Служанка с секретом

Мариус развел руками.

— Я и подпишу, но у меня есть одно условие, — уверенно сказал он.

Мне хотелось выругаться ему прямо в лицо. Какого черта, я хотел спросить. Какие еще условия?

— Я внимательно слушаю, — ответил доброжелательно, хотя мечтал послать любимого дядю в его же напыщенный зад.

— Ты войдешь в штат прислуги для украшения зимнего дворца короля к новому году.

Вот теперь я засмеялся. Смешная шутка.

— Я не шучу, Дэниел, — добавил он и смешная шутка превратилась в издевательство.

Я смотрю в серьезные глаза, в них не капли смеха. Поза расслабленная, даже в чем-то уставшая. Я не знаю, каким Мариус был до войны, но на ней он очевидно ни раз бился головой. Впрочем, он всегда был с прибабахом, то устроит праздничный ужин для слуг. То хороших тканей купит для служанок. Аристократы давно поговаривали, что у него поехала крыша. А еще это его затворничество… Но до такого еще не доходило.

— Дядюшка, при всем моем уважении, — не выдерживаю я. — Вы, должно быть, сошли с ума, — добавляю, как можно уважительнее, но Мариус даже бровью не повел.

— Ты либо соглашаешься на мои условия. Либо лишаю наследства, — говорит он таким спокойным голосом, словно речь идет не о моей судьбе, а о какой-то безделушке, которую можно выкинуть.

Моя судьба и наследство в его руках. Родители определенно допустили ошибку, за которую мне теперь придется расплачиваться.

— Как вы себе представляете, что я, — стараюсь не повышать голос, — наследный герцог, буду драить уборные?

— А никто не будет знать, что ты герцог, — говорит спокойно. — Зачем нам слухи? Лишим тебя дорогих шмоток, растреплем волосы, и никто не узнает в тебе герцога, — говорит он с таким удовольствием, что я точно убеждаюсь — Мариус сошел с ума!

— Это абсурд… — не выдерживаю, хотя на языке крутятся ругательства куда поотборнее.

— Ты заставил кучера несколько часов стоять на морозе, — начал он свои бесполезные нравоучения. — Ты не знаешь ни одного имени слуг, они для тебя словно пыль. Я обещал вырастить тебя достойным человеком, Дэниел, но если бы твои родители спросили, у меня бы даже язык не повернулся назвать тебя человеком.

Мариус говорил с запалом. А меня уже тошнило.

И снова этот бред о слугах, уважении и блаженном мире. От этого разговора кулаки сжимались сами собой. У меня было достаточно дел, чтобы заводить дружбу со слугами.

— Я не стану играть в служанку…

— Тогда я лишу тебя наследства, — повторил Мариус, поправив перстень на пальце. — Выбирай. Ты поедешь в зимние владения короля до конца года или останешься жить со мной. На улицу я тебя не выгоню. Буду наверстывать упущенное воспитание, пока не увижу результатов.

4

Сквозь закрытое окно слегка проникали лучики. Я провел

последние несколько часов в своих покоях, которые наполнил запах табака. Проводить меня пожаловал Гордон, друг со времен академии.

Он принес мне прощальный подарок, который я с радостью опробовал, представляя, как взбесится Мариус, когда ему доложат слуги. И как же приятно, что в ближайшее время он никак не сможет меня достать.

Гордон же держался от табака подальше, предпочитая крутится возле зеркала. Наверняка боялся любимой маменьки, которая подсовывала ему страшных, но знатных невест. Я был уверен, скоро на одной из них он и женится.

— Так ты у нас теперь служанка Дэн? — Оскалился во все зубы Гордон. Несмотря на то, что он был моим другом еще с академических времен, я не считал его менее тупым, чем он был.

— Слуга, — нервно сказала я, поправляя отвратительный костюм. Он был из какой-то мерзкой ткани, которая кололась.

— И ты согласился, Дэниел…

— Как будто у меня есть выбор.

Как только гордон узнал о решении мариуса, на меня полилась куча тупых шуток. и это продолжалось все утро. Но тупые шутки были не единственной проблемой. Гордон умудрялся разбавлять их тупыми вопросами. Я уже искренне жалел, что вообще ему что-то сказал.

— Настоял бы на своем, ногой бы топнул, ну что ты не как мужик, Дэн Ка?

Гордон ехидно улыбнулся, поправляя свои длинные белые волосы. Он посмотрел на меня, потом снова в зеркало. Я видел, как он остался доволен этим сравнением, и понимал почему.

Обычно Гордон всегда проигрывал на моем фоне, но теперь, когда я был в какой-то серой от грязи рубашке, которую было невозможно отстирать, заплатанных брюках и дырявом пальто, меня мог обойти даже самый захудалый лордишка.

— Очень жаль, Гордон, что для тебя мужик это тот, кто закатывает истерики, словно девица, — ответил Гордону, надменно вздернув бровь. — Я же лучше выполню уговор и уйду жить на свои земли.

— И думаешь, он тебе их отдаст? — усмехнулся друг. — Может, твой дяденька решил себе земли утащить…

— Они ему ни к чему, — сказал с полной уверенностью. — И Мариус не нарушает своих обещаний.

Вторую часть я произнес так же уверенно. Мариус само благочестие, он не станет нарушать договор, который сам и заключил.

— В любом случае, ты развлечёшься, — сказал Гордон, отойдя от зеркала и усевшись в кресло напротив моего. Он даже попытался скопировать мою позу. Что заставило меня только усмехнуться. — Служанки падки на развлечения.

— Фу, — не выдержал я. — Я не сплю со служанками. Они вечно воняют, даже на расстоянии.

Гордон рассмеялся, пока кривился. К чему вообще коротать время со служанками, когда есть, пусть и не очень приличные, но леди.

Аристократки пахнут душистыми травами и цветами, у них нежные руки и волосы. А служанки даже за версту мне противны.

Они моются мылом из жира животных, ну что за мерзость? Не умеют читать и писать. Глупы и невежественны. Они годятся только полы мыть и слухи по столице распускать.

— И как же, лорд Корнуэл, проживете без женской ласки? Не боитесь превратиться в своего дяденьку затворника.

Гордон снова мерзко улыбнулся от своей тупой шутки, и я задался вопросом, какого черта вообще с ним общаюсь, если он интеллектом не далеко ушел от осла?

— Ну, ты же как-то живешь, — ответил я скучающе.

Гордон еще что-то пробубнил. Но мне уже было неинтересно.

— Принеси водички, Гордон, у меня что-то в горле пересохло, — перебил его я.

Парень насупился, но встал и пошел за стаканом. И я вспомнил, почему с ним дружу.

До конца этого года я должен буду украшать зимний дворец, что ж, дядюшка, справлюсь.

Уверен там будет много челяди, управлять которой будет одно удовольствие. Удивлю их своим умением читать, примут меня за высшего Духа.

5

Лисса

Кучер вежливо открыл двери дилижанса, и я вышла, аккуратно вытягивая за собой чемодан. Cобрала с собой достаточно вещей, чтобы защелка «старика» то и дело пыталась открыться, вывалив содержимое прямо мне под ноги.

Леди Николь предлагала заменить своего старого друга на нового, на колесиках на манер аристократов. Но я отказалась. Этот чемодан был моим любимым, ведь он принадлежал родителям.

Еще до войны, когда я была совсем малышкой, они часто брали этот самый чемодан, кидая в него только самое нужное, и мы отправлялись в путешествия. Отец говорил, что это лучший чемодан для путешествий, ведь он по объему вмещает только самое необходимое. Так он и отвечал всем, кто уже обзавелся чемоданам с бытовой магией, способным вместить намного больше.

Мама и папа умерли. Война забрала их жизни. И все, что можно было считать роскошью бабушке пришлось продать. От родителей не осталось практически ничего. Ни любимого маминого колье, ни дорогих отцовских запонок. Я не могла ее винить — война разорила нас. Бабушка пыталась выжить. Остался только старый чемодан, с которым мы с бабулей переехали в Борнмут.

И теперь я, такая взрослая отправилась с чемоданом на встречу приключениям.

Вид замка поражал. Красивая постройка из белого камня припорошенная снегом выглядела просто изумительно. Расписанные витражи окон, крыша из черепицы синего цвета. Все это величие дополнял и забор из белого камня с огромными металлическими воротами из металла.

И скоро я смогу увидеть все изнутри… Как и Карл, мой возлюбленный, который уже прибыл. А как иначе, он ведь лучший…Король собрал здесь лучших из лучших.

Карл уже заселился в первой с первой волной прибывших. Меня же отобрали только во второй. Помимо меня здесь было много людей, которые взирали на замок ожидая, когда нас впустят. Я отметила для себя, что среди приехавших были как просто одетые слуги, так и одетые очень богато. Через одно потертые штаны сменяли богатые шубки. Особенно в глаза бросилась одна блондинка. У нее были завиты тугие белые кудри и большие карие глаза. Мы чем-то были похожи. Только я обладала простоватыми чертами лица, пухлыми губами и курносым носом. У меня была загорелая кожа и куча веснушек. А вот у блондинки черты были аккуратными, губки бантиком, маленький носик и кожа, лишенная и единой веснушки. А еще бросились в глаза украшения. Я разглядела дорогие сережки. Не каждая прислуга получает копейки. Некоторых, особенно магически одаренных, очень ценили. Как и меня ценила леди Николь, хотя я и не была этого достойна. Ведь вреда от меня бедной леди зачастую было больше, чем помощи. Несколько разбитых ваз и испорченные разлитыми напитками ковры тому подтверждение. Но моя леди закрывала на это глаза. Моя леди Николь была лучшей леди!

Самые талантливые, умные и перспективные, таков был отбор слуг для украшения зимнего дворца. Впервые за столько лет, он откроет свои двери для гостей. Король решил возобновить старые традиции.

Я заметила, что все прибывшие уже достали свои рекомендации и мне пришлось открыть чемодан, чтобы вытащить свои.

Несколько листов белой бумаги, исписанные любимым почерком леди Николь. Я перечитала все то, что она обо мне написала. От этих строчек у меня всегда появлялась улыбка и краснели щеки.

Отбор на должность слуг для украшения замка был очень серьезным. Первым этапом отбирали рекомендации, только от самых знатных семей, которые имели ценность для королевской семьи. Помимо идеального знания грамоты, чистой репутации и готовности браться за любую работу, от нас требовали и другие навыки, которые к работе не относились.

Так леди Николь написала, что я умею играть на фортепиано. Хотя обучала она меня этому несколько месяцев, и я вряд ли смогла бы сыграть хотя бы одну мелодию без ошибок. А еще я освоила езду верхом, и тоже не без помощи леди. Правда ездить верхом мне не нравилось, но нравились лошади.

Конкуренция на место в королевском дворце была сумасшедшей неспроста. И плюсы стоили того, чтобы освоить верховую езди и фортепиано хотя бы на начальном уровне.

Во-первых, огромное по меркам прислуги жалование. Во-вторых, условия жизни. Нам предоставлялся целый дом для прислуги, в котором была своя столовая. Комнаты были заселены по два человека и у каждой пары была отдельная уборная. Непозволительная роскошь для кого-либо, кроме короля. И третье, самое соблазнительное, по окончании службы мы получали королевские рекомендации. Они позволяли не только выбирать лучшие места для работы, но и поступить на обучение в академию, если тебе позволяет магия и средства.

У меня не было ни магии, ни средств. Но я могла пройти короткое обучение на помощника целителя. Даже такое образование очень бы ценилось в Борнмуте. А как я могла бы помогать бабушке с зельями? Наконец стала бы полезной и для нее.

Для меня был еще один плюс, это Карл, который в Борнмуте избегал моего внимания. Он просто привык считать меня нелепой девчонкой, которая все портит, и был прав. Но я стала взрослее, умнее и лучше. Это был мой шанс, чтобы он меня заметил.

Красивая кованные ворота распахнулась перед нами совершенно бесшумно и оттуда вышла женщина средних лет в строгом синем платье и аккуратной прической. Ее лицо было серьёзным, а при взгляде нас даже стало надменным. Словно она увидела на рынке тухлых кур.

— Добро пожаловать в зимний дворец. Я управляющая, мадам Эсма Ванс, — сказала она без тени улыбки или дружелюбия. — Хочу напомнить вам, что каждый легко заменим, вы приехали сюда не отдыхать. И я обещаю, что каждую свою копейку и доброе слово в рекомендации, вам придется заслужить.

6

Эсма Ванс показалась мне злым духом в обличие смертной женщины. После долгой и изнурительной дороги, она не дала мне и другим прислугам ни минуты на отдых.

Вместо этого решила изморить нас экскурсией по замку. А ведь сегодня день рабочим не считался!

Сначала внутреннее убранство дворца восхитило. Дорогие ковры, картины, мраморный пол. Но после нескольких часов хождения из комнаты в комнату, я готова была лечь и умереть.

Ситуацию осложняли и тяжелый чемодан в руках, который Эсма не дала нам возможности положить в комнату, прекрасно понимая, что мы устали.

— Мадам Эсма, — отважилась одна из девушек. — Позвольте отнести чемоданы. Они очень тяжелые…

— А нечего было брать так много, — ответила она. — Вы сюда работать приехали. Рабочая форма будет выдана, а все остальное, это излишки. В следующий раз будете думать головой.

После третьего этажа и правого крыла я начала сомневаться, что следующий раз, когда-то будет в моей жизни.

— Вы лучше запоминайте устройство дворца, — сказала мадам Ванс.

Я изо всех сил старалась запомнить, где во дворце какая комната, но мозг отказывался работать после нескольких часов дороги.

Перекладывала чемодан из руки в руку, пытаясь хоть как-то сбавить нагрузку. А Эсма продолжала водить нас, словно решила избавиться от нас таким образом.

Этажи сменяли друг друга, и я уже была готова выть волком, когда мы поднимались по очередной ковровой дорожке на этаж выше…

— Вам стоит обратить внимание на эти вазы, — тут же сказала Ванс, пыль с них нужно стирать очень аккуратно…

Я уставила взор на вазы еле поднимаясь и, должно быть, не заметила складку на ковре, споткнулась, не удержав тело на весу, упала на пол.

Унизительно упала. Чудом спасла лицо, успев подставить руки. И ведь так всегда! Вечно я что-то делаю не так.

Но я порадовалась, что хотя бы Карла не было, и он не видел этот позор. Радовалась я недолго, при попытке встать, встретила взгляд мадам Ванс.

— Имя? — жестко спросила она.

Я замерла. Неужели меня выгонят? В первый же день…

— Лисса, — выдавила я, под взгляды остальных слуг и служанок.

— Ты всегда такая неуклюжая, Лисса? Слово аккуратно к тебе не относится? — Спросила Эсма, сузив глаза, словно читая меня как открытую книгу.

— Нет, я просто устала, — пыталась оправдаться я.

— Так зачем мне служанка, которая так быстро устает? — Резко казала Эсма. Я промолчала, ведь по взгляду поняла, лучше ничего не говорить — сделаю только хуже.

— Мадам Эсма, мы правда очень утомились с дороги, — неожиданно вступился за меня парень. По виду моего возраста. В простой одежде и штанах.

Мадам Эсма, посмотрела на парня, а потом снова на меня.

— Идите в дом для прислуги, — отчеканила она. — Но такие исключения я делаю в последний раз.

Я кивнула парню в знак благодарности, и он улыбнулся.

На лицах слуг проскользнуло облегчение. Все мы дружно направились вниз по лестнице. Думаю, каждый мечтал поскорее оказаться в кровати. Пока все бежали из замка со всех ног, мне пришлось остановиться, чтобы достать второй листик с распределением.

Здесь была карта домика для прислуги с отмеченной комнатой. Меня ждало самое интересное, знакомство с моей соседкой Лилит. И я была полностью уверена, что мы станем подругами.

7

Домик для прислуги понравился мне больше, чем замок. Внешне он был похож на маленькую копию замка, но внутри был намного уютнее.