Война

От такой постановки вопроса оба брата закашлялись.

— Нет, Рон, с чего ты взял? — спросил серьезно Билл.

— Блокнот, — указал я на предмет, находящийся у него в руках, — ты его не отпускаешь ни на секунду. Я предположил, что ты весь ушёл в амурные дела. — ответил я. — Теперь вижу, что ошибся. Может поделишься с младшим братом своей тревогой? Или лучше с главой рода? — решил я пойти с козырей в общении с Биллом.

— Рон, как только закончится суд мы расскажем, — сказал Чарли, перебивая бубнеж Билла, который собирался видимо признаться в чём-то. — Есть вещи, которые тебе пока лучше не знать, — и с хитрой улыбкой увёл брата из комнаты.

Я подумал, что хоть я и глава рода, но право на секреты в личной жизни имеет каждый.

* * *

— Чарли, мы должны ему рассказать, — сказал Билл.

— И что он сможет сделать?! Вернуть ей рассудок?! — спросил Чарли. — Приди в себя, Билл, Рон не всемогущ! Зная его, он кинется назад, где его сразу же убьют или отдадут дементорам на закуску. Ты этого хочешь?! — кричал Чарли на Билла, задавая ему вопросы, на которые можно было не отвечать.

— Нет, ты прав. Прости. — ответил с грустью в голосе Билл. — Честно, Чарли, после всего пережитого, я стал верить в то, что для Рона нет слова «невозможно».

— Брат, Джинни уже осмотрел Вурдин. Ты помнишь, что он сказал? — спросил Чарли и продолжил, сам отвечая на свой вопрос, отчего Билл зажал свои уши не желая слушать это ещё раз: — Надежды нет, её сознание полностью разрушено. Магическое ядро тускнеет, скоро она превратится в сквиба. Как только это произойдёт она умрёт.

Билл не выдержал и зарыдал на плече Чарли.

* * *

За несколько дней до суда мы прибыли в город Гамбург. Братья остались в Империи, временно переехав в общежитие, где они должны находиться в безопасности. Если в Императорском университете произойдёт нападение и его не смогут предотвратить, то авторитет престиж Александра V сильно пострадает. Большинство студентов являются выходцами из великих родов империи и за своих детей они будут спрашивать с императорской семьи, которая приняла на себя обязательства по курированию этого учебного заведения.

Я, Поттер и Блэк были поселены в доме, находящемся в небольшом пригороде. В нём мы жили вместе с наёмниками Жигаева и оперативниками Ефимова, которые быстро нашли общий язык между собой. Из дома нам выходить было запрещено. Все опасались повторного нападения, поэтому несколько дней мы ходили, не снимая бронежилетов.

Каждый день к нам приходили адвокаты, которые вырабатывали линию нашего поведения. Они задавали нам каверзные вопросы, которые могут поступить от стороны обвинения, а затем проговаривали нам ответы на них. Голова от их заумных разговоров сильно уставала.

Здание Международного Суда находилось в центре магического квартала «Братьев Гримм». Мы переместились в большой холл, в котором нас ждали журналисты. При нашем появлении «акулы пера и чернил», попытались накинуться с вопросами, но наёмники отгородили нас от толпы какими-то чарами, не позволяющими подойти к нам ближе чем на пару метров.

Мы заняли небольшой кабинет, в котором ожидали начала судебного процесса.

— Я министр Великобритании, уйди с дороги! — услышал я знакомую английскую речь.

— А мне хоть святая инквизиция, — ответил без акцента один из наёмников, в котором приглядевшись я узнал Илью. — У меня приказ, бить на поражение в случае возникновения опасности. От местных правоохранительных органов разрешение получено, — Илья навис над Фаджем и шепотом сказал ему, — прошу, скажи, что ты представляешь опасность для моего клиента! И я сделаю всё быстро, поверь, ты даже не почууувствуеешшшь! — последнее слово Илья прошипел, подражая змее.

Фадж сильно испугался, он понял, что его жизнь здесь и сейчас ровным счётом ничего не стоит. На него — министра, смотрел этот маг, как на букашку.

— Я этого так не оставлю, вы ещё поплатитесь! — заверещал министр, при этом имел очень бледный вид. Трясущиеся руки выдавали охватившее его чувство паники. Он развернулся, громко хлопнув дверью, и ушёл из занятого нами помещения.

— Какие нервные волшебники нынче пошли, — сказал Илья, оглядывая всех собравшихся, и на доли секунды остановился на лидере отряда. — А я что? Я ничего! — и, насвистывая что-то себе под нос, сел у окна, не забывая периодически осматривать периметр.

Часы на улице пробили ровно полдень, с последним ударом мы стали выдвигаться в зал судебного заседания.

Когда я занял своё место, увидел Дамблдора и Фаджа, которые смотрели в нашу сторону.

— Карлус Поттер! Быть этого не может. Вы же мертвы! — закричал на весь зал министр Великобритании.

— Корнелиус, смотрю время над Вашим зрением не властно, в отличие от всего остального, — со злостью ответил Поттер. — Спросите у своего друга, он поведает Вам, где я был!

Дамблдор в этот момент предпринял попытку покинуть зал суда, но был остановлен у дверей. Ему что-то прошептал неизвестный маг на ухо, Дамблдор кивнул и вернулся на место.

— Встать суд идёт, — возвестил пожилой мужчина, облаченный в черную мантию. Он прошёл к судейской трибуне, встав в ожидании судей. Этот маг отвечал за выполнение обязанностей секретаря-арбитра, являясь голосом как защиты, так и обвинения. Арбитр оглядел зал суда, остановившись взглядом на Дамблдоре. По выражению лица, сложно было сказать какие эмоции он к нему испытывает.

В это время за трибуну прошли три пожилых мага в судейских мантиях, после чего все в зале сели на свои места. Я рассматривал судей и не увидел в них ничего необычного. Единственное, что бросалось в глаза, это их цепкий взгляд, которым они смотрели в нашу сторону и в сторону обвинения.

Один из них взял слово.

— Суд рассматривает дело № 1352/93 от 13.05.1993 г., Сириус Орион Блэк, встаньте! В 1981 году Вы были заключены в тюрьму Азкабан за совершение следующих преступлений: участие в террористических актах на территории Великобритании в составе экстремистской организации «Пожиратели Смерти»; убийство тринадцати маглов и мага Питера Петтигрю; а также за пособнические действия, которые выразились в том, что Вы привели мага, называющего себя Волан-де-Морт, в дом Джеймса Карлуса Поттера и Лили Фелиции Поттер, которые были убиты им. Вы признаете свою вину?

— Нет, Ваша честь. По всем перечисленным Вами обвинениям я невиновен, — ответил Сириус.

— Вы готовы выпить зелье правды, чтобы подтвердить ваши слова? — спросил всё тот же судья.

— Да, — ответил Блэк.

— Стороны защиты и обвинения сверьте вопросы и давайте приступать, — сказал арбитр.

— Уважаемый суд, — заговорил Дамблдор, — сторона обвинения, признает ошибку, из-за которой Сириус Орион Блэк отбывал наказание за преступления, которых не совершал. Однако прошу отметить в протоколе, что на суде в 1981 голу, он признал свою вину, что послужило достаточным основанием для его заключения. Но я призываю уважаемый суд, снять с этого достойного представителя рода Блэк все обвинения! — восторженно говорил Дамблдор. Я в это время восхищался тем талантом оратора, который показывал директор. — Я рад сообщить, что виновный в этих преступлениях задержан.

На этих словах в зал ввели пухлого мужчину, лицо которого скрывалось под маской, а руки закованы в наручники. Двое охранников довели его до центра трибуны, где сняли с него маску. Фадж и Дамблдор переглянулись между собой, отмечая что всё идёт по их плану. В этот момент Блэк вскочил со своего места, но его успели перехватить.

— ПРЕДАТЕЛЬ! Хвост! Я убью тебя! — закричал Сириус, прорываясь к месту где стоял Петтигрю. Но стражи правопорядка, находящиеся в зале суда, не собирались устраивать сцен с мордобоем, и быстро обездвижили Блэка, усадив его обратно за скамью подсудимых. Арбитр приступил к допросу.

— Представьтесь.

— Меня зовут Питер Свен Петтигрю.

— Вы состояли в экстремистской организации «Пожиратели смерти»?

— Да.

— Вы убили тринадцать маглов во время побега от преследующего Вас мистера Блэка?

— Нет.

После услышанного ответа волшебники в зале зашептались. Мне было интересно узнать, кто же выпустил Бомбарду в маглов. И я снова убедился, что я нахожусь не в мире, описанном Дж. К. Роулинг.

— Вы привели Волан-де-Морта в дом семьи Поттеров?

— Да. Но я не хотел этого… — начал говорить, но был перебит Дамблдором.

— Спасибо, мистер Петтигрю. Отвечайте только на заданные Вам вопросы. Если Вы рассчитываете, что Вам кто-то поверит, о том, что все Ваши преступления совершены под заклятием подчинения, то… — но речь Дамблдора была перебита одним из судей.

— Тишина в зале суда! Мы сами решим, чему верить, а чему нет, — и судья обратился к Питеру: — Продолжайте. Что вы хотели поведать суду?

— Спасибо, — произнес Питер, глядя себе под ноги. Он также с дрожью в голосе заговорил, — Мы дружили. Дружили со школы, — с каждым словом Петтигрю говорил всё увереннее. Он рассказывал про молодость, про его друзей, с которыми в школьные годы были не разлей вода, и на словах «я бы никогда не преда…» — из его рта пошла пена.

— Срочно целителей! — закричал арбитр.

Прибывшие медики оказывали первую помощь Петтигрю, а нас попросили покинуть зал суда. Немного позже к нам подошли Аркадий и Станислав Кощеевы, опоздавшие на слушание. Они сообщили, что Петтигрю отравили, но тот остался жив. И уже полученных показаний хватало для вынесения Блэку оправдательного приговора.

— Очевидно его отравили ещё на территории Великобритании. Всё очень хорошо просчитано. Выполнил строго то, что нужно было Альбусу, признал вину и начал раскаиваться в содеянном, — сказал Станислав. — Основания для допроса Блэка с применением зелья правды отсутствуют. Блэка освободят, но мы не полностью использовали эту ситуацию.

— Нет, это не самое худшее. Министр и директор признали ошибку, а также представили истинного виновного. Тем самым они достигли паритета в глазах общественности, — сказал Карлус, — смотрите кто к нам приближается, — продолжил Поттер, указывая на идущего в нашу сторону Дамблдора.

Между нами и Дамблдором встали наёмники.

— Альбус, давно не виделись, — сказал Поттер.

— Карлус, друг мой, — ответил с доброй улыбкой старик. — Мои глаза уже немолоды и подводят меня. А ты ещё и спрятался за спинами этих бравых магов. Пойдём поговорим, думаю мы найдём что обсудить.

Карлус изменился в лице, эта подначка, в которой Альбус завуалировано указывал ему на трусость, сильно его задела.

— Альбус, последний раз, когда мы виделись, за твоей спиной стояли дементоры. Может тебе стоит с ними пообщаться. Их компания тебе подойдёт больше, чем моя, — эта пикировка могла и дальше продолжаться, но Дамблдора забрал Фадж.

* * *

Альбус заходил в зал суда погруженный в свои думы. А зудевший ему над ухом Фадж, не оставил времени собраться с мыслями. Первый «раунд» прошёл так, как он и планировал. Вовремя попавшийся Петтигрю смог свести его «вничью». Он сердился, ведь зелье не убило Питера. Снова появляются вопросы к Снейпу, директор не верил, что мастер зельеварения ошибся при его приготовлении. Петтигрю слишком много знал и его нельзя было оставлять в живых. Хотя, как подумал Альбус, оставались и другие варианты… Ведь после лечения его должны передать мракоборцам Великобритании.

Петтигрю попался за несколько недель до слушания в руинах дома Поттеров. И директор хотел получить ответы на вопросы, которые остались с того времени.

— Директор, мы Вам верили! — кричал связанный Петтигрю, находясь в его кабинете. — Зачем вы предали нас?

— Мальчик мой, что ты такое говоришь? Не я, а ты привел Тома, в дом своих друзей. Вы переоценили свои силы, решив играть за моей спиной. За это вы и заплатили. Мне до сих пор жаль Лили и Джеймса, но их смерть послужила ради всеобщего блага.

— Вы убили их! — со злостью крикнул Питер.

Дамблдор вновь вспомнил события тех лет. Молодые и наивные студенты, которые заглядывали ему в рот, чтобы услышать доброе слово, выполняя все просьбы без исключения. Он защищал четверых студентов от гнева деканов, и тем самым расположил их к себе.

После свадьбы Поттеров, Лили стала меньше появляться на собраниях «Ордена Феникса». Но когда она их посещала задавала массу неудобных вопросов, на которые директор не хотел отвечать. Становилось понятно, что контроль над ними он постепенно теряет, но время, как считал Дамблдор, ещё было. Всё изменилось с рождением Гарри. Поттеры решили, что война не место для родителей с ребенком, и собирались покинуть страну. Они распустили слух, что собираются переезжать в места поспокойнее.

Как бы Альбус не тянул за свои ниточки, бывшие ученики приняли решение, которое определило их судьбу. Питер никому не говорил, но он любил Лили Эванс. И, чтобы она обратила на него внимание, он сам предложил Поттерам, стать их, и только их, шпионом.

О новом участнике ближнего круга Псов рассказал Снейп. Директору в это было сложно поверить, но воспоминания Северуса не давали повода усомниться.

Тогда директору стало понятно, что Поттеры что-то задумали и стал следить за ними. Но всё равно от своих бывших учеников Альбус такого не ожидал.

Директор как в замедленной съемке просматривал воспоминания с помощью легилименции:

После появления Питера с Волан-де-Мортом на лужайке дома Поттеров, началось сражение. Темному лорду устроили ловушку. Джеймс основательно подготовился к его прибытию. Вся земля была усеяна атакующими артефактами. Из укрытий появились наёмники, которые вступали в бой с Томом.

Питер получил ранение, от осколков разорвавшейся бомбарды.

— Джеймс, почему Лили и Гарри, ещё здесь. Уводи их! — кричал Питер, обрабатывая раненную руку.

— Они не смогли перенестись в Мэнор, беги им на помощь, — крикнул Джеймс в ответ. Но следующий луч, пролетевший рядом с Питером, отправил его в небытие.

Воспоминания Питера обрывались, как раз, когда директор прибыл к дому Поттеров. И он смог сопоставить эти события у себя в голове.

Том оправдывал звание сильнейшего волшебника тех времен. Даже Альбус тогда усомнился, что сможет победить его. Поэтому дождавшись, когда падет последний наёмник, Альбус со спины напал на раненого Тома и убил его смертельным проклятьем.

— Avada Kedavra — Expelliarmus-Bombarda- три проклятия полетело из палочки Джеймса в сторону Альбуса.

Директор трансфигурировал перед собой земляной вал, в который попали заклинания.

— Мальчик мой, что происходит? — спросил директор. — Зачем ты напал на меня? Ведь я вас только, что спас.

— Мы знаем директор, что Вы задумали! Вы и Фламели безумны. Вы хотя бы задумывались скольких людей вы собираетесь убить?

После этого у него не оставалось выбора. Джеймс и Лили погибли, не прожив следующую минуту.

Тогда он не узнал откуда им стало известно о его долгоиграющих планах, но теперь Альбус смог раскрыть и этот секрет. Всему виной его личная болтливость. Питер случайно подслушал как директор разговаривает с фениксом об уничтожении населения планеты. Также Поттерам была известна та участь, которую Дамблдор отвёл их сыну.

Философский камень не мог вернуть Альбусу молодость. Старость пришла, лишив его многих радостей жизни. Дамблдор любил всего лишь раз, и эта любовь была до сих пор с ним. Заключённый в тюрьме догадывался о чувствах друга, но не мог ответить взаимностью. А Дамблдору этого и не надо было, главное, то что он был жив.

В новой жизни директор хотел быть нормальным. И он верил, что, переродившись магия рода Поттер исправит ошибочность в его ориентации. Среди чистокровных магов он ни разу не слышал о таком психическом расстройстве, поэтому верил в этот способ.

Директор считал всё это время, что переиграл Карлуса, который не хотел предоставлять доступ к библиотеке Перевеллов. Когда Дамблдор займет тело Гарри, он получит библиотеку на правах наследника рода.

Что же до Реддла, он создал крестражи, но не стал разбираться как сохранить свою душу, не деля её на части. Дамблдор не собирался делить свою душу, поэтому привязал к себе феникса. Это должно помочь ему при возрождении в новом теле.

После убийства четы Поттеров, Дамблдор провёл обряд над маленьким Гарри, оставив на его лбу маленький шрам в виде молнии.

Дамблдору легко удалось обвинить в предательстве Сириуса Блэка. Хитро заданный вопрос на суде — «Мистер Блэк, Вы считаете себя виновным в смерти Лили и Джеймса Поттера» и Сириус отправляется в Азкабан. Ведь он сам предложил Питера в роли хранителя тайны. А главное маленький Поттер не попадёт на воспитание к Блэкам, которые поймут, что шрам у малыша не простой.

— Питер, мальчик мой, скажи своему профессору, — говорил Дамблдор, продолжая допрос Петтигрю, — что ты искал в руинах? Где ты прятался двенадцать лет?

— Нет, профессор, на этот раз Вы от меня ничего не узнаете!

Прошлое Питера для директора было как на ладони. Но Дамблдор не смог ничего узнать о том, где провел последние двенадцать лет Питер или другую информацию о нём. Ни зелья правды, ни легилименция, ни пытки не сработали. Питер был обвешан обетами, как новогодняя ёлка.

В тот вечер зародился план использовать Петтигрю на суде. А чтобы он не смог сказать ничего лишнего, что ж, обеты и зелья, всегда помогут.

От своих мыслей Дамблдор отвлекся, когда судьи огласили решение о невиновности Блэка.

* * *

— … Коллегия судей, постановила, снять все обвинения с Сириуса Ориона Блэка. Приговор вступает в силу незамедлительно.

Я повернулся к Сириусу и поздравил его с освобождением. Улыбка не сходила с его лица. Но восторгаться было рано, нас ждало ещё как минимум одно слушание.

— Суд рассматривает дело № 1353/93 от 13.05.1993 г., мистера Рональда Билиуса Уизли, который был заключен в тюрьму Азкабан на двадцать лет за проведение темномагических ритуалов с использованием людских жертвоприношений. Также подсудимый во время побега из тюрьмы убил охранника и двух дементоров, — сказал один из судей и, нахмурившись, попросил на трибуну выйти для разъяснения обвинения Корнелиуса Фаджа.

Фадж с недоумением прошёл в центр зала и встал за трибуну.

— Мистер Фадж, Вы занимаете должность министра магии Великобритании, всё верно? — спросил арбитр.