Жил был демон, сам виноват

Жил был демон, сам виноват — Алиса Дэль

Глава 1

Александра

В какие сказки верите вы? Я вот верю в лешего, русалок и оборотней. Ну и ещё, что драконы когда-то существовали, вернее: последних динозавров принимали за драконов, и это явление обросло легендами.

Кто знает, может всё это и не сказки вовсе?

Но одно я знаю точно: демоны среди нас. Откуда знаю? Мой брат — демон. Но, обо всём по порядку!

Я часто слышала фразу "энергетический вампир" и думала, что это образное выражение. Просто на общение с некоторыми людьми тратится много нервных клеток. Но оказалось: всё намного сложнее.

Я узнала обо всём в свой день рождения. Мы с братом тихо праздновали его в моём любимом караоке.

Вообще-то, Влад мне не родной. Его папа женился на моей маме, когда мне было тринадцать лет. Потеряв отца ещё в пять лет, я обрадовалась новым членам семьи: мама наконец-то задышала полной грудью и расцвела, а я была рада видеть её живой, а не тихой и поникшей. Опять же: Влад сразу стал моим любимым старшим братом — он защищал меня в школе, таскал шоколадки и помогал с уроками. Меня стали вместе с ним отпускать гулять, а я была счастлива общаться с ребятами старше себя на пару лет. Это же так круто!

Но самое главное — Влад любил поболтать со мной обо всём и ни о чём. Он хоть и был душой любой компании — лучшего друга у него до восемнадцати лет не было. Он не доверял никому так, как мне.

Да и позже, когда у Влада появился лучший друг Игорь, он не забыл о своей младшей сестре и всегда находил для меня время.

Своего отчима — дядю Олега, я тоже любила и уважала. Отношения у нас с ним были очень тёплые. Он делал маму счастливой, и за это я его обожала.

Но вернёмся ко дню "Х".

Так уж получилось, что в последние пару лет я растеряла всех подруг и поэтому отпраздновать свой день рождения, кроме как с братом, мне было просто не с кем. Да и, если честно, мне больше никто и не нужен: кто-то завидует, кто-то пытается за счёт дружбы решать свои проблемы; кто-то делает вид, что дружит, и преследует только ему одному ведомые цели. Нет, я верю в женскую дружбу. Но меня сие чудо света пока обходило стороной.

С парнем тоже как-то не сложилось. С двадцати до двадцати двух лет я встречалась с красавцем-хоккеистом. Мы учились в одном университете, но на разных потоках. После выпуска он решил уехать жить в Германию, и меня в его планах не было. Вернее, он предлагал отношения на расстоянии, а уже потом… может быть… Я не стала ждать "может быть" и порвала с ним сразу. Как по мне: сэкономила время нам обоим.

Брат же всегда помогал, выручал и поддерживал, и все те одиннадцать лет, что он был рядом, ни разу меня не подвёл. С кем ещё мне отмечать своё двадцатичетырёхлетие?

Мы уже по привычке заказали столик в караоке-баре "Крыша" и поехали праздновать. Я ещё хотела позвать друга Влада, но Игорь накануне уехал в Москву по делам.

Сначала мы вместе спели "Я свободен", потом "Мой рок-н-ролл" и даже "Беспечного ангела". Обычно одна я петь стесняюсь, но с братом мне море по колено.

Дальше я уже не особо запомнила, что мы пели. Чуть за полночь к нашему столику подошёл тип бандитской наружности. Не знаю какой песней я его зацепила, но настроен он был решительно.

Этот индивид предложил потанцевать, а услышав отказ, стал оскорблять Влада и откровенно нарываться на драку.

Как назло, охраны в этот момент в зале не было: наверное ушли в соседний — на танцпол — основную часть клуба, требующую львиной доли их внимания.

Влад стал что-то объяснять настырному громиле, но тот не хотел слушать: он хотел драться. К тому же, к нам стали подтягиваться дружки этого мужика, и дело запахло жаренным.

Завидев у нападавшего нож, брат подскочил и стал отбиваться всем, что попадало под руку.

Особо удачным движением отбив руку с ножом в сторону, он отбросил хулигана назад.

Неудачей оказалось то, что громила налетел на меня и всадил нож мне в живот.

Этот момент я запомню на всю жизнь: дикая боль, испуганные глаза Влада и понимание, что это конец. По ногам потекло что-то тёплое…

Я стала оседать на пол и увидела, как Влад заорал диким зверем. На долю секунды мне показалось, что у него засветились глаза. Какая глупость: чего только не привидится от болевого шока.

Парой секунд позже тело пронзила тёплая волна, и я была готова поклясться, что я не только ощутила её, но и поняла, что эта волна идёт от брата.

К тому времени я уже повалилась на спину и отстранённо наблюдала, как от этой волны стали корчиться нападавшие: хватились за головы и падали на колени. Дикий ор наполнил небольшое помещение клуба. И когда силы кричать закончились, мужики упали на пол без сознания.

Тем временем Влад подскочил ко мне и вытащил нож. Сразу зажал рану рукой и второй стал набирать номер скорой. А я смотрела на него и не понимала: чего так распереживался? Отлично же всё! Эти ублюдки в ауте. Я ещё жива. И умирать, видимо, не собираюсь, потому что накатила такая эйфория, что я стала хихикать.

Влад, опустив взгляд на меня, кричал в трубку, что нужна скорая в бар. Он хмурил брови, но чётко диктовал адрес, количество пострадавших и характер ранений. После, он набрал полицию и повторил всё слово в слово.

И когда он положил трубку, я попросила:

— Перестань давить на живот! Мне уже не больно, но ты давишь неприятно! — всё это я выдала, хихикая между каждым вторым словом.

— Ты не в себе! Всё будет хорошо, слышишь? Я не отпущу, и всё будет хорошо! Главное — не допустить кровопотери, и тебя спасут! Оставайся со мной. Помнишь твой день рождения в четырнадцать лет? Я тогда порезался. Видимо, сегодня твоя очередь… — неудачно пошутил он. — Скоро приедет скорая, и сделают укол, и помогут, и вообще — залатают, даже шрама не останется! Я договорюсь! Саня, говори со мной! Ну что ты смеёшься?

— Влад, прекрати, мне не больно даже. Мне, наверное, показалось!

Но сколько бы я не уговаривала брата, что со мной всё в порядке, Влад не верил и зажимал рану до самого приезда скорой.

Когда приехали медики, брат стал орать, что тут пострадавшая и нужна срочная помощь. Мужчина-врач подскочил ко мне и спросил о характере повреждений, а услышав, что со мной, приказал Владу не отпускать руку, чтобы мы так и поехали в больницу, иначе можно допустить внутреннее кровотечение.

— Со мной всё нормально, — попыталась я вразумить мужчин, но меня не послушали.

— Посттравматический синдром, — сходу поставил диагноз врач скорой.

Меня переложили на носилки и понесли в карету скорой помощи. Брат так же зажимал рану на животе, а мне казалось, что раны-то и нет. Неужели я умом тронулась? Я рассматривала капли крови на подбородке Влада, видела его обеспокоенное лицо, страх в глубине глаз. Мне не больно. Мне же никто не ставил обезболивающих уколов, что снова наводило на мысль, что мне показалось. Показалось, что меня ранили.

По приезду в больницу, нас бегом отвезли в операционную. С меня срезали одежду и накрыли простынками везде где не надо. И вот, трое врачей наготове, анестезиолог прокалывает вену, чтобы дать наркоз, Влад убирает окровавленную руку с моего живота… И ничего! На животе нет ничего, кроме размазанной крови. Эту минуту тишины и недоумения я тоже запомню навсегда.

После нескольких наводящих вопросов мне и Владу, смыв кровь с моего живота, хирурги отпустили нас в приёмный покой искать мне одежду и проходить осмотр.

Неверное, наше поведение было подозрительным, поэтому нас не только осмотрели в отделении травматологии, но и взяли анализ крови, видимо на наркотики. После приехали сотрудники полиции и подробно расспросили об этом происшествии.

Оказалось, что в зале караоке-бара установлена одна единственная камера и она запечатлела нападение на нас. Но, есть смазанный фрагмент: от момента моего ранения и до момента, когда Влад подскочил ко мне, запись идёт рябью, и мало понятно что происходило. Однако, итог один: мы с братом пострадавшие. А нападавший и его дружки, все как один, с сильнейшим сотрясением мозга в другой больнице. От нас требуется написать заявление о нападении, а от них — ответить по всей строгости закона.

Глава 2

Александра

И только я расслабилась, лёжа в палате с братом на разных кушетках и разговаривая о справедливости, как в палату вошли два мужчины шкафоподобной комплекции и в одинаковых чёрных костюмах. "Люди в чёрном" подумалось мне.

Они представились сотрудниками Союза теней и попросили Влада выйти из палаты для разговора. Вот тут я напряглась, тем более, что моя внезапная эйфория схлынула — то ли это был откат, то ли я правда испугалась за брата. Ведь даже непонятно кто это! Союз теней? Мне послышалось? Что это за структуры такие? Зачем им Влад? Полицейские же только что ушли от нас, без претензий…

Мои метания продолжались недолго: буквально через десять минут Влад вернулся в палату. Внешне он был чернее тучи, и я заметила, что эти два молодца не ушли: они стояли за стеклянными дверьми нашей палаты. Как охранники, лицом в коридор.

— Я уже пару лет представлял себе этот наш разговор, но всё никак не мог найти подходящее время. А тут всё само сложилось в мою пользу… Или не в мою… Смотря что ты решишь… — сказал Влад и выжидательно посмотрел на меня.

— Что-то случилось? Кто эти люди?

— Сань, об этих людях мы поговорим попозже. Сейчас разговор пойдёт о тебе и обо мне. В первую очередь — обо мне, — брат замолчал на секунду, собираясь с духом. — Я очень надеюсь, что ты мне поверишь, и что твоё отношение ко мне не изменится. Хотя решать только тебе. Саша, я — демон!

— Ты серьёзно? — спросила я, подождав для приличия пару секунд. — Ты выбрал именно этот момент для шуток?

— Саша, это не шутки! Я — демон, питаюсь эмоциями! Таких, как я, ещё сотни! Я не опасен для людей. Это сложно объяснить… и очень долго. Но суть, с которой нужно начать, я озвучил. Я хотел ввести тебя в наш мир. Но тут есть правило: если видишь ты — видят тебя. То есть, если ты согласишься, поймёшь нашу природу и примешь её, ты сможешь жить дальше на два мира. И в привычном тебе, и там, где есть много плюшек. Большие зарплаты, медицинская помощь, скидки и сотрудничество между членами нашего сообщества…

— Я не понимаю…

— Прости, я со сложного начал! Скажи, ты веришь, что я демон и что я могу питаться эмоциями?

— Я могу в это поверить… Гипотетически… — ответила я, начиная соображать.

— Уже хорошо! Но я ведь всё тот же Влад, твой старший сводный брат! Я хочу оставаться твоим братом, несмотря ни на что! Я никогда не причиню тебе вреда, — сказал он и замолчал.

— Я знаю. Я не думаю, что стану тебя бояться, узнав, что ты демон или оборотень, — улыбнулась я.

— Оборотней не бывает, — улыбнулся он в ответ, и я заметила, что его отпускает волнение. — Там, в баре, я от отчаяния выпустил силу. Я взял намного больше, чем нужно, у тех людей и поэтому у них энергетическое истощение. Врачи поставили диагноз — сотрясение мозга, но врачи из Союза теней проверили и уточнили. Так как в этом конфликте замешан демон — Союз вмешался. Обычно они не лезут в дела людей.

— Ты когда-нибудь убивал? — спросила я невпопад.

— Нет, — ответил брат. — Хотя сегодня, увидев, как тебя ранили, я очень хотел их убить… Хорошо силы дара не хватило. Мне светит выговор и пристальное внимание ближайшие пару лет. Но мы отвлекаемся. Скажи, ты мне веришь? Для тебя это может стать проблемой?

— Верю, — сдалась я. А что? В драконов же верю, почему бы и демону не поверить. Не зря же мне светящиеся глаза пригрезились. — Ты был моим братом, им и останешься!

— Хорошо! — улыбнулся Влад. — Но это ещё не всё. Мне нужно от тебя согласие на жизнь по правилам Союза теней. Там ничего страшного: всё сводится к тому, чтобы не выдавать ни одного демона. Сама понимаешь, если обычные люди узнают о странных способностях — начнётся геноцид, и такие, как я, закончат дни как лабораторные крысы, — Влад посмотрел на меня очень серьёзно, и я наконец-то прониклась. — Эти люди за дверью — представители Союза теней. Если ты дашь согласие — станешь практически гражданкой тайного государства, не имеющего границ. Если ты отказываешься — используют гипноз, чтобы стереть из твоей памяти всё, что может нам навредить.

— И ответ мне надо дать сейчас?

— Да.

— А рога и хвост у тебя есть?

— Ты в такой момент шутишь? Нет у меня ничего. Мы рождаемся такими же людьми. Только способности с нами от рождения, и в десять лет приходит осознание: кто мы и откуда. К тому моменту рядом уже есть куратор, который помогает молодому демону освоиться со способностями. Так что ты решила?

— Я тебе верю, и я согласна! — выдохнула и прищурилась. — Но если это такая шутка, я тебя придушу!

— Рано меня душить — я тебе ещё пригожусь! И ещё, Сань! Есть и в тебе странность. Твоя кровь. Я точно видел как тебя ранили. Но ты, поймав волну моей силы, не просто не получила истощение, ты заживила свои раны. И мне кажется, что ты у меня тоже особенная. Но в Союзе об этом знать не должны! Иначе заинтересуются природой явления, и уже ты можешь закончить дни в лаборатории… Так что давай придерживаться общей легенды: тебя поцарапало лезвие. В записи непонятно: было ранение или нет. Я скажу, что мне тоже показалось, что ранение было, иначе мне грозит наказание за инцидент без причины. Главное — ранения не было. Хорошо?

— Хорошо!

— Всё, я позову представителей. Отвечай на вопросы спокойно. Я рядом! Теперь-то я всегда смогу быть рядом! Ты не представляешь, как я мечтал тебе открыться! — чмокнул меня в щёку Влад и пошёл звать мужчин, что стояли за дверью.

Вопросы повторились. Теперь уже эти представительные мужчины, назвавшиеся Иваном и Николаем, выспрашивали о моих познаниях и моём решении о жизни среди демонов. Ну, если уж жить среди них всё равно придется, то пусть я лучше буду это осознавать.

С каждой минутой я видела, как Влад расслабляется, и как его отпускают тревоги. Когда представители ушли, он разлёгся на моей кушетке рядом со мной и стал мечтать вслух:

— Наконец-то, Санька! Я так рад! Теперь в Москву переберёмся! Я ж всё тянул: боялся, что ты не поверишь, отвернёшься. А теперь больше нет смысла задерживаться здесь! Завтра же отправим резюме в базу Союза и можно строить планы!

— А ты не спешишь? Ты четверых людей в нокаут отправил силой мысли… Не думаешь, что у полиции могут появиться вопросы?

— Неа! Союз всё утрясёт! В этом ещё один плюс! Им не выгодно, чтобы об этом долго кто-то говорил.

— Скажи, а папа Олег тоже демон? — спросила я то, что пришло на ум.

— Нет, у демонов редко рождаются демоны. За последние пятьсот лет, может, пару раз было. Наверное это для интеграции. Нас же сюда как бы отдыхать отправляют. За хорошую работу! А если сделать тут расу чистокровных демонов, начнётся тот самый геноцид. А так: мы любим мам, пап и сестёр, которые от рождения обычные люди. И живём среди вас спокойно. Ну, иногда, правда, сущность требует своё, и приходится питаться. Но это сущие мелочи!

— А как ты питаешься?

— Пью кровь девственниц, — без тени улыбки сказал Влад.

— Не видела тебя среди девочек детсадовского возраста! Иначе в нашем веке таких даже в школе можно не найти…

И тут Влад заржал, выдавая себя с потрохами:

— Ладно, пошутил! Раскусила! Лично я участвую в скандалах… Хотя и радостные события тоже подходят. В общем… Я питаюсь эмоциями, любыми, я — универсал! Ещё есть те, что питаются только радостью, или только страданиями, или те, что питаются страстью. Слышала, наверное: демон-инкуб? Хотя они ненавидят такое название. Есть те, что пьют только жизненную силу, но они очень слабы. Я тоже по сути слаб. Человека выпить я скорее всего просто не смогу. А вот узконаправленный дар всегда сильнее. Поэтому таких стоит опасаться. Хотя если честно, у меня возникла теория, что ты неподвластна дару демона! Твоя энергия не подходит для питания, поэтому я не задел тебя волной. А вот почему зажила рана — я пока не нахожу объяснения… Может ты тоже демон? Хотя тогда я должен был видеть в тебе сородича…

— Бери выше! Я — ангел! — пошутила я, а Влад нахмурился.

— Ну, тогда, я тоже мог бы понять что ты — не человек. Короче, ничего не понятно, но и говорить кому-то не стоит.

— Да поняла я, поняла! Слушай, а ты говорил, что вас оправляют сюда в отпуск за хорошую работу. Что ты имел в виду? Ты помнишь как был демоном???

— Немногое, может быть пару важных воспоминаний, но суть я знаю точно. Мы в аду помогаем душам очиститься. У нас есть одна непреложная истина, которую знает каждый демон: "В аду все двери не заперты". То есть, в своей обители каждый грешник пребывает ровно столько, сколько требует его душа для искупления. Как только он пережил столько же горя и боли, сколько повлекли его поступки, душа освобождается от бремени вины, вылетает из обители и возносится к небесам.

Наша же задача — эту боль организовать. Я помню своего сложного подопечного… Он оставил тонуть в проруби родного брата. Так вот, мы проигрывали эту сцену тысячи раз, пока он не ощутил как горевали о нём его жена и дети… Спустя сто лет в чистилище, его душа всё же нашла покой.

— Надеюсь когда-нибудь это уложится в моей голове… — пробормотала я.

— Не заморачивайся! Главное — запомни: есть демоны огромной силы, к ним лучше не подходить. Остальные — нормальные ребята. Надо проверить с Игорем — вдруг и правда ты не подвержена дару любого демона…

— Игорь тоже демон?

— Да. А что ты так удивляешься: надо же мне с кем-то общаться… Хватит того, что я вокруг тебя два года ходил — боялся признаться!

— Вы поэтому расстались с Викой?

— Да, она не поверила и ей стёрли память о моём признании…

— Прости, что напомнила!

— Да ладно! Год уже прошёл! Видимо, не было у нас настоящей любви. Но я не закончил: у нас есть высшие демоны. У них от рождения очень большая сила. Даже грань миров не смогла её урезать до нормального уровня, поэтому им приходится питаться людьми… Например, демону положительных эмоций приводят заключённого на пожизненное, и демон, выпуская силу, внушает, что тот счастлив… А после выпивает его досуха. Врачи напишут заключение о смерти, но на самом деле — это была казнь. Таких в мире всего шестеро. Один из них живёт в нашей стране, и никто не знает его имени. Конечно, за ним наблюдают неустанно, как ты понимаешь! Но не переживай, я тебя в обиду не дам! Да и наш мир намного более безопасный, чем весь остальной! Мы умеем ценить тех, кто остался с нами, несмотря на знания.

— А рай существует?

— Конечно! Но я там не был.

— Но как тогда ты можешь утверждать?