Грехи отцов 2. Война

- Знаешь, в этот раз я даже рад, что они ушли, и мы не смогли их задержать, но я выясню каким способом они научились перемещаться, – ответил Аркадий.

***

- Альбус, скажи мне, ты идиот? – спросил Николас. – Зачем ты подписал приказ на убийство этого мелкого Уизли?

- Сам не понимаю, что на меня нашло. Это моя ошибка, мой старый друг. Спасибо, что вытащили меня. Я этого никогда не забуду.

Пернелла и Николас переглянулись между собой. Дамблдор понимал, что сейчас эти двое определяют его дальнейшую судьбу. И наконец-то он услышал голос Пернеллы.

- Альбус, это последнее предупреждение! Нам нужен компаньон, а не обуза. Из-за твоей ошибки сроки снова будут отодвинуты. Теперь, даже если Геллерт сбежит, тебя не оправдают после его поимки, – сказала, пристально наблюдая за Дамблдором, Пернелла.

- Спасибо, – и в этом произнесенном слове чувствовался букет эмоций: страх, обреченность, надежда и благодарность. Дамблдор осознал, что для Фламелей, он максимум фигура на шахматной доске, но не игрок. И на шахматной доске он оказался после сегодняшнего судебного процесса. Вдруг его посетила мысль: а не раньше?..

- У нас есть два дня на сборы, прежде чем нас обнаружат здесь, – сказал Николас. - Переходим ко второму плану. С колыбели человечества начнётся их закат.

***

Тем же вечером Аркадий сообщил, что меня оправдали по всем пунктам и я могу вернуться в Великобританию. Но домой мы так и не смогли попасть, так как нужно было ответить на вопросы стражей правопорядка Германской республики. Они понесли большие потери во время сражения, в отличии от российских разведчиков и наёмников Жигаева, у которых, кроме раненых, потерь не было. До утра к нам в дом прибывали всё новые и новые лица, которые расспрашивали о событиях, произошедших в здании суда.

- Аркадий, что будет с Питером Петтигрю? – спросил я. Блэк, услышав мой вопрос, подошёл к нам.

- Его передадут стражам правопорядка Великобритании, после чего он предстанет перед судом, – ответил он.

- Ему предъявили обвинение? – спросил Сириус. – Аркадий, я хочу с ним поговорить перед тем как его отправят на остров. Ещё не ясно усидит ли на посту министра Фадж или нет. Если будет суд над Петтигрю в Великобритании, то я уверен, что его приговорят к смертной казни. Всем нужен козёл отпущения, на которого скинут все грехи.

- Я понял тебя, Сириус, я подумаю, что можно сделать, – ответил Аркадий. – Карлус тоже очень хочет поговорить с Петтигрю. Он один из последних, кто видел живыми его родных.

- Что вы планируете делать дальше? – спросил я у Аркадия. – Дамблдор и Фламели сбежали, кто будет заниматься их розыском?

- Рон, не всё так просто. Волшебное сообщество должно определиться с их статусом. Их объявят или преступниками, или террористами. В первом случае, их смогут арестовать только, если они будут находиться в стране, состоящей в Международной конфедерации магов. Но в неё не входят страны третьего мира, и задерживать там их не станут. Если же их объявят террористами, то будет сформирован отряд магов, которые будут заниматься их розыском. Но вы должны понимать, что они являются сильнейшими магами планеты, и мне сложно представить какие силы должны быть привлечены к их задержанию. Обычные стражи правопорядка с ними не справятся. А древнейшие рода не станут в этом участвовать, думаю не нужно объяснять почему, - но увидев мой непонимающий взгляд, продолжил: – Никакое вознаграждение не покроет возможных потерь при задержании Дамблдора и Фламелей.

Я услышал, то что хотел. Люди ничем не отличаются от магов. Все живут по принципу, ничего не знаю моя хата с краю.

В магической Великобритании после этих событий произошли политические изменения.

Корнелиуса Фаджа, по возвращению домой, сняли с поста министра. Прибывшая комиссия от Международной конфедерации магов нашла множество нарушений, выражавшихся в превышении должностных обязанностей, а именно всплыли незаконные обыски, изъятие родовых артефактов, лишение наследства законных наследников чистокровных родов. Также вскрылся факт получения взятки министром от Дамблдора за моё заключение в тюрьму. Это и многое другое послужило основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Фаджа.

Временным министром Великобритании назначили Эдварда Нотта. После объявления в розыск Дамблдора, его сторонники не смогли противостоять древнейшим представителям родов.

Но меня это мало интересовало, потому что по возвращению в Империю Билл и Чарли сообщили новость про Джинни.

***

В тот же день, как мне стало известно про состояние Джинни, я вернулся в Великобританию. Она лежала в больнице св. Мунго. Увидев её мне стало тошно, вечно живая и подвижная Джинни, которая своим «сложным» характером доставила мне множество проблем, лежала бледная, едва живая на кровати. Её рука была очень холодная. Сейчас я был готов ей простить всё, что она сделала мне. Лишь бы она открыла глаза и заговорила со мной как раньше.

- Рон, ты прибыл, - сказал зашедший Вурдин, который, судя по мятой одежде и синяками под глазами, находился всё это время с сестрой.

- Сергей Николаевич, что с ней? – спросил я. – Надежда есть?

- Я не буду врать, ей поможет только чудо. По словам менталиста её мозговая активность угасает. Как собрать воедино её воспоминания он не представляет. И самой худшее, что это мнение одного из лучших экспертов.

- Что с её ядром? – спросил я, хотя *зрением* и так прекрасно видел, что энергия постепенно покидает его.

- Я думаю, что это из-за насильно сорванных обетов. К ней применили грубую легилименцию. Это привело к тому, что нити клятв чуть ли не уничтожили ядро. Нам удалось стабилизировать его только до такого состояния. Магия будет постепенно выходить из неё. С каждым прожитым днём она приближается к тому, что станет сквибом.

- Дамблдор убил мою сестру только для того, чтобы узнать информацию обо мне! – сказал я, едва сдерживая слёзы.

- Джинни ещё не умерла. Мы сможем поддерживать её в таком состоянии ещё очень долго. Нужны будут дорогостоящие зелья и со временем, возможно, мы сможем стабилизировать её ядро.

- Вы хотите сказать, что она станет живым овощем? – спросил я у целителя.

Вурдин с сожалением в голосе сказал.

- Мне очень жаль, Рон. Это всё, на что способна наша медицина, – после чего он вышел из палаты.

Я подошёл к сестре и снова взял её за руку.

- Рудольф, - сказал я кольцу-артефакту, - ответь! – но его голоса я не услышал. От кольца я почувствовал отклик магии, но очень слабый. Мне нужны были ответы, которые мог дать Рудольф и я попытался снять кольцо с руки сестры. Но оно не поддалось. Я вложил свою магию в кольцо в попытке достучаться, но снова потерпел неудачу.

С целителями я договорился, что летом сестру перевезут в замок Уизли, где ей будет оказываться медицинская помощь. Гильдия целителей такие услуги предоставляла.

Здравствуйте дорогие читатели, прошу прощения за то, что пропал на долго. Всей семьёй сильно переболели, но сейчас возвращаюсь в прежний режим работы.

Хочу порекомендовать книги автора Виктора Глебова, которые скрасили мой вечерний досуг. Динамично описанные события и стиль автора оставили самые приятные впечатления.

Глава 3

лава 3

Через несколько дней после суда я отправился в Хогвартс. В холле меня встретила недовольная Минерва МакГонагалл, которая увидев меня поджала губы. Думаю, нахождение рядом со мной Карлуса Поттера уберегло мой слух от заготовленной ею отповеди.

- Минерва, - заговорил Карлус, - я слышал, что Вы исполняете обязанности директора пока не назначили нового. Я прибыл для того чтобы увидеть моего внука. Будьте добры, проводите меня до его гостиной. Также у меня есть вопросы, на которые, я надеюсь, Вы, как его декан, сможете ответить. И ещё, пока мы все здесь, нужно решить вопрос насчёт сдачи экзаменов мистера Уизли за второй курс.

- Мистер Поттер, - заговорила декан Гриффиндора, чуть ли не переходя на парселтанг, - мистер Уизли отсутствовал весь семестр на уроках, я не могу допустить его до экзаменов.

- Полноте Вам, Минерва, если бы не «проделки» Альбуса, - с хитрым выражением лица сказал Поттер, - то этот молодой человек не отсутствовал бы на занятиях. Уж поверьте мне, я и Рональд с большим удовольствием променяли бы компанию дементоров, которую нам обеспечил Дамблдор, на более комфортные условия пребывания. И вот, чтобы закончить этот неприятный для нас разговор, возьмите это письмо. В нём подписи всех двадцати девяти представителей Попечительского совета, которые допустили Лорда Уизли до сдачи экзаменов. Напоминаю, что глава рода Уизли, с момента появления в бархатной книге, может де-юре занимать место в Попечительском совете. Но, в связи с его юным возрастом, это место занял его регент и старший брат Билл.

- Мистер Поттер, я уверена, что произошла какая-то ошибка, - сказала МакГонагалл, - и вы случайно попали в Азкабан. Альбус Дамблдор -светлейший волшебник, и он не мог так поступить.

- Минерва, только из уважения к тебе и к тому, что раньше мы учились на одном факультете храбрых и благородных, я пропущу последнюю фразу мимо ушей. Я просидел в Азкабане шестнадцать лет без суда и следствия! Почти каждый год Дамблдор приходил ко мне, желая получить то, что принадлежит моему роду с древних времен. Открой наконец-то глаза, Мини, Альбус не тот, кем ты себе его представляешь! – с возмущением в голосе Поттер пытался донести до бывшей однокурсницы ошибочность её суждений.

К нам незаметно подошёл профессор Флитвик, который услышал последние слова Поттера.

- Мистер Поттер, - сказал невысокий профессор чар, - я не раз пытался до неё достучаться, но всё бессмысленно. Она твердо стоит на своём, - повернувшись ко мне, чтобы не смотреть на пыхтящую Макгонагалл. - Мистер Уизли, рад видеть Вас, надеюсь Вы задержитесь в следующем году подольше, чем на два дня, - но я не стал ему отвечать, тонкий юмор гоблинов сложен для моего понимания.

Пожелав удачи Карлусу, который отправился знакомиться со своим внуком, я пошёл с Флитвиком в сторону гостиной Слизерина. По пути до факультета я решил уточнить у профессора для себя немаловажный вопрос.

- Профессор, - обратился я к Флитвику, - уже известно кто займет пост директора Хогвартса?

- Конкретики пока нет, - ответил он, - рассматривается несколько кандидатур. Если Вы хотите узнать не назначат ли профессора МакГонагалл на этот пост, то могу Вас заверить, что такая вероятность крайне мала. Всем известно чьей протеже она является, – намекая на Дамблдора сказал он.

- Спасибо, профессор, это хорошие новости, - сказал я перед тем как зайти в гостиную Слизерина.

Студенты факультета, увидев меня, замолчали. Тишину прервал Драко Малфой.

- О, какие люди! Я думал, что больше не увижу тебя в стенах этой школы.

- Поверь мне, это одно из последних мест, где я хотел бы сейчас находиться, - ответил я.

Меня окружили студенты, поздравляя с освобождением. Слизеринцы знали, что такое личное пространство и мои намеки о нежелании общаться поняли быстро, оставив меня в покое.

Я ушёл в спальню раскладывать свои вещи.

- Рон, привет, - поздоровался вошедший Малфой, - пошли в большой зал, а то пропустишь ужин. Все уже собрались, ждём только тебя.

- А с каких пор мы ходим строем? – спросил я, потому что раньше не замечал, чтобы студенты ходили вместе до столовой.

Драко загадочно посмотрел на меня и начал повествование.

- Это удивительная история, помнишь надпись на третьем этаже, про наследника Слизерина? - увидев мой кивок Драко продолжил: - Так вот. Пока тебя не было, нападения на грязнокровок продолжились. Пострадали студенты с других факультетов. Они до сих пор лежат окаменевшие в больничном крыле.

- Подожди, Драко, я помню, что ещё при мне был студент, который, как ты говорил, оцепенел. Этот бедолага с того времени всё ещё лежит в больничном крыле? – спросил я. – И остальных студентов тоже не смогли напоить зельем из мандрагоры?

- Неа, всем без разницы на их состояние. Я думал, когда окаменела Грейнджер, что директор наконец-то напоит их зельем, но этого не произошло. И хотя Дамблдора сняли с поста директора, МакГонагалл ничего предпринимать не стала. На днях в теплицах Хогвартса подрастут мандрагоры до нужных размеров, и профессор Снейп приготовит для них зелья.

- Весело у вас тут было. Я так понимаю наш факультет находился под подозрением у других студентов, и нам повесили ярлык темных волшебников? – спросил я.

- Ты даже не представляешь, что здесь творилось! Поттер и Лонгботтом где-то достали оборотное зелье и проникли в нашу гостиную под личиной Кребба и Гойла. Пытались узнать кто наследник Слизерина, – и, задержав взгляд на мне, сказал: - Да, Рон, прими мои соболезнования по поводу состояния твоей сестры. Сразу хочу заверить, что наш факультет здесь ни при чем.

- Спасибо, Драко. Одна из причин моего появления здесь - желание узнать, что произошло с моей сестрой.

Пока мы шли до большого зала Малфой коротко пересказал события, произошедшие в этом семестре.

С его слов, пару недель назад Лонгботтом и Поттер попали в больничное крыло, ходят слухи, что очкастый нашёл Тайную комнату и победил чудовище Слизерина. Тогда же сообщили и про Джинни. Хоть МакГонагалл и объявила о том, что наследника Слизерина победил Поттер, в это никто не верит.

Не узнав никакой конкретики у Драко, я отправился после обеда к профессору Снейпу. Он рассказал, что чудовищем Слизерина был василиск, которого убил «мальчик-который-выжил после встречи с чудовищем 5х». Профессор сказал, что после этих событий появился Альбус Дамблдор и поведал всем душераздирающую историю о том, как рыцарь в обличии Поттера отправился спасать юную Джиневру Уизли, но не успел. В тяжёлом бою Поттер победил воплощение Темного лорда, который для воскрешения использовал мою сестру. Всем этим сказкам поверила только МакГонагалл. Флитвик и Снейп пытались узнать, что произошло в тайной комнате на самом деле, но директор побывал там раньше них и смел все магические следы.

- Профессор, - обратился я к Снейпу, - целители сказали, что у Джинни нарушена мозговая активность. Причиной этого могла послужить грубая легилименция.

После этих слов профессор Снейп поклялся жизнью и магией что не причинял вред Джинни и ему ничего не было известно, что она может пострадать. Я удивленно смотрел на Снейпа.

- Мистер Уизли, кроме меня и Дамблдора в школе легилиментов не было. Надеюсь наш разговор не выйдет из этих стен, – и получив мой утвердительный кивок, продолжил: – Я влез в сознания этих двоих идиотов, – после чего Снейп достал думосбор, который наполнил своими воспоминаниями, – посмотрите то, что я увидел в головах Поттера и Лонгботтома, потом обсудим.

Это было очень кстати. Я знал точно, что крестраж Волан-де-Морта, хранящийся в дневнике, уничтожен. Поэтому, просмотрев воспоминания, первым делом задал вопрос.

- Сэр, а почему Поттер в этих воспоминаниях выглядит как какой-то супергерой? От него чуть ли не свет исходил, когда он сражался. А какие чудеса акробатики он показывал… Я конечно всё понимаю, но я - мастер боевой магии, и то так не умею!

- Вас только это смутило? – спросил профессор. – А то, что он победил василиска мечом Грифиндора, которым, смею заметить, отбивал смертельные проклятия, а то, что его укусил василиск, и он до сих пор жив! Хорошо, - размышлял Снейп в слух, - я могу допустить тот факт, что он смог насадить на эту зубочистку тысячелетнего василиска, также, как и отбивал авады мечом, ведь дух не имел сил на мощные проклятия. Но укус василиска не исцеляется слезами феникса!

- Вы хотите сказать, что воспоминания ложные? – спросил я. После просмотра воспоминаний *зрением* я рассмотрел, что дух Волан-де-Морта это обычная иллюзия.

- Да, этот вывод напрашивается сам собой.

- А василиск, он мёртв? – спросил я. – Мне в сентябре снова возвращаться в школу, хотелось бы знать наверняка.

- Мертв, я видел его в тайной комнате, - и Снейп скривился перед произнесением следующих слов: - Мордредов Дамблдор, знал бы, что он пустится в бега, не отдавал бы сразу все полученные из змеи ингредиенты, – и схватившись за голову застонал, - сколько можно было провести исследований, а какие зелья я мог приготовить! Уизли, ты даже представить себе не можешь!

- Соболезную Вашей утрате, - сказал я, пряча улыбку, увидев которую, Снейп одарил меня страшным взглядом.

- Мистер Уизли, я по Вашему совету занимался с вашими братьями, углублённым зельеварением, – издалека начал профессор, - и знаете, что они мне рассказали? – видя недоумение на моём лице, продолжил: - Что Вы создали планетарий с точным нахождением звёзд и планет и продали его гоблинам. Вы хоть понимаете, что натворили? Да зельевары Вас на руках бы носили, установи Вы им планетарии в их мастерские! – и, махнув в мою сторону рукой, отвернулся от меня.

У меня возникла чудесная идея, которую я озвучил профессору.

- Сэр, а почему бы Вам не позаниматься дополнительно с Фредом и Джорджем на этих каникулах? Мастерская по зельеварению у нас есть. Планетарий в ней установлю за несколько дней. В договоре прописано, что я могу в личных целях устанавливать его в своих мастерских. А в свободное время Вы сможете заниматься своими исследованиями.

- Уизли, ну какая у вас может быть мастерская? - с огорчением в голосе сказал Снейп. - Вы извините мою грубость, но я был в вашей Норе, которая, смею напомнить, сгорела. И даже так нормальная мастерская там не поместилась бы.

- Хм, профессор, Вы кое-что упускаете из вида. Род Уизли возродился, и мы расконсервировали свой мэнор. Поэтому, я думаю, смогу удивить Вас. Но братьев Вы возьмете в полные ученики.

- Мистер Уизли, Вы хотите мне навязать полный ученический контракт только за то, чтобы я использовал Ваш планетарий при изготовлении зелий? Не кажется ли Вам, что Вы сильно занижаете мой уровень зельевара?

В итоге мы договорились встретиться летом и, после того как он осмотрит рабочее место, примет решение. Уж я придумаю, что ему предложить, чтобы он взялся за обучение моих братьев.

Со следующего дня начались экзамены. Труднее всего мне пришлось на трансфигурации, где профессор МакГонагалл требовала от меня показать чары, которые изучали на пятом курсе. Из её кабинета я вышел в расстроенных чувствах. Не думаю, что получу по её предмету оценку выше «удовлетворительно». С другой стороны, за оценками я не гнался. Это в школе Трехлесье мне было что терять. В Хогвартсе главное сдать СОВ на высокие оценки.

По пути в библиотеку я повстречал золотое трио, которое не смогло пройти мимо меня, не проронив ни слова.

- Уизли, ты добился своего, из-за тебя твоя сестра всё равно что мертва. Единственный, кто мог ей помочь, в розыске. И что теперь ты будешь делать? – сказал Лонгботтом.

Тот тон, которым он говорил, очень мне не понравился, и вообще он что решил, что я не отвечу ему? Мысль, как ударить его побольнее, чтобы у него навсегда отпало желание упоминать про мою сестру, пришла быстро. Но Грейнджер не дала мне сказать даже слова.

- Рональд Уизли, ты обязан признать долг жизни перед Невиллом и Гарри, твоя сестра осталась жива только благодаря их стараниям. Что ты молчишь? – спросила она, выводя меня из ступора.

Я направил палочку на Поттера и Лонгботтома и поочередно произнес.

- Оfficium vitae, – с помощью этого заклинания я убедился, что долга жизни у моего рода перед ними нет.

- Я вам ничего недолжен, – сказал я им, и собирался уйти, как меня догнал Поттер.

- Ты думаешь, раз ты спас моего деда из Азкабана, то я теперь тебе что-то должен?

- Поттер, ты меня достал! Я тебе хоть слово сказал о долге? С твоим дедом мы решим вопросы как взрослые маги, ты то здесь с какого бока припека вылез? Иди своей дорогой. – И посмотрев на Лонгботтома сказал: - Невилл, а что ж Дамблдор не помог твоим родителям? Их состояние, насколько мне известно, не сильно отличается от того, в котором находится моя сестра.

- Не смей говорить о моих родителях! - заорал Лонгботтом, направляя палочку в мою сторону. – Ты ногтя на их мизинцах не стоишь. Это ты виноват в том, что Лестрейндж на свободе!