Помоги проекту - поделись книгой:
СОЧИНЕНИЯ
ТОМ 5 (1981–1982)
Ленинград 2023
Решение Идеологической комиссии Центрального Комитета Рабочей партии России «О подготовке и издании Собрания сочинений М. В. Попова»
Идеологическая комиссия ЦК РПР отмечает необходимость развития фундаментального характера пропаганды марксизма-ленинизма. Решению этой задачи будут способствовать подготовка и издание Собрания сочинений доктора философских наук, профессора, президента Фонда Рабочей Академии Михаила Васильевича Попова, который, начиная с 1971 года по настоящее время, в своих публикациях и выступлениях отстаивает и развивает марксизм-ленинизм в борьбе с ревизионизмом и открытой буржуазной идеологией.
Идеологическая комиссия ЦК РПР решила:
1. Подготовить и издать в электронном виде Собрание сочинений М. В. Попова.
2. Назначить члена Идеологической комиссии ЦК РПР К. В. Юркова ответственным редактором Собрания сочинений М. В. Попова, а члена РПР А. С. Павлова – редактором-составителем.
3. Партийным организациям содействовать подготовке и изданию Собрания сочинений М. В. Попова и ознакомлению рабочих и сторонников рабочего класса с этими произведениями.
ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЯТОМУ ТОМУ
Работы автора, вошедшие в 5 том его Сочинений, относятся к 1981 – 1982 году. После 1961 года, когда на ХХII съезде КПСС из Программы партии было изъято фундаментальное положение о диктатуре пролетариата, начался переходный период от социализма к капитализму, и в сфере науки и идеологии развернулась острейшая идеологическая борьба между сторонниками марксистского диалектического метода и сторонниками метафизического системного подхода. Эта борьба получила отражение даже в сфере культуры, где с помощью пьес Шатрова шло протаскивание чуждых ленинизму идей.
В первой половине этого тома помещены публицистические работы автора, который принял активное участие в отражении атак на марксизм-ленинизм и выступил за развитие марксизма-ленинизма, включая его части и источники: марксистско-ленинскую диалектическую философию, политическую экономию и научный социализм.
Вторая половина тома содержит монографию Н. А. Моисеенко и М. В. Попова, в которой они раскрывают соотношение диалектики и математики, рассматривают роль математики для выражения не только отдельных количественных отношений, но и для создания экономико-математических моделей, позволяющих далее развить социалистическое планирование и руководство нашим народным хозяйством. Эта книга была переведена на китайский и в 1988 г. издана в Китайской народной республике.
Материалы данного тома подтверждают, что развитие науки и создание задела для будущего возрождения социалистической России продолжается и тогда, когда в целом в стране происходит временное движение вспять.
БОЕВОЙ ПОМОЩНИК ПАРТИИ[1]
В преддверии XXVI съезда нашей партии смотр своих рядов проводил и ее боевой резерв и помощник – Ленинский комсомол. О славном пути комсомола, о неразрывной связи его с партией, о тех задачах, которые ставит КПСС перед комсомольцами, рассказывается в книге Е. М. Тяжельникова «Союз молодых ленинцев».[2]
Возникнув как революционная партия рабочего класса, РСДРП должна была с самого начала позаботиться о надежной смене. В книге приводятся слова С. М. Кирова о том, что вопрос об организации рабочей молодежи «...стоял у нас с момента рождения нашей большевистской партии. Мы не успели еще оформиться в настоящих твердокаменных большевиков, когда Ленин призывал пас обратить самое серьезное, самое бережное внимание на подрастающее рабочее поколение». Рабочей молодежи нужно было объяснить, что путь к свободной и счастливой жизни – в революционной борьбе за свержение капиталистического строя и установление диктатуры пролетариата, построение социализма и коммунизма, нужно было учить и организовывать ее для этой борьбы.
Первым документом партия по вопросам юношеского революционного движения явилась написанная Лениным резолюция II съезда РСДРП «Об отношении к учащейся молодежи». В ней предлагалось организациям, группам, кружкам вовлекаемой в революционную работу молодежи «поставить на первый план в своей деятельности выработку среди своих членов цельного и последовательного революционного миросозерцания». В. И. Ленин предлагал также включить в резолюцию тезис о необходимости «остерегаться ложных друзей молодежи», но этот тезис встретил ожесточенное сопротивление Троцкого и Мартова, добившихся исключения его из резолюции съезда. «Тезис о «ложных друзьях молодежи» тогда не был принят, но практика революционной борьбы, – подчеркивает Е. М. Тяжельников, – показала, насколько актуально было ленинское предостережение». Под слащавыми лозунгами «молодежь – барометр революции», «юность революции – ты всегда права» Троцкий и троцкисты не раз пытались совлечь недостаточно сознательных юношей и девушек с революционного пути; льстя молодежи, они пытались заразить ее своими мелкобуржуазными воззрениями, сбить с классовых, пролетарских позиций. В. И. Ленин же «всегда стоял за классовый подход к молодежи. Отмечая ее специфические особенности как возрастной категории, Владимир Ильич никогда не допускал их абсолютизации, рассматривал проблемы подрастающего поколения применительно к конкретно-исторической обстановке, в связи с борьбой классов». В книге разъясняется, что размежевание в обществе идет на самом деле по признаку классовых позиций, а не по «возрастному признаку», поэтому воспитание трудящейся молодежи должно вестись «в духе революционных идеалов рабочего класса» и «образцы героической борьбы русского пролетариата» должны служить «маяком в деле воспитания новых поколений борцов».
Настаивая на полной идейной общности партии и союзов молодежи, большевики в то же время выступали за организационную самостоятельность этих союзов, без которой нельзя выковать настоящих борцов за социализм и коммунизм. Взаимоотношения между партией и союзами молодежи определяются тем, что партия – это авангард класса, она руководит всеми его организациями.
Правильность этих принципов построения молодежных социалистических организаций и взаимоотношений их с партией рабочего класса подтверждена историей. На всех этапах классовой борьбы рука об руку с партией бились ее молодые союзники и помощники.
Готовясь к социалистической революции, партия приступила к усиленной организации рабочей молодежи.
К моменту вооруженного восстания бойцы в возрасте до 23 лет включительно составляли 54,6 процента Красной гвардии, а в возрасте до 30 лет – преобладающее большинство.
Чувствуя приближение революции и боясь ее, контрреволюционеры убаюкивали себя тем, что, мол, темные рабочие и крестьяне если и годны для разрушительной работы, то создать ничего не могут, и работа по управлению государством им не под силу. В 1917 году, незадолго до Октябрьской революции, реакционная газета «Новое время» со злорадством писала: «Допустим на минуту, что большевики победят. Кто будет управлять нами тогда? Может быть, повара, эти знатоки котлет и бифштексов? Или пожарные? Конюхи, кочегары? Или, может быть, няньки побегут на заседание Государственного совета в промежутке между стиркой пеленок? Кто же? Кто эти государственные деятели?.. Конюхи, няньки, кухарки – вот те, кто, по мысли большевиков, призваны, очевидно, править страной. Будет ли это? Возможно ли это? На такой сумасшедший вопрос большевикам властно ответит история». И история, подчеркивает Е. М. Тяжельников, действительно ответила. Рабочий класс, простые трудящиеся стали хозяевами страны. Рабоче-крестьянская молодежь стала активным участником преобразований. Партийные комитеты вовлекали молодых людей в деятельность государственных и общественных организаций, из числа передовой молодежи готовились кадры для партийных, государственных и хозяйственных органов. «Новые рабочие силы для управления государством, для осуществления задач диктатуры пролетариата, – писал В. И. Ленин, – подрастают быстро в лице той рабочей и крестьянской молодежи, которая всего более искренне, горячо, беззаветно учится, переваривает новые впечатления от нового строя, сбрасывает с себя скорлупу старых, капиталистических и буржуазно-демократических предубеждений, выковывает из себя еще более твердых коммунистов, чем старое их поколение».
Первый Всероссийский съезд союзов рабочей и крестьянской молодежи состоялся 29 октября – 4 ноября 1918 года. Образованный на этом съезде Российский Коммунистический Союз Молодежи был призван стать помощником партии в строительстве социализма, университетом коммунистического воспитания, в котором юноши и девушки приобретают навыки классовой борьбы, управления государством, общественной деятельности. Рожденный в огне революции комсомол выступил в первых рядах бойцов красной Армии на защиту Советской власти. «Первое комсомольское поколение покрыло себя неувядаемой славой в ожесточенных боях за победу социалистической революции, за молодую Республику Советов, – пишет Е. М. Тяжельников. – Тысячи юношей и девушек сражались против полчищ иностранных интервентов, белогвардейских армий Колчака и Деникина, Юденича и Врангеля. Почти половина состава РКСМ тех лет – около 200 тысяч человек – участвовала в гражданской войне».
Комсомолу пришлось вместе с партией вести борьбу не только против внешних врагов, но и против внутренних. «Среди них самым искусным и коварным, – подчеркивается в книге, – а потому и наиболее опасным был троцкизм. Не получив в рабочих массах поддержки, троцкисты решили увлечь за собой часть политически незрелой, главным образом учащейся, молодежи». Они спекулировали на ее доверчивости и неопытности, проповедовали теории юношеского авангардизма, независимости комсомола от партии, ратовали за особую «партию молодежи». Комсомол с помощью партии разоблачил вредность «теорий», направленных на отрыв молодых пролетариев от своего класса, показал истинную цель противопоставления интересов юношеского движения интересам старшего поколения революционеров, партии.
Чтобы противостоять этим и другим мелкобуржуазным влияниям, нужно научиться классовому подходу к общественным явлениям. В книге подчеркивается, что «вся идейно-политическая работа партии и комсомола должна формировать у молодого поколения марксистско-ленинское самосознание, классовый подход к явлениям общественной жизни, воспитывать преданность делу Коммунистической партии». Идеей классового воспитания пронизана речь В. И. Ленина на III съезде комсомола. В этой речи В. И. Ленин определил главную задачу комсомольцев – учиться коммунизму, воспитывать в себе коммунистическую нравственность. Эксплуататорские классы, скрывая свои интересы, замалчивали классовый характер морали и нравственности, разглагольствуя о боге, абстрактной справедливости, правде и красоте. Ленин в своей речи подчеркнул: «Всякую такую нравственность, взятую из вне- человеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов рабочих и крестьян в интересах помещиков и капиталистов.
Мы говорим, что наша нравственность подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата. Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата». В книге приводятся основные положения речи В. И. Ленина на III съезде РКСМ, показано подлинно программное значение речи по глубине решения поднятых проблем, их философскому, научному осмыслению, ясности коммунистической перспективы.
На смерть своего вождя и учителя комсомол ответил сплочением рядов вокруг большевистской партии. В Манифесте, принятом в июле 1924 года VI Всесоюзным съездом КСМ, говорилось: «КСМ, принимая имя Ленинского комсомола, клянется, что какие бы препятствия на нашем пути ни стояли, каких бы жертв от нас ни требовали, мы выполним все эти задачи, мы не уроним знамени Ленина. По тысячам фабрик и заводов, по рудникам и шахтам, по лицу всей земли советской, в селах и деревнях разнесет комсомол знамя и идеи ленинизма. Он поднимет и воспитает под руководством славнейшей, испытанной РКП новые сотни тысяч ленинских бойцов». В книге Е. М. Тяжельникова убедительно показано, что эта клятва комсомольцев 20-х годов стала клятвой верности всех комсомольских поколений заветам Ленина.
Чрезвычайно сложным было решение задач строительства социализма. Отвергнув троцкистскую теорию «ситцевой» индустриализации и капитулянтскую идею затухающих темпов роста экономики, Коммунистическая парти дала решительный отпор попыткам нарушить единство и преемственность революционных поколений, отвлечь юношество от социалистического строительства, отравить его сознание ядом нигилизма, внести разброд в молодежное движение под флагом «свободы фракций и группировок», «защиты демократии». В сентябре 1920 года Центральным Комитетом РКП (б) было обращено внимание партийных и комсомольских организаций «на некоммунистические уклоны, замечавшиеся у некоторых активных товарищей из союза молодежи... Так, они вели борьбу за организацию советов рабочей молодежи, противопоставляя не класс пролетарский классу буржуазному, а юных пролетариев пролетариям взрослым, извращая, таким образом, принцип классовой борьбы». Преодолеть эти уклоны и активно участвовать в решении задач социалистического и коммунистического строительства помогло формирование п постоянное укрепление партийного ядра в комсомоле.
Героическими вехами истории комсомола стали первенцы индустриализации Кузнецк и Магнитка, Днепрогэс и Турксиб. «Уралмаш» и Сталинградский тракторный, Метрострой и Комсомольск- на-Амуре. В первой пятилетке на ударные стройки было направлено свыше 350 тысяч комсомольцев. В период коллективизации в ответ на призыв партии «Комсомолец – на трактор!» в стране было подготовлено 2,5 миллиона молодых механизаторов. К началу 1934 года членами колхозов состояли 93 процента деревенских комсомольцев. «Когда начался великий перелом в сельском хозяйстве, когда развернулась острейшая классовая схватка в ходе коллективизации, – пишет Е. М. Тяжельников, – комсомол проявил себя верным боевым помощником партии в деревне... Первые сельские комсомольцы перепахали не только старые межи, но и старые привычки, весь прежний уклад деревенской жизни».
Как верный помощник партии комсомол проявил себя и в суровые предвоенные годы, проводя работу по повышению обороноспособности страны. Он взял шефство над Военно-Морским и Военно-Воздушным Флотом, а в 1927 году, как и в годы гражданской войны, было введено военное обучение комсомольцев. Комсомольцы выступали инициаторами открытия аэроклубов, строительства тиров, парашютных вышек. К началу Великой Отечественной войны было подготовлено из числа молодежи около 400 тысяч летчиков запаса, парашютистов, авиационных специалистов, 52 тысячи медсестер, десятки тысяч других специалистов.
Уже в первые дни после нападения фашистских армий на СССР миллионы заявлений с просьбой послать на фронт были поданы молодыми патриотами в военкоматы, партийные и комсомольские комитеты. Боевые расчеты «катюш» почти целиком состояли из коммунистов и комсомольцев. Для подпольной работы на оккупированных землях были оставлены 3,5 тысячи комсомольских активистов. Родина никогда не забудет подвигов Николая Гастелло, Александра Матросова, Зои Космодемьянской, героев Краснодона и Людинова, Таганрога и Оболи. В боях за социалистическую Родину классовое единство коммунистов и комсомольцев было скреплено кровью павших в смертельной схватке с фашистскими поработителями.
Новым подвигом комсомола было участие в восстановлении разрушенного войной хозяйства. Затем последовало освоение целины, покорение сибирских рек, строительство крупнейших заводов. По зову партии комсомол взял шефство над строительством Байкало-Амурской магистрали. Комсомольцы везде на переднем крае борьбы за дальнейший подъем нашей экономики.
В конечном счете, пишет Е. М. Тяжельников, «осуществление всех наших планов зависит от людей, их знаний, культуры, коммунистической сознательности, готовности, воли и умения строить коммунизм». В идеологической работе необходимо исходить из того, что «в сознании людей не бывает вакуума. И если у человека своевременно не воспитываются марксистские воззрения, то их место могут занять чуждые представления, далекие от коммунистических». Сегодня, когда партия перед всем пародом ставит новые сложные задачи коммунистического строительства, не только не стареет, а становится еще более актуальной поставленная В. И. Лениным перед комсомольцами задача учиться коммунизму. Раскрывая смысл этой задачи, Е. М. Тяжельников пишет: «Учиться коммунизму – значит неустанно овладевать теорией марксизма-ленинизма, вырабатывая в себе ясное понимание великого исторического дела, за которое боролись и борются КПСС, советский народ, твердую идейную убежденность в правоте этой борьбы, постоянно развивать в себе классовое самосознание, воспитывать себя на революционных традициях коммунистической партии и рабочего класса, в духе непримиримости к классовым врагам и их идеологии; учиться распознавать классового врага, какой бы личиной он ни прикрывался».
Нельзя не учитывать того, что паши идейные противники ведут огонь по великим завоеваниям социализма избирательно, в расчете на отдельные возрастные, социальные, национальные группы. Объектом самого пристального внимания империалистических пропагандистских центров была и остается советская молодежь. Прилагается много стараний, чтобы привить молодому человеку потребительскую психологию, опустошить его духовно, возбудить низменные инстинкты, настроить антиобщественно. Для этого используются любые средства, в том числе и средства искусства: литература, кино, театр. Идеологи антикоммунизма мечтают об «эрозии» идейно-нравственного сознания молодежи социалистических стран. Е. М. Тяжельников отмечает, что, к сожалению, в борьбе против враждебной идеологии «многим органам информации и пропаганды недостает оперативности, наступательности. Не всегда учитывается, что острые вопросы, оставленные без ответа, выгодны лишь классовому врагу».
В последнее время особенно активные усилия направляются па то, чтобы опорочить вошедший в плоть и кровь советских людей принцип пролетарского интернационализма, воспитание которого – одна из важнейших задач комсомола. «Особенно ярко и зримо, – пишет Е. М. Тяжельников, – выражается величие советского молодого человека – интернационалиста в бескорыстной помощи другим странам и пародам». Советский Союз оказывал и оказывает огромную помощь и поддержку народам, борющимся за свою свободу. «Современная эпоха, – подчеркивается в книге, – характеризуется острейшей классовой борьбой на мировой арене. Империализм ведет ожесточенную идеологическую войну против мирового социализма. Идеологи буржуазии стремятся ослабить могучее воздействие марксизма-ленинизма, великих достижений реального социализма, противопоставить молодежное движение общепролетарскому, лишить юношество ясных революционных перспектив, убаюкать его проповедью классового мира, так называемых «общенациональных», «общечеловеческих» интересов, притупить бдительность. Особую изощренность и упорство проявляют наши классовые враги в попытках повлиять на умонастроение молодежи социалистических стран, ослабить ее революционный дух, политическую бдительность». Вот почему партия еще и еще раз подчеркивает: «Нельзя быть активным комсомольцем, не овладев ленинизмом – марксизмом XX века, не изучив и не постигнув законы общественного развития, революционного движения, строительства социализма и коммунизма. Быть комсомольцем – это значит быть ленинцем». Тому, чтобы помочь комсомольцам воспитать из себя настоящих ленинцев, и служит книга Е. М. Тяжельникова «Союз молодых ленинцев».
О ДИАЛЕКТИКЕ РАЗВИТИЯ И КРИТЕРИЯХ РАЗВИТОСТИ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ СОЦИАЛИЗМА[3]
В развитии политической экономии социализма совершается переход от этапа накопления знаний об отдельных категориях и законах, об отдельных сторонах социалистической экономической деятельности к этапу систематизации этих знаний, установления связей между различными экономическими категориями и законами.
Разумеется, для того чтобы систематизация была научной и не сводилась к чисто внешнему сопоставлению и механическому соединению различных категорий и законов, необходимо учитывать требования марксистского метода, рассматривая экономическую систему не как неподвижную, а как находящуюся в постоянном развитии, выяснять тенденции этого развития. Только такой подход позволит определить действительное место, роль и значение каждой категории, каждого закона в системе категорий и законов политической экономии социализма.
Деление экономики на «этажи», «вычленение» отдельных элементов из всех остальных – все это, конечно отражает определенную сторону познания – аналитическую, и необходимо до известной степени на любом этапе развития науки, но этап, когда это было главным, уходит, и всякого рода деление, «вычленение» должно рассматриваться теперь лишь как предпосылка соединения, «сочленения». Совершенно ясным должно стать понимание того, что, вырывая ту или иную категорию из общей связи, мы тем самым омертвляем ее. Лишь при условии рассмотрения социалистической экономики в постоянном движении и развитии и определения тенденций этого развития мы можем ожидать правильного понимания системы производственных отношений социализма и верного отражения этого в экономической науке.
Акцентировать внимание на тенденциях развития производственных отношений социализма необходимо не только с точки зрения более правильного отражения социалистической экономической действительности. Политическая экономия социализма должна выступать и как научная основа управления процессами создания коммунистического общества.
Для того чтобы планомерно осуществлять процесс перерастания производственных отношений социализма в производственные отношения полного коммунизма, нужно прежде всего дать характеристику критериев развитости социализма, вытекающих из сущности его как первой фазы коммунизма.
Нельзя рассматривать социализм в движении и развитии, не затрагивая вопроса о противоречиях, в разрешении которых состоит это движение и развитие. Диалектическое понимание развития не может быть заменено метафизическим изображением его в виде процесса восхождения со ступеньки, где все плохо, на ступеньку, где все хорошо. Развитие социализма должно мериться степенью разрешения тех противоречий, в преодолении которых состоит перерастание его в полный коммунизм. Этим и определяются критерии его развитости.
Противоречия, с которыми связано развитие социализма, – двоякого рода. Одни – это противоречия развития коммунистического способа производства вообще, независимо от фазы развития. К ним относятся, например, противоречие между потребностями и возможностями их удовлетворения, противоречие между экономическими интересами общества и практической деятельностью по их осуществлению. Иное дело – специфически социалистические противоречия, существующие только впервой фазе коммунизма и накладывающие отпечаток на форму разрешения общекоммунистических противоречий. Особо следует выделить противоречия, связанные с различием положения людей в системе общественного производства. В классовом обществе они являются главными. Для социализма же эти противоречия имеют то значение, что выражают специфику социализма как первой фазы коммунизма и преодоление их составляет одну из ведущих тенденций перерастания социализма в полный коммунизм.
Тенденции развития социализма и критерии развитости его производственных отношений не задаются извне, а определяются сущностью этого общественно-экономического строя. То, что обычно называют социализмом, К. Маркс назвал «первой», или низшей фазой коммунистического общества. Поскольку
Коммунизм есть бесклассовое общество, но в первой фазе коммунизма классы еще остаются. Противоречие между бесклассовой природой коммунизма и существованием классов в его первой фазе и порождает движение вперед, к полному уничтожению классов. В. И. Ленин указывал: «задача социализма состоит в том, чтобы уничтожить классы»[7]. Этот классовый момент социалистического развития В. И. Ленин подчеркивал неоднократно. Он писал, например: «Что это значит – руководить крестьянством? Это значит, во-первых, вести линию на уничтожение классов, а не на мелкого производителя. Если бы мы с этой линии, коренной и основной, сбились, тогда мы перестали бы быть социалистами и попали бы в лагерь тех мелких буржуа, в лагерь эсеров и меньшевиков, которые являются сейчас самыми злейшими врагами пролетариата»[8]. На вопрос об уничтожении классов В. И. Ленин отвечал так: «Ясно, что для полного уничтожения классов надо не только свергнуть эксплуататоров, помещиков и капиталистов, не только отменить их собственность ... надо уничтожить как различие между городом и деревней, так и различие между людьми физического и людьми умственного труда»[9].
Через призму противоречий между бесклассовой природой коммунистического общества, первой фазой которого является социализм, и наличием классов и социальных групп при социализме следует рассматривать все развитие производственных отношений социализма. Поскольку в силу своего положения в системе производственных отношений социализма рабочий класс выступает классом, наиболее полно и последовательно заинтересованным в сокращении социально-экономических различий, социального неравенства, в полном уничтожении классов, постольку выступать за уничтожение классов значит стоять на идейно-политических позициях этого класса. Этим и объясняется необходимость классового подхода к анализу всех наших экономических проблем.
Не случайно в решениях ЦК КПСС обращалось внимание на то, что «главное в ленинском подходе к общественным явлениям и процессам – органическое единство научной объективности и принципиальной оценки их с позиций рабочего класса»[10]. В этой связи в «Правде» отмечалось, что «рабочий класс – первородный субъект социалистических общественных отношений в целом. Другие же социалистические общественные силы не изначальны, а вторичны по своему происхождению»[11]. Из этого следует, что рабочий класс – главный гарант построения бесклассового коммунистического общества.
Генеральной тенденцией развития производственных отношений социализма является, таким образом, тенденция к фактическому социальному равенству, полному уничтожению классов. Новая Конституция СССР провозглашает: «Высшая цель Советского государства – построение бесклассового коммунистического общества...»[12]. Важнейший критерий развитости социализма – достигнутая степень социального равенства. По тому, насколько сократилось социальное неравенство, насколько сблизились условия жизни рабочего класса, колхозного крестьянства и интеллигенции, жителей города и деревни, людей физического и умственного труда, можно судить, в первую очередь, о развитости социализма, о том, как идет перерастание социалистических производственных отношений в коммунистические.
Социализм есть отрицание капитализма. И это находит выражение не только в том, что в противоположность тенденции к росту социального неравенства при капитализме при социализме действует тенденция к сокращению социального неравенства и полному уничтожению классов. Социализм есть отрицание капиталистического товарного хозяйства и этим определено соотношение непосредственно-общественного и товарного при социализме.
Как отрицание капитализма социализм есть непосредственно-общественное хозяйство. Но именно потому, что социализм есть не такой коммунизм, который развился на собственной основе, а такой, который вырастает из капитализма, товарность остается при социализме, но уже не определяет его сущности.
Противоречие между непосредственно-общественной определенностью социализма и элементами товарности в организации общественного производства проявляет себя в том, что, хотя цель социалистического производства состоит в обеспечении полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества, оценка деятельности предприятий осуществляется и с использованием стоимостных показателей. Это противоречие отражается и в характере труда при социализме. Непосредственно-общественный в целом труд при социализме не есть только труд на общее благо, без всякой другой определенности. Он несет и иной, противоположный общей направленности социалистического труда момент – быть трудом с целью вознаграждения. Стоимостные и товарно-денежные формы социалистического производства поэтому не только формы непосредственно-общественного содержания. Они несут в себе и остатки старого товарного содержания. Констатировать не только новое, но и собственное содержание товарно-денежных отношений при социализме, выяснять все моменты товарности в максимально возможной мере следует для того, чтобы в развитии социалистического производства, в борьбе за усиление его непосредственно-общественного характера постоянно преодолевать и в конечном счете, с переходом в высшую фазу коммунизма, окончательно изжить их. Другими словами, в изживании товарно-денежных отношений и всех других отпечатков старого в экономическом строе социализма и состоит переход к полному коммунизму.
Тенденция к усилению непосредственно-общественной определенности социализма и ослаблению действия товарно-денежных отношений имеет глубинной основой неуклонный рост общественного характера производства. Тенденция к укрупнению первичной ячейки народного хозяйства, к созданию производственных объединений особенно усиливает этот процесс. При этом значимость рычагов косвенного регулирования естественно уменьшается, а роль прямых методов, планирования прежде всего, неуклонно возрастает. Усиливается значение директивных методов и социалистического соревнования, порожденных непосредственно-общественной определенностью социалистического производства. По тому, какая роль принадлежит директивным методам экономического управления и социалистическому соревнованию, а какая – рычагам косвенного регулирования, косвенного воздействия на производство посредством распределения по труду, можно судить о развитости производственных отношений социализма.
Являясь отрицанием капитализма как анархически организованного хозяйства, социализм выступает в качестве планомерно организованного хозяйства. В условиях общественного характера производства обеспечить непосредственно-общественное ведение хозяйства без планового управления им в общественных интересах невозможно. Необходимо заранее, до начала процесса производства, выявлять тот порядок и образ действий, которые требуются для подчинения производства общественным интересам. Борьба за реализацию этого комплекса заданий и есть выполнение народнохозяйственного плана, ибо план – это комплекс заданий участникам производства, подчиняющих его ход общественным экономическим интересам.
Однако утверждение о том, что социализм есть планомерно организованное хозяйство не тождественно утверждению о том, что всякая стихийность в течении хозяйственных процессов при социализме совершенно изжита. Абсолютно изжить стихийность вообще нельзя, точно так же как нельзя наладить абсолютную планомерность. Планомерное подчинение производства общественным интересам при социализме происходит в условиях, когда наряду с общностью сохраняются и различия в интересах. Во-первых, не одинакова степень заинтересованности в осуществлении тех или иных преобразований у различных классов и социальных групп. Во-вторых, существуют различия личных, коллективных и общественных интересов. Имеющиеся еще неантагонистические противоречия интересов ослабляют планомерность. По мере изживания этой противоречивости будет разрешаться и противоречие между планомерной организацией хозяйства и имеющимися элементами стихийности в осуществлении некоторых хозяйственных процессов. Планомерность будет усиливаться. Действует тем самым тенденция к усилению централизованного планового начала в организации общественного производства. По степени развития планомерности можно судить, следовательно, о развитости производственных отношений социализма.
К сожалению, в настоящее время момент стихийности в хозяйственных процессах еще достаточно велик и это относится к важным элементам в организации нашего хозяйства. Имеется противоречие между тенденциями развития производительных сил социалистического общества и реальными сроками планирования. В частности, подготовка кадров осуществляется за 30–35 лет, цикл замены оборудования на предприятии превышает 10–15 лет, время от возникновения крупной научно- технической идеи до ее реализации в производстве составляет также около 15 лет, а срок планирования сейчас не превышает 5 лет. Переход к системе долгосрочных планов позволит в значительной степени разрешить многие проблемы нашей экономики, будет способствовать развитию производственных отношений социализма как производственных отношений планомерно организованного хозяйства.
Поскольку общественная собственность на средства производства реализуется в планомерном подчинении производства общественным интересам, постольку тенденция к сокращению социально-экономических различий, к возрастанию общности интересов, к усилению непосредственно-общественного характера производства и развитию планомерности находит свое выражение в повышении уровня обобществления. Развитие общественной собственности выражается прежде всего в том, что она становится все более полной, все меньше становится фактов отступления от общественных интересов в хозяйственной жизни.
Поскольку при социализме общественные интересы имеют классовый характер и по классовой природе суть интересы передового рабочего класса, выражающего коренные интересы всех трудящихся, постольку фактам отступлений от общественных интересов должна даваться классовая оценка. Классовый смысл задачи полной и последовательной реализации в экономике общественных интересов в том, что это есть задача полного и последовательного осуществления интересов передового класса. Борьба против всех отступлений от общественных интересов есть поэтому борьба против нарушения интересов передового класса, того класса, который в силу объективного экономического положения не может улучшить своих жизненных условий, не улучшая жизненных условий всех трудящихся социалистического общества, и который наиболее полно и последовательно заинтересован привести общество к полному коммунизму. Степень подчинения производства передовым интересам рабочего класса, выражающего коренные интересы всех трудящихся, является важнейшим критерием развитости производственных отношений социализма.
Классовое содержание задачи подчинения производства общественным экономическим интересам делает необходимой государственную форму отношений общественной собственности на решающие средства производства в первой фазе коммунизма. Государство – это орудие принуждения для осуществления интересов класса и подавления его противников. Однако при социализме антагонистических классов уже нет и поэтому нет места подавлению целого класса или слоя. Подавляются лишь отдельные действия, не отвечающие интересам коммунистического развития, насилие осуществляется лишь как реакция на эти действия. В высшей фазе коммунизма, когда отомрут экономические основы существования государства, отомрет и государство.
Диалектика отмирания государственной формы отношений общественной собственности на средства производства находит свое выражение в том, что государство отмирает по мере сокращения социального неравенства, по мере уничтожения классов, по мере уменьшения роли распределения по труду в системе социалистического распределения. Государство отмирает также лишь в меру расширения участия трудящихся в управлении государством. Задача расширения участия трудящихся масс в управлении государственными делами не случайно поэтому заняла важное место в новой Конституции СССР. Участие трудящихся в управлении общественным производством обеспечивает проведение общественных интересов в хозяйственной жизни с той полнотой, которая недоступна иному типу централизма, кроме демократического. Участие трудящихся в управлении обеспечивает также необходимое воспроизводство кадров социалистического управления, воспринимающих интересы передового класса как свои и способных вести активную борьбу за решительное и неуклонное их проведение в жизнь. Участие трудящихся в управлении, наконец, необходимо непосредственно для того, чтобы постепенно изживать то разделение на управляемых и управляющих, которое является одной из основ существования классов. С расширением участия трудящихся в управлении поэтому теснейшим образом связано развитие производственных отношений социализма как отношений коллективизма, отношений общества ассоциированных производителей. Степень участия масс в управлении является одним из важнейших критериев развитости социализма и перерастания его в полный коммунизм.
Р. И. Косолапов. Социализм: к вопросам теории. Изд. 2-е, исправленное и дополненное. М., «Мысль», 1979[13]
В книге Р. И. Косолапова вскрывается и освещается самое существо научного понимания социализма. Автор подчеркивает, что роль рабочего класса в революционном движении и построении нового общества, его политический облик и интересы, взгляды и мораль становятся своего рода эталоном для всех социальных групп в условиях социализма. И закономерно, что крестьянство и интеллигенция преобразуют себя в направлении сближения с рабочим классом под его руководством и с его активной помощью. «Истолкование этого факта в противоположном смысле, – продолжает Р. И. Косолапов, – а именно будто происходит «отречение» от чисто рабочей точки зрения, «деклассирование» и т. п., лишено каких бы то ни было объективных оснований... «Всенародность» и «общенародность» же – это «выражение того, что экономические и политические интересы рабочего класса, его идеология и мораль... приняты всеми слоями трудящихся как свои собственные и занимают доминирующее положение в обществе».
Известно, что ревизионисты пытались всячески опорочить и опошлить учение классиков марксизма-ленинизма о характере экономического строя социализма. Они усиленно распространяли версию о том, что К. Маркс и Ф. Энгельс ошибались, говоря, что социализм не товарное, а непосредственное общественное хозяйство, что В. И. Ленин, будто бы держась этой позиции до социалистической революции, затем под влиянием опыта строительства социализма пересмотрел свои взгляды.
В книге убедительно показана несостоятельность такой точки зрения. К. Маркс и Ф. Энгельс, будучи великими диалектиками, в своих научных трудах делали лишь такие выводы, для которых уже были твердые основания. В. И. Ленин не ревизовал, а развил учение классиков научного социализма и показал, как товар превращается в непосредственно общественный продукт, как меняются те формы, которые возникли в лоне товарного хозяйства и как они приспосабливаются для нужд социалистического строительства.
Молодое поколение нашей страны идейно закаляется в условиях строительства коммунистического общества. Молодежь должна учиться, «применяя социалистические, марксистско-ленинские критерии, оценивать общественные явления через призму социализма как воплощения интересов рабочего класса, всего трудового народа. Это и есть нынешняя форма классового подхода, которым должен умело пользоваться каждый молодой человек», – подчеркивает Р. И. Косолапов. Разобраться в принципиальных вопросах развития социализма с марксистско-ленинских позиций возможно, только овладев материалистической диалектикой. Читатель книги убеждается, что «из марксизма-ленинизма не может быть изъято ни одно положение, точно так же как все чужеродные ему добавления быстро обнаруживают свою не-совместимость с ним». В книге наглядно продемонстрировано, что только тщательное и вдумчивое изучение наследия классиков дает нам в руки путеводную нить для решения важнейших вопросов современной жизни. Не случайно Центральный Комитет нашей партии призывает всех коммунистов и комсомольцев, всех трудящихся изучать ленинизм. Из книги Р. И. Косолапова читатель может почерпнуть строго научное представление о таких важных понятиях, как «свобода», «труд», «социальное равенство», «демократия», «пролетарский интернационализм» узнать о том, как влияют социалистические преобразования на судьбы человеческого общества.
Книга Р. И. Косолапова – важное подспорье для тех, кто стремится к серьезному овладению теоретическим оружием пашей партии.
ОПТИМИЗАЦИЯ УПРАВЛЕНИЯ И ВОСПРОИЗВОДСТВО СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ[14]
Социализм, как известно, это такой коммунизм, который выходит из старого строя и поэтому во всех отношениях экономическом, нравственном и умственном носит отпечаток того строя, из которого он вышел. Воспроизводство социализма совершается в борьбе коммунистического нового против не изжитых еще следов капиталистического старого. Противоречие между коммунистической природой социализма и "родимыми пятнами" капитализма является главным специфическим противоречием социализма.
Задача социалистического управления, следовательно, – осуществлять тенденцию развития социализма в полный коммунизм, противодействуя противоположной тенденции к консервации и воспроизводству "родимых пятен" капитализма. Этим и определяются требования к его оптимизации.
Чтобы учитывать эти требования в более конкретном виде, надо рассмотреть конкретные формы проявления главного специфического противоречия социализма и соответствующие им тенденции.
Во-первых, это противоречие между непосредственно общественным характером производства и товарностью при социализме. Система управления должна способствовать тенденции к усилению непосредственно общественного характера социалистического производства.
Во-вторых, это противоречие между бесклассовой природой коммунизма и наличием классов в его низшей фазе. Система управления должна способствовать достижению социальной однородности общества.
В-третьих, это противоречие между планомерным характером социалистического воспроизводства и элементами стихийности в его организации. Система управления должна совершенствоваться по линии усиления планового централизованного начала и противодействия моментам стихийности.
Оптимизация социалистического управления состоит в том, чтобы обеспечивать разрешение указанных противоречив на основе первенства, приоритета общественных экономических интересов.
Сфера государственного управления также не лежит вне сферы действия тех противоречий, о которых выше шла речь.
Применительно к этой сфере задача оптимизации управления в том, чтобы бороться с фактами карьеризма и бюрократизма, попытками отдельных лиц в аппарате управления отстаивать не интересы общества, а свои особые интересы. Чтобы противодействовать этим тенденциям как этого требуют "Основные направления экономического и социального развития СССР на 1981-1985 годы и на период за 1990 года" развивать инициативу, творческую активность трудящихся в управлении, повысить роль трудовых коллективов и всеобщий, всеобъемлющий контроль и учет снизу за всей деятельностью по управлению. Здесь залог дальнейшего развития социализма и успешного перерастания его в полный коммунизм.
Проблемы совершенствования управления. Родин С. Г. Управление экономикой (проблемы совершенствования на современном этапе). М., «Экономика». 1979. 176 с.[15]
Книга С. Г. Родина может быть отнесена к числу работ, в которых проблемы управления рассматриваются с политико-экономической точки зрения. Автор правильно подчеркивает, что «формирование концепции управления экономическими процессами в решающей степени определяется пониманием общественной формы производства на данном историческом этапе ее развития» (с. 52).
В монографии правильно отмечается, что конкретное содержание социалистического управления определяется непосредственно-общественной природой социалистического производства. При этом автор стремится избежать механического разделения экономики и управления на «этажи», «слои» и т. д. (с. 7) и ставит вопрос о противоречиях управления (с. 38). К сожалению, в ряде случаев вопрос о противоречиях между непосредственно-общественной природой социализма и товарностью подменяется вопросом о завершенности непосредственно-общественной формы (с. 54). В то же время в книге совершенно ясно проводится мысль о том, что «вполне зрелые отношения коммунистической формации возникают и развиваются как антипод товарной формы» (с. 9), причем в реальной социалистической действительности «представлены отношения непосредственно-общественного характера производства, которые являются господствующими и определяют основную тенденцию производства при социализме, и элементы товарно-денежных отношений, которые не являются продуктом развития общества на социалистических началах, а сохранились от предшествующих социализму форм и играют явно подчиненную роль» (с. 63). Чтобы быть последовательным, автору надо признать, что и целый ряд отношений, выступающих как товарно-денежные, например между государством и колхозами, имеет также не-посредственно-общественную природу, хотя и не лишен остатков прежнего товарного содержания (с. 137–138).
С. Г. Родин считает, что в силу непосредственно-общественной природы социалистического производства роль регулятора в нем «принадлежит закону общественной полезности» (с. 55), а конкретнее – «непосредственно-общественной полезности» (с. 56). Его действие определяется основным экономическим законом, причем «целевые параметры экономики должны выражаться через общественную полезность и ее категории – номенклатуру, качество, сроки поставок» (с. 56). Планирование, контроль, регулирование и корректирование элементов управления подчинены задаче усиления непосредственно-общественной природы социализма. Этим определяется и соотношение плановых показателей: «поскольку непосредственно-общественный характер производства при социализме выражает определяющую черту общественной формы производства, постольку в системе экономических показателей главная роль должна принадлежать натуральным показателям» (с. 65). Но эти показатели, как правильно отмечается в книге, не являются единственными. Речь идет о такой системе показателей, «которая включала бы, во-первых, прямые директивные задания общества по производству определенных потребительных стоимостей, т. е. определенных по объему, качеству, структуре, срокам поставки и т. д., и, во-вторых, выраженные в стоимостных формах показатели затрат живого и общественного труда, а также результаты хозяйственных звеньев, которые характеризуют эффективность их производственной деятельности» (с. 64).
К иным выводам, как показано в книге, приходили сторонники идеи о том, что «социалистическое производство представляет собой товарное производство особого рода» (с. 58). Если бы это было так, то «в качестве регулятора производства должен был признаваться закон стоимости» (с. 59). Активные проводники этой идеи, как, например, Б. Ракитский, утверждали, что «любые планы, как и любые обязательные показатели для предприятий, должны быть только стоимостными и никаких натуральных показателей как обязательных (ни номенклатуры изделий, ни плана материально-технического снабжения и т. п.) не должно существовать... Легко представить себе, что из этого получилось бы, – отмечает С. Г. Родин, – если даже при обязательности основной номенклатуры выполнение плана по специализированным поставкам зачастую нарушается. Стоимостной характер показателей неизбежно влечет за собой отмену всякого планирования, регулирования и корректирования натуральных пропорций и натуральных балансов. Результат этого один – полная дезорганизация централизованного управления экономикой» (с. 60).
Критически рассматривая ошибочные концепции управления, автор справедливо отмечает: «Расширение самостоятельности предприятия в качестве основополагающего принципа организации хозрасчета нередко трактовалось весьма упрощенно: чем меньше показателей утверждается данному производственному звену сверху, тем оно как бы более самостоятельно. Но показатель показателю рознь. Есть среди них целевые, основополагающие, есть второстепенные, третьестепенные и т. д. И дело главным образом не в том, сколько утверждается показателей, а в том, какие они по значению, как они воздействуют на развитие производства. Можно, например, утверждать предприятию десятки самых различных показателей, но всего лишь один показатель – номенклатуру выпускаемой продукции – оставить на усмотрение производственного коллектива, и тогда нарушится вся система централизованного управления экономикой» (с. 64–65).
В полном соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 12 июля 1979 г. «Об улучшении планирования и усилении воздействия хозяйственного механизма на повышение эффективности производства и качества работы» С. Г. Родин делает вывод о том, что «корень существенных недостатков таких стоимостных показателей, как объем реализованной, товарной, валовой продукции и прибыли, заключен не в них самих, а в том, что они выдвигались в качестве главных, целевых показателей, номенклатура же занимала второстепенное место. Между тем в условиях непосредственно-общественного характера социалистического производства в системе показателей хозяйственной деятельности предприятий главная роль должна принадлежать натуральным показателям, а подчиненная – стоимостным» (с. 71). И далее автор пишет: «...коль скоро ассортимент выпускаемой продукции, применяемые в производстве материалы, цены и т. д. изменятся, то необходимо соответственно изменять плановые задания по сумме поставляемой продукции и прибыли; если применяются более дорогие материалы, то нужно изменять план по реализации» (с. 71). В качестве основного из стоимостных показателей должен являться «показатель поставки продукции в денежном выражении, который непосредственно отражает утверждаемую номенклатуру» (с. 71).
Хозяйственная практика, однако, давала немало примеров прямо противоположного образа действий, «когда под сумму реализованной продукции в денежном выражении подгонялась ее номенклатура» (с. 67). Это – проявление момента товарности, который пока не изжит и будет проявлять себя так или иначе в экономической жизни на протяжении всей первой фазы коммунизма, вступая в противоречие с его непосредственно-общественной природой.
В силу этого противоречия со всей определенностью должен быть поставлен вопрос о борьбе за приоритет общественных интересов, о том, чтобы «направить коллективные интересы в русло общенародных» (с. 73).
Показатель поставки продукции в натуральном и денежном выражении «в развернутом виде воплощается в хозяйственных договорах» (с. 73), с помощью которых реализуются интересы общества, причем таким же «в принципе должен быть и экономический интерес производственного коллектива» (С. 72), а «заявлять, что социалистический коллективный интерес выражается в максимизации прибыли, значит не понимать или сознательно запутывать вопрос о принципиальном различии между общественной собственностью и групповой собственностью, между экономической самостоятельностью производственного звена и его экономической обособленностью, между экономическим интересом социалистического производственного коллектива и экономическим групповым интересом, далеким по своей природе от социализма» (с. 73).
Каким образом осуществляется управление, в огромной степени зависит от понимания основного экономического закона социализма. Ведь задача управления заключается в том, чтобы подчинять производство внутренне присущей ему цели. Автор полагает, что «целевым результатом функционирования производственной сферы при социализме является чистый продукт общества» (с. 91), что чистый продукт является «категорией, выражающей объективную направленность социалистического (коммунистического) производства» (с. 113). Но ведь чистый продукт может быть увеличен и за счет увеличения рабочего дня, сверхурочных работ, интенсификации труда, невнимания к условиям труда рабочих. Чистый продукт является средством развития трудящихся, а не целью производства. Это, – указывает К. Маркс, – «в буржуазном обществе живой труд есть лишь средство увеличивать накопленный труд. В коммунистическом обществе накопленный труд – это лишь средство расширять, обогащать, облегчать жизненный процесс рабочих».[16] Далее С. Г. Родин отмечает, что «целью коммунистического способа производства должно быть обеспечение полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов коммунистического общества» (с. 153).
В целом монография С. Г. Родина демонстрирует плодотворность политико-экономического подхода к управлению и вносит вклад в развитие теории планомерно организованного непосредственно-общественного хозяйства.
К ВОПРОСУ О СИСТЕМНОМ ПОДХОДЕ К ИССЛЕДОВАНИЮ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИИ[17]
Понятия «система», «системный подход» и т. д. все чаще появляются в экономических работах. Как отмечает В. П. Кузьмин, «многое из того, что еще вчера называлось целостным, комплексным, единым, комбинированным и другими общими и специальными терминами, сегодня называется системным. Это похоже на рождение моды[18]». Представляется актуальным и полезным рассмотреть это «похожее на рождение моды» явление с позиций его соответствия сложившейся в течение многих десятилетий методологии марксистско-ленинской политической экономии. Сейчас, когда наша политико-экономическая наука вступает в период практического претворения в жизнь решений XXVI съезда партии, такое уточнение методологических позиций мы полагаем особенно целесообразным.
Прежде всего следует заметить, что само понятие системы отнюдь не чуждо марксистской политической экономии. Это очевидно уже хотя бы потому, что вообще любая наука есть система знаний, а не неупорядоченное собрание сведений. В диалектико-материалистическом понимании система производственных отношений выступает вовсе не как агрегат элементов, соединенных в некий механизм, а как органическая целостность. «Теоретическое воспроизведение объекта как целостной системы, – справедливо пишут В. Я. Ельмеев и В. Т. Пуляев, – достигается не его разложением на элементы и не соединением последних в некие структуры, а нахождением его единой субстанциальной основы, его сущности и форм проявления последней»[19]. Диалектико-материалистический метод в применении к экономическому исследованию требует представить экономическую систему как живую и развивающуюся, как содержащую противоречия и разрешающую их, движущуюся через противоречия и путем противоречий. Единство и борьба противоположностей – живая душа диалектики.
В. И. Ленин подчеркивал, что с диалектико-материалистических позиций «общество рассматривается как живой, находящийся в постоянном развитии организм (а не как нечто механически сцепленное и до-пускающее поэтому всякие произвольные комбинации отдельных общественных элементов), для изучения которого необходимы объективный анализ производственных отношений, образующих данную общественную формацию, исследование законов ее функционирования и развития»[20]. Теоретическое изображение развития экономической системы – это изображение ее движения от неразвитого целого к развитому целому, а не от части к целому. Что же касается оперирования категориями целого и частей применительно к исследованию развитых форм движения, то, как указывал Ф. Энгельс, «часть и целое – это такие категории, которые становятся недостаточными в органической природе... части лишь у
Можно, конечно, «части» назвать «элементами», а их соединение обозначить термином «структура», но от этого суть дела не изменится, возникает лишь возможность чисто внешнего прикрытия этого закамуфлированного построения от прямых, направленных против метафизического изображения развития природы и общества критических высказываний классиков марксизма-ленинизма. Еще Гегель указывал, что целое и части, взятые во внешнем соотношении, – неистинные категории, поскольку представление целого как состоящего из частей может быть совершенно произвольным, и нет никаких указаний на то, что считать, а что не считать частью[22].
Поделиться книгой: