- Десятый, я второй. Как у вас? Скалли взяла рацию.

- Я десятый, у меня все тихо.

- Сейчас к вам подойдет пятый. Дождитесь его и спускайтесь на автостоянку в цокольном этаже, там смените восьмого.

- Поняла, второй. Жду пятого и сменяю восьмого.

- Конец связи.

Что-то случилось.

Дэйна отложила книгу, встала с кресла и прошлась по комнате, делая упражнения для плеч и спины. Через пару минут в коридоре послышались шаги. Скалли отошла в сторону и встала возле стены, держа вход под контролем.

Шаги затихли возле двери.

- Эй, - позвал мужской голос. - Есть кто дома?

Дэйна молчала.

Дверь открылась, и в приемную заглянул приятный молодой парень в очках, при галстуке и с рацией в руке.

- Привет, десятый, - сказал он, заметив Скалли. - Я пятый. Агент Харт, леди.

- Что там случилось? - спросила Дэйна.

- Да ерунда, - Харт поморщился. - Кажется, Торнер... э-э... отравился фисташками. Или обожрался. В общем, не смертельно. Он сидит внизу, на стоянке. Коултон уезжал домой и спросил его, чего это он такой бледный. Ну, Торнер ему и говорит - вот, фисташками, похоже, отравился. Коултон отправил меня сюда, а Торнеру разрешил уехать, когда вы спуститесь.

- А чего же это он вас не оставил в гараже вместо Торнера? Харт замялся.

- Похоже, он хочет держать вас подальше от места убийства, - сказал он. - Ну, мне так показалось. Больше этого никак не объяснить...

- Ладно, - Скалли покосилась на "Уловку-22", но забирать из приемной книгу, конечно, не следовало. Она вздохнула и взяла рацию.

- Второй, - сказала она. - Это десятый. Пятый пришел, иду вниз.

- Слышу вас, десятый. Спускайтесь.

- Ну, пока, - сказал Харт и широко улыбнулся. - А это можно почитать? он показал на "Уловку".

- Пока хозяев нет, наверное, можно, - ответила Скалли, кивнула Харту и вышла в коридор.

- Пум-нурум-пум-нум, - задумчиво пропыхтел Харт, оглядел приемную, поднял и опустил брови, уселся в кресло для посетителей и взял роман.

За вентиляционной решеткой, привинченной к стене прямо над его головой, тлели разочарованием безумные желтые глаза.

"Форд" Торнера свернул с пандуса, плеснув бликами от уличных фонарей, и Дэйна опять осталась одна. Ее собственный "форд" стоял примерно на середине подземной стоянки. Она перегнала его в дальний конец - отсюда не был виден въезд, зато дверь на лестницу была как на ладони. К тому же здесь не горели два плафона, машина стояла в тени и не бросалась в глаза на пустой стоянке, да и сама Скалли, сидящая за рулем, оказалась почти совершенно незаметна.

Делать в машине было совершенно нечего. Включать плеер нельзя, книг нет. Как всегда, от безделья Скалли начала ощущать голод. Почему-то на этот раз ей до безумия захотелось съесть банан. Или два банана...

В общем-то она не слишком любила фрукты. Тем более осторожно она относилась к бананам - они плохо влияют на фигуру. Но сейчас желание съесть банан было таким сильным, что ей даже приходилось напоминать себе - она на работе, и отлучаться с поста ей нельзя. Даже в туалет...

Конечно, ей немедленно понадобилось и туалет.

Можно только гадать, как далеко бы зашли ее мучения, если бы в этот момент со стороны въезда на стоянку не послышались шаги. Кто-то бежал по галерее. Скалли вы шла из машины, достала пистолет, мягко подкралась к широкой бетонной опоре и, спрятавшись за ней, стала ждать.

Шаги приближались. Человек двигался размеренной спортивной трусцой, ровно и глубоко дыша.

Дэйна попробовала представить себе спортсмена, тренирующегося на подземной автостоянке. У нее не ПОЛУЧИЛОСЬ.

Человек был уже совсем близко, и с вызовом подкрепления она определенно опоздала. Скалли решила не рисковать. Когда шаги зазвучали совсем рядом с бетонной опорой, за которой она пряталась, Скалли с криком "Стоять, ФБР!" выскочила из укрытия и ткнула пистолетом прямо в живот бегуна.

- Ффффффффу-у... - сказал Малдер, мгновенно остановившись и рефлекторно поднимая руки. - Тебя что... не учили... что в безоружных... стрелять... нельзя?..

- Малдер, - сказала Скалли. - Боже, я ведь могла тебя убить!..

- Могла... И сейчас еще не поздно. Может, уберешь пистолет?

- Какого черта ты здесь делаешь? - спросила Скалли, пряча оружие.

- Вот, прибежал к тебе в гости.

- Ты же знаешь, я на работе.

- Да не появится он здесь, - Малдер наклонился, опершись руками о колени, и принялся успокаивать дыхание.

- Ты что-то нашел?

- Ну, как сказать... В общем, похоже, ты слегка ошиблась в психологическом портрете. Вкратце - этот парень испытывает эмоциональный пик не столько в момент убийства, сколько проходя там, где пройти невозможно. Поэтому возвращаться сюда он не будет... Цели здесь у него больше нет.

- Это только версия, - возразила Скалли. Малдер пожал плечами.

- И вообще - мне кажется, или ты роешь подкоп под мою засаду?

- Мое дело сказать, выводы делай сама... Кстати, - Малдер расстегнул клапан большого кармана, нашитого на груди его спортивной куртки, - хочешь банан?

- Ты что, телепат? - изумилась Скалли

- А что такое?

- Я только что подумала - хорошо бы съесть банан.

- Ну так бери...

- Спасибо. Но как ты догадался? Малдер усмехнулся.

- Может, это любовь?..

- Добегался, - констатировала Скалли

- Может, еще банан принести? Я сбегаю...

- Если уж ты настроился побегать, принеси мне лучше молока.

- Принято.

Малдер развернулся и, перейдя на спортивный бег, потрусил к выезду со стоянки.

Когда стенка вентиляционной шахты внезапно гулко подалась у меня под рукой, я впервые по-настоящему испугался. Сам не заметив того, я выбрался из панели и теперь полз в жестяной трубе, снаружи которой был только воздух. Звук вполне могли услышать. Из-за этого проклятого дохлого кота я почти совершенно не чувствовал других запахов и с трудом представлял себе, есть ли поблизости люди. Зверь рвался на свободу, но опасность была слишком велика, и я всеми силами удерживал себя в сознании.

Труба делала несколько изгибов, которые я преодолел без каких бы то ни было усилий. Запах дохлятины казался теперь не таким оглушающим - основной воздушный поток уходил в одно из ответвлений магистрали, - и вдруг в мозг мне ударил аромат тумса.

Тумс пах совсем рядом.

Зверь внутри меня закричал и попытался овладеть моим телом. Я остановился, борясь с ним. От напряжения у меня задрожали руки, жесть, на которую я опирался, загудела.

И тут я услышал, как совсем рядом раздался крик.

Скалли даже не успела дойти до машины.

- Дэйна, скорее сюда!

В голосе Малдера звенели интонации фэ-бээровца, только что взявшего за штаны нового Аль Капоне или брата-близнеца Ганнибала Лектера.

Скалли отшвырнула недоеденный банан, схватилась было за пистолет, но тут же передумала и включила рацию.

- Я десятый, срочно подкрепление! - завопила она в микрофон и, не дожидаясь ответа, помчалась туда, откуда донесся голос Призрака.

Малдер стоял возле огороженного металлической сеткой вентиляционного терминала и зачарованно смотрел на переплетение труб. Скалли сначала не поняла, на что именно он смотрит, но потом, проследив за его взглядом, заметила, что жестяная стенка вентиляционной трубы прогнулась.

- Там? - спросила она, указав на это место пистолетом. Малдер кивнул.

- Мы агенты ФБР! - крикнула Скалли. - Вы под прицелом! Вылезайте из трубы - медленно!

Стенка трубы зашевелилась. Тот, кто си дел внутри, заворочался и двинулся по трубе Видно было, где он шел, - жесть под его весом прогибалась и гудела.

Наконец он дополз до заглушки вентиляционной шахты, расположенной сбоку от терминала. Заглушка дрогнула раз, другой и, наконец, отвалилась. Из отверстия показались сначала обутые в сильно разношенные ботинки ноги, затем обтянутая не менее старыми джинсами задница - и, наконец, он вылез весь.

- Лицом к трубе! - крикнула Скалли. Стойте спокойно - и все будет в порядке.

В тот же момент раздался дробный топот, и на место происшествия вторглось вызванное подкрепление. Решетка, ограждавшая вентиляционный терминал, была отперта универсальным ключом, задержанного поставили в максимально неудобную стойку, быстро, но тщательно обыскали и довели до его сведения, что он арестован, что все, что он скажет с этого момента, может быть обращено против него, что он может не отвечать на вопросы в отсутствие своего адвоката, а если такового нет, адвокат будет ему назначен...

После этого его взяли за плечи и подняли на ноги.

Это был парень лет двадцати двух - двадцати пяти. Грязная желтая рубашка прилипала к его мокрой от пота спине. Лицо арестованного сильно затекло, под почти черными глазам!! круглилась синева. Он испуганно глядел вокруг, по явно не понимал, что с ним делают, - глаза его все время были как бы направлены внутрь себя, как это бывает у кататоников. Когда его о чем-то спрашивали, он отвечал без слов - утвердительно кивал или же, напротив, отрицающе качал головой. И при этом он постоянно шумно сглатывал слюну и оглядывался.

Сначала Малдеру показалось, что у парня что-то с шеей - оглядываясь по сторонам, он постоянно наклонял голову налево, так что Малдер и Скаллп видели большей частью его макушку. Малдер отошел чуть правее, и парень почти сразу взглянул ему в лицо. Потом в глазах его мелькнул испуг, и он судорожно склонил голову к левому плечу, стрельнув перед этим взглядом чуть левей. Ноздри его затрепетали, и Малдер заметил, что задержанный непроизвольно облизнул губы.

Малдер нахмурился. Парень вел себя точь-в-точь как испуганный щенок. Казалось, он весь состоял из нервов, и любое прикосновение могло причинить ему боль. Но страх его был каким-то избирательным...

Парень почему-то смертельно боялся ВЗГЛЯНУТЬ на Скалли.

Балтимор

Региональное отделение ФБР

Пятый день

21:20

Скалли, Коултон, Черутти и Малдер, успевший сбегать в пансионат и сменить спортивный костюм на строгую тройку, сидели в небольшой комнатке, отделенной от полиграф-лаборатории большим стеклом - естественно, со стороны лаборатории стекло было непрозрачным, - и наблюдали за тем, как арестованный проходил проверку на детекторе лжи. Эксперт Джил Уэббер задавала вопросы, сверяясь со списком, и отмечала на выползающей из полиграфа ленте номера вопросов.

- Вас зовут Юджин Виктор Тумс?

- Да...

- Вы живете в штате Мэрилэнд?

- Да...

- Вы сотрудник муниципальной городской комиссии Балтимора по контролю над домашними животными?

- Да...

- Вы намерены лгать, отвечая на каждый мой вопрос?

- Нет...

Юджин отвечал автоматически, глаза у него по-прежнему были как у кататоника. Его ответы передавались в комнату наблюдателей по трансляции, и, судя но отсутствию интонаций, он действительно был немногим эмоциональнее кататоника.

- Вы учились в колледже?

- Да.

- Вы учились в медицинском училище?

- Нет.

- Вы когда-нибудь удаляли печень у человека?

- Нет...

- Вы когда-нибудь убивали живое существо?

- Да...

- Вы когда-нибудь убивали человека? Едва заметная пауза.

- Нет...