В объятьях льда

— Красиво, — вздохнула Бренна, продевая руку под его локоть. — Только глазам больно. Идём. Недалеко есть озеро. Там тень.

Солнце ярко подсвечивало её волосы и неприятно резало глаза. Спрашивая себя, что он здесь делает, Джад всё же без возражений пошёл за Бренной.

— Смотри.

Из-под плотного снежного покрывала вдалеке проглядывала покрытая льдом гладь маленького озера, в котором в тёплое время года отражались деревья и горы. Бренна вдруг почувствовала себя свободной, впервые за много месяцев. Страх, заставлявший её прятаться в логове, отпустил, растаял перед лицом первозданной красоты вокруг. Оказалось, нужно лишь найти того, кто отведёт её сюда.

Бренна улыбнулась и подняла глаза на своего тёмного ангела: она не могла найти более подходящих слов для этого одетого в чёрное черноволосого и черноглазого мужчины.

— Спасибо.

Его чувственные губы всегда были сурово сжаты, и от этого у Бренны всё внутри тоже сжималось. Тут Джад заговорил, и его безэмоциональный тон напомнил, что он не просто сильный, привлекательный мужчина. Он — Пси.

— Не благодари меня. Я не смог найти определённого ответа на твой вопрос о видениях. Тебе следует проконсультироваться с кем-то более компетентным в данной области, чем я. Видения иногда являются признаком прогрессирующего снижения интеллекта.

Бренна отстранилась и сунула руки в карманы куртки. Её со всех сторон окружал его запах — острый, подчёркнуто мужской, — он щекотал чувствительный нос, но Бренна не хотела больше его ощущать.

— По-твоему, я теряю рассудок?

Она втайне ужасно боялась этого, будто чудовища под кроватью. По спине прошёл холодок.

— У Пси не принято ходить вокруг да около. Я говорю то, что думаю.

Господи, какой же он надменный!

— Чушь собачья, — скривилась она. — Ваш Совет возвёл лицемерие в ранг высокого искусства.

Джад перевёл на неё чёрные глаза, в которых отражался снег.

— Совет — не мой. Я им не марионетка.

Холод в его голосе Бренна ощутила все кожей.

— Прогрессирующее снижение интеллекта? — спросила она, продолжая хмуриться. — Если не помешательство, то…

— Психическое воздействие Энрике могло вызвать механическое разрушение или кровоизлияние в ткани головного мозга. — Джад смотрел на неё, не мигая, как смотрит хищник, когда пытается определить, на что способна его жертва. — Он был телекинетиком. Телекинез оказывает физическое воздействие. На вскрытии у других его жертв обнаружили серьёзные повреждения мозга.

Фотографии. Этот урод любил демонстрировать ей, что творил с предыдущими жертвами.

— Я помню.

— Однако вероятность подобных травм минимальна. Саша и Лара, прежде чем начать процесс ментального исцеления, залечивают физические ранения.

Бренна закусила губу и прерывисто вздохнула:

— Саша говорила, что лучше не спешить, но мне так хотелось, чтобы мою голову, наконец, оставили в покое, что я будто бы ускорила заживление усилием воли. — Так умеют Пси. — Возможно, я слишком торопила Сашу.

— Я связался с ней после нашего разговора, — ответил Джад, не спуская с неё хищного взгляда. — Ты на самом деле торопила её, но не на стадии физического исцеления.

Бренна с трудом удержалась, чтобы не ударить его за самоуправство, хотя и просила о помощи.

— Факт остаётся фактом — у Саши нет опыта работы с такими случаями.

Кроме того, Саша, обладавшая даром обнаруживать и восстанавливать тяжелейшие душевные травмы, знала о кровавом прошлом Бренны слишком много. Саша, несмотря на добрые намерения, являлась постоянным напоминанием о том, что хотелось забыть.

— Верно. Зато в этом разбирается Фейт. — Джад скрестил руки на груди. — Тебе нужна помощь.

— Я попросила тебя. — Бренна и сама не понимала почему. Он холодный и жёсткий, словно одичавший вер.

— Я договорюсь с Фейт о встрече.

— Я сама. — Бренна стиснула зубы. — Вон тебя недолюбливает, если ты не заметил.

С Воном и его парой, Фейт, она познакомилась в день, когда они приехали в стаю, чтобы принять подарок от детей, спасённых благодаря видению Фейт. Если бы не дар Я-Пси, малыши бы погибли. — Да и ты вряд ли сделаешь над собой усилие и проявишь дружелюбие.

— Это недопустимо. — Джад отвернулся и посмотрел на заснеженный лес. — Эмоции не принадлежат к числу моих слабостей.

***

Как только Фейт закончила короткий, но тяжёлый разговор с Бренной Кинкейд, в зал заседаний вошёл Энтони Кириакис, глава семейной группы НайтСтар и отец Фейт. Она убрала телефон в карман и прижалась спиной к Вону.

— В сети опять объявился Призрак.

Энтони обошёл стол и встал напротив них.

Фейт хотелось услышать совсем другое. В глубине души она по-прежнему оставалась маленькой девочкой, мечтающей получить от отца то, что, возможно, он никогда не сможет ей дать. Мысль отозвалась в сердце тупой болью. Вон положил руку ей на затылок, и боль отступила: Вон любит её, лелеет, бережёт.

— Какой Призрак?

Она села, и мужчины последовали её примеру.

— Никто не знает, кто он на самом деле, но, предположительно, на его счету несколько диверсий.

Отец передал Фейт диск со списком компаний, обратившихся за прогнозом, которые она делала в рамках контрактного соглашения с кланом НайтСтар. Диск Фейт пока отложила в сторону — Призрак интересовал её гораздо больше.

— Он один из нас?

В одном Фейт с отцом сходились: они оба хотели освободить Пси от «Безмолвия», которое оказалось несостоятельным. Энтони мог быть холодным, безэмоциональным Пси, но в то же время тайно возглавлял заговор против Совета.

— Неизвестно. Очевидно, однако, что Призрак близок к Совету, поскольку имеет доступ к засекреченной информации, но осуществляет вмешательство строго на определённом уровне. Это может означать, что дальше у него нет доступа или…

— Или что он очень осторожен и не хочет нечаянно себя выдать, — закончила Фейт.

— Правильная тактика, — подал голос Вон, большим пальцем поглаживая её шею сзади. — Если он под носом у Совета копается в картотеках, они наверняка в бешенстве.

— Именно. — Энтони повернулся к Фейт. — Призрак впервые проявил себя, пока ты ещё была в сети. Помнишь взрыв в лаборатории «Экзогенезис»?

— Это та, где разрабатывают импланты, способные снизить частоту врождённых аномалий? — Последнее слово она почти выплюнула. «Аномалиями» Совет называл нежелание некоторых Пси подчиняться Протоколу. — Они намерены вмешиваться в развитие детского мозга и внедрять «Безмолвие» как часть физиологического процесса становления организма.

Энтони оставил её вспышку без внимания.

— Диверсия в лаборатории унесла жизни двоих ведущих учёных и уничтожила результат нескольких месяцев работы.

— Этот ваш Призрак не чурается убийств.

В голосе Вона не слышалось осуждения: ягуару случалось убивать, чтобы защитить невинных. А кто может быть невиннее детей, которым первыми вживят импланты.

Глава 7

— Очевидно, нет. Взрыв расследовали полиция и Совет, но население по большей части их не поддержало.

— Почему? — спросил Вон. Ощущать тепло его тела было так приятно, что Фейт прижалась к любимому теснее и положила руку на крепкое, мускулистое бедро. — Предполагается ведь, что с имплантатом Пси смогут эффективнее использовать способности?

— Отчасти. — Энтони кивнул. — Но несогласные считают, что «Протокол I», призванный обеспечить полное подчинение «Безмолвию», спровоцирует побочный эффект — свяжет наши разумы. Не так, как в ПсиНет, а физиологически.

«Протокол I». Ему присвоили официальное название. Плохой знак.

— Речь идёт о формировании коллективного разума вроде роя. — В голосе Фейт звучало неприкрытое отвращение.

— Да. Те из нас, кто предпочитает вести дела без стороннего вмешательства, недовольны. Как только раса начнёт функционировать как единое целое, это станет невозможно. — Энтони взял в руки органайзер — тонкий планшет, которым любили пользоваться Пси. — Судя по взрывам, Призрак преследует те же цели, что и мы, но пока мы не узнаем, кто он, эффективно работать вместе не получится.

Вон подался вперёд.

— Чем больше о нём известно, тем выше риск, что его обнаружат. По мне, так пусть Призрак продолжает своё дело, а мы воспользуемся результатами.

— Поддерживаю целиком и полностью. — Энтони, давая понять, что вопрос исчерпан, начал что-то набирать на сенсорном экране. — «Блюзед» ждут новый прогноз на текущий месяц. Можно передвинуть их в начало очереди?

Фейт взяла свой планшет.

— Попробую.

Она по-прежнему не умела вызывать видение по заказу. Выходит, это единственное, о чём не солгал Совет: её дар невозможно контролировать.

Энтони тем временем перешёл к следующему вопросу. Спустя полчаса они всё обсудили, и Фейт обняла отца на прощание. Он не обнял её в ответ, но легонько хлопнул по спине. Только тот, кто не понаслышке знаком с «Безмолвием», поймёт колоссальное значение этого жеста. Когда Энтони отстранился и направился к выходу, в глазах Фейт стояли слёзы. Снаружи ждал Баркер, один из солдат стаи, он должен был сопровождать Энтони на обратном пути. Головной штаб Дарк-Ривер, расположенный в деловой части Сан-Франциско недалеко от китайского квартала, с одной стороны, напоминал муравейник, а с другой, хорошо охранялся.

— Иди ко мне, Рыжик. — Вон притянул Фейт в объятия, и она ощутила, как от грубоватой ласки тает комок в горле. Временами сила собственных чувств её пугала.

— Этот Призрак сыграет важную роль.

Фейт смутно предчувствовала, что так оно и будет. Едва она подумала об этом, возникло видение. На долю секунды она заглянула в будущее, но увидела не Призрака, а Бренну. И смерть. Смерть окружает волчицу Сноу-Данс, руки Бренны в крови. Фейт не знала, чья это кровь, но чувствовала тяжёлый тошнотворный запах отчаяния и страха. Картинка пропала, так быстро, что в памяти почти ничего не осталось, не было даже лёгкого, обычного для видений головокружения.

Она даже не сможет предупредить Бренну — образы не несли никакой конкретной информации, лишь усилили возникшую после их телефонного разговора тревогу. Прижавшись к Вону, Фейт вернулась к насущной проблеме:

— Как думаешь, стоит спросить про Призрака у НетСущности?

Сущность, проживавшую в сети, многие считали кем-то вроде библиотекаря и полицейского одновременно. Фейт знала, что дела обстоят далеко не так однозначно.

— Кажется, он неплохо справляется самостоятельно. Ты точно хочешь лезть во всё это?

— Так и знала, что ты примешь сторону волка-одиночки, — мягко поддела она, радуясь самой возможности подразнить его.

— Не сравнивай меня с этими проклятыми дикарями, — зарычал Вон. Фейт щекой почувствовала, как вибрирует его грудь, подняла голову и улыбнулась.

— Чёртовы волки.

Любимое ругательство у котов Дарк-Ривер.

— Точно, — согласился Вон и крепко, жадно поцеловал её.

— Послушаюсь твоего совета, не хочу невольно навести НетСущность на след. — Дружелюбная по своей природе, сущность всё же не была полностью свободна от Совета. — Знаешь, мне кажется, Призрак сыграет важную роль в жизни Дарк-Ривер. Не сейчас. Когда-нибудь потом.

— Видение?

— Даже не предчувствие, — покачала головой Фейт, — скорее…

Она никак не могла подобрать подходящее слово.

— Сердцем чуешь?

— Да.

Ничего удивительного, что она не могла описать своё состояние — признайся она в чём-то таком раньше, её бы освидетельствовали врачи в ПсиНет.

— Кстати, мой дорогой кот, завтра утром мы едем на территорию Сноу-Данс, у нас там встреча.

— С кем?

Вон сгрёб в кулак её волосы, но Фейт знала, что так он выражает нежность.

— С Бренной Кинкейд.

Она решила пока ничего не говорить про Джада Лоурена, который тоже собирался присутствовать. На рослого темноволосого и чрезвычайно опасного Пси Вон реагировал остро и негативно. Джад… нет, о нём у неё видений не было. Среди знакомых Фейт Джад оставался для её дара самым непроницаемым. Мрачным и очень одиноким.

***

Спустя сутки после того, как Бренна дала согласие на встречу с Фейт, она всё ещё сомневалась, но отступать уже поздно. Они встретились на маленькой лесной поляне минутах в двадцати от логова. Несмотря на опасения, Бренна вынуждена была признать, что Фейт и Вон выбрали очень красивое место. Снег под ногами был мягким, а замёрзший водопад неподалёку сверкал в лучах утреннего солнца так ярко, что блеск резал глаза. Рыжие волосы Фейт на фоне окружающей белизны казались языками пламени.

Бренна подошла ближе.

— Спасибо, что приехали.