Помоги проекту - поделись книгой:
По дороге в школу Элизабет неожиданно вспомнила про Кэролайн Пирс с ее сплетнями.
– Слушай, – воскликнула она. – Знаешь, что мне вчера рассказала Кэролайн? Мистера Найдика хотят уволить.
– Ты серьезно? Он же вею жизнь в школе!
– Серьезно. А еще, знаешь что? Роберту Мэннинг не выпускают из дома за то, что она допоздна гуляла со старшеклассником.
– Я знаю, – презрительно указала Джессика. – Ее за это турнули из «Клуба Единорогов».
– За это? – удивилась Элизабет. – Ну ничего себе! Да они сами спят и видят, как бы прогуляться со старшеклассниками.
– Наверное, это была последняя капля, – произнесла Джессика таким тоном, будто выдавала государственную тайну. – Роберта с Джанет и так не слишком-то ладили. А тут еще этот парень. Говорят, он смеялся над Единорогами.
Элизабет ничего не ответила. О чем бы в последнее время они ни говорили, разговор неизбежно сводился к Единорогам. Будто свет клином на них сошелся! Еще одно слово на эту тему – и ей станет дурно. Только еще одна тема могла занять Джессику на столь долгое время. И Элизабет немедленно перевела разговор на балет.
Фокус удался. Всю дорогу до школы Джессика не переставая тараторила о том, как она обожает танцевать, и как здорово это у нее получается.
После уроков Элизабет вышла на лужайку перед школой и стала ждать сестру. Она уже настроилась поскорее добраться домой и заняться уборкой, хотя бы для разнообразия, а то смотреть противно – не комната, а мусорная свалка. И к тому же, ей очень хотелось побыть вместе с Джессикой.
Но где же она?! На школьном дворе уже почти никого не было. Джессика всегда опаздывала, но это уж слишком. Наконец Элизабет поняла, что сестрица и не думает появляться. Ведь прошло уже почти полчаса, а Джессика даже не соизволила предупредить, что ее не будет. Элизабет не знала, на кого ей больше злиться: на себя ли – за то, что проторчала здесь, как последняя дура, или на Джессику – за ее безалаберность? Она взяла портфель и пошла домой.
А Джессика, тем временем, шагала вместе с Лилой Фаулер по направлению к «Дэйри Берджер». Она встретила Лилу после уроков и неожиданно получила приглашение на молочный коктейль: «Будут и другие Единороги». Как только Джессика это услышала, она мгновенно забыла про все на свете, в том числе и про сестру.
Когда они вошли в «Дэйри Берджер», Лила подвела ее к столику, за которым сидели Кимберли Хэйвер, Эллен Райтман и Джанет Хауэлл. Увидев ее, девчонки переглянулись с таким видом, будто у них был большой-пребольшой секрет. У Джессики засосало под ложечкой.
Они с Лилой сели за стол, и Джанет торжественно произнесла:
– Джессика, мы собрались здесь для того, чтобы серьезно с тобой поговорить.
У Джессики перехватило дыхание.
– Да? – с трудом выдавила она.
– В нашем клубе освободилось два места, – продолжала Джанет. – Сама знаешь: кого попало мы к себе не берем – не каждый может быть Единорогом. Но, – она сделала многочисленную паузу, – нам кажется, ты бы смогла поддержать марку нашего клуба.
Сердце у Джессики заколотилось, едва не выскочив из груди.
– Ты что-нибудь слышала об испытаниях? – продолжала Джанет.
– Испытаниях? – удивилась Джессика.
– Да, это как посвящение в рыцарство. Когда ты их пройдешь, мы проголосуем: брать тебя или нет.
Джессика решительно тряхнула головой:
– Что я должна делать?
– Итак, – начала Лила, – тебе нужно выполнить три задания. Первое. Стащить в начале урока классный журнал у миссис Арнетт и положить его к ней в сумку в конце урока, но чтобы она тебя не засекла.
– Сеточкин журнал?! – Джессике стало плохо. – Да она же с ним не расстается! Из рук не выпускает!
Миссис Арнетт, по прозвищу Сеточка, преподавала в школе с незапамятных времен – как и мистер Найдик. Все менялось, кроме ее прически: каждый день все тот же аккуратнейший пучок, затянутый в сеточку. А за свой классный журнал она держалась, как утопающий за спасательный круг.
– Слушайте, – простонала Джессика, – она же в классе никому шевельнуться не дает!
– Это точно! – ехидно согласилась Лила. – Второе. Встанешь на перемене возле туалета и скажешь минимум трем девчонкам, что в умывальнике затоплен пол и что им надо пройти в туалет для мальчишек. Из кожи вон вылези, но заставь их сделать это!
– Да вы с ума сошли! – громко запротестовала Джессика.
– И последнее. Хотя бы на один день, ты должна изменить свою внешность и не быть похожей на Элизабет. Чтобы никому и в голову не могло прийти, будто вы близнецы.
– И что мне для этого сделать? Пластическую операцию?
– Никто не говорит, что это легко, – заметила Лила. – И, главное, учти: об испытаниях – молчать. Как могила. Никому ни слова, даже сестре. Иначе…
Джессика вдруг оживилась:
– Значит, Лиззи мне тоже ничего не расскажет?
– Лиззи? – Джанет была само недоумение. – А она тут при чем?
– Ну, вы же говорили про двух человек. Я подумала – значит, второй будет Лиззи…
– Второй, – процедила Джанет, – будет Тамара Чейз из седьмого класса. У нас и в мыслях не было приглашать Элизабет. Она, конечно, симпатичная и все такое, но она не Единорог.
Джессика не на шутку расстроилась за сестру, но что тут можно сказать? Слишком они с ней разные, и – как ни крути! – относятся к ним тоже по-разному. И Джанет, конечно, права: Лиззи никогда не сойдется с Единорогами.
И все-таки, что же делать? Лиззи может обидеться. А разве Джессика этого хочет? Нет. Но упускать возможность, о которой она так долго мечтала!.. У Джессики голова шла кругом.
«Ладно, – раз обещала молчать, буду молчать. Так даже лучше. Ничего Лиззи не скажу – она и не обидится. А когда меня примут, все выложу. Как-нибудь выкручусь».
Решить-то решила, но выполнить?.. Разве можно скрыть такую радость! Ведь мечта уже почти в руках, а она должна молчать как рыба! Ох и нелегко же ей будет!
4
– Где ты была, Джес? – потребовала Элизабет отчета у сестры, едва та появилась.
Джессика хлопнула себя по лбу.
– Ой, я совсем забыла! Я была… Я была с Лилой Фаулер, – выпалила она. – Мы случайно встретились после уроков, и Лила пригласила меня в кафе.
Джессика говорила сущую правду.
– Я прождала тебя целую вечность. Неужели ты про все забыла? Мы же хотели убраться в нашей комнате – то есть, на твоей половине. Хоть бы предупредила, что ли!
– Прости меня, пожалуйста. У меня просто из головы вылетело. Слушай, – увильнула Джессика от разбирательства, – а я новые пояса купила, – она вытащила из портфеля сверток. – Посмотри: лиловые! Просто закачаешься! Мы их завтра наденем, ладно?
Элизабет почувствовала, как испаряется ее злость. Похоже, Джессика забыла про все, даже про то, что терпеть не может лиловый цвет.
– Спасибо, Джес! Очень мило. Хотя, – не удержалась Элизабет, – какая ты все-таки рассеянная! Могла бы быть и повнимательней.
– В следующий раз я завяжу на память сто узелков, обещаю. А ты уже убрала комнату?
Элизабет не верила своим ушам:
– Ты что, издеваешься?
– Да нет. Просто я подумала, если ты все равно ничего не делала… Конечно, я виновата, но, честно говоря, этот беспорядок в комнате меня как-то мало волнует.
Элизабет не удержалась от смеха. Вот так всегда Джессика обводит ее вокруг пальца. Такая нахалка, просто диву даешься.
– Я и не думала разгребать твой хлам, – перестала смеяться Элизабет. – Но, так и быть, я помогу тебе прибраться.
– Отлично! Только знаешь, давай примерим новые пояса. Интересно, подойдут они к нашим блузкам?..
Поднимаясь с сестрой по лестнице, Элизабет подумала:
Убраться, конечно, не уберемся, зато снова повеселимся. И все будет, как раньше».
Проснувшись на следующее утро, Джессика почувствовала, как у нее по спине забегали мурашки! Ее ждет задание номер один: классный журнал миссис Арнетт. Во-первых, как его стащить? А положить обратно к ней в сумку, и все это за время одного урока? Б-р-р! А что, если Сеточка застукает? Миссис Арнетт могла, конечно, быть сентиментальной и все такое, но что касается порядочности, то тут ее ничем не собьешь.
«Обмануть доверие» – так она говорит.
Джессика представила, как учительница тащит ее к директору, пронзительно крича: «Выгнать воровку!»
Да! Такие мысли до хорошего не доведут.
«Никто меня не застукает, – решительно сказала себе Джессика. – Я стащу этот журнал! Я стану Единорогом!»
Когда она вошла в школу, Лила и Эллен уже ждали ее.
– Ты готова? – спросила Лила.
– Разумеется. У меня есть план.
– Это уже интересно! – воскликнула Лила.
Она училась в одном классе с Джессикой.
– Отлично, – заметила Джессика. – Тем более, что ты мне поможешь.
– Подожди, – возразила Эллен, – Лила не сможет тебе помочь. Ты должна все сделать сама.
– Но это такая мелочь! Мне нужно, чтобы Лила немного отвлекла Сеточку. С остальным я справлюсь.
– А как мне ее отвлечь?
– Поговори с ней, – сказала Джессика. – Спроси что-нибудь о второй мировой войне. Ты же знаешь, она бзикнутая на этом.
– Нет проблем! – улыбнулась Лила. – Сделаем.
Когда девочки вошли в класс, миссис Арнетт уже была там: сеточка – прочно на месте, классный журнал – в руках. Джессика досадливо поморщилась и бросила взгляд на Лилу. Хоть бы этот журнал на столе лежал!
Подождав, пока все рассядутся, миссис Арнетт раскрыла журнал, полистала страницы и спросила:
– Вопросы по домашнему заданию есть?
Джессика сделала знак Лиле: пора начинать. Лила вытянула руку.
– Что, Лила?
– Вы не могли бы еще раз нам рассказать, как вы служили в армии, на войне?
– Не в армии, а в Женском вспомогательном корпусе, – Уточнила миссис Арнетт, поправив прическу. – Конечно, могла бы, Лила. Я служила в Женском вспомогательном корпусе, и поэтому все мои воспоминания связаны, разумеется…
Она положила журнал на стол и подошла к Лиле. У Джессики отлегло от сердца.
– Итак, – начала миссис Арнетт и глубоко задумалась.
Джессика вскинула руку и отчаянно замахала:
– Можно выйти?
– Ты, наверняка, бы могла потерпеть, милочка. Немного выдержки, знаешь ли. Мы, женщины, научились этому на фронте.
Миссис Арнетт не выносила, когда кто-нибудь пропускал хоть секунду ее урока.
Джессика изобразила полную растерянность.
– Мне очень нужно, – всхлипнула она.
Миссис Арнетт только махнула в сторону двери и снова повернулась к Лиле.
Джессика опрометью выбежала из класса, минуты две поторчала за дверью, а потом тихонечко проскользнула обратно. Миссис Арнетт все еще разглагольствовала. Поравнявшись с ее столом, Джессика быстро схватила журнал, спрятала его за спиной и просеменила на свое место. С задних парт донеслось хихиканье.
Миссис Арнетт говорила, как заведенная. Когда казалось, что она рассказала о своей службе все, что можно, у кого-нибудь появлялся очередной вопрос – и все начиналось снова. Но вот беда! – она почему-то все время смотрела на Джессику, прятавшую под столом журнал. Но надо его как-то положить в сумку учительницы. Звонок через пять минут!
Наконец, миссис Арнетт выдохлась и пошла к своему столу. Ее рука машинально потянулась за журналом.
У Джессики душа ушла в пятки.
Миссис Арнетт стала рыться в своих бумагах.
– Ничего не понимаю, – растерянно сказала она. – Где же?..
Поделиться книгой: