… — Повар снова затянул свою речь о еде.

— Некоторые некроманты как наш, слабоваты. Поэтому собирают в кисть всякий мусор. Таких как мы, два спятивших, обгорелый хрупкий скелет, половинка и скелет с дырой во лбу не способный копить энергию, — последние слова так и сквозили обидой.

Тут до меня дошло поему напарников по Кисти зовут Уголёк и Трёхглаз.

— Ни чего, Тлен таких хитрецов карает рано или поздно. — в голосе Уголька, возможно промелькнула надежда, — у нашего Господина сейчас три «Кисти Некроманта» две нормальные и мы. Это его самые сильные артефакты. Тяжело копить силу, когда ты живой, Часть ее сразу тратится на поддержание жизни. А если односельчане узнают, что ты поклоняешься Тлену. Найдут и убьют. Только в сказках некромант живет на кладбище и поднимает мертвецов сотнями по щелчку пальцев.

— А что будет с нами если Господина убьют? — этот вопрос все чаще стал меня интересовать в последнее время. Ну не нравится мне, когда мной управляют. Пожалуй, никому не нравится.

— Все зависит от того, кто и как его ухлопает. — Трёхглаз явно эту тему обдумывал и не раз. Не я один тут вынужденный раб, — если просто убьют, то мы освободимся, а все его артефакты разрушатся. Жаль, но такое редко бывает. Обычно на некромантов охотятся либо церковники, либо вольные искатели в первом случае мы рассыплемся прахом вместе с Господином, во втором случае есть шанс на свободу. Есть еще вариант «нашего Господина» может прибить другой некромант, тогда мы перейдем к нему как трофеи.

Из всех эти объяснений я понял несколько моментов. Некроманты очень осторожны, чаще всего живут среди людей стараясь ни чем себя не выдавать, сложно по человеку понять, что он служит Тлену. Во-вторых, копить силу приходится по крупицам, выискивая мертвых не похороненных на кладбищах, неуспокоенных. В-третьих, против Господина мы бессильны, только узнав его имя можно его пытается одолеть, но кто нам его скажет.

— Вот когда у некроманта появляется первая «Длань некроманта», это такой артефакт как «Кисть», но сильнее тогда прятаться сложнее. И повелители мертвых сбегают и прячутся на мало заселенных территориях, — подвел итог Уголёк.

— А почему так происходит?

— Запах. — Трёхглаз презрительно хмыкнул, — Кисть артефакт слабый, для управления скелетами. Длань более сильная можно управлять зомби, а они постоянно гниют и воняют. Если живешь среди людей, запах гниющего мяса скрыть гораздо сложнее.

— Мяса? Говядина или баранина? — Повар снова активизировался.

— Человечина, — уныло произнес Трёхглаз, — материал для ритуалов найти весьма сложно, копить силу тяжело и опасно, тем более не заметно. Именно поэтому некроманты встречаются не часто. Нам с вами «посчастливилось».

Он ненадолго замолчал, видимо тема была болезненной для всех, даже Ы и Повар затихли. Хорошего мало, даже после смерти тебе нет покоя.

— Меня вот на шахте, напарничек упокоил. Я, когда живым был работал на руднике. Нашли значится мы с партнером шахту, заброшенную, разогнали там гоблинов. Бац, жила серебряная не богатая, но все же, тут у партнера моего и появилось желание стать ее единоличным владельцем. Признаюсь, у меня такое желание тоже было, он усел первым. Киркой мне лоб и проломил, третий глаз открыл гад, Тлен его забери. Сейчас я на него за убийство уже не злюсь, но мы скелеты энергию свою в черепе копим, а если у меня дырка в башке вся энергия и рассеивается через неё. Поэтому я и слабый такой. Партнер тело моё в шахту скинул и был таков. Потом уже меня Господин по Мертвоцвету и нашел. Некроманты мастера в поисках такого.

— А я, сыном лесничего был, — затараторил Уголёк, как только Трёхглаз замолчал: — мы жили в лесу в сторожке. Не знаю, как пожар случился, мать с отцом выскочить успели. Я не успел, так в лесном огне и сгинул, прогорел хорошенько до черноты до корочки. Потому и Уголёк кличут. Кости сильно прогорели чтобы их укрепить много нужно энергии, а без Души мертвых это невозможно.

— Про Повара и Ы мы ни его не знаем, может они так давно умерли что с ума сошли, я слыхал такое частенько случается. Может они и до смерти такими умалишенными были. Вот такая у нас веселая компания собралась, — Трёхглаз горестно хмыкнул: — так что еще раз добро пожаловать.

— Теперь твоя очередь рассказывать, как к нам попал!

Мне показалось или даже у наших безумцев, любопытство пересилило сумасшествие, и они замолчали.

— У меня история не особо интересная, — я даже засмущался. Однако долгое одиночество и общая беда, позволили мне быть более откровенным, чем раньше.

— Нам спешить некуда, рассказывай все подробно по порядку. — почти в унисон пробормотали Трёхглаз и Уголёк.

Глава 5

Следующие несколько часов или дней, моя новая компания тщательно расспрашивала меня, о моей прошлой жизни. К сожалению, ни чего особенного в ней не было. Интересной особенностью оказалось, что я не помню ни единого имени родных из прошлой жизни, хотя некоторые знания и события всплывали в памяти по желанию и выглядели настолько ярко, будто произошли вчера. Как оказалось, это не только моя проблема все мои товарищи по несчастью ни помнили имен. Новости моего мира их не заинтересовали, они никак не повлияют на наши «жизни».

— Я думаю, что утрата части памяти происходит из-за утраты нашего тела, — глубокомысленно заявил Трёхглаз, — чем более целое тело, тем больше мы помним из прошлого.

— То есть если восстановить все тело, можно вспомнить все что забыл. Даже имя? — меня посетила интересная идея, но Трёхглаз быстро развеял все мои мечты.

— Мы не знаем точно так это или нет. Точно можно утверждать одно, для восстановления тела нужно колоссальное количество энергии и сил. Это нереально сложно.

— А тебе, без Души мертвых, сил не накопить даже для просто крепкого скелета, — подвел итог неугомонный Уголёк.

— К слову об этом, пока нас не подняли, тебе нужно научиться управлять телом, — Трёхглаз как всегда в своем репертуаре, говорит что-то важное, но непонятное.

— Как я могу управлять кучкой костей? Это не реально.

— Запомни, ты не кучка костей, — гневно зазвучал голос у меня в голове: — ТЫ Скелет и это звучит гордо! У всех есть жизненная нить, так научись ею управлять.

— Ы! — торжественно подтвердил один из наших безумцев.

— Можно соединить, связать нитью жизни все свои кости и управлять ими. Тебе много сейчас не нужно. Мысленно представь себе нить и будто через игольное ушко пропусти ее через все свои кости. Мы копим энергию в черепе, я, например, представлял себе клубок, хватал конец нити и аккуратно тянул ее через кости.

Следуя совету опытных коллег, я мысленно представил себе клубок ниток в голове. Вот он сияет красноватыми нитями в моем черепе. Мысленно ухватил кончик нити и медленно раскручивая клубок тянем ее. Сначала соберем ось. Что там на биологии в школе рассказывали про скелет и позвоночник? Я медленно тянул мерцающую красным нить нанизывая позвонок за позвонком, как бусы в украшении.

— Имей ввиду Половинка! Если ты не замкнёшь нить в конце процесса снова на клубке в черепе. Все разрушится и нужно будет начинать снова.

Этот голос вывел меня из сосредоточенности, «как это замкнуть?» из-за этого весь мой прогресс прервался.

— Что вы имеете ввиду. Как замкнуть? — мне уже не терпелось снова попробовать. Кажется, я что-то почувствовал, но Уголёк соей болтовнёй меня отвлек.

— Половинка, сейчас я отсеку тебя от нашего общения ненадолго. Постарайся сконцентрироваться. Чем лучше ты соединишь себя, тем проще будет, когда Господин поднимет нас из могил, — зазвучал в голове голос Трёхглаза.

— Ты думаешь нас скоро поднимут!?

— Конечно. Твой Мертвоцвет, его нельзя упускать. Нас отправят на его поиск. Сейчас Господин ослаблен, привязать тебя к Кисти требует много сил. Особенно это трудно для живых. Когда он восстановится это вопрос времени.

— Как? Как я найду цветок?

— Это ты сам поймешь, сейчас я тебя отключу.

В следующий момент все голоса в голове исчезли. По крайней мере Повар перестал описывать свои тысячи рецептов, и мычание Ы тоже прекратилось. Я оказался один наедине со своими мыслями, новая цель придавала мне бодрости, меня буквально переполняло желание скорее попробовать. Взять нить жизни и подобно клубку разматывать ее. Спустя несколько попыток, мне удалось нанизать первые семь позвонков. Я ощущал каждую косточку, что-то поменялось в восприятии череп медленно повернулся сначала в лево потом в право, темнота не позволил ни чего увидеть, но я точно могу вертеть головой. Почему раньше не вертел? Элементарно чтобы повернуть голову нужна шея, как я мог это позабыть, это даже не уроки анатомии в школе. Обрадованный успехом я снова ослабил концентрацию и рассыпался. Но первый успех воодушевил и натолкнул на новую идею. Вместо попыток собраться я затих и начал вспоминать всё что знал про скелет человека.

Несколько минут мне понадобилось для того чтобы вспомнить общий план строения моего нового тела. Удовлетворенный воспоминаниями я снова начал тянуть нить. С позвоночником все оказалось довольно легко, как бусы на нить я соединил позвонки, все, которые были. Облегчало процесс еще то что не подходящие косточки соединять не удавалось. А вот с руками пришлось повозится попытка протянуть нить в одну руку, а потом в другую привела к перекосу. Одна рука слушалась нормально, а вторая еле двигалась, что сразу приводило к дискомфорту.

А что, если расщепить нить жизни и протянуть две ниточки, но по тоньше к рукам одновременно. Пробовали смотреть двумя глазами в разные стороны? Вот что-то подобное попробовал и я. Постепенно мне удалось, две тонкие едва заметные нити оплели правую и левую руку. Возможно я заверещал от радости если бы мог, так здорово было снова двигать руками. Сильно двигать я еще не мог, но это уже колоссальный успех.

Пошарив вокруг, натыкаясь на стенки ящика я осознал, что не очень-то и просторное мое новое жилище. Будь у меня ноги я бы точно не уместился. Гладкие доски без швов со всех сторон, ад для тех, кто страдает клаустрофобией, я к таким не отношусь и это хорошо.

С руками разобрались, теперь поэкспериментируем с ребрами. Я соединил тонкие нити от рук в новую общую нить и крестиком как корсет у пышных старинных платьев, начал крепить ребра к основному телу. Впервые я такую шнуровку увидел мельком в музее куда нас водили классом. Тогда меня больше впечатлили оружие и доспехи, но сейчас память услужливо выдала нужную мне информацию. На последней паре ребер я сделал петлю и пустил нить вдоль позвоночника обратно в череп. Как предупреждал Трёхглаз и Уголёк клубок нужно замкнуть на себя. Кстати сказать, клубка почти не осталось я завязал мысленно кончики нити и маленький узелок исчез, будто небывало. По телу прокатилась приятная дрожь, как в тот раз после укрепляющего порошка. Думаю, теперь я готов.

Будто почувствовав меня или услышав мои мысли, вскоре в голове снова зазвучали голоса моей разношерстной компании.

— Ы! — возмущенно замычал один из голосов.

— Нет. Рыба идеально сочетается с белым вином, но, если рыба маринованная или соленая, вино уже не подойдет. Когда у меня будет вкус, я опробую все сочетания блюд в мире, — это Повар, он только и может что рассуждать о еде.

— Ну как успехи Половинка? — полюбопытствовал Уголёк, его неусидчивость и поспешность, в очередной раз натолкнули меня на мысли о том, что он очень молод. Был до смерти.

Трёхглаз молчал, хотя его вердикта я ждал больше всего. Я чувствовал, как его мысленный взор ощупывает и осматривает каждый мой узелок, каждую косточку в моем плетении.

— С позвонками и ребрами хорошо придумал, прочное плетение ни разу такого не видел. А вот разделять нить на более тонкие в руках, рискованно. Может порваться в самый неподходящий момент. Потом если станешь крепче, протяни пару нитей в руки продублируй, — главный в нашей Кисти удовлетворенно подвел итог, — вообще потом не ленись и по мере появления новых сил дублируй и укрепляй свое плетение. Укрепляйся каждое утро. Я видел пару раз как крепкие с виду скелеты рассыпались от одного тычка копьём, из-за слабого плетения.

— Если хочешь быть здоров Укрепляйся, — вспомнилась мне старая поговорка моего отца, — Стоп! Что? Мы будем сражаться?

— Конечно будем. Иначе зачем Господину мы нужны. Мы его маленькая неутомимая армия.

Вот по поводу неутомимости я бы поспорил. Силы мои были на исходе. Естественно я спросил об этом опытных друзей.

— Ты потратил часть своей силы на плетение. Конечно ослаб. Силы вернутся, но какая-то часть постоянно будет тратится на поддержание целостности. Не так быстро, как хотелось бы, но силы вернутся, — подвел итог Трёхглаз.

Из всего сказанного я понял ряд вещей. Силу для меня собирает мой цветок, точнее Цветок, но сейчас меня с ним разлучили. Поэтому сил так мало и их едва-едва компенсирует надгробье. Оно тоже собирает силу. Однако если это чужое, то и сил маловато, поначалу меня захлестнула обида, а затем гнев.

Как посмели эти травники, забрать мой Цветок, мою Душу. Гады! Не прощу! Ненавижу! Уничтожу! Странные волны гнева накатывали и не стихали. Возникло желание убивать. Что это со мной, никогда не замечал в себе кровожадности.

— Вот это достойные мысли, достойные настоящей Нежити, — в голосе Трёхглаза, могла бы зазвучать гордость, если бы он не был лишен эмоций. Эмоции для слабаков, то есть для живых.

— Не переусердствуй с местью, — подключился Уголёк.

— Живых на мясо!

— Ы!

Кровожадно поддержали меня наши безумцы. Видимо мы связаны с нашим Господином, иначе как объяснить тот факт, что вскоре нас подняли из могил.

Это произошло внезапно. Крышку моего ящика убрали, в тот момент, когда мы что-то обсуждали. Поэтому я не расслышал ни шагов, ни возни над собой. Когда лунный свет и поток тёплого ночного воздуха обхватили меня, я вздрогнул и повернул голову.

Надо мной склонился наш неопрятный Господин, он ни капли не изменился с прошлого раза. Разве что под глазами круги стали темнее. Видимо ритуал подчинения скелета и правда забирает много сил.

— Эти живые такие слабаки, — подумалось мне, глядя в глаза моего Господина: — хорошо, что ты мысли читать не умеешь, у меня в голове закружился с десяток способов умертвить тебя, гад.

— Мысли он не прочтет, но общий фон ощутить может, — настороженно произнес Трёхглаз, — поэтому поумерь свой пыл, иначе нас редко будут поднимать на дело.

— Да! да! — затараторил Уголёк: — а погулять ох как хочется.

Некромант откинул крышку и поднявшись направился к другой могиле. А я уставился взглядом в ночное усыпанное звездами небо. Ни одного знакомого созвездия. По небу плыла луна чуть больше чем наша земная. Видел я вокруг все не совсем четко, будто нахожусь в полумраке, только силуэты некоторые оттенки серого и ни каких ярких красок. Только луна виделась желтым пятном и не теряла четкости.

— Братцы, подъем! Хватит валятся без дела, — раздалась команда Трёхглаза.

— Мы лет десять из могил не выползали. Как же хорошо, — довольно пробурчал Уголёк.

Сколько!? Десять лет, они лежали без дела так долго. Я надеюсь теперь нас будут поднимать почаще. Вставать без ног оказалось не так уж и просто, поэтому я вцепился в край ящика целой рукой и попытался сесть. Меня повело в сторону, инстинктивно я попытался схватится второй рукой, забыв, что ее у меня почти нет. В итоге завалился на бок и ткнулся головой в край ящика. Спустя пару попыток сесть удалось. Как и ожидалось мы были на небольшом кладбище, расположенном в глубине леса, оглядевшись я заметил рядом несколько разрытых не глубоких ям, могил поправил я себя мысленно. Рядом полу отперевшись на старое замшелое надгробье сидел наш некромант, обычная неприглядная крестьянская одежда ни чем его не выдавала. Я ожидал черную мантию, все-таки фильмы и игры оказывают на наше восприятие сильное влияние. Только кисти рук, висящие на поясе, придавали ему какую-то неправильность. Возможно для живых это зрелище страшно и омерзительно, я внимания не обратил, а вот группа, стоящая чуть в стороне меня, заинтересовала.

У края погоста в тени деревьев стояла кучка скелетов, будто их только достали для урока биологии, начальника и болтуна я выделил сразу. Один скелет с угольно черными костями изредка вздрагивал будто его бил озноб и непрестанно крутил головой. У второго в черепе в области затылка зияла небольшая дыра в ее рваных краях поблескивали красные блики. С этими все ясно Уголёк и Трёхглаз, а вот узнать Ы и Повара мне не удалось. Как я понял кроме нашей Кисти некромант поднял еще одну Пятерку, для усиления. Поэтому семь почти одинаковых скелетов меня смутили.

Господин поднес кисть к губам и что-то быстро зашептал, то ли заклинание то ли молитву. Будто в микрофон, кисть шевельнулась и сжалась в кулак. Трёхглаз замер, а потом повернул свой пустой взгляд на меня.

— Парни, план такой. Ы берешь Половинку на себя, привяжи его на спину, сам он ходить не может, я и Уголёк прикрываем фланги, Повар за тобою тыл. Вторая кисть будет бродить вокруг на подстраховке они посильнее будут, — в голосе снова проскочила зависть вперемешку с обидой.

— Половинка, рукой указываешь направление, ты наш компас. Выдвигаемся немедленно, до рассвета нужно пройти большую часть пути.

— Трёхглаз, как я пойму куда идти? — паники не было, только интерес.

— А ты попробуй и все сразу поймешь Взгляни на свою нить жизни.

Я огляделся вокруг повнимательней, попробовал взглянуть на себя со стороны. Из моего черепа уходили две тонкие красноватые нити, одна к артефакту Кисти на поясе у нашего неряхи Господина, а вторая тянулась в лес и скрывалась в тени ближайших деревьев. И вот эта нить пульсировала будто дергая меня, не сильно, но весьма настойчиво. Моя Душа Мертвых там на другом конце нити, и я ее найду во что быто не стало.

Пока я вглядывался в лес, ко мне подошел один из скелетов, легко подхватил и закинул себе за спину. Некромант швырнул нам веревку и Уголёк осторожно продев ее через наши ребра привязал меня к моему носильщику. Видимо это Ы. Я повис у него на плечах как рюкзак и не говоря ни слова протянул целую руку строну леса. Наша группа двинулась в путь. За моей Душой мертвого. Трепещите враги.

Глава 6

Мы двигались по ночному лесу уже почти два часа, лишь изредка останавливаясь перед труднопроходимыми преградами. Овраги и завалы из старых рухнувших деревьев приходилось обходить. И вот здесь пригодились навыки и умения нашего торопыги. Уголёк безошибочно находил короткий путь, по одним только ему понятным признакам определяя опасные места. До того, как умереть и стать нашим костяным собратом, он был сыном лесничего, и явно все уроки, выданные отцом, не прошли для него впустую.

Из созерцания моей нити жизни, меня вывел очередной резкий толчок. Это уже третий за последние десять минут, может на счет неутомимости мертвых я погорячился? Мой мертвый носильщик явно устал раз начал так часто спотыкаться.

— Эй, Трёхглаз! Может поменяешь мне скакуна? Этот выдохся, — я мысленно спросил нашего предводителя.

Сам командир почти неслышно двигался чуть в стороне скрытый густой лесной растительностью. Нашему мысленному общению расстояние не мешало.

— Запомни Половинка, мы мертвые никогда не устаем.

— Ы! — возмутился мой носильщик, кажется я различил нотки обиды, он снова споткнулся о скрытый под слоем мха древесный корень.

Моя челюсть злорадно клацнула, а голову чуть тряхнуло. Не отвлекаться, не потерять направление моей жизненной нити. Эта мысль снова заметалась в черепе.

— Я не знаю, что происходит с Ы, но смени его или дай мне ползти самому. Там мой цветок, мне надо туда, я его чувствую, — страх потери смешался с гневом и снова накатил на мое сознание; — нужно во что бы то ни стало вернуть моё, как можно скорей, и наказать виноватых.

— Ты сейчас ни о чем нормально думать не можешь, — в голове зазвучал ровный спокойный голос командира, следующие слова были обращены ко всем в нашей группе, — готовимся к дневному отдыху. Уголёк поищи подходящее место, Повар помоги Ы придержать нашего молодого мстителя.

Только сейчас оглядевшись я понял причину нашего странного движения. В лесу становилось светлей, приближается рассвет. Наше зрение в отличии от живых идеально приспособлено для темноты, и чем ярче освещение, тем хуже мы видим. И без того серые силуэты и очертания вокруг начали сливается в единые белые пятна. Ориентироваться стало невозможно. Весь мир заполняется белой пустотой по мере приближения рассвета.

— Не нужно привала, я вижу своя нить, вперед, — я реально испугался, что мы не пойдем дальше, вот же моя нить красная пульсирует, неужели ее не видно. Она тянет меня к цели. Я навалился на своего носильщика и потянул его вперед, но безуспешно.

Ы вцепился обеими руками в ствол ближайшего дерева, и широко расставил ноги, будто врастая в землю. Невозмутимая костяная скала.

Плевать, я должен двигается дальше, сам справлюсь, без вас обойдусь. Моя здоровая рука нашарила веревку, которой меня привязали к моему неподкупному носильщику. Жажда действия и стремление двигаться помогли развязать первый узел, а вот второй никак не поддавался. Плевать можно разломить ребро и вытянуть веревку. Главное цель.

В голове снова зазвучал голос командира.

— Повар, Тлен тебя раздери, помогай, иначе молодой отвяжется лови его потом по всему лесу. Где ты там лазаешь?

Из ближайших зарослей папоротника выскочил среднего роста скелет. В руке он держал пучок какой-то зелени, и при этом пытался разжевать небольшую веточку своей челюстью.